Текст книги "Любовь в мятеже (СИ)"
Автор книги: Марина Гилл
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)
Глава одиннадцатая
Глава одиннадцатая. Подарки
Замок был окутан тишиной. Мег на цыпочках кралась по коридору и придумывала оправдания, если вдруг кого-нибудь встретит. Она проснулась от сильной жажды, захотела пить, решила не будить слуг и спуститься в кухню самой… А если застанут её далеко от кухни, скажет, что заблудилась!
Но вот где искать Конора? Вряд ли он в спальне Флоренс – слишком опрометчиво для них обоих. Но где ещё? В какой-нибудь пустующей комнате? И как ей, Мег, эту пустующую, если ещё существующую, комнату отыскать?.. Не заглядывать же в каждую на своём пути! Да и всё равно она ни в какую заглянуть не решится… А отыскать Конора ей надо было обязательно: чтобы убедиться, врёт он или нет. Если она ошибается и с Флоренс их ничего не связывает до сих пор, а уйти куда-либо среди ночи у него была веская причина, – она больше никогда не подвергнет его слова сомнениям. Мег пообещала себе.
Спустившись вниз, Мег прошла холл и две гостиные, прислушиваясь к каждому звуку и вглядываясь в каждую тень. Она и до кухни дошла, но там тоже никого не было. В конце концов, Мег почувствовала себя ужасно неловко. Если бы только Флэтхиллы знали, что она шатается по их дому, словно воровка. Пора было возвращаться. Возможно, Конор вышел во двор… Впрочем, что ему там делать? Или он в какой-нибудь замковой пристройке?.. Но снова – зачем?
Мег вздохнула, признавая, что об этом ей, судя по всему, придётся теперь только гадать, потому что спрашивать у Конора она точно ни о чём не будет. Побеждённо развернувшись, она сделала шаг к лестнице и с кем-то столкнулась.
– Доброй ночи, Маргарет.
От голоса повеяло могильной холодностью. Мег вовремя зажала себе рот, чтобы не вскрикнуть от неожиданности и – не стала она скрывать от себя – страха.
– Д-доброй, – запнувшись, ответила она. – Прошу прощения, я шла на кухню за водой.
Мысленно Мег похвалила себя за то, что придумала отговорку заранее, иначе бы определённо растерялась перед лицом Эдуарда. Сын хозяина в почти кромешной тьме казался ещё неприятнее, чем за ужином, – а его глухой голос и вовсе вызывал у Мег дрожь. Надо же было ей наткнуться именно на него! И что он сам, интересно, делал в такое время не в своей комнате?
– Ничего страшного, понимаю. Жажда такое дело… Позволю взять на себя смелость первым поздравить вас с Рождеством, – неожиданно переменил он тему.
– Спасибо, – смешалась Мег, совершенно забывшая о празднике, – вас также!
Эдуард кивнул и отошёл в сторону, пропуская её к лестнице. Мег медленно минула его, гадая, понял он или нет, что она по всему замку искала своего мужа. И мог ли он заметить её раньше и просто следить за тем, как она бродит в темноте?
– Поспешите, Конор вас потеряет, – подтолкнул её Эдуард.
«Потеряет, как же», – фыркнула про себя Мег, но послушалась и быстро стала подниматься наверх. Рождество, значит! Интересно, почему вчера за ужином никто о празднике ни словом не обмолвился?.. А Конор именно в эту ночь решил куда-то уйти: может, у ирландцев есть какие-то особые традиции по поводу того, как проводить ночь в канун Рождества?! Мег встряхнула головой, выбрасывая глупые мысли из головы.
Через пару секунд она уже открывала дверь своей комнаты. Мег и порог не успела перешагнуть, как её напугал на этот раз голос Конора.
– Любишь гулять ночью? Какие у тебя ещё есть секреты? – насмешливо поинтересовался он.
– Думаешь, расскажу? – в тон ему ответила Мег, закрывая за собой дверь.
Конор сидел в кровати и что-то держал в руках.
– Ладно, не буду настаивать, – сделал он одолжение. – Я запамятовал, что сегодня Рождество. Вспомнил, когда ты уснула под моими ласками, – укоризненно добавил он. – Вот, решил встать перед рассветом и сходить тебе за подарком. Раньше не озаботился, пришлось обкрадывать очаг Флэтхиллов.
– Что? – недоверчиво усмехнулась Мег, обходя кровать с другой стороны и присаживаясь напротив.
– Подарок тебе принёс, говорю, – терпеливо повторил Конор. – Давай руку.
Мег опасливо протянула руку, и Конор положил ей в ладонь какой-то весьма увесистый мешочек.
– Деньги? – попыталась угадать она, заглядывая внутрь. – Не вижу… Это?.. – Она высыпала себе на руку что-то чёрное и тёплое, пахнущее очагом. Мег поверить не могла своим глазам. Угли! Подняв голову, она пристально посмотрела на Конора, проклиная темноту, которая не позволяла ей ясно видеть выражение его лица. – Хочешь сказать, посреди ночи ты пошёл искать мне это?! Ты меня за ребёнка держишь?! Или за сумасшедшую?!
Конор громко рассмеялся, откинув голову назад.
– Да замолчи ты, весь замок разбудишь! Забирай назад свой подарок! С меня довольно твоих шуточек! – кинув в него мешочек, отвернулась Мег.
– Мегги, ну Мегги, не обижайся. Ты такая непослушная временами и иногда как ребёнок. Я не смог удержаться, – сквозь смех выдавил Конор.
– Дурак, – вынесла вердикт Мег, передёрнув плечами. Однако ей хотелось глупо улыбаться: значит, он не был с Флоренс! Не собирали же они вместе угли в очаге? Представив такую картину, Мег сдавленно хихикнула.
Конор перепрыгнул через кровать и оказался рядом с ней.
– А теперь будем серьёзны, – уже без смеха сказал он. – Выслушаешь меня? Не перебивая.
Она заинтригованно кивнула.
– Я помню о том, в чём ты призналась мне вчера. О том, что я первый…
Мег захотелось провалиться сквозь землю. Ещё не хватало, чтобы он те её слова использовал всякий раз, как ему заблагорассудится.
– И я хочу отплатить тебе той же искренностью в отношении своих чувств.
Она затаила дыхание.
– Когда я узнал, что из-за тебя до короля дошли имена мятежников, я был очень зол, Мегги. Среди них были мои друзья. Я не одобрял их планы и пытался отговорить принимать во всём этом участие, – но они всё равно оставались моими друзьями. Когда я узнал, что из-за тебя они, вероятнее всего, будут казнены, я почти ненавидел тебя. Убеждал себя в этом. Но недавно… всё это время, что мы провели вместе после свадьбы – оно помогло мне понять, что я был не прав…
– Нет, нет, я виновата, мы оба это знаем, – зажмурилась Мег. – Я понимаю, это всё было неправильно. Прости.
– Не ты бы их выдала королю, выдал бы кто-нибудь другой. Итог был бы один и тот же.
– Но это сделала я и… и я понимаю, что заслуживаю твоей ненависти.
– Нет, не заслуживаешь, – упрямо покачал головой Конор, беря её руки в свои. – Но ответь мне вот на что: зачем? Зачем ты это сделала?
– Это не мой секрет, я не могу рассказать… Но я делала это не ради себя и не просто так тем более!
– И меня использовала, потому что другого выбора не было? – без тени иронии уточнил Конор.
– Да, – опустила голову Мег. – Я не представляла, как иначе о заговоре узнать, поэтому пыталась выведать через тебя.
Конор вздохнул, сжав её руки.
– Значит, ты не состоял в этом заговоре?! – вдруг дошло до Мег. – Слава богу, я не выдала тебя тогда!
– Ага, ты, значит, – слегка улыбнулся Конор. – А я всё гадал, чем очаровал твоего брата.
Мег неуверенно рассмеялась.
– Прости меня. Мне правда жаль, что твоим друзьям грозит казнь… Очень жаль.
– Я уже сказал, им она грозила в любом случае. Они знали, на что идут. Забудем об этом.
Мег благодарно обняла его и в этот миг особенно ясно поняла, как дорог он ей стал. Теперь она уже была счастлива, что они вскоре станут жить вместе, одни, и ей ни с кем не придётся делить его общество. Он простил её за историю с заговором, она узнала, что он не был в той истории замешан, – всё было замечательно! А ещё он хотел Клодину так же сильно, как она! И на ночное свидание с Флоренс он не ходил!
Совершенно замечательно!
***
Сразу после завтрака, на котором не присутствовал только Эдуард, Конор ушёл обсуждать дела с Флэтхиллом-старшим, а Флоренс повела Мег смотреть замок. Как Мег и ожидала, ничего особо интересного показывать не было, и Флоренс позвала её, вероятно, для того только, чтобы поговорить.
– Вы знаете, Мег… можно я буду вас так называть?.. Я уже говорила, что очень уважаю Конора и думаю, что, раз он выбрал вас себе в жёны, значит, и вы достойны моего уважения и… доверия.
Они вышли на безлюдную крепостную стену. Флоренс глубоко вздохнула, огляделась по сторонам и продолжила:
– Я полюбила одного человека, Мег! Не могу жить без него или думать о ком-то, кроме него! Простите, что так откровенна, но…
Флоренс явно волновалась и подыскивала правильные слова. Мег насторожилась: уж не в Конора ли она влюбилась? И зачем об этом с ней говорить? И вообще зачем ей поверять какие-либо секреты? Они не дружили! Мег стало неловко, и она отвела взгляд.
– …но мне не с кем больше поговорить об этом. Его зовут Джек, и он… он – сын нашего привратника. То есть совсем мне не пара! – Голос Флоренс прервался от переизбытка чувств. – Но мы любим друг друга! И Джек предложил мне бежать!.. Потому что мой отец, разумеется, никогда не позволит нам быть вместе! А я не знаю, что мне делать!
Мег изумлённо смотрела на дочку Флэтхиллов, не зная, что ответить.
– Я никогда бы не решилась вам в таком признаться, если бы вы… ну, не вышли замуж за Конора. Я хочу сказать, он тоже ниже вас по положению, но вас это не остановило, – смущённо закончила она.
– У меня не было выбора, – пробормотала Мег.
– А если бы был выбор?
– У нас с Конором всё сложно, – призналась она. Теперь, когда выяснилось, что Флоренс ей не соперница, Мег была не против откровенности. – Сейчас я понимаю, что люблю его, но, когда мне приходилось выходить за него, я скорее думала, что его ненавижу.
Флоренс поникла.
– Я думала, у нас с вами одинаковое положение…
– Вряд ли, – сочувственно покачала головой Мег. – Но, если вы ещё хотите услышать моё мнение, вам нужно подумать о своей будущей жизни. Вы же не сможете больше вернуться домой. Готовы вы покинуть ваших отца и брата, может быть, навсегда?
– Поэтому я и не уверена…
– Но в Джеке вы уверены?
– Конечно!
– В таком случае, всё зависит от вас. Выбирайте то, что для вас важнее. Быть рядом с любимым человеком или не портить репутацию своей семьи… – Мег хмыкнула. – Кажется, я только что благословила вас на побег из дома.
Флоренс нервно рассмеялась.
– Кажется, да! Спасибо вам. Мне нужно было с кем-нибудь поделиться.
– Не за что, – отмахнулась Мег. – Только не принимайте поспешных решений. Лучше подумайте подольше.
– Обязательно, – улыбнулась ей Флоренс.
***
Оказалось, что Рождество Флэтхиллы не праздновали. Хозяин замка считал это пустой тратой времени и средств, Эдуарду, как поняла Мег, было всё равно, ну а Флоренс не оставалось ничего, кроме как смириться. Поэтому ужин прошёл, как и предыдущим вечером, совершенно обычно, только разошлись все из-за стола пораньше.
Перед ужином им с Конором так и не удалось встретиться; кажется, у него с Флэтхиллом было очень много нерешённых вопросов, раз они обсуждали их чуть ли не целый день. И вот теперь, когда Мег оказалась наконец-то с Конором наедине, он тут же прижал её к стене и набросился с поцелуями. Мег таяла в его объятиях и была на седьмом небе от счастья.
– Как день провела? Подружились с Флоренс? – спросил он, утолив первый порыв страсти.
– Наверное, да, – улыбнулась Мег, медленно расстёгивая пуговицы его жилета. – А что у тебя с Флэтхиллом? К согласию прийти не можете?
– Нет, пришли. Но шли долго, – вздохнув, признал он. – Теперь всё в порядке. А да, я кое-что забыл отдать тебе вчера.
– Правда? Что же?.. – протянула Мег, вспоминая угли.
Конор, не отвечая, взял её руку и, не отрывая глаз от её лица, надел ей на палец… Мег восхищённо выдохнула, поднимая руку ближе к лицу и разглядывая золотое кольцо с настоящим розовым сапфиром.
– Оно чудесное! Спасибо! А за что?
– Опять этот странный вопрос! Хотя бы за твоё «спасибо», которое ты мне сейчас скажешь.
Мег поняла намёк и прильнула губами к губам Конора в коротком поцелуе.
– Ах, как быстро ты меня отблагодарила! – недовольно отозвался Конор. – Я надеялся на более длительное «спасибо».
– А я ещё не закончила, – засмеялась Мег, притягивая его к себе. – Хочешь, буду всю ночь благодарить?
– Щедро, – оценил Конор и подхватил её на руки, неся к кровати. – Потом не отнекивайся.
***
Ранним утром, наскоро попрощавшись с хозяевами, Мег и Конор продолжили путь, который должен был завершиться уже через три часа. После почти бессонной ночи Мег только и делала, что посапывала, сжавшись в клубок, так что дорога прошла для неё незамеченной. Разбудил её Конор тёплым поцелуем, и Мег позволила вынести себя из экипажа, а когда он поставил её на ноги, не стала высвобождаться из его объятий.
– Хм, – озадачилась она, разглядывая пустынный заснеженный пейзаж из-за плеча Конора. – Что-то я не понимаю.
Он взял её за талию и мягко развернул в пол оборота. Глазам Мег предстал небольшой одноэтажный домик, смотревшийся очень прилично, будто построен был совсем недавно. Но вокруг него ничего – совсем ничего! – не было.
– Что скажешь?.. – осторожно спросил Конор.
– Я не представляла, насколько одни мы здесь будем, – растерянно ответила она.
– Да. Совсем одни.
– Даже без меня.
– Даже без тебя. Скройся, – процедил Конор, обращаясь к Пипу, который тоже спрыгнул на землю и любовался их домиком.
…Их домик! Мег и мечтать о таком не смела! Так далеко от людей… может быть, это было слегка опрометчиво – селиться, словно отшельникам. С другой стороны, это же не навсегда. И Конор наверняка всё рассчитал. Если возникнут сложности, им будет к кому обратиться.
Мег обернулась, восторженно сверкая глазами, и поддержала мужа:
– Пип, уходи!
Парень что-то пробормотал, но перечить не стал.
Стоило экипажу сдвинуться с места, уезжая в ту сторону, откуда они только что прибыли, как Конор и Мег, ни о чём и ни о ком больше не думая, забылись в томительно-нежном поцелуе под падающим с небес снегом.
Глава двенадцатая
Глава двенадцатая. Адюльтер под вопросом
Минули все праздники, разъехались многие придворные, и в королевской резиденции воцарилась непривычная тишина. Его Величество занялись важнейшим вопросом войны с Францией, поэтому какие бы то ни было увеселения на время прекратились. Джонатан с удовольствием воспользовался передышкой и почти не выходил из своих покоев. Ему казалось, что прямо за дверьми его поджидает назойливая, коварная (и весьма соблазнительная, признавал он) леди Элизабет Адамс, с которой ему ну никак нельзя было показываться на людях слишком часто…
Итак, пошёл четвёртый месяц его далеко не добровольного заточения в Ричмондском дворце. Джонатан мерил раздражёнными шагами свою комнату и гадал, сколько ещё ему предстоит провести здесь времени. Чего ожидал король: что ему на голову внезапно свалится доказательство того, что Джонатан – изменник? Или Его Величество попросту забыли о нём? Джонатан уже бессчётное количество раз просил у него аудиенции, но всё без толку. Сначала Генрих был зол и подозрителен к нему, затем пропал для общества, закрутив интрижку с пресловутой леди Элизабет, а после началась подготовка к праздникам, затем сами праздники, теперь осложнения в отношениях с Францией… и Джонатан так ни разу и не говорил с королём с того самого дня, как приехал сюда со всей возможной скоростью и выдал о мятежниках всё, что знал.
Джонатан гневно сжал и разжал кулаки, уставившись в окно. Внизу был разбит парк, в котором сейчас гуляла стайка придворных леди. Элизабет Джонатан среди них не разглядел и с опаской покосился в сторону двери, будто она могла сию же минуту ворваться к нему и повалить на кровать. Он даже усмехнулся этой мысли, которая, впрочем, вполне могла стать реальностью. Никогда ещё Джонатан не встречал женщину настойчивей и неосторожней, чем она. Муж у леди Элизабет слыл человеком жёстким и не терпящим измен, однако это не помешало ей сначала ответить королевскому расположению, а после, словно не удовлетворившись уже достигнутым, – обратить своё алчное внимание на Джонатана. Она могла подойти к нему где угодно: на приёмах, в коридорах, в саду, во время охоты – и начать безбожно флиртовать, не особенно заботясь, услышит её кто или нет. Он-то был бы не прочь склониться перед таким напором (безрассудство в женщинах Джонатану весьма импонировало), но не когда висел на волоске от королевской немилости. Стоит Генриху узнать, что у него уводят новую пассию, он просто-напросто казнит этого человека! В лучшем случае. В худшем – в довесок отберёт всё имущество.
Ясно было одно: нужно скорее выбираться отсюда. Джонатан и так каждый день напоминал о себе, снова и снова пытаясь прорваться к королю, но, видимо, этого было не достаточно. Он даже решил использовать Элизабет, попросив её намекнуть Его Величеству, что некто очень сильно желает с ним побеседовать: за это ему пришлось заплатить долгим поцелуем в тёмной нише, который только чудом никто не узрел. Но то ли Элизабет ни о чём не намекала, то ли любовниц своих Генрих не особенно слушал, но приглашения прийти так и не поступило.
Обстановка меж тем накалялась. Королевские люди продолжали вести расследование, отлавливали всё новых и новых мятежников, привозили в Лондон, где их допрашивали, пытали, но казнить пока не торопились. Насколько понял Джонатан, новоявленного мужа Мег, если и хотели поймать, то ничего у них не вышло. Отец писал, Мег и Конор уехали куда-то в Шотландию сразу после свадьбы: со стороны выглядело как бегство, и он слегка опасался, как бы король это свадебное путешествие бегством и не расценил.
Джонатан тяжело вздохнул, упершись лбом в стену. Любой неосторожный шаг – и может пострадать не только он, но и отец, и Мег, и даже Лотти. Поэтому он и предпочитал отсиживаться в своей комнате. От греха подальше.
Это было сложно. Четыре стены его комнаты так осточертели, что хотелось быть где угодно, только не внутри них. Но Джонатан терпел и в свободное время (по правде говоря, всё его время теперь было свободным) обдумывал различные способы достучаться до Его Величества. Вот если бы он мог оказать ему какую-нибудь услугу!.. Да только в голову ничего дельного не приходило.
В комнату постучались, и Джонатан насторожился. Неужели недавние мысли об Элизабет воплотятся в жизнь? Не приведи Господь!
– Милорд, вам записка, – прозвучало за дверью.
Записка от неё, конечно же. Кто ещё из придворных надумает ему писать? Джонатан тяжело вздохнул, подошёл к двери, отворил её и забрал у слуги послание. Не мешкая, он распрямил бумагу и стал читать:
«Любезный шурин,
Прошу уделить мне немного Вашего драгоценного времени сегодня в восемь в малом зале правого крыла.
С уважением,
Ваш преданный родственник,
Уильям, граф Вестмор»
Джонатан немало удивился. Мужа Лотти он, по правде говоря, ожидал встретить при дворе ещё раньше, но, видимо, он был слишком занят в последние месяцы. Для чего же Вестмору понадобилось с ним встретиться сейчас? Неужели ложь в его красочных письмах к Лотти была вычислена? Не может быть!
Взяв чистый листок бумаги, Джонатан придвинул к себе чернильницу, обмакнул перо и набросал быстрый ответ:
«Любезный мой родственник,
Разумеется, я с удовольствием пренебрегу бесчисленными развлечениями, которые ежеминутно предлагает мне двор, и выделю несколько минут на беседу с Вами.
До скорой встречи,
лорд Сэвидж»
Поморщившись, Джонатан позвонил в колокольчик и свернул бумагу. Если кто и перехватит записку, то ничего компрометирующего в ней нельзя будет найти даже с лупой. Отдав её пришедшему слуге и чётко наказав, чтобы записку доставили в руки графа Вестмора и немедленно, Джонатан потёр ладони и стал ждать вечера.
***
Он пришёл в малый зал правого крыла на пять минут раньше назначенного времени, однако граф уже ждал его там. Джонатан был готов увидеть его не одного, а со своей супругой, но Лотти рядом с графом не оказалось. Наверное, оно и к лучшему, решил Джонатан.
– Добрый вечер, – поздоровался Уильям как ни в чём не бывало, небрежно повернув голову в его сторону, стоило Джонатану войти. – Сегодня не так шумно, как обычно, вы не находите?
– Да, я бы даже сказал, тиховато, – усмехнулся Джонатан, проходя внутрь. – Почему здесь?
– Почему нет? Мы с вами не заговор задумали, чтобы прятаться по углам, – приподнял Уильям брови. Джонатан нашёл шутку неудачной, но промолчал. – Скажу вам прямо, я здесь ненадолго. И только потому, что Лотти попросила меня помочь.
– Как она узнала?! – в сердцах воскликнул Джонатан, делая несколько широких шагов по направлению к графу.
– Мег ей написала.
– А как Мег узнала? – пробормотал растерянно он, останавливаясь.
– Как Мег узнала, узнаете у неё, – снисходительно ответил ему граф. – Завтра же я поговорю с Его Величеством и, надеюсь, вы незамедлительно отправитесь домой.
Джонатан недоверчиво хмыкнул.
– Мне показалось, Его Величество отнюдь не горит желанием со мной говорить. Или обо мне. Но, если вы посодействуете, буду премного благодарен. Я, признаюсь честно, соскучился по спокойной жизни в Лайле.
На секунду ему показалось, что граф вот-вот иронически усмехнётся, но нет, на лице его застыла мрачная, неодобрительная маска. Джонатан мог только догадываться, чем вызвал подобное недовольство.
– Вы ничем не разозлили нашего короля, я полагаю?
– Нет, – выпалил Джонатан, подумав о леди Элизабет.
Уильям подозрительно оглядел его с ног до головы и кивнул.
– В таком случае, я поручусь за то, что вы – наичестнейший человек в нашем королевстве. Моё слово кое-что весит, к вашему счастью.
– А вы представляете, в чём я замешан? – уточнил Джонатан осторожно, отворачиваясь и начиная мерить беспокойными шагами зал. Это уже вошло у него в привычку.
– В покрывательстве одного из ирландцев-заговорщиков – нашего общего родственника, к несчастью. Я могу это понять. Но подумать об остальных членах вашей семьи тоже следовало бы. Лотти пришлось бы тяжело, обрушься на вас королевский гнев, – со сталью в голосе отчитал его Уильям.
Теперь Джонатан окончательно понял, почему граф так зол. Оправдываться перед спесивым зятем он не собирался, поэтому промолчал.
– Есть малейший шанс, что О'Рейли в заговоре не состоял? – тем временем деловито поинтересовался граф Вестмор.
– Он был рядом с остальными во время обсуждения плана нападения на барона Клиффорда, так что…
– Хорошо, – вздохнул Уильям. – В таком случае, верьте в лучшее и собирайтесь к отбытию. Если разговор пройдёт успешно, вам здесь задерживаться не следует.
– Разумеется.
– А теперь идите.
Джонатан чувствовал себя так, будто его только что отец отчитал за провинность, поэтому вышел он из малого зала в отвратительном настроении. И угораздило же Лотти замуж выйти за такого человека! Впрочем, он был ему благодарен за помощь, чем бы та вызвана ни была. Правда, в благополучный исход беседы с королём ему верилось слабо, но он всё же собирался последовать совету Вестмора и собрать все свои вещи, чтобы уехать на север тут же, если придёт хорошая весть.
Он хмуро шёл по коридорам, глядя себе под ноги и думая о шатком настоящем, когда рядом с ним материализовалась леди Элизабет.
– Лорд Сэвидж! Какая неожиданная удача!
Джонатан, подавив порыв закатить глаза, повернул голову к знатной красавице и вежливо ответил:
– Леди Элизабет! Счастлив вас видеть! Вы сегодня необычайно хороши!
– Полноте, вы всегда говорите мне одно и то же, – засмеялась она, легонько ударив его по руке. Улыбалась при этом она настолько призывно, что Джонатан мгновенно почувствовал возбуждение. – Я заметила, что вас что-то расстроило, – наклонилась она ближе, и в нос ему ударил сладкий цветочный аромат. – Могу ли я… помочь чем-нибудь?.. Утешить вас?.. – понизив голос, участливо прошептала она ему прямо в губы.
Джонатан очнулся и едва не отскочил от неё.
– Благодарю! Однако уже один ваш вид привёл меня в хорошее самочувствие, – отвертелся он, затравленно улыбаясь и поглядывая по сторонам: одновременно проверяя, не наблюдают ли за ними, и избегая смотреть на соблазнительную леди Элизабет.
– В таком случае, если я покину вас, вы снова впадёте в меланхолию! – притворно ужаснулась она. – Я ни за что с вами так не поступлю!
– Да что вы, – деланно рассмеялся Джонатан, отступая на шаг, когда Элизабет сделала попытку приблизиться, – я человек непритязательный, мне много для хорошего настроения не нужно. Поверьте.
– Много у нас и не получится, – дразняще прикусила она губу. – Но один раз – я вам обещаю, вы будете долго его помнить!
Джонатан мысленно ужаснулся и начал ещё более часто вертеть головой по сторонам. По счастью, никого в коридоре не было, но, несомненно, надолго ни одна часть дворца не пустовала, а это значило, что их неминуемо обнаружат. Точно не сносить ему головы!..
– В самом деле, весьма неудобное место для разговора, – согласилась леди Элизабет, глянув через плечо. – Мои покои находятся за этим поворотом. Мы могли бы там… поговорить.
– Эм… я… – обливаясь потом, выискивал он предлог уйти. Одному. – Понимаете, я шёл на встречу. Мне жаль, но у нас не получится сейчас поговорить, – увереннее закончил он и удовлетворённо улыбнулся: хорошо придумал!
– Встречу с кем, позвольте узнать? – надула губы Элизабет, при этом бессовестно поедая его глазами. Она столь оценивающе прошлась по его фигуре, что Джонатан уже начал раздумывать, как снимет возбуждение, когда улизнёт от неё.
– С моим родственником. Очень важная встреча!
– Что ж… Но я настаиваю, чтобы вы непременно зашли как-нибудь ко мне. Пойдёмте, я покажу вам, где моя комната находится. А то вы такой рассеянный мальчишка, ещё заблудитесь или перепутаете! – рассмеявшись своей шутке, погладила она его по плечу.
«Да сколько ж можно прикасаться!», – кипел Джонатан. Однако ему пришлось пройти с ней несколько шагов под руку, галантно проводив леди до её покоев.
– Вы запомнили, лорд Сэвидж? – игриво улыбнулась она ему, стоя на пороге комнаты.
– Разумеется! – убедил он её, сам изо всех сил пытаясь не запоминать, а то, не дай бог, взбредёт ещё в голову наведаться к ней.
– Ну, в таком случае, спешите на свою встречу.
– Да, конечно, – отрывисто кивнул он и унёсся от искушающей леди едва не бегом.
