Текст книги "Жизнь сложней чем кажется (СИ)"

Автор книги: Марина Зимняя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

– Сыночек, зуб же! Давай ты дома ее покушаешь.

Я чувствую себя максимально не ловко. Мне жутко неудобно за испачканные сидения, а он еще то и дело посматривает на нас в зеркало заднего вида. Наконец, припарковавшись в нашем дворе, мы выходим из машины. С няней у нас почасовая оплата. Я прикидываю, сколько я ей сегодня должна. Она сама задержалась, но я не могу ей не оплатить эту задержку. Я копаюсь в сумке в поисках кошелька. Она меня останавливает.

– Алина, прекрати! За сегодня ничего не нужно. Это все по моей вине произошло! Даже не думай, я деньги не возьму.

– Ну как же так. Вы целый день с ним были!

– Нет! Нет, – отрицательно мотает головой женщина.

– А за салон?

– Какой еще салон? Прекрати!

Я перевожу взгляд на мужчину.

– Алина. Да бросьте вы. Я пошутил! Он достаёт из бардачка пачку влажных салфеток. Сиденья кожаные, их достаточно просто протереть. Так что не волнуйтесь.

– Ма. Я в туалет хочу, – дергает меня за руку сынишка. Мы прощаемся с нашими помощниками. И поднимаемся в квартиру.

39.

39.

Дима

То, что Софина от меня что-то скрывает, мне давно понятно. И цветы эти не дают мне покоя. Хотя кроме них ни каких явных признаков какого-то ухажера я не заметил. Но противный червь сомнения не переставал точить мою душу. Сколько раз я пытался сделать попытку поднять эту тему, но видеть ее снова подавленной и потерянной мне не хотелось. В конце концов, мы вместе. Зачем мучить ее допросами и подозрениями? Но узнать все же, кто это был, мне очень хотелось. Мы проводим почти все свободное время вместе. Вижу, что ее мама уже слегка недовольно поглядывает в мою сторону. Поэтому стараюсь по максимуму сократить свое пребывание у них.

Если честно, мне особо и податься некуда. Домой я не хочу. Я не жил ни дня дома после похорон мамы. Заскакивал между делом несколько раз за вещами. Отец забрал домой Диану. Она не захотела возвращаться в новую школу. Он оформил ей домашнее обучение. Та ситуация, которую моя сестра со своей подружкой создала еще осенью, здорово подпортила ему жизнь. И пусть он привык заминать подобные выходки своей дочери в своей манере. Быстро и не разбираясь в ситуации. То, что они натворили, вышло за рамки обычных Дианкиных выходок. Теперь она сидит дома. И два раза в неделю посещает психолога. А я, пожалуй, лучше бы отправил ее к психиатру.

Понимаю, что и Захару я не совсем удобен. Хотя брат уверяет меня, что я могу жить у него сколько угодно. А если мне самому не удобно, предложил купить мне после окончания лицея квартиру. Поначалу я отказывался, но когда понял, что Софина, вероятнее всего, будет поступать в местный вуз, решил, что я тоже останусь здесь. Так что подгон от брата в виде личного отдельного жилья будет как нельзя кстати.

Отец, конечно, встретил эту новость резко отрицательно. Он давно уже решил, что поступать и учиться я буду в столице. А после выходки сестры проговорился однажды, что и вовсе отправил бы меня куда-нибудь за границу. Вообще, он неоднократно высказывался в негативном ключе по поводу моих отношений с Софиной. Он уже несколько раз требовал, чтобы я вернулся домой. Даже ограничил меня в средствах. Еще до дня рождения Софины я обнаружил, что моя карта просто-напросто заблокирована. Но не такой я дурак, чтобы держать деньги на карточке. Это его действие было вполне ожидаемо. Поэтому я регулярно снимал почти все средства, которые были в моем распоряжении.

Наш дед – мамин отец. Живет в Болгарии. Он перебрался туда, когда мне было лет пять. И свой бизнес он оставил отцу. Отец в свое время на него работал. Боюсь, что и на маме он женился не просто так. Учитывая то, скольких любовниц он даже не пытался скрывать. А мама, наверное, его любила. Иначе не понимаю, зачем она с ним жила? Так вот, дед регулярно на праздники, а иногда и просто так подкидывает нам с Дианой денег. Поэтому я так спокоен и мне плевать на отца. От него я практически не завишу. Да, поступить мне, конечно, лучше на бюджет. Хотя, думаю, ни Захар, ни дед не оставят меня с этой проблемой в случае чего. А на жизнь на ближайшее время мне хватит.

Не стал сегодня заходить к Софинке. Надеюсь, она на меня не обиделась. Раньше сам напроситься к ней не мог, а сейчас отказываюсь. Дело в том, что с Вадимом сидит няня. Да, возможно, с виду она очень приятная женщина, а может быть и не с виду. Вероятнее всего, так и есть на самом деле. Потому как Вадик ее обожает. Но на меня она посматривает как-то настороженно. А мне от этого капец как не комфортно. А Алина Сергеевна меня вообще не напрягает, даже если смотрит на меня слегка с укором, типа: Молодой человек, вам не кажется, что вам уже пора?

Не знаю, как она с учениками справляется. Думаю, ей очень непросто работать в нашем лицее. Хотя говорят, что препод она не плохой.

Во дворе замечаю машину отца. Опять! Я уже понял, что в покое он меня не оставит. Сколько можно? Домой я все равно не вернусь. Не сегодня, завтра он свою бабу в наш дом перевезет. Если уже не перевез. Что мне там делать? Достал...

Надеюсь, что брат дома. А то как бы у нас с ним до рукоприкладства не дошло. Я не понимаю, чего он так в меня вцепился? Какое его вообще дело, где я буду учиться и где жить? Сам же знает, что под одной крышей нам обоим будет хреново.

– Я тебя больше часа дожидаюсь. Где ты шляешься? У меня, по-твоему, забот больше нет? Только за тобой бегать!

– Так не бегай. По-моему я тебя уже освободил от опеки над собой. Так что давай. Теперь каждый из нас будет сам по себе.

– Давай, собирайся!

– С чего это?

– С того, что у тебя есть дом. А ты по чужим углам бегаешь. У тебя, между прочем, еще сестра есть. Которой тоже необходимо твое внимание.

Я не дослушиваю его. Ухожу на кухню. Достаю их холодильника бутылку воды. Он заходит следом. Захар у себя в комнате, пока не вмешивается. Слышу, что разговаривает с кем-то по телефону.

– Я с тобой говорю! Куда ты пошел? – взрывается он криком.

– Оставь меня в покое, – говорю ему спокойно, практически по слогам.

Неприязнь к нему копилась годами, он никогда не уделял мне особого внимания в детстве, хотя мне очень хотелось, этого внимания по началу. В подростковом возрасте отец стал мне фактически безразличен. Я с детства видел его отношение к Диане, и уже тогда понимал, что ничего хорошего из его попустительства не выйдет. Захар тоже не стал жить с ним после совершеннолетия, хотя он более гибкий, а может быть где-то даже хитрый. Дела они все-таки ведут вместе. А после смерти мамы, мне и вовсе не хочется ни знать его, ни тем более видеть. С чего он решил, что если он поорет на меня десять минут, я быстренько соберу вещи? Мне вон тоже скоро восемнадцать. Так что пусть смерится, к нему я не вернусь. А если у него на мой счет были какие-то планы. То спешу его разочаровать, меня его планы совершенно не интересуют.

– Ты из-за этой девки тут торчишь?

– Какая она тебе девка?

– Самая обыкновенная. Дурак! Она окрутила тебя и ручонки свои уже потирает. Ну, красивая. И что? Мало, что ли, девок красивых? Голытьба...

– Лучше заткнись!

Из комнаты входит Захар и становится между нами.

– Так, все! Хватит! Бать, оставь его уже. Ты же видишь, что ничего у тебя не получается. Силой ты его не заставишь. Да я и не понимаю, зачем пытаешься?

– Да потому что дурак он малолетний. Только вымахал под два метра, а мозгов... Ты бы хоть с ним поговорил, а ты все ему поддакиваешь. Учиться он здесь собрался. Да у него уже место приготовлено. А он все за этой девкой бегает. Идиота кусок!

– Пошел ты, – говорю я и собираюсь выйти из кухни. Он перехватывает меня за предплечье. И говорит: Если ты меня не послушаешь, мамаша твоей девчонки завтра полетит с работы. И вернутся они всем семейством в свою деревню. И туда за ней поедешь? В ПТУ местное пойдешь? Ты вообще в курсе, что у нее брат даун? Ты ж, дурак, еще ребенка ей заделаешь по своей малолетней тупости! А она и рада будет! На хера нам такая наследственность?

– Как, интересно, ты ему диагноз поставил? Дай угадаю… Ты их видел в клинике, в которую свою распрекрасную доченьку дважды в неделю возишь! Не там ты наследственность рассмотрел, папа...

Вырываю руку из его захваты и выхожу. Беру куртку, запрыгиваю в кроссы и выхожу на улицу. Ну что ж, сегодня мне придется прогуляться часок – другой. Надеюсь, долго он у Захара не задержится.

С того вечера брат несколько раз пытался завести со мной разговор на тему моего поступления. От части он тоже разделяет мнение отца. Не во всем, конечно, но относительно учебы – это точно.

– Димон. И правда, чего ты так упираешься? Ну, поедешь, поучишься. Жизнь другую попробуешь. Может, тебе еще понравится, и ты и возвращаться не захочешь.

– А ты почему вернулся?

– Не знаю. Может, потому, что понимал, что тут для меня уже все готово. Зачем барахтаться самому, если можно взять и пользоваться готовеньким. Я понимаю, что ты злишься на него из-за мамы. Но его уже не исправить. Он такой человек. И то, что пытается тебя вразумить, говорит о том, что ему не безразлична твоя судьба.

– Ты слышал, что он говорит про Софину?

– Ну, здесь я, конечно, с ним не согласен. Послушай, я так понимаю, она не глупая девчонка. Пусть тоже пробует свои силы. Может, поступит. И вместе переедите.

– Захар, ты вообще понимаешь, о чем говоришь? Это ты и я можем собраться и поехать куда угодно, и быть там сколько угодно. Я могу пять лет протирать штаны в универе и не работать. Потом приеду, и ты мне дашь эту работу. А у нее совершенна другая ситуация. Мама одна их с братом тянет, а он ко всему прочему, пусть не инвалид, но ребенок с особенностями, которому нужно определенное внимание, тоже стоящее денег. Я хочу остаться и учиться здесь, что бы ей было проще. Что бы она не чувствовала себя какой-нибудь ущербной. Ей очень хочется. Не о нашем вузе она мечтала, но и маму с братом она оставить не может.

Брат молчит.

– Ну, давай я помогу вам. Оплачу жилье, например. Ты же знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне за помощью. И финансовой, в том числе. Не понимаю, зачем ты делаешь из этого проблему?

– Она так не захочет. Думаешь, я не предлагал?

– Ну, не знаю тогда. А ты уверен, что твои чувства к этой девушке не пройдут через некоторое время? Вдруг жалеть еще потом будешь о потерянном времени.

Сижу, смотрю на брата исподлобья. Молчу... Еще ему я не объяснял!

– Уверен, – говорю я и выхожу из комнаты.

40.

40.

Софина

– Я уже голову сломала. Вика, ну помоги мне?

– Я бы на твоем месте вообще не парилась. Что ты ему можешь подарить? Сомневаюсь, что Север мечтает о какой-нибудь безделушке. Ему отец сто пудово тачку подгонит или квартиру. Так что не парься. Подаришь ему свою обворожительную улыбку, – говорит Вика. И тянет сок из трубочки до характерного противного звука. Меня аж передергивает, а она все время так делает. Вика выбрасывает упаковку от сока в урну. И кивает мне на небольшой магазинчик бижутерии. – Давай зайдем!

– Да ну. Ты что? Там уж точно мы ничего не подберем. Дима. И украшения – это вообще не сочетаемо.

– Ну, пойдем, просто посмотрим.

Вика не слышит моих возражений, толкает дверь и заходит в помещение. Следую за ней.

– М-да... Ну и что мы тут делаем? Я, вероятнее всего, не сорока, потому как меня совершенно не привлекают эти безделушки. Я даже для себя здесь ничего не подберу. Ни то, что для парня.

– Вик, пойдем, – тяну я подружку на выход.

– Да подожди ты! Смотри, что есть! Девушка, а подскажите нам, что это за штучки такие? Это типа сделай сам?

Приветливая девушка – консультант объясняет нам, что и для чего можно использовать, что бы самостоятельно создать уникальное украшение. Я слушаю и понимаю, что это действительно не плохая идея. Я сплету ему браслет из кожного шнура. Здесь представлено несколько готовых вариантов. Но их я покупать не хочу. Сделаю подарок Диме сама. Не знаю, будет ли он его носить. Но я уже представляю, как он будет на нем смотреться. Я отказываюсь от всяких бусин и подвесок, беру только цепочку с карабинчиком и колечком и темно-коричневый шнурок. Девушка скидывает мне несколько видео уроков по изготовлению этих штучек, и я довольная иду домой.

– Покажешь потом, что получилось, – говорит мне Вика, когда мы прощаемся. Мне и самой такую безделушку сделать захотелось.

Три вечера я провозилась с подарком. Сделала три варианта, бегала еще раз в этот магазинчик, докупала необходимые мелочи. Мне так понравился результат, что я даже выбрать не смогла. Все три браслета получились классными. Ну, значит, все три и подарю, пусть сам выбирает. Я была очень довольна результатом.

Но за всеми своими хлопотами я все же заметила, что и мама сейчас какая-то загадочная. На прошлой неделе я вернулась из лицея и обнаружила букет в квартире. Мне так не по себе стало... Сразу вспомнились те злополучные цветы в день моего рождения.

– Доченька, ты чего так побледнела? Не волнуйся, это мне, – улыбнулась мама.

– А кто?

– Соф. Не бери в голову. Это ничего не значит.

Значит или не значит, но иногда мама стала немного задерживаться после работы. И настроение нашей няни мне теперь казалось особенно приподнятым. Через некоторое время ни мама, так Валентина Георгиевна проговорилась мне. Что мама очень нравится ее сыну. Вероятно, она ждала от меня какой-то негативной реакции и уже готовилась парировать мое недовольство. Но я сказала ей, что буду рада, если у них что-нибудь получится. Думаю, маме не помешает мужское плече. К тому же, глядя на Валентину Георгиевну, не подумаешь, что она могла воспитать плохого человека. Но увидеть мне его все же захотелось.

Но на этот раз с увидеть я пролетаю, поскольку приглашение маминого ухажера к нему на дачу совпало с днем рождения Димы. Здесь и так понятно, что я выберу. Естественно, никуда за пределы города мама меня не отпустила. Мне бы очень хотелось в горы. Но на сказала только одно слово: Нет!

И я поняла, что разговаривать с ней бесполезно. Знаю, что Димин отец собирался организовать целый праздник, но Дима только еще больше взбесился на него из-за этого предложения. Действительно, с похорон его мамы прошло совсем мало времени. Какие тут могут быть праздники?

Поэтому мы решили посидеть где-нибудь вдвоем, ну и погулять после, как обычно. Мама с Вадиком уехали час назад. Я пытаюсь навести красоту. Как нельзя кстати пригодилось то платье, которое мы покупали с мамой осенью. Правда, у меня есть ощущение, что я немного похудела. Скулы на лице заострились, и талия стала как будто бы уже. Осенью оно сидело на мне лучше. Наверное, мое похудение не случайно.

В моей жизни теперь что ни день, то стресс. С бабушкой никак не наладим отношения. А недавно выяснилось, что она неудачно упала и сломала себе пяточную кость. Теперь она в гипсе и на больничном. На весенних каникулах нужно ее навестить.

Этот дед не идет у меня из головы. Но пока что он оставил нас в покое. Лучше бы он и деньги свои забрал. Как только подумаю о дальнейшей учебе, так сразу тоска берет. Я даже однажды втихаря от мамы взяла карточку и проверила баланс. На счету оказалось триста тысяч. Он что, каждый месяц ее пополнять на сто пятьдесят штук будет? С ума сойти... Мне такие деньги даже не снились. Ах, как бы они мне пригодились. Точнее нам с мамой.

Конечно, такой укладки, как тогда мне наколдовала тетя Ира, у меня не вышло. Но смотрю в зеркало и понимаю, что мне очень даже нравится то, как я выгляжу.

Сообщение от Димы: Я минут через пятнадцать за тобой зайду.

Софина: Я уже готова. Пойду тебе на встречу.

Дима: Нет, лучше подожди меня. Не ходи одна.

Но я уже спускаюсь по лестнице и открываю подъездную дверь.

Дима обычно ходит ко мне через сквер. Там его и подожду. Тем более погода сегодня просто чудесная. Весна в этом году ранняя. Восемнадцатое марта, а по ощущениям апрель идет полным ходом. На мне бордовое узкое платье, кожаная курточка и ботильоны на каблуках. Я не привыкла к такой обуви. Но на что только не пойдешь, чтобы быть красивой. Тем более, что сегодня мне хочется быть красивой как-никогда!

Но не успела я отойти от двора и ста метров, как ко мне привязались какие-то парни. По голосу понятно, что они не трезвые. Я опустила взгляд и постаралась пройти мимо них максимально быстро. Но они начали насвистывать мне в след и кричать что-то не членораздельное. Я даже вслушиваться не стала. Через слово был мат и дикое гоготание. Боже… Что я за дурочка!? Ну почему я его не послушала. Пять часов вечера, на улице светло, люди, в конце концов, ходят туда-сюда и машины ездят, а ко мне пристали какие-то отморозки.

Один из них догоняет меня и подхватывает под локоть.

– Куда так спешишь, лапуля?

– Давай мы тебя проводим, – говорит второй, обдавая меня запахом перегара, и подхватывает под второй локоть.

– Отстаньте, – говорю я. Куда девался мой голос? Я пытаюсь высвободиться из их захвата. Ко мне на помощь приходит пожилая женщина.

– А ну отстали от девочки! Хулиганье!

– Где вы тут девочку увидели – ржет один из придурков. Идите, женщина, дальше. Я со своей девушкой между-прочим тут общаюсь!

Я начинаю вырываться. Женщина кричит на них. А у меня шум в ушах. Я ничего не понимаю. Один вцепился в мою куртку мертвой хваткой. В какой-то момент я понимаю, что один меня все-таки отпускает. А в следующую секунду вижу, как он корчится на земле. А Дима бьёт его ногой в живот. Потом на землю летит и второй. А женщина подбегает к нам, у нее на поводке черный лабрадор. Ребята, я уже полицию вызвала. Держи их, парень. Мы с Ричем поможем.

– Софина! Ну, я же говорил. Жди меня дома!

Прости… – шепчу одними губами я и пытаюсь проглотить накатывающие слезы. Минут через десять подъезжает полиция. Женщина рассказывает все, что видела. Я тоже объясняю ситуацию. Один из полицейских возмущается, что мы не вызвали скорую, потому как у одного из придурков пол лица залито кровью. Когда Дима повалил его на землю, он об камень рассек себе бровь. Но самое ужасное происходит дальше. Вместе с отморозками полиция задерживает Диму. Ни мои возмущения, ни возмущения женщины их не останавливают. Полицейские говорят, что задерживают его до выяснения всех обстоятельств. Еще неизвестно, какой вред он причинил этим парням. Возможно, его быстро отпустят, а может, будет необходимо уплатить штраф. Про штраф полицейский говорит несколько раз, глядя прямо на меня. Я понимаю, что он, скорее всего, вымогает деньги. Ничего не соображаю.

– Куда вы его повезете – спрашиваю я. Полицейский называет адрес.

– Не волнуйся. Ничего они мне не сделают. Иди домой. Я позвоню Захару, и он все решит.

– Ну, позвони, – говорит с ухмылкой один из полицейских. Дима достаёт телефон, а он выхватывает его у него из рук. Дима бросается на полицейского. Его скручивают.

– Ну, теперь точно без штрафа не обойдемся, – говорит он и смотрит на меня с ухмылкой.

Женщина причитает: Да что же это такое делается! Что за произвол!? Девочка, срочно звони родителям!

А я со всех ног бегу домой. Я не знаю, сколько нужно снять денег. Сниму на всякий случай все. Но в одном банкомате мне удалось снять только сорок тысяч. А второй на выдачу вообще не работал. До следующего добежать я не успеваю. Мне звонит мама. Просит не задерживаться допоздна.

– Мама, Диму полиция задержала! Он меня защищал! – рыдаю я. – Они намекали на деньги! Я сейчас пытаюсь их снять!

– Софина. Быстро домой! Не вздумай туда ходить! Тем более с деньгами.

Мама успокаивает меня и параллельно объясняет ситуацию кому-то по ту сторону трубки.

– Дочь. Успокойся и иди домой. Жди нас дома. Мы через час будем. Прошу тебя, не вздумай что-нибудь предпринимать сама.

Где-то через сорок минут. Мама звонит и просит спуститься. Она поджидает меня около подъезда с мужчиной лет сорока. Он расспрашивает все подробности, а потом мы едим на тот адрес, который мне называл полицейский.

Дядя Саша, так он мне представился, уходит. А мы остаемся ждать в машине.

– Мам. Он полицейский?

– Нет, в прокуратуре работает. Не волнуйся, думаю, Саша разберется. Дочь! Ну как же так? Среди бела дня! Ты у меня просто магнит для неприятностей!

– Ну откуда мне было знать?

– Ладно. Не волнуйся. Главное, что все обошлось.

– Да как же обошлось? Диму арестовали. А у него еще и день рождения! Я все испортила!

– Успокойся, говорю. Вон идет твой арестованный, улыбается.

Мама кивает в окно. Дима и правда идет рядом с мужчиной, они о чем-то разговаривают.

– Ну что, молодежь? Не захотели сразу к нам на шашлыки. Придется ехать после приключений, – говорит мужчина, когда они усаживаются в машину. Мама пересаживается на переднее сиденье, а Дима садиться рядом со мной. Он берет меня за руку и обнимает.

Через час мы добираемся до дачи. Во дворе небольшого двухэтажного коттеджа мы встречаем взволнованную Валентину Георгиевну. Она пытается разжечь мангал, но, вероятно, у нее не очень то получается.

– Мам. Да я сам. Зачем ты?

– Я думала, к вашему приезду как раз прогорит.

– А где Вадим? – интересуется мама. Брат выбегает из небольшого сарайчика и, улыбаясь беззубым ртом. Фея, между прочим, принесла ему уже четыре шоколадки. Несет в руках маленького желтого цыплёнка.

– Я его оторвать от цыплят не могу. Вы как уехали. Он от них первый раз вышел.

– Вадик! Аккуратнее! Ты же его раздавишь!

– Я его тихонечко держу, – с придыханием говорит брат. – Ма! Погладь его пальчиком. Посмотри, какой он хорошенький!