Текст книги "Сложности любви чешуйчатых гадов. Академия для Палача (СИ)"
Автор книги: Мария Вельская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)
Мимо меня прошла фигуристая блондинка. Она была одета в лёгкое светлое платье – Олеара никогда не носила форму. Изысканные кружева обнимали белую шею. Волосы перевиты жемчугом.
Она что-то щебетала звонко своим подпевалам.
Конечно, Олеара в нашей комнате давно не ночует. Это ей не по статусу. Иногда пускает вместо себя ко мне то одну, то другую противную девицу из подпевал на ночёвку. Следит. Шпионит. Смешно даже.
Мир покрылся льдом. Ярость вскипела настолько сильно, что моя идеальная иллюзия едва не треснула, обнажая настоящий облик.
То ли Горрианталь не выполнил обещание, не заткнул сплетни – ему же хуже, то ли этот нелюдь и вовсе был с котелком вместо головы, но...
Хуже уже некуда, верно.
Все было сказано громко, напоказ. Многие адепты останавливаются и оборачиваются.
Что ж...
Этот прием я отрабатывала неоднократно. Прыжок – выйти из зоны действия противника. Разворот. Замах. Удар. Я знаю, куда бить и как. Тело помнит тренировки. Сильный высокий мужчина сгибается пополам и падает на колени, хрипя.
Сейчас его магические потоки перекручены, и это приносит весьма неприятные ощущения.
Я получила нового врага, но друзей у меня здесь и так нет.
– Восхитительно. Какое завораживающее зрелище – сильная умная женщина, которая может поставить на место ничтожество самостоятельно, – я слышу хлопки. Едва слышные, с каждым чужим шагом они становятся все громче.
Он идеален. Черная с серебром и синим кантом форма. Кинжал на поясе. Забранные в хвост гладкие темные волосы. Белая, слишком бледная кожа. И улыбка «давай, скажи мне что-нибудь. Сегодня я ещё не завтракал»...
Он опаснее всех, кто сейчас пытался меня оскорбить, но почему мое сердце вдруг дрогнуло? Проклятье, я что же, рада видеть сейчас даже тебя, Мориан Кайто?!
Слабо усмехнулась про себя. Такое ощущение, как будто я жду, что незнакомый мне мужчина решит мои проблемы. Правда, Льяна? Ты уже давно выросла и больше не веришь в сказки.
Но ситуация такова, что все не просто плохо – это катастрофа. В обществе после таких плевков в лицо леди с глаз долой усылают в дальнее поместье, отрекаются от нее и забывают о столь ненадёжной дочери.
Сейчас... Это не совсем я. И сирота Льяна Тархи не имеет за душой ничего, а за спиной никого из защитников.
Но студентку, о которой ходят такие слухи, не будут держать в академии. Это разумный довод в пользу разрешения "проблемы".
Из неразумных – мне хочется оторвать голову этой твари. И той, что тихо хихикает в компании подруг. И той, что попыталась меня опорочить у всех на виду.
Дивная часть меня, которая досталась от отца, требует поединка по всем правилам. Немедленно. У всех на виду. На ритуальных клинках и до смерти, чтобы вбить сказанные слова в глотку, и...
Прогоняю кровавую пелену перед глазами.
Я не фейри. Я не стану безумной и жестокой сущностью. Не хочу иметь ничего общего с народом из-под холмов.
Меня трясло мелкой дрожью, во рту стоял странный резиновый привкус, а в теле, кажется, напряглась каждая клеточка.
Это почти пугает. Что со мной происходит? Перенервничала? Прокляли? Хрупкостью душевной я никогда не отличалась. К чему бы сейчас было иначе?
– О, это всего лишь публичная девка. Вероятно, ее скоро исключат, – раздался чей-то особенно громкий голос.
Из моего горла вырвался клокочущий свист. К счастью, его никто не услышал. Слишком много шума вокруг, криков, гомона.
– Вы кажется, не поняли... – гулкий голос пронзает. Отнимает силы, забирается в самую душу.
Кайто стоит совсем близко, словно... закрывает меня? Руки на поясе, абсолютно спокойная поза. Ему совершенно безразличны возмущенные лица учеников.
Они его смешат.
Лорд Кайто делает шаг вперёд – и толпа отшатывается.
А потом черный сапог впечатывается в пытающегося подняться моего обидчика.
– Ауууу! – Раздался в повисшей тишине вой очень невезучего адепта, который только что потерял возможность произвести на свет таких же идиотов.
Ох. Я зажмурилась на миг. Это больно. Ещё как больно.
Удар. Ловкий и отточенный, вызывающий оторопь. Мне хочется крикнуть "остановись!". Не из жалости. Но иначе проблемы будут у всех нас. Но в горле, как назло, пересохло.
Впрочем, Кайто умён.
Одно едва заметное движение – и к нему подлетают двое в форме второго курса. Хватают стонущего дурака, поднимают, отряхивают, и...
– Ещё раз для самых одаренных. А здесь, я смотрю, собрались исключительно одаренные адепты, – недобро посмотрели на всех угольные глаза, – вас не научили сначала думать, а потом открывать свой рот? Вы не думали, что за распространение порочащих честь леди слухов можно расплатиться не деньгами, а жизнью?
И взгляд в упор, в сторону побледневшей Олеары.
– Сбавь обороты, маг, – раздался ворчащий голос Горриантааля.
А у меня возникло странное ощущение, что, будь дракон сейчас зверем, – виновато поджал бы уши.
Шиакри замер рядом с господином и выглядел устало.
– Это и наше дело. Мы, безусловно, разберемся, – выдохнул второй дракон.
– Не поздно ли для ваших разбирательств? – Подала голос, решительно шагнула вперёд. – Это и мое дело, лесы, как оскорбленной стороны. А подобные оскорбления стираются лишь кровью в честном поединке.
Ох, не этого от меня ожидали. Споров и девичьих слез? Оправданий? Но оправдывается лишь виноватый.
– Леди хочется драться сама? О, я польщён! Я увижу эти ножки, что скрываются под длинными юбками! – Воскликнул, кривляясь, рыжий паяц.
Надо бы его у целителей проверить, вдруг душевно не здоров? Убогого и бить жалко, а он вот себя не жалеет, желает поскорее жизненный путь окончить!
– Леди хочет, – ярость клокочет внутри.
Мысль о том, что любая другая девушка, нежная и беззащитная, домашняя и просто неподготовленная к такому повороту событий могла бы стать жертвой этих существ – эта мысль ввергает меня в такую ярость, что ещё немного – и начну дышать огнем!
– Леди уступит мне это право, – бархатный голос тьмы.
Надменное бледное лицо поворачивается ко мне. На миг кажется, что зрачок Мориана Кайто вытягивается в узкую щель, но я смаргиваю – и все исчезает.
– По какому праву? Ты кто? Ее любовник? Может, скажешь, что жених? А? – Рыжий самоубийца говорит громко, кривится едва заметно и переступает с ноги на ногу.
Не верю, что Олеара ему столько заплатила. Но тогда что происходит?
– Я просто так хочу, – услышали мы все ошеломляюще царственное.
Горриантааль, уже собирающийся что-то сказать, вдруг вздрогнул и подался вперёд.
Принюхался словно гончая, взявшая след. На лице – недоумение и интерес.
– Это против правил, – неуверенно заметил один из второкурсников.
– О, я не знал, что для защиты женщины нужны какие-то... пра-авила, – растянул издевательски слова маг.
Я заметила, как в его волосах едва заметно колыхнулись вплетённые цепочки.
Правое светило вспыхнуло искрами на крышах академии, обжигая.
– Что здесь за собрание? – Рявкнул хриплый старческий голос.
Пожилой аркум появился откуда-то из-за кустов с несвойственным старости проворством. На старце длинный узорчатый халат, подпоясанный шелковым кушаком, алые шаровары из плотной ткани и низкие ботинки с загнутыми едва заметно вниз мысами.
Заплетенная в три косы – что обозначает силу его рода и количество основных ветвей потомков, борода. Острые глаза смотрят из-под густых темных ещё бровей. А вот голова – совершенно лысая. Обрита, очевидно, по одной из традиций его народа, но я с ними незнакома.
Тирлес, которого теперь язык не поворачивается назвать стариком, хмыкнул.
– Ты, мальчик, – тыкнул в сторону опешившего Кайто, – жёсткий, резвый. Чернявый... Кайаариато? Думал, вывелась порода. Ты раньше блеклый был. Смотрю, покушения на пользу пошли?
Аркум (что, к слову, на древнем наречии значит "уважаемый") бесцеремонно ткнул в грудь застывшего Кайто узловатым пальцем.
– Магистр Элимиан, – к моему удивлению, маг склонил голову. Едва заметно, словно оказывая честь, но... – да, это я. Полагаю, что непременно запишусь на ваш курс по изучению магических аномалий.
– Ты, – как будто проигнорировав его слова, старец посмотрел на застывшего рыжего, – принесу тебе кактус на могилу. Вдруг распустится лет через сто?
И отчего-то ещё недавно такой храбрый парень побелел как полотно.
– Ты, – я вежливо улыбнулась, когда палец обрушился на меня, – шустрая, но глупая. Поговорила с древним, да? – эти слова мне словно на ухо шепнули! – Так давай, выполняй смелее сделку. Оно и к лучшему, нечего тебе, девица, без защиты ходить.
Язвительное "Что? Прямо сейчас?" застряли в груди.
Эти глаза... старые, очень старые. И настолько светлые и добрые, полные какого-то глубинного понимания и такого же всеобъемлющего прощения. Выцветшие до тускло-желтого, они видели закаты и восходы в сотню раз дольше, чем довелось мне.
– Я... – сглотнула и постаралась улыбнуться, – благодарна за совет.
Непрост аркум. Отчего раньше я его не встречала в Мойэраати? Кажется, магистр преподаёт только факультативы.
Колокол гудел, сгоняя адептов на занятия. Двор ещё не опустел, но многие уже собрались уходить.
Даже ради зрелища терять заработанные обсидианы, местные единицы поощрения, не хотел никто.
Но народу все ещё хватало. Может, все к лучшему?
По кивку старого магистра двое адептов отконвоировали куда-то рыжего.
– Бой сегодня же, на закате, на полигоне, – провожал его напутствием будущий противник.
Вот Кайто обернулся. Хорош, зараза! Смотрит пронзительно, такой... "готический Дракула" – подкинула мне память непонятное.
Клыки? Пьет кровь? Чего только на Земле не придумают!
– Надеюсь, вы оставите это развлечение мне, лесса. Благодарности не нужно, – все тот же равнодушный тон.
Не узнал, что в склепе была я? И к лучшему – цинично хмыкнула более мудрая моя половина. Маги мальчики азартные. А объектом очередной охоты становиться желания нет.
– Охотно. Боюсь, что поединок в моем исполнении будет слишком тяжёлым зрелищем для неокрепших умов, – я забыла обо всем, что твердила себе только что.
Осторожность. Незаметность. Внимательность.
– Но, – я сделала шаг вперёд, – сомнений в вашей победе у меня нет. Напротив, я восхища… – я поперхнулась своими словами.
Я не знала, что добавить, чтобы все не испортить. Мой ядовитый язык меня не раз уже подводил. И поэтому сделала лучшее из того, что могла. Сделала глупость. Решила дезориентировать противника резкой сменой поведения, тона и темы беседы. Как учил дядя Яншел.
Шаг вперёд.
– Тирлес Кайто, понимаю что вы бы предпочли скорее завершить эту беседу. И понимаю, что я в долгу перед вами, и всё же… позвольте обратиться к вам... – опустила голову. Скомкала ткань платья. Спрятала ехидную усмешку и волнение, – с маленькой просьбой.
Вскинул голову. Удивлён?
– Какая удивительная наглость, лесса. Впрочем, каждая просьба имеет свою цену, – взгляд. Опутывает. Пригвождает. В горло пересохло, – раз уж решили продолжить разговор – закончите свою... мысль.
Отступать было некуда.
– Не думаю, что моя просьба вас огорчит или обяжет, лес, – вскидываю голову. Шаг вперёд. Ещё один. Улыбайся как дурочка – так безопаснее! – такой красивый и галантный лес не может не простить мне маленькую глупость. Женскую слабость... Можете даже считать это моей искренней благодарностью…
Я несла чушь. Магия очарования скользила по коже, но взгляд Кайто оставался таким же острым. Не действует?
– Мне считать ваши действия домогательством? – Темная бровь насмешливо выгнулась.
Хорош. Нет, правда. Сердце бешено билось в груди.
Ещё один крохотный шажок.
Я прямо напротив него. Какие же эти маги высоченные...
В горле окончательно пересохло.
– Ну что вы, лорд Кайто. Вы прекрасны, хоть и не совсем в моём вкусе, – прощебетала, приподнимаясь на цыпочках.
От него пахло медом, воском и кожей.
В груди что-то сжалось.
Лицо мага стремительно приблизилось, заполнило собой пространство. И я его... поцеловала.
Руки взметнулись вверх – и зарылись в густые темные волосы.
Он сильнее. Он мог оттолкнуть. Но почему-то этого не сделал.
Его губы прохладные и твердые. Возможно, я должна была целомудренно клюнуть их и бежать прочь.
Но магию так быстро не передать. Я больше не думала о людях вокруг. Едва заметно куснула наглеца за губу, заставляя приоткрыть рот и недовольно рыкнуть.
Я слышу тебя. Чувствую тебя. Медленные удары сердца. Сжатые в кулаки пальцы. Попытку сдержаться.
И вижу расплавленную тьму в глазах. Тьму, в которой я через миг захлебываюсь, когда она – жадная, голодающая, отчаянная, набрасывается на меня.
Со стороны это казалось страстным поцелуем на грани приличия. А моя искорка магии падала в эту тьму, которая пыталась проникнуть в меня, обжечь холодом.
На мгновение возникло ощущение, что сейчас у меня вынут душу. Мне бы оттолкнуть Кайто, уговор выполнен, дело сделано! Но теперь уже он держит меня, обнимает, обвивает, сжимает в объятьях!
В этот миг я вижу за спиной адепта очертания огромного черного змея.
Алые угли его глаз смотрят на меня, пригвождают к месту.
Я отшатнулась, нелепо дернулась, пытаясь убедить себя, что мне померещилось. Он не может быть драконом или другой тварью, он маг! Я это точно знаю!
– Вс-се вон! – Услышала шипение над ухом.
Ледяные пальцы цепко удерживали меня за плечи.
Я открыла глаза – и столкнулась с горящим взглядом. Мориан Кайто тяжело дышал. На скулах вздулись желваки, губы скривились, а в глазах...
Я отшатнулась. Такой ненависти – лютой, безрассудной, не ожидала. Злости, насмешки, мелких проклятий – да. Но чтобы такого?
– Кто тебя надоумил, девчонка? Думаешь, подаришь мне искру магии – и пролезешь в любовницы? Может, даже невесты? Лучше сразу скажи, кто тебя подослал... – И голос... в нем такая гамма эмоций, что мне страшно коснуться ее и расшифровать.
– Призрак, – ответила предельно честно, – древний призрак амианта назначил цену за нашу сделку. Я согласилась.
Ещё секунду назад я не собиралась говорить ничего. Мрак! От его магии я начинаю страдать болтливостью – а это совсем некстати!
Кайто оказался совсем не таким, как я думала. Не обычным "золотым" мальчиком магом. Хищный. Слишком опасный.
– Ох, адепт Мориан, спасибо за исполнение моей маленькой мечты, но не стоит применять ко мне магию. Я от этого такие глупости нести начинаю, – хихикнула, – достаточно было спросить. А теперь прошу прощения, но мне пора бежать... на занятия.
Короткий и капельку кривой реверанс. Тоже – почти на бегу.
Ноги предательски норовили подкоситься.
Я поспешила прочь со всех ног, просто стараясь отвлечься от жуткого ощущения, что меня хотели сожрать. В прямом смысле. Косточками – хрусть!
Я бежала. От пугающего жара в груди – я не юная девчонка, чтобы терять голову. От осуждающих взглядов. От собственных мыслей.
– Поговорим, Льяна Тархи, – донеслось до меня предвкушающее, – пожалуй, нам действительно придется поговорить.
Поясницу обожгло, закололо мелкими иголочками и приморозило.
Едва сдержалась, чтобы не почесать зудящее место. Фи, леди, это непристойно.
Я ускорила шаг, пронеслась вихрем по коридорам академии, чтобы влететь в аудиторию перед преподавателем.
И... оказалась пойманной за руку. В шаге от желанной передышки.
Горриантааль.
Дракон был серьёзен, даже слишком. Я едва удержалась от желания склониться – все же есть в этих тварь-лордах нечто... Повелевающее. Какое-то безусловное право приказывать, которому сложно противостоять.
– У меня занятия, тирлес. И вы... не выполнили нашу договоренность.
Он виновен. И расшаркиваться и извиняться я не собираюсь.
Тем удивительнее был упрямый взгляд.
Золотые пряди упали на лицо дракона, скрывая выражение глаз.
– Моей вины нет. Я перекрыл все каналы слухов. И, поверьте, это особая магия, лесса Тархи, и осечек она не даёт. К тому же, моя сила, – дракон зажёг огромный пламенный клубок на ладони, – все ещё при мне.
– Тогда в чем же дело? – Я невольно нахмурилась. Если что-то может пойти не так – у меня непременно пойдет.
– Противодействие. Адепт Никеан никак не мог произнести того, что сказал. Не потому, что он настолько порядочен, а потому что должен был все забыть, – спокойно признался ящер. – Но на него оказали ментальное давление.
– Менталист? Тот, кто читает мысли, залез в голову адепту и заставил говорить мерзости при всех? Но зачем? Я вряд ли стою такой изощрённой мести, и... – Думаю, дело не в тебе, – покачал головой ящер. – Но это уже не твоя проблема, Тархи. Скажу одно – зря ты связалась с Кайто. Наследник рода после смерти отца сильно изменился. Не рассчитывай, что он станет твоим покровителем...
– Я рассчитываю только на себя, – просияла в ответ ослепительной улыбкой.
Золотая шкура дракона... должно быть, она прекрасно будет смотреться у камина в большом бальном зале замка...
– И благодарю за ваше беспокойство, тирлес, но, полагаю, наше общение на этом можно закончить. Вы верно заметили – мы из разных кругов. А поцелуй... это маленькая слабость. Женщинам нужно прощать их слабости, иначе они могут обидеться, – улыбнулась я ещё очаровательнее.
Дядя Яншел в такой момент начинал проверять, не спрятан ли где-то арбалет.
– Человеческая жизнь хрупка, – хмыкнул ящер.
Золото заливало его глаза.
Поясницу заломило. К неприятностям.
– Прощайте, милорд, – этот мой поклон был безупречен, – нам с вами больше не о чем говорить.
А что я представляла, как использую дракона в качестве тягловой лошади или, скажем, терки для овощей... Это же мелочи, верно?
Лишние мысли и страхи прочь, Льяна.
Кем бы тебя ни считали – главное, кто ты есть в своих собственных глазах.
Дверь аудитории захлопнулась за моей спиной.
О том, кто мог натравить на меня адепта и зачем. Зачем кому-то могло понадобится моё исключение – я подумаю завтра.
Высоко-высоко в небе послышался то ли крик чайки, то ли клекот грифона.
***
За многие тысячи шагов от академии Мойэраати и приморского городка высокий светловолосый мужчина с хищным острым лицом откинулся на спинку трона.
Владыка всех тварей, всех волшебных существ и повелитель их объединенных в союз государств, Сейлир Кастелл Иллдрэггона был и взбешён, и позабавлен.
Его Палач, напарник, телохранитель, и, пожалуй, злейший друг, исчез.
Уже более полугода назад, сразу после бала в честь свадьбы Владыки.
А теперь... Теперь он ощутил всплеск магии Моршерра Декерета где-то в районе приморья, у границ Отарээти, государства морских тварей.
– Доохотился, Мор? И где же твоя добыча? – Пропел Сейлир.
– Дайнар, – позвал он младшего брата, – отправляйся в окрестности Валларна или отправь кого-то вместо себя. Похоже, мы нашли Моршерра. И... – мужчина прикрыл глаза, медленно проведя когтями по подлокотнику, – будьте готовы. Что-то зреет.
Над землями тварей и магов медленно катились пылающие шары дневных светил.
Тварь-лорды – это не только когти, клыки и чешуя. Это ещё и острый ум, и способность быстро закапывать своих врагов.
И сейчас... самое время проверить эту истину на практике.
Ведь ни последний из заговорщиков, лорд Дайаарт Тхи, ни члены его семьи так и не были найдены.
Глава 7. Трудности тварьей охоты.
Мориан Кайто
Мориан Кайто ещё некоторое время простоял молча, глядя прямо в пространство перед собой. Двор стремительно пустел. Совсем скоро здесь не осталось никого, кроме, возможно, незаметных работников академии.
И...
– Вириан, я все равно знаю, что ты здесь, выходи, – хмыкнул Мор.
Острые когти блеснули на солнце. Нутро скручивало от голода и жажды этот голод утолить, осушив упорхнувшую добычу до дна.
Девчонка. Глупая смертная человечишка. Даже не поняла, с кем связалась!
Но было в ней нечто, что привлекало внимание. Заставляло желать подчинить, покорить своей власти, оставить в своих когтях. Совсем как ту мелкую преступницу, которая так нагло упорхнула от него на свадьбе Владыки Сейлира.
За ней он бросился тогда в погоню, очертя голову. Он привык быть сильнейшим. Привык, что никто и ничто не могло в этом мире ему противостоять.
Кроме, пожалуй, самого Владыки тварей.
И здесь, вероятно, стоит на мгновение задержаться и вспомнить, кто же такие были энергаты...
Твари, созданные из тени и тьмы. Рождённые самой тьмой, они появлялись из ничего в ее вечном убаюкивающем холоде. Стремительные, смертельно опасные хищники, которые могли выпить чужую душу, силы, эмоции, утоляя вечный голод. Ведь истинные дети тьмы были лишены эмоций и чувств. Не ведали, что это такое.
Отголоски гнева и ярости, злости и, пожалуй, усталости и скуки – все, что им оставалось.
Но однажды, повинуясь воли самого сущего, энергаты вышли из Тьмы. Небольшой, но непобедимый отряд полностью изменил мир и перевернул чашу весов в противостоянии магов и волшебных тварей. Энергаты стали ядром сопротивления. Защитой. Покровом. Непробиваемой монолитной стеной.
И тогда, от первого истинного энергата и земной женщины был рождён Сейлир Кастелл Иллдрэггона. Энергат, в жилах которого горела живая кровь этого мира. Много воды утекло с тех пор. И падение, и гибель, и возрождение их расы на Дагоше. Чего только не было...
Тогда-то великая сущность, яростный бог Тьмы, Первый энергат, велел Моршеру покинуть уютную Тьму и прийти в мир, став опорой и защитой для его сына. Владыки Сейлира. Велел стать Палачом для врагов трона.
Человеческие разборки Мор находил забавными, хотя бросать ради них чудесные лавовые озера, сверкающие фонтаны магмы и пепла и бархатные воды Ночи не хотелось...
Однако скучать в мире под солнцем ему было некогда. И все было бы сносным, если бы не вечный голод до чужих эмоций и силы. Истинному, рожденному тьмой, а не человеческой женщиной энергату, было невозможно его утолить.
Одно его прикосновение могло убить.
Поэтому-то девчонка, осмелившаяся столь нагло вести себя на его территории, удивила. Разбудила охотничий инстинкт.
Но кто бы знал, что, охваченный азартом, он угодит в такую немыслимо скучную, древнюю и простую ловушку!
Ловушку, расставленную, к тому же, не на него!
О да, Моршерр Декерет, Палач Владыки всех тварей, прекрасно помнил тот день, когда он стал Морианом Кайто, наследником клана магов. Сопливым глупцом.
...В тот день ему казалось, что он почти уловил след. Странное дело, этот запах – сладкий, пахнущий какой-то ягодой, яблоком и свежестью – он словно специально отсекал сразу же от прочих.
Аромат ласкал небо. Змеедракон заурчал, вытянутая хищная черная морда задралась кверху, издавая победный рык.
Он близко. Очень близко. Смертельно близко к той, кто посмела при всех назвать себя его невестой и насмехаться!
Сссарш, этот мелкий подлый василиск, фамильяр недоделанный, набрался наглости предложить ему свить гнездо! Бесполезные инстинкты смертных.
Нет, в движениях тел, вероятно, и было что-то приятное, но не тогда, когда ты сдерживаешься из последних сил, чтобы не выпить эмоции и жизнь партнёрши.
– Я иду тебя ис-скать и почти наш-шел! – Довольно прошипела пасть, усеянная острыми треугольными зубами. – С-скоро пос-смотрим, кто из нас-сс будет улыбатьс-ся!
Хвост при мысли об округлом улыбающемся девичьем лице непроизвольно дернулся, хребет встопорщился.
Какая глупость.
Он ещё помнил круглые от страха глаза девчонки, когда застал ее на кухне Владыки. Очаровала стража и собиралась что-то подсыпать в еду. Мор хотел позабавиться со шпионкой. Поиграть с пойманной в его когти жертвой, понаблюдать, как она будет трепыхаться... Заставил переодеться в красивое женское платье и взял с собой на свадебный бал Владыки Сейлира. Все, чтобы она опозорилась, ощутила себя песчинкой в новой для себя, пугающей среде!
Кто шш-ш знал, что она хитра настолько, что сможет исчезнуть порталом оттуда, откуда перемещения запрещены?!
Огромные мощные крылья вспороли воздух, в глотке заклокотал злобный рык, и... он вернулся в человеческую форму.
Зверь его... проигнорировал?!
– Ящерица несчастная.
Ночное светило холодно мигнуло синим бликом, скрываясь за облаками.
Впереди сверкнула вспышка и раздался дикий отчаянный крик.
И нет, Моршерру не было дела до местных разборок, но... Он был любопытен, как теневая кошка. Возможно, переел самую каплю чужих эмоций в последнем городке. Такие неосторожные бандиты. Всего лишь пятнадцать человечишек на него одного.
Теневые крылья распустились за спиной.
Это тело – лишь слепок энергий. Крылья – это просто.
Темные скалы надвинулись, обросли мхом и частоколом густого леса, шапками снега на вершинах.
Где-то в глубине горного массива, он чуял, полз огромный ширук слепыш, червь, длинной, наверное, в шагов пятьсот. Он перерабатывал в желудке горную породу, выбрасывая ее на поверхность кусками руды и раскрывая кровяные жилы земли несведущим.
На ветке сосны громко ухнула тируна. Ночная охотница. Огромная птица, имеющая отдаленное сходство с орлом. Иссиня-фиолетовые крылья, "ушки" с метелками на голове, острые когти на лапах и на рёбрах крыльев для разделки добычи.
Опасное и совершенное творение мира. И великолепный помощник в уничтожении нежити.
А вот здесь притаилась карраха – хищная нечисть. Похожая на большую пятнистую кошку с круглыми смешными ушами и обманчиво безобидной мордой, эта зараза обожала охотиться на магов. Магия для нее – изысканный деликатес...
Карраха что-то почуяла, она находилась совсем неподалеку. Прижала уши к голове, напружинилась. Жаль будет убивать, красавица.
Тварей Моршерр находил более приятными, чем людей.
Поэтому отрастил когти и рыкнул в сторону нахалки, отчего ее буквально сдуло в ближайшие кусты.
В горах послышался грохот и повалил дым.
Любопытство снова кольнуло под ребрами. Возможно, у смертных это называется опьянением? Моршерр шагнул вперёд, потянулся к краю и упал во тьму, расправляя крылья.
Ветер подхватил, ударил в лицо. В человеческом виде энергат летал редко. Зачем? Полет был обязанностью, скучной и необходимой.
Но сейчас мир на миг расцвел другими красками. Заставил приоткрыть рот, прикрыть глаза и... словно впервые увидеть внизу под собой темную далёкую землю с извилинами рек, пятнами городов и редкими огоньками магии.
По телу прошла дрожь, каждый нерв напрягся, обостряя ощущения от происходящего, а потом...
Моршерр, при всем его опыте и мгновенной реакции не понял, что произошло.
Освещённая вспышками чужих заклинаний пещера была совсем близко. Руку протяни. Грохот раздался слева, из-за спины. Огромный кусок скалы летел прямо на него. Моршерр успел дернуться, привычно и спокойно отшатнулся и ушел в сторону, и...
На древней скале вспыхнула, обжигая светом, огненная спираль рисунка.
У него не было даже мгновения подумать. Просто исчезли крылья, зарычал отчаянно теневой зверь, а после, за долю секунды, развоплотилось и само тело.
– Расщепить скалу по кусочку... – мелькнула последняя кровожадная мысль.
– Расщепить скалу по кусочку... – мелькнула последняя кровожадная мысль.
...А потом он словно моргнул раз, другой – и снова открыл глаза.
Только тело было тяжёлым и неуклюжим, голова раскалывалась, а во рту стоял привкус крови.
Казалось, он сейчас выплюнет собственные клыки.
Отвратительная слабость! Самое мерзкое – он не чуял своей силы. И зверя. Какой-то тусклый огонек теплился в груди, но это пшик!
Что произошло?
Моршерр слабо заворочался.
– Эта падаль ещё жива, надо же!
Громкие шаги и грубый громкий смех.
– Смотри, трепыхается, пташка, – удар по... кажется, это были ребра, заставил слабое тело издать стон.
– Ты ещё ответишь за то, что одного из наших сжёг, мажонок! – Его окатил мерзкий аромат какой-то вонючей похлёбки, чеснока, ведьминой травы и вхурша – гнилостного восточного фрукта.
– Надо уходить отсюда, кончайте его, – откликнулся ещё один голос.
Более молодой и напуганный.
– Это все твои глупые суеверия, Шан, – раздражённо забулькал обладатель мерзкого запаха. Жрать – отравишься. – Место как место, заказ выполнен. Но этот говнюк ранил Доша и отправил в бездну Гарта, так просто он не сдохнет!
– Нам заплатили за результат, – раздался ещё один голос. Говоривший хрипел, как будто ему рассекли глотку, но жёсткая уверенность в чужом голосе давала понять – каждое его слово – закон.
– Ну, а каким образом этот результат будет достигнут...
Новый удар был направлен между ног.
Кровь вскипела, что-то внутри хотело выть и кататься по полу.
– Дети тебе уже ни к чему, – загоготал вонючий упырок.
Бездна. Как будто он жалкий человечек. Сил нет. Совсем. Он не чует их энергии. Не видит их прогнившие душонки. Не...
Ничего. Ему хватит и тех силенок, которые наскреблись.
Ярость и ненависть полыхнули костром, зажигая слабую искру в груди. Тело обледенело от потока заморозки. Простейшая способность теней осталась при нем.
Боль пропала, возвращая возможность четко мыслить. Впрочем, на размышления времени не было. Эти твари собирались избить его, замучить, а после – убить.
Что же, он с радос-стью подарит их души Тьме.
Лежавший почти бездвижно в центре старой пещеры, бывшего пристанища контрабандистов, парень в изорванном, когда-то дорогом костюме вдруг шевельнулся. Тело выгнулось с то ли хрипом, то ли свистом.
Уже занесший сапог бандит отшатнулся.
А потом... упасть он не успел. Отреагировать хоть как-то – тоже. Тело их жертвы объяло зелёное жадное пламя, постепенно выцветающее до холодной белизны.
Ещё недавно искаженное болью и страхом молодое безусое лицо было... безмятежным. И страшным в этой безмятежности.
Острые иглы ужаса прошили главаря банды, которая уже второй десяток лет грабила, убивала, насильничала, занималась работорговлей и промышляла похищениями. Все на заказ.
Он видел всякое, и чужие страдания оставляли бывшего сына нищенки из грязного квартала равнодушным.
Но сейчас старина Щепа ощутил, как волосы встали на голове дыбом.
Молодой мажик, который ещё пять минут назад погибал под ударами его подручных... изменился. Резко и неотвратимо. Это книгочей? Книжный червяк и плесень, не державшая в руках ничего тяжелее чашки?
Ладно, сначала одного дурака во тьму отправил, сами виноваты, кто ж знал, что у него такой сильный огненный амулет с собой. А не должно было по словам заказчика.
Теперь же...
Это был танец. Дикий, мучительный, страшный танец со смертью, в котором юноша в лохмотьях вел ведущую партию. Шаг вперёд, лёгкое, едва заметное касание – и Бур, который успел отшатнуться, падает с раскроенным горлом.
Несколько па. И глаза – белые, пустые.
Небрежное движение второй руки – и подкрадывающийся со спины Молодой визжит, как девчонка, и извивается, суча ногами.
– Вкус-с отвратительный, – шипит этот безумец.
Его ноздри раздуваются, пальцы все больше напоминают когти, а движения – рваные и хаотичные, завораживают.
Главарь шайки наемников, в миру – зажиточный торговец Тарс лег Шаар, не понял, как он умер. Не успел понять.
Моршерр осмотрел разбросанные по пещере тела и сладко улыбнулся. Энергия! Пусть слабо, пусть едва заметно, но она текла к нему тонкими ручейками тьмы, мурлыкая свою песню.
