Текст книги "Компромисс (СИ)"
Автор книги: Мария Клепикова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)
Глава 11. Пляж
Когда мы, наконец, пришли к озеру был уже полдень. Дед Матвей расположился под деревом в тени, лёжа на боку и наблюдая за моими братом и сестрой.
– Привет, деда, – поздоровалась я, пытаясь контролировать себя, чтобы голос не дрожал, и не снимая широкополую шляпу, дабы никто не заметил моё заплаканное лицо.
Как ни сопротивлялась, но по дороге слёзы обиды сами скатывались по щекам. Я даже старалась не всхлипывать, потому что иначе Максим притягивал к себе и начинал лапать ниже талии.
– Привет, привет, – обрадовался он, убирая ноги в сторону и давая нам места присесть. – Выспались?
– Конечно. Сам знаешь, что на свежем воздухе хорошо спится, – на этот раз ответил Максим, бросая на покрывало сумку с продуктами и пакет с нашими полотенцами и снимая футболку и бриджи. – Если бы не твоё предложение пойти на пляж эта мелкотня долго ещё сопела бы, – кивнул он в сторону моих брата и сестры.
– Это верно, – согласился дед Матвей. – Сопели в обе дырочки.
– А ты, Леночка, не замёрзла ночью? А то Максим своё одеяло Лиле отдал.
– Нет, спасибо, меня Максим грел, – вежливо ответила я, злясь на то, каким образом это происходило.
– Это понятно, – двусмысленно закивал головой дед Матвей. – У молодых кровь горячая.
– Ну, я пошёл, – Максим оставил нас и захватил с собой пару бутылок с компотом, ввинтив их в песок в воду для охлаждения, а затем с брызгами нырнул в воду.
– Леночка, а что ты сидишь, не раздеваешься? – посмотрел на меня дед Матвей.
– Сейчас, – ответила я. – Только найду взглядом Лилю и Серёжу.
На самом деле я намеренно медлила, а честнее, вообще, не хотела раздеваться. Брата с сестрой я сразу нашла – их светлые намокшие макушки выделялись среди прочих.
– Да что их искать? – удивился дед Матвей, не зная о моей уловке. – Вон они плещутся.
Лиля как раз залезала на Серёжу, чтобы с его плеч спрыгнуть в воду. Максима я не наблюдала, к огромному счастью. Вот бы вообще его не видеть!
– Ага, нашла, – «согласилась» я и нехотя сняла длинный цветастый сарафан из марлёвки – ещё один сюрприз от парочки Максим-Лиля!
– Давай, доставай, что вы нам принесли покушать, а то я с утра только чай попил – твоим не терпелось на пляж умчаться.
Я притянула к себе сумку и начала доставать оттуда фрукты, овощи, нарезку и прочие продукты, раскладывая их по центру покрывала.
– Дед, тебе какой салат наложить: «крабовый» или «зимний»?
– «Зимний» давай. Сейчас лето, как раз в пору будет охладиться, – рассмеялся дед Матвей.
Я тоже улыбнулась и, наложив еду в тарелку, легла поудобнее, накрыв бёдра воздушным парео – загорать на солнце в пекло я не собиралась, а в тени не хотела светить своей белой попой. В этом году в связи со смертью родителей мы никуда не выбирались.
– Я вот что подумал, – прожевав, сказал он. – Может, Лиля с Серёжей со мной будут жить? У вас с Максимом всё же семья теперь, вместе побыть захочется.
– Нет, – твёрдо ответила я, внутренне напрягаясь. – Я их не оставлю, не обижайся. Мы только-только родителей потеряли, а тут и я, получается, их брошу. Нет, ни за что.
– Это да, – согласился он. – Я тоже так и подумал, но всё равно предложил. Так что ты тоже не обижайся. Я хотел, как лучше.
– Всё нормально, – успокоила я его. – Я понимаю, что ты за нас беспокоишься.
– Я рад, что ты понимаешь. А, кстати, где вы думаете жить?
Я обернулась удивлённо на деда Матвея, его взгляд был серьёзен, однако вопроса не поняла – как это где?
– Где жили, там и будем жить, – ответила я.
– М-м-м, а комнат у вас сколько?
– Три, – ответила я. – Гостиная, родительская спальная и наша детская комната.
– Так вы что, втроём в одной комнате живёте? – уточнил дед Матвей.
– Да. Родители перепланировку сделали давно: объединили кухню и маленькую комнату, так что она стала гостиной, а бывшую гостиную отдали нам, детям, ну и третья, дальняя – родительская. Мама даже специально дизайнера приглашала. Так вот она сделала зонирование комнаты в виде перегородки небольшой, так что мы с Лилей как бы в своей комнатке живём, а Серёжа в своей. Между прочим, у нас очень красиво. Приезжай к нам в гости.
– Приеду, как-нибудь. Обязательно, – кивнул дед Матвей. – Но ты не поняла моего вопроса. Вы с Максимом где жить будете?
Этот вопрос поставил меня в ступор, причём, серьёзный. Мысль о совместном проживании с Максимом я даже не рассматривала. А вот у деда Матвея, как посмотрю, размышления совсем другие.
– Деда, – неуверенно начала я. – Но ты же не хочешь сказать, чтобы мы с Максимом и правда вместе жили? Ты же сам понимаешь, что наш брак фиктивный и что он только для спасения Лили и Серёжи?
– Я-то понимаю. А ты? Ты не думаешь, что органы опеки придут к вам домой и проверят? Это тебе не шутки. Это раз. А во-вторых, ты уж меня извини, старика, но я вовсе не хочу, чтобы ваш брак был фиктивным. Ты мне очень нравишься, и я хочу, чтобы у вас с Максимом всё получилось по-настоящему.
– Дед, – к горлу подступил комок, и я опустила голову. – Но ты же знаешь, что мы не любим друг друга. Просто обстоятельства такие.
– Любовь придёт. Обязательно. Вот будете жить вместе, привыкнете друг к другу, а там и полюбите.
Я ничего не ответила, лишь замотала головой. Полюбить Максима? И это учитывая нашу взаимную многолетнюю неприязнь? И то, как он со мной обошёлся? Нет, я не дура. Я не сумасшедшая.
– Ты головой не мотай. Я своего внука знаю. Он – парень горячий, но хороший…
Я хмыкнула – ну, да, ну, да.
– …и к семье относится со всей серьёзностью. У нас в роду всегда крепкие семьи были – ни одного развода. Да и твои родители, вон как любили друг друга.
– Дед, – не выдержала я, смахивая слезу. – О чём ты говоришь? У Максима девушка есть, а ты заставил его на мне жениться!
– Какая девушка? Откуда?! – воскликнул он. – Нет у него никакой девушки.
– Есть. Ты просто не знаешь!
– Всё я знаю. Я всех друзей и подруг своего внука знаю с садика.
– А вот и нет. У него любовь как раз с подругой!
– Это с кем же?
– С Полиной!
– С Полиной? Вот глупости какие! Да Полина ему, как младшая сестра. Он её в коляске катал и на руках носил, а ты говоришь – любовь.
– И что?
– И то! Не может у него с ней любовь быть. Не может! Поверь мне на слово. Уж я-то знаю, какие девушки в его вкусе. И Полина точно не из их числа. Так что выброси из головы свои дурные мысли.
Я не стала спорить, оставаясь при своём мнении. Как же, будет Максим посвящать деда в свою личную жизнь! Он что, свечку держал, раз так уверен в своих словах?
От дальнейшего разговора нас отвлекли прибежавшие мокрые Серёжа и Лиля.
– Привет, сестрёнка! Что тут у нас покушать есть? – первым делом поинтересовался брат и плюхнулся на покрывало.
– Привет, Лен, – Лиля улеглась на живот и потянула руку к закускам.
А губы-то у обоих синие! И я скорее накинула на их плечи полотенца, а то у сестры, аж зубы стучали от переохлаждения.
– Пить так хочется! Лен, а вы попить принесли?
– Принесли. Компот – две бутылки. Вон, в воде охлаждаются, сейчас принесу.
Я поднялась и пошла по траве к воде, забыв завязать парео, которое сползло тут же, но поднимать не стала, хоть и чувствовала себя белой вороной на фоне загорелых тел местных отдыхающих. Немного повозившись, я достала бутылку и прошла чуть глубже, чтобы смыть с неё песок. Вода приятно холодила кожу, и я подумала, а не пойти и мне немного поплавать?
Уже на полпути обратно, почувствовала мокрый шлепок по попе – это Максим со мной поравнялся и, забрав бутылку из рук, на ходу сделал пару глотков. Наглости ему не занимать!
– А ну подвинулись живо! – потеснил он моих младших и уселся с краю. – Дед, что не сказал им, чтобы не мочили покрывало? Смотри, сколько намочили. Хоть бы полотенце под себя постелили.
– Не придирайся, пусть отдыхают, как хотят, – защитил их дед Матвей.
– Давай, ещё двигайся, шкед, – Максим несильно пихнул локтем Серёжу и получил ответный шутливый толчок. – Кстати, Лиль, ты уже рассказала Лене новость?
– Неа, – сестрёнка замотала головой, хитро улыбаясь, и откусила яблоко.
– Что за новость? – мне не нравилось то, что сейчас происходило, не нравилось тёплое отношение сестры к наглому блондину, не нравилось ощущение скрытого подвоха.
– Нам с Серёжей дали путёвки в летний лагерь, так что в понедельник сдаём анализы и в среду уже заезжаем. Здорово, правда?
Вот последняя фраза просто убила меня наповал своей восторженностью.
– И кого же мне благодарить? – я гневно воззрилась на Максима, но тот поднял вверх открытые ладони. Ага, как же, ни при чём он!
– Деда Матвея. Это же мечта всей моей жизни – лагерь «Алые паруса»!
– Замечательно, а почему я не в курсе? – неприкрытый сарказм вылился наружу. – Может, я тоже хочу?!
– Лен, ну ты же уже большая, – искренне возмутилась Лиля. – Ты только вожатой можешь пойти.
– Отлично. Дед, где путёвки? Я позвоню и попрошусь в вожатые.
– Лен, хватить юморить, – Максим бросил в меня скомканную салфетку. – Где это видано, чтобы в медовый месяц жена от мужа сбегала? Твоё место рядом со мной. А за мелких не беспокойся, за ними Богдан и Полина присмотрят.
– А это кто? – поинтересовалась Лиля, пока мои глаза на лоб лезли. Да тут целая мафия и вселенский заговор до кучи!
– Мои друзья. Тебе понравятся, – Максим подмигнул моей сестре.
Вот тебе и раз!
Глава 12. Наедине при всех
На самом деле я просто сбежала, сообщив остальным, что пошла купаться. Новость о детском лагере сделала мне под дых, и я хотела побыть одна и переварить её спокойно. Но, как бы не так!
– Что ты задумал? – с раздражением спросила я, когда Максим увязался за мной.
Он шёл следом, чуть ли не дыша в затылок. Я чувствовала всей кожей, что он поедал глазами мою фигуру. И не надоело?
– В смысле?
– В прямом!
Максим пока молчал., а я в нетерпении, но вежливо, обходила других купающихся, пытаясь оторваться от него. Мягкая трава приятно щекотала ступни ног, но удовольствия от этого мне получить не удалось. А жаль. Не так часто мне удаётся походить босиком – всё время в обуви. Да и где в каменных джунглях можно воссоединиться с природой вот так – напрямую?
А ведь в детстве, когда мы жили по соседству, я часто бегала без обуви. Мелкие камушки впивались в мягкую нежную кожу маленькой меня, однако ни я, ни мои друзья, с которыми я тогда играла, этого не замечали – нам было интересно везде полазить. Особенно по деревьям.
Я невольно задержала взгляд на старой иве – любимом дереве большинства отдыхающих. Бедняжка – за многие годы, она накренилась, и её длинные изящные ветви то и дело колыхались в воде от многочисленных волн, созданных купающимися. Когда-то мы обдирали её, срывая листья и тонкую кору, делая тем самым хлёсткие прутья, а потом бегали друг за другом. Если уж кого задеть – мало не покажется!
С каким же удовольствием я сейчас сжала бы один из них в своей руке…
По всей видимости, я отвлеклась на мимолётные воспоминания и не обратила внимание на надувной разноцветный мяч, случайно вскользь наступив на него ногой. К своему стыду я почти потеряла равновесие, взмахнув руками.
– Осторожнее, – поддержал меня Максим, но я не купилась на его заботу.
– Спасибо, – не очень ласково всё же поблагодарила за помощь.
Подойдя к кромке воды, я осторожно попробовала её температуру – ничего так, сойдёт. Медленными шашками продвигалась вглубь по илистому дну. Немного неприятно, но деваться некуда. Вода, к счастью, пока не зацвела, но длинные оторванные ветви водорослей плавали, и мне пришлось их отбрасывать в сторону, расчищая путь. Максим уже оттолкнулся от дна и медленно поплыл по инерции, но я не торопилась до тех пор, пока вода не дошла мне по грудь.
– Я не верю ни единому твоему слову, – сказала я после продолжительной паузы.
– Но это и правда дед постарался, – Максим сделал невинное лицо.
Ага, как же – так ему и поверила.
– Ой, вот не надо! – я зло посмотрела на него и, наконец, поплыла в сторону, полностью уверенная, что он от меня не отстанет. – Ещё скажи, что он твоих друзей сам пригласил.
– И не буду, – Максим кружил вокруг меня, но не мешал плыть.
– Тогда как ты объяснишь это «совпадение»?
– Никак. Это не совпадение. У деда много знакомых, вот и устроил Серёгу с Лилькой, а Полина второй год там вожатой подрабатывает.
– И чему же она может научить детей? Задницей вилять?
– Этому учить не нужно. Задница у Полины зачётная, и это факт, но у неё есть не менее важное достоинство…
Я фыркнула – у неё всё зачётное с ног до головы. Волны сверкали от яркого солнца, слепя глаза, отчего приходилось иногда их прикрывать.
– Она – художник, – продолжил Максим и уточнил. – Делает картины из каменной крошки.
– Очень «интересно», – ещё раз фыркнула я. На самом деле, мне было без разницы. Но сама затея всё равно не нравилась.
– Слушай, Лен, – Максим подплыл со спины и с наглой уверенностью томно прошептал, – я и не думал, что ты так скоро начнёшь меня ревновать.
– Что?! Я – ревновать? Тебя? К ней? – я нервно рассмеялась и резко обернулась. – Да мне плевать и на тебя, и на твою Полину! Я тебя ненавижу. Ненавижу за всё, что ты со мной сделал.
– Неужели не понравилось?
Я не стала больше сдерживаться и несколько раз плеснула на него водой, а потом и вовсе – с силой стукнула его в плечо. Максим никак не отреагировал на мой выпад, хотя получил хорошо – уверена. Надеюсь, у него будет синяк.
– А мне показалось, что – да.
– Не самообольщайся. Ты далёк от идеала.
– Что? Есть с чем сравнивать?
– Тебе какая разница? – выплюнула это прямо ему в лицо. Судя по его реакции, мои слова его задели. Вот и замечательно! – Ты не один на свете.
– Да? – грозно спросил Максим. – Тогда покажи мне, на что ты способна.
С этими словами он потянул за завязки моего лифа от купальника.
– С ума сошёл?! Что ты делаешь?
Это было сверх наглости с его стороны. Помешать ему я не могла, потому как элементарно неудобно. Всё, что мне оставалось делать, так держать чашечки на груди. Увы, и это меня не спасло – Максим резким рывком оставил меня топлес. Мы находились на приличном расстоянии от остальных купающихся, но прозрачные воды не могли скрыть белизну девичьих прелестей вблизи, даже прикрывшись руками.
– Детство в жопе заиграло? Отдай быстро! – выплюнула я.
Как же этот (даже приличного слова подобрать не могла) меня раздражал! Мало того, что издевался надо мной с детства, так теперь перешёл на новый – извращённый путь. Но Максим явно дразнил меня, плавая кругами.
– Отдай!
Улучив момент, будучи спиной к берегу, я, закрыв грудь одной рукой, попыталась выхватить часть своего гардероба, как заметила плывущих в нашу сторону пару молодых людей. Они были ещё на приличном расстоянии, но я запаниковала и испуганно посмотрела на Максима.
– Отдай!
– Нет.
Я вновь оглянулась – те плыли ближе и смотрели в мою сторону. Максим же, наоборот, от меня медленно удалялся.
– Отдай, пожалуйста, – в моём голосе послышались слёзные нотки. – Тебе так нравится унижать меня?
Сжавшись, я опустила голову и больше не делала никаких попыток забрать верхнюю часть купальника. Я устала от него. В который раз за короткое время он меня обидел, губы задрожали. Боковым зрением увидела, как проплывали те парни, но ко мне не приближались. Разумеется, они видели, что я не одна. Была. Какой же глупец этот Максим! Я развернулась в сторону берега и, насколько это было возможным, стала плыть в его сторону. Но, увы, без рук это как в час по чайной ложке.
Прошло немного времени и перед моими глазами в воду плюхнулся мой лиф. Мне было уже всё равно, я лишь равнодушно смотрела, как медленно начинал тонуть. И вот уж совершенно неожиданно после этого рядом вынырнул из воды Максим и протянул мне мою вещь.
– Ладно, не дуйся и бери.
С моей стороны полное игнорирование. Максим больше ничего не стал говорить, опустив мои руки, приложил к груди чашечки лифа и завёл за спину завязки, утягивая их в узел, а потом прижал к себе.
– Зачем ты сделал это? Решил отомстить? – дрожащим голосом спросила я.
Максим не скрывал своего превосходства и явно находил особое удовольствие подтрунивать надо мной, как это делал всю жизнь. Вот руку могу дать на отсечение, что ему нравится выводить меня из себя, а способов для этого у него теперь предостаточно. Конечно, ведь мы женаты! Можно использовать разные способы и в любое время, а заодно получать взрослое удовольствие.
– Вовсе нет. Я уже не маленький мальчик, а ты превратилась в аппетитную женщину, и мне понравилась.
– Я тебе не кусок мяса.
– Правильно, ты моя жена, и тебе придётся с этим смириться.
Максим накрыл мои подрагивающие губы своими – опять он взял верх надо мной. Но на этот раз нежно и трепетно. К своему стыду должна отметить, что Максим целовался хорошо, и пусть у меня был только единственный такой опыт, да его даже и опытом нельзя назвать – так, случайное прикосновение на выпускном, сейчас я поняла вкус настоящего поцелуя. Голова немного закружилась, а глаза невольно прикрылись. Я даже забыла, что можно было элементарно стиснуть губы. И в этот раз я обиделась больше на саму себя.
В таком нестабильном настроении я резко стала выходить из воды, как вдруг почувствовала сильную боль в ноге. Подняв её, я увидела, как из ступни торчит кусок стекла от разбитой бутылки, а из образовавшейся раны обильно текла алая кровь. Да, уж – не повезло!
– Что у тебя? – спросил Максим, заметив мою не самую изящную позу. – Ни фига себе! Сильно поранилась?
– Тебе какая разница, – грубо ответила я и вытащила стекло. Ну что за люди? Сами же здесь купаются, и здесь же «срут» – по-другому не сказать.
– Давай я тебе помогу, – предложил Максим.
– Не надо, я сама. Подумаешь – маленькая ранка.
Маленькая-то маленькая, а вот если грязь попадёт, да инфекция занесётся – хорошего ждать не придётся. Не дай Бог заражение будет. Я сделала прыжок к берегу, но только один, потому что в следующее мгновение Максим поднял меня на руки.
– Зажми порез, – сказал он и пошёл к нашей «стоянке».
Серёжу и Лилю мы не застали – они опять умчались купаться, да и сам дед Матвей поднялся, завидев нас.
– Ну как, наплавались? – поинтересовался он. – Ой, Лена, что случилось?
– Да так, ничего страшного, – улыбнулась я, обнимая шею Максима, пока он бережно опускал меня на покрывало.
– Ну-ка, покажи, – потребовал дед Матвей.
– Не стоит, пока подержу так, пока кровь не остановится, – не стала я акцентировать внимание на своей персоне.
– Ты с этим не шути. Надо чем-нибудь перевязать. Максим, подай воду, надо промыть рану.
– Деда, не переживай – я всё сделаю. У меня с собой аптечка есть, – успокоила я деда Матвея.
– Точно? А то, может, Серёгу отправим домой за бинтом?
– Нет, правда – не беспокойся. У меня с собой пластырь есть и влажные салфетки. Иди купайся, я справлюсь.
– Ну ладно, – нехотя согласился он. – Максим, приглядывай за женой. Это ж надо – в первый день совместной жизни не уберёг.
– Деда, он тут ни при чём, – на автомате защитила я Максима, хотя надо было промолчать.
– Это уж мне виднее, – остался при своём мнении дед Матвей и многозначительно посмотрел на внука, и лишь после этого пошёл к воде, несколько раз оглядываясь на нас.
– Сумку подай, – попросила я Максима. – Нет, вот ту, в клеточку, с которой я пришла, – уточнила я и показала на тряпичную пляжную сумку.
И чего только в женских сумочках не бывает? А в косметичках – тем более.
Расстёгивать молнию было неудобно, но посвящать Максима в содержимое женских принадлежностей я желанием не горела. И лишь достав коробочку с лейкопластырем, я попросила его о помощи.
– Открой, пожалуйста.
– Давай, всё же промоем, – настоял он и, вытянув мою ногу за край покрывала, сам смыл со ступни песок.
Кровь уже не сильно, но всё же сочилась, и Максим быстро приклеил лейкопластырь, разглаживая края. Я невольно дёрнула ногой, но он удержал.
– Ты чего, больно, что ли?
– Вот ещё. Щекотно, – пояснила я, чувствуя неловкость, благодарность и смущение от его действий. – Спасибо.
Может же быть обходительным, когда хочет. И буквально в следующий момент Максим испортил о себе то мимолётное, хорошее качество.
– У тебя сегодня со всех мест кровь идёт, – намекнул он на ночные «забавы».
Меня бросило в жар. Неужели заметил пятно на простыне? Ещё до того, как он вернулся тогда в комнату, я посмотрела – оно было. Очень маленькое, но было. Меньше всего я хотела, чтобы он знал, что именно он лишил меня девственности – уж лучше бы думал, что он не первый у меня. С этой мыслью я спрятала пятнышко в складке. Вот только застирать не успела.
– Хам, – ответила я и устало легла на покрывало на живот и поднимая раненую ногу вверх. Больше мне сказать было нечего. Мог бы и промолчать, так нет – за словом в карман не лезет, паразит!
Максим сел рядом, устремляя взгляд к озеру и не продолжая затронутую тему, лишь только странно глядя вдаль. Мне было всё равно на него – пусть сидит, лишь бы больше не трогал. Однако…
– Дед тебе не говорил? – спросил он, всё также не глядя на меня, и, так как я молчала, продолжил начатое. – Это насчёт жилья. Мы оба считаем, что стоит переехать ко мне. У меня трёшка, так что всем по комнате хватит.
