Текст книги "Жизнь сложней чем кажется (СИ)"

Автор книги: Марина Зимняя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

23.

23.

Софина

Неужели Света была права? И мама со своими намеками… Почему-то это паршивое состояние не покидает меня уже несколько часов. Даже цветы, подаренные Димой, не приносят мне больше радости. После комментариев Арины они утратили свое очарование.

Я вернулась домой и сразу ушла в комнату. Мама уже несколько раз пыталась со мной поговорить, но разговаривать с кем-то мне совсем не хочется. Наконец мама не выдерживает, заходит в комнату и присаживается ко мне на кровать.

– Соф. Я разговаривала с Ирой. Доченька, тебя обидел этот парень?

– Нет. С чего ты взяла? Я просто плохо себя чувствую.

– Софина, ты пришла сама не своя. Сразу закрылась в комнате. Поговорить со мной не хочешь. Что я должна думать? Кстати, почему ты мне не сказала. Что этот мальчик – брат Дианы Северовой?

– Мама, ничего тебе думать не нужно! Я просто хочу спать. И вообще, какая разница, чей он брат!?

– Ира сказала…

– Мама! Хватит уже! Ира то! Ира это! Мне уже надоело. Слишком много Иры в нашей жизни.

– Доченька. Ты не права. Она очень нам помогает.

– Кому, мам!? Она помогает тебе! А я вынуждена принимать ее помощь! Ты меня не спрашивала, когда тащила сюда. Лучше бы я осталась с бабушкой. Ты прекрасно могла и сама переехать вместе с Вадимом! Зачем ты меня сюда потащила?

– Соф. Но мы ведь семья.

– Когда мы стали семьей, мама? Ты вечно то в трауре, то в печали, то в поисках новой жизни! Я не хотела такой жизни!

– Дочь. Что у тебя произошло с этим парнем?

– Да ничего у меня с ним не произошло! Я просто анализирую последний месяц своей жизни! С чего ты стала такой внимательной ко мне? Дома тебе до меня дела не было!

– Зачем ты так говоришь? Это не правда!

– Потому что я так чувствую… Мама! Я просто тебя пожалела. Поэтому поехала с тобой.

– Софина. Мне очень жаль, что ты чувствуешь себя рядом со мной несчастной. Но дело уже сделано. Объясни мне, что у тебя случилось, и мы вместе подумаем, как решить эту проблему.

– Мама. Отстань от меня. Я не хочу тебе ничего рассказывать. Если ты сама вокруг себя ничего не видишь, что я могу тебе сказать.

Мама встает с кровати и направляется к двери.

– Софина. Если ты не хочешь объяснять причину своего поведения, тогда я сама поговорю с этим мальчиком. Я должна понимать, что с тобой происходит. Твои эмоциональные качели до добра не доведут.

– Только попробуй у него что-нибудь спросить! Если ты будешь ко мне лезть, я уеду к бабушке.

– Доченька…

– Мама, все, хватит уже! Иди лучше Вадиком займись.

Мама закрывает дверь в комнату.

Ну зачем я так с ней? Я не хотела говорить и половины того, что сказала. Я же тоже не слепая и понимаю, как ей не просто.

Да, раньше мама мало уделяла мне внимания, а после рождения брата и вовсе полностью была поглощена проблемами, связанными с его здоровьем. Но у меня была бабушка. Мне было ее достаточно. Маму я все равно люблю, хоть мы и не были никогда слишком близки.

Сейчас лежу и думаю, что и с Димой я поступила очень глупо. С чего я решила, что у него были какие-то планы? Он ни разу не делал мне никаких намеков. А я напридумывала. Вот дура... Как мне теперь с ним объясняться? И на сообщение я не ответила. Как это будет выглядеть, если отвечу ему сейчас? Наверное, лучше завтра с ним поговорю. Ну, сглупила! Сама это прекрасно понимаю. Может быть, я и не его испугалась, а саму себя. Что просто не смогу проконтролировать ту грань, которую переходить нам нельзя. Он и правда меня очень волнует. Я откликаюсь на каждое его прикосновение. Я еще никогда не переживала ничего подобного.

Хотела извиниться перед мамой утром, но не смогла. Она вела себя так, будто нашего вечернего разговора не было вовсе. Я прекрасно понимаю, что я ее очень обидела. Но она решила не развивать эту тему. А я не стала этому препятствовать. Пусть будет так. Лишь бы она не стала соваться к Диме с расспросами. Я и так перед ним опозорилась со своими причудами. Как я вообще ему объясню свое поведение. Снова сослаться на головную боль уже как-то глупо. Надеюсь, он мне скоро напишет или позвонит, потому что сама начать разговор я не решусь. Может, сделать вид, что ничего не произошло… Нет! Подожду, когда он сам мне напишет.

Сообщение или звонка от Димы я ждала до вечера субботы. Это было очень странно. Я была уверена, что он мне позвонит или напишет еще утром. Но телефон молчал. Уже в одиннадцатом часу я не выдержала и написала ему: Привет! У тебя все нормально?

Он прочитал, но ничего не ответил.

Всю ночь я промаялась без сна. Может я была права? Возможно теперь я ему не интересна? Ну никак у меня это с ним не вязалось. Да, мы общались недолго, но мне казалось, что он искренен по отношения ко мне. Да и неужели все так просто. Если бы он хотел от меня чего-то большего, сдался бы так быстро? У него наверное, в семье что-то произошло. Он рассказывал, что у него болеет мама. Может быть ему просто не до меня?

Но и в воскресенье Диме, как оказалось, было не до меня. Я целый день готовилась к занятиям, но ничего так и не отложилось у меня в голове. Скоро итоговое сочинение, мне нужно к нему тщательно подготовиться. Время пролетит, я и оглянуться не успею. А я не могу собраться с мыслями.

В понедельник утром я шла в школу с твердым намерением выяснить причину его молчания. Да, может быть, я повела себя глупо в пятницу. Но его поведение тоже ни в какие ворота. То бегал за мной, названивал, писал постоянно. У меня телефон раскалённый всю неделю был. Я его подзаряжать не успевала!

Выходя из подъезда, надеялась, что он меня ждет. Но нет. И здесь меня ждало разочарование. Димы не было.

Не буду показывать ему, что переживала. Пусть думает, что мне все равно. И расспрашивать его не буду. Посмотрю, как он поведет себя сам. Может, он, как и мама, сделает вид, что ничего не произошло. Признаюсь, мне очень хотелось, чтобы именно так и было. В класс я зашла одна из первых. Димы не было. Неужели он снова за старое. Ненадолго его хватило.

Села за парту. Ко мне подошла Марина Жукова.

– Привет! Зря вы в пятницу так быстро убежали. Вы такое шоу пропустили! Я была уверена, что наши фифы обязательно что-нибудь учудят. Я, как всегда, оказалась права. – Софина. Ты слушаешь меня – переспросила девушка.

Марина Жукова стала общаться со мной после случая в раздевалке. Она тогда вместе с Соней и Викой помогала мне собирать вещи. При первой встрече она мне показалась замкнутой и необщительной. Но, как оказалось, это не правда. Мне кажется, я могла бы влиться в компанию этих девочек. Они напоминали мне моих прошлых одноклассниц.

– Что, Марин?

– Ты чего такая потерянная? Кстати, где ты Ромео своего потеряла?

Улыбнулась мне девочка.

– Софина, ты как с луны упала? Что с тобой?

У Марины явно сегодня было отличное настроение, и она не оставляла намерения со мной поболтать.

– Все нормально. Я просто задумалась.

– Странная ты.

Снова улыбнулась мне Марина.

Прозвенел звонок. Она вернулась за свою парту. Димы по-прежнему не было. Уровень моего волнения просто зашкаливал. А вдруг с ним что-то случилось? Соседнее место продолжало пустовать. Преподаватель начал урок. Минут через пятнадцать в дверь кабинета постучали. На пороге стоял Дима. И не особо утруждая себя извинениями. Просто прошел в класс и занял место рядом с Ариной. По кабинету прокатился гул. Все дружно развернулись в сторону последней парты. А Дима, как ни в чем не бывало, вальяжно расселся на стуле.

На перемене я все же не выдержала и подошла к нему. Он не обратил на меня никакого внимания. Продолжил разговаривать с Дымовым. Я слегка потянула его за рукав.

– Дим. Нам нужно поговорить!

Он посмотрел на меня, слегка приподняв брови.

– О чем мне с тобой разговаривать?

Я уставилась на него, не понимая, что происходит.

– Дим. Мы же…

– Не понимаю, чего ты там себе напридумывала, – сказал он и отвернулся от меня.

24.

24.

Снова я чувствую себя как в первый день. Состояние, будто меня пыльным мешком по голове ударили. Не верю я, что он играл. Зачем это было нужно? Но выяснять больше ничего не буду. Гордость у меня все же имеется. Напридумывала, значит, напридумывала. Но голова все равно невольно поворачивается в их сторону. Арина улыбается, разговаривает с Ликой. Та сидит за партой перед Нестеренко. Дима в их разговоре не участвует. Он сидит развернувшись к соседнему ряду и обсуждает что-то с Дымовым.

– Что я тебе говорила?

Поворачиваю голову. Передо мной стоит Света и ехидно улыбается.

– А ты решила, что ты какая-то особенная? Ты вообще в курсе, кто его отец? Не смотри на то, что он ведет себя нейтрально по отношению ко всем. На самом деле основную часть класса он и за людей то не считает. А ты размечталась, да?

– Что тебе от меня нужно?

– Ничего. На самом деле я ставила на то, что ты продержишься дольше. А тебя всего на неделю хватило. За ручку походили, раз цветочки подарил, и ты растаяла...

– Светка, отстань от нее! Что ты к человеку пристала?

Вмешивается Соня.

– Тебя еще не хватало, – говорит Света.

Соня берет свои вещи и пересаживается ко мне за парту.

– Не слушай ее. Она та еще фантазерка!

– Это ты, Сонечка, фантазерка! Нафантазируешь себе и парня, и любовь большую и светлую. А нет! Ты же уже нафантазировала. Фотку реальную поставь и увидишь, как быстро твои переписки закончатся.

– У кого что болит… Свет. Иди уже. Никому не интересно тебя слушать.

Но девочки не успокаиваются. Тут же к нам подсаживаются Вика и Марина.

– Не обращай внимание. Козел он. Было бы из-за чего расстраиваться. И Архипову не слушай. Все в курсе, что она сохнет по Северову с девятого класса.

– Точно. Как только сиськи начали расти, так и начала сохнуть.

Хохочет Марина.

Марину сложно не заметить. Она девушка в теле. И если в первые дни она мне казалась хмурой и неприветливой. То сейчас я понимаю, что первое впечатление было обманчиво. Вообще, они с Викой вместе забавно смотрятся. Не хотела бы я их обижать таким сравнением. Но выглядят они рядом, как слон и Моська. Но, думаю, Марина и не обиделась бы. Видно, что она совершенно не комплексует. Хорошая она девчонка, позитивная.

Не с Архиповой мне нужно было заводить дружбу, а с этими девочками. Но кто знал? Они тоже поначалу относились ко мне как-то настороженно. А я себе подруг и не искала.

– Выше нос!

Добавляет Вика.

– Еще не хватало изо всяких балбесов переживать. Пусть сидит теперь и про маникюры слушает.

– Ага. Любимая тема Арины, – добавляет Соня и закатывает глаза.

Благодаря поддержке девочек я продержалась этот день. Меня немного отпустило. И я решила, что, пожалуй, это все к лучшему. Не нужны мне сейчас никакие отношения. Хорошо, что все закончилось так быстро, и я не успела запустить учебу. Даже этой недели хватило, чтобы осознать, что совмещать постоянные переписки и учебу не так просто. А мне нужно сосредоточиться на своих целях. В мыслях рассуждала я, а в груди все равно неприятно щемило.

Но не долго мне удавалось себя убеждать в правильности такого исхода нашей с ним дружбы. Я была согласна с этим убеждением ровно до момента, пока моя голова не коснулась подушки. Несколько минут я еще пыталась с собой бороться, а потом просто отпустила себя и расплакалась.

Я старалась плакать тихо. На соседней кровати уже давно сопел Вадим. Хоть бы не разбудить его.

Мама заглянула в комнату. Подошла ко мне и присела рядом.

– Доченька. Что с тобой?

– Ничего, мам. Я просто устала.

– Соф. Я вижу, что тебе тут плохо. Я не буду возражать, если ты решишь вернуться к бабушке. Я была не права. Зря я тебя сорвала. Просто я надеялась, что у нас получится. Что и тебе этот переезд пойдет на пользу. Хотела, чтобы ты поступила здесь. Мне казалось, что вместе нам будет легче, – шепчет мама и гладит меня по голове.

– Мам. Почему ты не любила папу?

– Что ты такое говоришь? Доченька, я очень его любила!

– А зачем ты отпустила его на эту работу?

– Любила, потому и отпустила…

– Бабушка говорила, вы постоянно ссорились. Поэтому он уехал.

– Что еще тебе говорила бабушка?

– Много чего. Я же ведь почти не помню его. А ты мне ничего не рассказывала.

– Соф. Мне больно его вспоминать…

– Я тебе напоминаю его?

– Очень…

На подушку капнула мамина слеза. Я подвинулась, и она легла со мной рядом.

– Мам. Я никуда не поеду. Я останусь с вами.

25.

25.

На следующий день Соня поджидала меня в холле лицея. Так что в кабинет мы поднимались вместе.

– Можно особо не спешить. Полька всегда опаздывает.

– Ой! Вот этого не надо. Я уже раз задержалась. До сих пор вспоминать неприятно.

– Да ты не обращай на нее внимания. Если бы она не была бы директорской племянницей, кто бы ее здесь держал.

– Серьезно? Она племянница Натальи Викторовны?

– Ага. Только об этом, типа, никто не знает! В прошлом году был такой скандал с ее участием. Ее класс провалил пробный экзамен. Прям большая часть на двойки написала. Ее хотели убрать, но Шердакова, естественно, посуетилась. Замяли. Класс, перекинули другой руссичке. В итоге на самом ЕГЭ как-то обошлось. Если бы она не была нашей классной, фиг бы ей кто дал одиннадцатый класс. Но так уж сложились обстоятельства. Думаю, если и в этом году ситуация повторится, ей мало не покажется.

– Если честно, я вообще большой разницы между свой бывшей школой и лицеем не заметила.

– Я тоже. Правда, я здесь уже пятый год учусь. До того, как папу пригласили сюда работать, училась в обычной средней школе. Я не слишком то горела желанием сюда переходить. Но в седьмом классе меня никто не спрашивал.

Усмехается Соня.

– Учиться здесь вроде как престижно.

За разговорами мы заняли свою парту. И не заметили, как прозвенел звонок.

Наконец Полина Сергеевна зашла в класс и прямо с ходу начала возмущаться.

– Ребята, вы меня поражаете! Так отвратительно, тестирование вы еще не выполняли! Вместо новой темы будем весь урок разбирать ошибки.

Учительница шлепнула пачку листов себе на стол.

– Света. Раздай.

Староста взяла листочки с учительского стола и начала разносить их по классу. В тот момент, когда она подходила ко мне, на ее лице уже цвела довольная улыбка. Она кинула мне на стол лист, внизу которого красовалась жирная двойка. Я аж сглотнула. Этого быть не может! Еще никогда я не видела свою работу, так размашисто и густо расписанную красным. Я быстро пробежала по всему листу. Она что, совсем что ли? Здесь, я совершенно точно не согласна. И здесь. В четвертом задании немного сомневаюсь, но тоже, скорее всего, я права. Шесть ошибок! Она нашла у меня шесть ошибок. В тестировании на пятнадцать заданий!

Я подняла руку.

– Полина Сергеевна!

– Что Нажева?

– Я хочу, чтобы вы перепроверили мою работу!

– Нажева. И до тебя дойдем. Ты здесь не одна! Твою двойку я уже выставила. Сиди лучше и думай, как будешь ее исправлять. А лучше функциональные стили и стилистический анализ повторяй или учи заново. Уж не знаю я, как ты вообще до одиннадцатого класса доучилась.

– Полина Сергеевна! Если вы не посмотрите мою работу еще раз, ее проверит другой преподаватель.

Я встала, подошла и положила тест перед ней.

– Ты с кем так разговариваешь? Не много ли ты себе позволяешь? У меня в классе тридцать два ученика. А я буду твои желания исполнять!?

Я собиралась взять свой листок, но она выхватила его у меня из рук и порвала на несколько частей.

– Сядь на место, Нажева. Ты срываешь мне урок!

Я развернулась и вышла из кабинета.

Почему я его не сфотографировала!? Вот идиотка! С чего я решила, что она станет исправлять свои ошибки. Вот чем мне теперь доказывать свою правоту. То, что она ко мне предвзято относится, было понятно с первого дня. Какие у нее цели? Что она преследует?

Постояв пару минут в коридоре. Я решительно направилась в административный корпус. Я этого так не оставлю. Если я сейчас это проглочу. Она продолжит надо мной измываться. Пойду и напишу на нее докладную. И плевать, как это будет выглядеть.

Спускаясь по лестнице, я наткнулась на вечно опаздывающего Северова. Он уставился на меня во все глаза, а я обошла его на максимальном расстоянии, которое только позволяла площадка между лестничными пролетами. Мне показалось, что он обернулся мне в след, но я решительно продолжила свой путь.

Попросив лист бумаги в приемной у секретаря директора. Я подробно описывала ситуацию, которую переживала десять минут назад. В приемную вошла Ирина Анатольевна.

– Софина. Что ты здесь делаешь?

– Жалуюсь.

– На кого?

Я подняла на нее глаза.

– Вот допишу и узнаете.

Не собираюсь я спускать это на тормозах. Макаренко мне уже голову отбил и ходит дальше, улыбается. Видите ли, им скандалы не нужны!

Ирина Анатольевна присела со мной рядом.

– Дай я посмотрю.

Я отодвинула лист в сторону.

– А если вы его порвете?

– Девочка! Что за глупости ты говоришь? Что у тебя случилось?

Я подвинула листок к ней. Она пробежала по нему глазами.

– Пойдем со мной.

Ирина Анатольевна поднялась и прошла к двери директорского кабинета. Я последовала за ней.

Директриса внимательно прочитала мою докладную.

И устало вздохнула.

– Вот такая ситуация, Наталья Викторовна. Как мы будем ее решать – сказала Ирина Анатольевна.

– Софина, ты готова еще раз выполнить работу на эту тему?

– Конечно.

– Ирина Анатольевна. Пусть Вознесенская подготовит ей задание. И проверит потом, пусть она же.

Ирина Анатольевна отвела меня к преподавателю другого класса. Следующим уроком у нее должно было быть окно. Она могла меня проверить. Ну а я, так уж и быть, пропущу урок литературы у Полины Сергеевны. Галина Дмитриевна выдала мне задание на ту же тему. Я его выполнила. Она не нашла в нем ни одной ошибки. С этим результатом я направилась обратно к директору.

– Софина. Я могу перевести тебя в параллельный класс.

Меня несколько удивило такое предложение.

– Я вижу, что ты не нашла общий язык с этими детьми. Ты только пришла, а уже столько происшествий случилось, с тобой связанных.

– Хорошо.

Не думаю, что я пожалею об этом решении. Даже если в другом классе ученики мало отличаются от моих нынешних одноклассников. Я, по крайней мере, уже знаю, как себя с ними вести.

– А что будет, Полине Сергеевне?

– Софина, если бы ты сразу принесла мне тот тест, его бы проверил другой преподаватель, и выполнять новое задание тебе бы не пришлось. А так у меня нет никаких доказательств. Полина Сергеевна повела себя непрофессионально. Я проведу с ней беседу.

И все? А что ты хотела, дурочка? Думала, что ее прямо сейчас же уволят! Наивная...

– Понятно.

Так я оказалась в параллельном классе.

26.

26.

Из кабинета директора. Я отправилась обратно на урок. Хочу или нет, но сегодняшний день я доучусь по расписанию этого класса. А с завтрашнего дня перейду в параллельный. Сегодня мне еще предстояло выяснить новое расписание. И рассказать девочкам, что учиться с ними я уже не буду. Вот от этого мне было немного грустно. Все-таки Соня, Вика и Марина оказались отличными девчонками. А что ждет меня в новом классе, еще неизвестно. Но, по крайней мере, там не будет этой неадекватной Полины Сергеевны.

Постучав в дверь кабинета. Я зашла и хотела уже пройти на свое место. Но Полина Сергеевна мне не позволила.

– Нажева. Ты сегодня у меня гуляешь! Продолжай гулять дальше.

Я молча зашла и села на свое место.

– Ты меня плохо слышала? Я не позволяла тебе проходить в класс. Почти два урока гуляешь неизвестно где, а потом заходишь в кабинет, как будто это нормально.

– Некоторые ученики. Считают такое поведение абсолютно нормальным, и учителя ничего не имеют против. Почему бы и мне не погулять?

– Нажева! Ты сейчас вместе с матерью пойдешь у меня к директору.

– Я только что оттуда. Полина Сергеевна.

Она аж в лице поменялась.

– Что вы смотрите на меня так? Вы думали, я поплакать в коридор вышла? Только что я выполнила это тестирование у Галины Дмитриевны. И, представьте себе, она поставила мне твердую пятерку. Ни одной ошибки не нашла.

Улыбнулась ей я. Когда я стала такой смелой? Видимо, находясь в этом террариуме, я потихоньку начала наращивать броню.

– И что же? Я своего решения менять не собираюсь. Ты пока что учишься у меня, а не у Галины Дмитриевны. Значит, и оценивать твои знания буду я.

– Больше не будите. Наталья Викторовна перевела меня в 11Б. А сегодня я, так уж и быть, доучусь в 11А. Что поделать.

– Вот и замечательно. Мне одной проблемой меньше, – сказала Полина Сергеевна и собралась продолжить урок. Однако продолжить ей не удалось. Она была вынуждена ответить на звонок.

Лицо Полины Сергеевны из бледного стало каким-то землистым, а потом и вовсе заполыхало красным пламенем.

– Сидите тихо. До конца урока десять минут осталось. Света, закроешь потом кабинет.

Она взяла сумочку, папку и вышла. Но через несколько секунд вернулась. И забрала порванные листы со своего стола.

– Ты что, правда от нас уходишь – спросила меня Соня. На ее лице читалось разочарование. Тут же к нам подсели Вика с Мариной.

– Жаль, – сказала Вика.

А Марина добавила: Нечего тут жалеть. Софина, тебе очень повезло. Все хотят попасть к Вознесенской. У нее всегда все ученики отлично сдают экзамены. Тетка она, конечно, строгая, но кому важен результат, те хотят учиться у нее. Тот класс гораздо сильнее. И учиться там сложнее. Но я думаю, ты потянешь.

– А сами ученики там что из себя представляют?

– Не приживай. Всякие есть, конечно. Но в основном там одни ботаны. Особенно пацаны, – сказала Вика.

– Ага! Баскетболистов там, как у нас, нет, – снова добавила Марина и засмеялась.

За болтовней с девочками мы не заметили, как закончился урок. И мы пошли на следующий.

Но в коридоре меня настиг звонок от мамы.

– Софина! Что у тебя там случилось? Меня к директору сейчас вызвали, сказали по поводу твоего перевода.

Пришлось пересказать маме все, что произошло.

В общем, день оказался на редкость суетливым. Мне просто некогда было искать глазами Диму. Хотя голова все равно невольно поворачивалась назад. Но его глаза всегда были опущены в низ. Либо голова повёрнута в сторону Дымова. Его вечной лучезарной улыбки я ни разу за весь день не увидела. Никто, кроме трех девочек, не выразил особого сожаления по поводу моего ухода. Мне тем более жалеть было не о чем.

Обсудив вечером в очередной раз случившуюся ситуацию с мамой. Я отправилась спать. Удивительно, мне не было тревожно. Я совершенно спокойно ждала завтрашнего дня. Может все это к лучшему? Я сосредоточусь на учебе, а о нем думать не буду. Хорошо, что он не будет мелькать у меня перед глазами. Проваливаясь в сон, я услышала сигнал сообщения. Утром посмотрю, – подумала я, но рука сама потянулась к тумбочке. На дисплее красовалось пустое сообщение от Димы. Точнее, сообщение изначально не было пустым. Если бы я сразу взяла телефон, может и успела бы выхватить глазами хотя бы часть. Но сообщение было удалено. А абонент остался. Да ничего он мне не писал. Скорее всего, ошибся и удалил.

Новый класс встретил меня абсолютно безразлично, без всякой суеты и лишнего внимания. Я прошла и села на свободное место. Визуально почти всех ребят я уже знала. Мы часто пересекались между уроками. Мы покидали кабинет, а они обычно в него заходили или наоборот. На перемене после первого урока ко мне подсела девочка.

– Привет! Я Рита, – с улыбкой сказала мне она.

– Софина.

– Да знаю я. Ты же девчонка Севера.

Снова улыбнулась девушка.

– У тебя устаревшая информация. Уже нет.

– Да ладно! С чего бы это? Ходили тут за ручку, по всем углам зажимались.

Я повернулась к ней в недоумении.

– По каким еще углам?

– Ой! Да не парься! Ну, я слегка приукрасила, – засмеялась она.

– А чего разбежались? Стой, не говори. Ты его бросила?

Я промолчала.

– Неужели он тебя?

– Никто меня не бросал. Мы с ним не встречались. Тебе показалось.

– Ну и ладно. Показалось так, показалось, – сказала девушка и поднялась со стула. – А ты чего сидишь? Пойдем, биология у нас в другом кабинете. Просыпайся, Софина. Наша Годзилла опоздунов не любит.

– Почему Годзилла?

– А вот увидишь ее и поймешь.

Захохотала девчонка. И потащила меня из кабинета.

И чего она такая веселая. Прям рот до ушей.

Так к концу подошла очередная учебная неделя. Марина была права, этот класс оказался гораздо более сильным. Вероятно, Ирина Анатольевна, опасаясь, что мне будет тяжело, решила устроить меня в класс послабее. Здесь я и правда заметила разницу между своей школой и лицеем.

Ребята были более серьезные. Поступать они собирались в не менее серьезные вузы. Здесь не было ни одного Димы Северова и ни одной Арины Нестеренко. Зато была Гербер Маргарита. Было очевидно, что она из очень обеспеченной семьи, но заносчивости я не заметила. Училась она средне. Сидела одна. Почему-то я не стала заострять особого внимания на том, что с ней в классе никто почти не общается. Она была как будто бы сама по себе. Может быт поэтому вцепилась в меня мертвой хваткой с первого дня. Мои мысли полностью были заняты учебой. Мне действительно предстояло много работать и подтянуть свои знания по некоторым дисциплинам.

Маргарита позвала меня к себе за парту. Я не стала отказываться. Мне то какая разница. Зачем сразу принимать в штыки чье-то хорошее ко мне отношение.

– Ну, вообще она такая…

Вика слегка покрутила рукой в воздухе. Я с ней, конечно, лично не общалась. Но в классе ее не очень любят. В средней школе было несколько неприятных ситуаций с ее участием. Но мажорики, они ж такие. Им вечно нужно привлечь к себе внимание. Сейчас вроде про нее ничего не слышно. Кстати, она дружит с младшей сестрой твоего Димы.

– С каких это пор он мой?

– С тех самых, как ты здесь появилась. Сидит теперь чернее тучи, – сказала Соня.

– Точно! Раньше они с Нестеренко вечно под лестницами сосались – сказала Марина. – Что? Чего вы на меня так смотрите? Все это видели. Они особо не прятались. Арина вечно на нем, как пиявка висела.

– А сейчас что, не висит?

– Не а. Они только сидят вместе. Он с ней даже не разговаривает.

– Ой! Откуда ты знаешь? – возмутилась Соня.

– Просто я наблюдательная. Я и за Архипову раньше всех узнала. Глазенки ее страдальческие рассмотрела.

– В любом случае будь с этой Ритой поосторожней. Кто их, этих богатеньких, знает. Лично мне она особого доверия не внушает.

– Сказала та, которая сидела со Светкой пять лет и подругой ее считала, – добавила Марина.

– Софин. И что, он тебе ни разу так и не позвонил? Даже сообщения никакого не отправил?

– Девочки! Я не хочу об этом говорить. Давайте сменим тему.

Последним уроком у нас была физкультура. Я, как обычно, на ней просто присутствовала. Сидела на лавочке. Неожиданно рядом со мной приземлилась Рита.

– А говоришь, не встречались! Посмотри, что Северов выложил у себя.

И Рита ткнула мне в лицо свой телефон. На фотографии была девушка. Лица почти не видно. Волосы, очень похожие на мои, закрывали половину лица, но не скрывали самого главного. Она была в очень откровенном белье. И внизу красовалась надпись: Зачетная телочка. С кем поделиться? Мне уже надоела.