290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Крымский излом 1994. Записки свидетеля. » Текст книги (страница 10)
Крымский излом 1994. Записки свидетеля.
  • Текст добавлен: 27 ноября 2019, 21:00

Текст книги "Крымский излом 1994. Записки свидетеля."


Автор книги: Михаил Колесов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Договорились ехать в Никиту в воскресенье «всей семьей» (за «товаром»).

Настроение у меня было омерзительное!

В субботу на «дачу» не поехал, собирался дождь (так и не собрался). Убрал квартиру и позвонил Ирине. Она приехала только к 12-ти («поругалась» с девчонками). Мы съездили на «вещевой» рынок в поисках обуви. Опять безрезультатно.

Потом зашли к Роме, но не задержались. Похоже, он совсем не переживал за то, что «зацепил» мою машину. Отправились ужинать к Ирине («папаша» был в очередном отъезде). Вернулся рано. По дороге позвонил в Гурзуф. Девчонки были там, но питались отдельно. Голос у матери был подозрительно «безразличный». Поеду завтра разбираться.

Настроение, по-прежнему, скверное. В квартире воды опять не было…

Воскресенье оказалось идиотским днем!

Утром заехал к Ирине и все отправились на троллейбусе в Никиту. Были на месте к 12-ти часам. Потом начался каскад идиотизмов. Расселись обедать вблизи какой-то свалке и опоздали на встречу. Пришлось ждать. Ирина со старшей дочерью попёрлись пешком вниз к морю. Мы с младшей остались в беседке во дворе дома. Затем состоялась встреча с «хозяйкой», которая неожиданно резко подняла цену на свой товар. После этого отправились в Гурзуф. Я оставил их на загаженном городском пляже. Но Женю дома не застал. От матери она узнала о моем приезде и сбежала. Мать не скрывала своего недовольства приездом внучки с подругой. Мы покинули Гурзуф и на троллейбусе вернулись в Симферополь. Эта поездка обошлась мне в немаленькую сумму.

Дома застал Наташу, с которой поговорили о делах аспирантских. Вела она себя очень странно. При ее визитах у меня всегда возникало ощущение того, что она чего-то ждала от меня. Чего? Девчонка красива, умна и самолюбива. Всего на несколько лет старше моей дочери!

Боже мой! Из-за Жени у меня опускались руки. Все шло наперекосяк.

Мне уже казалось, что личная жизнь моя, наконец-то, начинала налаживаться. И вот дочь нанесла такой удар в спину! Конечно, у нее сложилась непростая судьба: я уехал, когда ей было десять лет, и она прожила с матерью четыре, очевидно, нелегких года. Как следствие этого у нее сформировался сильный «комплекс неполноценности». Это повлияло на выбор ее школьных подруг, которые, как Вика и Любаня, были также из «неблагополучных семей», но, по уровню ума и воспитания, значительно ее ниже. Характер у нее сложился жесткий, но в тоже время она была очень предрасположена чужому влиянию. В детстве ею манипулировала мать, пока, похоже, не «перегнула палку» и девочка взбунтовалась. После ее приезда ко мне в течение двух лет у нас установились, в конце концов, регулируемые отношения. Хотя найти ключ к быстро взрослевшей дочери мне было нелегко. Ее непредвиденное возвращение с подругой и появление в моей личной жизни Ирины резко изменило наши отношения. Безусловно, без Вики все постепенно встало бы «на свои места». Но под влиянием бесцеремонной и недалекой подруги дочь «бросила мне вызов». Сейчас я ее понимал, но не знал, что делать. От этого бессилия я был в отчаянии!

В понедельник заседание кафедры не состоялось, все пришли в разное время (Лена опять не явилась). Обсудили еще раз распределение учебной нагрузки.

Вечером дома состоялся разговор с Ириной. Мое предложение ей о «полставке» на кафедре не стало для нее неожиданностью (она знала о моих рабочих проблемах). Но она его отвергла и категорично выдвинула мне ультиматум: «только ставка!»

Это заставило меня задуматься. Одно дело «совместительство», другое – «штатный» преподаватель. По профилю образования она отвечала профессиональным требованиям. Свободная ставка на кафедре была. Но до сих пор наши непростые отношения не выходили за границы «личного круга». И о них никто из моих коллег не подозревал. Даже часто бывавшая у меня дома Карпова никогда не видела Ирину. В случае ее прихода на кафедру, наши отношения уже становились «служебными», и вряд ли в моем женском коллективе мне удалось бы долго скрывать их характер. Это меня неизбежно ставило в двусмысленное положение. Я долго пытался объяснить это Ирине. Но она твердо настаивала на своем. Такое упорство было впервые, и потому удивительно! Похоже, что заметное изменение отношения ко мне со стороны членов ее семьи, объяснялось данными ею от моего имени определенными обязательствами. Так что отступать мне было нельзя!

Неожиданно пришла Женя, но увидев Ирину, сбежала. Явно хотела поговорить. Я всерьез испугался, что от этих потрясений у меня может случиться инфаркт…

Во вторник на кафедре я окончательно решил все проблемы распределения учебной нагрузки. Позвонил Леониду в министерство и получил его согласие на «совместительство». Затем присутствовал на совещании у Шарапова, на котором он мне предложил взять еще одну ставку (неслыханная щедрость!), но я пока отказался (у меня не было кандидатов). Позвонил Рудольфу Поддуфалому в Художественный музей, долго «уламывал» его с намерением, чтобы он сам проводил занятия с нашими студентами в музее (в прошлом году эти занятия проводил я). Рудольф, – выпускник моего родного Ленинградского университета, необычайно эрудированный и скромный человек, – мне был очень симпатичен. При первом же знакомстве мы быстро нашли «общий язык».

Возвращаясь с работы, я заехал домой к Ирине. Вернулся домой поздно. Жени не было. Воды не было. Настроение было мерзкое.

В последний день августа я завершил оформление Ирины и Леонида, заняв 1,5 ставки (из трех вакантных). Наконец, на работе появилась моя зав. кабинетом Юрова. Теперь я мог перевести дух, передав ей текущие дела. Присутствовал на «торжественном собрании» по поводу начала нового учебного года. В докладе ректор упомянул мою фамилию и впервые похвалил кафедру (!) Мельком видел Ингу, но она сделала вид, что меня не заметила. После обеда заехал к родителям Любани, но Женю не застал. Оставил ей записку с предложением прийти и поговорить. Затем зашел в гараж, попытался выправить поврежденную дверь машины, но это мне не удалось.

Вечером пришла Ирина. Настроение у обоих было паршивое. Расстались «грустно».

Потом один смотрел по кабельному ТВ фильм с Робертом де Ниро (о вьетнамском ветеране). Женя все-таки пришла поздно… за своими вещами. Сказала, что устроилась на работу и нашла квартиру. Держалась настороженно. Видно ожидала от меня «нотаций».

***

Ну что же, можно было подвести итог прошедшего лета.

Что было хорошего и что плохого?

Как ни странно, но хорошо было то, что, может быть, в это лето я впервые за последние годы несколько «расслабился». Уж очень все начиналось благоприятно. Как-то не суетился, проблемы решались сами собой. Да, и серьезных проблем не было. Время летело незаметно в «легкой суете». Не было и никаких серьезных дел. Как-то выкрутился с деньгами, даже нашел их для поездки в Москву.

Поездка в Москву прошла, на удивление, удачно. Но на этом моя удача была исчерпана. С возвращением началась «черная полоса». Вторая половина августа была расплатой за летнюю «легкую жизнь». В отношениях с Ириной тоже появились непростые вопросы. «Разочарование» в гараже (мягко сказано) закрепилось «ударом» машины. Нерешенные «штатные» проблемы на работе тоже не внушали оптимизма на будущее.

Но самое главное – это, конечно, уход из дома Жени! Это был нокдаун!. Третий удар за прошедший год (после «отречения» сына и «бегства» Инги). Черт возьми! Почему меня предавали близкие люди? От этого жизнь превращалась в какую-то бессмыслицу…

«Вызов» Жени не давал мне возможности маневра в «личной жизни». Похоже, астрологический прогноз подтверждался. «Случайное» знакомство с Ириной принесло мне «букет» проблем, «о которых я не скоро забуду». Да, и отношения наши как-то зашли в тупик, и дальше развиваться им было некуда. Казалось, такие отношения меня должны были бы устраивать, но присутствие моей взрослой дочери они были невозможны. Тем более ситуация резко изменилась с приходом Ирины на мою кафедру.

На работе благоприятное отношение ко мне, сложившееся на всех уровнях в конце учебного года, похоже, сохранилось перед началом нового. В чем была причина этого, мне пока было не понятно: то ли «ушел» мой враг, то ли «пришел» мой друг. Но я знал, что все могло круто измениться, если мне не удастся быстро в этом разобраться.

Все лето стояла раскаленная погода. Жара! Почти весь дачный «урожай» сгорел без воды. Так что мой тяжелый труд пропал напрасно и на зиму я остался без овощей.

Между тем, в Крыму пахло «грозой». Дай Бог, что бы меня она прошла стороной…

Сентябрь. Напряжение нарастает…

1 сентября – праздник – День знаний. И меня вроде бы должны были поздравить, но почему-то все забыли…

Утром позвонил Лиде, сообщил об уходе Жени из дома. Это сообщение она восприняла без удивления, но не преминула высказаться: «ты ее выгнал!». Затем на кафедре я занимался расписанием и всякой ерундой. Договорился об аспирантуре для Наташи, с которой расстались холодно. Девочка явно была чем-то разочарована. Затем был очередной скандал с диспетчером по поводу аудиторий. Какой-то абсурд! Аудитории для занятий приходилось выбивать с боем.

Дома прочитал «Крымские известия»:

1 сентября. Война Цекова и Мешкова продолжается, Кучма меняет силовых министров. Оказывается, в эти дни умерли Иннокентий. Смоктуновский и Евгений Леонов.

…Вечером был в гостях у Ирины. Женя меня не дождалась, забрала вещи и оставила записку. Потом приехала ко мне Ирина. Завтра она опять уезжала в Москву (у нее занятия начинались позже).

На следующий день я прочитал первую лекцию. Ребят пришло необычно много. Затем был разговор с ректором, который встретил меня холодно. Зато Шарапов и все «остальные» («ректорский этаж») удивительно «тепло».

Проезд в троллейбусе вчера подорожал в 5-ть раз и стал для меня серьезной проблемой.

Все мои мысли о Жене. Я по-прежнему пребывал в состоянии шока, ощущения нереальности произошедшего, надежды на то, что это недоразумение должно исчезнуть как сон. Но ни с сыном, ни с Лидой этого не произошло. Неужели я потерял и дочь?! Правильно ли я поступал, что не пытался ее вернуть? Но ведь если бы я попросил ее вернуться, то это означало, что все бы продолжалось так, как началось, и до тех пор, пока я не был бы вынужден уйти из дома. Однако могло случиться непоправимое...

Жизнь у меня шла по инерции, но вряд ли так долго могло продержаться. Только не сорваться, не наломать дров. Опять!!!

2 сентября. В Чечне развертывается гражданская война. В Таджикистане – тоже. «Крымские известия» опубликовали «утку» (из «иностранных» источников) о разгоне Мешковым Верховного Совета. Что-то грядет (?).

…Суббота была трудовым днем! Утром убрал квартиру и отправился в гараж. Сколотил деревянную крышку, которая закрыла половину «ямы» (теперь можно загонять машину без опасения свалиться в эту дыру). Заплатил за «охрану» (в 10 раз дешевле, чем на автостоянке). Но впечатления надежности не было.

Ирина должна была уже быть в Москве…

3 сентября. В Тушино – воздушный праздник в честь города. Москва «встречает» возвращающихся из Германии бывших советских солдат и офицеров («гордость и сожаление»). В Чечне вооруженные столкновения: Россия призывает Дудаева «уйти».

… Вечером посмотрел по кабельному ТВ фильм о Джеймсе Бонде в Гонконге.

В воскресенье отправился на «дачу». Ехал в автобусе с соседом Володей-инженером. Копал и потом опять перекидывал камни. Открыл для себя новый закон природы: земля обладает внутренним давлением и, когда вскрывается ее поверхность, все (камни) выдавливается наружу. Не поэтому ли происходят вулканические извержения? И не взорвется ли однажды Земля как атомная бомба?

Вернулся домой в попутном грузовике пограничников. Позвонил и съездил к девчонкам Ирины, которые напоили меня чаем. Я им привез книги, которые они просили, и виноград. Поискал на вокзале Женю и вернулся домой. Ужинал салатом с портвейном «Таврида» и смотрел французский фильм с Ж-П. Бельмондо «Счастливая пасха»…

4 сентября. В программе «Воскресенье» с Алексеевым – возвращение российских войск из Германии, открытие Борисом Ельциным «Красного крыльца» Грановитой палаты и Третьяковской галереи (после ремонта), о положении русских в Прибалтике, интервью с писателем Григорием Баклановым. В Москве – проливной дождь Юбилей Одессы – 200 лет.

…Напряжение нарастало!

В понедельник на кафедре наорал на Юрову из-за того, что до сих пор не составленного расписания. Мои «девчонки» относились ко мне не как к начальнику, а, скорее, как к отцу, на ворчания которого можно не обращать внимания, так как это не всерьёз. Откуда у женщин (как у собак) такая интуиция? Затем состоялся визит к Шарапову. Вердикт: кафедру перебрасывали в другой корпус. Кабинет должен быть демонтирован и отдан новой кафедре. После обеда принял двух «дам» по поводу вакансий (по рекомендации Верстовской). Одну оформил. Осталось «дожать» еще одну ставку, освободившуюся после отъезда Шведовой в Киев, и тогда «победа будет за нами».

Леонид в телефонном разговоре пожаловался на Карпову («наглеет»). «Под занавес» был разговор с молодой преподавательницей Ольгой Паршиной, которая предупредила, что она, возможно, переедет в Киев в связи со сменой мужа. Это для меня неприятный сюрприз. Затем я провел свои занятия.

Вечера становились все тяжелее. Женя не появлялась. Как долго это могло продолжаться?

На следующий день, вопреки обещанию, Ирина не приехала!?

Утром занимался завершением оформления кадров. Неожиданно я был пригашен (по телефону) на работу в «Институт бизнеса». Эти приглашения объясняются тем, что преподавателей по моей новой дисциплине в городе просто нет. Я сам приобрел ее недавно в результате «самообразования» и аттестации в институте повышения квалификации при Ленинградском университете.

После обеда дозвонился до младшей дочери Ирины, которая сообщила, что она свой обратный билет сдала. Вот так!

…Просмотрел «Крымские известия»:

5 сентября. Война Верховного Совета против Мешкова продолжается. Заседание по этому поводу идет второй день. Приняли поправки к Закону о Президенте (т.е. фактически об отстранении Мешкова от законодательной власти). И к Конституции, а также Заявление о поддержке Севастополя (объявившего о своем «Российском статусе»), хотя Шивьев (ПЭВК) и Грач (КПК) призывали «воздержаться». Резко выступил Мешков: если хотите, обратитесь к народу (референдум), иначе ваша акция не пройдет! Позже он выступил на крымском ТВ. Держался бодро и уверено, без угроз, но многоречиво, оправдываясь (международные поездки): борьба с коррупцией, «хорошие отношения» с Украиной и Россией, но Верховный Совет «надо поставить на место». Сегодня в Крым прибывает новый Президент Украины Леонид Кучма.

…Жени не было. Ирина не приехала…

Следующий день был напряженным!

Утром мои занятия не состоялись (?). Полдня занимался «переселением» кафедры. Новое помещение на «ректорском» этаже, похоже, получше прежнего. Но означало ли это «повышение» статуса кафедры? Во всяком случае, Юра Катушев («доверенное лицо» ректората) пребывал в растерянности.

7 сентября. Цеков объявил открытую войну Мешкову (очевидно, что от этого выигрывают только «багровцы»). Вчера партия Шевьева провела митинг протеста против правительства Сабурова… под охраной милиции. Крымская «бизнес-мафия» поднялась против московского «засилья».

Вечером провел первое занятие в «Институте бизнеса». Фактически, это техникум (по-советски), но набор ребят мне понравился.

В это время домой приходила Женя, но я ее не застал. Я позвонил Любане: девчонки задолжали ее родителям треть миллиона, Женю с работы выгнали, они сняли квартиру в районе вокзала. Ирина звонила домой детям, но не сказала, когда приедет. Я уже знал, что никаких серьезных причин для задержки быть не могло. Значит «загуляла».

Субботу опять провел на «даче». Вечером дочитал «Белую гвардию» Булгакова: скучновато, но очень актуально. После прочтения этого произведения, я, кажется, понял, почему Сталин относился к Булгакову столь благосклонно. Ведь, по сути, писатель показал главную причину поражения «белых» – это их «интеллигентность», – которую столь искренне презирал «Вождь люмпен-пролетариата»…

А вообще-то настроение было хреновое. Теперь я пил вино каждый вечер, не думая о последствиях. «Никто к полковнику… не приходит».

Теперь воскресенье – «гаражный день». Оббил еще крышку «люка», но дверь машины выправить опять не удалось. Вернулся домой в плохом настроении. После обеда покрасил рамы окон изнутри, получилось не так грязно, как раньше. Выбросил, наконец, все банки от краски. Конец малярным работам! Потом купил бутылку «хереса» для проведения вечера. Слава Богу, что вино пока не в дефиците и остается доступным по цене (из-за прекращения экспорта в Россию)…

8 сентября. Мешков утром объявил Указы о роспуске Верховного Совета и о создании «Конституционного Совета». Цеков и Верховный Совет «встали на уши». Кучма призвал «найти решение». Мда, похоже, эти «российские» мальчики доиграются.

…В понедельник на работе занимался благоустройством кафедры. Подписал две «бумаги» у Шарапова на ремонт и разукомплектование оборудования кабинета. Телефон пока в новом помещении не поставлен, но новый ключ уже выдали. Наконец-то появилась лаборантка Лена. На кафедру зашла Лариса, поздравила с началом учебного года.

Утром дома (без меня) была Женя с Викой, помылись и допили мой «херес». Ключи взяли у соседа. За это сделал ему «внушение».

Позвонил девчонкам Ирины, узнал, что она приедет сегодня ночью…

12 сентября. Украинские СМИ активно обсуждают «события» в Крыму: Мешков предложил Верховному Совету «договориться», но уступать не намерен. Россия официально отмалчивается. В Киеве заседал Президиум Верховного Совета: выясняется, что «ошибкой» Верховного Совета Крыма было выражение поддержки Севастополю. «Народное вече» Севастополя (Александр Круглов) призвало к «бойкоту» Украины. Крымская прокуратура попыталась выдворить «распущенный» Мешковым Верховный Совет из «Белого дома». Депутаты назвали это «антиконституционным государственным переворотом». Кучма, похоже, поддерживает Мешкова. У него, вероятно, своя игра.

По ТВ выступил Леонид Грач: «Да здравствуют Советы!».

По этому поводу я записал (может быть для будущей статьи):

***

«Возможно ли реставрация Советского Союза? Для того, что бы ответить на это вопрос, надо вспомнить, что произошло пять лет назад, когда можно было еще избежать развала страны и спасти ее народ от последующего унижения. Но одной ценой: радикальным отвержением той политической системы, которая не только изжила себя и не могла быть «реставрирована», но усилено сопротивлялась, увлекая за собой весь народ в пропасть. Для этого нужно было, чтобы КПСС добровольно сошла с политической сцены и уступила место у руля государства другим силам, способным предложить новые, современные пути развития страны.

…Но пока КПСС была у власти, руководители всех уровней (особенно «на местах») продолжали с тупым упорством «не видеть» и «не понимать» действительных причин своих просчетов, следствием чего явилась кадровая чехарда, которая, в конце концов, и принесла на вершины власти, в общем-то, политических посредственностей. Так в истории было всегда: когда страна переживала «период распада», во главе ее становились люди, которых в иные времена не пустили бы дальше «людской». Так произошло, например, после «Февральской революции» 1917 года…

…В результате заговора трех «беловежских зубров» великая своей многовековой историей страна была ликвидирована. Политический абсурд, но исторический факт! Это и явилось апокалипсическим финалом коммунистической системы: нельзя развалить страну за несколько месяцев, если она уже не развалилась сама. Так что, если кто-то и «виноват» в исчезновении Союза, это, прежде всего, – КПСС. Поэтому, когда сегодня коммунисты обвиняют в этом «демократов» (а те, вроде бы как, и не возражают), то тем самым они льют воду на мельницу несуществующей демократии в России, поддерживая политический миф о «бумажном тигре».

…В России, как и в других странах СНГ, реально существуют только две политические силы: коммунисты «бывшие» и «коммунисты» новые. Именно между ними и идет борьбы за власть. Однако ни те, ни другие не заинтересованы в возрождении Союза, так как это возможно только на основе «обобществления» и «централизации» экономики, воссоздания единой армии и возвращения к «руководящей роли» КПСС, что, как они прекрасно понимают, совершенно нереально. История – процесс необратимый».

***

…Утром явилась Ирина. Но мне надо было идти на занятия. Студенты помогли разобраться с мебелью на кафедре. Телефон подключили. Потом я съездил в «Таврический» и подписал контракт на 0,5 ставки. Я все-таки их дожал!

Вечером зашла Ирина. Слегка поговорили. Очевидно, что в Москве она была настолько «занята», что о моих просьбах забыла. Все это – с невинными глазами («Ну, и что…?»). Пришлось попросить больше не приходить. Реакция была резкая, значит, она ожидала чего-то подобного. Мне уже было ясно, что, несмотря на определенную комфортность для нее наших отношений, она не воспринимала их как обязательные. И, конечно, в Москве она не «скучала». На этот счет у меня уже не оставалось никаких сомнений. Надо было кончать с нашим затянувшимся «романом». И я бы это сделал… «вчера». Но «сегодня» уже не мог, понимая, что оказался в ловушке. Похоже, и она это прекрасно понимала…

Утром зашел в поликлинику к кардиологу и взял направление на уколы. Женя опять приходила без меня. Читал Николая Бердяева – «История и судьба русского коммунизма». Удивительно верная характеристика бывшего (в юности) «марксиста большевизма! Меня заинтересовала главная его мысль о том, что необходимо различать марксизм (учение Карла Маркса) и «русский коммунизм» (большевизм). И если немецкий марксизм – учение в принципе неприемлемое для России, то к «коммунизму» она упорно шла в течение последних десятилетий своей истории. Главный отличительный признак «русского коммунизма» – это «диктатура» («самодержавие»). Искусственное объединение марксизма с «русским коммунизмом» – исторический нонсенс…

13 сентября. На утреннем заседании Верховного Совета депутаты не дождались явки «на ковер» правительства. Цеков продолжает «лезть в бутылку». СМИ подают все это как «поражение» Мешкова. Киев призвал к «нулевому» варианту. Татарский меджлис обратился к Киеву с резким заявлением, а также в поддержку «братского» чеченского народа, «отстаивающего свою независимость (!).

…Ночью пьяный сосед-скульптор Валерка Кольцов устроил на лестничной площадке избиение приятеля своей дочери (ровесница моей Жени) в сопровождении собаки.

Утром, явившись на работу, я узнал, что занятия отменены в связи с холерой. На кафедру позвонил отец Любани и потребовал около полумиллиона за долг девчонок и сообщил, что они заложили свои вещи в ломбард…

14 сентября. Верховный Совет Крыма заслушали отчет правительства, после которого Сабуров подал в отставку. Верховный Совет Украины ограничился лишь отменой решения Севастопольского горсовета, который, в свою очередь, призвал Верховный Совет Крыма к «нулевому» варианту. Очевидно, что это устроило бы всех, …кроме Цекова.

…Следующий день оказался пустым. С утра я сбегал в поликлинику на уколы. Первую половину дня занимался ерундой и почитал Бердяева. Вечером провел занятия в «Институте бизнеса». Потом купил бутылку портвейна и пил дома у телевизора, который периодически «вырубался»…

15 сентября. Верховный Совет Крыма уже «хоронит» правительство «москвичей» и готов праздновать победу над Президентом. Мешков выступил по ТВ в передаче «Человек недели»: «старое (Советы) должно уйти, уступив место новому». А между тем жара и холера в Крыму продолжаются.

В Чечне Дудаев ввел «военное положение», на это Шахрай заявил, что Россия (МВД) должна «реагировать».

…Женя появилась вечером с синяком под глазом (?). Ирина не пришла. Похоже, после Москвы она решила отдохнуть.

В субботу ехать на «дачу» не хотелось, но поехал, иначе дома от безделья сошел бы с ума. Жара была нестерпимой. Намахался ломом и выкопал семь ям под новые деревья. Дома выпил рюмку-две вина за ужином и смотрел по ТВ боевик со Шварценеггером.

Вообще-то ситуация у меня сложилась «нулевая». Дочь из дома ушла. Любовницу я выгнал. И опять остался один. А зачем? Если Женя не вернется, жизнь для меня теряла смысл не только в будущем, но и в прошлом. Ясно было, что новую «личную жизнь» мне уже не устроить. А одному продолжать так жить было невмоготу. Спал по ночам мало, сердце болело. Черт возьми!

Воскресенье началось со стирки (без горячей воды), затем – уборка квартиры. Потом поехал в гараж. Неожиданно удалось выровнять вмятину в дверце, но при этом поцарапал ее еще. Обратно очень долго ждал троллейбуса. Но домой торопился зря – мою записку в дверях никто не трогал. После обеда посмотрел «новости» (ничего нового). Читал «Театральный роман» Булгакова, который мне не понравился. Пил вино и думал: «возвращения» Лиды я ждал шесть лет, Инги – один год, Ирины – уже пять дней. Прогресс!

Поздно вечером Ирина все-таки пришла «поговорить». Поговорили: я – монологом, она, – как обычно, письмом. Мне было ясно, что порывать со мной как с любовником она не хотела, но и менять свой образ жизни – тоже…

Ночь прошла, как уже обычно, беспокойно. Утром отправился на работу, хотя делать там было нечего. Потаскал аппаратуру из старого кабинета в новее помещение кафедры (следствие женского контингента кафедры). Позвонил Ирине и был приглашен «на обед». Добирался больше часа (троллейбусы ходили нерегулярно), проклиная свое согласие. Обед был, как всегда, скромен. Потом было затянувшееся «прощание» в парке Гагарина. Разговор был, как всегда, в одну сторону.

Теперь, когда у нее появилась постоянная работа, она «на глазах», обретала уверенность в себе. Наши отношения ее вполне устраивали бы, если не ограничивали ее «свободу». Так что, для нее все складывалось очень удачно. А для меня? С одной стороны, я уже понимал, с кем меня свела случайная встреча. Ирина отнюдь не была верной «пуританкой». Напротив, ее предрасположенность к алкоголю часто срывала у нее «нравственные тормоза». Вообще-то она себя вполне контролировала, когда это было нужно. Но в моменты «расслабления» ее поведение было непредсказуемо. Она это знала и признавала. Но, с другой стороны, я уже настолько к ней привязался и ощущал постоянную в ней потребность, что вот так отказаться от нее, для меня было уже невозможно. К тому же наши «личные» отношения уже перешли в «служебный роман». Я сам себя загнал в «угол». Договорились пока о том, что она прекратит (без меня) пить. Клятвенно обещала. Но сколько уже таких обещаний было!

Жара стояла невыносимая. Дома несколько отдохнул и выпил кофе.

Пришла Женя, но разговора не получилось. Опять обвинения в том, что я «бросил ее» шесть лет тому назад и мне «ее не понять». Я вел себя глупо, ничего не мог ей объяснить, так как не хотел ее травмировать правдой об ее матери. Как-то еще вначале, после ее переезда ко мне, мы договорились, что «о матери ни слова» (ни хорошего, ни плохого). Так что разговор был бесполезный. Но мне было ясно одно: это – боль и месть!

Боже, дай мне волю не сойти с ума!

После бессонной ночи утром еле дождался времени идти на укол. В поликлинике взвесился, осталось 62 кг. Вес держался! Кажется, жизнь продолжалась…

Потом читал вступительную статью книги «О России и русской философской культуре». Интересно. Впервые я задумался над тем, что наша отечественная культура (в отличие от других европейских культур) сформировалась без своей философии, которой у нас собственно никогда и не было. Отечественная культурная жизнь развивалась под эгидой православия, которое отвергало какое-либо «философствование». Когда же мы попытались познакомиться с западной философией (конец XVIII – начало XIX века), то немедленно последовал державный запрет: «польза от философии сомнительна, а вред возможен». Вместо национальной философской культуры у нас сформировался некий «патриотический» компендиум: «православие, самодержавие, народность», – с которым мы благополучно прожили до революции. «Революционеры» навязала стране «новую религию» – «марксизм» Тех же русских философов, которые в начале XX века заявили о неприемлемости для нашей культуры чужой идеологии, большевики выкинули в эмиграцию. И в стране воцарило «диалектико-материалистическое» единомыслие. Поэтому неудивительно, что, когда сегодня оно было отвергнуто, то его место вновь заняла религия. «Свято место пусто не бывает!»

…Перед этим поговорил по телефону с родителями Вики (по их вызову). Коротко объяснил им ситуацию, и настойчиво попросил их приехать. Они были удивлены и ничего не обещали. Особого беспокойства с их стороны я не заметил. Заходила Карпова, принесла тексты и «наняла» меня вновь на работу в свой институт (на экстернат). Еле успел ее выпроводить, как приехала Ирина…

16 сентября. Противостояние Верховного Совета и Президента в Крыму продолжается. «Крымские известия» опубликовали очередное Постановление Верховного Совета против Мешкова. В России тяжелое наводнение на Дальнем Востоке (с человеческими жертвами). Продолжаются бои в Таджикистане (гибнут российские пограничники). В Гаити – «мирная» высадка американской морской пехоты. А в Крыму продолжается жара, безводье и холера.

…Следующий день оказался бестолковым.

Вычитывал очередной отпечатанный текст учебника и «закипал»: по несколько ошибок на странице. Такое впечатление, что машинистка печатала только для того, чтобы отвязаться. Карпова, очевидно, ей за эту работу не платит. На мои занятия пришли 10-ть человек. Половина из них потом ушла: «родители не пускают» (из-за холеры»). Чушь, конечно!

Дома приходила Женя за деньгами. Просила «лимон», дал лишь треть этой суммы – последние. Не прошло еще недели, как они получили деньги. Либо они «по уши» в долгах, либо завелся «сутенер». Я отправился сдавать накопившиеся бутылки, чтобы купить бутылку сухого вина на ужин. Вечером смотрел по кабельному ТВ фильм с Дональдом Лундгремом «Красный скорпион» (похождение «советского» спецназовца в Африке). Потом – по первому каналу дурацкий фильм Эльдара Рязанова «Предсказание». Когда-то интересный режиссер (хотя все его нашумевшие фильмы я всегда воспринимал как некий карнавальный сериал), похоже, сейчас в творческом ступоре…

21 сентября. В России служба внешней разведки (Примаков) подтвердила возможность объединения в новый Союз. Сегодня годовщина знаменитого Указа Бориса Ельцина, приведшего к «октябрьскому кризису» 1993-го. Верховный Совет Украины принял поправки в Конституцию, дающие право отменять решения Верховного Совета Крыма. Таким образом, Автономная республика Крым превращается в «протекторат».


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю