Текст книги "Шанс для глупой злодейки (СИ)"
Автор книги: Мария Ясная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)
Глава 11. Тени прошлого
Бал у герцога Веллингтона должен был стать одним из самых блестящих в сезоне. Хрустальные люстры заливали светом мраморные колонны, дамы в драгоценностях соперничали в изяществе, а мужчины соревновались в остроумии. Но Арабелла, стоявшая в тени колонны, не замечала ни блеска, ни острот. Её взгляд был прикован к одному месту в центре зала, где кружилась пара.
Адриан и Алиссандра.
Она танцевала с ним уже третий танец подряд. Третий! И каждый раз, когда музыка смолкала и Адриан, казалось, собирался отвести её к скамьям, Алиссандра говорила что-то, заставляя его улыбнуться, и он снова вставал в круг.
Арабелла сжимала веер так сильно, что костяшки побелели. Но не только от ревности.
Внезапно комната поплыла. На мгновение ей показалось, что она снова там – в прошлой жизни, на таком же балу, где Адриан впервые танцевал с Алиссандрой. Тогда она тоже стояла в стороне и смотрела, кипя от злости. Тогда она не понимала, что это ловушка. Она видела только предательство, только потерю, только свою ненависть.
А потом был скандал. Слёзы. Крики. И эшафот.
– Нет, – прошептала она, заставляя себя вернуться в настоящее. – Это не то же самое.
Но сердце колотилось, как у загнанного зверя. Она не могла больше стоять здесь, смотреть на них, чувствовать, как прошлое накрывает её с головой.
Арабелла развернулась и почти бегом направилась к выходу в сад.
Сад был тёмен и прохладен. Луна пряталась за облаками, и только редкие фонари освещали дорожки. Арабелла прошла к скамье под старой липой, села и закрыла лицо руками.
– Что со мной? – прошептала она. – Я же знаю. Я всё знаю. Но почему это так больно?
Потому что она снова чувствовала себя той глупой девчонкой, которую обманули все, кого она любила. Потому что, несмотря на знание будущего, её сердце не хотело слушаться разума.
– Вы сбежали с бала? – раздался голос из темноты.
Арабелла подняла голову. Деймон стоял в двух шагах, и даже в полумраке было видно, что он зол. Его челюсть была напряжена, глаза сверкали.
– Вам не кажется, что вы слишком драматичны? – спросил он, подходя ближе. – Одна девушка танцует с вашим женихом, а вы уже в саду, рыдаете в кустах.
– Я не рыдаю, – ответила Арабелла, выпрямляясь. – Я просто… мне нужно было подышать.
– Подышать? – он усмехнулся, но усмешка была горькой. – Вы смотрели на них так, будто мир рушится. Неужели он для вас так важен?
Она промолчала. Не могла же она сказать ему: «Я не ревную. Я вспоминаю, как в прошлой жизни меня казнили из-за этой девушки».
– Это не ваше дело, – сказала она тихо.
– Моё, – он сел на скамью рядом, но не близко. – Потому что я не могу понять, что вы за человек. Вы ведёте себя то как холодная расчётливая интриганка, то как влюблённая дурочка.
– Я знаю, чего хочу, – она повернулась к нему. – Я хочу свободы.
– Тогда почему вы страдаете, глядя на них? – он кивнул в сторону зала. – Если вы не любите его, какая разница, с кем он танцует?
Арабелла закрыла глаза. Как объяснить то, что нельзя объяснить?
– Это не из-за Адриана, – сказала она наконец. – Это из-за неё.
Деймон посмотрел на неё долгим, изучающим взглядом.
– Вы знали её? – спросил он. – Раньше?
– Нет, – Арабелла покачала головой. – Но я знаю таких, как она. И поверьте, ничего хорошего они не приносят.
Деймон помолчал, потом сказал:
– Вы правы в одном: она ведёт себя подозрительно. Любой дурак поймёт, что некрасиво так на глазах у законной невесты флиртовать с её женихом. Она либо глупа, либо нагла, либо… у неё есть цель.
– У неё есть цель, – тихо сказала Арабелла. – И эта цель – Адриан.
– Вы в этом уверены?
– Я в этом уверена, – она посмотрела ему в глаза. – И я знаю, что она добьётся своего, если мы не помешаем.
Деймон усмехнулся.
– Мы? Вы уже говорите «мы»?
– Вы предлагали объединиться, – напомнила она. – Я согласна.
Он кивнул, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на уважение.
– Хорошо. Тогда вернёмся в зал. И, может быть, вы перестанете смотреть на них, как будто сейчас заплачете? Это вызывает ненужные вопросы.
Он протянул ей руку, и Арабелла, поколебавшись, взяла её.
В зале музыка играла снова. Деймон, не отпуская её руки, повёл её в круг.
– Что вы делаете? – спросила она, чувствуя, как его пальцы сжимают её талию.
– Танцую с вами, – ответил он. – Чтобы все видели, что вы не брошенная невеста, а женщина, которая может выбирать.
Он вёл её жёстко, страстно, и Арабелла чувствовала, как внутри поднимается горячая волна. Не только от его близости – от того, что он смотрел на неё так, будто хотел что-то доказать. Или прочитать её мысли.
Она старалась не показать, как сильно её тянет к нему. Она запретила себе чувствовать это, когда поняла, что одержимость Адрианом разрушила её.
Деймон был опасным. И её сердце, вопреки рассудку, билось быстрее.
– Вы сегодня особенно молчаливы, – заметил он, когда они оказались в углу зала.
– Я просто танцую, – ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
– Вы танцуете так, будто боитесь меня, – он чуть склонил голову.
Арабелла не ответила.
Когда танец закончился, она, не глядя на Деймона, отошла к группе дам, которые всегда были в центре сплетен. Леди Мортон, её подруги, несколько молодых вдов – все они смотрели на неё с любопытством.
– Арабелла, милая, – сказала леди Мортон, – вы выглядите расстроенной. Что случилось?
Арабелла сделала глубокий вдох и позволила себе то, что в прошлой жизни сделало бы её посмешищем, а теперь становилось оружием. Она прижала платок к глазам и сказала жалобным голосом:
– Ах, леди Мортон, я не знаю, что мне делать. Эта бедная сиротка, которую привезла моя тётя… она так неприлично себя ведёт. Она танцует с моим женихом несколько танцев подряд, и он, бедный, не может отказать – она такая несчастная, такая беззащитная… А я стою и смотрю, и мне так больно…
Дамы зашептались. Арабелла продолжала, вкладывая в голос всю горечь, которую чувствовала:
– Я не хочу быть эгоисткой, но разве это нормально – вот так, на глазах у всех, флиртовать с чужим женихом? Она – сирота, ей нужна защита, но не такая же…
– Конечно, не нормально, – подхватила одна из вдов. – Я заметила, как она смотрит на принца. Очень выразительно для бедной сиротки.
– И платье на ней не такое уж скромное, – добавила другая. – Шёлк, хоть и тёмный, но дорогой.
– А вы видели, как она смеётся? – вставила третья. – Слишком громко для той, кто только что потеряла родителей.
Арабелла опустила глаза, пряча улыбку. Первый шаг сделан. Сплетни поползут. И когда Алиссандра услышит, что о ней говорят, ей придётся либо изменить поведение, либо раскрыть карты.
– Спасибо вам, – сказала она тихо. – Мне легче, когда я знаю, что не одна это замечаю.
Она отошла от дам и встретилась взглядом с Деймоном. Он стоял у колонны и смотрел на неё с выражением, которое она не могла прочитать.
Арабелла отвернулась и вышла из зала. Ей нужно было домой. И нужно было подумать о том, как объяснить отцу, что она не хочет терять жениха – но и не хочет, чтобы её использовали.
Разговор с отцом оказался ещё тяжелее, чем она ожидала.
– Расторгнуть помолвку? – лорд Эдрик вскочил с кресла, его лицо побагровело. – Ты с ума сошла? Ты понимаешь, что это значит? Какое влияние потеряю?
– Но, отец, я не люблю его…
– Любовь? – он засмеялся, но смех был злым. – Ты думаешь, что королевства строятся на любви? Ты думаешь, что кто-то спрашивает, счастлива ли ты? Ты – невеста наследника. Это не право, это обязанность. И ты выполнишь её.
Арабелла смотрела на него и видела в его глазах не заботу, не отцовскую любовь – только страх потерять власть.
– Я поняла, – сказала она тихо.
Она вышла из кабинета, и в коридоре прислонилась к стене. Выхода не было. Только играть ту роль, которую ей навязали – но теперь по своим правилам.
– Выход всегда есть, – прошептала она себе. – И я его найду.
Она поднялась в свою комнату, достала дневник и написала:
«Сегодня я снова видела их вместе. Это было как удар ножом – не потому, что я люблю, а потому, что я помню, чем это закончилось. Но я не сдалась. Сплетни – моё оружие».
Она закрыла дневник и погасила свечу. Сердце Астерион на её груди было горячим – как напоминание о том, что время идёт. И что она не имеет права ошибиться снова.
Глава 12. Увлечение
Сплетни, пущенные Арабеллой на балу у герцога Веллингтона, дали всходы быстрее, чем она ожидала. Уже на следующее утро леди Мортон и её подруги обсуждали «бедную сиротку, которая слишком вольно ведёт себя с наследником престола». К обеду об этом говорили в гостиных, к вечеру – в казармах и купеческих клубах. Алиссандра стала персонажем, и не самым популярным.
Арабелла надеялась, что это заставит её притихнуть. Она ошиблась.
Алиссандра не притихла. Она изменила тактику.
Теперь она не бросалась к Адриану при всех. Она стала скромнее, тише, даже печальнее. Она появлялась на приёмах в простых платьях, почти не украшала себя и смотрела на принца издалека – так, что любой, кто видел этот взгляд, понимал: бедная девушка безнадёжно влюблена, но не смеет приблизиться. И Адриан, который всегда жаждал быть нужным, сломался.
– Она такая несчастная, – сказал он Арабелле за завтраком в королевском дворце. – Вы слышали, что о ней говорят? Будто она охотится за мной. Но она даже не подходит ко мне теперь.
Арабелла смотрела на него и чувствовала, как внутри закипает холодная злость.
– Вы хотите, чтобы она подходила? – спросила она.
– Я хочу, чтобы её не обижали, – ответил Адриан, не замечая её тона. – Она никому не сделала ничего плохого. А вы, Арабелла… простите, но я слышал, что это вы распускаете слухи.
Она не стала отрицать. Только усмехнулась.
– Я говорила правду, ваше высочество. Она вела себя неприлично на глазах у вашей невесты. Если это правда обижает её, то тем хуже для правды.
Адриан покачал головой с выражением, которое она видела уже много раз – снисходительное разочарование. В прошлой жизни это разочарование сводило её с ума, заставляло оправдываться, кричать, доказывать. Теперь она просто встала.
– У меня дела, – сказала она. – Доброго дня, ваше высочество.
Она вышла из-за стола и направилась к выходу. В дверях столкнулась с Деймоном.
– Вы слышали? – спросил он тихо, пропуская её в коридор.
– Что именно? Что ваш брат считает меня злой сплетницей? Да, слышала.
– Не только, – он пошёл рядом. – Алиссандра сегодня утром была у короля. Просила разрешения посетить монастырь при больнице. Сказала, что хочет помогать раненым солдатам.
Арабелла остановилась.
– Что?
– Она хочет ухаживать за больными, – повторил Деймон. – Отец был тронут. Сказал, что это благородно.
– Она играет, – прошептала Арабелла. – Она играет, и вы это видите.
– Я вижу, – он кивнул. – Но мой отец и брат – нет. Они видят только святую девушку, которая несёт добро.
Они вышли в сад, где никто не мог их подслушать. Деймон остановился у старого дуба, скрестив руки на груди.
– Нам нужно действовать быстрее, – сказал он. – Если она получит доступ к королю через благотворительность, её положение укрепится. Мы должны найти доказательства.
– У меня нет доказательств, – Арабелла покачала головой. – Только чутьё.
– Этого мало для суда, – он помолчал. – Но достаточно, чтобы следить за ней. Я оставлю при ней своих людей. А вы… вы можете общаться с ней. Вы женщина, вас она не боится. Может быть, вы заметите то, что не заметят мои солдаты.
– Вы предлагаете мне стать шпионкой? – усмехнулась Арабелла.
– Я предлагаю вам защитить себя и моего брата, – ответил он серьёзно. – Называйте это как хотите.
Она кивнула. Это был тот самый союз, о котором они говорили на балу. Теперь он становился реальностью.
***
В следующие дни Арабелла стала чаще появляться там, где бывала Алиссандра. Она не навязывалась, но находила предлоги: «случайно» встречалась в парке, «оказывалась» в той же лавке, «приходила навестить» больных в монастыре, где Алиссандра теперь проводила часы.
Алиссандра была безупречна. Она улыбалась Арабелле, благодарила за внимание, но держалась на расстоянии. И только один раз, когда они остались вдвоём в комнате для перевязок, Арабелла поймала её взгляд – холодный, оценивающий, хищный. Это длилось секунду, но Арабелла запомнила.
– Вы сегодня выглядите уставшей, леди Арабелла, – сказала Алиссандра, снова надевая маску доброты. – Не нужно так беспокоиться обо мне. Я справлюсь.
– Я беспокоюсь не о вас, – ответила Арабелла. – Я беспокоюсь о принце. Он очень переживает, что кто-то может использовать его доброту.
Алиссандра опустила глаза.
– Вы всё ещё считаете меня охотницей за женихами? – спросила она тихо. – Что я должна сделать, чтобы вы поверили? Уехать? Но у меня нет другого дома, кроме дома тёти Ирэн. А она так хочет, чтобы я была счастлива.
– А вы хотите быть счастливой? – спросила Арабелла.
– Я хочу, чтобы меня оставили в покое, – Алиссандра подняла глаза, и в них блеснули слёзы – или их подобие. – Я не хочу никому мешать. Я просто пытаюсь выжить.
Арабелла смотрела на неё и понимала, что если бы не знала будущего, если бы не помнила эшафот, она бы поверила. Сейчас она видела только отличную актрису.
– Я не враг вам, Алиссандра, – сказала она. – Но и не подруга. Давайте хотя бы будем честны: вы хотите Адриана. А я хочу сохранить помолвку. Это не делает нас подругами, но и не делает врагами.
Алиссандра долго молчала, потом улыбнулась – той улыбкой, от которой у Арабеллы свело скулы.
– Хорошо, – сказала она. – Будем честны.
И больше они не возвращались к этому разговору.
***
Деймон и Арабелла встречались почти каждый вечер – то в саду Рейвенскрофт-хауса, то в доме коменданта, где Деймон останавливался. Он рассказывал ей о результатах слежки, она делилась наблюдениями.
– Она встречалась с человеком, – сказал Деймон однажды. – В городе, на Рыбном ряду. Мой человек видел, как она передала ему свёрток.
– Кто он?
– Неизвестный. Исчез в толпе. Но мы зафиксировали приметы.
– Этого мало, – вздохнула Арабелла.
– Мало, – согласился он. – Но это доказывает, что она не просто бедная сиротка.
Они сидели в полутьме, и Арабелла чувствовала его близость – тепло, запах кожи и дыма, напряжение, которое не отпускало ни на минуту.
– Вы не боитесь, что вас увидят со мной? – спросил он. – Ваша репутация и так…
– Моя репутация уже разрушена, – перебила она. – Ещё одна сплетня ничего не изменит.
– Вы говорите как солдат, – усмехнулся он.
– Я учусь, – ответила она.
Он посмотрел на неё долгим взглядом, и Арабелла почувствовала, как сердце забилось быстрее. Она знала, что это опасно. Знала, что не должна. Но ничего не могла с собой поделать.
– Вам нужно домой, – сказал он, отворачиваясь. – Уже поздно.
Она кивнула и встала. У двери обернулась.
– Деймон… спасибо. За то, что верите мне.
– Я не верю вам, – ответил он. – Я просто считаю, что вы полезны.
Она вышла, но его слова почему-то не обидели.
***
Адриан тем временем становился всё более замкнутым. Он реже виделся с Арабеллой, чаще – с Алиссандрой, хотя и не на людях. Арабелла знала об этом от Деймона.
– Они встречаются в парке, рано утром, – сказал он. – Она приходит «собирать травы» для больных. Он «случайно» оказывается рядом.
– И никто не видит?
– Никто не хочет видеть, – пожал плечами Деймон. – Мой брат – взрослый мужчина. Он может гулять с кем хочет.
– Но он мой жених, – возразила Арабелла.
– Он ваш жених только на бумаге, – жёстко сказал Деймон. – И вы это знаете.
Она не ответила. Потому что он был прав.
Однажды, когда они с Деймоном обсуждали очередное донесение, в комнату ворвался Адриан. Он был бледен, глаза горели.
– Я знал, – сказал он, глядя на них. – Я знал, что вы встречаетесь за моей спиной.
– Это не то, что ты думаешь, – начал Деймон, но Адриан перебил:
– Не то? Вы вдвоём в полутьме, шепчетесь, когда я пытаюсь спасти свою помолвку? Ты, мой брат, и ты, моя невеста? – он рассмеялся, но смех был горьким. – Вы оба лицемеры.
– Адриан, – Арабелла встала, – мы обсуждаем Алиссандру.
– Алиссандру? – он усмехнулся. – Вы обсуждаете девушку, которая ни в чём не виновата, и строите козни, потому что я посмел обратить на неё внимание?
– Ты слеп, – сказал Деймон, вставая. – Она играет с тобой. Мы пытаемся это доказать.
– Не нужно ничего доказывать, – Адриан покачал головой. – Я сам разберусь.
Он развернулся и вышел, хлопнув дверью.
Арабелла опустилась на стул.
– Он не разберётся, – сказала она тихо. – Он влюблён.
– Знаю, – Деймон сел напротив. – Это делает его уязвимым.
Они молчали. Арабелла думала о том, что в прошлой жизни всё было так же. Адриан увлёкся, потом влюбился, потом бросил её. И она, ослеплённая ревностью, взяла яд. Теперь она не возьмёт яд. Но остановить его она не могла.
– Что нам делать? – спросила она.
– Продолжать наблюдать, – ответил Деймон. – Ждать, пока она ошибётся.
– А если она не ошибётся?
– Тогда мы проиграли.
Глава 13. Фарс
Встречи с Деймоном стали для Арабеллы привычкой. Они виделись почти каждый вечер – то в доме коменданта, то в саду Рейвенскрофт-хауса. Деймон приносил донесения своих людей, Арабелла делилась наблюдениями. Но в этот вечер она приехала не с пустыми руками.
Они сидели в дальней комнате дома коменданта. Дождь барабанил по крыше, в камине потрескивали дрова. Арабелла положила на стол свёрток.
– Что это? – спросил Деймон, разворачивая платок.
– Флакон, который я нашла сегодня утром среди своих духов, – ответила она. – Его там не было. Кто-то подбросил.
Деймон взял флакон, повертел в руках, открыл, понюхал.
– Духи, – сказал он. – Обычные духи.
– Я знаю, – Арабелла сжала пальцы. – Но я уверена, что это не просто духи. Этот флакон – либо улика, которую подбросят мне, либо сам яд.
– Вы не можете этого знать, – возразил он.
– Могу, – твёрдо сказала она. – И прошу вас: примите меры, немедленно. Мы не знаем, кому можно доверять во дворце. Но если кто-то захочет отравить короля, или Вас, или Адриана… Вы должны быть готовы.
Деймон посмотрел на неё долгим взглядом. Потом кивнул.
– Хорошо. Я проверю, что это за жидкость. Возможно Вы просто мнительны. И я приму меры безопасности…
– Спасибо, – она выдохнула.
Он спрятал флакон в карман.
– Вы сегодня бледны, – заметил он. – Что-то ещё?
– Нет, – она покачала головой. – Просто устала.
Она не стала рассказывать ему о прошлой жизни. Это было её тайной, слишком опасной, чтобы делиться даже с ним.
***
Она вышла от Деймона и уже садилась в карету, когда на дорожке показался Адриан. Он шёл один, без свиты, и его лицо было хмурым.
– Арабелла, – окликнул он. – Я хотел поговорить с вами.
– Говорите, – ответила она, не выходя из кареты.
– Вы слишком часто видитесь с моим братом, – сказал он, подходя ближе. – Люди начинают замечать. Это неприлично.
– Неприлично? – Арабелла усмехнулась. – А ваши тайные прогулки с Алиссандрой в парке – это прилично?
Адриан побледнел.
– Это не то, что вы думаете. Я просто… она нуждается в поддержке.
– Не буду спорить, – отрезала Арабелла. – У нас был уговор, Адриан. Если вы встретите ту, кто заставит вас сомневаться в нашем союзе, мы расторгнем помолвку. Вы уже встретили. Давайте закончим этот фарс.
– Я не хочу расторгать помолвку, – он шагнул ближе. – Я симпатизирую Алиссандре как доброй, несчастной девушке. Но даже мысли не имею о разрыве.
– Тогда что вы предлагаете? – Арабелла посмотрела ему в глаза. – Чтобы я молча смотрела, как вы проводите время с другой? Чтобы я была посмешищем всего двора?
– Никто не смеётся над вами, – сказал он, но в его голосе не было уверенности.
– Вы слепы, – она покачала головой. – Хорошо. Если Вы боитесь отца, я сама пойду к королю и откажусь от помолвки.
– Бесполезно, – Адриан вздохнул. – Мой отец считает, что любовь в браке не обязательна. Он не расторгнет помолвку, даже если вы попросите. Ему нужны ваши земли.
Арабелла замолчала. Она знала, что он прав.
– Тогда не жалуйтесь, что я общаюсь с вашим братом, – сказала она наконец. – Мы оба заложники этой ситуации. Но я хотя бы не притворяюсь, что мне это нравится.
Она захлопнула дверцу кареты, и кучер тронул лошадей. Адриан остался стоять на дорожке, глядя ей вслед.
***
Домой Арабелла вернулась расстроенная. Разговор с Адрианом не принёс облегчения. Она понимала, что он прав: король не расторгнет помолвку. Их земли слишком важны для короны. А она сама – слишком удобная пешка.
Она поднялась в свою комнату, легла, но сон не шёл. В голове крутились обрывки мыслей: флакон, Алиссандра, Адриан, Деймон. И главное – все повторяется.
Около полуночи она встала, накинула халат и спустилась на кухню. Хотелось пить, и она надеялась найти молоко или хотя бы воду.
Коридоры Рейвенскрофт-хауса были погружены в полумрак. Горели только редкие масляные лампы, отбрасывая длинные тени. Арабелла шла тихо, чтобы не разбудить слуг.
Проходя мимо кабинета отца, она заметила свет, пробивающийся из-под двери. Дверь была притворена не до конца. Арабелла хотела пройти мимо, но вдруг услышала голоса.
– … вы знаете это, – говорила женщина. Голос принадлежал домоправительнице, старой миссис Харгрейв, которая служила в их доме много лет.
– Я знаю, – ответил отец. Его голос был глухим, почти безжизненным. – Я любил её мать. Но девочка… она мне не родная. Они могут использовать это.
– Кто? – голос домоправительницы стал тише.
– Не важно, – отец резко оборвал разговор. – Иди. Нам не стоит обсуждать это здесь.
Арабелла прижала руку ко рту, чтобы не вскрикнуть. Она хотела слушать дальше, но в кабинете заскрипел стул – кто-то вставал. Она услышала шаги, направляющиеся к двери.
Быстро, почти бесшумно, она метнулась за угол, прижалась к стене. Дверь открылась. Миссис Харгрейв выглянула в коридор, посмотрела в обе стороны. Арабелла затаила дыхание.
– Никого, – сказала домоправительница. – Вам показалось.
– Мне никогда не кажется, – ответил отец. – Будьте осторожнее. Никто не должен знать.
Дверь закрылась. Арабелла постояла ещё несколько секунд, потом на ватных ногах вернулась в свою комнату.
Она села на кровать, глядя в одну точку. Её отец – у него есть ещё одна дочь? Или он это о ней – это она не родная дочь? Она не знала. И теперь кто-то, кому известно это, угрожает отцу.
– Они могут использовать это, – прошептала она.
Она вспомнила флакон, подброшенный в её комнату. Вспомнила Алиссандру, которая так быстро вошла в доверие к Адриану. Вспомнила кузин, которые всегда подталкивали её к скандалам.
Она легла, но сон не приходил. Перед глазами стояли обрывки прошлой жизни: эшафот, толпа, равнодушное лицо Адриана.
Только под утро она забылась тяжёлым, беспокойным сном.
