Текст книги "Тень моей хозяйки (СИ)"
Автор книги: Мария Фир
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
21
Адриана взволнованно прижала руки к груди и медленно пошла по маленькому причалу. Лёгкий морской бриз трепал её каштановые пряди, выбившиеся из причёски во время наших ночных приключений. Хозяйка лишь небрежно тряхнула головой, сдувая волосы с лица и неотрывно глядя на приближающийся парусник. Почему же она не скажет господину Фоули о ребёнке? Чего боится на этот раз?
Парусником управляли сразу три стихийных мага, мы издали разглядели их тёмные фигурки на фоне нежно-перламутрового неба. И, хотя над водой не было сильного ветра, кораблик мчался с такой скоростью, что стало не по себе: как бы он с размаху не врезался в причал! Должно быть, Мартейн Фоули был очень рассержен на супругу, которая улизнула через портал, не сказав ему ни единого слова.
Я оказалась не права, сердился он на меня. Бросив короткий взгляд на жену, советник Фоули кинулся ко мне и ухватил за шею так, что я подумала: сию же минуту задушит меня, не разобравшись. Он был очень зол. Его лучистые глаза, которые обычно сияли морской синевой, стали тёмными, как грозовая туча.
– Ты! Где тебя носило, несносная рабыня?! Ты заставила Ари волноваться!
– Тейн, сейчас же отпусти её, мы всё объясним! – вскрикнула моя хозяйка, повиснув на руке мужа.
– Станешь защищать свою игрушку? – гневно крикнул Фоули.
– Эли не игрушка, как тебе не стыдно! – возмутилась Адриана. – А ну прекрати её мучить, она и без того натерпелась!
Мартейн разжал пальцы и с удивлением уставился на собственную ладонь. Потом на меня. А потом снова на руку, будто бы прикосновение оставило на его коже невидимый след. Я потёрла шею и тоже почувствовала уже знакомое покалывание магии. Значит, когда маги касаются друг друга, они испытывают вот такие странные ощущения? Это открытие тут же заставило меня забыть об испуге – и зря. Потому что в следующий момент муж Адрианы, этот горячий стихийный маг, набросился на супругу. К счастью, только на словах.
– Ари, где её ошейник? – вскричал он. – Что вы натворили?!
Мне казалось, что вместе со словами из его рта вылетают искры. Теперь я могла улавливать дар других магов, и советник Фоули напоминал сейчас сосуд с взрывной смесью, какие алхимики готовили для того, чтобы искать в горах самоцветные жилы. Но, как ни бушевала в нём сила стихий, супруга оставалась к ней совершенно равнодушной. Клянусь, я на месте Адрианы вспыхнула бы, как спичка, набросилась бы на него в ответ! А она спокойно стояла и смотрела – и чем больше он распалялся, тем холоднее становился её взгляд.
– Ты ведь сам говорил, что мы освободим эту девушку, – произнесла Адриана, когда наступила тишина.
– Но не так! – отчаянно взмахнул руками Мартейн. – Не подпольным способом! Я хотел сделать всё законно, а теперь что мы станем делать со всем этим? Совет Магистрата и слушать меня не захочет после того, что вы натворили. Заставят нас снова заковать её в миралит или вообще казнить.
– Послушай историю с самого начала, а потом кипятись, если тебе очень хочется, – сказала моя хозяйка и мягко взяла супруга за руку.
– Ты так внезапно исчезла, – сказал он гораздо тише. – Я не сразу обнаружил записку. Подумал, что с тобой что-то случилось.
Его неистовое пламя приутихло, в голосе послышались виноватые нотки. Адриана обняла его за шею и провела по растрёпанным волосам, а я отступила подальше, туда, где стояли Хисс и наши новые знакомые. Тем не менее мне по-прежнему было слышно каждое слово.
– В сумраке со мной не случится ничего дурного, не переживай.
– Я не о сумраке, Ари. – Мартейн взял в ладони лицо жены и с тревогой заглянул в него. – После того ядовитого паука я сильно задумался о твоей безопасности.
– Ты не можешь меня запереть, – сказала она, покачав головой.
– Не могу, – с грустью признал он. – Ты всё равно найдёшь способ улизнуть. Потому что есть пути, которые доступны тебе и закрыты для меня. Но я хочу, чтобы ты помнила: ты для меня всё. Я сделаю для тебя всё, что ты попросишь. И если бы ты сказала, что тебе нужно отправиться сюда, в это богами забытое место, я бы всё бросил и поплыл с тобой!
– Тогда было бы уже поздно, – тихо сказала Адриана и прижалась к мужу. – Но, если бы ты мог пройти вместе со мной в теневой портал, я бы обязательно позвала тебя. Клянусь.
– Если бы, – вздохнул он и поцеловал её в висок.
Я отвернулась и заметила лёгкую улыбку на лице магистра Норта. Он перебирал пальцами висящий на шее амулет с дымчатым камнем. Мои хозяева удалились на такое расстояние, когда слов было уже не разобрать, но я догадалась, что Адриана пересказывает советнику всё, что произошло с момента моего побега.
Не сомневаюсь, она рассказала мужу о том, как меня зачаровали при помощи магии иллюзий, заключённой в зеркальце гадалки, как я оказалась в плену у капитана Джуса… Сердце заныло. О том, что произошло со мной на корабле, хозяйка тоже не умолчит, а значит, Мартейн будет знать о моём бесчестии. Захочет ли он, чтобы униженная рабыня подавала ему завтрак или стелила простыни? Не станет ли считать грязной и недостойной работать в господском доме?
Что-то мне подсказывало, что, несмотря на взрывной характер и горячность, он совсем не плохой человек. Ведь условности не остановили его, когда он вздумал жениться на девушке из Веллирии, да ещё и призывательнице. Теневых магов опасались во всём мире и старались не иметь с ними дел даже в тех странах, где некромантия и призыв не были под запретом. Мартейн не послушал Магистрат, когда тот отказался признавать его брак. Он предлагал новые законы, которые шли вразрез с традициями старших поколений. Нет-нет, он не выгонит меня на ферму полоть грядки или доить коров только из-за того, что я больше не невинна.
Я попрошусь на ферму сама! Потому что теперь понимаю, что такое дар и как опасен он может быть.
От прикосновения советника Фоули к моей шее меня будто опалило нестерпимым жаром и пронзило разрядом молнии одновременно. Рядом с магом такой силы я не смогу оставаться равнодушной: мой дар будет откликаться на его магию, и это рано или поздно выйдет мне боком. Я ведь дала себе слово забыть о своих чувствах к Мартейну. Ради милой Адрианы, которая спасла меня. И которая ждёт от него ребёнка. Я никогда не предам её доверие.
– Если хочешь, я могу уговорить их оставить тебя здесь, на Канделе, – неожиданно сказал Норт. – Щупальца Магистрата не дотягиваются до моего острова. Я никому не подчиняюсь. Ты сможешь жить в моём замке и пользоваться библиотекой, а мне не помешают лишние руки и мозги. У учёного всегда есть чем занять помощников и учеников.
– Ари не согласится, – тихо ответила я и тут же поправилась, – госпожа Адриана, конечно же. Я для чего-то нужна ей.
– Ей довелось пережить немало потерь, – вздохнул колдун, – как и всем беженцам из Веллирии. Я понимаю, почему её так тянет спасать человеческие жизни.
– Спасибо вам за всё, магистр! – Я поклонилась ему и хотела поцеловать его руку, но он отмахнулся и спрятал руки в карманы мантии.
– Вы с Адрианой всегда будете желанными гостьями на моём острове, – сказал он мне напоследок.
Вскоре мы спешно погрузились на парусник и покинули Канделу. К моему удивлению, одним из магов, управляющих потоками ветра и воды, оказался Рид, секретарь Адрианы. Я была уверена, что после того, как советник Фоули швырнул его в бассейн, Рид не решится и носа показать в поместье, но этот молодой человек был очень настойчивым. Он всё равно умудрялся бросать на госпожу заинтересованные взгляды, красуясь под парусом, когда её муж не смотрел в его сторону. А я так же украдкой любовалась Мартейном. Мы мчались в открытом море, вздымая миллионы брызг, и я невольно улыбалась, подставляя лицо прохладному морскому ветру.
Советник был сейчас совсем не похож на знатного господина из Магистрата. Он сбросил обувь и стоял на палубе босиком, закатав до колена штаны, как простой рыбак. Его светлая рубашка, завязанная узлом на груди, промокла от солёных капель и прилипала к стройному, но крепкому торсу. Спутанные водой и ветром волосы беспорядочно трепетали. Я чувствовала, как тройной магический поток несёт наш кораблик домой, а самой сильной была, конечно же, магия Мартейна.
Неужели и я смогу когда-нибудь управлять парусником? Или разгонять грозовые тучи?
Стоило мне подумать о непогоде, как я заметила прямо по нашему курсу сгрудившиеся в кучу тяжёлые облака. В косых лучах солнца было видно тёмное пятно дождя под ними.
– Обойдём, – решительно сказал советник Фоули, и два его помощника отозвались согласием. – И сделаем остановку.
– Под носом у акул? – ехидно поинтересовался Рид, указав на мелькающие среди мелких волн плавники вдалеке. – Разве мы прихватили корм для них?
– А ты думаешь, для чего я взял тебя с собой? – сурово ответил ему Мартейн, но я видела: на самом деле он уже не сердится.
Адриана была жива и здорова, и советника не слишком волновало всё остальное.
Мы сделали остановку на крохотном острове, состоящем из невысокой скалы с чистой и сухой пещерой внутри и маленьким песчаным пляжем. В пещере мы разожгли костёр, обсохли и перекусили. Это было так необычно – мы сидели впятером вокруг огня и, кажется, все ненадолго позабыли о том, что я невольница.
– Девушку нужно обучать, пока её дар не доставил вам проблем, – сказал второй маг, сопровождающий Мартейна Фоули.
– Мы найдём ей учителя, – сказала Адриана и выразительно посмотрела на мужа.
– Нам нужен тот, кто не станет болтать, – согласился Мартейн. – Надёжный человек.
– Я мог бы дать ей первые уроки! – предложил Рид. – Ведь я уже оканчиваю пятый курс Академии.
Советник Фоули бросил на секретаря уничтожающий взгляд. «Уж тебя-то я точно не считаю надёжным человеком», – было написано на его лице, но я всё равно заранее обрадовалась. У меня будет учитель!
– Это прекрасная идея, – сказала Адриана. – И не нужно никого искать.
– Хорошо, – внезапно согласился Мартейн. – Но вас не должны увидеть за занятиями.
– Я знаю одно прекрасное место за старым кладбищем! – оживился Рид.
Думаю, он вызвался обучать меня потому, что хотел сделать приятное Адриане, но сейчас это было неважно. Я словно пробуждалась от долгого сна, которым наградил меня миралитовый ошейник, я привыкала к новым, незнакомым ощущениям, и всё это так захватывало меня, что совсем не хотелось думать о плохом. Мне представлялось, как во время тайных тренировок я вдруг почувствую течение магии в крови, подхвачу невидимые потоки, направлю их в воздух или в воду, а может быть, переверну камень или высеку искру и подожгу домик из сухих веточек. Как это случится, когда?
Но как ни старалась я представить себе или предугадать этот день, он всё равно наступил неожиданно.
22
Говорят, в большей части Веллирии осень наступает стремительно. Всего за несколько дней деревья из ярко-зелёных превращаются в красные и бронзовые, а холодные ветры быстро выдувают летнее тепло с бескрайних равнин и из прозрачных лиственных лесов. Реки и озера, в которых ещё вчера купалась ребятня, темнеют и зарастают ряской. Птицы срываются с насиженных мест и вместе с подросшими птенцами улетают на юг.
Я читала об этом в книгах и слышала от госпожи Адрианы, но мне трудно было представить подобную смену времён года. В Краю тысячи островов лето перетекало в осень плавно, незаметно. Вода в море по-прежнему оставалась тёплой, лишь розовые кусты в саду давали чуть меньше бутонов, а солнце уже не обжигало, но ласково грело кожу даже в полуденные часы. А ещё стало немного раньше темнеть, из-за чего мы с Ридом возвращались с наших тайных тренировок в глубоких сумерках. Это было нам на руку: меньше любопытных глаз и вопросов от обитателей острова и прислуги.
– Всё сначала! – скомандовал Рид, сложив руки на груди и расхаживая по краю расчищенной площадки с видом сурового экзаменатора.
Я собрала несколько сухих листочков в кучку и в сотый раз попыталась закружить их заклинанием воздушного вихря. Всё тщетно! Снова до боли напряжённые ладони, которыми я силилась зачерпнуть непослушный воздух, снова заученные с высочайшей точностью движения и слова, произнесённые чётко и с необходимыми паузами. И ничего.
Рид оказался довольно терпеливым учителем, а я – прилежной ученицей. И всё бы хорошо, вот только дар и не думал просыпаться. Я чувствовала себя обманутой. Миралитового ошейника больше не было, и казалось – вот она, магия, Эли, всего лишь шевельни пальцами и скажи секретную формулу, но… Я явственно различала волшебные потоки, ауры других магов и зачарованные предметы, но сама не могла произвести ни единой искры.
– Ещё, Эли! – не сдавался Рид.
– Я не могу, – выдохнула я, бессильно опустив руки. – Разве вы не видите, господин, что всё бесполезно?
– Нет, не вижу, – упрямо заявил он и приблизился ко мне. – Пробуй снова!
Я пожала плечами и принялась повторять заклинание вновь и вновь, но листья как лежали возле моих ног безжизненной кучкой, так и не сдвинулись с места.
– О чём ты думаешь, Эли? – спросил Рид, схватив меня за запястье и заглянув в глаза. – О том, что у тебя ничего не выйдет, потому что ты рабыня, а рабам запрещено применять магию? Или, может, о том, что эти листья прокляты, потому что их принесло с кладбища?
Я невольно улыбнулась. Мы упражнялись в магии в тихом уголке за старым кладбищем, и я, признаться, слегка побаивалась этого мрачного места. Особенно по вечерам, когда между беспорядочно торчащими, покрытыми старым мхом надгробиями сгущался туман и ложились тени. От древних захоронений нас отделяла высокая ограда, но я очень сомневалась, что она могла бы защитить нас от духа или мертвеца, если бы тому вздумалось выбраться из надоевшего склепа.
– Эти листья не прокляты, конечно, просто дар не хочет просыпаться, или его вовсе нет, – сказала я.
Кто знает, может быть, мой сон о застывших в воздухе брызгах воды был не воспоминанием, а обычной детской фантазией?
– Если Адриана говорит, что он есть, значит, он есть, – уверенно заявил секретарь хозяйки. – Всё-таки она магистр теневой магии, а не какая-нибудь скучающая аристократка, гадающая на камешках.
Рид взмахнул рукой – и сухие листочки вихрем взвились в воздушном потоке, закружились весёлой каруселью. Это было самое простое заклинание, которому юных магов обучали ещё в начальной школе, в возрасте десяти лет.
Вслед за листьями в ход пошли мелкие камешки, которые я должна была сдвинуть хотя бы на полдюйма. Фляга и чаша с водой для разучивания магии воды. Тоненькие восковые свечи, зажечь которые смог бы и малыш, если у него в крови есть дар стихийной магии.
– Знаешь, дело может быть не в тебе, а в том, что я неподходящий учитель.
Я изумлённо уставилась на Рида, и он покивал головой.
– Да, да, иногда бывает, что ученик и учитель не подходят друг другу. Из-за разницы в мировоззрении, например, или личной неприязни. Из-за страха или недоверия.
– Но я… простите меня, но я не боюсь вас, господин Рид. И что касается доверия – вы и сами знаете, что невольнице нечего скрывать. Моя жизнь, как и я сама, принадлежит хозяевам поместья. Никаких тайн.
Он усмехнулся, расставляя на дощечке пять свечек – точно по углам вырезанной кинжалом пентаграммы. Не щелчок, а неуловимое движение пальцев заставило крохотные огоньки вспыхнуть в наступающих сумерках.
– Никаких тайн, – задумчиво повторил Рид. – Пожалуй, есть кое-что объединяющее нас.
– Что же?
– Как насчёт неразделённых чувств? – Он бросил на меня короткий взгляд. – Не думай, будто я не вижу, что ты вздыхаешь по советнику Фоули.
– Ну, знаешь! – рассердилась я, на миг даже позабыв, что разговариваю с учителем.
Рид давно уже требовал, чтобы я обращалась к нему по имени, но до этого момента я никак не могла побороть в себе правила, вбитые ещё магистром Гедрисом. Кем бы ни был свободный человек, рабыне подобает обращаться к нему только уважительно, опустив голову. И если с головой и глазами я как-то справилась – мне всё же нужно было смотреть на пассы и движения и повторять за Ридом, – то перейти на «ты» я до сих пор не смела.
– Что, мне удалось разозлить тебя? – продолжал подначивать он. – О чём ты думаешь, когда приносишь Мартейну завтрак в постель?
– В постель я не приношу! – ещё больше возмутилась я.
– Но хотела бы, верно? – расхохотался Рид.
– Ты просто озвучиваешь собственные мечты относительно Адрианы! – выпалила я, прикладывая ладони к вспыхнувшим щекам.
– А теперь, когда ты достаточно рассердилась, попробуй применить магию, – подсказал он.
Надо сказать, я и вправду почувствовала жар в груди. Прошёл уже целый месяц после моего побега с Асфы и счастливого возвращения – и всё это время я тщательно усмиряла разбушевавшиеся чувства. Нас с Адрианой теперь связывала тайна, мы обе знали о её будущем ребёнке, и это помогало мне преодолевать всё, что я испытывала к Мартейну Фоули.
Я прибирала комнату и кабинет советника, подавала ему еду в столовой и складывала его бельё в корзину для стирки, но каждый день и час, когда я соприкасалась с ним или его вещами, я держала в голове: он принадлежит другой. Он законный муж моей хозяйки и скоро станет отцом её дочери. И так, постепенно, неумолимо, моя нечаянная любовь должна была подёрнуться пеплом отчуждения, остыть и забыться. Зачем же Рид напомнил о ней, да ещё и так бесцеремонно?
Сложив руки в магическом жесте, я нащупала в себе вспыхнувшее негодование и хотела обратить его в огонь… но тут поняла, что на меня смотрят, и вскрикнула.
– Господин Рид, это же…
За оградой кладбища стояла высокая худощавая фигура в сером балахоне. Из-под надвинутого на лицо капюшона сияли синеватые огоньки глаз. Мой учитель резко обернулся, но тут же облегчённо махнул рукой.
– Это некромант из рода Ниалл, Эли. Смотритель. Не обращай на него внимания.
Легко сказать! Не обращай внимания на истекающую белёсым туманом фигуру, которая глядит на тебя с древнего кладбища, ага.
– Он живой, – пояснил Рид, чтобы у меня не осталось никаких сомнений.
– Что-то он мало напоминает живого, – с трудом отводя глаза от некроманта, сказала я.
– Ну, знаешь, когда ты годами прогуливаешься среди могил и заброшенных склепов, то, наверное, становишься немного похож на тех, кого охраняешь. На мертвяков. Брррр, не завидую я ему! И, пожалуй, нам пора возвращаться домой.
Мы быстро побросали книги и реквизит в дорожную сумку и отправились по тропинке, ведущей к поместью. Пару раз я оборачивалась, чтобы удостовериться: смотритель кладбища всё глядит и глядит нам вслед.
Мне ещё долго было не по себе. Я вспоминала моменты, когда моей жизни грозила серьёзная опасность – от сильного шторма в детстве до недавнего похищения капитаном Джусом, – но, признаюсь, никогда ещё не испытывала такого ощущения близкой смерти. Уверена, этот некромант давно уже заключил договор с Междумирьем. Неизвестно, сколько ему лет и какая часть его жива. Теперь я понимала, почему госпоже Адриане не удалось договориться с ним об Алтаре Родовой стихии. Такой и слушать не станет никого, кроме разве что Архимагистра.
* * *
Распрощавшись с Ридом у ворот поместья, возле которых день и ночь дежурили охранники, я с облегчением выдохнула и поспешила к домику для прислуги. В сумерках я и не заметила советника Фоули, стоящего под раскидистым кустом неподалёку от фонтана.
– Постой-ка, Эли! – окликнул он меня.
– Да, господин. – Я вернулась на несколько шагов и поклонилась Мартейну.
– Прошёл почти месяц от начала твоих занятий с Ридом, а я ещё ни разу не видел результатов этого обучения, – задумчиво сказал он.
– Вы же сами запретили упражняться в поместье, – быстро ответила я, запоздало сообразив, что от волнения снова веду себя невежливо.
Что ему мешало спокойно расспросить меня об учёбе в доме, когда я приносила подносы с кушаньями или смахивала пыль? Дома я была готова к расспросам, а сейчас, когда я спешила к себе, разочарованная очередной неудачной тренировкой и напуганная странным некромантом, советник Фоули застиг меня врасплох.
– Запретил, – согласился Мартейн, склонив голову и рассматривая меня. – А теперь хочу, чтобы ты продемонстрировала мне хотя бы одно заклинание.
– Хотя бы одно? – уточнила я, чтобы потянуть время.
Про себя я судорожно соображала, что же теперь делать. Признаться в том, что нам с Ридом до сих пор не удалось расшевелить мой дар? Не приведёт ли это к тому, что Рида оставят без работы? Советник и без того сердился на него по любому поводу. Попытаться повторить одно из упражнений сейчас, чтобы хозяин сам сделал необходимые выводы?
– Да, – кивнул он. – Одно маленькое заклинание.
Бежать было некуда. Я сняла с плеча сумку и положила её у фонтана. Заглянула в воду: мерцающее зеркало отражало огни садовых фонарей. На глубине плавно шевелили плавниками притихшие золотые рыбки. Мартейн Фоули, прищурившись, наблюдал за каждым моим движением.
Что ж, из всех вариантов у меня остался только один – опозориться. Впрочем, после истории с побегом и Джусом это вряд ли повлияло бы на мою репутацию. Мартейн убедится, что они с Адрианой зря тратят деньги на учителя, только и всего. Руки дрожали от стыда и волнения, не желая складываться в правильный жест. Я дотронулась до водной глади и прошептала формулу, которая должна была создать лёгкую волну. И ещё раз. И ещё.
– Безупречность заклинания – не главное, как и поза, – тихо сказал советник Фоули, стоя за моей спиной. – Дай руку.
Не дожидаясь, он перехватил мои пальцы, сплетая их со своими. Я замерла, когда Мартейн взял меня и за вторую руку, – само собой вышло, что я оказалась в его объятиях. Ни вырваться, ни остановить происходящее было невозможно. И тогда я чуть повернула голову и еле слышно сказала:
– Дар не просыпается во мне, он спит. Или миралит убил его. Не знаю…
– Глупая, дар нельзя убить, – прошептал он мне в ухо. – Только вместе с магом. А ты жива.
В эту минуту я была ещё как жива! Думала, что сердце выскочит из груди или разорвётся. И я так и не узнаю, каково это – творить заклинания.
– Попробуй снова, – сказал Мартейн.
И я, как во сне, схватила ртом воздух и выдохнула нужные слова, взмахнув обеими руками. Волна холодной воды поднялась выше наших голов и рухнула на нас сверху! Я вскрикнула от испуга, хотела освободить руки, но хозяин продолжал меня удерживать, отфыркиваясь от брызг.
– Так нечестно, это не моя магия! – запротестовала я.
– И твоя тоже!
Новый всплеск, удар водяного вихря в лицо – и вот уже мы оба мокрые с ног до головы. Ни единого шанса отскочить или увернуться от непокорной стихии! Мне одновременно очень страшно и внезапно – очень весело. Всё тело охвачено дрожью и покалывает мелкими иголочками, словно попавшая на кожу вода вдруг решила обратиться в кристаллики льда.
– Разверни ладони. – Мартейн выпускает мои пальцы и придерживает теперь только за плечи.
Не может быть, чтобы это был мой дар. Тейн просто играет со мной, а сам тайком пропускает через моё тело потоки магии! Вот только зачем ему это? Посмеяться над глупой рабыней?
Но что-то заставляет меня продолжать этот странный урок. В голове нет ни единой мысли, я сосредоточена только на одном – направить текущую сквозь меня силу, взметнуть новую волну, ещё больше и выше предыдущей! В какой-то момент я понимаю, что советник Фоули больше не касается меня. Я одна расплёскиваю воду из фонтана, не соображая пока, как направлять водяные потоки.
– Эй, там мои рыбки! – со смехом говорит Мартейн, лёгким взмахом заставляя воду успокоиться.
– У меня получилось, в самом деле получилось… – рассеянно повторяю я, разглядывая свои руки.
– Хорошо, что это была вода, – заметил советник, смахивая с лица крупные капли.
– Пожалуй, да, с огнём мне рановато баловаться.
Я потянулась к нему, хотела помочь отряхнуться, и он тоже потянулся мне навстречу и почти коснулся моих волос. А потом опомнился. В его сияющих весельем глазах промелькнуло смущение.
– Ты вся вымокла, Эли. Иди переоденься.
Волшебство, на несколько минут сделавшее нас сообщниками, рассеялось. Мартейн Фоули нахмурился, словно осознал, что вёл себя как подросток, а не как владелец целого острова.
– Иди, – повторил он и сунул мне в руки сумку. – Потом поговорим о твоих занятиях.
