Текст книги "Большая охота (СИ)"

Автор книги: Михаил Рагимов

Соавторы: Виктор Гвор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Для того и оставили себе усадьбу, построенную Надиным дедом ценой собственной жизни. Не за поместье, конечно, погиб, но некая прямо-таки мистическая связь прослеживается. Для Нади же эта усадьба – этакая загородная дача. Когда все доставало, и кончались силы принимать решения, выслушивать доклады и разбираться в тоннах бумаг, девушка сбегала сюда, в усадьбу.

В конце концов, благоверному можно шляться по Европам и Африкам, а она чем хуже? К тому же, не мотается, будто кошка, с консервной банкой на хвосте, а чинно приезжает в одно-единственное место! Туда, где полянка со старым пнём. И лес вокруг шумит. Хотя сейчас не шумит, так, шуршит слегка. Зима. Деревья голые стоят, ствол, ветки, чудом задержавшиеся листья, скрученные в корявые трубочки… Серо-бурый лес на фоне белого снега и белых берёз. Только сосны и кедры и оживляют пейзаж темно-зелеными лапами.

И всё равно, спокойней как-то. Можно присесть на пень, расслабиться, глядя на деревья, выбросив из головы все проблемы. Или, наоборот, спокойно обдумать возникшую ситуацию. Одну из многих, из кажущегося бесконечным списка…

А ещё на полянку, почуяв гостью, приходил Боец, пушистый золотисто-бурый зверь. Тот, с которым Надя познакомилась в зоопарке Южно-Сахалинска, и который убил князя Нашикского. Надя была уверена, что это именно тот хищник, и никаких доказательств ей не требовалось! Иногда харза носился вокруг девушки, вереща, словно рассказывая новости тайги, иногда садился напротив, и они часами молча сидели, размышляя каждый о своём.

Сегодня Боец не прискакал. Надя привычно устроилась на пне, крутя в голове ситуацию с Ефросиньей Горшковой. Совершенно не княжеского уровня, и, мягко сказать, идиотскую.

Фрося приехала с Кавказа вместе с мужем и пятью детьми. Данила Горшков был не то фрезеровщиком, не то токарем, Надя в тонкостях не разбиралась. Железо, станок… С высоты княжеского полета – все одинаково. Но рабочим оказался уникальным, и за него спорили судоремонтный завод, оружейники и кто-то ещё. Работал от зари до зари. А жена сидела дома. Хозяйством занималась.

Тревогу забила Наташа. Точнее, её работники из очередного Кун-чтототам-надзора. Горшковы младшие не ходят в школу. Пошли с проверкой. Фрося не пустила их в дом. Может, на Кавказе такое и проходило. Но не здесь, не сейчас и не с Натальей Матвеевной! Вторая проверка пришла с дружиной и магами, и защититься от неё запертой дверью оказалось затруднительно. Дверь аккуратно сняли с петель, вошли внутри и ужаснулись.

Выяснилось, что ведение домашнего хозяйства даме до глубокой лампочки – скучно, постыло и уныло, дети – в той же параллельной плоскости. Фрося же целыми днями занималась тем, что ходила по всевозможным заведениям и выпрашивала милостыню во всех возможных видах. И весьма успешно! Пробить скидку для многодетных в единственном ювелирном салоне острова – дорогого стоит! Выпрошенные пособия, скидки и вспомоществования, как и зарплата мужа, давно и надёжно загнанного под каблук, тратилась исключительно на саму Фросю. Дети донашивали одежду друг за другом и за отцом, ели, что придётся, и что попадется – доходило до сбора морской капусты на берегу, об учебниках или игрушках даже не мечтали. Наташа, невзирая на вопли и скулеж Фроси, отправила младших Горшковых в приют, к Микам, Тикам и Пикам.

И началась борьба Ефросиньи Горшковой за права женщин, то есть за право одной-единственной женщины делать всё, что ей угодно, и за отбор у всех остальных права этой единственной женщине мешать. Нет, она не создавала политическую партию и даже не устраивала одиночных пикетов с глупыми плакатами у княжеского дворца. Фрося писала жалобы, жалобы на отказ по предыдущей жалобе, жалобы на отказ по жалобе на отказ и так до бесконечности. Кроме жалоб Фрося писала требования, досудебные претензии, иски, и много чего ещё. Каждую бумагу лично несла в соответствующую инстанцию, где по служебной лестнице добиралась до главного начальства, минимум, по полчаса вынося мозг каждому встреченному чиновнику. В конце концов, она добралась и до княгини. Ни одна инстанция в княжестве документы от Горшковой не принимала. Но не говорить с ней было невозможно. Все попытки образумить чокнутую бабу результата не давали. Даже так хорошо зарекомендовавшая себя при подавлении бабьего бунта показательная порка ничего не изменила. Фрося встала, почесалась, и начала свою бессмысленную борьбу снова.

Проблему надо было решать кардинально. Например, выгнать дуру из княжества. Но Данила в этом случае собирался ехать за женой, потому что «люблю, хочу, повешусь». А Горшкова отпускать не хотели начальники производств.

Можно было просто повесить, чтобы другим неповадно было. Или отправить кого-нибудь ловкого, чтобы в подворотне сунул нож в разбухшую от наглости печенку. Но и методы не княжеские, и пятеро детей… Мать, как-никак, хоть назвать ее таковой сложно. Надя, похоже, стала слишком сентиментальной. Хотя в отношении Фроси последнее время начала от этой вредной черты избавляться. Но всё равно надо найти какой-то другой выход. Она – сука, но не банкир, не насильник, даже не бандит. Просто сумасшедшая эгоистичная сука. Минуточку…

Надя с удивлением посмотрела на вышедшего из леса человека. Невысокий щупленький азиат, не по погоде легко одетый. Маг, но слабенький. Странно, что она не заметила его раньше, лес неплохо просматривается, особенно сейчас. На всякий случай девушка активировала щит. Азиат остановился, приветливо улыбнулся… И в тот же момент Надю выдернуло в астрал.

* * *

Сару шел к сидящей на пне девчонке, испытывая законное удовлетворение. Длившаяся почти два года охота заканчивалась. Сначала задание показалось Сару обидно простым. Убрать чету каких-то мелких князьков, для величайшего убийцы всех времён… Даже смешно! Охрана? Да она даже не заметит угрозы! Жертвы – сильные маги? Не первые и не последние. На темных полях духов заклинания не работает. Там свои законы. Всё, что нужно, оказаться достаточно близко к жертве, чтобы вытащить её к духам. В астрал, как говорят большеносые гайдзины. Дальше – дело техники. Кибо убьёт физическое тело жертвы, прикрытое только магической защитой, а Сару уничтожит её суть. И всё! Новые знания, новые навыки и солидное вознаграждение от заказчика. И непередаваемое чувства собственного превосходства над теми, кто считал себя верхом совершенства.

Кибо – вообще не маг. Единственное его умение – продираться сквозь щиты, добираясь к беззащитному телу жертвы, чьё сознание бродит в астрале. Зато Кибу – специалист в деле боя и убийства. Редко найдётся охрана, способная остановить даже такого бойца, но в этом случае просто надо искать другой подход.

Сару – маг, но не сильный. Заклинаний от жертв набрался много, а освоил только самые нужные. Щиты, омоложение, ещё кое-что по мелочи. Главное его оружие – поля духов. Мало кто знает, как надо побеждать в астрале, где физические законы то соблюдаются, то нет, а биологические отсутствуют начисто. Белые гайджины любят ходить перекачанными гориллами. В Азии когда-то было много разных школ, представавших с той стороны бытия разными зверьми. Волки, птицы, акулы, тигры, крокодилы… Со временем все друг друга уничтожили. Противостояние школ Орла и Змеи стало основой для десятков книг и фильмов, ещё более бредовых, чем истинная история. Исчезли обе школы, да и всё. И гибридов пытались делать. Волколаки, тигрочеловеки, кентавры…

Астральная форма «тигрочеловек».

И где они все? Кончились. Сгинули вместе со своими носителями, доказывавшими своё превосходство до полного уничтожения астральщиков. Осталась лишь школа Снежной Обезьяны в лице единственного представителя, Сару. Но это было давно, Сару успел и омолодиться, и несколько раз поменять тело. И давно понял, что не надо зацикливаться на чем-то одном, следует брать лучшее из разных школ. Его форма плотная, юркая и быстрая. Это самое главное!

Тандем же Сару и Кибо способен разобраться с кем угодно. И князья Курильские – не исключение.

Однако выяснилось, что не всё так просто. Жертвы носились по всему княжеству, не задерживаясь на одном месте, не давая зацепок для планирования операции. Возможно, на Кунашире… Вот только там творилось что-то странное. Сару сунулся было туда, но быстро понял безнадёжность этого пути. Одни разумные медведи, вечно дышащие в затылок, чего стоят!

А князь ещё зачастил в Европу. Но любая проблема имеет решение. Вот эта полянка оказалась слабым местом княгини. Глупая женщина часто приходит сюда одна, совершая роковую ошибку. Сейчас половина заказа будет выполнена, а память жертвы подскажет путь к её мужчине.

Сару, не скрываясь, двинулся к жертве. Та закрылась щитами, но и только. Правильно, японец не выглядит опасным. Он и на японца-то не похож. Да и Страна Восходящего солнца отсюда далеко. А смерть уже близко. Сару накрылся щитом и дёрнул девчонку на поля духов.

* * *

Вако не имел ни постоянной должности, ни постоянных обязанностей. Просто жил и занимался, чем хотел. Сначала обучал спасших его стариков, потом тренировал дружинников и всех желающих или присланных. Не забывал и о своём развитии, ибо нет предела совершенству, а когда рядом такой боец, как Харза, грех этим не воспользоваться.

Уезжая надолго, Харза просил Вако аккуратно присмотреть за Надей, и княгиня обзавелась ненавязчивым телохранителем. Настолько ненавязчивым, что сейчас даже не подозревала, что она не одна.

Незнакомцев Вако заметил раньше девушки и, когда один из нападавших и княгиня окутались щитами, а второй ринулся к Наде, встал у него на пути.

И понял, что не всё так просто.

* * *

Сару не ожидал от девчонки серьёзного сопротивления. Бесформенное облачко, фигуристая красавица, похожая на себя реальную или, совсем уж с малой вероятностью, перекачанная горилла по европейским канонам.

Но на полях духов его встретила куница, да ещё в самом неприятном варианте: уссурийская, она же желтогрудая. Сару и в реальности-то не любил этих тварей, мерзких, ошеломительно быстрых, вонючих, охотящихся на всё, что шевелится, включая обезьян. А уж здесь… Как вообще княгиня додумалась до этой формы⁈ Такой тотем не использовался ни в одной азиатской школе…

Но антипатии антипатиями, а дело надо делать. И начать относиться к девушке всерьёз, новичок подобную форму не выберет! Значит, придётся повозиться, но по опыту японец превосходит противницу на порядки. Обезьяна атаковала, куница увернулась, попыталась сама куснуть противника, но тот вовремя отдёрнул руку, и они закружились в смертельном танце. Время играло на Сару, девчонке и так не хватало скорости, а когда Кибо уничтожит её реальное тело, она ещё замедлится и станет лёгкой добычей. А после победы надо будет подумать о такой форме, что оказалась не слабее любимой обезьяньей.

Однако время шло, а ситуация не менялась. Куница носилась вокруг обезьяны, стараясь атаковать со спины, а примат пытался перехватить её цепкими лапами.

Сару начал злиться: слишком много возни с неопытной девкой! И Кибо задерживается! Что за щит она выставила, если напарник не может его взломать? Отскочил, подавил нарастающую злость. Разум должен быть холоден, а не туманится злобой. Попытался провести стремительную атаку, заставил куницу отступать, разорвав своё бесконечное кружение, но большего не добился. Впрочем, перехватил инициативу, уже хорошо!

В следующей попытке резко хлестнул хвостом, и пока противница отражала неожиданную атаку, выбросил руку вперёд, ухватив харзу за ухо и оторвав его. Однако секундный успех был нивелирован потерей куска хвоста.

Девчонка была слабее, но дралась с яростью обреченной и пока удерживала равновесие.

* * *

Противник оказался очень силён и владел техниками множества японских и китайских школ. Вако ушел в глухую защиту, отбиваясь и одновременно изучая противника. У любого, даже самого сильного мастера есть слабые места. Надо их найти, и использовать. А потому Вако не торопился. Зато отчаянно спешил его оппонент. Ему ещё предстояло пробиваться сквозь Надин щит! Спешка и ошибки врага позволяли Вако драться относительно на равных, хотя японец был крупнее, моложе и, как ни удивительно, опытнее.

Таец присматривался, отмечая стили, применяемые врагом. Карате, кун-фу, тхэквондо разных школ. Японские, китайские, корейские стили. Мелькнуло что-то схожее с муай боран. То ли прадал серэй, то ли лэхвей, недостаточно чисто выполнено, чтобы определить точнее. Индокитайскими стилями тот владел слабее, но был знаком с ними, и это приходилось учитывать.

Пока же Вако обороняться, заставляя противника выматываться по полной. Молодость иногда идет во вред, заставляя быть быстрее и агрессивнее, чем надо. Атаковать самому рано, шанс будет только один!

* * *

Золотисто-бурый зверёк мчался по лесу, торопясь на поляну, на которой он встречался с большой смешной подругой. Харза не пытался вспомнить, когда они познакомились. Просто зверю нравилось играть с двуногой или просто сидеть рядом без всякой цели.

Подруга не всегда ждала его на поляне, но приходила достаточно часто. И всегда приносила какое-нибудь угощение. Зимой это особенно важно.

Стремительный бег не мешал зверю следить за обстановкой. Потому он не вылетел стремглав на открытое место, а перед самой поляной запрыгнул на ветку, и остаток пути преодолел, не касаясь заснеженной земли

На полянке было отвратительно людно. Двое больших двуногих дубасили друг друга руками и ногами. Но Бойца интересовали не они. Ещё один двуногий неподвижно стоял напротив замершей подруги. Внешне оба были совершенно спокойны, но инстинкт подсказывал зверю, что они сражаются. Не здесь, в том тёмном неприветливом месте, куда подруга как-то водила Бойца. Но какая разница где?

Это люди будут выяснять, кто прав, кто виноват и зачем это нужно! Боец не был человеком. И прямо с ветки сиганул на спину двуногому, и впился зубами в шею у основания черепа. Туда же, куда в своё время поразил своего злейшего врага. И в следующий момент шагнул в неприятную темноту. Противно, но надо.

* * *

Куница потихоньку сдавала. Астрал высасывает силы, и неопытный человек теряет их очень быстро. Сару уже чувствовал приближающуюся победу, когда ощутил прилив слабости. Ему не требовалось разъяснение случившегося: в реале что-то пошло не так, и его физическое тело мертво! Теперь оставался единственный выход! Надо дожать куницу и захватить её тело. Непривычно, противно, но деваться некуда, придётся побыть женщиной. Слабой, бесправной, да ещё подверженной ежемесячным сложностям. Но не надолго. Пока не подвернётся подходящий маг. А дальше новый захват… Можно даже в её муженька переселиться! Это будет поистине смешно!

Сару собрался, чуть уплотнился и бросился в решающую атаку. И тут же, навстречу ему, неизвестно откуда вылетела вторая куница. Маленькая, но невероятно быстрая и сильная. Мгновенно преодолела разделяющее их расстояние и выхватила кусок из плеча японца. Сару похолодел. Новый противник – не человек! Зверь! Сару слышал о таких случаях. На полях духов реальный хищник имеет огромное преимущество: он не колеблется, не знает сомнений, он весь подчинён одной цели – убить! И всё это становится плотностью, скоростью и смертоносностью. Бороться со зверем очень сложно. Но можно, особенно с таким маленьким. Пусть здесь размер играет куда меньшее значение, чем в реале, но всё же играет!

Сару бросился вперёд, но зверь легко увернулся от атаки, запрыгнул обезьяне на спину и впился в шею, чуть-чуть не отделив голову от тела. И тут же воспрявшая духом девчонка одним укусом оторвала японцу руку. Он ещё не осознал свой проигрыш, пытался отрастить оторванные части, размахивал хвостом и оставшейся рукой, а два безжалостных хищника уже рвали непобедимого мастера астрала на куски, не обращая внимания на слабое сопротивление.

* * *

Вот как-то так это и выглядело. Только изначально обезьянка была побольше.

* * *

Противник в очередной атаке провалился. Совсем чуть-чуть, но Вако этого хватило. Всего один удар, и таец костяшками кулака ощутил, как ломаются рёбра врага, сминая сердце и лёгкие. Всё было кончено, но старик нанёс ещё один удар. В горло.

И обернулся, чтобы увидеть, как оживает Надя, и спрыгивает с трупа второго японца крупный самец харзы.

– Ты, всё-таки, меня страховал, – прошептала Надя спекшимися губами. Наклонилась, зачерпнула снега, засунула в рот. – Спасибо! Он был силён?

– Он был сильнее меня, – поклонился Вако. – Но он был не прав.

– Самый правый оказался Боец, – девушка тепло улыбнулась.

– Харза, – Вако согнулся в поклоне. – Солидный зверь. Достойный.

Глава 19

– По вымпелам они нас вдвое превосходят. По суммарному залпу – разница втрое, у них тяжелых кораблей вчетверо больше, чем в нашем флоте, – Иван Степанович докладывал степенно, как и положено адмиралу.

– У нас какие плюсы? Кроме тельняшек и полундры?

Адмирал удивленно поперхнулся, но продолжил рапорт:

– Мы их кроем в средней дальности хода, частично скорости, весу отдельного снаряда. Главный калибр бьет на полтора-два кэмэ дальше, соответственно, выигрываем в дистанции боя. Пока сблизимся, есть шанс напихать полную панамку. Еще дуалистично проигрываем в перезарядке.

– Это как? – теперь уже Харза удивился.

– У японцев куда лучше тренированы команды. У матросов и комендоров, чаще всего, вся служба проходит на одном и том же корабле. Они как автоматы выучены. Нам до такого еще несколько лет практики. Но это до первых попаданий. Потом элеваторы ломаются, и перезарядка идет сугубо пердячим паром. Руки, блочки и прочие лебедки. Минут через десять японцы начнут сдыхать. На рыбо-рисе выносливость не та. И даже маринованная слива не помогает.

Тимофей кивал и разглядывал карту. Как и следовало ожидать, японцы подготовили праздничную встречу подальше от зоны патрулирования Тихоокеанской флотилии. И никак нельзя сказать, что недооценили курильский флот. Судя по количеству встречающих, севернее не осталось ничего крупнее лайбы-говновозки, японцы все стянули. Поскольку Харза мог обойти Японию с двух сторон, флот противник растянул в завесу, проскочить которую можно было лишь при большом везении и в густом тумане. Ну или под прикрытием тайфуна – когда океанские волны перехлестывают верхушки мачт, наблюдение за окружающим пространством получается не слишком уверенным. Обойти эту завесу, конечно, можно. Но нужно ли? Уж больно заманчиво в единственном генеральном сражении превратить Японию в сухопутную державу. Островная сухопутная держава! Экий кунштюк!

Вот на эту тему и совещались. Преимущество в скорости позволяло обойти флот противника и прибыть на Кунашир. А что дальше? Они же придут следом, и выигрыш в несколько часов ничего, по большому счету, не даст. Вечно уклоняться от боя не получится, раньше или позже схлестнуться придётся. И не забываем, про оставленные на рейде Хуаляня танкеры, транспорты и яхту с принцессой.

К тому же, растянутый флот противника позволяет разбить его по частям. Хотя бы попробовать! Двинуться в Корейский пролив, группировка из океана рванётся на перехват. А дальше – кто быстрей. Успеем разбить первую до подхода второй, половина дела сделано. Не успеем – придётся драться с двумя одновременно. Или уходить в океан, громить вторую эскадру, пока первая поспешает на помощь.

Почему, кстати, вторая эскадра не караулит возле Якусимо? С Окинавой понятно, туда подмога вряд ли успеет, а вот Якусимо…

А что морские волки говорят? Что князь непередаваемой крепости чушь гнать изволит. Как только выдвинемся, обе эскадры рванут навстречу. И как раз у Якусимо нас и встретят. Причем, обе сразу. А если на Цусиму двинем, то вторая тоже успеет к сражению. Жаль, такой грандиозный план пошёл лесом. То есть, морем!

Ладно, что имеем. Пять крейсеров против двадцати. Похоже, все верфи Японии три года строили крейсера. Но наши быстрее, лучше бронированы, дальше стреляют. Даже трофеи. Постарались франки, что и говорить! Или Лось постарался, знал ведь, кому достанутся игрушки. Только артефакты защиты поменяли после захвата, штатные японские и рядом не лежали!

Хорошая защита – большое преимущество. Что такое морской бой? Сплошная перестрелка и маневрирование. Создал на каком-то участке перевес, навалился толпой на одного и запинал к чертям. Снова маневрируем. Или сошелся тет-а-тет и долби, пока кто-нибудь не отправится рыб кормить. В том мире каждое попадание в силуэт может стать фатальным. Не обязательно даже пробивать броню цитадели. Разнесли румпельное отделение, и все, корабль потерял управление, став беспомощной жертвой.

Здесь же щиты радикально меняют ситуацию. Точнее радикально затягивают. Ибо прежде, чем начать курочить корабль, надо пробить щит. А при расстояниях, на которых находятся противники, атакующие заклинания совсем не так сильны, как хочется. И долбят в щиты, в основном, артиллерией. Но это процесс долгий – попробуй еще попади, а потому тактические уловки резко теряют в значимости. Щит даёт время принять контрмеры.

Но щиты на корабли кто угодно не поставит. Прикрыть щитом крейсер может маг силы Тимофея. Или Джуппо. Покойный Кауфман, пожалуй, мог. И всё. Георг Лундберг, Надя и резко усилившийся после медоедского лечения Лёшка поставят, но долго держать не смогут. А больше Тимофей магов такой силы и не знал.

Зато можно делать артефакты. Долго делать, долго заряжать, но результат вполне удовлетворительный. Перезарядить можно, но точно не в бою. И даже не в море. Дорогая штучка, на гражданские суда такие не ставят. Да и на боевые ставят, не ниже эсминца рангом.

Словом, морской бой во многом соревнование артефакторов. И Курилы здесь впереди планеты всей. Японцам такое качество и не снилось. У франков – получше, но никто чужие корабли артефактами своего производства снабжать не будет. За это и повесить могут.

Сейчас ситуация была неясная. Врага больше. Свои корабли сильнее. И по залпу, и по защите. Ещё быстрее и дальнобойнее. По оценке Тимофея силы примерно равны. Кузнецов и командиры кораблей некоторое преимущество противнику присуждают. То ли так и есть, и им виднее, то ли избегают недооценки противника. Скорее всего, прагматичный пессимизм, свойственный мореманам.

И в упор не хотят видеть преимущества в атакующей магии. Понятно, магов такой силы на флоте не бывало. От них на земле больше пользы. Но не в этом случае!

Чтобы не портить адмиралам и себе настроение бессмысленными спорами, Тимофей, княжеским произволом, вывел два корабля, Лёшкину «Наталью» и «Хотене», на которую перебрался сам под личное командование. Пусть себе играют в военно-морские шахматы по скучным правилам, а микро-эскадра Харзы изобразит засадный полк и игру в «Чапаева».

* * *

Техника накапливалась рядом с Палтусово. Рыбаки только головами качали. Бронеходы, конечно, все видели, но большинство по телевизору. А бронеходчиков в том телевизоре хрен разглядишь. А тут – смотри, не хочу. А с другой стороны, чего смотреть-то? Люди, как люди. Две руки, две ноги, голова одна, хвоста нет. Комбинезоны вместо зюйдвесток и что? Рожи в мазуте, так тоже ничего странного. Бронеход, он ведь, по сути мирный трактор, только пушку нахлобучили, да всякой пассивно-активной броней обвешали на испуг врага!

Машины получились интересные, посмотрели бы, покатались, проверили, как борозду держит, не отлетает ли борона, если боронить на сорока километрах в час, но холодно! А они в палатках живут! Ну и что, что с печкой? Всё равно самоубийцы! И эти, как их, мазохисты, вот! Хотя, может они там пьют как не в себя? Оттого и рожи мазутой пачкают, чтобы не разглядеть было рожи довольные!

Ещё на едмедей можно глянуть. Тоже сомнительной новизны зрелище. Медведь медведем. Что мы, медведей не видели? Ну, большой. И больших видели. И серебристых. И спящих тоже. И даже спящих без берлоги.

В общем, ажиотаж у местного населения прошёл часов за несколько. Даже неугомонные мальчишки уже на второй день не обращали на эту суету внимания. Конечно, обнаружься среди местных японский шпион, возбудился бы обязательно. Но внедрять шпиона в Палтусово японцам в голову не пришло. Их извращённая фантазия оказалась недостаточно извращённой. А чтобы с противоположного берега, было не разглядеть даже в самый мощный телескоп, на берегу незатейливо поставили здоровенный забор, навесив с фронта всяких обидных табличек на тему косорылости, желтизны и прочих глупостей. Поверх забора натянули несколько квадратных километров маскировочных сетей. И организовали регулярное патрулирование воздушного пространства силами приданного спецподразделения «Орлан». Птицы бдительно гоняли японские коптеры, время от времени добавляя маскировочности натянутым сетям и технике. Как ни старались операторы, но белохвосты все же не дроны, а живые птицы с непредсказуемой физиологией.

Устье реки Рикорда с коптера. Палтусово в нескольких километрах западнее вдоль берега, но из-за фотографий оттуда, может в гости товарищ майор прийти.

Армейцы, ибо назвать это скопление людей дружиной язык не поворачивался, только армией, что-то рыли, что-то строили, бегали, ходили, маскировали бронеходы. В общем, нормальная армейская суета.

Руководил работой сам министр строительства. Кому лучше знать, как соорудить склады горючего и боеприпасов, чтобы ни один диверсант не подобрался, как не тому, кто подобные уже взрывал? Вот Котэ и припрягли к этому делу. А как ты хотел? Осназ – это навсегда! Собственно, строителей было мало, Вахтанг отрядил в помощь оболтусу только пятерых. Подсобить родовой магией достаточно, а грузить, таскать и устанавливать в армии всегда есть кому. Военный городок рос и ширился. Поначалу без казарм, гауптвахты и даже штабного здания. Брезентовые шатры да туалеты. А также склады, капониры, артиллерийские позиции на берегу. Пока не примчался из Южно-Курильска детский десант в оранжевых одёжках и быстренько возвёл дощатые времянки. Тоже не бог весь какой уровень комфорта, но всяко приятней, чем палатки.

Через декаду местные привыкли настолько, что даже не замечали каких-либо изменений в армейской суете. Кто там прибывает, кто убывает… И поле иллюзии, накрывшее военный городок, тоже не видели. Даже не подозревали, что если смотреть сверху, ничего такого вокруг Палтусово нет. Поля, бамбучник, высокотравье, леса чуток подальше. Идиллия.

* * *

Курильская эскадра неторопливо двигалась вперёд, держа курс в Корейский пролив. Японская эскадра у Цусимы не реагировала, а вот вторая зашевелилась и к моменту, когда русские суда вышли на траверс Чемуджу, засветилась возле безымянных островков у дальней окраины Кюсю. Корабли под флагом с куницей притормозили и начали пятиться. Тимофею в голову бы не пришло начинать маневрирование в ста с лишним милях от противника. Японцы, видимо, тоже не поняли манёвра русского адмирала. А может, решили, что у них радары барахлят. В любом случае, занервничали.

А курильцы развернулись в сторону второй эскадры. Первой ничего не оставалось, как на всех парах двинуться на сближение. Зато вторая начала тормозить, вступить в бой в одиночестве японцы не желали. Кузнецов прибавил ходу. Японцы, наконец, сбросили скорость и начали отходить. Когда они настигли того места, где были в начале манёвров, русская эскадра подошла к ним на тридцать миль. Цусимская группа обогнула острова Гото, и двигалась вдоль Кюсю. В этот момент русские резко повернули, по широкой дуге обошли догонявшие их корабли, не приближаясь ближе, чем на тридцать миль к противнику, и оказались на входе в Корейский пролив. Можно было спокойно идти хоть во Владивосток, хоть на Кунашир. В скорости оставшиеся сзади японцы проигрывали.

Но Кузнецов развернулся к противнику и начал неторопливо отрабатывать задним ходом. Японцы объединились и начали преследование.

Когда расстояние сократилось до десяти миль, курильский флот открыл огонь.

* * *

Надя окинула взглядом собравшийся вокруг неё отряд магов. Увы, не так много на Курилах волшебников, достаточно сильных для задуманного дела. Или дело в том, что эти занимаются по её методике? Нет, скорее в том, что эти занимаются серьёзно, стараясь достичь максимального результата. Но как не хочется ввязывать в это детей. А кого ещё? Сама Надя, Наташа, чета Алачевых, трое дружинников и пятеро из приюта, включая девятилетнего Витька и его московскую подругу. Уж эту-то точно не стоило, но… Как отказать, когда девочка смотрит, а в глазах сквозь слёзы читается: «я же соответствую!». И соответствует. Ничего не умеет, но источник чуть ли не самый большой среди мелких. Самородок! Ладно, Наташа, по сути, тоже ребёнок, а с чем только не справляется…

– Повторяю ещё раз. Работаем мы с Наташей. Вы все – запасные батарейки. Когда у нас кончается энергия, подпитываете. Без очереди не лезть. Полностью не выкладываться. Как на тренировках. Петь, вы с Дашей только на защите детей. Особенно ты со своими щитами. Вам в помощь десяток Семёна. Чтобы ни случилось, дети должны выжить. Всё. По едмедям!

Показывая пример, вскочила в седло. Серебристый неторопливо поднялся и двинулся к воде. Наташа пристроилась рядом, следом остальные. Надя полоснула по воде конструктом и от берега побежала широкая полоса льда. Кивнула Наташе:

– Примерно так. Десять метров шириной и в метр толщиной. Больше не надо, береги силы. Сейчас я, как сдохну, сменишь.

Едмедь потрусил по льду, постепенно набирая ход. Ему предстояло двадцать километров пути. А им – двадцать километров работы. Стыковку концов с понтонным мостом выполнят другие. Задача магов только заморозить. Только заморозить! Двести тысяч кубических метров воды! Выделившейся при этом энергии хватит, чтобы вывести на орбиту Земли пару тонн груза. К счастью, эту энергию заберёт окружающая вода, а нагревшуюся воду унесёт течение. Надо только чуть-чуть подтолкнуть процесс. На что тоже нужна энергия. И Надиного запаса не хватит. Но можно поглощать выделяющееся тепло. И на это тоже тратить…

Надя считала, что знает физику. Ни хрена она не знает. За просчет процесса пришлось посадить специализированную шарашку! И нарезать им попутных задач на тему «как сделать, чтобы мостик не унесло в Японское море». Вот на Хонсю удивятся, когда к ним приплывёт рукотворный айсберг[1] с бронеходной бригадой на борту. Ребятам Хвощёва, конечно, всё равно, где япошек бить, но на Хонсю просто не хватит боекомплекта! Но научники клялись, что всё сработает, и даже сил у Нади с Наташей хватит. Впритык. Но идти в бой без резерва глупо. А запас слишком малолетний. Надо постараться обойтись своими силами.

Но пока всё шло нормально. Едмеди трусили с крейсерской скоростью и недовольства не проявляли, ледовая дорожка удлинялась на три сотни метров ежеминутно, источник пустел с головокружительной быстротой, но половина пути уже позади. Или только половина пути?