Текст книги "Мемуары гейша (СИ)"

Автор книги: Марина Остромир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 24 страниц)

1.2

В тот вечер они пошли тусить в один клуб, что у них в программе был. Это не развлечение было, а пиар-акция – ходить в нужные места, чтобы ближе к народу быть. Часа три нужно было пробыть, пообщаться с нужными людьми, поулыбаться толпе, автографы пораздавать… Сидели в вип-зоне в центре клуба, чтобы всем знаменитость было видно, болтали, охрана неподалеку была. Милли Филис со своим «везучим сантехником» – так прозвали Макса в интернете, директор ее команды, директор клуба и еще какие-то люди, подвыпили, расслабились. Макс даже на минуту подумал, что все это по настоящему – он повел молодую девчонку в такой модный клуб и зажигает тут по взрослому…

Так размяк, что даже не понял, с чего началось. Началась драка, охрана клуба пошла разнимать. Не справлялись, охрана Милли стала вокруг вип-зоны, остальные, кроме них с Милли, куда-то подевались…

Судя по всему, дрались банды. Как эти банды попали в модный клуб, не смотря на тщательный отбор на входе – непонятно. Люди вокруг орали, толпа была в панике, разбегались кто-куда…

– Надо сваливать, Милли! – сказал Макс своей нанимательнице, он не раз видел подобные драки и закончиться они могли по разному.

– Хорошо, – ответила Милли, по ее странному лицу было непонятно, испугалась она или нет.

Пробраться к выходу было нереально, там такое мочилово уже шло… Где же эта полиция, черт ее дери! – первый раз Макс так подумал про служителей закона и понял, как они нужны обществу.

– Пойдем наверх, в ту дверь за барной стойкой, – предложил Макс, обычно там были отдельные кабинеты и всякие комнаты для всяких дел – бывал в разных клубах, знал, как устроено, – пересидим там, пока полиция не приедет.

Где же эта охрана, черт ее дери! За что им платят? Вот, он, Макс, ответственно относится к своим обязанностям, давно бы уже смылся, будь он один.

Не предупреждая о тактильном контакте, Макс схватил свою нанимательницу и поволок к спасительной двери за стойкой – одной рукой прикрывая знаменитость от безумных рук, тянущихся оторвать кусок ее мешковатой одежды, другой расталкивая тех, кто мешал пройти. Так и есть, на втором этаже было полно комнат, нашли открытую – там столовая и спальня сзади. Запихнул девчонку в спальню, велел звонить в полицию, своему директору, своей охране, кому-нибудь… Пусть придут и заберут их из этого дурдома! Сам позвонил Эльвире – был уговор сообщать, если что не по плану пойдет. Такого в плане точно не было! Он этой девице не телохранитель!

– Не трусь, Максик! Подумаю, что можно сделать, – невозмутимый голос немного успокоил, – полицию вызвали?

– Вроде да… Но никого нет. Где ее охрана, где все? Я не телохранитель, я жиголо! – вот, первый раз сам для себя это признал, раньше отговорки какие-то придумывал.

– Прикрой девочку, по мужски поступи. Я постараюсь помочь через свои связи. Не ной, держись! – Эльвира сама выключилась, расспросив только где Макс находится.

Макс открыл двери в спальню. Милли сидела на чужой кровати, прижав коленки к подбородку. Была не в себе, тряслась и качалась. Вообще не соображала, совсем ему сейчас не помощник.

– Не бойся, Милли, – сказал ей, – все хорошо будет. Сейчас полиция приедет, разберется…

Но через некоторое время вместо полиции дверь в комнату сломали какие-то здоровенные ребята и агрессивно пошли прямо на Макса, к двери той спальни. Вот, блин! Придется жиголо прикрывать девочку…

* * *

– Макс? – уточнил незнакомец, Макс поднялся и кивнул, стараясь быстрей отдышаться, – Уходим через окно, на первом этаже опасно… Да что вы тормозите?!

– Тут у меня еще девочка, – пробормотал Макс,

– Не было речи про девочку, меня очень просили вывести Макса из опасной зоны, никаких девочек… – незнакомец тщательно осматривал комнату и лежащих людей, руками в перчатках проверял их телефоны и документы, подобрал кочергу, положил ее в длинный карман своей куртки.

Макс открыл дверь спальни, невменяемая Милли сидела на кровати и качалась.

– Это Милли Филис, знаменитость, – представил Макс ее незнакомцу. Теперь тот должен понимать…

– Первый раз слышу, – сказал незнакомец, – Ладно, берите свою девочку, слезаем вниз по веревке, тут второй этаж, не страшно… Судя по общей подготовке, вы справитесь… А вы? – спросил этот человек Милли

Милли не в состоянии была отвечать.

– Это мертвые люди? – спросила она странным голосом, показав на валяющихся.

– Некоторые еще живые, – ответил ей незнакомец так, будто бы она спросила «который час», – Ладно, сам спущу эту вашу девочку… Перелазьте, держитесь тут, а этой рукой обхватите меня за шею… Ну, что вы стоите, как столб?!

– Она не любит тактильный контакт, – пробормотал Макс.

– Потерпит! Или я выкину ее в окно сам! Нет времени уговаривать!

Макс помог Милли перелезть и прицепил ее к незнакомцу:

– Потерпи, Милли, соберись..

– Вы сразу, как только я спущусь, слезаете, – скомандовал незнакомец Максу, – вон та серая машина на углу, бегом.

Незнакомцу тяжело было спускаться с грузом, он кряхтел и проклинал свою судьбу – за что ему такое наказанье, опять какие-то добрые дела должен делать… он приехал любоваться архитектурой, а не вытаскивать тяжелых девиц из окон, такая тяжелая эта девица, просто ужас…

– Бегом погнала к машине! – свирепо прорычал он тормозной Милли, – ненавижу наркоманок!

– Она не наркоманка, – вступился Макс, – она такая родилась… Милли даже не пьет, ей нельзя.

– Совершеннолетняя? – поинтересовался мужчина

– Девятнадцать лет.

Схватив ее с обоих сторон, быстро подбежали к машине, сели, двигатель уже работал, и очень быстро, нарушая скоростной режим в городе, уехали прочь от этого злосчастного клуба. Макс услышал сирену полиции, которая ехала с другой стороны…

– Телефоны! – приказал он Максу и Милли, – Отдали телефоны, живо!

Милли послушно отдала свой телефон страшному человеку, который орал на нее и хотел выбросить окно, а Макс очень не хотел отдавать свой очень дорогой, блатной телефон – ему богатая клиентка подарила на память, сам не стал бы покупать такой. Не хотел, потому, что предполагал, что будет – незнакомец достал из под сиденья молоток и разбил телефоны в крупу, крупу выбросил в окно. Подумал и протянул руку к водителю

– Твой телефон!

– Зачем? – спросил женский голос с водительского сиденья.

– Потому, что на него звонили! Меньше надо свой номер давать всяким проходимкам, – ворчал незнакомец, разбивая телефон своего шофера, – Остановись, я сам сяду за руль.

– Я тоже могу водить машину! – немного капризно сказала водитель. Ее голос показался Максу удивительно приятным, сразу спокойней от этого голоса становилось. Такой красивый голос.

– У тебя права на ручное управление! Что ты скажешь полиции, если остановят? Хочешь разбирательства? – незнакомец был сильно раздражен, – Мне вообще все это не нравится, пошел у тебя на поводу – добрые дела, добрые дела… Не к добру эти все добрые дела.

Женщина остановила машину. Ее невозможно было разглядеть в темноте, пока они менялись местами – только, что худая и высокая.

– Едем в ваш отель, – объявил незнакомец. Но почему-то развернулся и поехал в обратную сторону, к тому самому клубу.

– Странно мы едем, – осторожно заметил Макс.

– Район вокруг клуба, полагаю, по кругу оцеплен полицией, – объяснил незнакомец, – если мы будем выезжать из него, нас остановят и начнется разбирательство, а меня предупредили, что вам обоим не нужно разбирательство… А если мы будем вьезжать, то подозрения не вызовем, второй раз машину, с другой стороны, останавливать не будут… Очень просто, так всегда делается.

Кем делается? Наконец Макс рассмотрел своего спасителя – лет пятьдесят, но совсем седой. Профиль его был очень эффектный, а вот анфас совсем непримечательный, даже сложно было бы описать… Его даму по прежнему не разглядеть было.

Когда незнакомец увидел полицейский патруль, скомандовал Максу строго:

– Ну-ка, быстро Макс, целуйте свою девочку! Так, чтобы не было видно ее лица. С причмокиваньем, по взрослому… И не надо мне рассказывать про тактильный контакт! Или полиция заинтересуется с кем был тактильный контакт у кочерги, что у меня в кармане, ДНК на ней ваше… Вот еще – руку под майку ей засуньте, шевелите рукой, так более омерзительно выглядит…

Зачем этому типу, чтобы омерзительно выглядело?

– Добрый вечер, офицер, – подавая документы, обыкновенный, ничем не примечательный, обыватель спросил озабоченным голосом, – Что там стряслось?

– Происшествие в ночном клубе, есть жертвы, пожар… А вы что так поздно? Кто там у вас?

И тут незнакомец уставшим и несчастным голосом начал рассказывать, что он много работает, устал, как собака, сейчас в отпуске… А подруга жены – редкостная дрянь! – среди ночи звонит, едь, мол, забирай ее сынка-алкоголика с вечеринки. Не смогла воспитать нормально – сама дрянь, а он отдувайся. И не откажешь – вон женушка ноет и пищит – помоги, делай добрые дела, ты джентльмен…

– Она один раз попросила! – повысила голос женщина, – Один раз! Один раз попросила о личной услуге… Раз мы случайно тут оказались.

– Я приехал в отпуск! Архитектурой любоваться, а не доставать с помоек всякую пьянь! Посмотрите на них, господин офицер, – незнакомец сам чуть не втащил полицейского в салон за галстук, – посмотрите на них! Лижутся, как животные, никого не стесняясь! Ну, где это видано, тьфу! И девка ему под стать… Не нужно было забирать с той вечеринки, лучше бы вы их забрали, посидели бы в участке, может ума бы набрались.

– Да везите их уже домой, – успокаивал рассерженного водителя полицейский, не стал разглядывать пьяную парочку на заднем сиденье, – не нервничайте так. Дело молодое, может остепенятся… Нравится вам город?

– Очень красиво. Каждый день гуляем до ночи, – нежным и тонким голоском сказала женщина, – издалека приехали.

– Когда от этих избавлюсь, то и погуляем нормально, – водитель кивнул на заднее сиденье, – весь отпускной настрой испортили.

– Счастливого пути! Я передам по рации, чтобы вас с той стороны не останавливали…

– Всего доброго!

Машина поехала дальше.

– Круто! – восхитился Макс. Он-то знал толк в подобном театре, но чтобы так, в лицо полицейскому…

– Гм, – невнятно пробурчал водитель, но было понятно, что восхищение Макса ему понравилось.

– Позер! – сказала женщина, – Зачем Эльвиру обругивал?

– Говорил правду, как ты любишь… Клуб горит, смотрите.

Как раз проезжали мимо клуба – стояли полицейские, пожарные машины, мчалась «скорая помощь»…

– Офигеть! – сказал Макс, увидев клубы дыма из окна комнаты, из которой они вот только недавно вылезли, веревки не было видно, сгорела наверное…

– Заметают следы, что ли? – незнакомец разговаривал сам с собой, – очень странно.

– Я думала, это ты поджег, – сказала женщина.

– Почему если что-то где-то горит, то сразу я? – возмутился незнакомец.

– Извини…

Почти подъехали к отелю. Водитель сказал, что к двери подвозить не будет, вон на том темном углу остановит, сами дойдут, с ними и так было полно возни, а он в отпуске…

– Передавайте Эльвире привет, – приветливо сказала женщина, – приятно было познакомиться…

Но не доехав до темного угла, водитель вдруг резко развернулся и быстро поехал прочь

– Черт, черт, черт! – раздраженно кричал он, – и зачем мне это надо! – и очень быстро, и очень запутанно ехал в другую сторону.

– Что случилось? – обеспокоенно спросила женщина.

Незнакомец не ответил. Он посмотрел на пассажиров и громко приказал:

– Раздевайтесь! Полностью! – а потом обратился к своей спутнице – проверь их одежду!

– Я не могу на ходу! – женщина щупала куртку Макса, – тут темно.

– Раздевайтесь! И вы, девушка, никто не будет тут на вас смотреть… Пусть ваш парень вам поможет, он наверняка видел вас голой… Нет, не видел? Ох, горе мне с вами….

– Нужно остановиться, – сказала женщина, – я не могу на ходу.

Незнакомец резко остановил автомобиль. Приказал Максу выйти.

Женщине велел «разобраться с девчонкой».

– Кажется, она меня боится, – заметил мужчина, – сама с ней возись.

– Конечно, боится. Ты пугаешь детей, как обычно. Будь милым! – и захлопнула пассажирскую дверь.

– Ну, Макс, надеюсь, с вами мне необязательно быть милым? – незнакомец сел на землю и начал ощупывать джинсы Макса, – вот вам фонарик, светите мне, ни хрена не вижу…

Милли было очень плохо. Она вообще не соображала. Практически выключилась еще тогда, когда в клубе взбесилась толпа. Милли вообще не любила толпы, боялась, когда много народу. На концерте – другое, там толпа была снизу, отдельно, а рядом с людьми даже на домашней вечеринке было некомфортно. Она долго тренировалась у терапевта, чтобы можно было вот так, для промоушена, в клубы ходить, среди людей сидеть – вроде бы начало получаться. До того момента, как толстый канат, отгораживающий вип-зону, был сорван толпой и Макс схватил ее за руку и поволок куда-то – страшные люди хватали ее за руки, за одежду, за волосы…

…В соседней комнате страшно кричал Макс, раздавались страшные звуки. Страшные люди валялись по всей комнате. Страшный человек сказал, что выбросит ее в окно. Макс вступился за нее – он знает, что она – Милли Филис и стоит много денег.

Потом страшная, безумная гонка на страшном автомобиле. Почему она не начала кричать, когда остановила полиция? Потому, что Макс прижал свой рот к ее рту, закрыв его. Милли думала, что если Макс запустит свой язык к ней внутрь, она умрет на месте – парализовало от ужаса. Но Макс не стал этого делать. И даже его рука на ее теле не была так отвратительна, как обычно человеческие руки – он поддерживающе похлопывал ее по боку, как обычно делал добрый доктор во время неприятных процедур… Она не позвала полицейского на помощь – она Милли Филис, юное дарование, вневозрастная девочка-припевочка с неопределившимся гендером, пропагандирующая здоровый образ жизни. В этот образ не входит скандал с полицией. Милли – флагман семейного предприятия, она дает работу десятку своих родственников, не может испортить все…

А потом страшный человек приказал раздеваться. Что он хочет с ней сделать? Сможет ли Макс ее защитить, он сам боится…

– Не бойтесь, детка, – ласково сказала неизвестная женщина, перебравшись на заднее сиденье, – экстремальные ситуации случаются, вы еще неплохо держитесь… Я сама развяжу вам шнурки. Давайте сюда вашу ножку, пожалуйста. Теперь другую, – женщина выбросила вещи в окно, – Подымите ручку, теперь другую… Ох, сколько же на вас одежды… Зачем вам столько?

– Это мой стиль, – пробормотала Милли. Впервые после клуба открыла рот, – А это кто? – с опаской показала на страшного человека.

– Это мой муж, – ласково сказала женщина, – он, конечно, выглядит сейчас не очень приветливо, но он хороший человек. И хочет вам помочь.

– Он хотел выбросить меня в окно! – пожаловалась Милли доброй женщине.

– Он очень боялся, что не справится с ситуацией, не был готов. Такое и с вами бывает – вы орете на всех, когда боитесь?

Да, Милли часто орет на свою команду, когда боится выйти на сцену, когда боится облажаться в студии…

– Все! – женщина выбросила последнюю тряпку наружу, – Возьмите мой плащ, чтобы не замерзнуть, – женщина с интересом смотрела в окно на голого Макса, который держал фонарь. Свет снизу интересно подчеркивал знаменитые «кубики», а лицо в полумраке казалось совсем юным.

– Такой красавчик! – сказала женщина, – ну, просто очень хорош!

– Я все слышу! – заметил страшный мужчина снизу, – соблюдай приличия, тут посторонние люди!

Женщина закрыла окно, чтобы не подслушивал.

– А вам Макс нравится? – спросила с интересом у Милли.

– Нет. Мне никто не нравится. И я ему не нравлюсь. Он подставной жених, за деньги… – тут Милли испугалась, что выдала тайну своего проекта, но женщина ободрила ее:

– Я знаю. Босс Макса – моя знакомая. Она знала, что мы тут отдыхаем, позвонила и попросила помочь…

– Ага! – раздался крик снаружи, – Я так и знал! Дай мне молоток.

Страшный мужчина рассматривал что-то мелкое в свете фонаря, фотографировал и разбивал молотком. Быстро встал, засунул в машину комок одежды и голого Макса.

– Оденетесь по дороге! Погнали!

Через некоторое время добрая женщина сказала страшному мужчине:

– Мне не нравится, как выглядит девочка, я бы взяла у нее кровь на анализ. Думаю, в больнице смогу договориться, чтобы сделали срочно.

– Мне тоже не понравилась. Но Макс утверждает, что не наркоманка… Ненавижу наркоманок!

– Деточка, вы принимали что-то сегодня? – ласково спросила женщина, – ответьте правду, пожалуйста. Я не буду вас ругать или судить, важно знать.

– Она не наркоманка, – снова вступился Макс, – я знаю точно.

Ну, что он лезет! Милли сама может ответить.

– Нет. Я не употребляю наркотики, не курю и не пью, – твердо заявила.

– Едем к больнице, – скомандовала женщина.

Ехали медленно. Страх уходил. Можно было отдышаться. Посмотрела на Макса. Он протянул ей руку. Она подумала и взяла Макса за руку. Милли этого не любит, но, может, Максу сейчас это нужно. Ведь ситуация вышла за рамки их договора.

1.3

Перестали гнать, нормально ехали. Незнакомец явно расслабился. Тогда Макс решил спросить, что это вообще было.

Незнакомец снова напрягся. Оглядел дорогу. Вздохнул.

– Не понимаю, ребята. Расскажу вам, что могу… Мы тут отдыхаем после тяжелой работы. Звонит мадам Эльвира, очень просит срочно помочь “милому мальчику, который попал в беду”… Нет, ну, я всегда предполагаю какую-то подставу, когда слышу про Эльвиру, но мне гарантировали, что все будет нормально, – незнакомец свирепо посмотрел на свою спутницу, – нужно всего лишь “растолкать парочку хулиганов и забрать Максика из клуба”. Парочка хулиганов оказалась командой профессионалов, совсем не случайных клубных драчунов. Поэтому я разбил ваши телефоны – в них могло быть подслушивающее устройство, сейчас это доступно даже ревнивым мужьям. Потом, когда мы подъезжали к отелю и я очень надеялся, что от вас избавлюсь и вернусь к отдыху, заметил там те же машины, что были в паре кварталов от клуба. Нас ждали, знали, куда едем, не смотря на запутанный и сложный маршрут – очевидно, на ком-то из вас было следящее устройство. Устройство оказалось на одном из вот этих жутких одеяний мисс… как вас, пардон, не запомнил?

– Милли Филис, – кажется, Милли немного обиделась, что ее – с ее пятью “грэмми”! – кто-то не знает.

– Милли Филис? Ух, ты! – обрадовалась женщина, – так интересно с вами познакомиться. Вот тут можете автограф оставить? – женщина протянула какой-то блокнот.

– Ты знаешь, кто это такая? – удивился мужчина, – Откуда?

– Конечно, знаю. Я интересуюсь современной культурой, а не задаюсь только потому, что имею хороший слух и музыкальное образование… У нее пять “грэмми”! Что такое “грэмми” ты наверное слышал?

Седой мужчина даже расстроился как-то. Видимо, он был из тех, кто обычно, все лучше всех знают, а тут оказался глупее всех.

– Если вы такая знаменитость, то у вас должна быть охрана. Где она была? – спросил мужчина.

– Не знаю, – ответила Милли.

– Когда началась драка, стояли вокруг вип-зоны, а потом толпа их смела, – рассказал Макс.

– И они не вывели девушку?! Существует протокол, как поступать во время подобных событий, любая охрана его знает. Где остальные члены вашей команды, вы ведь не одни сидели?

– Не знаю, – грустно ответила Милли. Ее все бросили. Кроме Макса.

– Вот, не знаю, куда подевались, – рассказал Макс, – я оглянулся только, а уже никого нет…

– Согласитесь, странно…

– У меня вопрос, – вмешалась женщина, – как вообще так получилось, что вы, Милли, гастролируете сама? Вы еще ребенок и я читала, что у вас семейное предприятие, работаете все вместе?

– Родителям сказали, что надо менять имидж, становиться взрослой. Сначала я ездила со старшим братом, а потом он сломал ногу.

– Как он сломал ногу, разрешите спросить? – поинтересовался седой мужчина

– Он катался в парке на велосипеде и в него врезался другой велосипедист.

– Ну, конечно! – седой мужчина выразительно цыкнул и закатил глаза, – Дальше: выбор вашего подставного кавалера… Почему не выбрали нормальное эскорт-агенство, почему согласились на кого попало?…Извините, Макс, ничего личного, это я про Эльвиру.

– Мне Макс показался самым непротивным, – ответила Милли, опустив глаза, – родители были против, но кто-то из команды меня поддержал.

– Кто?

– Не помню.

– Достаточно… Теперь расспросим вашего кавалера: вы употребляете наркотики? – вот, не хотелось бы, чтобы Милли этот допрос слышала, ну, да ладно…

– Нет. Пробовал пару раз – не понравилось.

– У вас есть проблемы с законом? – да, ну что пристал! Зачем ему это? Он что, полицейский или священник? – Отвечайте честно, я предполагаю, что, если вы связались с Эльвирой, то наверняка рыльце у вас в пушку.

– Ну, это… Давно было всякое, очень незначительное… Ничего серьезного, правда. И давно было. Я член общества, у меня честный источник дохода – бизнес по установке канализационных систем. Правда! – почему-то ему было неприятно, если Милли будет думать, что ее благородный жиголо – какой-то ворюга.

Может, от слова “канализация” не веет чем-то благородным, но уж точно не таким дерьмом, как мелкое воровство.

Уже приехали на стоянку возле местной больницы. Седой водитель сидел, откинув голову на кресло, и молчал. Его спутница что-то там искала в багажнике. Вынесла медицинский чемоданчик.

– Не бойтесь, – ласково сказала, – я лицензированная медсестра. Расслабьтесь, пожалуйста…

– У Макса тоже возьми, на всякий случай, – седой обернулся к ним, – Так, вот, что, ребята: из клуба я Максика вывел, обязательство свое выполнил, скандала не допустил. Я не смог вас выпустить возле отеля, так как был уверен, что вам грозит опасность… Но теперь мое дело сделано. Я на вас не работаю и вообще я в отпуске. Тем не менее, хотелось бы знать, что вы будете делать?

– Надо родителям позвонить, – сказала Милли, – пусть они мне скажут, что делать.

– Такая хорошая девочка, – обрадовалась медсестра, – а ты все время ругаешь молодежь, как старикан, – обратилась к седому мужчине, – а она, видишь, какая ответственная.

– Макс? – седой мужчина смотрел на него.

– Ну, это… Я бы затаился на пару дней, посмотрел что будет, людей порасспросил, чтобы разобраться, что стряслось, телевизор посмотрел бы – чего там полиция накопала… Там и решил бы. Сейчас не знаю, что делать.

Женщина побрела к больнице. Макс заметил, что она хромает. И Милли тоже на нее глядела. Незнакомец увидел, что они смотрят, как идет его спутница, и сказал строго:

– Полагаю, что если кого-нибудь из вас спросят, как выглядела эта женщина, вы забудете упомянуть о ее походке? Все-таки я спас жизнь Максу и надеюсь на некоторую благодарность.

– Конечно, – сразу сказал Макс. Милли молчала.

– Мисс Милли? Это важно для безопасности этой женщины.

– Хорошо.

Этот суровый человек с нежностью смотрел на свою медсестру. Значит, он не такой страшный, каким кажется, у него может быть сердце или что-то вроде этого. Макс решил рискнуть. Включил всю свою обаятельность.

– Тут это… Сам я не справлюсь. Не могли бы вы помочь? Ну, присмотреть за мной… и Милли, если она захочет… Пожалуйста. Я понимаю, у вас отпуск, но в том клубе было так страшно, я один с этой кочергой… А вы такой крутой, так их раскидали…

Седой мужчина улыбался, почти смеялся.

– Эта чертовка Эльвира может подбирать кадры!…Роль беспомощной овечки вам прекрасно удается, Максик, честно. Я бы поверил, если бы только не видел результаты вашего махания кочергой. Неплохо, неплохо… И армейскую татуировку на плече видел. Настоящая или чтобы на барышень впечатление производить?

– Настоящая! – Даже обидно стало, пожалуй, это то малое, что у него есть из настоящего.

Вернулась из больницы женщина, сказала, что результаты сообщат по телефону.

– Что решили? – спросила.

– Макс просит присмотреть за ним до выяснения обстоятельств. Малышка, видимо, нам придется в нашем отпуске нянчить Максика… Ты же скучаешь за детьми, вот тебе новый ребеночек.

– А Милли? – женщина смотрела на нее необыкновенно ласково.

– Мисс Милли? – вопросительно смотрел седой мужчина, – я отвезу вас туда, куда вы скажете. Вы знаменитость, у вас, в отличие от Макса, есть все возможности решить свою проблему самостоятельно.

Макс забеспокоился. Он уже почти прибился к сильной стае – это был его давний способ бороться с трудностями, а эта Милли может все испортить! Придется ему с ней переться, не кинет же он девочку одну, а кто знает, что там дальше будет… Так и связывайся со знаменитостями! Да больше никогда!

…Вот, бабушка, процветающего внука которой он изображал, это да, суперклиент – пирогами кормила, платила хорошо, и никакой беготни с кочергой в руке и следящим устройством в свитере… Макс вдруг очень захотел, чтобы у него была бабушка с пирогами – спокойно, безопасно…

– Мне надо позвонить родителям, – твердо сказала Милли, – а потом я бы хотела поехать с Максом.

– Конечно, он же такой красавчик! – пробормотала женщина…

Что за глупая женщина! Причем тут это! Макс пропадет без защиты. Милли знаменитость, у нее куча денег и связей, она должна за ним присмотреть… Читала его досье, когда кавалера выбирали. Он такой несчастный – папа-алкоголик его бросил, мама умерла от рака, с юности один, никак не может определиться жизни. Знает то, умеет это, а не знает как применить, не боец, не научен добиваться, пробовать еще и еще, не сдаваться, безответственный лентяй… В отличие от нее, Милли – инвалида, которая стала суперзвездой. Милли – флагман, все за ней идут, ее все слушают. У нее пятьдесят миллионов подписчиков в Инстаграме… Макс не смылся тогда в клубе, как все. Теперь ее очередь не бросить его.

– Вот вам телефон, – протянул ей мужчина свое устройство, – его нельзя отследить, но телефон ваших родителей наверняка слушают. Поэтому вы скажете, что живы, здоровы, уехали из клуба раньше происшествия. Никому не сказали, потому, что поехали порезвиться с Максом, потом позвоните еще…

– Но родители никогда не поверят, что я поехала с кем-то там резвиться! Ни с кем я не резвлюсь. Тем более с Максом!

– Именно поэтому. Очень подходящая формулировка. Родители поймут, что вы живы, контролируете ситуацию, но все таки в беде, может, выяснят что-то, примут меры для собственной безопасности.

Слово какое противное – “резвиться”! Что это вообще такое?

Взяла телефон страшного человека. Телефон, как телефон. Почему по одному можно звонить, а другой молотком нужно уничтожить? Странные дела. С такими делами Милли не знакома, а этот страшный человек и его жена видимо достаточно… И зачем им вообще это надо?

– Потому, что он – джентльмен, – мягко ответила женщина на вопрос, который Милли не произнесла вслух.

Что за ерунда! Она еще и мысли читает! Ну, уж нет, не позволит она, Милли Филис, суперзвезда с пятью “грэмми”, читать свои мысли.

– Ничего я такого не думала! – заявила. Милли не любила, когда кто-то другой мог видеть то отдельное от всех кино, что было у нее в голове.

– Конечно, – сразу согласилась женщина. Пожалела уже, что кино внутри странной головы Милли захотела посмотреть…

– И вообще, прежде, чем ехать, я должна знать, кто вы такие! – она – Милли Филис, суперзвезда, никто не будет ее мысли читать! – Может, вы сами похитить меня хотите!

– Это вам надо с нами ехать, девочка, мне вы даром не сдались, – заносчиво сказал мужчина, – я вообще про вас только сегодня услышал. Можете выметаться из моей машины, и “грэмми” свои не забудьте! – он открыл пассажирскую дверь.

– Милли, не дури! – сказал тихо Макс

– Не нужно проявлять неуважения, детка, – ласково сказала женщина, – никогда не знаешь, как все повернется, а в вашем нынешнем положении это вообще очень неблагоразумно. Я могу вам дать денег на такси, вон там за больницей стоянка, езжайте себе…

Макс весь вспотел. Эта Милли набычилась, смотрит исподлобья. Такая тихая была, когда не соображала ничего от страха, а теперь вернулась прежняя Милли Филис – танк, что идет напролом.

– Милли, мы ведь не знаем толком, что случилось, – сказал ей Макс, он очень боялся, что седой тип вытолкает их из машины и они останутся темной ночью одни, – Скорей всего, из-за тебя все в том клубе случилось – ты же знаменитость, а я никто… Но мне с тобой придется идти – нехорошо девочке одной шастать, раз расклады такие. И мне некому помочь, некому прикрыть… А ты единственным людям, которые могут мне помочь, хамишь…

– Я не могу идти с людьми, которых не знаю, – ну, что за тупая девка! Она и так в полной власти этих людей с тех пор, как седой зашел в ту комнату, как не понимает!

– Звоните родителям! – седой напомнил, зачем Милли телефон в руках держит.

Милли позвонила. Не нервничала особо, но только говорила невнятно – Макс знал, что она очень много занималась с логопедом, чтобы дикцию поставить, а в стрессе снова говорила плохо. Родители уже слышали про драку и про пожар, данных про Милли еще не было, очень беспокоились. Милли, глядя седому прямо в его холодные глаза, сообщила родителям, что на несколько дней уезжает порезвиться с Максом. Так и сказала, как ей было велено – порезвиться. Родители видимо ошалели от такого. Видимо переспросили.

– Да, порезвиться! – с вызовом сказала Милли, – Я видела Макса голым и он мне понравился. Еду резвиться!

Женщина начала хихикать. Макс не знал куда себя деть, хотя, конечно, не ему стесняться. Лицо седого, как и странное лицо Милли, ничего не выражало. Милли вернула ему телефон.

– Хочу все-таки знать, как вас зовут – хоть какие-то гарантии…

Ну, и дура! Ребенок идиотский. Какие гарантии! И вообще кто ей правду скажет… Вот, на месте седого, он бы еще и пинка дал бы этой Милли под зад.

– Мне тоже нужный гарантии, – вдруг сказал седой, – вы тут сами отказываетесь из моего транспортного средства выходить, а потом будете жаловаться, что я вас похищаю, – мужчина включил диктофон, – вот заявите тут, что отправляетесь со мной совершенно добровольно.

– С кем отправляюсь? Мне же надо как-то вас назвать…

– Я подскажу по ходу… Говорите: Я … имя по документам… совершенно добровольно и в здравом уме…

Что за цирк! Есть тут кто-то вообще в здравом уме! Опять Максик попал! И чего ему не сиделось на канализационных работах…

– Я, Миллисент Пират Филис…

– Пират?! Ваше второе имя Пират? – даже у седого, с его невыразительным лицом, выпучились глаза. Женщина хихикала и бормотала, что, типа, какие мудрые родители – Милли очень подходит это дополнительное имя. Макс вспомнил, что долго смеялся над этим вторым именем.

– Да, это мое второе имя… Добровольно и в здравом уме отправляюсь с господином, который называет себя… Ну?

– Называет себя… мудрая формулировка, молодец девчонка…. называет себя… эээ… сэр Артур.

Женщина не могла уже сдержать смех. Милли твердо повторила, с трудом, но четко выговаривая слова:

– Я, Миллисент Пират Филис, добровольно и в здравом уме отправляюсь с господином, который называет себя “сэр Артур”… Довольны?