![](/files/books/160/oblozhka-knigi-30-v-polzu-shapochki-si-383658.jpg)
Текст книги "3:0 в пользу Шапочки (СИ)"
Автор книги: Марина Ли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)
Глава 7
Болеть Серго не любил. К тому же на нём и в самом деле всё заживало, как на собаке. Синяки с его лица сошли через два дня, через три он перестал хромать и снял руку с перевязи, через неделю вытащил-таки меня на свидание.
И хотя я отнекивалась, как могла, отсидеться дома не получилось. Впрочем, про правило «Вижу цель – не вижу препятствий, я уже говорила».
– У тебя на самом деле так много работы в школе, что нету времени, или ты просто не хочешь куда бы то ни было со мной идти?
Серго не миндальничал, задавал вопросы в лоб. И наверное можно было соврать, что дел в школе и в самом деле немало, но ведь с него станется позвонить директору и потребовать снижения нагрузки. А мне между тем нравилась моя работа. И дети были замечательные, и коллектив… Поэтому я без охоты призналась:
– Я просто боюсь, что ты ещё недостаточно здоров.
– Я тебя умоляю! Да на мне пахать можно, – захохотал Серго. – Дома сижу потому лишь, что у обычного человека переломанные рёбра за одну неделю не срастаются. Меня всё равно командный эскулап с тренировки попрёт…
Мне велели одеться потеплее и категорически забраковали любимое красное пальто, настояв на короткой, но тёплой куртке.
– На улице +8, – попыталась возмутиться я, но Серго загадочно фыркнул:
– Это смотря на какой улице… – Его новенький телефон звякнул входящей СМСкой. – Такси приехало.
Про аварию Серый рассказывал без охоты. Я знала только, что врезавшийся в него грузовик с места происшествия скрылся, и водителя до сих пор не нашли. Страховая сказала, что выплат по разбитому джипу ждать стоит не раньше, чем через два месяца, а в мастерской сказали, что машину проще купить новую.
Слава Богу, мне удалось уговорить Серого пока с этим не спешить. Хотя, конечно, пришлось пойти на шантаж.
– Или ты сначала полностью выздоравливаешь, или я вообще больше ни разу не сяду в твою машину! – категорически заявила я, и Серго, сдаваясь, смиренно поднял руки вверх.
Такси вывезло нас за город и помчалось по пустой трассе в сторону аэропорта.
– Куда ты меня везёшь? – шёпотом спросила я.
– Потерпи пятнадцать минут и узнаешь, – подмигнул Серый и за плечи притянул меня к себе на грудь, шепнув в загоревшееся огнём ухо:
– Влюблённым молодожёнам по статусу положено обжиматься в такси. Разве не знала?
Мы миновали поворот к лётному полю, и только когда впереди показались разноцветные трубы новенького, только год назад построенного аквапарка, я догадалась, где будет проходить наше первое свидание.
Так вот зачем он взял с собой спортивную сумку! А я гадала, что он туда спрятал...
– Аквапарк? – спросила я. – Почему не сказал, чтобы я взяла купальник? Сюрприз сюрпризом, но…
– Потому что на катке он тебе не нужен, – перебил Серый. – Хотя в купальнике и коньках ты смотрелась бы просто бомбически.
– Что?
Машина остановилась на парковке перед главным входом в сверкающее зеркальными окнами здание. Пока я выходила из машины, Серго расплатился с водителем. Аккуратно захлопнул за собой дверцу, закинул на плечо сумку и, лениво усмехаясь, приблизился ко мне.
– Я был здесь в прошлом году, – сказал он. – На торжественном открытии. Поэтому мне доподлинно известно, что в этом культурно-развлекательном центре, который ты пренебрежительно обозвала аквапарком, есть крытые теннисные корты, баскетбольный зал и открытый каток на крыше. Который уже залили, я узнавал.
Я спрятала руки в карманы куртки и виноватым шёпотом призналась:
– Серёж, я не умею кататься на коньках. – Он подавился недоверчивым смешком. – Честное слово. Я их даже ни разу не надевала.
– Одно лишь радует, – после секундной задержки проговорил Серго. – Я узнал об этом до того, как моя команда подняла меня на смех.
И растянув губы в до пугающего предвкушающей усмешке, добавил:
– Ты станешь первой, кого я поставлю на коньки. Это будет весело.
***
Ну, насчёт веселья я-то как раз очень сомневалась. Прошлой зимой в нашем студенческом городке залили свою коробку. И вся общага с упорством камикадзе бегала туда ставить синяки на филейных частях. Я-то за ним из тепла через окно наблюдала, а они при -18 гремели костями об лёд и хохотали, как умалишённые.
А меня никогда не возбуждала идея «оттенков серого». Я не терплю боль, и даже намёков на неё не терплю.
– Серёж, а может просто поплаваем? – состроив жалобную моську, попросила я, но Серго весело заржал и объявил:
– Больной, не рыпайтесь. Доктор сказал, в морг? Значит, в морг.
И после этого приобнял меня за талию… Немного ниже талии, если уж быть до конца откровенной, и решительно потащил меня в сторону стеклянного лифта.
– Русь, не дрейфь! – уговаривал он по дороге. – Тебе понравится, обещаю.
– Я не люблю боль.
– А кто ж её любит?
– И холод не люблю.
– Я проследил за тем, чтобы ты тепло оделась. К тому же, поверь, когда катаешься, холода совершенно не чувствуешь. Я четверть века на коньках, знаю о чём говорю.
– Серго!
– Называй меня сэнсэй, детка. – Он сложил руки домиком перед лицом и дурашливо поклонился, одновременно головой выталкивая меня из лифта. – Ничего не бойся.
Я глянула на Серго из-под ресниц и утонула в медовой густоте его янтарного взгляда. Ноздрей снова коснулся запах тающего под солнцем соснового побережья и коленки вдруг стали словно ватные.
– Я не сделаю тебе больно, – хриплым шёпотом заверил он. – Никогда.
Я, даже не знаю, как, поняла, что говорит он не о катке. Не только о катке. И спрятала загоревшееся лицо в высоком воротнике куртки.
Ну ещё и от ветра спряталась, потому как на крыше спортивно-развлекательного центра ветрило гулял просто бешеный.
Серго усадил меня на скамеечку, заботливо подложив по мою пятую точку одну из тех подушечек, которые были привязаны к стульям в норе. Сам стянул с моих ног обувь и сам же помог обуть коньки. Белоснежные, мягонькие, с симпатичным каблучком… В общем, точно такие же, на которые я любовалась во всех фильмах о фигуристках.
– Чтобы научиться кататься на коньках многого не нужно, – рассказывал Серго, упаковывая меня в коньки. – Достаточно желания. И умения правильно шнуровать. Ты знаешь, что коньки нужно утягивать так, чтобы они к ноге как вторая кожа прилегали?
– Теперь знаю.
– Теперь – да.
Серго внезапно выпрямился и вместо того, чтобы отойти, наоборот приблизился, прижался губами к моему рту. Сладко и порочно.
И пока я шокировано моргала, отшатнулся.
Коньки он обул гораздо раньше меня, поэтому теперь ничто не мешало ему схватить меня за руки и прямо с безопасной скамейки уволочь в самый центр коварного ледяного царства.
Хотите правду? Я смеялась. Смеялась, когда Серый держал меня за руки, не позволяя упасть. Смеялась, когда падала, хохотала, когда он валился на лёд рядом со мной, и задыхалась от преступного счастья, встречая невыносимо огненные на фоне ледяного катка поцелуи.
Серго ни разу не позволил мне упасть. И первый час нашего катания я подозревала, что всё было затеяно лишь для того, чтобы получить возможность безнаказанно меня потискать. Но потом он заявил:
– Ты научилась стоять на коньках, пришла пора учиться подниматься после падения.
***
– Что делать? – переспросила я, и Серго кивнул головой влево, где какой-то ретивый папаша стоял над своим чадом и азартно рычал:
– Лечь. Встать. Лечь. Встать. Лечь. Встать…
Самое удивительное, что чадо не возмущалось. Глаза у чада горели бешеным огнём, да и вообще малец с такой охотой рушился на лёд и так резво поднимался, что меня только завидки брали.
Но папа, конечно, не в своём уме. Тут спору нет.
– Это Паша Солёный, – прошептал Серго. – Когда в юности он сыграл четыре матча за «Звезду», но сильно травмировал колено, и был вынужден уйти из большого спорта. Это его четвёртый, самый младший сын. Угадай, чем занимаются старшие?
Я скривилась. «Солёную» тройку разве что только абсолютный профан не знал. Три брата. Центральный, правый и левый нападающий. Сколько они нам голов наколотили, страшно вспомнить.
– А этот вратарём будет, – усмехнулся Серго. – У вратарей карьера длинная, так что папа со льда ещё лет тридцать не уйдёт.
И после секундной заминки добавил:
– Я бы тоже так хотел.
– Как?
– Чтобы четыре сына – лучше, конечно пять! – и хоккей до самой старости.
Я искоса глянула на него и залюбовалась тем, с какой искренней завистью он следит за тем, как папаша-садист издевается над своим малолетним отпрыском.
Отпрыск, впрочем, не выглядел несчастным. Щекастый, розовый колобок лет трёх хохотал так, что на него не только мы засматривались.
И да. В свои, два или три года, на коньках он катался гораздо лучше меня.
Настроение отчего-то стремительно скатилось в трубу.
– Что-то я устала. Поехали домой, Серёжа.
– А падать учиться? – возмутился он.
– Давай в другой раз.
Я отвела глаза, кожей чувствуя на себе его задумчивый взгляд.
– Можно и в другой, – наконец, согласился он. – Купаться пойдём? А обедать?
– Домой хочу.
– Ладно.
Мы долго не могли вызвать такси, потому что так далеко за город никто не хотел ехать даже за доплату. Наконец, у Серго получилось поймать какого-то частника – благо до трассы тут было рукой подать.
– Ребят, это писец, – то и дело оборачиваясь назад то ли восхищался, то ли возмущался водила. – Я сегодня утром прилетел. У вас на Чиж-озере затонувший город подняли. Слышали, может? Говорят, Атлантиду нашли. А я лучший в мире специалист.
– По Атлантиде? – уточнила я.
– По криптоанализу, – с укоризной исправил меня он. – Или вы думаете, что в поднятом городе письменности не нашлось? Нашлось, да ещё какой!.. Ну, вам это, в общем, не интересно. Короче вызвонили меня, договор подписали, всё как водится. Я прилетел. В майке, шортах, сандалиях и с толстовкой в рюкзаке на случай холодных вечеров. А у вас тут даже не холод. У вас дубарила какая-то адская. Не, ну я-то понимал, что на севера еду. Но начало сентября, ребята! У нас жара вообще. Градусов тридцать, в Днепре купаться можно. А я тут из самолёта вышел – мама дорогая! Сопли в носу замёрзли, яйца в трусах зазвенели – вообще чума! Хорошо на аэродроме с мужиком одним познакомился. Он мне свою «Аляску» всего за две сотни продал.
– Мужик, а ты в курсе, что Чиж-озеро совсем в другой стороне? – осторожно вклинился в этот бесконечный монолог Серго.
Криптоаналитик грязно выругался в адрес нашей мобильной связи и состроил мне жалобные глазки через зеркало заднего вида. Словно я не девушка, а вышка мобильного оператора. Я-то чем помочь могу?
– Сильно в другой? – спросил он.
Мы с Серым синхронно кивнули.
– Километров сорок до аэропорта назад, – объяснил мой муж. – Ну и там ещё шестьдесят.
– Засада, – вздохнул криптоаналитик. – А гостиница здесь есть какая-нибудь?
– «Металлург», – шепнула я. – В Новоозёрске. Ну или можно вертолёт нанять, если очень срочно. Вертолётом до Чиж-озера, конечно, быстрее. Вы машину напрокат взяли? В аэропорту?
– Там, – тоскливо согласился наш водила.
– У них на вертолётной станции тоже точка есть. Там и сдадите. Только поворот не пропустите, тут недалеко совсем.
***
– Ой, да какой поворот, ребята, – возразил парень. – Не брошу же я вас посреди дороги. Раз уж взялся подвезти, доброшу до города, переночую в вашем «Металлурге», свяжусь с группой… Мобильная связь-то в вашем Новоозёрске работает?
– Работает, – усмехнулся Серго.
– Вот и отлично… А то меня там, поди, ждать будут. Волноваться… О! Глядите-ка, ещё один безколёсник. Возьмём?
И тут же, не дожидаясь нашего ответа, прижался к обочине, сбрасывая скорость.
Впереди и вправду стоял мужчина, вытянув над дорогой руку с поднятым большим пальцем. Когда машина остановилась, он резво подбежал к пассажирской двери и, весело поздоровавшись, спросил:
– До города подбросишь, шеф?
От этого голоса у меня мурашки по позвоночнику пробежали и шевельнулись волосы на затылке. Я испуганно схватилась за руку Серго, пряча лицо на его плече. Потому что я сразу узнала нашего случайного попутчика. Он устроился на сидении рядом с водителем, скользнул по нам незаинтересованным взглядом.
– Добрый вечер, молодёжь! – подмигнул, искрясь весельем, и, кажется, меня не узнал.
Машина тронулась с места, оставляя позади указатель на авиа клуб «Рассвет», и я закусила губу, не зная, как предупредить Серго о том, кого именно наш наивный криптоаналитик только что подобрал.
Я отчего-то была на сто процентов уверена, что человек, который привёз нас с Виталиком в лес, чтобы Дикой охоте было с кем поиграть, давно понёс наказание за свой поступок. А он преспокойненько себе работает на своей вертолётной станции.
И вполне возможно поддерживает связь с остатками банды, которая не один месяц наводила ужас на веь наш лес.
– Всё хорошо? – склонившись к моему лицу, спросил Серый, и я покачала головой, но вслух прошептала:
– Да. Устала просто очень сильно.
Серго удивлённо заломил бровь, задумчиво посмотрел на меня, а затем опустил ладонь на мой затылок.
– Далеко-то до города? – спросил водитель, и попутчик принялся рассказывать о том, как он этот путь один раз на велосипеде всего лишь за час преодолел.
– Я же с малолетства на лётном поле трусь. Сначала мальчиком на побегушках был, потом помощником механика, сейчас летаю на своей машине, столичным туристам наши места с высоты птичьего полёта показываю.
– Так вы пилот! – догадался криптоаналитик. – А мы, представьте себе, только что о вашей авиа базе разговаривали. Бывают же совпадения.
– Действительно, – задумчиво пробормотал Серго и рука на моём затылке потяжелела. Всё-таки догадался?
– Тоже на экскурсию хотите? – спросил пилот. – Могу по знакомству скидку сделать. Только горючее оплатите – и всё. На троих совсем недорого выйдет.
– Мы пас, – ответил Серго. – Не люблю летать.
– А я, может, завтра воспользуюсь вашим предложением, – отозвался криптоаналитик. – До Чиж-озера много горючего нужно?
– Не много, – вместо пилота ответил Серый. – Но я бы на вашем месте не летел. Опасное это дело. Никогда не знаешь, чем полёт может закончится. Взлетишь ли, сядешь ли. Не выбросят ли тебя с борта, как ненужный балласт.
Пилот оглянулся. Меня он в полумраке видеть не мог, к тому же я сидела как раз за ним, но вот Серго сумел рассмотреть.
– Я где-то тебя видел, – произнёс он, после минутного рассматривания. – Ты со мной не летал, часом?
– Сказал же, не люблю летать.
– Странно. Лицо знакомое… – пилот отвернулся. – Может похож на кого-то.
– На Сергo Wolfa, – хмыкнул Серый. – Хоккеист такой есть. За «Звезду Севера» играет.
– А я про вас читал! – восторженно ахнул криптоаналитик. – Вы в прошлом сезоне какой-то кубок получили. Как интересно… Впервые вижу живого хоккеиста.
Мы въехали на окраину города и наш водитель, остановившись на светофоре, оглянулся, чтобы получше рассмотреть моего звёздного мужа. И в этот момент пилот щёлкнул пряжкой ремня безопасности и буквально выкатился на пустынную дорогу, рванув в сторону частного сектора.
– Проклятье! – выругался Серго.
– Чего это он? Больной какой-то… – криптоаналитик потянулся, чтобы закрыть пассажирскую дверь. – Сказал бы, что не хочет меня на Чиж-озер везти. Я бы понял. Чего бегать-то? Детский сад…
Мы с Серым переглянулись.
– Приедем домой, и ты мне всё очень подробно расскажешь, – шёпотом предупредил он, и до норы мы эту тему не обсуждали, а уж простившись с нашим водителем и обменявшись с ним номерами телефонов, ввалились в дом, где меня уже капитально прижали к стенке.
***
– Ну? – Серго даже переодеться не позволил.
Помог снять куртку, подождал, пока разуюсь, и набросился с вопросами.
– Кто это был?
– Пилот, – подтвердила я его догадку. – Это он нас с Виталиком в лес привёз и из вертолёта выкинул.
– А почему я об этом слышу впервые?
Я пожала плечами. Что здесь можно было ответить?
– Потому что у меня о нём никто не спрашивал? – полувопросительно ответила я. – И не рычи на меня! Я про него вообще забыла. Мне подробностей о том, как вы Дикую охоту ловили не рассказывали. У нас в посёлке вообще не принято с женщинами о таких вещах говорить. Сказали, что банды больше нет и по лесу теперь спокойно ходить можно – и всё. А вот почему вы не задумались над тем, как мы с Виталькой в такой ситуации оказались…
– Не называй этого слизняка Виталькой! – рявкнул Серый. – Слышать про него не хочу.
– Ну так и не слушай, – огрызнулась я.
Серго оскалился. Я упрямо поджала губы, но не выдержав и минуты, устало вздохнула и подробно рассказала о том, как мы с моим бывшим парнем превратились в дичь для Дикой охоты.
– И вообще, – закончила я свой рассказ. – Могли бы и у Вита… – Осеклась под мрачным взглядом. – … у моего бывшего парня спросить, как мы с ним в лес попали.
– А мы и спрашивали, – ответил Серго. – Вот только он про пилота и словом не обмолвился. Сказал, что вы с ним приехали на мою дачу с романтическими целями, а там на вас уже напали и заставили мчаться через лес напрямки.
Я недоверчиво хмыкнула.
– С чего бы ему это говорить, когда всё было совсем не так?
– Не знаю, – ответил Серго. – Но обязательно спрошу у него при встрече.
И вдруг качнулся ко мне, обхватил пальцами подбородок и поцеловал. Глубоко и влажно. Грудь налилась тяжестью, а в животе что-то сладко заныло.
– Серёжа, – всхлипнула я, когда он позволил мне сделать короткий вздох.
– Да, – прошептал он мне прямо в губы. – Мне нравится, как ты меня называешь. Только ты. Никто раньше…
Невозможно. Невыносимо было слушать этот срывающийся хриплый шёпот, видеть, как горят от желания глаза цвета солнечной сосновой смолы и плавиться, плавиться в их огне…
Я зажмурилась, обхватила Серго за шею руками, провела пальцами по короткому ёжику волос на его затылке и в этот раз поцеловала сама.
Он застыл всего лишь на миг, а потом рывком перетащил меня к себе на колени, порыкивая от нетерпения, пока я не устроилась на нём верхом.
– Ру-усь, – простонал мужчина и чуть приподнял бёдра, чтобы плотнее прижаться к моей промежности своим членом. Меня словно молнией прошило, так остро, порочно и одновременно сладко это было.
– Ещё, – просипела я и в награду получила такой головокружительный поцелуй, что в себя пришла только тогда, когда почувствовала, как мужские пальцы проскальзывают мне под бельё, где уже давным-давно всё горячо и влажно.
– Н-не…
– Не обижу, – осыпая поцелуями мои щёки и шею, сипел он. – Не сделаю больно. Русь… Только хорошо, очень хорошо. Обещаю.
– Я не могу, – сладко всхлипнула я, отчаянно пытаясь ускользнуть от умелых пальцев.
– Пожалуйста… Девочка моя сладкая, пожалуйста! Я только приласкаю, клянусь! Вот так… вот так…
Поднявшись на ноги, Серго опрокинул меня на кухонный стол и тут же рванул молнию на моём худи и одной рукой сжал грудь, спрятанную под ещё двумя слоями одежды, а второй сжал промежность, при этом постукивая большим пальцем по какой-то чувствительной точке, от каждого удара по которой я громко вскрикивала, то ли протестуя, то ли уговаривая не останавливаться.
– Ну, же, детка… Давай! Покажи мне, как ты это делаешь… – Низкий голос царапает порочной хрипотцой. Бесстыжие пальцы творят что-то запредельное. И губы. И язык… – Покажи!
Я не понимала, чего он от меня хочет, но, кажется, всё-таки выполнила его просьбу, когда, коротко вскрикнув, выгнулась дугой от нестерпимо сладкого, пожалуй, даже немного болезненного наслаждения.
В себя приходила долго, вздрагивая от только что пережитого удовольствия и тяжело, будто после длительной пробежки, дыша. Серго, прижавшись влажным лбом к моему виску, вторил мне таким же тяжёлым дыханием.
Приподнялся на локтях, чтобы заглянуть мне в глаза и, уж не знаю, что он там увидел, но увиденное определённо пришлось мужчине по душе, потому как он мягко поцеловал меня и, улыбнувшись, спросил:
– Есть пожелания насчёт второго свидания?
***
Сил не было даже на смущение. Я зажмурилась и спрятала лицо в изгибе собственного локтя.
– Русь? – мягко позвал он. – Русь, прекращай краснеть, а то я за себя не отвечаю.
Отвёл в сторону мою руку, не позволил закрыться второй, поцеловал в пылающую щёку, и я даже сквозь веки чувствовала его пытливый взгляд.
– Что мы делаем, Серёж? – наконец спросила я. – Мы же всё совсем не так… мы же не об этом с тобой… Я так запуталась.
Серго выпрямился и позволил мне встать. Не стесняясь, следил за тем, как я поправляю одежду – Вот у кого ни стыда, ни совести! Но стоило мне двинуться в сторону двери, поймал за кончик косы и легонько дёрнул, удерживая. Я зыркнула на него из-под бровей, и тогда он спросил:
– Тебе было хорошо?
– Ах ты…
Он удивлённо шевельнул бровью.
– Плохо?
Я попыталась удрать, но Серый толкнул меня к стене, запер в клетку из своих рук и тела, и посмотрел так, что я без лишних слов поняла – не отпустит, пока не отвечу.
– Разве в этом дело? – пробормотала я смущённо и попыталась отвернуться, но Серго снова обхватил пальцами мой подбородок. Нахмурился.
– И в этом тоже.
– Мне… да, – выдавила я из себя. – Очень.
Глаза его вспыхнули, словно их изнутри фонариком подсветила обрадованная душа.
– Но? – поторопил нетерпеливо.
– Но я не уверена, что это правильно, – стыдливо промямлила я. Всё же говорить об этом было очень неловко. Как люди вообще об этом говорят? – Мы совсем не знаем друг друга. У меня была своя жизнь… – Серго недовольно оскалился, и я отзеркалила его гримасу. – У тебя, кстати, тоже.
Он скривился, и мне не нужно было уточнять, понял ли он, о чём я говорю. По лицу было видно, что да.
– Ерунда всё это, – наконец произнёс он и вдруг склонился к моему уху и, сладко задевая кожу жарким дыханием, зашептал:
– В этом доме не было ни одной женщины. Ты первая, Руся. И мне кажется… Нет, я уверен. Уверен, что хочу, чтобы ты осталась единственной.
Я несколько раз моргнула и, положив руку Серго на грудь, осторожно оттолкнула его. Он без возражений отстранился.
– Помнится, в день нашей свадьбы ты придерживался совсем другого мнения.
– Я умею признавать свои ошибки, – ворчливо огрызнулся он, и я закусила губу. – И… прекрати улыбаться! Это очень серьёзно и вообще официально. Я собираюсь попросить тебя стать моей девушкой. Не ржи! Для меня это ответственный шаг.
Серго обхватил моё лицо ладонями, потёрся носом о мой нос. Прошептал:
– Будь моей девушкой, Руська.
– Ох…
– Клянусь, ты не пожалеешь! Я буду ухаживать, как Бог.
Всё-таки я рассмеялась.
– Прямо-таки как бог?
– Ну, ясное дело. Я собаку съел на предугадывании и исполнении желаний. Ну и ежевечерний петтинг никто не отменял.
– Ах ты бесстыжий! – снова залившись краской возмутилась я, но Серго лишь дурашливо поиграл бровями и с самой довольной рожей заявил:
– Поверь мне, детка. Секс с бесстыдником гораздо лучше полового акта с занудой.