Текст книги "Сложности любви чешуйчатых гадов. Академия для Палача (СИ)"
Автор книги: Мария Вельская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)
– Мор, у тебя невесту из-под носа сперли, а ты и не чешешься, да? Ты куда нашу кровиночку дел? – В комнату влетел оранжевый вопящий комок.
Ишти.
– Все за тебя делать! Я тут кое с кем мосты навёл! Пришлось, конечно, твоим авторитетом давить, раз моего, – выпятил мышь грудку, – недостаточно.
– И? – Дернулась темная бровь.
– И у нас теперь есть отдельный поисково-спасательный отряд под моим руководством! – Мышь почесал лапкой пузо и распушился ещё сильнее. – Его можно и в диверсионный переименовать, если очень надо!
– И кем же вы руководите, уважаемый... – Вириан сориентировался быстро. И никакие говорящие твари его ни капли не смутили.Благо, что ментальная магия позволяла понимать другое существо. Или... пробуждающаяся драконья сила?
– Ишти Великолепный! Потомственный эршер! – Наглая мохнатая мочалка гордо раскланялись.
– Безмерно приятно, – шипяще усмехнулся Вириан. – Кто входит в ваш отряд? С вашими организаторскими способностями...
Мышь пел! И сиял!
А спустя ещё несколько минут Мориан и Вириан уже стояли за оградой Академии, в тихом, мало кому известном проулке.
А напротив них гордо выстраивались твари всех мастей.
Вот огненный хвост беурры летучей. Тварь зело ядовитая, покрытая броней с ног до головы. Короткие лапы обманчиво медлительны. Маленькая голова со смешным вытянутым носом, зеленоватые отливы чешуи и беззащитный огненный хвост. Который может сжечь противника за долю секунды.
А вот шхусы – пушистое тельце со смешной круглой головой и наивными черными глазками и змеиные хвосты вместо ног. Они умеют легко и беззвучно проникать сквозь любую защиту. Или почти любую.
А вот внешне совершенно безобидный и пушистый шарик веселой желтой расцветки. У него восемь глазок и пасть, в которой может утонуть даже взрослый жеребец. Шикки известны своим коварством и не брезгуют свежим мясом. Но сейчас они не посмеют навредить людям, знают, что Мор их не пощадит. Твари чуют его даже в этом слабом теле мага.
Несколько тень-комков, один теневой-кот ширрас, и ещё пара десятков самых разнообразных тварей.
Что же, Ишти действительно удивил.
Сердце снова сжалось от гадкой щемящей тревоги. Перед глазами встало серьезное девичье лицо с пронзительными ореховыми глазами. Вместо светлых блеклых косиц виделись винно-вишневые пряди.
И через мгновение тело прошило присутствие мощной чужеродной силы.
По коже пробежали черные тени, Моршерр яростно скалится.
– Отродья холмов... Здесь. Сейчас. Какое... интересное совпадение!
На город накатывала гроза.
– За мной! – Отрывистый приказ.Найти. Вздернуть за шиворот и выдернуть из очередной неприятности. Найти, пока не случилось непоправимого. Только он может руководить жизнью этой девчонки. Ни одна фейская тварь не посмеет к ней когти тянуть.
Сердце снова противно защемило.
– За мной. Людям на глаза не показываться. Ищите след, – он передал им запах девчонки.
Под тугими струями дождя, невидимые и неслышные, они неслись к порту.
Но отчего все сильнее ощущение, что он опоздал?
– Бесит до звёздочек, фейская отрава моя, – прошипел синеглазый белокожий маг.
Первобытная, яростная, голодная тьма вспыхнула на дне его глаз.
Где бы ты ни была, сладость, тень тебя найдет...
Найдет и...
Они нашли раскуроченный склад. Парочку убитых кем-то бандитов и выжженное место схватки чуть поодаль.
При беглом осмотре ничего более интересного найти на складе не получилось.
А вот второе место схватки...
Киури возмущённо повизгивали. Фейский запах им пришелся не по нутру. Конечно, стайная память. Помнят, кто любил их отлавливать на ингредиенты для сложных зелий.
– Трое фейри. Больше, чем я видел за свою жизнь, – качнул головой Вириан.
Мальчишка принюхивался.
Его бледное лицо заострилось, в глазах плясали искры, и маг, как никогда, напоминал взявшую след гончую.
Но больше всего разъярило другое. Кровь девчонки. Боль девчонки. Страх девчонки. Темная магия, которая ее пропитала. Чужие чувства забивали ноздри, скребли горло, сжимались невидимой веревкой. Ослепляли.
По стенам грязного переулка прянули тени. Тело пробрал озноб и незнакомое ощущение собственной беспомощности накрыло с головой.
Он не может... Не может...
Пальцы затряслись. Его сковало, скрутило от накатившей паники. Что это за дрянь?
Внутри тонко-тонко зазвенела, запела едва слышно струна.
На краткий миг он снова увидел эти яркие сочные вишнёвые кудри, прищуренные глаза с мшистым отблеском. Светлую кожу, закушенную губу, уставший взгляд.
Сейчас ее не хотелось дразнить, не хотелось выводить на эмоции, не хотелось видеть даже вызов и дерзость в глазах девчонки. Хотелось, чтобы она посмотрела на него... как? С приязнью? С интересом? С желанием?
Какие дикие, неправильные мысли.
Он тварь. У него нет чувств. Он создан, чтобы поглощать чужие.
Грудь обожгло. Тонкая струна зазвенела прощально, печально, а потом... разорвалась.
Когти невидимого и не воплощённого им зверя впились в сердце. Рванули краешек того, что можно было назвать душой, разрывая в клочья.
Из горла вырвался сип, колени подогнулись, и он упал, марая дорогую ткань брюк грязью, пятнами отходов и нечистот.
– Господин? Тирлес? – Встревоженный голос Вириана.
Все кружилось. Почему-то не хватало воздуха, а горло сжимало ощущение потери.
Пушистые тень-комки жались к ноге и недовольно зло порыкивал лекруль – помесь собаки и скорпиона на вид.
Лезвия когтей вскрыли камень, как бумагу.
– Она не может умереть! – В голосе – ярость.
Он поднялся, преодолевая тяготение земли.
Он не привык сдаваться и не знал, что такое настоящая потеря. И никогда не узнает.
Если девчонка посмела сбежать от него на тот свет – ее проблемы. Он ее не отпустит. И не отступит.
Его беглянка так просто не сбежит. Никто и никогда ещё не уходил от Палача по собственному желанию.
Бледное лицо поднявшегося с колен молодого мага резко изменилось.
Оно вымерзло, застыло изнутри и снаружи.
На губах заиграла злая усмешка.
Стена там, где ее касалась незащищенная перчаткой мужская рука, обуглилась. Камень почернел и начал осыпаться.
– Мы взяуррр-рли след, – чихнув, доложил ширрас.
Черная кошачья морда свесила язык и оскалилась.
– Тирлес, фейри не дадут девчонке умереть. Иначе бы они не стали ее брать с собой, – шелестнул голос Вириана.
Перчатка сжалась.
Хор-рошо. Очень хор-рошо. С фейри он тоже... сыграет. Например, в догонялки.
Торжествующий писк киури. Лапки дёргаются, азартом сверкают глаза-плошки. Напали на след? Славно. Очень славно.
– Ведите, – шелестнул лишенный любых эмоций голос.
Волшебные существа заерзали, стремясь оказаться от его обладателя как можно дальше.
С грохотом и плеском ударили о причал вдалеке волны. Накрапывал дождь.
А по улицам неслышно и невидимо для обителей портового Валларна неслись твари.
И небо спаси тех, кто встанет на их пути. И тьма прими несчастных, если они не найдут своему тварь-лорду то, чего он так неистово ищет.***
Где-то в далекой тьме, в самых нежных, темных, холодных ее глубинах, сверкнули золотисто-алые глаза древнего бога Тьмы и Тени, прародителя энергатов. Он расхохотался, искрами-рубинами рассыпая смех.
Потянулся, покачиваясь в гамаке из темной стихии. Ринулся вниз, оставляя за собой клочья тьмы.
Устрашающе длинные загнутые когти разорвали чернильную тьму, распахнули окно в реальность.
Там, на огромном столе, выточенном из пня древнего гиганта из пущи сидхе, лежала молодая девушка.
Фейри с волосами цвета крови кричал на второго – светловолосого, звонкого, надменного.
– Развлекаетесь, детишки, – почти добродушно мурлыкнул бог, – ну что же, давай, Мор, не подведи меня... Такое упрямое дитя. Каждому когтистому ребёночку по счастью. Ты просто этого счастья пока не понимаеш-шь...
Рука божества высунулась в реальность. Сыпанула золотых искр.
– Приятного аппетита, Моршер-р... Хорошо вам развлечься, дети холмов... Пора уже тварям объединиться не только на бумажках...
Глаза божества – огненные провалы в никуда, в самые потаённые глубины бытия.
Он видит мрак и тьму. Он видит того, кто за всем этим стоит. За гибелью невинных девичьих душ. За проблемами академии. За смертями тварей. Видит его болезненную жажду силы. Но он не имеет права вмешиваться в дела смертных.
Море костей, древнее кладбище морских, волнуется. Если его вновь окрасит кровь, мир утонет на века.
Но этому не бывать.
– Верно, Сейлир? – Взметнулись золотые волосы.
Рядом с божеством на миг возникла иллюзия. Высокий, сухощавый и гибкий энергат с волосами белыми, как молочная река.Владыка всех тварей Сейлир Кастелл Иллдрэггона.
Его угольно-черные глаза одобрительно вспыхнули.
– Верно, отец. Мир не зря отправил Моршерра в это тело. Он объединит магов и тварей... И голод его больше не будет угрозой миру.
– Если он успеет, – засмеялся рубиново-золотой бог, – если успеет...
Глава 14. Зелёный Владыка.
Льяна Тархи
Я понимала, что умерла. Или умираю прямо сейчас. А это просто... что? Видение угасающего разума? Какие-то магическое действо Дагоша? Результат попыток отца меня спасти?Это место не было реальностью. И все же...
Ну что, ну что, ну что? – Звенела листва.
Я шла по укутанному ало-золотой осенью лесу. Под ноги то и дело попадались коряги и мелкие обломанные ветки.
Кокетливые листья клёнов подмигивали с веток, а гроздья рябины – сочные, светло-красные, подпрыгивали упругими пампушками.
Я помнила, как любила это время года на далёкой Земле. Смутной дымкой выступали скамейки с аккуратными урнами, белые вымощенные дорожки. Строгие темные бордюры и мокрый после дождя асфальт.
Ощущение теплого пухового платка на плечах и перестук каблучков. Невысоких, с квадратной жёсткой набойкой.
Видение мелькнуло – и исчезло.
Я оказалась в густой кромешной тьме. Наверное, странно было бы сказать "тьма ослепляла". Но так и было.
Чернота резала глаза. Не было ни пола, ни потолка, ни неба, ни дороги.
Только липкие щупальца этой тьмы, что обвивали мое тело.
Я помнила, как дядя Яншел подхватил меня на руки. Помнила, как мы переместились в роскошный дом, где проживал все это время отец. Помнила, как они начали готовить ритуал. Но что-то пошло не так – и теперь я оказалась здесь. Во тьме. На грани мира. Обидно!
– Мне ещё более обидно, знаешь ли, девица, – зашипела темнота рядом, – так бездарно про... Спустить мой дар!
Тьма сгустилась. Вспенилась клочьями, оборачиваясь призрачной пугающей мощью древнего мага.
Амиант Тарий, хранитель душ. Призрак, что подарил мне частицу своего дара.
Острые скулы, холодное вытянутое лицо, прозрачные волосы цвета морской пены.
– Я не собиралась погибать, амиант, – поклон вышел слегка кривым, но я и не старалась, – но не все и не всегда выходит так, как нам хотелось бы.
На меня посмотрели с яростью.
Кажется, древний маг готов был уничтожить меня в этом пространстве, разорвать на клочья.
– Бездарная девка, – призрак поморщился.
– Либо переходите к делу – либо уйду я... – Отрезала.
Оскорбления выслушивать я не собиралась. Даже на том свете.
– Куда пойдешь? На закуску древним энергатам и прочим обитателям изнанки мира? – Жёсткая бледная ладонь гранитной плитой легла на плечо.
– Не все ли теперь равно? – Скривилась я.
Глупо, но сердце бешено стучало.
Казалось бы – ну нет у меня теперь ни тела, ни сердца, ни крови!
Но ощущения не изменились. Ладони потели, дыхание срывалось, дрожали руки.
Вдруг возникло ощущение, что я совершила ошибку.
– Сладенькая, вкусненькая, нежная добыча, – зашептались невидимые мне тени.
Лицо амианта Тария вдруг исказилось, потекло, обратилось такой же безликой маской.
За миг до этого я вырвалась из объятий местного хищника – и бросилась прочь, в непроглядную тьму.
Не оставляло ощущение, что если остановлюсь хоть на миг – тот, кто притворялся призраком архимага, меня просто сожрёт. Здесь наверняка было много таких "глубоководных удильщиков".
Волны холода накатывали одна за другой. Дыхание сбивалось, руки дрожали. Я не могла понять даже во что я одета – и одета ли. Нужна ли одежда духам?
С безумной скоростью вокруг меня мелькали незнакомые пейзажи. То и дело они выплывали из тьмы, давали мне призрачную надежду.
То мне виделся призрачный город в руинах, древняя столица государства тварей, Илдрэггонского союза. Высокие шпили, разрушенные башни, опустевшие фонтаны и вздыбленные камни улочек. Нет. Это прошлое. Столица уже давно восстановлена!
А вот наш с отцом дом. Покатые алые крыши поместья, огромный сад. Пожухла листва и медленно увядают цветы. Кругом разруха. Любимая моя статуя нимфеи с олененком разбита. Осколки разбросаны по траве и клумбам. Дверь дома сорвана с петель, окна скалятся осколками и пустыми провалами, вызывая ужасное чувство несправедливости и потери.
Поплакали и хватит. Что, Льяна, не плачется? Ну и тварь с этим, переживу.
Я побрела прочь от дома, вглубь сада, в поисках калитки, которая вела на улицу. Подальше бы отсюда... Можно ли как-то вырваться из этого пространства?
Миг – и меня ошпарило ощущением чуждого присутствия.
Я вдруг поняла, что нет уже ни дома, ни калитки. А стою я на самом деле на опушке огромного древнего леса. Впереди вьется тонкая лента дороги, которая ныряет в далёкие холмы.
– Dar shandaerdy... Путь заканчивается там же, где начинался, чужая душа. В холмах... – напевно произнес голос за моей спиной.
Я резко обернулась – и увидела фейри. Настоящего древнего сидхе.
В его одеждах сплетались зелень и серебро, а голову венчал тонкий обод венца с семью сверкающими камнями.
Высокий. Гибкий как тростник. Худощавый. Смертельно опасный. Длинные ресницы прикрывали глаза. Золото волос рассыпалось ниже пояса, скреплённое в небольшую косу посредине.
Его кожа отливала цветом осени, вены мелькали зелёными прожилками.
Я точно знала, кто передо мной, и понимала теперь, что все это путешествие было предрешено. Что меня сюда привели – как на верёвочке. Вывели из тьмы.
– Владыка и господин, – я поклонилась так низко, что чуть не упала. Хотела уже опуститься на колени – слишком уж дивной была эта тварь – но меня остановили.
Грациозное движение. Танец безмолвия. Ладонь на моей голове.
Тело прошибло от чужой энергии, запели клены.
– Встань, маленькая душа, – весенней капелью прозвенел голос короля фейри.
Многие считали, что каждый клан сидхе сам по себе, что в каждом – свой маленький царёк и правитель, но это было ошибочным мнением.
Так, клан Кровавая Падь, который считался у магов правящим, на самом деле был лишь кланом Стражей Трона. Хранителями Владыки.
Я поднялась на подгибающихся ногах. Всё-таки я одета. На мне платье. Обычное, светлое, лёгкое платье лессы-горожанки.
Горло сжало от переполнявших меня чувств. Я привыкла бояться и ненавидеть фейри. Я клялась себе, что никогда не стану похожа на них!
Цепкие пальцы ухватили за подбородок и заставили меня поднять голову.
Мшистая бездна дивных глаз видела меня насквозь.
– А теперь слушай, Льяна Тхи. Твой отец совершил ошибку. Ошибок он наделал достаточно, чтобы развеять память о нем по лесам, – благожелательное лицо древнего не изменилось. Но я ощутила его безбрежную мощь.
– Все в ведении вашем, Владыка, – слова застряли в горле, – но к чему вы ведёте этот разговор?..
Пальцы сжались в кулаки. Это моя семья! Какая бы она ни была.
– Похвально. Похвально, что ты так защищаешь отступников, – миг – и дивный исчез. Только голос его звучал отовсюду, – вот только есть одна проблема, нежная лесса.
Удар сердца – и Зелёный Владыка вновь рядом со мной. Когти его небрежно почесывали притихшего пушистого зверя с синей шкуркой.
– Какая, Владыка? – Поклон. Облизнуть губы.
Взгляд покорной овцы, Льяна, а не хищной лианы!
– Представление я оценил, – шепнули уже позади меня, на ухо, чужие губы. Острые зубы прихватили кожу на шее, – но овец я предпочитаю в виде жаркого, а вот хищные лианы – мои любимицы. Сами съедят кого угодно...
Дивный уже заглядывал мне в лицо. Древние глаза смеялись жестокой пустотой.
– Я слушаю вас, Владыка. И готова выполнить все, что вы прикажете, если это не принесет вреда моей семье, – произнесла твердо.
Один раз я уже погибла. Во мне нет страха.
– Смела-а, – хрусталиками прозвенел завораживающий голос.
Колыхнулись одежды.
– Твой отец заключил помолвку от твоего имени. Он не успел тебе сообщить перед провалом своих грандиозных планов по свержению Владыки Сейлира, что у тебя уже есть жених. Он привык видеть во всем корысть, но на этот раз не увидел главного. Не его золото и камни нужны были этому жениху, а твое горячее сердце, Льяна Тархи. Сердце полукровки фэйри. Твой побег спутал преступнику карты. Пока он не знает, кто ты. Но вот беда – и разорвать эту помолвку ты не сможешь...
Я похолодела. Вроде бы и дела уже быть не должно до всего, но! Проклятое но! Отец. Горькая обида сжала сердце. Маленькая девочка во мне молотила ручками и плакала, а старая циничная тетка только языком прищелкнула.
Нет, он не хотел от меня избавиться.
Просто Дайаарт Тхи привык управлять чужими жизнями и считал, что действует во благо мне. Он любил меня, свою дочь, но его любовь была слепа. За фасадом он не видел меня настоящую.
– В таком случае, может, остаться без жениха сразу и навсегда? – Мой голос звучал глухо, отрывисто.
– Можно, но сложно, – засмеялись в ответ.
Мглистым водопадом с порогами и опасными скользкими камнями скользил чужой голос.
– Жених близко. И скоро он догадается, кто ты. Вот тогда, девица, ты позавидуешь тому, что сейчас не умерла. Догадываешься, что молоденькие девушки в академии пропадают не просто так, Льяна Тархи? Всё может быть связано теснее, чем ты думаешь.
Дивный запрыгнул на огромный валун, болтая ногой.
Я устало выдохнула. Не люблю игры. Как же я не люблю. А приходится.
– Думаю, вы не зря меня сюда позвали, Владыка, – наши глаза встретились, – скажите мне, чего вы желаете на самом деле.А жених... Об этом я подумаю немного позже. Сейчас эта проблема никуда от меня не денется.
– Зови меня Актариэн, зелёная птичка. Если не хочешь вечно на поводке бродить – ты станешь одной из нас. И твой отец вернётся к нам вслед тобой. Такие маги мне пригодятся, чи-и-нче.
Острый коготь поманил меня.
– Иди сюда, Льяна. Я расскажу сказку про древних морских чудовищ, про великую схватку на море и сокровищах первородного Морского Владыки, что, по слухам, могут даровать силу даже тому, в ком ее ни капли не осталось...
Хищные зелёные очи следили за каждым моим движением.
– Сказки я люблю, Владыка, – усмехнулась, – ещё больше, правда, люблю, когда они не касаются моей жизни.
– Льян-нэ, Льян-нэ, – меня потрепали по макушке, как ту синюю пушистую тварюшку, – ну, слушай, душа моя... А я пока займусь делом.
В тот же миг хищные лианы с опасными острыми шипами, полными яда, обвили меня, пригвождая к камню.
Подо мной вспыхнули древние руны. Тревожно зашелестели деревья.
Великий сидхе склонился надо мной – и светлые тонкие губы прижались к моим. На поцелуй это походило меньше всего – скорее уж на пытку!
Тело горело огнем, а древнего я мысленно скрестила со всеми самыми страшными тварями, обглодай они его косточки!
– Дыхание мое – жизнь народа моего. Властью, данной мне миром, светом холмов и силой лесов, зовом природы и всеми тварями, во владениях моих живущими...
Раскатился голос во всю ширь, наполняя собой леса и седые холмы.
– Я принимаю дитя, в котором течет капля крови народа моего.
Золотые косы щекотали мою обнаженную кожу. Исчезла, растворилась одежда.
Длинные сильные пальцы легли мне на виски.
– Именем трав рассветных и гласом Ши...
Мир потонул в зелёном огне. И только дивные зелёные очи держали меня здесь. Не отпускали.
Я поняла, как глупо пытаться сбежать от мощи древнего. Как призрачны чаяния, что твари вот-вот ослабнут. Как изысканна игра, которую ведёт король холмов.
А потом мне стал известен его план. Маленькая часть огромной мозаики.
Древние тайны, древние твари... Так просто подобраться к гордецу отступника через его единственное слабое место – дочь. Будет дочь под властью Зелёного Владыки, будет обязана ему жизнью... и когда-нибудь вернётся к своему народу и её отец. Маг. Изобретатель. Стратег. Безумец. Ценное приобретение.Но и сам Зелёный Владыка мог дать многое. Очень многое... Например, как сейчас, рассказать в виде сказки о том, чего ищет преступник, проливающий кровь девиц.
Пальцы замерли, не касаясь моей груди. Искра. Вспышка. И длинный острый шип скользнул в сердце занозой.
– Воля моя пребудет с тобой, – заслонили, заполнили весь мир ядовитые яркие очи.
И жизнь Льяны Тархи, неудачного эксперимента, завершилась.
– Эльяаннэ шэ'Тхи. Спи, маленький кошмар теневого лорда...
Приснились мне эти слова и этот смех? Или все было на самом деле?
Маленькие тварьки, маленькие бедки... А меня целых две бедки ждут. Я представила себе морду моего дракончика. Улыбнулась своим мыслям. И провалилась в почти спокойный сон, где черные страшные глаза предлагали мне поскорее сознаться в том, когда я уже перестану трепать нервы бедной твари, у которой их и вовсе нет.
Глава 15. Как сложно быть отцом, или почти семейные будни.
В первый раз я пришла в себя от ссоры над моей головой. Шипели на повышенных тонах – и я сразу осознала, что сплю – потому что имей эта встреча место в реальности – эти двое бы просто разорвали друг друга на тысячу мельчайших кусочков.
– Мне стоило бы уничтожить тебя на месте, фейское отродье. Или заковать в чистейшее серебро и передать в руки Владыки Сейлира. Уверен, он будет рад, очень рад видеть очередного заговорщика, который посмел покуситься на его страну и его супругу, на дыбе, – злое шипение вилось змейкой.
Стало холодно, очень холодно, как будто душу вынимали – и я услышала тихий хнычущий звук.
– Убивать будешь меня в другое время и в другом месте, мальчишка, – высокомерный, звенящий натянутой струной голос отца я бы узнала из тысячи, – не знаю, откуда в тебе такие способности, маг, но ты причиняешь боль моей дочери! Пойди прочь, щенок!
Отец был самоуверен и в каждом видел врага, как и всегда.
– Вам стоит сбавить тон... как вас там? Лорд? – Но холод исчез и голос Мориана Кайто (как мерещилось в этом видении) стал тише.
– Лорд Шиунгри, – отец врал, как дышал. Очередное подставное имя.
– Я почти поверил, – без улыбки сообщил маг, который каким-то образом меня нашел, – лорд... Шиунгри, – прозвучало откровенно издевательски, – вот только любопытно, кого именно я увижу, разорвав в клочья вашу личину, а?
– Не дорос ещё мне угрожать, желторотый. Смотри, как бы самому выйти целым из этого дома. Не знаю, как ты посмел нарушить мои границы...
– И как разорвал сложнейшие запрещённые плетения сидхе, а? – Я почти видела, как синие глаза мага блеснули торжеством. – Ты много чего не видел, лес Шиунгри. Твое счастье, – в холодном голосе звучала неприкрытая угроза, – и лишь потому, что ты, в отличие от двух других фейских прихвостней не удрал, а остался с дочерью, я пощадил тебя.
Голос Мориана звучал с непререкаемой уверенностью.
– Не много ли на себя берешь? – Настороженность.
Да, папа всегда был крайне осторожен. Если кто-то распоряжается с такой непререкаемой уверенностью – возможно, на это есть основание?
– Ровно столько, сколько нужно, поверьте. Вы живы лишь потому, что мне нужно вытрясти из вас все, что вам известно о происходящем в городе. Добровольно сдадитесь и позволите надеть ограничители – или мне звать теней?
Что? Энергатов? Нет, нет, пожалуйста, нет! Все во мне всколыхнулось от животного ужаса. Кажется, я закричала и заплакала, тянула куда-то руки и просила... Просила.
– Нет, нет! Папа не виноват, оставьте его! Это всё я! Он запутался, он просто запутался, возьмите меня...
Я лепетала редкостную чушь. Я бы никогда не произнесла такой глупости в реальности – хотя бы потому, что знала властный, надменный и поганый характер Дайаарта Тхи. Он виноват. Он разрушил множество жизней, пролил много крови. Но он все равно оставался моим отцом.
Что удивительно – спор в моем сне затих.
На мой лоб легла прохладная ладонь, поскребла линию волос когтями.
– Не ной, девчонка, – раздался раздражающий и как будто уставший голос Мориана Кайто, – не сожру я сегодня твоего папашу – только понадкусываю. Сейлиру, безусловно, придется сообщить. Но немного позднее, когда его желание оттяпать твоему родичу голову перестанет быть таким сильным.
Я хотела было рассказать о словах Владыки фейри. Предупредить, что надвигается что-то страшное. Ведь и ларга... ларга же? – пыталась меня предупредить.
Но ладонь надавила сильнее, от нее в тело вдруг проникло мягкое тепло – и я крепко уснула. Без кошмаров и других неожиданностей.
Второе пробуждение было более... мирным? Или милым? Меня вылизывали. Шершавый язык старался не обойти своим вниманием ни одну частичку моего лица.
Но, когда меня смачно лизнули в ухо, я всё-таки проснулась.
– Ой! – Вскрикнула, когда передо мной замаячила умильная драконья морда. Чешуйки на ней отливало золотисто-зеленым. И только знакомые плошки глаза, преданно меня поедавшие, говорили о том, что это...
– Кусь?!
– Ма, дрых! Дядь – ух! Ням. Мелкий – плак!
Из отрывистого лепетания, которое на меня обрушили в мыслях и картинках, я поняла, что дракончик очень испугался за меня. Его не пустили на ритуал, и малыш весь извертелся. А потом явился страшный, но свой "дядя" в компании волшебных тварей, злые феи сбежали и остался только один "алый". Дракончика покормили, напоили и пустили ко мне. А наш второй найдёныш, который ребенок, громко плакал и вопил, звал маму, и дяди его усыпили.
Я заполошно подскочила, готовая бежать и спасать... только кого и от кого? Пол леденил ноги, голова была пустая и звонкая, а потом мой взгляд упал на зеркало, и...
Нет, я не закричала. И даже не упала в изящный обморок, как подобает высокородной лессе.
– Вот же лютая тварь!
Я ошарашенно моргнула. Раз. Другой. Но ничего не изменилось. Из зеркала на меня смотрела юная фейри. Или не совсем? Кожа осталась светлой, только в венах едва заметно мерцала зелень. Глаза стали как будто немного больше – и вот они были... Странными. Почти пугающими. Мне даже подумалось на миг, что это морок.
Мшистая болотная зелень переливалась каплями, сменяясь в следующее мгновение непроглядной чернотой.
А вот волосы были роскошные, мои. Длинная грива вишнево-алых прядей.
Фигура вытянулась. Казалось, только кости от меня и остались. Острые ключицы, острые коленки, одни углы и ничего привлекательного.
Слишком резкие черты лица и когти – совсем не фейские, черные, с матовым блеском.
Магия обряда все силы высосала – подсказала память.
Я все помнила. Но почему-то все ещё не билась в истерике.
Плотная сорочка из дорогой ткани полностью закрывала тело.
Где я нахожусь?
Но вопрос отпал довольно быстро.
Дверь в комнату распахнулась. Кусь заворчал, прижался к моим ногам – и в следующий миг уже я застыла соляным столпом.
Все потому, что передо мной стоял отец. Дайаарт Тхи казался бледным и как будто потрёпанным. Но что шокировало меня ещё сильнее – его личина была сброшена. Первая, человеческая личина. Теперь лорд Тхи выглядел как образец фейри-аристократа. Бледные изящные пальцы, алые цвета крови волосы заплетены в косу, тонкие губы поджаты, в глазах – холод.
Но вот лёд дрогнул.
Отец посмотрел мне в глаза. Боль. Вина. Отчаяние. Надежда. Теплота.
– Льяна. Дочь. Ты жива и ты здесь. Я виноват перед тобой, – густой хриплый голос заполнил тишину.
Отец двигался изящно, как и всегда. Только едва заметно припадал на левую ногу.
Темные острые глаза. Франтоватая одежда, летящим покроем напомнившая мне традиционные одеяния фейри.
Дорогая ткань, пропитанная магией. Отец предпочитал лучшее – как и всегда.
Мы молча замерли друг напротив друга. Я не готова была кидаться в его объятья после всего, что узнала. Слишком многое лежало между нами. Наша семья дала трещину.
А отец... Его гордость никогда не позволяла ему первым пойти на компромисс. Он и так сказал слишком много.
И все же на сердце было уютно и спокойно. Он спас меня. Он остался, рискнул своей жизнью ради дочери.
– За что ты просишь прощения, отец? За то, что внушил мне ненависть к тварям, едва не поджарив мои мозги? Или за то, что обручил меня с убийцей и безумцем, забыв предупредить родную дочь о помолвке? – Мой голос звучал непривычно звонко.
Дайаарт Тхи вскинул бровь. Застыл, медленно моргая. Пальцы сжались – это единственное, что выдавало его напряжение.
– Вот про последнее, пожалуйста, поподробнее, сладкая, – насмешливый голос Мориана Кайто ударил хлыстом, – мне не терпится познакомиться с тем самоубийцей, который решил на вас жениться. Кстати, кто тебе рассказал? Неужто древний разговорился? – Слишком проницательно для мага поинтересовался Кайто.
И бесцеремонно шагнул в комнату, оттеснив отца.
Тот зыркнул так, как будто мысленно уже заколол Кайто раз сто. Но ничего не сделал. Совершенно ничего.
Слишком подозрительно. Слишком странно. И, значит, тот сон и разговор не были сном. Как и мои подозрения насчёт истинного лица Мориана Кайто не были всего лишь плодом больного воображения.
– Не буду ходить вокруг да около. Что тебе нужно от отца, Кайто, и как именно ты связан с тварями? И, кстати, зачем вы мне ребенка запугали? – Мой голос журчал и струился звонкой речкой.
Непривычно.
Мориан Кайто осмотрел меня с ног до головы. И тягучая жадность в его взгляде, который снова заполнился чернотой, вызвала лёгкую дрожь.
– Мы решим свои дела с твоим отцом между собой, лесса Льяна, – вкрадчиво ответил Мориан, – что касается драконенка – ему вредны такие потрясения. Пока он спал, я поработал с ментальным полем ребенка и устранил, насколько мог, последствия его похищения. И всё же пока ему будет лучше отдохнуть и восстановиться во сне. Я уже связался с ректором, он сумеет найти его родителей.
Он сказал это, как само собой разумеющееся. Как будто иначе маг поступить не мог. А я впервые посмотрела на Кайто другими глазами.
Чтобы маг помог дракону? Да маг или не маг – какая разница, если в тот миг, когда пришла беда, он не остался равнодушным?
– Вы знаете, кто его родители? Я нашла его в драконьей форме, да ещё и в наморднике, и...
Мой рассказ о наших злоключениях занял не так уж много времени. Разумеется, об украденной из дома книге и о запрещенном ритуале, который сорвал Кусь, я ничего не сказала. Конечно, отец точно понял, что я что-то умолчала, но ничего спрашивать не стал.
Не здесь и не сейчас.
– Удивили вы меня, Льяна. Эльяаннэ, надо же, – хмыкнул Мориан.
Глаза-сапфиры были холодными, задумчивыми, а вот рука то и дело шарила по верху одеяла – коленки мои искала.
Разумеется, к этому времени я снова была в постели.
– Эльяаннэ – значит «покоряющая сердца», – отец сидел в кресле и хмурился. Едва заметно.
Я видела, что Мориан ему неприятен, но кто-кто, а лорд Тхи великолепно умел держать себя в руках.
