Текст книги "Шанс для глупой злодейки (СИ)"

Автор книги: Мария Ясная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)

Глава 4. Тихий омут

Кузины явились на следующее утро, и Арабелла встретила их в той же гостиной, где три дня назад разговор едва не перерос в откровенную перепалку.

– Нам сказали, ты была у баронессы де Лак, – Изабель не стала ходить вокруг да около. Она вошла без стука, в платье цвета увядшей розы, и её глаза сверкали тем особенным блеском, который появлялся, когда что-то шло не по её плану. – Одна. Без нас.

– Разве это преступление? – Арабелла отложила книгу, которую держала в руках (путевые заметки о южных провинциях, которые раньше никогда бы не открыла). – Я чувствовала себя достаточно хорошо, чтобы выйти в свет. Я не хотела вас беспокоить.

– Мы никогда не бываем слишком заняты для тебя, – вставила Кора, опускаясь на диван с видом обиженной добродетели. – Ты могла прислать записку.

– Непременно в следующий раз, – кивнула Арабелла. Её тон был вежливым, ровным, и это, кажется, раздражало кузин сильнее, чем если бы она нагрубила.

Эмма, младшая, стояла у окна, теребя край рукава. Она смотрела на Арабеллу с беспокойством, которое выглядело искренним, но Арабелла уже научилась не доверять первому впечатлению.

– Расскажи, – потребовала Изабель, усаживаясь напротив. – Что говорили?

Арабелла позволила себе небольшую паузу, словно вспоминая. Она понимала, что кузины ждут подробностей – не столько из любопытства, сколько из потребности контролировать её связи и впечатления.

– Было много народу, – начала она, опуская взгляд на свои руки. – Граф Эштон спорил с каким-то офицером о налогах. Леди Мортон шепталась с кем-то из секретарей совета. И да, принц был.

– И? – Кора подалась вперёд. – Вы говорили?

– Говорили, – Арабелла сделала вид, что смущена. – Он… предложил мне чаще выходить в свет. Сказал, что ему было приятно меня видеть.

Это была правда, но только часть. Она не стала рассказывать ни о своём разговоре с Адрианом о будущем помолвки, ни о купцах с картами, ни о тех обрывках недовольства, которые услышала в зале. Кузинам достаточно было знать, что она была на приёме, видела принца, и он был с ней любезен. Всё остальное – её личное.

– И всё? – Изабель явно ждала большего. – Он не сказал ничего… особенного?

– Что ты имеешь в виду? – Арабелла подняла бровь.

– Ну, – Изабель замялась, подбирая слова, – иногда мужчины говорят такие вещи, которые… не предназначены для чужих ушей.

– Он спросил, как моё здоровье, и сказал, что я хорошо выгляжу, – пожала плечами Арабелла. – Ничего такого.

Кора и Изабель переглянулись. В их взглядах мелькнуло разочарование, и Арабелла мысленно отметила это. Им нужна была информация – возможно компрометирующая информация. То, что можно использовать.

– Ты стала очень скрытной, – заметила Кора, и в её голосе прозвучала едва уловимая угроза. – Раньше ты делилась с нами всем.

Изабель бросила на младшую сестру острый взгляд, но промолчала.

– Ты права, – сказала Арабелла, глядя на Эмму с теплотой, которую на самом деле не чувствовала. – Мы взрослеем. И иногда начинаем замечать то, чего не замечали раньше.

В гостиной повисла тишина. Изабель медленно поднялась, её лицо было непроницаемым, но в уголках губ залегла складка – та, что появлялась, когда она сдерживала гнев.

– Ты на что-то намекаешь? – спросила она ледяным тоном.

– Ни на что, – Арабелла тоже встала, и оказалась на полголовы выше старшей кузины. – Просто размышляю вслух. Не обращай внимания.

Она проводила их до дверей, и когда карета скрылась за воротами, вернулась в комнату, закрыла дверь и прислонилась к косяку.

– Они хотят знать, что я делаю, – прошептала она. – Кого вижу, с кем говорю. Им нужно, чтобы я оставалась предсказуемой. Чтобы я продолжала вести себя как прежде.

Она подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Глаза были спокойными. Она сделала первый шаг – притворилась, что всё ещё доверяет им, но дала понять, что что-то изменилось. Теперь они будут осторожнее.

***

Приглашение в оперу пришло на следующий день. Золочёная карточка с вензелем наследного принца лежала на подносе, который Мириам держала на вытянутых руках, словно боялась, что та взорвётся.

– Его высочество просит передать, что будет рад видеть вас завтра вечером, – доложила горничная. – Выступление мадам Флориан. Говорят, она приехала из самой Альтеры, и билеты стоят целое состояние.

Арабелла взяла карточку. В прошлой жизни она бы написала ответ немедленно, не в силах скрыть радости. Но приглашения в оперу раньше никогда не приходило. Теперь она подержала её в руках, чувствуя, как тонкая бумага холодит пальцы, и спросила:

– Мириам, что говорят об этой певице?

– Говорят, её голос заставляет плакать даже тех, кто не понимает слов, – ответила горничная. – И что она была любимицей короля Вердиса.

Арабелла подняла бровь.

– Сплетни, госпожа, – Мириам виновато опустила глаза. – Я не должна была…

– Нет, ты должна, – мягко сказала Арабелла. – Именно такие сплетни иногда полезнее. Спасибо.

Она отослала Мириам с короткой запиской: «Я буду рада принять приглашение вашего высочества».

***

Театр был полон. Хрустальные люстры заливали золотом ложи и партер, воздух был пропитан духами и предвкушением. Арабелла шла по ковровой дорожке под руку с Адрианом, чувствуя, как сотни взглядов следуют за ними. В прошлой жизни она ловила каждый взгляд, каждый шёпот. Теперь она шла прямо, глядя перед собой, и её спокойствие казалось почти вызывающим.

– Вы сегодня прекрасны, – сказал Адриан, когда они устроились в ложе. – И… очень спокойны. Это идёт вам.

– Спасибо, ваше высочество, – ответила она, не глядя на него. Её взгляд был прикован к залу, где внизу, в партере, она заметила несколько знакомых лиц. Граф Эштон сидел в третьем ряду, рядом с ним – тот самый офицер, с которым он спорил на приёме. Леди Мортон занимала ложу напротив, и её глаза то и дело обращались к королевской ложе, где сидел старый король.

– Вы смотрите куда-то в сторону, – заметил Адриан. – Вас что-то беспокоит?

– Просто разглядываю зал, – ответила Арабелла. – Я никогда не обращала внимания на то, кто приходит в оперу. Оказывается, это целый мир.

– Мир, в котором вы скоро станете королевой, – тихо сказал Адриан, и в его голосе прозвучала нотка, которую Арабелла не смогла определить.

– Вы уверены? – спросила она, и этот вопрос повис в воздухе, не имея чёткого адресата.

Адриан повернулся к ней, и их взгляды встретились. Он хотел что-то сказать, но в этот момент свет в зале померк, и на сцену вышла мадам Флориан.

Она была прекрасна – темноволосая, смуглая, в платье цвета глубокого синего моря. Когда она запела, Арабелла почувствовала, как по спине пробежал холодок. Голос был низким, пронзительным, он заполнял зал, не оставляя места ничему другому. Она пела о любви, которая приходит и уходит, о потере, которая делает человека сильнее, о пути, который нужно пройти одной.

Арабелла слушала, и слёзы сами наворачивались на глаза – не от грусти, а от странного чувства узнавания. Словно голос певицы говорил с ней на языке, который она только начинала понимать.

В антракте Адриан предложил пройтись по фойе.

– Вы плакали, – заметил он, подавая ей бокал с шампанским.

– Это музыка, – Арабелла взяла бокал, но не сделала глотка. – Она… трогает.

– Я рад, что вам нравится, – он помолчал, а потом добавил: – Я получил письмо от брата. Деймон скоро прибудет в столицу. Он хочет присутствовать на торжествах по случаю годовщины помолвки.

Арабелла замерла.

Деймон. В прошлой жизни его приезд держался в тайне. Король не хотел, чтобы враги знали, что главный военный советник покинул границу. Но Арабелла тогда, в своей прежней глупости, узнав от кого-то из придворных, немедленно рассказала кузинам. А они – кому-то ещё. И в итоге войска Деймона, оставшиеся без командующего, с трудом отразили нападение на границе, и только чудо спасло их от поражения.

– Это хорошая новость, – сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Давно не видели брата?

– Больше года, – Адриан улыбнулся, и его улыбка стала теплее. – Деймон – лучший воин. Отец надеется, что он сможет остаться подольше.

– Надеюсь, его приезд останется в тайне, – сказала Арабелла, и Адриан удивлённо поднял бровь.

– Почему вы так думаете?

– Потому что враги не должны знать, где находится главнокомандующий, – она смотрела ему прямо в глаза. – Если Вердис узнает, что Деймон покинул границу, они могут попытаться воспользоваться этим. Насколько я знаю, стычки там не прекращаются.

Адриан посмотрел на неё с новым выражением – почти уважительным.

– Вы правы, – сказал он. – Отец распорядился не разглашать дату его прибытия. Только узкий круг знает. Я доверяю вам.

Арабелла кивнула. Она вдруг остро осознала, что сейчас держит в руках то, что когда-то разрушила. Секрет. Тайна. И от того, как она распорядится им, зависят жизни.

– Я никому не скажу, – сказала она тихо. – Обещаю.

– Я знаю, – Адриан коснулся её руки.

Она не ответила. Только смотрела на сцену, где готовилось второе отделение, и думала о том, что в прошлой жизни она даже не знала, что её болтовня стоила Деймону почти поражения. Она не знала, потому что не хотела знать. Потому что ей было всё равно на всё, кроме себя.

Когда они вернулись в ложу, свет снова погас, и мадам Флориан запела. Теперь её голос звучал иначе – не о любви, а о силе. О том, что женщина, которая прошла через огонь, становится огнём сама.

Арабелла слушала и чувствовала, как внутри что-то крепнет, становится твёрже. Её тайна – её возвращение, её знания – это оружие. И она не позволит никому вырвать его из её рук.

В конце выступления, когда зал взорвался аплодисментами, Арабелла повернулась к Адриану и сказала:

– Я хотела бы встретиться с вашим братом. Когда он прибудет.

– Я передам, – удивился Адриан, но кивнул. – Деймон будет рад познакомиться с вами ближе. Он много слышал о вас.

Арабелла чуть не рассмеялась. Да, Деймон много слышал о ней – и в прошлой жизни, и в этой. В прошлой – всё самое плохое.

– Я постараюсь произвести хорошее впечатление, – сказала она с лёгкой улыбкой.

– Уверен, у вас это получится, – ответил Адриан, и в его голосе не было иронии.

Они вышли из театра, и холодный ночной воздух ударил в лицо.

– Ваше высочество, – сказала она, прощаясь у кареты, – спасибо за вечер. Я давно не получала такого удовольствия.

– Надеюсь, мы повторим, – ответил Адриан. – Доброй ночи, Арабелла.

– Доброй ночи.

Она села в карету и, когда дверца закрылась, выдохнула.

– Домой, – сказала она кучеру. – И завтра же напишу письмо кузинам. Скажу, что принц был нежен, и я почти сдалась.

Сердце Астерион на её груди дрогнуло, и Арабелла улыбнулась в темноте.

Глава 5. Годовщина помолвки

Кузины не отставали. Они приехали на следующий же день после оперы, и Арабелла, глядя на их нетерпеливые лица, вдруг поняла: они не просто хотят знать. Им нужно, чтобы она оставалась в их власти. Чтобы делилась, жаловалась, просила совета. Чтобы её жизнь была открытой книгой, которую они перелистывают в поисках слабых мест.

– Ну как прошло? – Изабель уселась в кресло с видом следователя. – Он был внимателен? Говорил что-то важное?

Арабелла опустила глаза и сделала вид, что смущена. В прошлой жизни она бы выложила всё – каждое слово, каждый взгляд. Теперь она выбирала слова осторожно, как осколки стекла.

– Он был… вежлив, – сказала она, играя пальцами с кружевом на рукаве. – Но не более. Я ожидала большего.

– Большего? – Кора подняла бровь. – Что ты имеешь в виду?

– Ну, – Арабелла вздохнула, придавая лицу выражение обиженной капризницы, – он не сделал мне комплимента. Не спросил, скучала ли я. Всё время смотрел на сцену, а не на меня. И когда я попыталась заговорить о нашем будущем, он перевёл тему.

Она врала, и врала умело – вживаясь в ту роль, которую кузины так любили. Роль капризной, требовательной, вечно недовольной девушки, которую легко подтолкнуть к скандалу.

Изабель и Кора переглянулись. В их взглядах мелькнуло удовлетворение. Арабелла мысленно отметила это: им выгодно, чтобы она была недовольна Адрианом. Чтобы видела в нём врага, а не союзника.

– Он всегда был таким, – сказала Кора с фальшивым сочувствием. – Ты же знаешь, мужчины редко бывают внимательными. Им с детства внушают, что весь мир крутится вокруг них.

– Но это несправедливо! – воскликнула Арабелла, продолжая играть. – Я его невеста! Я заслуживаю уважения!

– Заслуживаешь, конечно, – подхватила Изабель. – Но, может быть, ты сама слишком много от него ждёшь? Мужчины не любят, когда женщины требуют внимания. Им нужно, чтобы мы были… загадкой.

– Загадкой? – Арабелла подняла на неё глаза, стараясь, чтобы в них читалось недоумение.

– Ну да, – Изабель наклонилась ближе, её голос стал вкрадчивым. – Если ты будешь всё время рядом, если будешь слишком доступна, он потеряет интерес. А если ты станешь яркой, недоступной… он начнёт добиваться тебя.

Арабелла кивнула, делая вид, что внимает совету. Они не хотят, чтобы она сближалась с Адрианом.

– Ты права, – сказала она. – Наверное, я слишком стараюсь. Нужно быть… загадочной.

– Вот именно, – Изабель удовлетворённо откинулась на спинку кресла.

Эмма, стоявшая у окна, молчала. Её лицо было бледным, и она кусала губу.

– Кстати, – спросила Кора небрежно, – принц ничего не говорил о предстоящих торжествах? О годовщине помолвки? Говорят, будет большой бал.

– Говорил, – Арабелла пожала плечами. – Но ничего особенного. Обычные приготовления. Он сказал, что его отец хочет, чтобы всё было пышно.

– А о брате? – вставила Изабель. – О принце Деймоне? Он приедет?

Арабелла почувствовала, как внутри что-то сжалось. Вот оно. Они уже знают? Или просто проверяют?

– Не знаю, – она сделала недоуменное лицо. – А почему он должен приехать? Он же всегда на границе.

– Просто слухи, – Изабель махнула рукой. – Говорят, король хочет представить его ко двору. Найти ему невесту.

– Мне он ничего не говорил, – Арабелла равнодушно повела плечом.

Она солгала легко, почти не задумываясь.

Когда они ушли, Арабелла подошла к окну и долго смотрела на их карету, удаляющуюся по мокрой от дождя мостовой.

– Им нужно, чтобы я была недовольна, – прошептала она.

Она сжала кулаки. Теперь она знала правила игры. И не собиралась им подчиняться.

***

До годовщины помолвки оставалась неделя, и Арабелла провела её в лихорадочной подготовке. Но не той, что раньше – не в примерках платьев и выборе украшений. Теперь она готовилась иначе.

Она читала. Всё, что могла найти в отцовской библиотеке: старые хроники, доклады о состоянии границ, списки знатных родов и их связей. Она учила имена, запоминала, кто на ком женат, кто кому должен, кто с кем враждует. В прошлой жизни её это не интересовало. Теперь она понимала: знание – это оружие.

Она тренировалась. Не с мечом – её дар был другим. Она училась управлять своим талисманом, вызывать видения по желанию, а не когда они приходили сами. Иногда у неё получалось, иногда нет. Но она не сдавалась.

Она избегала кузин, находя предлоги: нездорова, занята, ждёт письма от принца. Те не настаивали – им было достаточно того, что она жаловалась на Адриана и казалась прежней.

И вот наступил вечер бала.

***

Королевский дворец сиял тысячами свечей. Хрусталь, золото, шёлк – всё дышало роскошью, призванной показать мощь Эридонии. Арабелла ехала в карете одна – отец был уже во дворце, кузины прибудут позже. Она поправила платье: тёмно-синий бархат, строгий, почти аскетичный, без обычных для неё излишеств. Только материнский талисман на шее – тусклое серебро и камень, который в этом свете казался живым.

Она вошла в зал, и взгляды скрестились на ней. Она чувствовала их – любопытство, враждебность, иногда сочувствие. Но шла прямо, не сворачивая, и её спокойствие было броней.

Адриан встретил её у входа. Он был красив в своём парадном мундире – светлый, улыбающийся, идеальный.

– Вы прекрасны, – сказал он, подавая руку. – Как всегда.

– Спасибо, ваше высочество, – ответила она, вкладывая пальцы в его ладонь. – Вы тоже выглядите великолепно.

Он хотел что-то добавить, но в этот момент оркестр заиграл, и начался бал.

Первый танец, по традиции, принадлежал им. Арабелла танцевала механически, думая о другом. Она искала взглядом одного человека – Деймона.

Он стоял у дальней колонны, в тени, почти незаметный, хотя его фигура – высокая, широкая в плечах, в строгом чёрном мундире с золотыми нашивками – притягивала взгляд. Он не улыбался. Его лицо было жёстким, почти мрачным, и он смотрел на неё – не на танец, не на брата, а именно на неё – так, словно пытался разглядеть что-то скрытое.

В прошлой жизни она почти не замечала его. Он был тенью на периферии её одержимости Адрианом.

Танец закончился. Арабелла сделала реверанс перед Адрианом и, сославшись на усталость, отошла к окну. Но не успела она перевести дух, как перед ней выросла чёрная фигура.

– Позвольте пригласить вас на следующий танец, – голос Деймона был низким, хрипловатым, словно он привык отдавать приказы на ветру.

Это не было вопросом. Он уже протягивал руку.

Арабелла посмотрела на него. Вблизи он казался ещё более властным – тяжёлая челюсть, глубоко посаженные глаза цвета тёмного янтаря, шрам на левой скуле, который она раньше не замечала. Он был младше Адриана на три года, но выглядел на десять старше – война не щадит.

– Вы не обязаны, ваше высочество, – сказала она, не принимая руки. – Я знаю, что вы думаете обо мне.

– Что я думаю? – его бровь насмешливо изогнулась.

– Что я капризная, пустая девчонка, которая недостойна вашего брата. И что вся эта помолвка – ошибка.

Деймон усмехнулся – коротко, без тепла.

– Вы откровенны. Это редкость при дворе.

– Я просто устала от лжи, – ответила Арабелла. – Так вы хотите танцевать со мной или просто проверить, насколько я испорчена?

Он взял её за руку – крепко, почти грубо – и повёл в круг.

Танец был быстрым, живым. Арабелла чувствовала его силу – она исходила от него, как жар от печи. Он вёл жёстко, не спрашивая, готова ли она, и она отвечала, не уступая. Их движения были почти поединком.

– Вы танцуете лучше, чем о вас говорят, – бросил он, когда музыка ненадолго стихла.

– А что говорят?

– Что вы не умеете слушать. Только требовать.

– А вы умеете слушать?

– Я умею слышать то, что важно, – он крутанул её, и она оказалась в его руке, лицом к лицу. – Остальное пропускаю мимо ушей.

Арабелла почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Не от страха – от странного, почти запретного притяжения. Он был опасен. Он был небезразличен. И это было неправильно. Он – брат её жениха.

– Ваш брат сказал, что вы хотели со мной познакомиться, – сказала она, когда танец закончился, и она сделала шаг назад. – Зачем?

– Хотел увидеть, насколько вы опасны, – ответил Деймон, не отводя взгляда. – Теперь я знаю.

– И что же?

– Вы опаснее, чем кажетесь, – он слегка наклонил голову.

Он развернулся и ушёл, оставив её стоять посреди зала. Арабелла смотрела ему вслед и чувствовала, как внутри всё кипит. Что это было?

– Не обращайте внимания, – голос Адриана прозвучал у неё за спиной. – Деймон всегда был груб. Он не умеет общаться с дамами.

– Он сказал, что я опасна, – медленно произнесла Арабелла. – Это комплимент?

– Скорее предупреждение, – Адриан взял её под руку. – Он считает, что все женщины при дворе – шпионки. Не принимайте близко к сердцу.

Но Арабелла уже не слушала. Она смотрела на Деймона, который стоял у окна, и вдруг поймала его взгляд. В нём не было враждебности.

***

Около полуночи Арабелла вышла в сад – подышать прохладным воздухом. В прошлой жизни она бы не решилась покинуть зал, где кружился её принц. Теперь она искала тишины.

Но тишины не получилось.

– Вы сбежали с бала? – голос Деймона раздался из темноты. Он стоял у фонтана, расстегнув верхние пуговицы мундира, и курил – или делал вид, что курит, потому что огонька не было.

– Я вышла подышать, – ответила Арабелла, останавливаясь. – Вы следите за мной?

– Я вышел раньше, – он пожал плечами. – Надоело смотреть, как придворные кланяются.

– Вам не нравится двор?

– Я солдат, – он повернулся к ней, и лунный свет упал на его лицо, делая шрам ещё заметнее. – Моё место на границе. Здесь я чувствую себя в клетке.

– Тогда зачем вы приехали?

– Отец попросил, – коротко ответил он.

Она промолчала. Из зала выбежал Адриан – взволнованный, с красными пятнами на лице.

– Арабелла! – воскликнул он. – Ты здесь... Деймон, что ты делаешь в саду с моей невестой?

– Разговариваю, – спокойно ответил брат. – Это не запрещено.

– Она не должна быть одна с мужчиной в такое время, – Адриан подошёл к Арабелле и взял её за руку. – Пойдёмте, я провожу вас.

– Не нужно, – Арабелла мягко высвободилась. – Я сама…

– Я настаиваю, – его голос стал твёрже, и впервые в нём прозвучали командные нотки. – Деймон, оставь нас.

Деймон не двинулся с места. Он смотрел на брата с лёгкой усмешкой, которая, казалось, заводила Адриана ещё больше.

– Ты слишком опекаешь её, брат, – сказал он.

– Она моя невеста, – Адриан повысил голос. – И я не позволю тебе…

– Что? – Деймон сделал шаг вперёд, и теперь они стояли друг напротив друга – светлый и тёмный, мягкий и жёсткий. – Что ты не позволишь мне? Поговорить с ней? Или ты боишься, что она увидит разницу между нами?

– Деймон!

– Я всего лишь хочу сказать, – Деймон перевёл взгляд на Арабеллу, – что если вы передумаете насчёт помолвки, я буду первым, кто вас поддержит.

Арабелла почувствовала, как кровь отлила от лица. Это было слишком прямо, слишком опасно. Она посмотрела на Адриана – его лицо побледнело, кулаки сжались.

– Убирайся, – сказал он тихо, почти шёпотом. – Убирайся, пока я не сказал отцу.

Деймон усмехнулся, развернулся и ушёл в темноту, не оглядываясь.

Арабелла осталась стоять между двумя братьями, чувствуя, как сердце колотится где-то у горла.

– Простите его, – сказал Адриан, беря её за руку. – Он не умеет вести себя в обществе.

Он привлёк её к себе, и Арабелла, замерла, чувствуя тепло его тела. В прошлой жизни она бы растаяла. Теперь она думала о другом – о словах Деймона, о его взгляде, о том странном притяжении, которое возникло между ними.

– Пойдёмте, – сказал Адриан. – Мы вернёмся в зал. Никто не должен думать, что между нами что-то не так.

Она кивнула и позволила увести себя. Но на пороге зала обернулась. Сад был пуст. Деймон исчез.

***

Ближе к утру, когда гости начали разъезжаться, Арабелла стояла у выхода, прощаясь с Адрианом. Вдруг её взгляд упал на угловую лестницу, где кузины перешёптывались с каким-то слугой. Она узнала его.

В прошлой жизни этот слуга подошёл к ней и сказал, что Адриан ждёт её в восточной гостиной. Она пошла и попала в ловушку – оказалась в комнате с чужим мужчиной, и начался скандал. Тётя Ирэн потом делала вид, что это несчастная случайность, но Арабелла теперь знала: это была спланированная операция. Скандал замяли, но сплетни остались.

Она перехватила слугу, когда тот направлялся к ней.

– Госпожа… я должен передать…

– Ничего ты не должен, – Арабелла улыбнулась ледяной улыбкой. – Иди скажи тем, кто тебя послал, что я слишком устала и еду домой.

Слуга побледнел, поклонился и исчез в толпе.

Арабелла выдохнула. Ловушка не сработала. В этот раз – не сработает.

Она села в карету и, когда дверца закрылась, позволила себе улыбнуться.

– Одна игра закончена, – прошептала она. – Начинается следующая.

Сердце Астерион на её груди дрогнуло – в такт её собственному сердцу.