355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Майкл Макколлум » Прыжок в Антарес (Антарес - 2) » Текст книги (страница 16)
Прыжок в Антарес (Антарес - 2)
  • Текст добавлен: 29 сентября 2016, 01:56

Текст книги "Прыжок в Антарес (Антарес - 2)"


Автор книги: Майкл Макколлум



сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

– Разумеется.

Траст пристально посмотрел ей прямо в глаза.

– Пожалуйста, расскажите нам, каким образом на борту вашего корабля оказался пленный рьялл?

– Она лжет!

Сэр Джошуа Блэнхем, всего лишь тридцать секунд назад проводивший Бетани Линдквист до дверей своего кабинета и давший указание секретарше довести гостью до выхода из здания, обернулся и неприязненно посмотрел на коммодора Траста.

– Почему ты всегда так прямолинеен в своих суждениях, Альфонс? Не успела наша гостья шагнуть за порог, как ты уже начинаешь клеветать на нее!

– Я просто констатирую очевидное, Координатор. Колонисты все до единого лгут. Не нужно быть специалистом в области голосовой экспертизы, чтобы утверждать это. Вы заметили, как она вся напряглась при упоминании о том, что на борту их флагмана находится пленный рьялл? Она так дернулась, будто ее укололи иголкой.

– Я вынужден согласиться с Трастом, сэр Джошуа, – вступил в разговор Рауль Леттерье. – Я внимательно наблюдал за нашей милой гостьей. Она действительно вся напряглась, когда Альфонс спросил ее о рьялле.

– Может быть, это просто из-за исследования, которое она якобы проводит с пленным рьяллом, – ответил Блэнхем. – Как вы считаете, мистер Дэлвуд?

Человек, которого представили Бетани как мистера Дэлвуда, был специалистом по анализу человеческих голосов, позволявшему благодаря особым методикам распознавать порою очень важные вещи. Пока остальные мужчины спорили, он прослушал запись, тайно сделанную им во время встречи с Бетани Линдквист.

– Что вы сказали, сэр?

– Я спросил вас, мистер Дэлвуд, как отреагировала мисс Линдквист на упоминание о рьялле, находящемся на борту их корабля?

– Видите ли, сэр, она находилась в состоянии минимального стресса в тот момент, когда рассказывала о своем исследовании. Однако похоже на то, что, когда мисс Линдквист поняла, что нам известно об этом рьялле, это до известной степени напугало ее.

– Вы можете объяснить точную причину подобной реакции? поинтересовался Траст.

– Нет, сэр. Было задано слишком мало вопросов, чтобы определить это.

– Давайте не будем ограничиваться обсуждением одной лишь нашей гостьи, господа, – включился в разговор Леттерье. – У вас имеется какое-либо объяснение этому ненормальному толкованию, которое мы, похоже, начинаем получать от всех колонистов, мистер Дэлвуд?

– Нет, сэр. Пока я могу точно сказать одно: уровень их напряжения начинает зашкаливать, когда мы начинаем расспрашивать их о том, как прошло их путешествие через просторы туманности, или о рьяллах.

– О боже! Не кажется ли вам, что рьяллам стал известен способ преодоления пространства сверхновых? – спросил Леттерье.

– Вряд ли, – ответил ему коммодор Траст. – Будь это так, мы оказались бы в состоянии войны с полудюжиной систем всего заселенного людьми космического пространства.

– Это может быть антирадиационное устройство, существование которого они пытаются скрыть.

– Мы провели анализ голосов нескольких колонистов, и все они проявили ничем не скрываемое сходное отношение к теме расспросов об их антирадиационном устройстве. Они отвечали, что с удовольствием предоставят его нам, однако не раньше, чем будет подписано некое формальное соглашение. В их реакции прослеживается определенная эгоистическая заинтересованность, а вовсе не подсознательная вина, которая сначала вызвала у нас подозрения в том, что они что-то скрывают.

– Знаете, господа, мы вряд ли что-нибудь сможем узнать, если будем сидеть в кабинетах, – ответил Блэнхем. – Так что давайте и дальше слушать то, что они нам говорят, но будем помнить об этой очевидной загадке. А мисс Линдквист тем временем пусть поймает нас на слове – ведь мы обещали ей помочь в изучении рьяллов.

Траст удовлетворенно кивнул.

– Если бы нам удалось заполучить чудовище в нашу камеру для допросов, мы сумели бы выведать у него все, что ему известно.

– А пока продолжим оказывать нашим гостям знаменитое земное гостеприимство. Как знать, может быть, в конце концов они сами, добровольно, откроют нам свои секреты.

– А если они не сделают этого? – поинтересовался Рауль Леттерье.

– Тогда мы найдем иной способ выведать тайны наших дорогих колонистов, верно?

ГЛАВА 23

Ричард Дрейк провел в Мехико два дня, но до сих пор его знакомство с городом ограничивалось стенами конференц-залов. Делегацию гостей из космоса сразу же после приема Галактическим Советом в полном составе разделили на рабочие группы или позволили знакомиться с Землей индивидуально.

Рабочая группа дипломатов и политиков состояла из Стэна Барретта, графа Гусаника и их двух помощников. Всех четверых забрал с собой в министерство по делам колоний первый секретарь Олдфилд. Дипломаты занялись обсуждением вопросов по возобновлению дипломатических отношений Земли и колоний. На них обсуждались такие вопросы, как дипломатическое признание, въездные визы, карантинные процедуры и торговые соглашения.

Некоторых ученых предоставили самим себе, другие группой встречались с одним-двумя земными коллегами. Их задачей было знакомство с техническими достижениями, внедренными после того, как началась изоляция Сандара от всего остального человечества.

Многие из ученых, желая продолжить там свои научные изыскания, предпочли работу в городских библиотеках. Борис Альварес, намереваясь точнее определить успехи, достигнутые в деле расшифровки перехваченной у рьяллов информации, выбрал для себя работу в городском университете. Получив от библиотекарей рекомендации по пользованию источниками информации, Альварес позволил проводить себя в просторный зал для научных занятий. Проходя мимо информационных терминалов, он обнаружил, что в одной из кабинок уютно устроилась Бетани Линдквист.

– Насколько я понимаю, мы с вами пришли сюда за одним и тем же, заметил Альварес, останавливаясь рядом с ней.

Бетани оторвала голову от своих исследований.

– А, приветствую вас, Борис, – с улыбкой произнесла она. – Что привело вас сюда?

– Пытаюсь освежить свои познания в сфере научной деятельности, ответил ученый. – А вы? Что вы здесь делаете?

– То же самое. Изучаю историю глазами жителей Земли.

– На это уйдет немало времени.

– Главное – не отвлекаться на второстепенные детали. Это значительно ускоряет процесс. За десять минут я ознакомилась с событиями целого десятилетия. Я давно уже, со студенческой скамьи, привыкла работать в таком темпе.

– Откопали что-нибудь интересное?

– Кое-что. Правда, пока еще рано говорить о точных результатах.

– Что ж, пойду и я поработаю. Удачи вам!

– Вам также, Борис!

Подобно ученым и дипломатам, военные также образовали рабочую группу со своими коллегами-землянами. Но если дипломатов спровадили на верхние этажи Совета, то военных отвезли на самый край города, к подножию гор. Там, по соседству с хребтом Серрания-дель-Ахуско, расположился штаб Галактического флота. Здание являло собой гигантский стеклянный небоскреб, высотой под стать самой горной цепи.

На первом совещании стороны ввели друг друга в курс дела. От имени колонистов Дрейк и Гоуэр сделали заявления, касавшиеся боевой мощи своих звездных систем. Кроме того, Гоуэр выступил с подробным обзором боевой операции сандарцев против рьяллов и вполне откровенной, беспристрастной оценкой сандарского сражения, которое колонисты едва не проиграли. Из-за бесчисленных вопросов адмирала Райерсона, а также гранд-адмирала Белтона и начальника генерального штаба флота, совещание затянулось дольше положенного и даже захватило время ленча.

После того как все перекусили в столовой для старших офицеров, настала очередь землян выступить перед своими альтанскими и сандарскими коллегами. Эту задачу возложили на коммодора Муньоса. Свое выступление он начал с характеристики военной обстановки в обитаемом людьми космическом пространстве, заострив внимание на сравнительной мощи, боевой тактике и стратегии флотов людей и рьяллов за последнее столетие. После этого коммодор перешел к подробному анализу операций Объединенного флота в течение семнадцати лет, последовавших после падения Айзера.

Через четыре часа Дрейку показалось, что его бедная голова вот-вот лопнет от переизбытка новой информации. Однако, несмотря на внушительные масштабы предмета обсуждения, на фоне огромной массы подробностей стало ясно одно. Две разумные расы по-прежнему находятся в состоянии войны, в которой верх пока одерживают рьяллы.

Взрыв Антареса связал людей и рьяллов тремя звездными системами Айзером, Константином и Кламатом. В четвертой системе – Напье – ударная волна создала четвертое звено искривленного пространства между двумя расами. Это временное искривление пространства в системе Напье просуществовало достаточно долго, чтобы обе расы узнали о существовании друг друга, а рьяллам даже удалось осуществить первое нападение на Нью-Провиденс.

В последующие два десятилетия число вторжений рьяллов в населенный людьми космос увеличилось. В результате люди значительно укрепили свои оборонительные рубежи, построили много новых боевых кораблей и перевели экономику на военные рельсы. В это же самое время против рьяллов был развернут ряд новых наступательных операций. Тем не менее, несмотря на некоторые ранние успехи, Объединенный флот и его вспомогательные подразделения оказались не в состоянии сдержать расползание рьяллов по освоенному человечеством пространству. Единственное, что удалось людям, на некоторое время замедлить вражеское наступление.

Первой была потеряна система Константин, ее пришлось уступить рьяллам. Затем та же участь постигла другую планету, освоенную всего лет за тридцать до этого. Те, кому посчастливилось остаться в живых, бежали в соседнюю звездную систему – Хеллоуэлл. Здесь Объединенный флот принял заранее подготовленный бой, пытаясь защитить точку перехода Хеллоуэлл – Константин от решительного натиска рьяллов. После того как наступление кентавров потерпело неудачу, противники занялись укреплением своих рубежей по обе стороны точки перехода. Присущее каждому фокусу преимущество, которое получала каждая из охранявших его сторон, создало безвыходное положение, просуществовавшее более полувека.

Второй системой, которую люди сдали рьяллам, стал Айзер. Это привело к изоляции Сандара и явилось причиной пяти кровопролитных попыток отстоять звездную систему: трижды – сандарцами и дважды – силами Объединенного флота.

Дрейку не нужно было спрашивать о сражении за третью систему – Кламат. Он своими глазами видел его исход – когда "Завоеватель" объявился в системе Валерии.

Слушая скорбный список потерь, которые коммодор Муньос пытался подать в более или менее приличном свете, Ричард неожиданно осознал: сегодняшнее совещание – лучшее подтверждение того, насколько далеки земляне от истинного понимания сути Рьяллской Гегемонии. Будь им известно, что контролируемый кентаврами участок космоса занимает целое скопление искривленного пространства, не пришлось бы принимать на веру оценку численности рьяллских войск, по мнению Дрейка, в три раза превосходящую официальные цифры.

Застой возник не только на поле битвы. Еще одним неизбежным результатом затяжной неудачной войны стало то, что она неудовлетворительно сказалась и на состоянии тыла. Оказавшись неспособным оттеснить врага от освоенного людьми пространства и столкнувшись с ослаблением поддержки со стороны общества, Объединенный флот перешел к оборонительной стратегии. Военные стали настаивать на создании оборонительных систем и все меньше внимания уделять ведению непосредственных боевых действий против рьяллов.

В тот вечер альтанские и сандарские военные вернулись в гостиницу в подавленном состоянии, поводов для радости у них не было. В отличие от землян, которым военно-политическая обстановка давно казалась вполне обычной, альтанцев и сандарцев услышанное буквально поразило. Хуже того, им было известно: скрытая причина тревог землян заключается в способности рьяллов неожиданно оказываться в любой точке пространства. И в отличие от землян жители Альты и Сандара хорошо понимали опасность именно этой их способности для будущего существования человеческой расы.

Утром следующего дня совещание проводилось в том же самом помещении, однако в более расширенном составе. После церемонии знакомства адмирал Белтон передал слово адмиралу Гоуэру, который объяснил присутствующим, что альтанские и сандарские стратеги разрабатывают план прорыва блокады Айзера. Свое выступление он закончил следующими словами:

– С вашего позволения, адмирал Белтон, я передаю слово моему главному стратегу сэру Гаррету Фостеру. Он подробно объяснит вам наш замысел.

Фостер – типичный выпускник сандарской военной академии неразговорчивый, с суровым выражением лица и негромким голосом, в котором тем не менее угадывалась властность и уверенность в собственных силах, подойдя к голографическому экрану в самом центре конференц-зала, обратился к собравшимся:

– Приветствую вас, господа. Мне хотелось бы начать свое выступление с обзора текущей обстановки в скоплении Антареса. Если возможно, я попрошу выключить свет.

Освещение в зале погасло, засветился голографический экран. В глубине его возникла объемная звездная карта искривленного пространства скопления Антареса.

– На этой карте видно, что существует лишь одна-единственная цепочка переходов между Хеллсгейтом и освоенным людьми участком космоса. Любому, кто пожелает совершить путешествие от Сандара к Солнцу, придется совершить прыжки между системами Хеллсгейт, Айзер, Гермес, Соката, Карсвелл и Вега. Достигнув Веги, любому кораблю не составит особого труда добраться до Солнца.

К сожалению, семнадцать лет назад рьяллы отсекли жизненно важную артерию, связывавшую Сандар и освоенный людьми участок космоса. Они сделали это, овладев системой Айзер. Все эти годы альтанские и сандарские войска безуспешно пытались эту блокаду прорвать. – Фостер внимательно оглядел присутствующих. – Как вы думаете, что произойдет, если нам удастся скоординировать наши усилия?

– Подобное вряд ли возможно, – откликнулся адмирал Райерсон. Поскольку связывающая нас магистраль перерезана, мы не в состоянии обмениваться с вами планами боевых действий.

– Вы до известной степени правы, адмирал, – ответил Фостер, снова поворачиваясь к звездной карте. – Более чем просто правы. Один из основополагающих принципов Вселенной заключается в том, что все разновидности связи, за исключением тех, что осуществляются через звенья искривленного пространства, ограничиваются скоростью света. Отправь мы или сандарцы радиосообщение с подробным планом наступления на Айзер, оно дойдет до вас лишь через несколько столетий. То же самое произойдет и с вашим радиосообщением, отправленным нам. Без связи невозможна какая-либо координация, без координации нельзя надеяться на победу.

Именно это заявили нам рьяллы, когда захватили Айзер. Лишив нас возможности действовать сообща, кентавры поняли, что в фокусах Айзера им впредь не угрожает нападение людей с обоих флангов. Это дает им возможность в случае угрозы с нашей стороны свободно и беспрепятственно сосредоточить все свои войска в любом из фокусов и при необходимости быстро перебросить их на противоположный край системы. Вплоть до сегодняшнего дня возможность одновременного наступления людей представлялась рьяллам настолько ничтожной, что не давала им повода для беспокойства.

Фостер обвел внимательным взглядом собравшихся офицеров Объединенного флота, давая время осознать значение сказанного. Когда он продолжил свою речь, на лице его появилась зловещая улыбка.

– Я прибыл сюда для того, чтобы сообщить: ситуация изменилась, господа. Это очевидная истина, иначе я бы не стоял сейчас перед вами!

А изменилось вот что: мы с альтанцами создали антирадиационное покрытие, которое позволяет нашим кораблям проникать в туманность Антареса. Благодаря этому мы наконец прорвали блокаду Айзера и заново восстановили связь с людьми в других уголках Вселенной. Это также помогло нам найти средство для изгнания рьяллов из системы Айзер. На этот раз мы сможем скоординировать день и час нашего наступления на Айзер.

– Значит, вы предлагаете одновременное наступление на Айзер сразу с обоих флангов? – спросил адмирал Райерсон.

– Нет, сэр, – ответил Фостер. – Одновременное наступление означало бы, что наши войска задействуют мощные оборонительные сооружения точек перехода. Нет, мы придумали нечто более сложное. Видите ли, рьяллам известно, что Сандар потерпел серьезное поражение. Кентавры сильно потрепали нас во время их наступлений на Айзер, а затем и в сражении за Сандар. Сандарский генеральный штаб уверен в том, что командующий рьяллов в системе Айзер списал нас со счетов и не считает серьезной угрозой. Мне больно говорить вам об этом, но он почти прав в такой оценке нашей боеготовности.

Мы предлагаем, таким образом, чтобы Объединенный флот через туманность направил в Хеллсгейт небольшую боевую группу. Там с ними соединятся военно-космические войска Альты и Сандара. В заранее определенное время вторая боевая группа предпримет диверсионную вылазку против Айзера со стороны системы Гермес. Цель наступления – оттеснить войска рьяллов от точки перехода Айзер – Гермес. После этого, в тот момент, когда мы посчитаем, что оборона противника ослабнет до подходящего нам состояния, боевая группа, находящаяся в Хеллсгейте, выступит в направлении точки перехода Айзер – Хеллсгейт и уничтожит остатки оборонительных сил противника.

Как только атакующая группировка сможет выбраться из точки перехода, она разделится надвое. Первая подгруппа сразу же направится к третьему фокусу системы Айзер, к тому, что ведет обратно в рьяллский участок космоса. По мере появления всех возможных подкреплений кентавров мы попытаемся их уничтожить.

Вторая подгруппа отправится в глубь системы и выйдет с тыла к вражеским оборонительным рубежам в Айзер – Гермесе, освобождая подступы для вхождения в фокус боевой группировки из Гермеса. Когда мы возьмем Айзер силой, то сможем закрепиться в системе и противостоять любым попыткам кентавров проникнуть в нее.

– Интересный план, – откликнулся адмирал Райерсон. – Вы подвергли его анализу?

– Конечно, – ответил Фостер. – Шансы на успех мы оцениваем в 85 процентов, если будут использованы две боевые группировки, и 97 – если три.

– Нам придется проверить вашу информацию.

– Согласны. Никаких возражений, – не вставая, вступил в разговор Гоуэр, сидевший рядом с Дрейком.

В течение следующих шести часов участники совещания обсудили бесчисленное количество деталей, связанных с предложенным Фостером планом. Возник вопрос об оснащении одной или даже двух боевых групп антирадиационным покрытием и о вспомогательных кораблях, которые могут понадобиться для проведения предстоящей боевой операции. Была обсуждена также и проблема воздействия операции на другие операции Объединенного флота в остальных участках освоенного людьми космоса. И, наконец, дело дошло до финансовой стороны вопроса.

Когда солнце скрылось за вершинами соседних гор, адмирал Белтон предложил закончить совещание:

– Мы сегодня славно поработали, коллеги. Майор Крель, сколько времени понадобится, чтобы придать предложению наших уважаемых гостей вид настоящего, реально выполнимого плана и оформить его для введения в компьютер?

– Часов двенадцать – шестнадцать, – ответил главный аналитик возглавляемого Белтоном штаба. – Предварительные результаты будут у нас послезавтра.

– Тогда предлагаю назначить наше следующее совещание на послезавтра. Вас это устраивает, адмирал Гоуэр?

– Вполне.

– Отлично. На этом объявляю наше сегодняшнее совещание закрытым.

ГЛАВА 24

Третий день на Земле начался для Дрейка с собрания рабочих групп экспедиции "Прыжок в Ад". Необходимо было обсудить, что нового удалось узнать с момента встречи с представителями Галактического Совета. Собрание проходило в танцзале отеля, где остановились члены делегации колонистов. Сначала поговаривали об аренде другого помещения, где было бы труднее установить подслушивающую аппаратуру, однако хитроумная эта техника сводила любые попытки контрмер практически к нулю. Ну а поскольку колонисты не располагали средствами, способными обеспечить стопроцентную защиту от подслушивания, адмирал Гоуэр не видел резона в переносе собрания в другое место.

В целом информация обнадеживала. Выступавший от имени дипломатической группы граф Гусаник объявил, что лидеры Галактического Совета проявили живой интерес к идее восстановления прежде утраченных отношений с Альтой и Сандаром. И если на пути воссоединения еще и оставались препятствия, то их устранение всецело зависело от того, какую позицию займут Альтанский парламент и Сандарский Королевский Совет.

Дело в том, что за годы изоляции Галактический Совет резко увеличил размер членских взносов для планет-участниц. Одни только военные расходы съедали до десяти процентов валового продукта каждой из них. Кроме того, каждая планета была обязана финансировать и поддерживать в полной боевой готовности боевую эскадру в составе объединенных галактических сил.

В числе прочих вопросов, которые обсудили дипломаты, были и те, что касались обмена техническими достижениями. Земляне не преминули подчеркнуть тот факт, что подписание подобного соглашения предполагает немедленную передачу им сандарских технологий антирадиационного поля. В свою очередь, Галактический Совет передает Сандару и Альте новейшие, и большей частью засекреченные, изобретения в области военной техники.

Проект второго соглашения предусматривал передачу сандарским и альтанским командованием всех разведданных по рьяллам в распоряжение Объединенного флота. Услышав подобное предложение, адмирал Гоуэр выразил свое искреннее недоумение – мол, как он понял, землян интересуют какие-то конкретные данные. И хотя адмирал не произнес этого вслух, тон его вопроса означал: "Хотел бы я знать, как им стало известно об астронавигационных картах рьяллов?" Граф Гусаник поспешил успокоить его, объяснив, что обмен секретной информацией входит в число условий возвращения Сандару и Альте членства в Галактическом Совете.

Ричард Дрейк выступал вторым. Он ознакомил присутствовавших с успехами рабочей группы по военному сотрудничеству, в частности, с планом совместных действий по снятию рьяллской блокады с Айзера – кстати, сам этот план как раз обсуждался командованием Объединенного флота. В самом конце совещания итоги своих научных изысканий подвели ученые. В целом ничего принципиально нового сказано не было. Правда, некоторые из выступавших высказали озабоченность тем, что земляне – вместо того чтобы заниматься разработкой наступательной операции – сосредоточили свои усилия исключительно на обороне.

– Если хотите знать мое мнение, – заявил один из докладчиков, – они, как кроты, хотят окопаться в своей норе, полагая, что теперь им ничего не грозит.

Собрание закончилось вскоре после полудня, и Ричард, поскольку иных планов у него не было, решил осмотреть достопримечательности Мехико. Но сначала он заглянул в сувенирный магазин при отеле, размером едва ли не с их хоумпортский универмаг, где приобрел то, что, по уверению продавщицы, было наимоднейшим костюмом для отдыха. Сбросив с себя военную форму и проверив карманы на наличие песо, Ричард спустился в холл. Там он столкнулся нос к носу с Бетани, которая поджидала лифт, чтобы подняться к себе в номер.

– Привет, красавица!

Бетани пристально посмотрела на местного щеголя в сиреневых шортах и ядовито-зеленой рубашке, лицо которого показалось ей ужасно знакомым, но, отвернувшись, уже в следующее мгновение поняла, кто перед ней.

– Ричард, а я уже решила, что ты провалился куда-нибудь в тартарары! Где ты раздобыл этот наряд?

– Ну как, нравится? – спросил он и гордо приосанился, демонстрируя то, что по альтанским меркам являло собой по меньшей мере образчик дурного вкуса, – Продавщица сказала мне, что теперь я вполне сойду за местного типа.

– Разве что в неоновых джунглях, – рассмеялась Бетани. – Кстати, ты уже обедал?

– Должен ли я понимать это как приглашение?

– Угу.

– Что ж, принимаю. Я действительно еще не ел.

– Чудесно. Но сначала поднимемся ко мне в номер. Мне надо переодеться.

– Не имею ничего против.

Дрейку пришлось подождать, пока Бетани облачалась в дамский вариант "туземного костюма" – малиновые юбку и блузку, темно-фиолетовые ботинки, к которым также полагалась и сумка в тон.

– Мы с тобой явно отоварились в одном и том же магазине, – сказала Бетани и нырнула к нему в объятья, подставив губы для поцелуя.

– Или же наслушались советов одной и той же продавщицы, – ответил Дрейк прежде, чем поцеловать ее.

Несколько мгновений они стояли обнявшись. Дрейк кивком головы указал на просторную двуспальную кровать:

– Не хочешь отложить обед на полчасика?

– Звучит соблазнительно, но я все утро вертелась как белка в колесе и ужасно проголодалась.

– В таком случае первым делом обед. Ты, случайно, не знаешь, где здесь вкусно кормят? Гостиничный ресторан мне уже порядком поднадоел.

– Знаю. Только предлагаю взять такси.

Ресторан располагался на крыше одного из небоскребов в центре города. Он был оформлен в виде лесной лужайки, так, что столики были расставлены под деревьями, а посередине журчал веселый ручей. В том месте, где этот рукотворный поток пересекал главный проход, был перекинут деревянный мостик.

– Мило, – прокомментировал Дрейк, оглядевшись по сторонам. – Как тебе удалось откопать это местечко?

– Мне его подсказала Рисса.

– Что еще за Рисса?

– Мой гид. А также дочь Второго Координатора. Дрейк даже присвистнул.

– Ну, я смотрю, тебя здесь принимают по высшему разряду.

В ответ Бетани только кивнула. В этот момент к ним подошел официант. Он принял заказ на напитки и протянул каждому из них по тисненной золотом папке с меню.

– Расскажи, как у тебя прошло утро.

– Ты о чем? – рассеянно отозвалась Бетани, которая в тот момент отчаянно пыталась хоть что-нибудь понять в напечатанном по-испански меню.

– В гостинице ты сказала мне, что все утро вертелась как белка в колесе. Расскажи подробней.

– Рассказывать особо нечего. Я познакомилась с отцом Риссы, и он мне вручил вот это.

Бетани потянулась за сумкой и достала из нее небольшую прямоугольную коробочку. Открыв ее, она протянула Дрейку подарок Координатора. Внутри оказался золотой медальон на пестрой ленте.

– Красиво. Что это такое?

– Всего лишь Орден Земли, высшая награда, которую вручают за успехи в области дипломатии. Правда, она присуждена не мне лично, а дядюшке Кларенсу. Я только должна ее ему передать.

– Так ты вручила-таки свои депеши! Бетани кивнула.

– Ну, такое событие надо обмыть!

Дрейк подозвал официанта и заказал шампанское. Когда вино прибыло, они с Бетани подняли бокалы, и Ричард провозгласил тост:

– За исполненный долг и обещания, которые еще предстоит сдержать!

Бетани опустила свой стакан на белоснежную скатерть.

– Звучит весьма романтично, но только что ты хотел этим сказать?

– Можно подумать, ты сама не догадываешься, – произнес он притворно суровым тоном.

– Представь себе, что нет.

– А ты вспомни одну ночь два года назад. Когда мы с тобой гуляли по саду Сандарского королевского дворца и рассматривали цветы.

– Конечно же, помню. Ты тогда еще сделал мне предложение!

– И что ты мне ответила?

– Что согласна.

– Прошу прощения, киса. Но ты сказала "как только доставлю на Землю дядюшкины депеши". Или уже не помнишь?

– Разумеется, помню.

– Вот ты их и доставила. И что теперь?

– Ты хочешь, чтобы мы поженились? Прямо сейчас?

– Почему бы нет?

– В принципе, – ответила Бетани, – ты прав. Не вижу никаких причин против.

– Ну и отлично! Давай найдем кого-нибудь, кто бы рассказал нам о местных брачных обычаях. Ты не знаешь, кто бы мог просветить нас на сей счет?

– Не беспокойся, – ответила Бетани. – Я вчера проконсультировалась по этому поводу с Риссой.

– Неужели? – изумленно выгнул брови Дрейк. Бетани залилась краской.

– Не помню, о чем у нас с ней был разговор. Просто пришлось к слову. Не успела я спросить, как Рисса обрушила на меня лавину информации о том, чего стоит пожениться в Мехико.

– Я отнюдь не упрекаю тебя. Мне просто интересно, что она тебе там наговорила.

– Сначала нам надо сходить к нотариусу и получить разрешение на брак. Стоит это удовольствие сто песо. Потом надо ждать еще три дня, после чего можно свершить брачный обряд – гражданский или религиозный, по вашему усмотрению.

– Помнишь, ты обмолвилась, что хотела бы венчаться в соборе? Не знаешь, есть ли здесь что-нибудь в этом роде?

– Рисса сказала мне, что с удовольствием поговорит о нас с тобой со священниками Catedrale Metropolitana. Сейчас это не столько собор, сколько музей, но иногда там устраиваются и бракосочетания. Ну а поскольку отец Риссы – Второй Координатор, то, по ее мнению, вряд ли возникнут проблемы с арендой собора под брачную церемонию.

– Да, лапочка, ты действительно не сидела без дела. Бетани вновь зарделась. Ричард потянулся через стол и похлопал ее по руке.

– Предлагаю график работы на вторую половину дня. Сразу после обеда едем тобой к нотариусу, платим ему сотню песо, получаем лицензию и затем в отель. Согласна?

– Как скажешь, милый.

* * *

Какое-то время спустя Бетани лежала в постели, уткнувшись в плечо Дрейку, а он нежно поглаживал ее по спине.

– Даже не верится! Всего три дня – и мы с тобой муж и жена!

– Может, мне достать из бумажника лицензию, чтобы ты еще раз убедилась в этом?

– Незачем, дорогой. К тому же ты знаешь, что по-испански я все равно ничего не прочту.

После обеда они отправились на поиски бюро актов гражданского состояния города Мехико, где потом подали заявление о выдаче им лицензии на вступление в брак. В бюро их попросили заполнить кучу всяких бланков и устно ответить на вопросы, которые задавал напыщенного вида чиновник. Когда тот удовлетворил свое служебное любопытство, Бетани с Ричардом, заплатив причитающуюся пошлину, получили наконец напечатанное по-испански разрешение на вступление в брак.

Бетани прямо из муниципалитета позвонила Риссе. Та радостно засмеялась, узнав эту новость, и выразила желание немедленно переговорить со счастливым кандидатом в мужья. Дрейк подошел к камере и представился.

– Надеюсь, вы понимаете, как вам повезло, капитан Дрейк?

– Прекрасно понимаю, мисс Блэнхем.

– Друзья называют меня просто Рисса.

– А меня Ричард.

– Жду не дождусь познакомиться с вами лично. А пока, не теряя времени, позвоню в собор и договорюсь об аренде. Какое время вас устроит?

– Любое время через три дня после сегодняшнего, ответил Дрейк.

– Так, давайте посчитаем. Ваш испытательный срок истекает в пятницу после обеда. Вас устроит утром в субботу?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю