355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Михаил Зефиров » Самолеты-призраки Третьего Рейха. Секретные операции Люфтваффе » Текст книги (страница 17)
Самолеты-призраки Третьего Рейха. Секретные операции Люфтваффе
  • Текст добавлен: 6 октября 2016, 00:40

Текст книги "Самолеты-призраки Третьего Рейха. Секретные операции Люфтваффе"


Автор книги: Михаил Зефиров


Соавторы: Дмитрий Дегтев,Николай Баженов

Жанр:

   

История


сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 30 страниц)

К концу лета 1944 г. из-за нехватки топлива регулярные полеты метеоразведчиков над Заполярьем прекратились. Самолеты поднимались в воздух только по специальному приказу командования. Однако работы по созданию стационарных метеостанций все же продолжались.

17 августа FW-200C «F8+AD» из 3-й группы KG40, вылетевший с аэродрома Ваернес, провел разведку восточного побережья Гренландии. Через несколько дней туда из порта Тромсё отправился WBS6 «Кёдинген». На его борту, кроме команды из 25 человек, находились десять синоптиков и снаряжение для двух метеостанций, получивших кодовые обозначения «Эдельвейс» и «Эдельвейс-2».

Судно благополучно разгрузилось, но при этом оказалось зажатым льдами. 29 августа «Фокке-Вульф» из той же III./KG40 совершил еще один вылет к Гренландии для разведки ледовой обстановки, чтобы помочь команде «Кёдингена». Однако было уже поздно, и 1 сентября судно затонуло, раздавленное льдами.

10 сентября из Хаммерфеста к Шпицбергену вышли WBS3 «Карл Буш» и WBS8 «Гессен». Под конвоем подводной лодки они должны были доставить в Рийп-фьорд на острове Северо-Восточная Земля снаряжение и личный состав большой метеостанции, которой присвоили кодовое обозначение «Старый вояка» («Haudegen»). Интересно, что ее начальник лейтенант Вильгельм Деге (Wilhelm Dege) на время перехода поровну разделил своих людей между двумя судами и подлодкой.

К этому времени корпус «Карла Буша» был специально усилен для плавания во льдах, а на борту имелся дополнительный запас продуктов, на тот случай если ему придется зазимовать на Шпицбергене. 13 сентября суда достигли назначенного пункта и встали на якорь недалеко от берега. Разгрузка и строительство станции были завершены за две недели, и 27 сентября «Карл Буш» и «Гессен» в сопровождении субмарины благополучно ушли в порт Нарвик.

В том же месяце порт Тромсё покинул WBS1 «Вупперталь». Выйдя в район между Шпицбергеном и Гренландией, судно дрейфовало вдоль кромки льдов. Группа метеорологов на его борту собирала синоптическую информацию и регулярно передавала ее в Тромсё. Однако потом в январе 1945 г. радиограммы неожиданно перестали поступать. Предполагается, что судно ушло на дно со всей своей командой во время сильного урагана, который в том месяце прошел над тем районом.

На этом операции метеослужб Люфтваффе и Кригсмарине в Заполярье закончились. В 1945 г., помимо «Старого вояки»», там имелись еще три маленькие метеостанции. Станция «Ландвик» («Landwik») находилась на островке Сёркапппейа, в южной части архипелага Шпицберген, «Таагет» («Taaget») – на острове Медвежий, а «Хельхус» («Helhus») – на острове Надежды.

Немецкие синоптики работали в тяжелейших условиях, когда о полноценном снабжении или срочной эвакуации в экстренных случаях уже не было и речи. Так погиб практически весь персонал станции «Таагет», а единственный оставшийся в живых человек был снят немецкой подводкой лодкой в апреле 1945 г. Остальные станции, включая «Старого вояку», прекратили свою работу с окончанием войны и затем в конце лета 1945 г. были эвакуированы уже норвежскими кораблями.

Немецкие метеостанции в Заполярье работали в обстановке строгой секретности. О существовании большинства из них стало известно лишь спустя годы после войны, когда норвежские экспедиции стали обнаруживать следы их пребывания в Гренландии, на Шпицбергене и на острове Медвежий. Сооружения уже были частично разрушены суровой погодой, а склады разорены набегами белых медведей. Затем в 1984—1985 гг. все уцелевшие предметы и оборудование по решению норвежских властей были собраны и вывезены на материк. После реставрации их передали в «Свальбард-музей» [120]120
  Svalbard – норвежское название архипелага Шпицберген и острова Медвежий.


[Закрыть]
, находящийся в г. Лонгьёрбьен (Лонгийр), на Шпицбергене, и в «Форсварс-музей», расположенный в Осло.

Что же касается секретных метеостанций Люфтваффе и Кригсмарине в Советском Заполярье, то тут все гораздо сложнее. Местоположение некоторых из них определено лишь приблизительно. Да и остальные практически не обследованы. Так, например, мины вокруг станции «Кладоискатель» на острове Земля Александры были обезврежены лишь в 1990 г. Причем это произошло только после того, как норвежский полярный историк Сьюзан Барр нашла карту мест их установки, сделанную в свое время Рудольфом Гарбати (Rudolf Garbaty), одним из членов немецкой экспедиции, и затем передала ее советским властям.

И кто еще знает, сколько тайн хранится среди белого безмолвия. Можно упомянуть, что, например, на той же Земле Александры советские летчики и моряки в 50—60-е гг. случайно обнаружили в бухте Нагурского некую подскальную базу подлодок Кригсмарине. Она представляла собой грот, в котором для пополнения запасов топлива, продовольствия или оружия, а также для небольшого ремонта могли укрыться две субмарины.

Глава 9
Тайные авиабазы Люфтваффе в советском тылу

Призраки в тундре

5 ноября 1942 г. с маневренного аэродрома, расположившегося недалеко от поселка Поной, для прикрытия советского морского транспорта, идущего в Архангельск из Белушьей Губы, взлетело два дальних истребителя Пе-3 из 2-й эскадрильи 95-го ИАП Особой морской авиационной группы. Ведущим был лейтенант А. Устименко, а ведомым – старший сержант В. Горбунцов. Через полтора часа им на смену взлетели «пешки» лейтенантов Константина Усенко и Сергея Нюхтикова. Однако у последнего вышел из строя один двигатель, и Усенко продолжал дальнейший полет уже в одиночестве.

Его встреча с первой парой состоялась над морем в назначенном районе, недалеко от транспорта, который следовал курсом к горлу Белого моря. Устименко и Горбунцов «сдали пост» и повернули на юго-запад. Когда же лейтенант Усенко, выполнив задание, приземлился на своем аэродроме, выяснилось, что они так и не вернулись…

Спустя 47 лет, в 1989 г., поисковики обнаружили в тундре в обмелевшем болотце останки двухмоторного самолета. При детальном обследовании оказалось, что это одна из тех самых исчезнувших «пешек» – Пе-3 №40415 лейтенанта Устименко. В кабине находились останки трех членов экипажа. Но самое удивительное было то, что оба борта самолета были изрешечены пушечно-пулеметными очередями. При этом многие пробоины имели крупный диаметр, не меньше 30 мм. Что за призрак сбил «пешку» вдали от фронта, так и осталось неизвестным.

Позднее в глухой тундре к востоку от Архангельска обнаружилось еще одно место, повергшее в шок местных поисковиков. В районе Окулова озера находилась большая песчаная площадка с плотно уложенными на ней металлическими пластинами. Это был секретный немецкий аэродром в глубоком советском тылу! На краю взлетного поля еще стояли сгнившие деревянные строения, в которых нашлись вещи обслуживающего персонала Люфтваффе и запчасти к радиостанции. Потом в окрестностях аэродрома нашли еще и бочки из-под авиационного бензина с немецкой символикой.

Однако на этом сенсационные находки не закончились. Тайные аэродромы также были обнаружены у села Мегра, расположенного на побережье Белого моря, в 76 км северо-восточнее городка Верхняя Золотица, у села Погорелец, на берегу Мезенского залива, а также в Лешуконском районе на реке Мезень, в 250 км восточнее Архангельска.

Таким образом, подтвердилось, что в годы войны в малонаселенных северных районах Советского Союза была создана сеть секретных аэродромов Люфтваффе. Понятно, что они не предназначались специально для перехвата Пе-3, которые, по сути, не представляли никакой угрозы для немцев. Возможно, что эти двухмоторные истребители просто появились в ненужное время в ненужном месте и стали свидетелями некой тайной операции.

Секретные немецкие авиабазы существовали не только на Крайнем Севере, но и в Вологодской области. Этот район также был малонаселенным, глухие леса перемежались с непроходимыми болотами и пустошами. Поэтому спрятать там аэродром не составляло особого труда.

Все они в первую очередь создавались в интересах диверсионной деятельности. Через Вологодскую и Архангельскую области проходили важнейшие железные дороги, по которым в центральные районы СССР доставлялись ленд-лизовские грузы из портов Мурманска и Архангельска, каменный уголь из Воркутинского бассейна и т.п. Поэтому во второй половине 1942 г. Абвер и РСХА начали массовую заброску в эти районы своих диверсионных групп.

В июне 1942 г. в пустынных окрестностях Вологды и Череповца с самолетов Ju-52 были произведены несколько выбросок групп по 4—12 человек. В их число входили и диверсанты из т.н. учебного полка «Бранденбург», которых высаживали в пустынных районах вдоль железной дороги с целью совершения диверсий. Посты ВНОС Череповецко-Вологодского дивизионного района ПВО только в течение одного этого месяца зафиксировали 38 самолето-пролетов противника в ночное время суток, и в основном это были именно самолеты с диверсантами.

В ночь на 29 августа две группы «бранденбуржцев» были выброшены в районе Мурманской железной дороги. После приземления десантники рассредоточились вдоль магистрали и взорвали полотно одновременно в двух местах, надолго нарушив движение поездов.

В начале сентября диверсионная группа высадилась в 80 км северо-западнее Сыктывкара. Она имела задачу взорвать железнодорожный мост через реку Вычегда, по которому проходила единственная магистраль, связывавшая Воркуту с центральными районами страны. Первоначально операция развивалась успешно, и десантникам удалось перестрелять всю охрану объекта без потерь со своей стороны. Но взорвать мост они не успели. Неподалеку работали заключенные из близлежащего лагеря ГУЛАГа, которые, вместо того чтобы присоединиться к диверсантам, напали на них и буквально передушили голыми руками.

Надо отметить, что осенью 1942 г. начался настоящий прилив немецких шпионов по всей Европейской части СССР. Одиночные заброски диверсионно-разведывательных групп чередовались с массированными десантами. Так, 17 сентября самолеты-призраки провели выброску многочисленных групп вокруг Бологого. В начале октября десанты наблюдались в Ярославской, Пензенской и Саратовской областях.

Эстонцы в северных лесах

В период с 24 августа по 29 сентября 1942 г. бомбардировщики Ju-88 из KG30 «Адлер» произвели шесть массированных налетов на Архангельск. В результате предприятиям и жилым кварталам был нанесен большой ущерб, а портовые сооружения были практически разрушены. Это затруднило разгрузку судов с американской техникой и ее дальнейшую отправку. Чтобы окончательно парализовать эту трассу ленд-лиза, немцы решили выбросить на железной дороге Архангельск – Вологда диверсионную группу, состоявшую из тринадцати эстонцев, служивших в финской армии.

Десантирование было проведено 1 сентября в районе станции Коноша. Высадка прошла успешно, и все диверсанты быстро скрылись в лесных просторах. После этого в течение двух месяцев эстонцы, разделившись на мелкие группы, взрывали железнодорожное полотно, пуская под откос эшелоны с американскими танками, топливом, тушенкой и другими грузами, а также выводили из строя линии связи. При этом всякий раз им удавалось скрыться незамеченными. О своих успешных действиях диверсанты регулярно сообщали по рации.

В район Коноши были стянуты армейские части, дислоцировавшиеся на территории Архангельской и Вологодской областей, которые совместно с истребительными батальонами прочесывали тундру, участок за участком, но все безрезультатно. Единственным успехом энкавэдэшников стал перехват радиообмена, происходившего между диверсантами и их центром. Радиопеленг показал, что передачи велись из глухих болотистых мест. Контрразведчикам удалось расшифровать некоторые радиограммы. Из них стало известно, что немцы решили эвакуировать группу. Для этого эстонцам было предписано прибыть на озеро Лача, расположенное в 80 км к северо-западу от Коноши.

Вскоре на берегах озера, которое, кстати, довольно большое, затаились несколько засад. Раннее осеннее утро 22 октября поначалу не предвещало ничего интересного. На воде стелился утренний туман, промерзшие бойцы НКВД и курсанты военного училища нервно осматривали маложивописные окрестности, думая в основном о том, как бы согреться. Вдруг тишину нарушил едва различимый гул моторов. Все посты тотчас схватились за бинокли и оружие.

И вот с северо-запада появился гидросамолет, на котором были отчетливо различимы немецкие кресты. Он приводнился на озеро и остановился недалеко от берега. Это был Не-115С-1 «8L+IH» Карла Хельфа (Karl Helf) из 1-й эскадрильи Kii.Fl.Gr.906 , уже не раз выполнявший подобные спецрейсы. Через некоторое время откуда-то из прибрежных зарослей появились и неуловимые эстонцы. Сразу после этого по ним и качающемуся на мелких волнах гидросамолету был открыт огонь из винтовок и одного пулемета. Однако находившиеся на этом участке курсанты палили не очень метко. В итоге пятеро диверсантов все же смогли запрыгнуть в самолет, а остальные снова скрылись в густых зарослях на берегу.

Хельф, получивший в ходе обстрела тяжелое ранение, все же смог запустить двигатели. «Хейнкель» пошел на взлет и, несмотря на бешеный пулеметный огонь с берега, поднялся в воздух. Однако оказалось, что был пробит маслобак левого двигателя. Поэтому, пролетев около тридцати километров, Не-115 совершил вынужденную посадку на Юнг-озере. После этого четверо эстонцев и бортмеханик самолета скрылись. Но далеко уйти им не удалось, и вскоре группу окружили бойцы НКВД. Немецкий летчик застрелился, а эстонцы предпочли сдаться. Вскоре были пойманы еще несколько диверсантов, уходивших на запад в сторону линии фронта. Но отдельным диверсантам все же удалось просочиться в глухие леса и уйти от погони.

Позднее немцы и финны не раз использовали свои гидросамолеты для заброски диверсантов и их эвакуации. Иногда их удавалось перехватить русским. Так, 4 июля 1943 г. Не-115 при

Не-115C-1 «8L+IH» из 1-й эскадрильи Ku.Fl.Gr.906, база Сантахамина, на побережье Финского залива, в 9 км юго-восточнее Хельсинки, 8 октября 1942 г. Через два дня этот гидросамолет был потерян во время неудачной эвакуации диверсионной группы с озера Лача в Архангельской области
Неизвестный экипаж Не-115C-1 из Ku.Fl.Gr.906

посадке на одно из мелких озер в тылу 7-й отдельной армии был обстрелян отрядом морской пехоты Онежской военной флотилии и затонул. Три члена его экипажа попали в плен.

В начале 1943 г. в финском городе Рованиеми была организована разведшкола для подготовки «полярных» шпионов и диверсантов. В июле таким же обучением занялась и абвергруппа-204 в Пскове. После окончания подготовки агентов поодиночке или мелкими группами прямо с соседнего псковского аэродрома переправляли в глубокий советский тыл. Иногда полеты совершались на расстояние 1800 км и более. Поэтому самолеты-призраки нередко использовали для промежуточной посадки секретные аэродромы в Архангельской и Вологодской областях. Агенты получали задания организовывать взрывы на железнодорожном транспорте, уничтожать базы, склады и другие объекты, проводить антисоветскую пропаганду и уничтожать офицеров Красной Армии и НКВД.

Помимо секретных аэродромов, немцы создали в Советском Заполярье и целую сеть тайных военно-морских баз. О секретной подскальной базе подводных лодок на острове Земля Александры уже говорилось выше. Крупная база Кригсмарине существовала и в дельте реки Лена. Именно там в 1963 г. среди камней горной осыпи были найдены останки немецкого унтер-офицера подводника. А в 1975 г., через тридцать лет после окончания войны, неподалеку, на одном из островов под названием Столб, была обнаружена и сама база. Немцы построили там двухсотметровый бетонный причал высотой пять-шесть метров и топливный склад, соединив их узкоколейной железной дорогой. База была скрыта от ветра стометровой скалой, за которой располагалась площадка, где были складированы около 600 бочек с соляркой и керосином по 300 литров каждая.

Каковы были цели ее постройки, до сих пор остается тайной. Размеры базы позволяют предположить, что она предназначалась не только для подлодок, но и для крупных надводных боевых кораблей типа тяжелого крейсера «Адмирал Шеер». Но самое загадочное заключается в том, каким образом на побережье моря Лаптевых было доставлено немалое количество строительных материалов, потребовавшихся для ее возведения?

Другие секретные базы подлодок Кригсмарине находились также и в устьях рек Обь и Енисей. По одной из версий, немцы планировали использовать все базы как исходные точки для подъема вверх по течению всех этих рек с целью внезапного захвата Якутска Красноярска и Новосибирска. Немцы были замечены и на полуострове Таймыр, где они, по некоторым данным, даже вели некие секретные геологические работы.

Не будет большой фантастикой, если предположить, что туда приходили не только одни субмарины, но летали и самолеты Люфтваффе, которые могли дозаправляться на секретных аэродромах в Архангельской области.

Странные самолеты на поляне

По имеющимся сведениям, секретные авиабазы Люфтваффе могли существовать и в других тыловых районах Советского Союза, в частности в Поволжье.

К северо-востоку от Горького (ныне Нижний Новгород) начинается большой массив глухих, местами непроходимых лесов, постепенно переходящих в тайгу. Тогда единственными крупными населенными пунктами были расположенные на железной дороге, идущей почти по прямой в направлении г. Киров, станции Семенов, Урень и Шахунья. Их разделяли 50—70 км практически безлюдной местности. Лишь в районе поселка Сухобезводное, расположенного между Семеновым и Уренью, плотность «населения» резко возрастала, там располагались сразу несколько лагерей ГУЛАГа. Наблюдение за небом в этом обширном секторе осуществляли малочисленные посты ВНОС, находившиеся в Семенове, Керженце, Воскресенске, Красных Баках, Линде и Шахунье. Противовоздушная же оборона вообще отсутствовала.

Осенью 1941 г., когда немецкие войска рвались к Москве, возникли серьезные опасения, что война дойдет и до Горьковской области. 3 ноября вышли директивы Главного управления ВВС РККА №111-04 и 7420, согласно которым в районах Линды, Шахуньи, Урени и Семенова были построены оперативные аэродромы со спецсооружениями. Однако в скором времени они были заброшены и никогда не использовались. Вся эта обширная территория, даже с аэродромами, являлась практически идеальной для выброски диверсионных и шпионских групп.

Так, поздно ночью 10 июня 1942 г. поступило сообщение от постов ВНОС о шуме моторов неизвестного самолета. В Горьком сначала было введено «Угрожаемое положение № 1», а затем в 01.54 по местному времени по приказу командующего Горьковского корпусного района ПВО генерал-майора А. А. Осипова была объявлена воздушная тревога. Батареи 742-го и 90-го зенитных артполков и Горьковского зенитного училища открыли огонь и выпустили в небо около 400 снарядов. Однако никаких самолетов над городом не пролетало, и в 02.38 штаб ПВО передал сигнал «Отбой воздушной тревоги».

В ночь на 16 июня в Горьком вновь объявили воздушную тревогу. Невыспавшиеся жители многочисленных городских районов и поселков устремились к укрытиям во дворах и подвалах, десятки групп самозащиты и формирований МПВО заняли свои боевые посты на крышах зданий. Однако время шло, зенитки не стреляли, и никаких самолетов снова не пролетало. Зато в Ворошиловском районе (ныне Приокский район) кто-то пустил три осветительных ракеты в направлении промышленной зоны, одновременно еще две ракеты взвились над Горьковским автозаводом.

Гудки сигналов воздушной тревоги звучали в Горьком и в ночь на 26 июня, однако и на этот раз никакой бомбежки не было. Вполне возможно, что наблюдатели постов ВНОС действительно слышали шум самолета, только он направлялся не бомбить город, а следовал к месту выброски шпионов за Волгой.

В короткие июльские ночи покой жителей районов Горьковской области снова периодически нарушался доносящимся откуда-то с неба гулом авиационных моторов, воем сирен воздушной тревоги и грохотом зениток. При этом никаких бомбежек опять же не было, и что это за самолеты-призраки и куда они летят, оставалось только догадываться.

Так, в ночь на 24 июля в 02.05 по местному времени наблюдатель Нарков с вышкового поста №2 Горьковского автозавода услышал отдаленную артиллерийскую стрельбу в районе Сормова. Об этом он сразу же сообщил в заводской штаб МПВО. Через минуту аналогичное сообщение пришло с ВНП № 1 от наблюдателя Рябухова. В 02.14 пальба в Сормовском районе прекратилась, но Нарков увидел отдаленные вспышки выстрелов в районе Балахны. Через минуту в пустынном промежутке между автозаводом и Сормовом вспыхнуло какое-то пламя. Огонь горел некоторое время, но потом погас. Вероятнее всего, кто-то пытался подать самолетам сигнал с земли. В 02.16 стрельба всюду прекратилась и снова наступила тишина. Кто в кого стрелял и что за самолет пролетал мимо Горького, осталось неизвестным. Это опять мог быть транспортник с диверсантами.

Однако, по всей видимости, немцы не ограничивались лишь выброской шпионов на парашютах. Жители Семеновского района, один из которых работал егерем, впоследствии вспоминали, что во время дальних переходов по лесам они неоднократно видели снижающиеся и заходящие на посадку самолеты. Эти очевидцы утверждали, что на них не было никаких опознавательных знаков. А в один из своих походов егерь обнаружил посреди лесной глуши большую поляну, на которой стоял самолет! При этом рядом с двухмоторной машиной беззаботно курили летчики.

Не решившись подойти ближе, егерь побежал в райцентр сообщить об увиденном. Поначалу ему просто не поверили, но затем все же выслали бойцов местного истребительного батальона на разведку. Добравшись по лесным дебрям до той самой поляны, ополченцы не нашли самолетов, однако на земле были отчетливо видны следы их колес. После обследования местности были обнаружены окурки, какие-то распакованные контейнеры и следы, терявшиеся в ближайшей чащобе…

Таким образом, в Поволжье вполне мог существовать секретный аэродром Люфтваффе, использовавшийся для доставки и снабжения диверсионных групп, а возможно, и для каких-то других целей. Предположительно он находился в 90—100 км северо-восточнее Горького. По одной из версий, немцы попросту могли периодически использовать заброшенный советский оперативный аэродром, построенный в этих местах согласно упоминавшимся выше директивам Главного управления ВВС РККА.

Осенью 1942 г. Абвер разработал диверсионную операцию «Волжский вал». Ее замысел заключался в одновременном выведении из строя железных дорог, связывающих западные районы СССР с Уралом и Средней Азией. Для этого предполагалось забросить в Ярославскую, Горьковскую, Куйбышевскую и Саратовскую области большие группы диверсантов, чьей задачей был взрыв четырех железнодорожных мостов через Волгу. Подробности этой секретной операции до сих пор остаются тайной, известно лишь, что на территории Борского района Горьковской области местный истребительный батальон и сотрудники НКВД действительно вели бой с большой группой немецких десантников, пытавшихся прорваться к мосту через Волгу. И вышли они к этому важнейшему стратегическому объекту как раз из глухих дебрей семеновских лесов, где и мог располагаться секретный аэродром.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю