Текст книги "Сложности любви чешуйчатых гадов. Академия для Палача (СИ)"

Автор книги: Мария Вельская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

И ещё этот последний ускользнувший заговорщик... Маг в маске сбежал в последней битве с Сейлиром буквально у них из-под носа, поганец. Полукровка – наверняка... Тени уже давно должны были найти его старое укрытие. И хоть кого-то, кто мог пролить свет на его личность. Почему это сидело занозой в разуме? Почему ему казалось, что он уже почти нашёл, что он знает ответ? Знает, если не где заговорщик, то того самого человечка, который может ему всё рассказать?Зубы заломило. Он снова и снова видел упрямое женское лицо и ясные глаза. Снова ощущал, как изысканной лаской по нервам скользит её фейская магия.Льяна Тархи. Он узнал бы её. Везде. Всегда. Лья-на. Почему так?

– Мор... иан, так что по поводу адептки Тархи и ее отца? – Вырвал из раздумий голос ректора.

Змей был невозмутим. Не понять, что скрывает.

– А что по поводу пропавших адепток? – Моршерр оперся руками о стол.

Ленивая тварь вьётся вокруг, нарезает круги, стережет, ласково сжимает когти.

– Я ведь верно понял – схема отработана давно – девиц выгоняют из Академии под любым предлогом, а после – они исчезают в неизвестном направлении. Тела всплывали? – Отрывисто уточнил Палач.

Морской змей опустил подбородок на сомкнутые ладони. Его взгляд потяжелел. Магия вспыхнула мягкими искрами всех оттенков морской глубины.

– Два. Два тела. И дикие твари его пожри, этого... ш-шутника, – по лицу ректора прошла волна искажения. Казалось, вот-вот комнату займет огромный разъяренный монстр, – я не могу представить, чтобы кто-то из наших так обошёлся с женщинами. Их... – когти помассировали глазные яблоки под веками, – не буду говорить, это надо видеть. А вы ведь не упустите своего, верно, Кайто? Ведь, кажется, теперь эти уроды нацелились на вашу лессу Тархи?

Тьма сама собой вспыхнула в крови. Превратить в ничто, в пепел и пыль, растворить в воздухе так, чтобы и следа не осталось!

В груди заворочалось нечто тяжёлыми кольцами.

– У вас... драконьи глаза, адепт. И когти на пальцах. Хвост не режется ещё? – Деловито уточнил морской.

Тварь самодовольная! Раньше бы Моршерр взял его за горло и пил бы, пил, наблюдая за тем, как с лица распустившего язык змея уходят краски.

Теперь же лишь шевельнул когтями, закусывая тонким недовольством и стеной чужой усталости.

Вот так...

– Не режется. Смотрите, как бы своего не лишиться, Си-Шаон. Я снисходителен лишь до поры, – на бледном лице адепта Кайто промелькнула пугающая тень.

Вот только морской как ни в чем не бывало откинулся на спинку кресла.

– Я безмерно испуган, уважаемый лесс Кайто, – серьезный ответ. Гребешки на ушах ректора вспыхнули перламутром. Магичит? – Я всегда готов помочь Владыке и готов отвечать за свои действия и действия моих подчиненных. Но вам сейчас я ничего не должен. За мной нет никакой вины и приказывать мне не стоит. Я вышел из того возраста, чтобы трястись при виде энергатов. Не будем портить хороший день... у меня ещё косточки врагов не пересчитаны, адепт Кайто, – зевок.

Впечатляющие клыки.

Наглец. Забавный наглец. Да, справиться с ним сейчас для Моршерра было бы сложно. Очень сложно. Почти невозможно – но такого слова для него не существовало. Главное – не демонстрировать свою слабость.Вместо этого Моршерр заговорил, озвучивая давно назревшую мысль.

– Убийца не безумец, он преследует определенную цель и методично к ней идёт. Похоже на ритуал, но вот какова всё-таки эта самая цель, а? – Палач Владыки тихо засмеялся.

Тени слабо взметнулись.

Азарт смертельно опасной змеёй поднял голову.

– Все что угодно, начиная от мирового господства и заканчивая уничтожением всех песчаных кроликов. Что в голове у безумца – понять сложно, – голос морского лорда лениво плескал прибрежной волной.

– Ставлю на первое. Но не совсем, – сощурился презрительно страшный черный глаз.

– Это не может быть связано с родственниками адептки Тархи? – Скрупулёзно уточнил Си-Шаон.

– Нет, – Моршерр сел на подоконник, качая ногой, – абсолютно точно нет.

А своей интуиции он предпочитал доверять. Это не просто предчувствие. Он знал, что так и есть.

– Что общего между всеми пропавшими адептками? – Палач спросил почти миролюбиво. Почти спокойно.

Ухо Леандаррона Си-Шаона дернулось.

– Они были очень слабыми магичками на грани потери дара, – сжал зубы ректор.

– Какая прелесть! – Усмехнулся его собеседник. – Дело принимает интригующий поворот... Воняет тухлятиной предательсс-ства. В вашей Академии кто-то наводит врага на нужных ему женщин, лорд!

Кто-то ходит по самому краю. Потому что с тварями не играют. Твари не любят, когда кто-то нарушает их границы. Не любят, когда на их земле творится бесчинство. Когда такое происходит – приходит каратель.

Сейчас он слаб. Но зря его враги думают, что отсутствие изначальной силы – признак полной беспомощности.

Окно захлопнулась с треском и задребезжало. Солнце вдруг скрылось за тучами.

Мощная, покоряющая сила. Сила, которая заставляла захлебнуться и распластаться оземь, наполнила комнату предвестником грозы.

– Ты меня упрекаешь в невнимательности, Мориан Кайто? – Ректор поднялся из-за стола.

Гибкий. Мощный. Смертельно опасный.

– Я намекаю, что вам не следует доверять никому, кроме себя и тех, кто умрет, нарушив клятву верности, – Моршерр даже не обернулся.

Смотрел на грохочущие тучи, вдыхал грозовой воздух, наполненный свежестью, и с губ его не сходила улыбка.

– А что твой клан, наследник Кайто? В последнее время от него слишком много неприятностей. Пропажа людей. Воровство. Контрабанда запрещенного, – рокот за спиной.

– Я займусь этим, – голос юного мага прозвучал звонко, беззаботно. – Совсем скоро займусь.

Моршерр Декерет обернулся. Бледное лицо мага испещряли тонкие черные прожилки.

А потом он коротко рассмеялся – как сухой щелчок раздался – и, вскочив на подоконник, сделал шаг вперёд.

Леандаррон Си-Шаон молча наблюдал за тем, как ветер подхватывает опасного хищника, кружит и опускает вниз где-то за деревьями.

Ему было над чем подумать.

Щёлкнул переговорный артефакт.

– Исфиль ко мне, – скомандовал морской лорд.

Пора перетряхнуть академию. Снова. Но теперь уже другими способами. И не видеть ему морского жемчуга... Он найдет эту тварь. И лично вскроет ей глотку!

Если, конечно, мерзавцу повезет не попасться на глаза Мориану Кайто.

Игра продолжалась.

Глава 11. Неприятности для фэйри.

Льяна Тархи

Я устала. Устала до такой степени, что ноги немели и подгибались. "Укреплять дух" пришлось почти три часа подряд. И такими методами, что даже я, привычная к жёстким тренировкам, выдохлась.

С того момента, как я вышла из больничного крыла, прошло уже больше недели.

Неделю я не сталкивалась с Морианом Кайто. Неделю я училась. Просто училась – вместе с другими адептами. Мои успехи в магии пока были настолько же сомнительны, как раньше. Так что закрадывалась мысль – не померещилось ли?

Про предложение Кайто не думать я тоже не могла. Мне кажется, оно преследовало мне даже во сне. Меня тянуло увидеть мага. Просто увидеть, коснуться, убедиться, что бледный лоб, черные кудри, сверкающие синим глаза мне не приснились. При этом никакого особого интереса я к нему не испытывала. Только опаску. Жуть? Ещё какая! Нечто внутри сотрясалось мелкой дрожью, и возникало понимание – придется что-то решать. Срок, отмеренный невидимой мне судьбой, подходил к концу. Последние песчинки безжалостно сыпались вниз, на дно клепсидры.

Горрианталь и Шиакриантоль делали вид, что мы незнакомы. У ящеров были свои дела – за что я была им благодарна. Только сделка – и ничего больше. Мы не друзья.

Я привыкла полагаться на себя – во всем. Привыкла, что я одна и за спиной никто не стоит.

Я не была самоуверенна и понимала – когда-нибудь настанет момент – и я не справлюсь. Я только надеялась, что настанет он ещё нескоро. Наверное, зря.

После занятий я была мокрая, как мышь. Вся покрыта липким потом. Увы, переодеваться в специально отведенных для этого кабинках здесь было не принято – нужно было бежать до общежития.

Я стёрла пот со лба и выдохнула. Согнулась, оперлась руками о колени. И совсем забыла о том, что я не в юбке – в брюках, которые весьма обтягивали при попытке проделать подобные упражнения.

Толстеем?

Шлепок по... тому, что находилось пониже спины, я восприняла не так остро, как насмешливое:

– Какая краля! Я оценил, девка. Скрасишь нам с друзьями вечерок?

Идиоты здесь не переводятся?

Я резко перехватила чужую руку. Уже хотела было провести любимый прием, хорошенько поваляв наглеца по полу, но...

Не смогла. Я даже не смогла сдвинуть его с места – как будто передо мной гора стояла!

Что за чушь?!

– Я вам не позволяла так...

Договорить я не успела – как и защититься. Да что там – я своим глазам не поверила. Такими быстрыми не были даже твари.

Парень – высокий, худощавый, с золотистой кожей, тронутой солнцем, и короткими каштаново-рыжими волосами, которые лежали в беспорядке. Он казался совершенно обычным.

Но уже через долю секунды спины его друзей закрыли нас от других учеников. Его пальцы легко, как кобыле, разжали мои челюсти. В горло полилась обжигающая кислая жидкость.

На все это не ушло и секунды! Я бы успела ударить, сбежать, позвать на помощь.

Я бы все успела, если бы не его неестественная скорость и охватившая тело странная ватная слабость.

Жидкость упала вниз, в пищевод.

– Готово, – деловито раздался надо мной спокойный голос, – девка с нами. Пусть калиточку откроют. У нее сегодня последнее занятие, я проверял.

– Цей, ты же позволишь с ней развлечься, а? А потом уже отдадим? – Просительно пробормотал кто-то, пока меня, как мешок с картошкой, не подхватили, трепетно прижимая к себе.

На ручки взял? Я тебе что-нибудь лишнее оторву, заботливый мой!

Мой разум оставался удивительно ясным, хотя я и пальцем пошевелить не могла.

Что удивительно – никто на нас и внимания не обратил! Конечно, отдышаться я пыталась не на самой оживленной аллее. А чем дальше – тем меньше студентов. Но ведь и не совсем пусто...

Паники не было – только сухая горечь и четкое осознание – это как-то связано с исчезновением девушек. Я уверена в этом. Видимо, устали ждать, пока меня выгонят. Видимо, я действительно нужна была им настолько сильно.

– Посмотрим. Кохра, кстати, будет до последнего действовать. Этому действительно без разницы, в каком виде он получит свой товар, – сухой короткий смешок.

Товар. Я услышала, как впереди зашуршала и хлопнула калитка. Раздался ещё один голос – чем-то смутно мне знакомый.

– Принесли? Молодцы, давайте быстрее, пока никто не спохватился, что защита дырявая. Исчезните и больше не появляйтесь, – недовольно пробурчал невидимый негодяй.

Я не могла ничего увидеть – мое лицо было крепко прижато к чужому камзолу.

А потом стало поздно. Голову сдавило, мир сжался – и я канула в ничто.Не хотелось бы помереть, даже не поняв этого – промелькнула циничная мысль.

Миг пустоты. Второй. Третий. И…

Меня толкнули. Не наяву – в странном мареве видения, вязкого сна.

Там мелькали крылья и слышались шорохи и шуршание. Кричала где-то громко птица. Раздавался вой, клекот.

Черная когтистая рука вздернула меня за шкирку, как щенка. Страшные черные глаза моего кошмара смотрели голодно и нежно.

– Или ты живёшь, гадость моего отсутствующего сердца, или я запихиваю эту мракову энергию тебе в уши! Как не надо, так воровать повадилась, а как надо – так щепотки не возьмёшь! – Возмущались громко над моей головой.

А потом тонкие холодные губы прижались к моим – жадный ты, зараза, как пьявка...

Укусил. Что, сравнение не понравилось? Вялая мысль через мгновение была сметена напором энергий. Незнакомая бурлящая сила ворвалась в мое тело, сжала, завертела – и выплюнула в реальность под негодующий вскрик.

Кап.

Кап. Кап. Здесь капала вода. Я не шевелилась. Прислушивалась так внимательно, как только могла. Ничего. Никого. В помещении – судя по всему – не таком уж большом – было пусто.

Обострившийся слух различал далёкий скрип снастей и плеск волн – едва слышный. Шепот прибоя. Гнев и усталость моря. Тяжёлое чёрное предчувствие.

Как всегда, нет прекрасных принцев, все сами, Ваше Сиятельство, госпожа Льяна.

С лёгким содроганием я изучила собственное тело. Нет, не тронули. Пока.

Из лёгких с шумом вышел воздух, я распахнула глаза и рывком села.

Захотелось выругаться снова. Теми словами, которые приличной девице знать не стоило. Из одежды на мне – одна тонкая ночная рубашка. Половина моего боевого запаса – шургам под хвост. Но даже так ещё кое-что осталось.

Привычка быстро оценивать обстановку пригодилась.

Я сидела в клетке с толстыми прутьями, что было вдвойне неприятно – хорошо хоть прутья были не из чистого железа. Части моей фейской сущности все это не нравилось. Очень сильно не нравилось. К счастью, во мне ее было слишком мало.

Помещение было вытянутым. Больше похоже на пустой сарай – скорее всего, лодочный. Вот и снасти валяются неподалеку.

Ждать, пока какой-нибудь идиот решит вернуться – и осуществить мое желание кого-нибудь сегодня прикончить, я не стала.

– Говорил мне папа: Льяна, будь нежнее! Льяна, не пытайся кувалдой вскрыть запор! – Проворчала я, запуская пальцы в волосы.

Где же ты, моя прелесть, где? Вот она! Моя любовь, моя желанная, самая лучшая, великолепная и волшебная на свете... отмычка!

– У каждой девочки есть свои секреты, – промурлыкала, не позволяя себе поплакать и поддаться панике.

Тело слушалось неохотно, руки тряслись, но мастерство не пропьешь.

Артефакт, который я когда-то сделала сама под чутким руководством отца, не подвёл.

Запор на замке был простейшим, чары – вообще еле держались.

– Вот она, халтура, – пробормотала, выпадая на грязный деревянный настил.

В носу засвербело, и я поспешно сжала его пальцами. Вместо чиха раздалось лишь тихое "пых".

И, словно в ответ на этот звук, по сараю вдруг разнёсся громкий отчаянный... писк? Урчание? Скулеж?!

Я подпрыгнула, больно стукнулась коленом о деревяшку, и медленно повернула голову.

Что происходит? Здесь животное?

Я медленно завертелась, пока не заметила в полумраке шевеление в самом дальнем углу. Там, под сваленными досками, снастями, какими-то крючьями и канатами, что-то было.

Взгляд метнулся к двери. Ее наверняка снаружи охраняют, нет смысла даже пытаться.

Времени на жалость к себе и размышления не было. Как была – в грязной драной рубашке, босая, со свалявшимися волосами, я двинулась вперёд. К тому самому темному углу.

– Вот же дура, а! Говорил тебе папа: Льяна, плюнь на всех, пока на тебя не плюнули. Заботься о себе! А ты что? Нанялась какое-то животное спасать? С ума сошла, что ли?

Я ворчала – и шла. Так, чтобы ни одна доска не скрипнула. Сделать это на дрожащих ногах, когда голова раскалывалась, а пальцы сводило от боли – было настоящим подвигом.

– Я вас даже убивать не буду, – процедила я, – потому что когда вас обнаружат местные твари, с вами случится кое-что похуже обглоданных косточек.

Почему-то в этот момент я с тварями была полностью солидарна.

Ногу кольнуло.

– Драконова тварь, заноза!

Я прикрыла глаза.

Переживу. Потом выставлю всем счета.

А то тут неприятности, а я ногти не наточила и кремом не намазалась. Непорядок.

– Ну и что у нас тут? – Хмуро поинтересовалась у снастей.

Язык еле ворочался. Боюсь, что надолго меня не хватит. Размышлять о том, привиделись ли мне страшные черные глаза и очень увлечённые тварьи губы я не стала. Так и умом тронуться можно. Но уж очень это было похоже на осознанное видение, в котором я и связанный со мной маг оказались вместе. Видение, в котором он передал мне частичку силы. Именно эта сила помогла мне очнуться раньше времени. Или я себя успокаиваю?

Под снастями что-то попыталось загреметь, но я цыкнула. Как можно тише.

Приподняла с трудом несколько длинных толстых досок – и в немом изумлении уставилась на подпрыгивающий мешок. Обычный серый мешок из грубой холстины.

Руки сработали опережая разум.

Я приподняла крайнюю доску одной рукой ещё выше – а второй ухватила за край неожиданно тяжелого мешка и потянула его на себя.

Сердце гулко стучало в груди.

Я склонилась над своей добычей, горло которой перехватывала бечевка.

Распутать ее было несложно, даже несмотря на очередную порцию мелких жалящих заклинаний. Мешок снова опасно подпрыгнул.

– Тихо сиди! А то сейчас вернётся злобный маг и сделает из нас котлетки! – Прошипела, дуя на обожжённые пальцы.

В ответ кто-то слабо уркнул и затих.

Кого туда поймали и как нам выбираться? И не сошли ли похитители с ума – ладно, адепток, но животных тащить?

С помощью такого-то папы, ловкости рук и поминания всех тварей в округе, проклятый зачарованный мешок был, наконец, открыт.

А в следующее мгновение в этом мире осталась я – и два больших грустных зеленовато-желтых глаза-плошки.

Глазки были круглые-круглые, несчастные-несчастные, а чешуйчатая морда смотрела на меня так, как будто он кот, а я его сметанка. Много сметаны. Целая комната сметаны.

Маленькие чешуйки были блеклого невнятно-белого оттенка, а на лбу виднелись маленькие жёсткие бугорки. Прежде, чем я успела сообразить, что имела честь познакомиться с волшебной тварью, эта самая тварь совершенно молча подпрыгнула, бухнулась всей немаленькой тушкой мне на колени, и как тяпнет меня за запястье! Не заорала я только чудом.

Но тварьку я помянула. И всех родичей ее до десятого колена, сообщив, с какими болотными сбыршами они тесно общались и как производили на свет потомков кимор речных и леших пеньков по весне!

Руку жгло. Рука дрожала. Пальцы дергало. Мне показалось сначала, что бессовестное животное откусило кисть. Знаете – ужин с доставкой прямо в пасть?

Но секунды шли, а рука была при мне. Наглая тварь причмокнула, а потом я ощутила, как по запястью прогулялся шершавый язык.

– Врряу-руррр, – сообщили мне, честно заглядывая в глаза.

Тельце – вытянутое, угловатое, с какими-то странными иглами по хребту, шевельнулось и преданно застучало хвостом.

Через мгновение я убедилась – рука цела.

– И что мне с тобой делать? – Устало посмотрела на тварьку.

Не отдам ведь, жалостливая я стала. Ни паники, ни злости. Медленно протянула руку... Холод леденил ступни. Дыхание срывалось. Мой палец осторожно коснулся лба мелкого, который вдруг прикрыл глазищи тонкой пленкой и буквально растекся по мне всей тушкой. Хорошо хоть не затарахтел – как будто понял, что нужно молчать.

На запястье виднелась едва заметная розовая полоса.

– А теперь ты молча сядешь на свою хвостатую попу и подождёшь, пока я решу, что нам делать, – строго заметила, не давая безысходности даже зацепиться за краешек души.

Да, я многому научилась, но все это далось мне только благодаря упорным и долгим тренировкам. Я могу далеко не все. И эта ситуация... почти безнадежна – призналась себе.

И в этот драматичный момент, прямо под шум капель – похоже, снаружи шел дождь, раздалось тихое "клац".

С остановившимся сердцем я обернулась на сиротливо распахнувший свою холщовую "пасть" мешок. Из его горловины выглядывала ещё одна морда. С плотными темно-золотыми чешуйками, намордником на пасти (всё-таки оторву этим магам голову) и ещё более несчастным взглядом.

Уважаемые твари, заберите меня обратно! Я буду скромной тихой лессой, спрячу все колюще-режущее и даже забуду о том, что ваш Владыка готов выпить мою душу! Все что угодно, только заберите меня от двух драконов!

– Снова не сработало? – Хрипло усмехнулась сама себе. Воительница.

– Что будем делать, чешуйки мои вредненькие?

Да, не вышло из меня гениального стратега и тактика... пока.

Морда в наморднике (грустный каламбур, понимаю), одарила меня очередной порцией несчастных взглядов. Первая же морда тут же, переваливаясь, заковыляла назад. Доползла до своего товарища по несчастью – и подняла на меня большие обожающие глазищи.

– Урраур! Врур-р! – Поторопили меня и твердо, требовательно так притопнули лапкой.

– Урраур! Врур-р! – Поторопили меня и твердо, требовательно так притопнули лапкой.

– Не понимаю, – развела руками и сердито нахмурилась.

Ведь знала, что помогу. Проклятье, как сложно быть милосердной, оказывается!

– Топ! Ма, топ! С Кусей! Ма-ааа! – Трогательно взвыл голос в моей голове.

– Хочется верить, что я всё-таки крепко обо что-то приложилась. Но это вряд ли, – вздохнула я тоскливо и прикрыла глаза, – ты и правда со мной разговариваешь, да? И, кажется, хочешь освободить своего друга?

Интересно, эти тварюшки мальчики или девочки? Под хвост им что ли заглянуть?

– Ма-а, бо-боо-о! Дом! Еда! Гнездо! – Возмущённо заныли мне.

Разумная тварь. Разумный детёныш твари. Твою ж... магию через хвост в самую большую занозу этого мира.

Я сжала зубы и потерла виски, прогоняя дурноту. Ты сможешь, Льянка. Сможешь только потому, что другого выхода нет, поняла? Руки в когти – и вперёд. Никто больше тебе не поможет.

– Так. Прекрасно. Я помогу твоему другу с условием, что больше кусаться ты не будешь. И твой друг – тоже. Кусь – незясь. Понял, хвост? А? – Я покачала пальцем перед наивной мордой.

Палец был мгновенно облизан.

– Сидеть, – скомандовала обоим чешуйчатым, добавив в голос капельку фейского очарования.

Работало оно сейчас слабо, но этого хватило, чтобы чешуйчатые рухнули на попы и стали преданно заглядывать мне в глаза.

– Так, волшебная отмычка ползет на помощь, – тихо усмехнулась я.

Страшно ли было? Руки дрожали. В конце концов, даже маленькая тварь может быть смертельно опасной. Ядовитой.

Мои пальцы пару раз чуть не соскользнули. А под самый конец, когда я уже была готова снять треклятый намордник, интуиция буквально взвыла. Сжав зубы, я медленно отвела руки в сторону.

– Врра? – Ткнулась в меня лобастая голова "моего" зверя.

Второй, золотой, все это время сидел удивительно тихо. Мне показалось, что я вижу на дне его удивительно темных глаз тоску и нечеловеческий ужас. Ужас не зверя, а человека. Но эту мысль быстро отмела, как несуществующую.

Ещё никогда я не пропускала предупреждения, идущие из самых глубин души. Нет. Всего один раз я когда-то позволила себе закрыть глаза на внутренний голос. Не хочу вспоминать, чем это закончилось.

Нет, магию, что досталась мне от клятых сидхе, игнорировать не стоило.

С намордником было что-то не так, но вот что? Я слишком мало понимаю в магии.

– Кусь, я не знаю, – потерла виски. Слабость давила все сильнее, – что мне с этим делать-то? Как стащить эту гадость?

И никак не ожидала, что ответ на мои страдания придет в виде ещё одного драконьего "кусь".

Мой белый в крапинку питомец пополз к золотому собрату почти на пузе, прищурился как-то недобро, а потом раз – и вцепился зубами в намордник!

Я даже вскрикнуть не успела, как тот распался на мельчайшие детали, рассыпался, стекая на пол.

Чуть позже я с ужасом узнала в куче незнакомых магических деталей маленький артефакт на самоуничтожение – и покрылась холодным потом. Если бы я рискнула открыть замок сама...

А Куська? Драконий Кусь был счастлив и совершенно здоров. Клыки подверглись осмотру – нет, точно здоров!

А потом...

Потом раздался какой-то шорох – всхлип – и ко мне с пола вместо золотого дракончика ринулся... ребенок!

– Твою ж тварь! – Зашипела, когда мелкий мальчишка, от силы лет четырех-пяти на вид, обвил меня всеми конечностями, содрогаясь от плача.

Беззвучного плача. Мальчишка совершенно точно понимал, что издай он звук – и нам конец.

– Ребенок, – пробормотала я слабым голосом, перехватывая тощее тельце.

Машинально погладила взъерошенные золотые кудри.

– Твое ж драконье крыло! – Выругалась уже шепотом.

Это было за гранью понимания. До стиснутых зубов, до крика, до отчаянного стона.

Вот ведь беда – поверить в то, что вот это маленькое глазастое чудо – на самом деле кровожадное чудовище – никак не получалось! Россказни магов оборачивались преступным кошмаром.

Мое ж ты чудище... Ага. Трижды верю. Пока что чудище чудовищно заливало слезами и соплями и без того убогую одежонку.

И несчастно сопело. И подавалось под мою руку, доверчиво, как котенок.

Кажется, в моих глазах застряло что-то... мокрое.

Я сжала зубы. Нет. Нет. Не так, пожалуйста, я так не могу...

Дракончик подполз к нам, обслюнявил мою руку и смачно лизнул ребенка в щеку, подбадривая. Урр!

– Так, – я медленно вздохнула, ощущая, как в груди что-то неприятно клокочет, – давайте-ка вставать, дамы и господа. Нам пора покинуть это гостеприимное местечко. И... – я прикрыла глаза и от души чмокнула теплую детскую макушку, – не бойся, мелочь. Больше никто тебя не обидит, обещаю. Мы сдадим тебя доброму дяде ректору, уж он-то знает, где и как найти родителей такого очаровательного юного лесса, договорились?

Не знаю, как много понял малыш из моей прочувственной фразы, но мне удалось добиться того, что его плечи перестали подрагивать. Очаровательная мордашка посмотрела на меня с искренним детским обожанием.

– Эя! – Произнес мелкий восторженно – и дёрнул меня за прядь волос.

– Эя, Эя, – согласилась на всякий случай с обоими драконами, – а теперь давайте-ка мы поиграем в сыщиков, договорились? Тетя, – я ткнула себе в грудь, – поищет выход, а вы послушаете, не идёт ли кто? Поняли? Караул у двери – очень важное задание! – Я задрала палец вверх, не сомневаясь, что меня не поняли.

Дракончики развиваются гораздо медленнее человеческих младенцев. Так что это на вид он уже суровый мальчишка, а на самом деле...

Так что… готовилась я к соплям, слезам и крикам. Вместо этого мне синхронно и совершенно серьезно кивнули две головы. Драконы уселись на пол – удивительно, но на ребенке сохранилась простая, но добротная одежда, и явно приготовились ждать.

И мне нужно было очень сильно постараться, чтобы их не подвести.

Глава 12. Похитили? Сами виноваты!

Я медленно переступила с ноги на ногу, окидывая место нашего заключения ещё одним внимательным взглядом. Времени у меня было не так уж много. Чувствовала, что слабею с каждым мгновением, но вот...

Вот же шип, лучше бы было принять предложение Мориана-Моршерра (хотя последняя догадка и под вопросом). Он-то вряд ли свою невесту бросил бы в таком состоянии. Вот только веры магу нет. И полагаться на него – невозможно. Хочешь сделать хорошо – сделай сам.

И один способ у меня был. Знать мне о нем не полагалось, но ребенком я была очень любопытной. Чрезмерно любознательной. И обожала вляпываться в очередную неприятность.

Так произошло и в тот раз, когда я вслед за отцом и его высокими гостями просочилась в его хранилище. Конечно, бродить между полок со старыми книгами, написанными на неизвестном языке, мне быстро наскучило. И когда я увидела краешек разноцветной яркой бумаги – счастью моему не было предела!

Какой инстинкт ведёт ребенка? Схватить, рассмотреть, опробовать!

Хорошо, что тогда прочесть честно вынесенный пергамент мне так и не удалось.

Зато удалось гораздо позднее, когда я приступила к изучению древнего фейского наречия.

Сидхе древности любили разного рода ритуалы. Простые и жестокие. Хочешь силы? Плати!

Я была уверена, что, вернув бумагу в хранилище, забуду о прочитанном навсегда. Я планировала жить долго и счастливо. Но сейчас все поменялось.

Драхновы мерзавцы!

С трудом удалось удлиннить один ноготь настолько, что он стал когтем. Вида крови я не боялась никогда. Надрез вышел ровным. Знаки пальцем рисовать на себе – одно загляденье.

И правда простой ритуал. Десять древних рун фейри. Одно короткое заклинание. И три часа бьющей через край силы. Успеешь забрать за это время чужую жизнь и расплатиться ею – будешь жить. Нет – сгоришь сам.

Плевать. Я справлюсь.

Сердце бешено билось в горле.

Назад пути не будет.

Последняя руна легла на кожу. Все готово. Готово...

Мой голос не дрожал, пока я шепотом произносила затверженные наизусть слова. Осталось произнести два последних. Я уже открыла рот, чтобы напевно выговорить кошмарное творение древности, как...

В меня что-то врезалось. Подсекло под колени, ударило со всей дури, куснуло за ногу и опрокинуло на пол, заставив изрядно стукнуться копчиком.

И вместо слов заклинания у меня вырвалось кое-что другое, что приличным леди и произносить не стоит.

– Да твою ж рукожопную выхвостость врагам в печёнку, Кусь! – Орала я громко.

Вся конспирация насмарку.

Бедро болело, то, на чем приличные люди сидят, болело тоже. Но самое ужасное – я понятия не имела, чем мне отзовётся сорванный ритуал.

От липкого ужаса все внутри мелко подрагивало.

– Ку-усь!

– Врауррр! Ру-р! – Наругались на меня.

Дракончик замер, напрягся, изогнулся весь до кончика хвоста – и возмущённо шипел. Ребенок у двери ошарашенно хлопал глазами, готовясь зареветь. Он так и не понял, что случилось.

– Кусь, что ты натворил? – Тоскливо выдохнула.

Тело мелко подрагивало. Изнутри меня то и дело окатывало жаром. Перед глазами все плыло, кончики пальцев дергало, и хотелось немедленно подскочить и побежать куда-то, и что-то сделать, и раз так...

Я подскочила и, как кошка, легко взлетела под самый потолок, на верхнюю балку.

Доски были старые, прогнившие, и крошились под руками в труху. Через несколько секунд я уже сидела на коньке крыши. Волосы трепал прохладный ветер, хотя на улице было не так уж холодно. Стоял поздний вечер. Тусклый болезненно-желтый свет фонарей то и дело мигал – было видно, что в округе никого нет.

Почти. Парочка безобразно пьяных часовых резались в какую-то глупейшую игру и даже не подумали оторвать свои седалища от протертой скамейки.

Внизу расстилался порт. Низенькие доки, грязные улочки, пьяные матросы, гулящие дев... дамы и приключения на голову и другие части тела.

Воодушевляющая сердце картина. Пройти практически в одной рубашке с двумя маленькими детьми – и неважно, что один из них дракон – полное безумие. Далеко ли я уйду? Только и выхода нет.

Я могла бы себя обманывать сколько угодно – проблема лишь в том, что времени не было. Невидимые часы дрожали, готовясь исчезнуть в яркой вспышке, в незримой другим дымке.

– Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Мы сумеем в миг сбежать, – пробормотала себе под нос.

Погибнуть будет весьма прискорбно.

Я повертела головой, удостоверилась, что примерно представляю, как спуститься вниз без самоубийственных прыжков – и полезла назад.

Две пары светящихся глаз нервировали лишь самую капельку.

– Ну что, Куси? Пора отправляться в большое приключение? – Спросила нарочито бодро.

Кажется, кто-то восторженно взвизгнул.

– Игать! – Руркнул дракончик.

Мальчишка только потянулся ко мне своими трогательными маленькими ручками.

– Так, ты, малыш, поедешь у меня на спине и будешь очень храбрым наездником, договорились? – Я улыбнулась и потрепала и без того растрёпанные волосы ребёнка.

Хорошо, что он не плачет. Понятия не имею, что делать с ревущими детьми в такой обстановке. Шокировать врагов соплями?

– Ряу-вруш-ш! – Отозвался дракончик, махнув хвостом и чуть не снеся моргающего мальчишку.