Текст книги "Долг человечества. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Михаил Попов

Соавторы: Артем Сластин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

– Верно. Ее даже нести сейчас нельзя. Катя, – я посчитал, что закончил с отступлениями и объяснениями, обернулся на заместительницу, – как это произошло?

Рассказанное заставило меня несколько раз удивиться. Девушки результативно подстрелили несколько птиц вида Кориту, собрали добычу в инвентари, сохраняли бдительность и осторожность. Затем, Мира обнаружила солончак. Пустотелый, трухлявый пень, доверху засыпанный обычной поваренной солью, из тех, что продаются в магазине достижений.

Лучница единственная, кто знала, что это такое. В дикой природе такие солончаки устраивают егери и смотрители лесов, дабы восполнять у живности нехватку получаемого из природных даров натрия. Так они становятся здоровее. Ну а для зверей солончаки – что наша вкусняшка, и они очень любят ее лизать.

То, что объект рукотворный, сомнений не было никаких. И Мира было решила, что где-то неподалеку пасутся какие-нибудь местные олени или что-то вроде того. И именно тогда она и сорвалась к этой лужайке, дабы превзойти, судя по всему, свою сестру и первой подстрелить добычу покрупнее.

Тогда-то ее нога и угодила между двух деревьев, где присыпанный листвой располагался отравленный капкан. А на крики слетелись нетопыри.

– Где-то рядом может быть лагерь людей. – Озвучил я почти очевидное. – Вы ничего не встречали по пути? Следы, сломанные ветки, другие ловушки?

– Нет, Марк, – покачала головой Катя, – ничего такого.

– Не пугайтесь, – из леса вышел амбал, прервав наши обсуждения, а за ним двое девушек, Линь Синь и Роза, – Марк, твой лягушонок прибежал и настойчиво тянул меня сю… О господи!

Зеленый выпрыгнул из рук целителя и замер немного в стороне, а Борис, увидев произошедшее, несколько раз переменился цветом лица, но сохранил самообладание. Его спутницы из отряда собирателей пока не разглядели произошедшей трагедии.

Я слышал приход троих наших людей немного заранее, потому не удивился их появлению. Несмотря на то, что я подозревал наличие людей в непосредственной близости, шаги Бори я не спутаю ни с чем. Он и выглядит как медведь, и шумит в лесу, как медведь. Стоило им появиться, я лишь быстро ввел здоровяка в курс дела, уточнив при этом, что антидот я уже дал, но все равно не понимаю природу столь стремительного отравления.

– У меня есть специальный навык. – Проговорил здоровяк, склонившись над умирающей и подмяв ноги под себя. – Не думал, что он мне пригодится так скоро.

Коснувшись тела девушки, по ней, от головы до конечностей, пробежал яркий зеленый свет, вроде как с похожим сиянием, как у исцеляющей магии, только другого цвета. Но и это воздействие, на первый взгляд, никак не помогло раненной.

– Что ты делаешь?.. – С опаской спросила Ира, и даже потянулась руками к Борису, чтобы его оттащить от своей сестры.

– Спокойно, – парень убрал одну руку от тела Миры и положил ее на ладонь Иры сверху, когда та коснулась его плеча, – я когда-то взял навык, дарующий иммунитет к любому яду. Прямо сейчас я накладываю его на Миру. Надеюсь, так удастся нейтрализовать яд.

Пока что самую сложную тему мы не поднимали. Роза, пряча от меня взгляд, протиснулась между деревьями за спиной Бори, и села поглазеть. Линь Синь же, опешив и явно испугавшись, сигнализировала мне о чем-то, требуя разговора наедине.

Я отметил где-то на краю сознания, что даже меня, стойкого к подобным вещам, пронял кошмарный вид травмы. Роза же, словно у нее сердце из камня, глядела на развороченную плоть и кости без всякого отвращения и страха. Покривив душой и отложив принятие тяжелых решений, я поднялся, кивнул Борису и Кате и отошел в сторону, за торопящейся Линь Синь, чтобы узнать, чего она хочет и к чему такая секретность.

Глава 8

– Марк! – Звала меня Катя, пока я, стоя напротив Линь Синь, пытался считать смысл того, что она пытается мне донести.

– Линь Синь, попробуй как-нибудь иначе. Я не знаю, жестами, – я подвигал руками, подсказывая, что имею ввиду, – да хоть как-нибудь, я не понимаю!

– Марк! – Настойчивее и громче кричала мне девушка.

Азиатка долго, упорно, со страхом в глазах пыталась мне что-то донести. Но общение через сломанный телефон было трудным. Пусть я и вынужден был совсем недавно изъясняться жестами, но это было хотя бы на одной волне, с одним культурным кодом. А тут – мрак и темень, я совершенно не понимаю ее.

– Марк!!! – В третий раз, уже на грани истерики, прокричала мне Катя.

– Еще раз. – Спокойно, выдохнув, сказал я темноволосой девушке напротив. – Повтори еще раз. – Чеканил я каждое слово.

– Роза… Не ходить… Туалет. – Дополнила она двумя жестами, перекрестив предплечья, следом, зажав пальцами носик и помахав перед ним другой рукой открытой ладонью.

Раздался душераздирающий крик. Такой, что кровь в венах стынет. Принадлежал вопль Мире, бедной девушке, что сейчас так страдала. Пусть я и понимал, что звать меня просто так не будут, но азиатке удалось меня убедить ее выслушать. И я, наконец, добился от нее чего-то осмысленного в моей собственной парадигме.

Кивнув ей и поманив за собой рукой, я стремглав метнулся к источнику воплей. Антидот и магическое вмешательство Бориса привели к тому, что яд удалось нейтрализовать, и сейчас Мира вновь пришла в себя, истово крича от боли. Нужно что-то предпринять. О смысле сказанного настойчивой китаянкой я подумаю после.

– Где тебя черти носят! – В сердцах бросила Катя, подняв на меня полные слез глаза. – Я не знаю, что делать!

– Шеф, она умирает. Еще пять, максимум десять минут. – Озвучил худшее предположение Борис, скорбно отведя руки от раны на ноге.

– Силы твоих лекарских заклинаний не хватает? Может, зелье добавить? – Стал я быстро вслух перебирать варианты.

– Нет, – уронил себе на грудь голову мужик, – перебиты все сосуды, крупные, мелкие, да все! Это месиво не залечить ничем, ни магией, ни снадобьями.

Обескураженная Ира вскочила на ноги, выхватила лук, брошенный мной на землю, когда началась кутерьма, натянула тетиву с вложенной стрелой и нацелилась на меня. Но не только: ее прицел гулял между мной, Борей, Катей и остальными, а в глазах читалась паника.

– Быстро что-то сделайте! Вы обязаны ее спасти, или я вас всех тут перестреляю! – Выкрикнула она, сломавшись.

– Ира, успокойся, – дипломатично мягко решила вступиться за нас Роза, – мы поможем. Опусти оружие.

– Быстрее! – Девушка вытерла нос о плечо и вернулась к удержанию нас на мушке.

– Давай успокоимся, ты им не помогаешь, делаешь только хуже. – Сделала Роза несколько шагов навстречу обезумевшей лучнице.

Я же, признаться, не знал, как реагировать. Не то, чтобы страшился смерти, я взглянул ей прямо в лицо и не единожды, но сейчас я просто не знал, как хотя бы облегчить страдания девушки, не то, чтобы спасти ей жизнь. Все известные способы мы так или иначе применили.

– Так, Борь, – начал я, – выхода у нас нет, надо пробовать.

Нога выше туго наложенного жгута сильно разбухла. Ниже это было слабо похоже на ногу, скорее на сочащиеся куски плоти, которые лишь тянули беднягу в могилу. Нужно избавить ее от этого. Потому я коротко объяснил парню, что собираюсь сделать и какую реакцию, а главное, когда, от него жду, принялся выполнять.

Отойдя на полтора метра от девушки, я отвернулся, промямлил нечто вроде молитвы, явил в реальности копье из инвентаря и покрыл его наконечник упрочнением, сделав так, чтобы он легко разрезал вообще все, без сопротивления. Мне нужно сделать один быстрый и чистый разрез.

Но не только это. Купив в магазине стартовую мантию волшебника, пока она фактически стерильно чистая, мы быстро порвали ее на тряпки и бинты. Конечность-то я отсеку, да только что с последствиями делать сейчас неясно. Она легко истечет кровью. Было принято решение как можно плотнее зажимать рану, и делать это не грязной ветошью, а хотя бы так.

Набрав в легкие воздуха, я повернулся, прицелился, вознеся копье над своей головой, будто держал секиру, и что было сил рубанул сверху вниз!

Вскрик девушки потух и смолк, она вновь отрубилась. Ногу я отсек на несколько сантиметров выше травмы, на три пальца не доходя до коленной чашечки. Борис среагировал мгновенно – прислонил чистые ткани в несколько слоев к ране и тотчас принялся использовать свою заживляющую магию, прямо так, поверх марли.

– Что… Что вы наделали… – Наконец, или дипломатия Розы, или совершенное мною действие, вынудили Иру отложить оружие. Она осела на землю безвольным кулем и разрыдалась пуще прежнего.

– Борис, нам придется ее нести. Сейчас. Обоим, причем так, чтобы ее правая нога была выше сердца. – Проговорил я, уже начав вязать тканевые носилки еще из двух мантий.

– Перекладывайте ее, поднимайте, а я подвяжу культю так, чтобы она была наверху. – С готовностью вызвалась помочь Катя.

– Хорошо. Взяли! – Рявкнул я, и мы переложили раненную на только что связанные две мантии в одну. Неудобно, но по другому никак, и времени на что-то более основательное у меня нет.

Поднявшись во весь рост, я удерживал руки позади, и был в нашей связке ведущим, а Борис ведомым. Между нами на тканевой подложке бессильно лежала девушка. Не теряя больше ни минуты, мы выдвинулись обратно.

Выглядит так, будто мы спасаем кого-то просто потому что якобы должны спасать. При прочих равных, наши действия выглядят нелогично, и так оно и было. Что произойдет с нашим лагерем, здесь и сейчас, реши мы избавить ее от страданий иначе? Милосердно, быстро и безболезненно. Что случится с ее сестрой? Сможем ли мы отмыть свои черные души, выбрав легкий путь?

Лезли мне эти мысли в голову неспроста. Как скверна, хладнокровие и здравый смысл порождали во мне сочащиеся язвы, захватывая все больше и больше здоровых клеток. В Марке умирает человек, я осознавал это отчетливо, так же, как вижу солнце по утрам. Потому что, не будь я связанным обязательствами и обликом морали, я бы ее бросил.

И нет, это не из-за того, что она учудила в лагере. И не потому, что дразнила и выставляла трусом Егора, каковым он, в общем-то, и является, это не секрет. Парнишке над этим еще работать и работать, а авось и не выйдет из него никогда смельчака.

А просто потому, что так было бы рациональнее. Меньше ресурсов, меньше сил и проблем. Раз – и все. Ямы копать Борис умеет, он делал это слишком часто. Но то, что во мне еще живо, яростно сопротивлялось такому исходу. Что ж, я взгляну на свое отражение на воде иначе в тот день, когда я предпочту смерть союзника его спасению.

В этом весь я.

Из леса мы вышли довольно быстро, будто и не было у нас с Борей на двоих груза. Я-то помогал нам импульсом, но все равно взаимозависимость даже от длины шага и необходимость балансировать раненную нас замедляла. А тут, шли, не разбирая дороги, строго на запад.

Пару раз прерывались – не для того, чтобы перехватить уставшие руки, как ни странно усталости вообще не чувствовали, а для того, чтобы на несколько минут слегка ослабить жгут. Чтобы еще живые ткани у колена и выше не умерли, лишенные кислорода и питательных веществ.

Дальше нужно будет поднять ее наверх. Задачка та еще, но нет ничего невозможного.

Шли молча, в тишине, каждый в своих мыслях. Я пошагово, раз за разом, прокручивал в голове порядок действий, и только одно лишь это помогало мне двигаться вперед без остановок.

Наверх, в гору, мы взобрались без единой передышки, за чуть больше, чем час. Я не следил точно за временем, лишь засек, что жгут был наложен три с половиной часа назад. Остатки ноги ниже жгута уже отмерли бы за это время, не прерывайся мы на те легкие ослабления тугой повязки, но смогли донести девушку к медику живой и без тяжелого глубокого некроза.

Дальше все зависит от Жени. Опять. Даже не знаю, как мы столько выжили и обошлись без тяжелых увечий, пока ее с нами не было. Надеюсь, она хотя бы примерно помнит свой университетский курс, и имеет представление о том, как сформировать культю по правильному, а не как мы, варварски отрезав конечность, которая девушку губила.

Удивительно то, что нам улыбнулась удача – не столько из-за того, что нам удалось доставить раненную до того, как она умерла, а потому что нам по пути не встретилось врагов. Наше возвращение могло в одночасье обернуться еще одной трагедией. Как будто одной мало.

Пробиваясь сквозь вопящих и вопрошающих людей к лазарету, мы с Борей в едином порыве положили девушку на кушетку.

Женя, едва увидав наше приближение, побагровела, и явно сдерживалась, чтобы не высказаться и пройтись по нам, как следует. А я и сам понимал, что возвращаться вот так в лагерь после первой же экспедиции – практически самоубийство для лидера. Но вернуться без одного члена было бы еще хуже, верно?

Отогнав меня и Бориса, целительница нависла над Мирой, старательно игнорируя наше присутствие. Она разматывала пропитавшиеся бурой кровью тряпки, и с каждым слоем лицо девушки становилось все темнее и темнее. На лице прямо-таки читалось, сколько всего могло пойти не так. Но она упорно молчала.

Мы коротко пересказали Жене события, которые привели нас к тому, что есть на текущий момент. Она задавала уточняющие вопросы, про время, про яд, и мы наперебой старались внести ясность. Наконец, закончив, девушка высказалась.

– Твою дивизию… – Выдохнула она тяжело и тихо, но в застывшей тишине лагеря было слышно каждое слово.

Культя, которую мы с Борисом и Катей так старательно пеленали, открылась взгляду. Выглядело это гораздо хуже, чем когда мы ее только отрубили. Синеватые полосы расползались от среза вверх, к колену, края раны вспухли и разошлись, а из-под кожи, там, где Борис по моей команде предпринял попытку активизировать регенерацию, сочилась мутная сукровица.

И кость, вернее ее осколок, торчал из мышц.

– Санитары членорукие, отличная работа. – Женя не повышала на нас голоса, просто отчитывала, как нашкодивших котят. – Если бы вы ей ногу не отрубили, она бы и правда умерла. Ну а так вы просто обеспечили ей гангрену.

Борис было хотел открыть рот и высказать что-то в свое оправдание, но я потянул его за рукав куртки и качнул головой. Мы и правда не знали, что именно нужно делать, и действовали ориентируясь только на чутье. Книг по медицине у нас тут нет, а опыт прошлого почти неприменим.

Целительница приложила пальцы к шее Миры, замерла на несколько секунд, прикрыв глаза и, видимо, отсчитывая пульс. Это выдавали ее едва шевелящиеся беззвучно губы. Затем она отвела взгляд от раненной и огляделась.

– Варя! – Позвала она негромко, но так, что девушка в оранжевой мантии волшебницы встрепенулась и тотчас выскочила из глазеющей толпы, осматривая произошедшее круглыми, как блюдца, глазами. – Слушай сюда, мне нужна будет твоя помощь.

– Конечно! – Опешившая от того, что станет невольной помощницей в операции Варя бодро и обеспокоенно закивала.

Женя говорила быстро и четко, диктовала буквально то, что хочет сделать и в чем именно ей потребуется помощь. Затем скомандовала кому-либо из толпы нагреть воду и прокипятить ее, а мне приказала добыть больше чистой ткани. Лагерь зашевелился, как потревоженный улей.

– Я буду резать заново, после этих чертовых косоруких коновалов. – Сказала целительница. – Сосуды я перевяжу, но капилляры и прочую мелочь нужно будет прижечь.

– Но я же не знаю…

– Покажу! – Перебила Варю доктор.

Женя брызнула на марлю какой-то жижей из миски и эту смоченную тряпку приложила к лицу Миры. Пациентка мгновенно расслабилась, вытянулась, словно крепко уснула. Потом срезала наложенный Егором жгут, и я увидел, как из раны толчками пошла темная кровь, и черт побери, как же ее много.

– Варя, вот здесь. Прижги. – Настойчиво потребовала Женя.

Волшебница протянула руку, кончик ее пальца на миг раскалился добела, и она ткнула прямо в пульсирующий сосуд. Затем еще, и еще, снова в новые точки. Кровь, наконец, почти остановилась.

– Умница. – Выдохнула Женя. – Продолжим.

Я наблюдал, как завороженный. Учился, это раз, прокручивал в голове факты о моей ответственности за произошедшее, это два. Ну и три – был под рукой, если что-то понадобится. Сомнительно, конечно, но мало ли.

Сама операция продлилась около часа. Женя обточила кость, как-то хитро завернула плоть и кожу, подшила, продезинфицировала все, что сумела вытяжкой из сфагнума, приклеила какие-то клеющиеся куски ткани к плоти и коже, стягивая травму, и наконец применила целительную магию, причем очень интенсивную. Видимо, это что-то новенькое после того моего разделения очков на весь лагерь.

– Не грызи себя, шеф. – Уронил свою пудовую руку мне на плечо Борис, застав меня в одиночестве в стороне от лазарета.

– Она права. – Кивнул я в сторону Жени. – Руки у нас и правда из жопы.

– Но еще она сказала, что мы приняли правильное решение. Иначе бы живой ее сюда не донесли. – Попытался успокоить меня друг, но сделал только хуже.

– Борь, ситуация гораздо глубже. Люди ждут от меня понимания последствий и ответственности, но они заблуждаются. Они ждут от меня чуда, только правильных решений, которые не приводят к вот таким вот последствиям. А я, хоть убей, не мог знать, что в том лесу был чужой капкан, который перерубит девчонке кости. – Я будто ниже стал на пяток сантиметров. Скрючился и сжался.

– И именно поэтому ты наш лидер. – Я так и не понял, почему, но здоровяк поспешил дополнить. – Не смотря на то, что как бы опасности нас подстерегают на каждом углу, мы до сих пор живы. Я считаю, что могло бы быть хуже. И девушка могла умереть. Или вовсе застрять в плену у Барона. – Высказался он, и мне правда стало полегче на душе.

Но надолго меня одного оставлять никто, видимо, не желал. Еще бы…

– Ради бога, простите меня. – Склонившись передо мной молила Ира. – Я тогда… тогда… не знаю, что на меня нашло.

Я не стал дослушивать ее причитания. Все понимаю, я видел неадекватную реакцию на потрясения уже множество раз. Даже привык. Потому, наклонился, почти силой поставил девушку на ноги.

– Соберись. – Прозвенел мой голос. – Сестре нужна будет помощь и уход.

Старательно избегая какого-либо внимания к своей персоне, я переждал кризис. Вроде бы все улеглось. А меня разрывали тревоги и сомнения изнутри – я снова никому вокруг не доверяю. Слова Линь Синь, косноязычно, но все же донесенные до моего разума. Действия Жени, которые сейчас отличались от той методики, к которой она прибегла для спасения жизни Ренгу.

Поддавшись мановению, я, в беспамятстве, прошел в лазарет, чтобы посмотреть на птичку. И обомлел: ее рана в плече сильно опухла, раздулась, налилась кровью и синевой. Температура ее тела зашкаливала, я потрогал. От нее даже пахло плохо.

Женя сейчас была в середине долины. Что она там делает вообще, почему… Как? Я что-то явно не понимаю. Так же, вместе с целительницей, была Роза Валерьевна. Они стояли и непринужденно что-то обсуждали, как будто полчаса назад ничего такого не произошло.

Я осмотрел весь лагерь, силясь сообразить – у меня не все дома? Паранойя пришла вот так, нежданно-негаданно, и мне теперь придется с этим жить, или кто-то еще вокруг замечает странности и несостыковки?

Роза, услышав что-то от Жени, ей кивнула и присела на корточки. Прямо посреди чертовой долины. Я выискивал глазами Катю. Мне же это не мерещится? Может, я просто не смог взобраться на гору и свалился в бредовый сон, не справившись с нагрузкой?

У меня сейчас голова взорвется.

А затем и правда раздался взрыв, гулкий и раскатистый, прокатившийся по всей долине и за ее пределы.

– Боже, что это⁈ – Раздался выкрик, смазанный и спутанный, доносящийся до моего сознания каким-то отголоском.

Я стоял под сводом пещер со спальными местами и не мог поверить своим глазам. Как я допустил то, что прямо посреди моей базы открылся этот огромный портал⁈

Глава 9

Лишь на миг мне показалось, что я это уже видел. В груди защемило и закололо так сильно, что я грешным делом решил, что у меня случился инфаркт или еще какой приступ. Предчувствие было настолько поганым и мрачным, что я оторопел, силясь сообразить, что мне с этим появившимся порталом делать.

Разумеется, от меня требуется реакция. Лучшее, что я могу сделать – мобилизовать своих людей, предупредить их об исходящей от портала опасности. Несмотря на то, что появившийся мерцающий перламутровый переход между нашей долиной и неизвестным мне местом отличался внешне от того, что открылся между Землей и этим полигоном, ничего хорошего я не ждал.

Чутье подсказывало, что это не наши наблюдатели решили взглянуть на кучку выживающих менеджеров и прочих продавцов воочию. Значит, это что-то другое.

– Все в укрытие! – Рявкнул я и выбежал из-под свода пещер, в которых отдыхал после тяжелого дня и многочасового перехода.

– Что происходит, Марк? Что это? – Ко мне подбежала Катя, вцепилась мне в руку, но я одернул ее, дабы оставаться свободным в движениях. Мало ли, что произойдет.

– Послушай, мне нужна твоя помощь. Собери людей, заставь каждого взять оружие. У меня очень, очень плохое предчувствие. Я пойду туда и посмотрю внимательно, но, послушай, – я на секунду обернулся, обнял девушку за плечи, и запоздало понял, что повторяюсь, прося меня выслушать, однако я специально напирал, дабы быть услышанным, – сейчас что-то будет. Не знаю, что, но изо всех сил постарайся спасти людей. Спрячь их. Выведи в невидимости к южному склону. Там холодно, знаю, укрыться негде, но нужно потерпеть. Сделай это. Вперед, Кать, не мешкай! – Я осторожно оттолкнул от себя заместительницу, и видимо мой встревоженный голос так сильно пронял кинжальщицу, что та, раскрыв рот, смогла только кивнуть несколько раз и убежать вглубь долины.

Вытащив из инвентаря свое магическое копье, я покрыл упрочнением сначала его, затем свою броню, приготовившись к худшему. Я всегда готовлюсь к самому скверному развитию событий, даже если ничего не предполагало плохих исходов. И сейчас, спустя несколько мгновений после того, как эта мерцающая пелена посреди моего дома возникла, я мысленно себя убедил – это именно тот случай.

Мне, помимо прочего, было жутко интересно, как так случилось, что именно на том самом месте, где стояла Роза, возник портал. Разумеется, ничего более разумного я не придумал, кроме как подойти и спросить.

– Роза, – голос мой отдавал сталью, – не шевелись, и спокойно объясни мне, что это. – Я перевел взгляд на перламутровое сияние вертикально стоящего трехметрового диска портала.

– Вот. – Женщина поднялась с земли, отряхнула испачканные коленки и голени, и протянула мне рубиновый кристалл. – Кое-кто хочет с тобой связаться.

Я не стал брать в руки протянутую мне вещь, сначала идентифицировал ее.

(Трансгрессор пространства.)

(Флуктуация локали по оси координат X, Y, Z, темпоральное смещение двух точек пространства.)

(Парный предмет.)

(Одноразовое.)

– Это ты заставила портал открыться? Где выход? И зачем ты это сделала? – Я вцепился пальцами в копье так сильно, что казалось, еще немного, и я сломаю древко.

– Я. – Кивнула она, и вела себя кротко и сдержанно, совсем не как обычно. – Меня очень сильно попросили это сделать. А выход – там. – Они бросила руку в сторону востока.

– Где «там»? Роза, я не хочу играть с тобой в эти игры. Мне нужны ответы. – Волна негодования и злости поднималась наверх, но пока еще контролируемая.

– Марк, прошу, не делай глупостей. Я всего лишь связной, у меня свои причины. Просто выслушай, что тебе скажут, и все обойдется. А потом я всё объясню. – Женщина попятилась, выставив руки вперед, как будто это могло ее защитить. Но я не стал рубить с плеча. Портал уже здесь, значит, проблемы будем решать по мере их поступления.

Спустя две минуты, как портал раскрылся, из него вышло несколько человек. Я знал не всех, но кое-кого хорошо запомнил. Пленивший и похитивший меня маг льда, Леонид, с его вечно прилепленной на лицо ухмылочкой. И еще один, третий, здоровый мужик смуглой наружности с дурацким ирокезом.

Безумного Макса пересмотрел, что ли.

– Приветули! – Развел руками Леонид. – Я вижу, нас встречают, как подобает.

Роза, едва увидела белобрысого парня, тотчас бросилась к нему, чуть ли не в объятия, но как-то это… они явно знакомы, причем довольно давно. Возможно, даже задолго до апокалипсиса, который застал нас, неготовых землян, врасплох.

– Чего вам здесь надо? – Я встал напротив непрошенных гостей, совершенно не скрывая своего недоброжелательного настроя. Но гораздо важнее то, что остановился я так, чтобы собственной грудью встать на защиту пещер.

Я оглядел мельком каждого из пришедших. Оружия наголо не было ни у кого, но если в случае с магом льда это ни о чем не говорило, то увидеть безоружными остальных было неожиданно. Тем не менее, прекрасно осознавая наличие у всех инвентарей и способности быстро вооружиться, ложных надежд на мирные переговоры я не строил.

– У тебя есть тут, где присесть? Мы, видишь ли, с дороги, продрогли и проголодались. – Стал кривляться и каламбурить Леонид, демонстрируя свое мнимое превосходство.

– Я не в настроении принимать гостей. Говори, чего тебе надо, и проваливай. – Выдохнул я, изо всех сил стараясь сохранять самообладание.

– Что ж. Я к тебе лицом, а ты… – Леонид поджал губы и вскинул подбородок выше, надменно и горделиво. – Ладно. – Резко собрался он и заговорил. – Не буду ходить вокруг да около. Мне нужен союзник.

– Что ты несешь? – Разъярился я не на шутку, ведь этот приход, да еще и с такой помпой, так что его фраза больше напоминала издевку, нежели что-то иное.

– Говорю как есть. – Поднял Леонид руки, словно сдается. – Так ты уберешь свою тыкалку? Я объясню.

– Не уберу. – Качнул я головой спокойнее. – Вас трое, или правильнее будет сказать четверо? – Перевел я взгляд на женщину.

– Четверо, четверо. – Приобнял он Розу за плечо и подтянул к себе. – Но она тебе не враг, как и я. Да, в прошлом у нас были разногласия, но политика меняется. Потому я, как ты можешь заметить, пришел сюда сам, без Барона и его цепных псов.

– Это самодеятельность? – Уточнил я.

– Всё так. – Довольно ухмыльнулся он. – Тебе ведь есть, за что ненавидеть Барона?

– Предположим. – Ответил я неопределенно.

– Тогда я предлагаю нам объединиться против него. – Хищно потирая ладони озвучил цель своего визита Леонид.

– Какая мне с этого выгода? Я и без тебя с ним разберусь. – Я четко осознавал, что мотив в чем-то другом, но пока не видел истины.

– Ну… – Призадумался Леонид, но сделал это картинно, наигранно. Он явно заранее спланировал весь ход разговора. – Давай начну с хорошего. Роза!

Женщина, услышав оклик прямо в ухо, вздрогнула испуганно, но спустя всего секунду, поняла, чего от нее требуют. Ее взгляд сфокусировался на вкладках инвентаря, которые я сейчас не видел, и в руках у нее появилась пара больших драгоценных камней, размером с яблоко. Цветом только отличались от того, что она показала мне ранее. Тот был красным, как спелый гранат, а эти салатовые, кислотные и яркие. Леонид прокомментировал:

– Моя группа разведчиков нашла загадочный куб, который, на повестку, оказался хранилищем. Там было три комплекта вот этих вот каменюк, ведущий и ведомый, мама и папа, один при его использовании связывает пространство с другим. Получается вот такой вот, – Леонид перевел взгляд себе за плечо, – чудесный портальчик. Роза, отдай их Марку. Это подарок, бери-бери.

Я вновь идентифицировал предметы. Да, точно такие же трансгрессоры, как и тот красный. Женщина сделала пару шагов навстречу ко мне, держа на полусогнутых руках эти камни, поднося их мне, но я заговорил до того, как она ко мне приблизилась.

– Я ничего у тебя не возьму, пока ты не объяснишь мне, чего ты хочешь. – Сказал я, и женщина затормозила на половине пути.

– Ох, я и забыл, как с тобой сложно. – Закатил глаза белобрысый. – Ладно, слушай внимательно, и ничего не упусти.

Леонид пустился в рассказ. Он поведал мне, что последний мой визит в форт, где обитает Барон и его прислуга, стал причиной раскола. Многие считают, что старик слаб, и не смог ничего противопоставить двоим лазутчикам. Форт уничтожен, треть рабов сбежала, две трети либо пойманы снова либо убиты в ходе погони. Барон ранен, и мало того, что он ничерта не видит, так еще и теперь почти не двигается.

Но в открытую его убить сейчас Леонид не может. Слишком мало сторонников. Он, с его слов, если попробует немедленно, верные старику люди совершат вендетту, и только тогда начнут организовываться. То ли дело я. Их враг, непримиримый, очевидный и понятный. Если я убил бы Барона, то людям пришлось бы вокруг кого-то сплотиться вновь. И главный кандидат – ближайший советник Константина. То есть, Лёня.

– Ты хочешь купить мою помощь за одноразовый телепорт? – Подвел я черту, услышав этот рассказ.

– Не совсем так. Ты же продажник, вот я тебе свою идею и продаю. Считаем вместе, твои выгоды, – он стал загибать пальцы, – у тебя будет покой на востоке, ровно как и у меня на западе. Подпишем что-нибудь вроде пакта о ненападении, и будем его придерживаться. Твоя выгода – спокойное развитие и безопасность.

Звучит логично, потому я коротко кивнул, слушая дальше, ведь палец собеседник загнул всего один, а судя по его лицу, он продолжит.

– Отлично, принимается. – Просиял он. – Далее, торговля. Я намереваюсь не держать рабов, как мой предшественник, а действовать разумно и честно. Каждому по потребностям, от каждого по способностям. Сейчас мы производим меха, шкуры, заготавливаем доски и делаем лекарства. Объемы выработки снижать не планируем.

– Ты говоришь так, как будто ты уже глава. – Подметил я.

– Да, черт побери, это так и есть! Я же говорю – старик слепой, все документы за него подписываю я, все распоряжения отдаю я, всей хозяйственной деятельностью тоже занимаюсь я. А выгода, почему-то, только у него! – Мой вопрос изрядно разозлил Леонида, но эта злость была направлена не на меня.

А мне стал понятен смысл этой жажды власти. Можно было бы спросить напрямую, какой процент налога с них собирает Барон, но я решил сейчас этого не делать. Хочу послушать, что он расскажет дальше.

– Ну как? У тебя тут миленько, мог бы поставлять нам что-то, что хорошо умеешь делать. – Прикинул Леонид. – Веревки, например, я помню, когда ты меня к смотровой вышке привязал, они у тебя были крепкими.

– Пока что ты меня не убедил. – Высказался я, но не потому, что старался набить себе цену, а для того, чтобы вызнать как можно больше. Пока что не очень горячо, можно продолжать.

– Портала, безопасности и торговли тебе мало… Хорошо, – воспринял Леонид мою позицию по своему, – ты меня вынуждаешь. Умеешь торговаться, явно видно, делец, каких поискать.

– Ближе к делу. – Оборвал я поток бесполезной лести и уловок.

– Помнишь ту здоровую, бронированную и вопящую махину? – Забросил он удочку. – Так вышло, что я имею над ней контроль. Ультимативное оружие, право дело, похлеще твоего динамита будет. Так вот, если мы это маленькое соглашение заключим, я, так уж и быть, расскажу тебе, как так вышло. И, возможно, если наш союз двух фракций окажется крепок и взаимовыгоден, я буду должен тебе одну услугу по его аренде. Как тебе, а? – Он был явно горд собой, аж светился.