Текст книги "Компромисс (СИ)"
Автор книги: Мария Клепикова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)
Глава 8. Дело было к вечеру
Дорога домой оказалась не скорой. У Максима появились, оказывается, срочные дела то там, то здесь, и мне приходилось ждать его несколько раз в машине. А что ещё оставалось делать, если изначально убрал мои вещи, с кошельком и мобильным телефоном между прочим, в багажник, тем самым лишая меня возможности уехать общественным транспортом, хотя, думается, он это намеренно сделал, и аргументируя, что нужно кое-кого подвезти.
Этим «кое-кто» оказался ещё один друг Максима, как я поняла. Здоровенный, крепко сложенный, под стать самому Максиму, брюнет представился Богданом и разместился на заднем сидении с огромной сумкой, внутри которой, как я поняла из разговора был подарок для… Полины. И вот тут я оказалась в глубоком шоке. У них у всех свободные отношения? Или Полина – переходящий приз?
Как знать, как знать. Тем не менее, Полина оказалась действительно подругой трёх друзей, а с Богданом знакома чуть ли не с пелёнок. Всё это я узнала из непрерывной болтовни молодого человека, хоть и не горела желанием слушать чужие разговоры, но ведь уши же не закроешь?
Богдан первоначально показался мне довольно неприятным. Быть может, я предвзято к нему отнеслась, но уж больно хмурое лицо у него было, да и выглядывающая татуировка из-под футболки в виде доспехов вызывала реакцию «фи». Не то, что бы я была категорически против тату в принципе, но мне не нравится такая мода рисовать на своём теле. Раньше с татуировками ходили люди из мест не столь отдалённых, а теперь?
Однако, изображение доспехов было выполнено невероятно красиво: мастер – настоящий художник. Мне удалось разглядеть небольшой кусочек на шее Богдана и его предплечье, когда я обернулась поздороваться с ним. А глаза… Хоть освещение в салоне автомобиля не идеальное, однако я не могла не обратить внимание на его глаза – светлые, они, тем не менее, почему-то пугали.
Но вскоре Богдан покинул нас, и мы с Максимом, наконец, поехали домой.
– Я не поняла, – вдруг сообразила я, разглядывая направление движения. – Ты же сказал, что поедем домой?
– Ну, – фыркнул Максим.
– Что «ну»? Куда мы едем? Я что, по-твоему, дороги не знаю? Ты посмотри на время – с твоими катаниями по всему городу уже вечер наступил. Уж лучше бы сама уехала. Зачем только с собой потащил? – злилась я.
День оказался насыщенным, события и знакомства тоже. Я просто эмоционально устала и злилась на всё и вся, хоть и прикрывалась внешним безразличием после регистрации. А ещё я ненавидела Максима за поцелуй. Я всю голову сломала, зачем он это сделал, но так и не смогла понять.
– Затем, что дед так сказал, – рыкнул он. – А кататься туда-сюда, когда у меня ещё помимо тебя дела есть, мне не интересно. Вот сидела, молчала всю дорогу, так и молчала бы. С чего вдруг язык развязала? Или мне тебе помочь? – язвительно намекнул он.
– Своей Полине помогай, – выскочило у меня.
Ну, в самом деле, разве друзья не могут спать друг с другом? Странные всё же у них отношения, поэтому первоначальную версию о связи Максима с Полиной я не отвергала. По сути, мне должно быть всё равно, ведь брак у нас фиктивный, но ситуация неприятная.
– Не переживай, каждому своё, – двусмысленно ответил он. – Давай, звони Лильке, скажи – скоро будем. Что уставилась?
Максим посмотрел на недоумённую меня.
– Да, они давно уже у деда. Я Серёге с утра ещё сказал, чтобы сами добрались и деду помогли. Ну?!
– Да я бы с радостью, – сквозь зубы прошипела я, – да только магией не обладаю. Ты же мою сумку со всеми пожитками в багажник спрятал.
– Твою ж… – чуть не выругался он и, разблокировав свой телефон, сам стал звонить. – Дед, мы через десять минут уже подъедем.
Максим как раз свернул с основной дороги, и вскоре мы стояли у раскрытой калитки Красновых. Встречал нас Серёжа.
Он поздоровался с Максимом по-мужски рукопожатием, а меня чмокнул в щёку.
– Поздравляю, – шепнул он мне.
«Было бы с чем», – горько подумала я, но вслух произнесла: – Спасибо.
Лиля с дедом Матвеем суетились на заднем дворе, раскладывая в беседке праздничный ужин. И куда столько наготовили? Сестрёнка постаралась и украсила стол нарезкой в виде конусообразных розочек – это мама нас этому научила. Помимо этого манило ароматами мясо, приготовленное на гриле и овощи, а о салатах вообще молчу – куда столько? Но всё было приготовлено с такой любовью, что нужно им отдать должное.
– Ленка! – воскликнула Лиля и обняла меня за шею, повиснув. – Вы же поженились, да? Поженились?
– Поженились, – согласилась я.
– Здорово, – улыбнулась сестрёнка. – Но мне всё равно жаль, что ты не в белом красивом свадебном платье.
– Ничего, – успокоила я её. – Вот вырастешь и сама наденешь его, а я за тебя порадуюсь.
– Конечно, – кивнула она, – но это буду я, а не ты! У-у-у!
Лиля наигранно надула губки и щёки. Я не удержалась и хлопнула по ним, заставляя нас рассмеяться.
Я не могла не обратить внимание, что сестрёнка скрывала за улыбкой сильное волнение и то и дело бросала на меня виноватые взгляды. Глупышка, ну разве я стану сердиться за то, что она без разрешения взяла мамины серёжки? Разумеется, я их сразу заметила на ней. Маленькие и аккуратные, они были нашей мечтой, но мама не давала нам их носить, даже когда папа подарил ей на юбилей другие. Эти серёжки лежали в маленькой коробочке у неё на столике, и словно запретный плод манили к себе каждый раз, когда заглядывали мимоходом в родительскую комнату через приоткрытую дверь.
– А ты принарядилась, – подметила я, поправляя складки на пышной юбке красивого платья.
– Конечно, у меня сегодня праздник – сестра замуж вышла, – похвасталась Лиля и покружилась.
– Леночка, – дед Матвей распахнул объятия. – Иди ко мне скорее. Дай-ка я тебя расцелую.
– Здравствуй деда, – обняла я его в ответ и тоже поцеловала.
– Красавица моя. Совсем, как мама, – тихо подметил он, вздохнув, но тут же перевёл тему, позвав к себе внука.
Максим нехотя подошёл и присоединился к нам. Думаю, ему было также неловко, как и мне, по крайней мере, выражение его лица было далеко от радостного. Серёжа сделал несколько снимков на фотоаппарат, потом сфотографировал только нас с Максимом, потом с Лилей, с собой и в завершение общее фото.
– Ну, – когда мы все, наконец, расселись, дед Матвей встал и открыл бутылку с шампанским. – Леночка, хоть ты и просила, что бы всё было скромно, всё же позволь поздравить вас с Максимом с днём вашей свадьбы. Я не умею говорить красивые вещи, уж простите меня, однако, позволю заметить, что это важное событие в вашей жизни. И пусть сейчас не те обстоятельства, когда можно было бы отметить его с размахом, но всё же…
Дед Матвей обвёл взглядом всех нас, призывая подняться. Серёжа с Лилей первыми загремели стульями и подняли бокалы с соком. Они намеренно сели рядом с дедом, чтобы оставить нам с Максимом место вместе.
«Ну, зачем же, дедушка?» – мысленно вопросила я, кисло улыбаясь лишь краешком рта.
– С днём свадьбы! – ещё раз повторил он, и мы все звонко чокнулись бокалами.
Максим быстро высушил один и, обновив, выпил и второй.
– Горько!
Это негромко сказанное восклицание навело на меня страх. Это мне горько!
– Не будем нарушать традиции, – сказал Максим на ухо и, как и в ЗАГСе, привлёкая меня к себе, продолжительно поцеловал.
Это было мучением. Он намеренно долго не отпускал меня. Я быстро сообразила и как могла сильно сжимала губы, но он ущипнул меня, заставляя тем самым приоткрыть рот, чем и воспользовался.
Мне было неприятно целоваться с ним, стыдно перед Серёжей, Лилей и дедом Матвеем, а ещё я очень боялась глубокого поцелуя. Но, к счастью, этого не произошло. Я только смотрела на нахальные глаза напротив и жаждала укусить Максима.
К моему счастью подобных возглашений больше не было, и ужин прошёл довольно спокойно. Я хоть и была голодна, однако этот повторный поцелуй Максима окончательно перебил весь аппетит. Поковырявшись в своей тарелке, я даже не притронулась к торту, который мы с Лилей выбрали. А ведь какой он был красивый!
К ночи заметно похолодало, но мы продолжали сидеть за столом, надев кто кофты, а кто и курточки. Вокруг лампы над столом кружились ночные бабочки и другие различные мелкие насекомые, комары нас не беспокоили, отогнанные расставленными по периметру специальными спиралями.
Мы беседовали. Дед в основном хвалил свой огород, рассказывал, что у него и где посажено, какой урожай обычно снимает. Я просто диву давалась: когда он всё успевает – и на работе, и в огороде?
Но бесконечно сидеть невозможно. Серёжа замучился зевать, да и Лиля засыпала, поэтому решили закончить наши посиделки и пойти отдыхать. Младшим дед выделил чердак. Я заглянула на него. Ого, там и я с удовольствием поспала – большое пустое пространство с низким потолком, где и в полный рост особо не встанешь, но заманчиво. Серёжа затащил туда старые ватные одеяла вместо матрацев и застелил постель себе и сестре. Лиля тут же обняла подушку и засопела. Серёжа накрыл её одеялом и только после этого лёг на своё место, пожелав всем спокойной ночи.
Пока дед Матвей и Максим носили еду в дом, я быстро перемыла посуду и разложила её на полотенцах на столе. Право принять первой душ любезно предоставили мне. Ванная комната находилась на первом этаже вместе с туалетом. Её удобство и красоту я оценила ещё в предыдущий приезд. На вешалке висел приготовленный для меня дедом халат его покойной жены. Василиса Васильевна была доброй женщиной, но часто я её не видела – она была прикована к инвалидному креслу и в основном находилась в доме.
– Деда, – позвала я, заметив, что он копошился на веранде. – А где я буду спать?
– А? – обернулся он и улыбнулся. – Так наверху в комнате всё приготовлено. Иди, ложись.
– Ага, спасибо, – поблагодарила я. – Спокойной ночи.
– Спокойной ночи.
Глава 9. Первая брачная ночь
Поднявшись по узкой лестнице, я заглянула в приоткрытую дверь, разумно предполагая, что во второй будут спать мужчины. Приставленная к стене широкая кровать была застелена свежим бельём, на подоконнике за цветной занавеской горела ночная лампа, создавая мягкий приятный свет.
Я огляделась: обоев не было, стены, как и во всём доме, были из деревянного бруса, немного обелённого и совсем не давящего, в углу стоял узкий платяной шкаф, а у противоположной кровати стене был поставлен небольшой комод и стул, на который и повесила свои вещи. Пора бы спать лечь, да вот только я сообразила, что мне совершенно нечего надеть – кто бы мог подумать, что мы тут с ночёвкой останемся. Даже ничего с собой не взяла. Но… я девушка не скромная, и потому открыла шкаф, в надежде найти хотя бы какую-нибудь футболку деда – думаю, он мне простит такое поведение.
– Ты чего это по чужим шкафам лазаешь?
От неожиданности я вздрогнула и обернулась. В дверях, обёрнутый в одно лишь полотенце стоял Максим. С мокрых волос кое-где стекали тонкие струйки воды, создавая интимное настроение. Вот только мне этого не нужно.
– Я… – от неожиданности я растерлась. – Я искала себе одежду на ночь. Прости, я думала это комната деда. Я не знала, что зашла в твою. Прости, сейчас уйду.
Было крайне неловко. Мало того, что я ошиблась комнатой, так ещё и была в прямом смысле голой рядом с мужчиной, если не считать банного халата. Да и Максим не особо-то одет.
– Не стоит, – он перегородил мне путь рукой, упершись в стену. – Ты правильно зашла. Комната деда за стенкой, а эта – моя.
Максим сделал шаг вперёд, заставляя тем самым меня отступить. Мерзкий холодок пробежался по мне, вызывая чувство опасности.
– Максим, – пискнула я, – пропусти меня. Я видимо неправильно его поняла.
– Да всё правильно, – усмехнулся он, делая шаги из стороны в сторону и преграждая мне путь. – Дед специально всё подстроил.
Максим поднял перед моими глазами принесённую открытую бутылку шампанского и предложил мне:
– Будешь?
– Нет, – слишком резко ответила я, догадываясь о скрытых мотивах деда, но тихо, потому как боялась разбудить Серёжу с Лилей. – И отойди от меня подальше. Будешь руки распускать – ты меня знаешь, – прищуренный взгляд и показанный кулак, как я надеялась, должны были возыметь должный эффект.
– Ух, ты, какие мы грозные, – фыркнул Максим, неспешно сделал глоток прямо из горла и, взяв мою руку в свою, нежно поцеловал.
Словно со стороны я усмехнулась над собой: нашла чем грозить – моя напряжённая ладошка выглядела уж слишком маленькой в его широкой.
– Иди сюда, – он потянул меня к себе и обнял за талию.
– Ты чё творишь? – тихо закричала. – Жить надоело? Я же сказала – руки не распускать! – я отскочила от него на несколько шагов, на сколько позволяло маленькое пространство, и машинально прикрылась руками.
– Может, всё же будешь? – Максим покрутил бутылкой. – Ну и зря – очень вкусно, – он допил последний глоток и поставил бутылку на комод.
– Максим, не делай глупости, я спать хочу! – я погрозила ему пальцем. – Давай я выйду и посплю на диване внизу.
– Нет, здесь ложись, места много, – не сдавался наглец, закрывая дверь на ключ и присаживаясь на кровать, похлопывая рядом с собой.
– Я не буду спать с тобой в одной кровати!
– А где будешь? В будке, с собачкой?
– Не паясничай!
Я быстро подошла к нему и попыталась отобрать ключ. Но не тут-то было. Максим ловко выворачивался. Что ж, видимо придётся прибегнуть к приёму. Я сделала несколько отчаянных выпадов, которые Максим успешно блокировал.
– Что за детский сад? – шёпотом крикнул он и вскочил на ноги, напирая на меня больше видом, чем физически. – Ты совсем наивная и не понимаешь, что мы здесь не случайно очутились? Пораскинь мозгами, блондиночка, уж явно не для того, чтобы в ладушки играть! Может, для тебя этот брак и фиктивный, а мне дед поставил задачу – настрогать внуков. Так что иди сюда, жёнушка. Всё будет по-настоящему!
Что?! Я просто опешила от такого заявления. Как так можно, меня обманули? А ведь я так верила Матвею Петровичу. Нет, он не мог «подложить мне такую свинью».
Свина!
– Только попробуй подойти, в фарш измельчу! – я заметила движение в свою сторону и встала в боевую стойку.
Но не успела борьба начаться, как я в мгновение ока была уложена на лопатки на кровати, аккурат на подушку. Максим крепко удерживал мои тонкие запястья своими ручищами, нависая надо мной.
От его взгляда, в котором читалось «пощады не жди», меня сковал страх, силы предательски покинули тело. Впервые я видела над собой не соперника, а мужчину: сильного, крепкого, уверенного.
Я попыталась высвободить руки, но он лишь сильнее вжал их в матрац, лягнуть тоже не получилось – ноги тут же были зафиксированы жёсткими мужскими, любые трепыхания причиняли лишь боль, не даря ни йоты свободы. Устав бессмысленно бороться, я замерла, с ненавистью глядя в глаза напротив.
– Успокоилась? Ты думала и вправду можешь справиться со мной? – глаза Максима метали молнии. – Запомни, девочка, по жизни – МУЖЧИНА главный! – он поудобней скрепил запястья над моей головой одной рукой, а другой потянул за поясок халата.
Мои ноздри судорожно затрепыхали от таких вольных действий, не сулящих ничего хорошего.
– Думаешь, я всю жизнь мечтал на тебе жениться? – продолжал он. – Как бы ни так! Ты обломала мне вольную жизнь, так что за обрезанные крылья будешь расплачиваться собственным телом.
– Ты не посмеешь, – с тайной надеждой прошептала я, но мерзкий холодок, разливавшийся изнутри, давил эту надежду на корню.
Максим был зол, это очевидно. Но я и представить не могла, что он вот таким образом захочет мне отомстить.
– Посмею, ещё как посмею. Я ведь могу теперь делать с тобой всё, что захочу. И у меня на это есть законное право, – он резко сунул мне под нос палец с блестящим обручальным кольцом. – Должен же я хоть что-то получить взамен? Знаешь ли, я думаю, это оправданный компромисс в обмен на мою свободу. Добро пожаловать во взрослую жизнь, жёнушка! – ехидно выплюнув мой новый статус, Максим впился мне в губы, попутно оголяя меня.
Гаснут свечи – кончен бал!
Глава 10. Начало
Пробуждаться я никак не хотела. Нет, не потому, что хотела спать, а потому, что не хотела принимать новую реальность. Скажи мне кто полгода назад, что я выйду замуж за человека, которого ненавидела всей душой, то повертела бы пальцем у виска и была бы права. Однако жизнь преподнесла горький урок.
У меня скатилась слеза при воспоминаниях о родителях. Если бы они были живы, мне бы не пришлось вынеси весь этот кошмар, именуемый бракосочетанием, и эту ночь.
Я пошевелилась и полуразвернулась, чтобы посмотреть в бесстыжие глаза Максима, но его не оказалось рядом. Ни миг мне подумалось, что произошедшее ночью просто страшный сон. Ан, нет, низ живота показательно болел. Я обхватила его руками, скользя по обнажённому телу, как лишнему доказательству мести Максима.
Щёки мгновенно вспыхнули от всех тех дерзостей, которые он творил со мной. Не то, что бы я ни разу в жизни так или иначе не представляла себе близость, но то, что произошло наяву, было уж чересчур.
Я со злостью сжала простынь в кулак, представляя, как задушу этого наглого блондина, но вся моя решительность сбежала, как последняя трусиха, лишь только за дверью послышались шаги. Вскоре показался и Максим собственной персоной в обмотанном вокруг крепких бёдер вчерашним длинным полотенцем.
Солнечные лучи нисколько не задержались тонкой занавеской, а лишь уверенно проскользнули в комнату, поиграли в его мокрых коротких волосах и остановились на обнажённом торсе с хорошо развитой мускулатурой, которая невольно завораживала своей красотой – Максим определённо был хорош собой.
– Нравлюсь? – он заметил на себе мой блуждающий взгляд и потянул за края полотенца, намереваясь распахнуть. Его действия были настолько дерзкими, что я немедленно отвернулась, густо покраснев и закрыв лицо ладонями, а супруг только издевательски фыркнул в ответ: – Хм, тоже мне – скромница нашлась.
С замиранием в сердце я затаилась, опасаясь продолжения ночных «забав», но, к счастью, ничего не происходило. Послышалось небольшое шуршание и некое движение поодаль. Несколько помедлив, я покосила глаза сквозь полураскрытые пальцы на звук: Максим надел на себя спортивные штаны и отжимался от пола там же у окна. Что ж, уже неплохо. Озираясь на всякий случай и обернув вокруг себя покрывало, я нащупала свой банный халат и, надев его под простынёй, бочком просочилась из комнаты, чувствуя всей кожей прожигающий взгляд вдогонку.
– Ой, чего я там не видел, – хмыкнул Максим, убрав одну руку за спину и продолжая отжиматься только на второй.
Он хорошо позабавился со мной. Но не насиловал. Я не стала сопротивляться явно, но и не поддавалась его ласкам. Скорее всего моё поведение можно было сравнить с ощетинившимся ёжиком. Я смотрела на него колючим взглядом, полным ненависти и старательно пыталась не пустить слезу, ведь звать на помощь в моём положении было стыдно и бессмысленно.
Я не смогла сохранить свою девичью честь.
Не обнаружив никого в доме, даже когда позвала снаружи (да оно даже и к лучшему – никто не увидит меня в таком состоянии), я вернулась и заперлась в ванной комнате, не собираясь вообще выходить, уселась в ванне под тёплыми струями душа, обхватив колени руками. Почти уже не плакала, а только ругала себя.
«Неудачница. Слабачка. Не могла за себя постоять».
Как так случилось, что мой личный враг стал первым мужчиной? Прямо рок, какой злой. Я всегда была сильной девушкой, как говорится, и телом, и духом. Закалённая в спортивных соревнованиях и музыкальных конкурсах, я всегда достойно выходила из любых ситуаций. А теперь Максим отправил меня в нокаут.
Этот удар, который навсегда закрепил за ним титул победителя. Это не спорт, и ответить мне нечем.
Устало посмотрела на кисть руки, по которой стекались кривые струйки воды, на красовавшееся на ней блестящее обручальное кольцо с красивым узором по кругу. Вот теперь и я оказалась окольцованной, как птица под присмотром.
Обхватив лицо ладонями, я с горечью коснулась кончиками пальцев губ. Ощущение не самое приятное. Я отдёрнула ладони и посмотрела – кожа скукожилась от долгого пребывания в воде. Да, пальцы выглядели не эстетично. Пора выходить, ведь вечно в ванной не просидишь.
Выключила воду и вылезла на мягкий коврик перед зеркалом. Проведя ладонью по вспотевшей поверхности, я решилась на себя посмотреть. Да уж, ну и видок. Однако не выходить же в мир с опухшей физиономией?
Нужно хоть как-то более-менее привести себя в порядок. Назло Максиму.
Первым делом я намочила и приложила к покрасневшим от слёз глазам холодное мокрое полотенце. Повторив сию процедуру несколько раз и воспользовавшись холодным обдувом из фена, который по всей видимости привезла Лиля, нашла свой вид уже не таким страшным. Не идеал, конечно, но, по крайней мере, следы слезотечения были уничтожены.
Одевшись и глубоко вздохнув-выдохнув несколько раз, я образно взяла себя в руки и решительно открыла дверь. Я не доставлю ему удовольствие видеть мои слёзы!
Гордо подняв голову, я вышла из ванной комнаты и прошла на кухню, где уже был Максим, полностью игнорируя его.
Широко раскрыв дверцу холодильника, который, к слову, был после ужина затарен по полной, я молча выбрала продукты для завтрака и выложила их на столешницу, а пока быстренько приготовила молочный коктейль. Но не успела достать себе стакан, как муженёк забрал чашу-кувшин с напитком и уселся на стул.
– Давай, наложи мне что-нибудь по-быстрому, хозяюшка. Жрать охота, – вот наглец, ведёт себя, как ни в чём не бывало. Меня аж затрясло. – М-мм, вкусно, – Максим демонстративно облизал белые молочные усы и протянул мне почти опустевший кувшин: – Будешь? Я тебе оставил.
Да чтоб его! В ответ лишь злобно сверкнула глазами и, громко цыкнув, бросила в него очищенный мандарин, но Максим ловко его поймал и с показным удовольствием съел.
– Поживей, поживей, дорогуша. У нас сегодня насыщенная программа, так что не расслабляйся – через минут двадцать выходим.
– Куда?
Ложка с салатом застыла у моего рта, а Максим, как ни в чём не бывало, доел кусочек мяса и ответил:
– На озеро. Дед с твоими уже ушли, на дождались тебя, соня.
Теперь понятно, почему никого не было. На озере замечательный пляж и вода тёплая – это я по детству помнила.
– Я никуда не пойду. У меня нет никакого желания, особенно с тобой.
– Правда? – наигранно удивился Максим. – Ну и ладно. Предлагаю плюнуть на всё и поразвлечься в постели. Как тебе такой вариант?
Я в прямом смысле подавилась от его слов и закашлялась.
– Да пошёл ты! Тебе ночи было мало?
– Мало, – согласился он, расслабленно откидываясь на табурете к стенке. – Я же тебя предупредил, что у нас с тобой компромисс. Ставки-то не на рубль.
– Хочешь сказать – я продалась?
– Хм, получается так.
Максим при этом продолжал кушать, а у меня даже маломальский аппетит пропал окончательно, и я со злостью бросила в тарелку вилку.
– Я тебя ненавижу! Почему ты не поехал к своей Полине?
– А это уж мне выбирать, – Максим посмотрел на меня исподлобья и задержался на вырезе на халате. – Так ты идёшь?
– Мне не в чем, – огрызнулась я на его нахальство. – Если только в нижнем белье или вообще нагишом.
– Мне оба варианта нравятся, и последний даже больше, – довольно улыбнулся Максим. – И мы обязательно это как-нибудь воплотим в жизнь наедине. А сегодня тебе придётся надеть это.
Я во все глаза смотрела, как он вертел на пальце плавки от моего купальника. Почему-то у меня складывалось впечатление, что всё это проделки самого Максима, что он подговорил Лилю, а она по наивности ему поверила, иначе с чего бы она фен взяла и купальник? А может ещё что, о чём я пока не знаю?
– Мерзавец, – я убрала салатник и свою тарелку обратно в холодильник и встала перед Максимом, чтобы забрать свой купальник.
– Не так быстро.
– Ты же сказал, что мы торопимся.
Мне не нравилось его смена настроения. Что-то подсказывало, что добром для меня это не кончится. Внутренний голос говорил «беги от него», а вот гордость сопротивлялась, и я не знала, кто из них победит.
– Я передумал. Можно немного и задержаться.
– Зачем?
Но я уже и сама догадалась раньше, чем он ответил. Надо было слушать внутренний голос!
– А ты как думаешь?
Максим протянул руку и потянул за пояс халата. Я подалась назад, но он резко потянул меня на себя, не отпуская.
– Нет, прошу, не надо.
Кровь прилила к лицу, а в голове всплыла наша ночь. Этого я не хотела, а потому замахнулась на него рукой, которую он тут же перехватил. Не хотела применять нечистый приём, но, сузив глаза, решила ударить его лбом в переносицу. Однако, Максим, видимо просчитав ход моих мыслей, резко развернул меня к себе спиной в крепком захвате.
– Надо, дорогуша, надо. У нас с тобой медовый месяц.
– Я буду кричать, – предупредила я, борясь за свою одежду, которую он настойчиво пытался с меня снять.
– Обязательно будешь. И кричать, и стонать, и просить о продолжении.
– Нравится насиловать? Давай, вперёд, начинай, – я вдруг резко перестала сопротивляться.
Халат таки соскользнул с моего плеча, оголяя часть груди и спину соответственно. Мне хотелось немедленно прикрыться, но я стойко сопротивлялась самой себе. Пусть ему будет стыдно!
– Думала, откажусь? – к моему ужасу, Максим оголил и второе моё плечо. – Кто ж от такого лакомства откажется? – его руки легли на мою грудь и сжали её.
Дальнейшие его действия я перенесла, глотая слёзы обиды – он добился-таки своего, и мы задержались.
