Текст книги "Хозяйка Королевской Кухни. Ножом и вилкой! (СИ)"

Автор книги: Мария Ерова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 21

Я знала, что Матильда подразумевала под словом «как следует», а потому ни коим образом не хотела в этом участвовать. К тому же, я страшно хотела спать, ведь через несколько часов мне опять предстояло вернуться на кухню, а потому я вновь улеглась, пытаясь закрыться подушкой и одеялом. Но куда там! Рыжая бестия одним рывком сорвала с меня всё это, заставив поёжиться от прохладного ночного воздуха.

– Вставай, говорю! Не время спать!

– Отстань, – я вновь натянула одело себе на плечи. – Мне снился такой чудесный сон, а ты…

Я соврала лишь для того, чтобы она отстала. Но Матильда была бы не собой, не будь у неё настырности и упрямства, как у ста тысяч ослов. Как это всё могло поместиться в одной рыжей кошке, я ума не могла приложить. Но такой феномен существовал, и, более того, он даже являлся моим фамильяром.

– Небось опять во сне о своём атартце мечтала! – недовольно начала бренчать она. – Я вижу, как ты на него смотришь! Вижу, как слюни пускаешь несмотря на то, что он наш враг!

– Да не на кого я слюни не пускаю! – начала оправдываться я, почувствовав укол совести – всё же Матильда отчасти была права.

– Не ври мне, несчастная! – тут же отреагировала Мати. – Но не бойся! Я избавлю тебя от него, сохранив за тобой статус верной исхинки и место хозяйки королевской кухни! Для начала я разберусь с его фамильяром, а потом займусь и хозяином!

Эти угрозы могли бы звучать смешно, вот только я знала, что моя стервозная кошечка говорит искренне и от души.

– Собирайся! – гаркнула она, чуя, что моя непоколебимость дала трещину. – Сделаем это вместе! Как же хотелось спать! И всё стоило присмотреть за этой вредной кошкой, ведь прямо сейчас она собиралась натворить ещё больше глупостей! Пришлось вставать. Благо, я уже была одета, и то, что платье моё было помято, мало меня волновало. Нужно было просто пережить этот момент, чтобы в нужный миг схватить свою верную, но порой неуправляемую, подельницу за шкирку, и утащить обратно в комнату. Я даже готова была её вновь превратить в чучело – она соглашалась на это добровольно только будучи в дороге, но мне хотелось сохранить те крупицы магии, что могли мне понадобиться на завтрашнюю готовку. – Откуда ты только всё это знаешь? – не выдержала я, высказав своё мнение. – Кто куда ходит, откуда приезжает?! Не спится тебе спокойно… – У меня своя система получения информации, – уклончиво ответила Матильда. – Да и не важно это сейчас. Ещё одного представителя кошачьих на кухне я не потерплю! – Ах, вот оно в чём дело… – зевнула я. – Тебе не кажется, что ты существенно перегибаешь палку? – Это дело принципа! – возразила рыжая бестия. – И пока мы тут разговариваем, эта наглая кошачья морда всё глубже пробирается в королевский дворец, чтобы воссоединиться со своим хозяином! Её пламенную речь оборвал стук в дверь, и мы обе замолчали, прекратив пререкаться. – Кто это? – прошептала я, скосив глаза на кошку. – Ты ждёшь гостей?

Но та столь же растерянно пожала плечами.

– Нет. Но сейчас в два счёта их выпровожу…

– Стой! – я выронила расчёску из рук и, запутавшись в платье, свалилась с кровати, пытаясь остановить агрессивного фамильяра.

Ведь она запросто могла сейчас наброситься на любого, кто потревожил наш ночной (не)покой!

Но Матильда замерла – держу пари, с открытым ртом, потому что, едва она распахнула дверь, то больше не сделала ни единого движения, словно её внезапно парализовало.

– Прошу прощения за поздний визит, – услышала я невероятно бархатный мурчащий голос ночного визитёра. – Возможно, я ошибся комнатой, но я разыскиваю мэтра Конрада. Не может ли такая прелестная киса подсказать мне, усталому одинокому путнику, где он находится в этом огромном королевском дворце?

Но прелестная киса, кажется, даже язык проглотила, и я искренне испугалась, что её сердечный приступ скрутил. Хотя так, наверное, и было… Этот кот был чертовски обаятелен, галантен, красив и совершенно обезоруживающе вежлив. Высокий – будучи стоявшим на задних лапах, должно быть сиамской породы, ибо характерный бежево-коричневатый оттенок и голубые обольстительные глаза тут же выдали его родословную с потрохами.

– О, простите, я не представился… – он снял с головы шляпу, чтобы поклониться моей рыжей феминистке и торжественно произнести. – Пиджи, фамильяр и верный помощник мэтра Конрада…

Матильда не реагировала. Оглохла она, что ли? Нужно было спасать положение, и я, наконец, решилась покинуть своё «убежище».

– Здрасти! – по-простому воскликнула я, забыв о том, что это просто кот, а я претендентка на уважаемую должность хозяйки королевской кухни. – Я – Мирабэлла, а это – Матильда. Мааааатильда?! Поздоровайся!

– О, ещё одна прелестная леди! – на этот раз поклон галантного кота предназначался мне. – Возможно, тогда Вы сможете мне помочь?.. И подсказать, где находиться мой дорогой хозяин…

– Конечно! Он…

– Я провожу! – Матильда гаркнула так, что мы оба – и я, и кот Пиджи, вздрогнули.

Отмерла, значит, паразитка…

И схватив не ожидающего такой дерзости кота за лапу, потащила его в покои напротив, забарабанив лапой в соседнюю дверь.

Через некоторое время послышались шаги, и дверь распахнул такой же сонный, как и я, мэтр Конрад.

– О, Пиджи! – обрадованно воскликнул он, потягивая своему пушистику обе руки. – Ты прибыл?

И, о боги, как же он был красив в ночных кальсонах и пижамной рубахе, распахнутой на груди! Я сумела скрыться за собственной дверью в последний момент, но, кажется, атартец меня всё же заметил.

Что происходило дальше, я уже не видела. Матильда вернулась в нашу комнату, молчаливая и растерянная, словно внезапно заболела. А я решила отплатить этой нахалке, разбудившей меня среди ночи, её же монетой:

– Слюну подотри, несчастная! – бросила я, наблюдая, как та медленно поворачивается мою сторону. – Да! Я всё видела! Всё видела!

Но та понуро опустила свой взгляд в пол.

– Помолчи лучше, – резко бросила она мне. – Не видишь? Моё сердце разбито!

– Что? Вот так с порога влюбилась в этого смазливого кота? – подначила её я.

– Дело не в этом, – философски произнесла она.

– А в чём?

– В том, что это атартцкий кот. Горе! Горе на мою рыжую голову…

Глава 22

– Борщ! – рявкнул королевский управляющий, и мы с Матильдой, сонные и совершенно невыспавшиеся, подскочили на своих местах.

Кухарки, окружавшие бодрого и весёлого мэтра Конрада, издевательски захихикали. Но сейчас нам было на это всё равно. Нужно срочно было вливаться в готовку.

Приготовление завтрака прошло как во сне, а потому всё же пришлось применить самую кроху магии под недобрые взгляды атартца – я видела, он еле сдерживался, чтобы не высказать вслух всё, что он обо мне думает. И только моя палочка-выручалочка в виде глубокого декольте успешно направляла его мысли в нужное русло, не позволяя выплеснуть на меня негативные эмоции.

Признаться, я и сама то и дело отвлекалась на этого мужчину, забывая напоминать себе, что по-прежнему мы враги. И дело уже даже было не в нашем происхождении. Просто мужикам нельзя быть такими красивыми. Вот совсем, на законодательном уровне – надо напомнить королю внести соответствующий законопроект. Разве это дело – отвлекаться на них во время готовки? Так и главное блюдо испортить недолго, а оно, заметьте, самое важно на банкете! Да и вообще…

К счастью (или сожалению) та же участь постигла Матильду. Сегодня она была непривычно спокойной, даже угнетённой, и взгляд её то и дело тянулся к Пиджи – тот с достоинством приняв все девичьи нежности и тисканья, происходившие с помощью кухонных помощниц атартца, поправил свой скромный фартучек и принялся за дело наряду со своим хозяином, почти не обращая на нас внимания.

Но я слишком хорошо знала Матильду, чтобы обманываться её затянувшимся спокойствием. Вот почему мне не мог достаться такой уравновешенный и спокойный фамильяр, какой достался атартцу?!

– Борщ! – запыхавшаяся Люсинда – единственная из нас пребывающая в бодром состоянии, поставила передо мной огромную кастрюлю с водой.

Когда только набрать успела?

– Мирабэлла, борщ! – как глупенькой повторила она мне. – Следующее блюдо для Его Величества!

– Да, конечно… – протянула я, ещё не отойдя от овощного ризотто, которое возжелал сегодня на завтрак Анфитис Третий.

Ещё были оладьи со сгущёнкой, маковые шарики и молочный коктейль «Маленькая фея» с добавкой из ванили. Ей-богу, у меня иногда складывалось ощущение, то я претендую на место повара в детском саду!

– Овощи закончились! – ахнула Люсинда. – Нужно сбегать в кладовую!

Я кивнула, предоставляя ей свободу действия в данном вопросе.

А сама ухватилась за края кастрюли.

Боги! Она оказалась неприподъёмный!

– Матильда, – позвала я свою верную помощницу. – Ну-ка подсоби…

Но как мы с ней не кряхтели, сдвинуть кастрюлю с места всё не получалось. И как её только Люсинда в одиночку сюда доволокла?! Просто чудо-женщина! Но её сейчас здесь не было.

И тут у меня в голове пронеслась шальная мысль. Расправив свою униформу, выпрямившись в полный рост, я позвала атартца по имени томным голосом.

– Мэтр Конрад, – тот удивлённо обернулся под неодобрительные взгляды своего фан-клуба.

– Я Вас слушаю, мэти Мирабэлла.

– Не могли бы Вы… донести эту кастрюлю до печи…

Ох, сколько гордости, даже, я бы сказала, злорадства, появилось в его глазах, когда он услышал эти слова. Держу пари, он ощутил себя в этот момент богом кухни, и всё лишь потому, что от природы имел более сильные мускулы, чем я, потому что был мужчиной!

– Надо полагать, это Ваше первое желание, мэти Мирабэлла?..

Ох, а о желаниях я уже успела забыть! Хорошо, что напомнил… мерзавец!

– Я надеялась на Вашу мужскую честь, – с вызовом произнесла я.

– Напрасно, – отчеканил тот в ответ. – Не забывайте, мы по-прежнему претенденты на одно весьма вакантное место, а потому, если Вы сама не в силах справиться с поставленной задачей, то Вам не место на королевской кухне…

Я почувствовала, что вспыхнула аж до кончиков и без того огненных корней волос.

– Ах ты паштет с яйцами! – не выдержала я, притопнув ножкой.

А мэтр Конрад, не ожидав от меня такого словесного обозначения в свой адрес, буквально потерял дар речи в оцепенении – совсем как Матильда ночью, внезапно втрескавшись в его кота! Но меня было не остановить!

– Не нужна мне твоя помощь! – хватаясь за ручки кастрюли. – Сама я справлюсь! А желания… о, будь уверен, я применю их самым лучшим образом! Но когда придёт время!

– А ты… ты…, – как же ему хотелось придумать обзывательство под стать моему – обидное, но в то же время меткое. Вот только то ли скудоумие, то ли воспитание сделать атартцу это не позволяли.

– Ну?! – потребовала я, высекая ответные молнии из глаз – и мы были уже настолько близко, что могли бы вцепиться друг другу в лицо. – И кто же?!

– Конрад, прошу… – мудрый Пиджи, приобняв пухлой лапкой своего хозяина, буквально оттянул его в сторону за ногу. – Успокойтесь! Давайте мы все успокоимся!

– Твой хозяин первый начал! – ни к месту оживилась Матильда.

Вот она, влюблённая дурочка вместо того, чтобы глазки строить объекту своего обожания, она готова была пасть ему порвать в знак своей «любви».

– Не спорю, – развёл лапы в стороны мудрый фамильяр атартца. – Давайте на этом и остановимся. Давайте возьмём себя в лапы… эээ, руки! Помните? Борщ! Его не сварить за пару минут. И тогда…

Это и впрямь помогло нам всем остыть и если не успокоиться, то хотя бы сделать вид, что всё более или менее устаканилось. К этому времени вернулась Люсинда, несшая в обеих руках две корзины с овощами – морковью, картошкой, луком и свёклой. Она без особого труда перетащила кастрюлю в печь, за что я была ей несказанно благодарна. А после она отвела меня в сторонку, чтобы сообщить на ухо:

– Мира, – прошептала она. – Скажу по секрету, король предпочитает борщ из зайчатины. Это будет твой козырь в этом нелёгком сражении…

– Но… где же я её сейчас возьму? – я взглянула на девушку вопросительно.

– В одной из корзинок, прямо под свёклой. Старайся не привлекать к этому внимание…

– Что бы я без тебя делала! – я едва подавила в себе желание наброситься на девушку с объятиями.

– Отблагодаришь потом… – улыбнулась та. – Например, организуешь мне свидание…

– По рукам! – улыбнулась я. – А теперь – в бой!

Глава 23

Вымочив мясо в воде, разделавшись с плёнками и жилами, я попросила у несчастных загубленных ради королевской трапезы существ прощения, и погрузила тушки в воду. Матильда протянула мне несколько уже очищенных луковиц, смешно сморщив носик.

Она терпеть не могла запах лука, хотя в целом к пряностям относилась терпимо. – Для бульона, – зачем-то пояснила она, по-прежнему глядя в сторону Пиджи. Люсинда, искупав овощи в холодной воде, принялась за их чистку, и, наверное, стоило ей в этом помочь. Схватив в руки нож для чистки овощей, за неимением избытка магии, которую можно было бы пустить на эту нудную работу, я принялась избавлять корнеплоды от шкурки, совсем как в старые добрые времена, когда магия кулинарии ещё не была мне подвластна. – Что это с ней? – шепнула Люсинда, многозначительно кивнув в сторону рыжей бестии. – Влюбилась. В фамильяра мэтра Конрада, – тяжко выдохнула я. – Ааа, – понимающе протянула та. – Похоже, у нас здесь команда безнадежно влюблённых. – А кто ещё? – начиная что-то подозревать, но не подавая вида, невинно спросила я. – Я. – Люсинда тяжко вздохнула. – И ты, Мира… – Я?! – почти неподдельно возмутилась я. – И в кого же по твоему мнению я безнадёжно влюблена?! – В мэтра Конрада, – ни капли не смущаясь, ответила девушка. – Все об этом только и говорят… Если бы я пила в этот момент воду, то обязательно бы поперхнулась. Но у меня в руках был нож, и я, на секунду впав в душевное смятение, сама не заметила, как черкнула им по пальцу вместо жесткой кожицы круглой картофелины. – Ой! Этот мой вскрик привлёк к себе внимание всех без исключения. Честно, я никого не хотела пугать или отвлекать от работы, ведь это была просто царапина, из которой уже выступило несколько капель крови. Но атартец, наряду с остальными повернувшийся на мой голос, вдруг пошатнулся, его глаза закатились, а тело рухнуло вниз. Это было так неожиданно, что я, выпучив глаза, просто смотрела на эту картину, не зная, что и делать. Кухарки всполошились словно куры, они что-то кричали, махали руками, но толку от них не было от слова совсем. И только Пиджи, славный добрый Пиджи, быстренько подбежал к хозяину, сунув тому под нос небольшой пузырёк с какой-то подозрительной дурно пахнущей жидкостью – этот «аромат» в считанные секунды достиг и нас, вызвав резь в глазах и щекотание в носу. Когда мэтр Конрад открыл глаза, я быстренько спрятала окровавленный палец за спину, а Матильда, не желая отставать от фамильяра атартца, подорвалась тут же его мне перевязывать. Но мой собственный палец волновал меня сейчас меньше, чем состояние мэтра Конрада. При одном пристальном взгляде в его сторону было ясно, что ему было ужасно стыдно, а ещё он боялся, что я, сорвавшись с места, побегу рассказывать о его маленькой слабости Его Величеству. Надо ведь! Большой и сильный мужчина, претендующий на звание главного повара, боялся вида крови!

И я уже была на низком старте!

Не знаю, что меня держало – момент приготовления королевского борща или умоляющий взгляд мужчины, всё ещё полулежащего на полу нашей пока ещё общей кухни. И в моих намерениях мэтр Конрад, кажется, не сомневался.

– Мэти Мирабэлла, умоляю! – прошептал он одними губами. – Ещё одно желание… С меня.

Тоже мне, золотая рыбка нашлась! Но закабалить атартца ещё больше оказалось слишком заманчивым предложением. Ведь теперь, в совокупности, он должен был мне целых три желания, которыми я могла воспользоваться по своему усмотрению!

Я подошла к нему, протянув руку. Он взял её в свою – и магия скрепила наш магический договор розовой дымкой и уже ставшим привычным треском, отчего кухню наполнили тяжкие вздохи и оханье.

– Только впредь, пожалуйста, будьте аккуратнее с ножом, – просил мэтр Конрад, искренне заботясь о моём, и ещё больше о своём, самочувствии.

– Я буду стараться, – улыбнулась я, возвращаясь к своим неочищенным овощам, на ходу шёпотом обращаясь к своим помощницам – Люсинде и Матильде. – И вы тоже – молчите! Слышите?! Никому ни слова!

…Час на плите – и кроличье мясо было готово. Ароматный бульон шипел, булькая миллионом пузырьков, когда я извлекла крольчатину на блюдо, попутно достав шумовкой вываренные луковицы. Прозрачный, чуть загустевший – всё как я люблю. Сейчас в него отправилась порезанная кубиками картошка и лавровый лист, а на уже подготовленную Люсиндой сковороду с жиром – натёртые на тёрке морковь и свёкла с небольшой ложечкой столового уксуса. Лук я любила мелко резать – глаза слезились, но не так, как если бы его нужно было натрать на тёрке. Пяти минут оказалось достаточно, чтобы пассеровка удалась, и пришла очередь свежеприготовленной томатной пасты и совсем небольшого количества бульона, после чего эта часть работы осталась завершённой.

Пока варился картофель, я очень аккуратно нарезала мясо кролика, после чего вернула его обратно в кастрюлю. И уже потом добавила туда же всё содержимое сковороды – заправка получилась отменной! Осталось только посолить, приготовить мелко рубленую зелень и сметану в пиалах – но это уже была работа подавальщиков.

Я же осталась весьма довольна своей работой. То есть, нашей работой – ведь я старалась не одна.

Покосившись на атартца, трудившегося за соседним столом, я вновь поймала на себе ответный взгляд. Он тут же отвернулся, и всё же я заметила, что наблюдал он отнюдь не за моей готовкой, присмирев после недавнего происшествия. Даже его фанклуб притих, молчаливо выполняя все требования большого босса – и всё же на этот раз я полностью была уверена в своей победе. И мне даже стало немного жаль этого красавчика…

Но зато это добавляло плюсов в мою личную копилку и поднимало самооценку! А ещё дарило отличное настроение! Можно сказать, я уже была счастлива, и теперь мне хотелось, чтобы и все вокруг тоже были счастливы!

– Люсинда! – позвала я одну из своих верных помощниц. – Что ты там говорила о свидании?..

Глава 24

– Люсинда! Голову выше! Ну же! Виляем попой!

Я уже вспотела, пытаясь наставить девушку на путь истинный, который неизменно должен был привести её к счастью. Она старалась как могла, но привычка носиться сломя голову как ужаленный осой бегемот была практически неистребима. Надо было отдать Люсинде должное: она обладала всеми качествами, способными затащить любого мужчину в постель. Любого, кто любил пышные формы, а не жёсткие очертания вяленой воблы. Вот только пользоваться этим она абсолютно не умела, а потому страдала сейчас от неразделённой любви к одному из двух на мой взгляд совершенно одинаковых подавальщиков.

Но любовь зла, и их девушка как-то да отличала. Вернее, она даже утверждала, потому что Жорж (объект её любви) абсолютно не был похож на Сержа (на мой взгляд, абсолютную копию первого). Я даже поинтересовалась, а уж не братья ли они близнецы? На что Люсинда откровенно рассердилась и долго читала мне лекцию на тему того, что за своим зрением нужно лучше следить и беречь его как свежевыжатый сок лайма – или что-то в этом роде.

Пришлось даже перебить её, ведь был уже самый конец рабочего дня, и если раньше готовка с магией приносила мне лишь приятную и довольную усталость, то сейчас, когда использовать магию в полной мере не представлялось возможным, я была просто вымотана и ужасно хотела спать.

Но обещание, данное Люсинде, я должна была выполнить.

Конечно же, это не было делом одного часа. И если моя помощница была морально готова к этому свиданию, то с чисто физической точки зрения дело было дрянью. Ведь каждая девушка, даже не обладавшая от природы такой изящной фигурой как, скажем, моя, должна была уметь преподнести себя как самое изысканное блюдо, не важно, было ли оно основным или выполняло роль десерта.

– Не секрет, что в кулинарии внешний вид блюд играет не последнюю роль, – начала я издалека, но с темы, близкой самой Люсинде. – Скажем, если ты не смажешь пирожки белком яйца перед тем, как поставишь их на противне в печь, то они не получатся такими румяными и красивыми на первый взгляд. Даже если, откусив кусочек, ты поймёшь, что это самые божественные пирожки на свете! Так ведь?

Та, внимательно выслушав меня, кивнула головой.

– Только я не понимаю, причём здесь я и пирожки…

– Так же и с тобой, – терпеливо продолжила я. – Нужно представить себя пирожком, и…

– А! Поняла! – воскликнула Люсинда, захлопав в ладоши. – Нужно полить себя сырыми яйцами? И тогда Жорж полюбит меня?!

– Нет! – мои глаза сами собой закатились в театральном жесте. – Если ты польёшь себя сырыми яйцами, то можешь потом попрощаться со своими волосами. А это нам совсем не нужно. Если уж хочешь выглядеть вкусно и соблазнительно, то используй клубнику со сливками…

– А тогда что делать с яйцами?! – не поняла она.

– Оставить их в покое! – не выдержала я, правда, тут же успокоившись. – Яйца мы оставим пирожкам, которые отправляются в печку. Им это идёт, а девушкам вроде нас – не очень. Так о чём я… О! О сервировке…

– Так вроде разговор был о пирогах…

– Оставь их уже в покое! – вновь перебила её я. – Я говорила о том, как важно преподнести себя в глазах мужчины… Неважно, с чем ты ассоциируешь себя, с румяным пирожком или отличной сервировкой стола – магия любви мало чем отличается от магии кулинарии. Важно, чтобы объект твоей страсти в конце концов захотел это съесть – блюдо, приготовленное тобой или тебя саму – ту, в которой он увидит основное блюдо своей жизни…

Кажется, мои слова абсолютно запутали несчастную девушку. Люсинда нахмурилась так, что я начала подозревать, что эта тема вызывает у неё сейчас жуткую головную боль. Значит учитель любовной науки из меня получился так себе, хотя в этом упрекать меня не стоило – всё же в первую очередь я была отличным поваром, а не соблазнительницей. Вот только я словно с рождения знала всё то, что сейчас говорила несчастной Люсинде. И от мужчин у меня отбоя не было, вот только… В любви-то мне до сих пор не везло!

Но, с другой стороны, до неё ли мне было?! Я не собиралась в ближайшее время влюбляться и обзаводиться семьею. Моей целью было место хозяйки королевской кухни, а всё остальное могло подождать.

– Смотри!

Я вскочила, расправив платье и плечи, выставив вперёд свою гордость – и глубоко вздохнула. В маленьком парке, где проходили наши «занятия», вряд ли бы мог кто-то нас подслушать или увидеть, и потому я вела себя достаточно раскрепощённо, движимая искренним желанием помочь подруге обрести личное счастье.

Люсинда с жадностью ловила взглядом каждое моё движение, мотая на ус и стараясь запомнить плавность движений, походку, взгляд.

Вздернув нос, я пошла что называется походкой от бедра, при этом едва шевеля открытыми плечами – благо, платье для вечерней прогулки я выбрала подходящее, способное в полной мере подчеркнуть все мои прелести. Небольшой каблучок моих туфель тоже прибавлял женственности всему моему облику, и я, не заботясь ни о чём, гордо вышагивала перед в навалившихся сумерках, демонстрируя менее опытной подруге первые шаги обольщения любого мужчины.

– Запоминаешь, Люсинда? Если научишься так же, то все мужики – не только Серж, ой, прости, Жорж, будут пачками падать к твоим ногам… Ай!

Карма, что называется, настигла меня мгновенно. И это не какой-то там воображаемый мужик, а я полетела вниз на землю, зацепившись каблуком то ли за ветку, то ли ещё за что, и ужас от того, что станет сейчас с моим лицом не успел обуять меня в полной мере – кто-то успел подхватить меня, не дав вляпаться по полной. Сильные руки сжали мои дрожащие плечи, и я, всхлипнув, готова была разрыдаться, бросившись на шею своему спасителю…