290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Крымский излом 1994. Записки свидетеля. » Текст книги (страница 7)
Крымский излом 1994. Записки свидетеля.
  • Текст добавлен: 27 ноября 2019, 21:00

Текст книги "Крымский излом 1994. Записки свидетеля."


Автор книги: Михаил Колесов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

…Дело в том, что понятие «народ» принципиально отличается от понятия «национальность», поэтому «коренной народ» и «коренная национальность», как говорят в одном из южных городов, где эта проблема столь же актуальна, как и у нас, – это две большие разницы. «Народ» – это понятие демографическое.

…В демографической структуре почти каждого народа есть коренные и некоренные народности, права и особый статус которых оговорены либо в Конституции, либо гарантированы международным правом. Речь здесь идет не о самостоятельных субъектах международных отношений, а о соблюдении прав народностей внутри единого демографического образования. При этом ни какая самостоятельная государственность в этом случае не подразумевается.

…Таким образом, подмена понятий происходит одновременно на двух уровнях. Первый: понятие «нации» подменяется понятием «национальность», когда говорится о «праве наций на самоопределение». Второй: понятием «народ» подменяется понятие «народность», когда ставится вопрос о международных гарантиях прав «коренных народов». Все это приводит… к концептуальному «передергиванию», когда одна правовая концепция фактически подменяется другой. Вот это опасно своим возможными последствиями. В истории такие случаи уже были.

…Отдают ли себе отчет те, кто хотел бы выпустить Джинна из бутылки, в том, смогут ли они загнать его назад, когда он станет опасным для них же самих?»

***

…На конференции работа проходила в объединенных (из-за недостатка участников) секциях. Опять выступали немцы, и единственным интересным докладом был доклад Берестовского. Переработанную мною статью он забрал без энтузиазма, хотя и «поблагодарил». После этого я «отвалил» на вокзал. Как хорошо, что у меня был обратный билет на тот день!

На поезд попал вовремя. В купе со мной оказались молодой «бизнесмен» Сергей (из Севастополя) и немолодая «экономист» (из Запорожья), которая успела рассказать нам всю свою жизнь. Пили пиво и разговаривали. Потом я читал московские «Известия». Меня потряс очерк Мукусева об убийстве российских тележурналистов в Сербии, которое замалчивали в России.

Ночью почти не спал. Утром поговорили с Сергеем об его «бизнесе» и о Греции (где у него жена с сыном). За разговором доехали быстрее.

В Симферополе меня встретила, конечно, крымская погода – дождь. Троллейбуса ждал полчаса. Отправился прямо на работу. На кафедре поговорил со своими «девочками», попрощался на лето с Ларисой, которая принесла мне розы! Потом меня вызвал проректор Ильичев, который держался нагло и сообщил, что забирает у нас помещение методического кабинета. После этого я зашел за козьим молоком и отправился домой.

Дома отдохнул и разобрался с вещами. Угостил соседа Владимира Александровича «рюмочкой». Вечером приехала Ирина. Поговорили, кажется, обо всем. После ее визита чувствовал себя очень хорошо. Давно забытое состояние…

В субботу утром, как обычно, съездил за козьим молоком. Поговорил по телефону с Женей, которая неожиданно призналась, что «соскучилась». Меня это тронуло. Между мной и детьми никогда не было излишне «сентиментальных» отношений. Поцелуи и объятья, также как и взаимные «признания в любви», в нашей семье не были приняты. Поэтому малейшие оттенки чувств улавливались очень тонко… У моей матери в Гурзуфе было «все в порядке», хотя она, по-прежнему, «болеет». В прошлом году мы здесь в Симферополе (воспользовавшись помощью моих знакомых врачей) сделали ей сложную эндокринологическую операцию, от которой она до сих пор еще не пришла в себя.

Потом домой заехала Карпова – отдал ей бумаги для Киева.

В квартире уже второй день не было никакой воды.

Неожиданно приятная новость: «Крымские известия», наконец-то, напечатали мою статью «Мертвые хватают живых» или кто подложил «бомбу» под кресло президента?»:

***

« Задуманная осенью прошлого года кампания по выборам первого Президента и нового Верховного Совета Крыма подавалась средствами массовой информации как великое завоевание демократии. 17 сентября был принят Закон «О выборах Верховного Совета Крыма», разрекламированный тогда, как шедевр юридической мысли регионального масштаба. Как показали прошедшие выборы, этот документ оказался не только юридического неграмотным, но и политически, мягко выражаясь, «недоброкачественным».

…На протяжении всей предвыборной кампании Центризбирком ни разу не обращался к Верховному Совету за разъяснениями и фактически взял на себя законодательные функции последнего.

…Например, Центризбирком принял беспрецедентное в мировой практике Положение «О порядке проведения предвыборной агитации по выборам Верховного Совета Крыма». В нем полностью игнорируется гарантия законом равных прав кандидатов при проведении выборной кампании.

…Можно было бы сказать, что немалые государственные деньги были выброшены просто на ветер, если бы не два обстоятельства. Во-первых, так называемые «партийные» и «национальные» посиделки перед микрофонами и телекамерой оказали большую рекламную услугу тем кандидатам по одномандатным округам, которые шли от партий и национальных обществ. Во-вторых, те, кто очень хотел прорваться на экран или к радиомикрофону, либо нашли нужные деньги, либо тех журналистов, которые оказали небольшую «дружескую услугу» импонирующим им кандидатам. В результате у нашего телезрителя и радиослушателя сложилось впечатление полного торжества гласности и демократии. Ну а поверившие в демократические иллюзии и законотворческие миражи «кандидаты в народные депутаты» оказались втянутыми в откровенный политический фарс.

…Кому это было нужно? Думается, что выборы ответили на этот вопрос: тем, кто писал «Закон о выборах Верховного Совета Крыма» под себя и своего Президента. …Результат оказался совсем иным. Убедительная победа блока «Россия» – это заслуга прежнего состава («багровского») Верховного Совета, принявшего столь двусмысленный Закон о выборах».

***

И очень кстати…

Именно сейчас в Верховном Совете Крыма идет борьба Мешкова за утверждение правительства Сабурова. Срок «ультиматума» Киева будет, вероятно, продлен до 15 июня. В России Сергей. Шахрай сравнил Крым с Татарстаном, с которым договор (как с самостоятельным государством) подписал Ельцин.

…Воскресенье началось с визита в таксопарк к Владиславу Георгиевичу. Договорились о зарядке аккумулятора. Потом был на автостоянке, и целый час отмывал машину от какого-то дерьма. Затем – магазин и рынок, – купил кое-что. Дома прибрал бумаги, пообедал и ждал Ирину.

Ждать пришлось долго. Почему? Объяснений не было. Как и в прошлый раз, проболтали весь вечер, в основном, об ее детях. У неё симпатичные уже почти взрослые девчонки (по фотографиям), чуть младше Жени. Потом я отпустил ее смотреть с детьми праздничный салют.

Я же по кабельному ТВ посмотрел хороший триллер. За стеной гуляла шумная кампания – день рождения соседки Раи. Заскочил на несколько минут поздравить её, но возвращаться в пустую квартиру не хотелось, и я остался.

Воды в квартире, по-прежнему не было (набирал внизу у подъезда из водопроводного крана и таскал на десятый этаж). Но настроение почему-то хорошее. Появилось ощущение жизни...

В понедельник утром на кафедре проинструктировал своих «девчонок». Отпустил (подписал необходимые бумаги) Антонину Шведову в докторантуру в Киев. Поговорил с Верстовской о моем будущем статусе в «Таврическом университете», она привезла оттуда деньги.

После обеда зашел в поликлинику взвеситься – 60 кг. Вес стабилизировался!

Вечером были с Ириной на концерте французской пианистки (из ФРГ) Элизабет Сомбарт. Очаровательная и обаятельная «любительница». Но принимали ее с восторгом.

Потом была прогулка по ночному городу и возвращение домой. Опять была беспокойная ночь, но чувствовал я себя отлично.

Утром, проводив Ирину и съездив за козьим молоком, я начал работать над текстами. Пришел сосед Владимир Александрович и отремонтировал развалившееся старое кресло и телевизор. Но посмотреть ТВ не удалось, так как приехал Панайот (по моей просьбе). С ним пили кофе и бренди и говорили о союзе Крыма и Греции, а также об идее открытия греческого колледжа (лицея) в Гурзуфе. Позже зашел «майор» Виктор, с которым решили вопрос о совместной поездке на «дачу» в воскресенье.

На следующий день приступил к кафедральным обязанностям. Учебная нагрузка у всех, конечно, превышала норму. Из-за ухода Алешина и отъезда Шведовой срочно нужно было найти людей на две ставки. Потом принял в колледже у нескольких человек зачет, остальных выгнал. Затем нанес визит Чирову по поводу дочери Виктора. Вроде бы все нормально.

Неожиданно в коридоре встретил Ингу. Странно! Работая в разных корпусах, мы не пересекались почти год. Что это, женская интуиция или случайность? В другое время, наверное, эта встреча произвела бы на меня впечатление. Сейчас поздоровались, как «посторонние» и… разошлись. Слава богу! Вернулся домой спокойно и… забыл об этом(!)

В квартире воды, по-прежнему, не было. Вычитал первый текст второй части учебника. Сделал выписки из гороскопа и сел смотреть ТВ: Влад Листьев в своей новой программе «Час пик» беседовал с Ильей Глазуновым о России («страна – Жар-птица»).

В связи с этим я вспомнил мою встречу с Глазуновым десять лет тому назад в Манагуа. Тогда он произвел на меня впечатление амбициозного резонера.

Четверг был свободным от занятий днем. Визит к нотариусу по поводу завещания оказался неудачным. Зато удалось сделать кое-что поважнее. Наконец, отвез на фабрику свои туфли в ремонт (обошлось в четыре раза дешевле). Купил два билета в театр (на разные места, что вызвало в кассе переполох). Затем в колледже получил деньги. После обеда вычитал два текста учебника. Потом на рынке купил немного черешни (стал себя баловать!). Чувствую себя нормально, хотя в весе не прибавил, но и не потерял.

Вечером читал детектив и смотрел по кабельному ТВ боевик…

9 июня. «Останкино» передает, что слухи об отставке Черномырдина («по здоровью») преувеличены. О Крыме говорить перестали. Шум в местной прессе тоже стихает.

…10 июня – сегодня Женя сдает свой последний школьный экзамен. Дал ей ободряющую телеграмму. Пусть у неё все будет хорошо…

На кафедре дал очередной «разгон» завкабинетом из-за не сделанной до сих пор учебной нагрузки и поговорил с Верстовской о делах «таврических». Потом заехал получить деньги на «курсах». Да, вчера при сдаче зачета в институте («на Пущкинской») мне опять пытались дать «взятку». После обеда на автостоянке поставил новый заряженный аккумулятор и заправил машину бензином.

Вечером смотрел по ТВ «Взгляд». Вел Александр Любимов, но это уже не то! Нет шарма Влада. Потом приехала Ирина...

По ТВ начался французский сериал «В кругу первом» (по Солженицыну). Впечатление двойственное: все вроде бы «по тексту», но не «убеждает». Как будто «посторонний» рассказывает тебе уже известную историю.

Утром сходил сдать бутылки, которых за последние дни набралось необычно много. Хорошо, что Женя этого не видела!

Весь день думал о вчерашнем ночном ощущении неудовлетворения. Что-то в наших отношениях с Ириной меня настораживало. Не повторение ли это уже пройденного?

Посмотрел «Крымские известия»:

11 июня. Бывшие «союзники» фракции «Республика» (Мордашев и др.) и «Россия» (Никулин и пр.) начали выяснять отношения между собой в Верховном Совете. Россия завтра отмечает День «независимости». От кого?

…Воскресенье оказалось суперудачным днем!

Хотя началось не лучшим образом. Приехал «майор» Виктор. Троллейбуса мы не дождались, пошли на автостоянку пешком. Машина завелась с первого оборота ключа. Доехали быстро. Но начали без энтузиазма. Так что я уже пожалел, что взял его с собой. Наконец, поставили семнадцать столбов (три кто-то уже украл). Получилось неплохо, но зацементировать не удалось (из-за отсутствия цемента). Вернулись поздно.

Я дозвонился до Жени. Настроение у нее хорошее. Собиралась в Ленинград для визита в институт музыки и кинематографии (на предмет поступления). Потом намерена посетить Крым со своей школьной подругой Викой. Голос бодрый.

Сделал ужин и смотрел по ТВ «Идеальный мир» с Микки Рурком.

Ирина пришла очень поздно…

Весь следующий день я чувствовал себя немного утомленным. К тому же в атмосфере что-то явно давило (но дождь так и не пошел). На работе долго не задержался. Набросал схему преподавательской учебной нагрузки на следующий год. Получилось, что нужна еще ставка, кроме двух освободившихся. Где найти людей? Ни в городе, ни в Крыму таких специалистов не было…

Дома отлежался (или давление изменилось). Вычитал еще один текст учебника. Карпова уже несколько дней не появлялась. Значит надо ждать очередного сюрприза.

Всё время думаю об Ирине. Что это и что будет дальше?

Разница в возрасте была большая. Мое здоровье не давало повода для оптимизма. У нее семья с многочисленными родственниками, в которую я явно не вписывался. Характер у нее строптивый и «травмированный». Но умна и сексапильна, этим редким сочетанием она и притягивала к себе. С ней приятно было общаться и в разговоре, и в постели. Похоже, я к ней начинал привязываться. Это меня тревожило, так как, было очевидно, что на долгое продолжение наших отношений рассчитывать глупо.

Ирина мне сама рассказала анекдот про скорпиона (она по гороскопу «Скорпион»), который упросил черепаху переправить его на другой берег реки, а потом все-таки ее укусил… Я понял, что это предупреждение по поводу того, чтобы я не питал иллюзий.

Смотрел по ТВ КВН с участием студентов Симферопольского университета. «Может ли большевичка носить джинсы?» «Может, если молния не расходится с линией партии» (?!).

13 июня. А в Чечне опять предпринята попытка свергнуть Дудаева.

Сегодня – исторический день, – я, наконец-то, официально оформил развод.

В ЗАГСе холодный взгляд служащей: «в Вашем распоряжении 15 дней!» Потом очередь в сберкассу (изменилась сумма «госпошлины»). И, наконец, Свидетельство о расторжении брака. Всё! Закончилась шестилетняя тягомотина, положен конец «соломенному вдовству». Итак, я, наконец-то, свободен! Ну и что? Не знаю, прав ли я, но мне стало значительно легче. Будто свалил тяжелый рюкзак, который таскал все эти годы на спине…

Затем – таксопарк. Договорился на субботу о замене «свечей» и о ремонте выхлопной трубы (нужна сварка). На обратном пути сделал фотографию на загранпаспорт (идея Ирины).

После обеда посмотрел «Крымские известия», напечатавшей текст Конституции Крыма от 6 мая 1992 года («Багровской»). Документ по тексту привлекателен, но с практической стороны абсолютно бесполезный. Никогда Украина не пойдет на признание, фактически, «независимости» Республики Крым (как это сделала Россия по отношению к Татарстану). Так что это очередной блеф крымских «россиян».

14 июня. По ТВ в программе «Час пик» выступил знаменитый российский офтальмолог-бизнесмен Святослав Федоров: «зарплата – признак рабовладельческого строя».

…Я сделал вывод: если жить, то надо иметь деньги, иначе – не жить!

Вечером напился впервые за последний год. По поводу «развода». 18 лет жизни – «коту под хвост». Какое-то странное ощущение: нет сожаления о прошлом (в нем слишком мало было приятных воспоминаний), но угнетало вообще чувство бессмысленности пережитого. Ради чего все это было? Ради того финала, к которому я пришел? Какой-то абсурд жизни!

Ведь, собственно, живешь ради чего-то конкретного. Жизнь сама по себе – вещь бессмысленная. Я никогда не завидовал «благополучным» людям и «долгожителям». Моя жизнь всегда была перенасыщена какими-то событиями, проблемами, интересами, а самое главное – целями. Но чем старше я становился, тем чаще достижение цели не приносило мне удовлетворения, так как не оправдывало той цены, которая была заплачена за это. С годами цена становилась все дороже, а цели все мельче. Однако все-таки оставалось ощущение того, что жизнь продолжалась, и достигнутое было сделано не зря. Но именно так совпало, что с исчезновением страны у меня катастрофически стала быстро разрушаться парадигма ценностей, которая определяла смысл жизни. А это значило, что и вся предыдущая жизнь теряла свое значение. Для чего теперь все это было нужно? Для того чтобы сегодня думать только о том, как выжить?!

…Утром чувствовал себя разбитым.

Потом работал на кафедре с учебной нагрузкой. Забрал сделанные вчера фотографии и себя не узнал. Как я изменился за этот год! Глядя на фотографию, любому было ясно, что этому человеку осталось жить недолго…

Дома отлежался и опять на работу. На ректорате сделал Шарапову представление на дополнительную «ставку». Почти все присутствовавшие деканы «встали на уши». После этого вернулся домой. Настроение было какое-то «промежуточное». Вчера с Карповой говорили об «Академии управления» (понесло ее на «верхи»).

С Ириной теперь почти ни о чем конкретном не говорили. Итак, все было ясно. Наши отношения – это лишь эпизод в нашей жизни. Сейчас у нее дома «неприятности» с дочерьми. Мне это было знакомо.

Холодильник вновь не работал, и попытка его реанимировать не удалась. Мастерской по ремонту холодильников в городе уже не было. А отсутствие холодильника это для меня – отсутствие продуктов, а значит и еды.

В квартире, по-прежнему, не было никакой воды и это – ужасно.

Побывал я у «экстрасенса». Сказала, что есть «сдвиг» к лучшему. Я и сам это чувствовал, но внешне пока не было заметно…

В четверг вечером были с Ириной в театре (в филиале на «Советской»). Посмотрели пьесу английского автора «Там же, тогда же». Супруги Бондаренко играли неплохо.

Привычка к театру у меня появилась в Ленинграде, которую мне привил мой друг-однокурсник. За студенческие годы я познакомился со всеми ленинградскими театрами: товстоноговский БДТ, владимирский театр Ленсовета, акимоский театр комедии, горбачевский Александрийский театр и другие. Ну и, конечно, Мариинский и Малый оперный театры. Бывая в Москве и в Киеве, я старался посмотреть театральные новинки сезонов. В Симферополе я старался не пропускать премьер русского драмтеатра и даже был знаком с ее руководителем Анатолием Новиковым. Я не был театроманом, но театр привлекал меня всегда как «потусторонний мир» (по ту сторону рампы). Поэтому здесь я предпочитал классику, весьма скептически относясь к современной драматургии…

После театра мы зашли ко мне…

«Нас утро встречает прохладой»...

После визита к «козе» я работал с отчетами преподавателей на кафедре. Из отчета Катушева узнал, что он сдал свою кандидатскую диссертацию на защиту. Даже не счел нужным обсудить ее на кафедре (?!).

Юра Катушев – странный тип. Он перешел вместе со мной со старой кафедры, где у него отношения с коллегами были весьма «сложными» из-за его амбициозности. Сейчас ему было около сорока лет. Бывший комсомольский секретарь института он сумел применить свой организаторский опыт в «бизнесе», не покидая своего «места работы». Он создал свою «фирму» – нечто вроде коммерческих «подготовительных курсов». На самом деле он был посредником «решения вопросов» при поступлении абитуриентов. Размах и наглость, с которой он проворачивал свои «дела», наводили меня на мысль, что он имел страховку в «правоохранительных органах» города, с которыми, похоже, сотрудничал и раньше. Все было организовано столь эффективно, что Юра пользовался большой благосклонностью начальства. Так что, для этого молодого «бизнесмена» преподавательская работа была всего лишь «крышей». При этом он постоянно давал мне понять, что своим назначением на заведование кафедрой я обязан именно ему…

Потом я неожиданно попал на встречу «команды Президента» (Мешкова) с «научной общественностью» города по поводу «социальной программы», суть которой: «спасение утопающих – дело рук самих утопающих». Мне стало скучно, и я покинул это «благородное собрание».

Дома читал детектив и смотрел ТВ.

Всё думал о том, к чему приведут мои отношения с Ириной. У нее слишком много родственников и друзей. А это, по опыту «семейной жизни» я уже знал, рано или поздно, приведет к вмешательству «извне».

В субботу с утра прошел проливной дождь. Я промок на автостоянке, затем ехал на машине по ступицы колес в воде. Навестил «козу» и отправился в таксопарк. Здесь Кузнецова прождал полтора часа, несмотря на предварительную договоренность. Наконец, выхлопную трубу сварили, свечи он проверил и еще дал пару лампочек для габаритных фонарей. Вернулся при прекрасной погоде. Дома взялся красить маленькую лоджию. Перепачкался и перепачкал все, что было можно. Потом вымыл полы. Пришла Карпова и забрала очередной материал к учебнику для машинистки

Ирина (удивительно, как до сих пор они не пересеклись с Карповой) привезла очередную продовольственную «пайку» (ее отец – отставной прапорщик, занимался «продовольственной программой» семьи). На этот раз, она необычно много болтала и курила. Причины я не понял…

18 июня. Ельцин издал Указ о борьбе с «организованной преступностью». Госдума по этому поводу «полезла в бутылку». Украина и Белоруссия готовятся к президентским выборам.

…Воскресенье – день Троицы – позвонил в Гурзуф. У матери все «нормально»: нет воды, нет газа. После обеда читал «Хиромантию для всех». Интересно. По руке («обезьянья линия ума» соединяется с «линией сердца») определил, что «линия жизни» у меня нормальная. По «линии сердца» – «немотивированность, спонтанность поступков, всякого рода излишества в эмоциональной сфере». «Линия ума» указывала на «рационализм и ограниченность воображения». «Обезьянья линия» – на способность одновременно сосредоточиться только на одном деле. «Линия судьбы» – «маловероятно», что я преуспею в жизни. Она предупреждала о «неудачах, связанных с серьезными ошибками». Вроде бы все сходится, но от этого грустно…

По ТВ смотрел фильм с Бельмондо «Увидеть труп своего врага».

Опять заболело сердце. Вечером приехала Ирина…

В понедельник сидел на кафедре и готовил с лаборанткой Леной годовой отчет о работе. Сдали его в учебную часть быстро, с первого захода. От этого настроение у меня поднялось. Верстовская организовала встречу с Литвиненко (госкомитет по охране памятников культуры), который мне сделал комплемент: «внимательно слежу за Вашим статьями». Разговор получился «камерный».

Вернувшись домой, сел за тексты, но поработать не удалось. Приехала Ирина сообщить, что вскоре уезжает на «заработки» куда-то в Подмосковье. Столь неожиданно и на «неопределенное время». Просто так! Теперь я понял, почему она нервничала накануне. Вроде бы ничего особенного, но мне не нравилось мое ощущение дежавю. Ведь именно это у меня уже было! Если она уедет, мне надо будет подумать: зачем повторять пройденное?

После ее ухода я посмотрел по ТВ («Пресс-клуб») фильм Говорухина «Великая криминальная революция». Досматривал его уже вместе с неожиданно вернувшейся Ириной.

На следующий день после проведения семинара-консультации, вовремя успел на евпаторийскую электричку. Ехал долго, поезд останавливался почти у каждого телеграфного столба. В Саках ко мне подсел Александр Иванович, мой «издатель», который устроил эту поездку. И, конечно, он опять меня «надул». Вместо обещанных 4,5 миллионов выдал лишь один. Объяснил он это тем, что «прижимистость» евпаторийских учителей, среди которых он распространял буклет моих «Лекций», его «разочаровала». Получилось, что я ехал в Евпаторию за собственный счет. Но на городском «учительском семинаре» мое выступление приняли хорошо и пригласили еще. За такие-то скромные деньги! Возвращался очень усталым и неудовлетворенным.

Вечером отметил день рождения бывшей супруги. «Какая ты все-таки дура, Лида! Из-за своей глупости сломала жизнь и мне, и детям, и себе. Ради чего?» Смотрел «семейные» альбомы (Прибалтика, Болгария, Никарагуа, Венгрия и прочее), – годы, выброшенные в мусорный ящик!

Напился!!!

Следующий день оказался удачным.

Утром на кафедре меня навестил сам Шарапов, и я получил на кафедру одну дополнительную ставку. Спокойно! Потом получил деньги. Очень кстати. После обеда домой пришла Ирина. Наконец-то, объяснились. Оказалось, что эта поездка связана с ее недавно появившимся маленьким «бизнесом», который являлся единственным источником семейного дохода. Она приобретала здесь кое-что из деревянной бижутерии и вывозила для своей «посредницы» на московский рынок. Мне возразить против этого было нечего. И все-таки, почему же она так нервничала, если все так безобидно?

Вечером остался один, читал и смотрел ТВ:

22 июня. В Москве была проведена операция «Ураган» с поддержкой дивизии им. Дзержинского (20 тыс. человек) На таджикской границе идут бои. Российские войска вошли в Абхазию. По слухам, в Симферополе было покушение на братьев Башмаковых, одних из наиболее одиозных лидеров организованной преступности в городе. Говорят, что Юрий Мешков пришел к власти на их деньги, и посредником был Лева Меримский через свою корпорацию «Империя». Теперь, вероятно, начались «разборки».

…В четверг получил приятную новость!

Утро началось, как обычно, с визита за козьим молоком. Потом принимал экзамен. Набросал, наконец, учебную нагрузку. Еще раз поговорил с Шараповым и ректором об Алешине (его заявление до сих пор не подписано). После обеда поехал к «экстрасенсу», которая встретила меня демонстративно холодно. Значит, пора с этим заканчивать. Три месяца вполне достаточно. По дороге заехал в поликлинику взвеситься и… 61,5 кг. Совсем неплохо (за две недели – 2 кг., за месяц – 3 кг.). Самое главное – что я ощущаю это физически...

Вечером пришла Ирина переговорили весь вечер об ее первом муже (отце девчонок), который работал врачом в Севастополе, и, по ее словам, много пил. Он уехал из города несколько лет назад после их развода, причиной которого якобы была его случайная (по пьянке) «измена».

Проводив ее домой, я задумался.

У меня оставалось ощущение, что она чего-то не договаривает. Ирина была достаточно молодой женщиной и впереди у нее еще вся жизнь. И наличие двух дочерей – не помеха. Но было очевидно, что она на себе поставила крест и жила так, как будто для нее уже не было будущего. И при этом всеми силами она старалась «соблюсти лицо». Потертые джинсы, застиранная майка и на ногах вьетнамские шлепанцы – во всем этом девчоночном виде был вызов: «да, мне очень плохо, но мне плевать, что вы об этом думаете». В какие-то моменты она мне напоминала выброшенную на улицу домашнюю собачонку…

23 июня. Россия присоединяется к Программе НАТО. В Верховном Совете Крыма обсуждается статус Севастополя. Заявление адмирала Бескоровайного (командующий ВМС Украины) о том, что Севастополь – база ВМС Украины, а ЧФ – иностранный флот.

В «Крымских Известиях» – резкая редакторская статья против Кравчука, интервью с российским адмиралом Балтиным о бессмысленности аренды Севастополя.

…В пятницу, наконец, закончил просмотр последних текстов учебника.

Затем пришла Ирина и сделала обед, который затянулся надолго. Потом разбежались. Я поехал на автостоянку. Поставил выхлопную трубу, проверил машину, подключил магнитолу. Но она не работала, так как не хватало определенной «мелочи».

Вернулся домой расстроенным.

В субботу утром позвонила Женя и сообщила, что она приезжает.

Потом я пригнал с автостоянки машину. Забрал Ирину и мы поехали на «Мраморное». Добрались благополучно, хотя чуть не попали в дорожную аварию. Горная дорога к пещере оказалась плохой, но машина выдержала, хотя бензина сожрала много (на четверть моей месячной зарплаты). Посещение «Мраморной» пещеры произвело на нас впечатление, несмотря на то, что пришлось долго ждать своей очереди, и внизу было очень холодно.

Вернувшись домой, поговорили о том, что нужно думать, чем все это для нас закончится. А что тут думать? И так ясно, что рано или поздно это закончится… ничем.

Неожиданно нагрянул Панайот с приятелем. Оба пьяные. Еле выпроводил. Странный визит! У меня такое впечатление, будто он следил за Ириной. Вероятно, у них были «особые» отношения до меня…

Я был очень рад, что возвращалась Женя. Но это – новые проблемы, в том числе и финансовые. Но будем решать. М-да….

«Похоже, не видать тебе, парень, личной жизни до пенсии!»

В воскресенье я побывал на «даче», которую с появлением Ирины стал навещать редко. Савельич встретил меня как «родного».

По возвращению, проголосовал за Кучму (день президентских выборов) и зашел на рынок. От покупки вина и цветов я воздержался. Оказалось не зря.

Вечером приехала Ирина и привезла «объяснительное» письмо, по поводу вчерашнего разговора. Оно меня «тронуло». Из письма было ясно, что наши отношения для нее что-то значат, и она боится их потерять…

Ночь прошла беспокойно. С утра я был разбит. На работе принял экзамен у своих оставшихся студентов. Провел заседание кафедры, утвердив годовой отчет и учебную нагрузку на следующий год. Конечно, многовато, но могло быть больше. Главное сейчас – найти человека на вакансию. Поговорил с Верстовской о «Таврическом университете» (без 0,5 ставки работать там вновь отказался), с Карповой о моей работе в «Академии управления». Звонил Леонид – он успешно защитился в Киеве, но «спасибо» мне не сказал. Договорились о встрече. Дома пообедал. Голова как чугунная. Потом чистил окно от краски на лоджии. После этого смотрел по ТВ «Большой капкан» с Муравьевой…

27 июня. По «Останкино» сообщили, что на выборах Президента Украины на второй тур вышли Кравчук и Кучма. В Крыму началась борьба с «организованной преступностью».

…Потом пришла Ирина. Пили сухое вино и ели принесенный ею великолепный пирог. После этого она рассказала о похищении своего сына.

Оказалось, что она второй раз вышла замуж. Кем был ее второй муж, я так и не понял. Но потому, как она упорно уклонялась от ответа на этот вопрос, я предположил, что он был обычной «шпаной», оказавшись «проездом» в Симферополе. Их «семейное счастье» длилось недолго. Похоже, что он ей просто надоел («достал своей ревностью»). Кончилось это тем, что, после очередной угрозы с ее стороны о разводе, этот парень просто взял и уехал к себе на родину (в один из сибирских городов), прихватив с собой их малолетнего сына. Это произошло в прошлом году. Потеряв голову от возмущения, она ринулась в этот город, добравшись туда каким-то чудом. Но муж разговаривать с ней отказался и выставил ее на улицу, пригрозив расправой. И она оказалась на вокзале в незнакомом городе. …Каким-то чудом Ирине удалось добраться до Москвы без документов и без денег. Здесь родственники помогли ей вернуться в Симферополь. Из-за этого она потеряла работу, и семья осталась практически без средств существования…

Эта история меня потрясла. Ее даже сразу невозможно было осмыслить. Оставалось очень много вопросов. Но главное для меня было ясно, и многое объясняло – Ирина до сих пор замужем (из-за надежды вернуть сына)…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю