Текст книги "Академия в Тридевятом царстве, или Понаехало тут попаданок! (СИ)"

Автор книги: Мария Ерова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Глава 24

Марусю и Елисея два раза не нужно было приглашать. Они шмыгнули внутрь, и чудо-юдо на курьих ножках, тут же захлопнув дверь и распрямившись, стало выше «всего этого». В смысле, выше гадких соломенных истуканчиков, что всё ещё пытались её атаковать, вероятно, не понимая, с кем связались.

Молодые люди бросились к окнам, чтобы оценить происходящее внизу, и не без удовольствия отметили, что «умный дом» явно не собирался дать себя в обиду, отпинываясь от навязчивых чучел, как от клопов, а иногда даже пристукивая по ним сверху, вминая в землю аккуратными несъедобными лепёшечками.

Поняв, что им, наконец, удалось отвязаться от бестолковых манекенов, Маруся и Елисей с улыбкой опустились на ближайшую лавку, но вежливое «кхе-кхе» вновь заставило их подскочить на месте.

Осмотрев внутреннее убранство избушки тщательным взглядом, они обнаружили кота Василия – того самого фамильяра Бабы Яги, что сидел за невысоким столиком и, оттопырив маленький мохнатый мизинчик, отпивал из чашки парное молоко, другой придерживая миниатюрное блюдечко.

– Здрасьте! – тут же нашлась Маруся, понимая, как они выглядели, наверное, со стороны – вбежали, как бешеные, без приглашения и всякого приличия. И даже кота не заметили, а он, между прочим, кажется, был весьма весомой фигурой в академии Тридевятого царства.

– И вам не болеть, гости незваные, – тот, сдув пенку, продолжил столь же невозмутимо попивать своё молоко, однако, не спуская с них цепкого кошачьего взгляда зелёных с жёлтыми крапинками глаз. – Чем обязан вашему визиту?

Молодые люди переглянулись, но на этот раз первым заговорил Елисей.

– Дык там это, манекены тренировочные взбесились! – как на духу выпалил он. – Вон, сами посмотрите! Их там целая куча!

Кот, отставив молоко в сторону, неспешно подошёл к одному из окон.

– Нда, – произнёс он загадочно. – Удивительно…

Это «нда» насторожило Марусю, и она вновь сунулась в окно, взглянуть, что же под ним имел ввиду кот декана факультета прикладной магии. И удивилась, надо сказать, несказанно!

– Дела! – из-за её плеча ахнул Елисей. – И куда они все подевались?

Он спрашивал то ли у Маруси, то ли у себя, то ли у Василия. Но ответил последний:

– Откуда же мне знать? – кот вернулся на своё место, принявшись за прежнее занятие.

– Что же Вы нам, не верите, значит? – спросила Маруся потускневшим голосом. Чувствовала она, что добром это не закончится, ведь Василий был не простым котом. А вреднючим фамильяром самой Ягини Никифоровны.

– Отчего же, – вздохнул кот. – В наше время чего только не случается… Например, чужаки в дом декана вламываются. И даже не раскаиваются в этом…

– Ещё как раскаиваемся! – Елисей воскликнул это так громко, что сомневаться в том просто не приходилось. – Просто… так получилось! Мы бежали от чучел, а на пути нам встретился этот премилый домик!

Последние его слова едва не застряли в горле, ибо в тот самый момент, как он их произносил, Елисей наткнулся взглядом на скелет, мирно стоявший в самом дальнем углу избушки на курьих ножках. И ему сразу как-то стало не по себе…

– А заветные слова откуда знаете? – промурлыкал он себе под нос, словно следователь-дознаватель, продолжая следить за обоими пристально и непримиримо.

– Так оттуда, откуда я прибыла, у нас их все знают! – выпалила Маруся. – Из детских сказок!

Фокус взгляда Василия переместился в её сторону.

– Любопытно, – произнёс он нараспев по-кошачьи. – Получается, в твоём мире, дитя, любой проходимец может вот так ввалиться в жильё самой Бабы Яги, и ему за это ничего не будет?

– Не может! – заверила кота Маруся. – У нас в мире скукотища зелёная! Ни Бабы Яги, ни Кощея там Бессмертного. Да чего говорить! Ни одного приличного жениха не сыщешь! Вот и приходится по другим мирам искать. Желательно, сказочным, чтобы и жизнь была как, в сказке!

Девушка мечтательно раскраснелась, а Елисей покосился на неё так, словно вновь приревновать решил. Но сдержался, умилённый красотой Маруси.

– Мы, наверное, пойдём, – меж тем произнесла девица, чувствуя, что пора сваливать. Сушёные лягушки и летучие мыши под потолком, конечно, добавляли антуража этой древней избушке, и всё же хороши они были скорее для фотосессии, нежели для долгого пребывания в логове самой Бабы Яги. – Спасибо за помощь и всё такое…

– Уже уходите? – что-то было в невозмутимости Василия такое железное, непрозрачное, отдающее холодным металлом, отчего у Маруси мороз бежал по коже. – А как же чай?

– Шутите?! – усмехнулся простодушный Елисей. – Всем известно, что в избушке самой Бабы Яги даже пробовать ничего нельзя, не то, что чаи гонять…

– Да неужели? – стали в голосе кота только прибавилось. – То есть, захаживать сюда без спроса и прятаться можно, а предложенный гостеприимным хозяином чай – нельзя?..

– Именно так! – настоял Елисей. – Знаем мы вашу породу! Сначала напоите, потом… В общем, Маруся, нам пора!

Они было поднялись с места, намереваясь пройти к выходу, но избушка, повинуясь то ли мысленному желанию кота, то ли сама по себе, вдруг захлопнула все окна, заперла на внутренний засов дверь и даже сжалась слегка в размерах.

– Выпусти, говорю! – потребовал Елисей, напрягшись не по-детски – это же надо такому случиться: из одной ловушки, в другую угодить!

Но кот Василий, обнажив когти на одной лапе, что блеснули в полумраке настоящим серебром, предупреждающе произнёс.

– Никуда вы, голубки, не пойдёте, пока хозяйка на вас не взглянет!

И угрожающе зашипел, показывая свою кошачью мощь и силу.

Глава 25

– Кто это у нас тут такой грозный? Кис-кис-кис…, – все трое разом уставились на ту, что появилась посреди избы, материализовавшись из воздуха.

– Баба Яга! То есть, Ягиня Никифоровна… – ахнула Маруся, вовремя не успев прикусить губу. В общем-то, она редко когда успевала это сделать, а иногда и нарочно раскатывала, но сейчас дело было не в этом.

– Декан факультета прикладной магии! – восторженно и более вежливо подхватил её возглас Елисей.

– Мурррр! – Василий, тут же забыв о них, бросился к своей хозяйке, как белка, быстро взобравшись ей на плечо, и устроившись на шее в качестве пушистого воротника. – Посмотри, посмотри, кто вломился в наш дом без приглашения!

Ягиня, смерив их благосклонно-надменным взглядом, неспеша потрепала своего блохастика за шейку, почесала за ушком.

– Так уж и вломились? Или сам впустил? – наконец, спросила она.

– А они слова тайные произнесли, – вкрадчиво пояснил Василий. – Но, кажись, не ожидали, что я дом сторожить остался…

– Да мы от чудищ соломенных спасались! – не выдержав, буркнул Елисей. – Гнались они за нами, вот мы и спрятались!

Ягиня, внимательно осмотрев юношу, подошла к нему поближе, заглянула в глаза ясные, потрепала за щёчку – ну точно, как своего кота за минуту до этого, улыбнулась белозубой улыбкой.

– А ты симпатичный…

Маруся, почувствовав прилив ревности, тут же надулась. А вот Елисей, напротив, расплылся в широкой глуповатой ответной улыбке.

– А Вы сами-то как без пароля? – решила уточнить Маруся, на всякий случай напомнив о своём здесь присутствие. – Ну там, повернись ко мне передом, к лесу – задом…

– О, это спецэффекты для туристов, – отмахнулась та небрежно, вновь возвращаясь взглядом к Елисею. И этот взгляд Марусе ну вот совсем не нравился! – Знаете, люди, попадая в сказку, всегда ждут чего-то эдакого… Вот, например, думаете, мне нравится жить в этой избушке?

– Ну, а что? – тут же спохватилась Маруся. – Чистенько так, уютненько, в стиле «кантри»…

Ягиня Никифоровна опалила её неприязненным взглядом.

– Вот. А я джакузи хочу, и бассейн среди пальм, – тяжко вздохнула деканша. – Но ради дела… В общем, наслушались вы и так лишнего, ребятки…

И глаза её, загоревшись зелёным блеском, коварно блеснули.

– Вы что, убьёте нас?.. – запаниковала Маруся.

– Как можно?! – наигранно возмутилась Баба Яга. – Просто сотру вам память…

– Сотри, сотри! – тут же подхватила вредоносная скотинка на её плечах, и глаза его блеснули тем же зелёным блеском. – Нечего тут всяким шастать, да в дом чужой заглядывать!

– Протестую! – заорала Маруся во всё горло.

– Поддерживаю! – глядя на неё, подхватил Елисей.

И они, встав спиной к спине, приготовились к рукопашной.

Ягиня Никифоровна, театрально возведя глаза к деревянному потолку, кажется, начала терять терпение. Кот её при этом предупреждающе зашипел. Картина могла бы показаться комичной, если бы не была такой устрашающе-печальной.

– Вы правда думаете, что сможете выстоять против меня? – Яга повернулась к ним спиной, всем своим видом показывая, что не боится. – К тому же, ни о какой учёбе на моём факультете отныне речи идти не может, если хоть один из вас на него собирался. Вы же это понимаете?

– Ну, я-то точно прикладной магии учиться не собирался! – хмыкнул Елисей. – Если уж кого и прикладывать, то лучше дубиной! Оно так надёжнее будет!

Но Ягиня Никифоровна шутку не оценила. Подняв руку раскрытой ладонью вверх, она произнесла что-то короткое и очень меткое, и в тот же миг Елисей повалился на пол, связанный невидимой верёвкой. Да, и ещё у него кляп торчал изо рта, а глаза испуганно вращались, словно он призрака увидел.

Маруся уже было открыла рот, чтобы это возмущённо прокомментировать, но её сразу же постигла та же самая участь, и теперь они уже вдвоём, как два бесполезных кулька, валялись на полу, тараща друг на друга глазища.

– Куда их? – равнодушно спросил Василий. – Запечь, сварить или…

– Василий Обормотович! – ласково пожурила его Ягиня. – Ежели мы всех абитуриентов съедать будем, то, надо полагать, учиться у нас просто некому будет…

– Эх, а мне так свежего мяска хотелось, – кот разочарованно покачал головой, но был вынужден согласиться. – Тогда что прикажете?

– Девчонку – в чулан, а с мальчишкой… с мальчишкой я сама разберусь! – произнесла деканша и хитро так заулыбалась, посматривая в сторону Маруси, которая запаниковала бы ещё больше, если бы могла.

Но пока что все её возможности были ограничены той самой прикладной магией, которой она здесь собиралась учиться. И на факультет которой, судя по всему, ей уже было не попасть.

Эх, а она так надеялась и верила! Так ждала. Хотя, ведь это был не единственный факультет в академии Тридевятого царства, а потому надежда найти жениха в её стенах была ещё жива.

«Василий Обормотович», как назвала своего фамильяра Ягиня Никифоровна, долго церемониться не стал. Подцепил когтями её платье, да потащил в ту сторону, куда ему было велено, то есть, в чулан. И ведь силы у него откуда-то были такие, что удавалось ему это без особого труда! А после запихнул в узкое тёмное помещение, усадив на какое-то ведро деревянное, и надменно произнёс:

– Вот, посиди, о поведении своём подумай!

И со всего размаха так хлопнул дверью, что Марусе на голову ещё что-то сверху приземлилось. И этим «что-то» оказалась метла, которую она со страху отшвырнула от себя.

– Ай! – воскликнула она, потирая ушибленное место, и в тот же миг заткнув рот себе ладонью. После удара чары рассеялись, она снова могла говорить и двигаться, вот только выдавать это раньше времени не хотела.

И, как всегда, это бывало в ситуации стресса, мысли её заработали в нужном направлении, пытаясь понять, как отсюда выбраться, да Елисея из лап деканши спасти.

Вот только как это сделать, придумать никак не могла…

Глава 26

Едва Ягине Никифоровне удалось отвязаться от Маруси, как та, щёлкнув пальцами, избавила Елисея от невидимых пут и, несмотря на кажущуюся женскую хрупкость, в два счёта поставила его перед собой на ноги, ухватив за грудки.

Тот тут же принялся отряхиваться и искать взглядом ходы к побегу, но деканша, не сводя с него глаз, лишь снисходительно улыбалась.

– Любишь её? – спросила она плавно, нараспев, попытавшись коснуться его щеки.

Только Елисей, ловко увернувшись от её тонких пальчиков, попятился назад.

– Кого?! – оторопело спросил он, не поняв тонких намёков вероятно будущей преподавательницы, на что та вновь театрально закатила глаза.

– Подругу свою. Марусю, – улыбка её была сладкой-сладкой, слова срывались с губ нежной песней, да и сама Ягиня Никифоровна, несмотря на явно почтенный возраст, который явно скрывала под молодой личиной, была ещё ничего.

Но Елисея все эти фокусы слабо волновали. Выбраться бы поскорее, да Марусю из беды вызволить. Знает он этих магичек! Захмурят, задурят и поминай, как звали! Маруся же была другим делом. Нравилась она ему так, что зубы сводило. И глаз иногда дёргался. В хорошем смысле слова.

Конечно, девица была не простой, но простые Елисею никогда и не нравились. Или он попросту того времени не помнил, когда девицы ему перечили. Обычно все, как одна, в рот смотрели, да любви жаждали. Не простой там трали-вали, а такой, чтобы сначала под венец. А под венец он пока был не готов. Куда жАниться-то неучёному? Академией грезил, овладением там разными видами искусств боевых, а, возможно, и магических. Но с Марусей он хоть сейчас был готов обвенчаться, лишь бы не отдавать её этому зелёному с четырьмя головами, да выскочке царевичу Пересвету.

Но та пока что его взглядов не разделяла. То ли был он ей не люб, то ли не видела она, как он по ней на корню сохнет. Всё про каких-то женихов твердила, как будто не понимала, что тот единственный прямо перед ней, и готов до конца жизни сносить её безумные выходки, да слушать непонятные словечки. Будто не понимала, что никому – никому-никому он её не отдаст!

– Вижу, что любишь, – с какой-то потаённой грустью в голосе выдала Ягиня. – Что же, я помогу тебе избавиться от этого скверного чувства. А взамен…

– Чего?! – взревел Елисей, но та так неожиданно и так быстро оказалась в его объятиях, что он и удивиться не успел, как схлопотал поцелуй. Да не абы какой, а самый что ни на есть страстный! С языком и прочими не лицепристойными для декана факультета подробностями.

– Ммм, ммм, ммм, – замычал Елисей, теперь уже испугавшись не на шутку, пытаясь избавиться от навязчивой деканши.

И в конце концов, ему это удалось.

– Не подходите! Я буду жаловаться! – закричал он, вырвавшись из жаркого плена настырно обнимавших его рук.

– Кому? Кощею? – промурлыкала коварная соблазнительница. – Ну-ну, попробуй… Ещё пара таких моих поцелуев, и ты забудешь обо всём: и об академии, и о Кощее, и о Марусе… И всё, чего будешь желать, так это моих поцелуев. Чувствуешь? Уже начало действовать?

Елисей не шибко понимал, о чём она тут бормочет, но, прислушавшись к себе, вдруг ощутил на языке сладкий вкус какого-то лекарства. «Точно, отрава!» – подумал молодец в тот момент, уже не впервые пожалев, что не остался сражаться с чучелами на улице.

Они, по крайней мере, били, а не соблазняли. И ничего не требовали взамен. А тут… Эх! Голова, кажется, начала подкруживаться, а ноги слегка обмякли.

Ягиня Никифоровна, наблюдая за ним очень пристально, тоже заметила эти изменения. А потому, вновь приблизившись к нему, ухватила Елисея за шиворот, и как несмышлёного котёнка поволокла в сторону опочивальни. Тот не сильно сопротивлялся в силу своего бедственного положения, но увиденное в спальне любвеобильной ректорши повергло его в небывалый шок.

Навстречу им в глупейших непристойных нарядах вышла парочка добрых молодцев с таким же затуманенным взором, наверное, как и у него самого…

– Мальчики, подготовьте новенького, – небрежно приказала им стерва Ягиня. – Сегодня он мой и только мой!

Худшего развития сценария Елисей и ожидать не мог! Только не это! Стать игрушкой в постели ненормальной деканши в его планы совершенно не входило. А потому он, несмотря на парализовавшую его слабость, принялся активно сопротивляться.

Но добрые молодцы с затуманенным взглядом глупых вопросов не задавали и бездумно делали то, что им приказали. Их лица ничего не выражали, и вообще, были бесчувственны, как у живых мертвецов. И тут Елисей сообразил, что останься он здесь хоть ещё на немного времени, то станет одним из них. А этого допускать было никак нельзя. Он встал в боевую стойку, не желая подпускать к себе этих порождений зомби-апокалипсиса, но и силушки у них было ого-го! Парень пытался драться, и даже кусаться, но они словно не чувствовали боли, подхватив его под белы рученьки и потащив в сторону чана с бурлящей водой.

– Да, и натрите его каким-нибудь маслом! – продолжала давать распоряжения Ягиня Никифоровна, направляясь к двери. – А то от него кроме как потом, да той девчонкой, больше ничем и не пахнет!

Это было уж совсем каким-то беспределом…

– Маруся! – закричал Елисей так громко, словно её имя, как заклинание, должно было прибавить ему сил.

И ведь это сработало! Ибо через несколько секунд, вышибив дверь на полном ходу, ворвалась Маруся, летящая в какой-то ступке, да грозно размахивающая веником…

Глава 27

Маруся всё ломала голову, как ей отсюда выбраться. Сидеть в тёмном чулане откровенно надоело, да и вспоминая прочитанные в детстве сказки, подозревала она, что этим не обойдётся. Скорее, девушка сейчас была вкусным припасом на зиму – сожрут и не подавятся эти двое подельников – рыжая стерва и её лохматый прихвостень.

А ей ещё Елисея из плена вызволять надобно…

Так и сидела она на каком-то перевёрнутом деревянном ведре, пока не уловила едва заметное движение перед глазами. Замерла, настороженно изучая противника, и интуиция её не подвела. Прямо перед носом девушки, спускаясь на тонкой, едва заметной паутинке, висел паук, перебирая своими маленькими мерзкими лапками.

Сердце Маруси забыло в тот миг, как биться. Ну не складывались у неё отношения с паукообразными даже в своём мир. А от сказочных чего ожидать было, она даже не представляла. И уже набрала побольше воздуха в грудь, чтобы закричать, но вовремя вспомнила, что кричать было нельзя – Ягиня услышит.

А потому, нащупав рукой свалившуюся на неё метлу, про которую она внезапно вспомнила, Маруся превратила её в оружие, замахнувшись на восьминогого супостата. Паук, что-то заподозрив и, вероятно, не ожидая от девушки такой подставы, попробовал ретироваться, быстро зашевелив лапами вверх. При других обстоятельствах, шансов у него почти что не было. Вот только Маруся была тем ещё бойцом, и, не рассчитав угол замахивания руки, свалилась со своего места спиной назад, ударившись об пол. Паук же тем временем благополучно завершил свою миссию, и, пока девушка поднималась, вспоминая про себя все слова русского народного бранного фольклора, благополучно скрылся из виду.

– Ух, я тебе покажу! – погрозила она кулаком в пустоту, другой рукой потирая ушибленные бока. – И тебе тоже…

От досады она пнула деревянное ведро, на котором до этого сидела. От удара оно перевернулось, издав определённый шум и вызвав интерес у Маруси. Как оказалось, ведро было вовсе не ведром – ступой, то есть транспортным средством, которым, по сути, должна была обладать каждая уважающая себя Баба Яга. Которой, наверное, Ягиня Никифоровна и являлась.

Дальше взгляд её метнулся к метле, что она выронила в процессе падения, и мысли её теперь потекли по нужному руслу. Подобрав метёлку, она забралась в ступу, и вновь крепко задумалась. Как-то же она должна была летать?!

И тут ей на ум пришёл фрагмент любимого мультика из детства – «Летучий корабль». У героя там тоже были пробелы в знаниях по поводу вождения воздушного транспортного средства, которые он благополучно сумел решить. Почему бы и ей не попробовать, произнеся заветные слова? Как же там было…

Маруся, покрепче сжав метлу и зажмурившись, тихо проговорила про себя заветные слова. Она явно сейчас понимала, что чувствовал Юрий Гагарин, впервые собираясь в космос. И даже если её первый полёт не сулил быть удачным, всё же мероприятие это было волнительным и интересным.

– «Земля, прощай. В добрый путь!» – наконец, решилась произнести она вслух.

И в тот же миг ступу затрясло.

Мамочки!

Заревев, её новая «тачка» затряслась, и, пробурчав как мотор автомобиля, вдруг сорвалась с места, едва не выронив девушку из себя. Только чудом Маруся удержалась «в седле», схватившись мёртвой хваткой в бортик воздушного судна, что, недолго думая, вышибло дверь чулана, понеся Марусю в…

А куда оно, кстати, её несло?! Девушка только сейчас поняла, что неплохо бы было вначале изучить инструкцию к этой штуке, потому как ни убавить скорость, ни остановить, ничего прочего она не умела. И даже не видела, чем эта ступка должна была управляться.

Однако та летела по избушке на курьих ножках, как бешеная, никуда не врезаясь, но и не придерживаясь никакого маршрута. А потому как места здесь было весьма ограничено, ступка виляла взад и в перёд, и Марусю от таких виражей уже начало подташнивать.

– Остановись! Подожди! – не выдержав, уже в полный голос взмолилась Маруся. – Мне Елисея найти нужно, если знаешь, как это сделать – помоги, пожалуйста!

И вот, на первый взгляд вроде бы безмозглая деревянная вещица, вдруг перестроила свой маршрут, и понесла её в другом направлении – Маруся очень надеялась, что в нужном. Дверь в ту комнату тоже оказалась закрытой, но это не могло остановить свободолюбивую ступку, не терпящую ограничения свободы и пространства. И вот они ворвались туда, где двое каких-то упырей в весёленьких костюмах, истязали и мучили её Елисея!

– Прочь! – завопила Маруся, чувствуя уже единение с этим чудесным транспортным средством. – Елисей! Я спасу тебя! Забирайся быстрее!

– Маруся! – радостно воскликнул Елисей.

Ей даже удалось притормозить, но парниша был словно варёным. Зато те двое зайчиков-зомбарей, что держали его, бездумно двинулись на неё, вероятно, желая сразиться.

Вот тут-то и настал звёздный час метлы в руках девушки, и на этот раз свой шанс она не упустила. Надавав этим двоим по холёным рожам, Маруся помогла Елисею забраться в ступку, и уверенно приказала своей новой «тачке» с голосовом управлением:

– Трогай!

И та, не раздумывая, выбила ближайшее окно вместе со ставнями, вынося их на волю-волную, свежий воздух и подняв над густым лесом, понесла обратно на территорию академии.