Текст книги "Любовь в мятеже (СИ)"

Автор книги: Марина Гилл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Глава третья

Глава третья. Отголоски

После того, как Мег узнала о своей беременности, дни и события закрутились в безумном вихре. Она только успела сбивчиво поделиться новостью с отцом – и вот уже день венчания назначен; только успела отослать восторженное письмо Лотти – и неожиданно на порог Лайла заявился Конор, требуя разговора с ней.

У Мег руки тогда сами потянулись к двери, чтобы её открыть. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы не сделать этого. Не только потому, что была в неподобающем виде для встречи с мужчиной, пусть и женихом, но и потому, что очень сильно по нему соскучилась. До этого Мег не признавалась себе в том, что вспоминает о нём с тоской, но теперь, когда сердце едва не выпрыгнуло из груди при звуке его голоса, а ноги сами готовы были бежать ему навстречу, она не могла врать самой себе. Скрепя сердце, Мег признала перед собой, что иногда Конор ей нравится отчего-то… но чаще она ненавидела его всей душой. Особенно, когда он вздумал усомниться в своём отцовстве! Неужели она в его глазах выглядит настолько падшей, что ему пришла в голову мысль о её распутстве?! Мег была в ярости… и отчаянии.

Последние дни перед церемонией она провела то погружённая в меланхолию и плача в подушку по пустякам, то воодушевлённая грядущими переменами. Ей очень не хватало Лотти, с которой она могла бы поделиться своими переживаниями. В письме Мег свои чувства выражать не хотела. И Джонатана не хватало ещё больше, чем раньше, потому что только он мог поднять ей настроение и заставить забыть о плохом. Мег перечитала его недавнее письмо, надеясь, что хотя бы через строчки жизнерадостность брата как-нибудь ей поможет, – но нет: она лишь разозлилась тому, как весело он проводит при дворе время, словно бы забыв о своей семье. Отца же Мег избегала, потому как боялась не сдержаться и выдать всё своё «счастье» по поводу скорой свадьбы, когда он в очередной раз промокнёт глаза от слёз умиления.

Одному Мег была безоговорочно рада: на её торжестве не будет так много народу, как на свадьбе Лотти: только отец, семья Конора и лорд Шепленд с племянницами. И, в отличие от Лотти, она не собиралась наряжаться и пытаться выглядеть лучше, чем обычно. Напротив, она намеревалась войти в часовню в своём самом неприметном одеянии и простоволосой, без каких-либо украшений и ухищрений. В конце концов, для неё этот брак был всего лишь необходимостью… Для Конора – тем более. К чему притворяться и пускать пыль всему свету в глаза?

Решающий день подступил незаметно, и, проснувшись поутру, Мег не могла поверить, что действительно выходит замуж. Она успела убедить себя, что и вовсе никогда не станет никому женой – и вдруг… А начиналось всё так несерьёзно. Могла ли она подумать, что её хоть и слегка опасный замысел приведёт к таким последствиям? А если бы могла – изменила бы что-нибудь? Наверняка нет, потому что не представляла себя уже без той жизни, что носила внутри.

Она хотела выйти из своей комнаты перед самым началом церемонии, но усидеть в четырёх стенах у неё не получилось, и она выглянула в коридор на час раньше, уже облачённая в старое серое платье, которое, однако, весьма шло к её глазам. День всё же был выдающимся, поэтому слуги суетились, бегали по коридорам, украшали главный зал; из столовой тянулись запахи, от которых у Мег свело желудок, и она поспешила выбраться на крепостную стену. Было ветрено, и, забеспокоившись о здоровье ребёнка, она вновь вернулась под укрытие замковых стен. Оставаться одной ей не хотелось, поэтому Мег пошла на поиски отца, решив провести оставшееся время рядом с ним.

Ричард Сэвидж сидел в библиотеке и читал. Застав отца за таким непривычным для него занятием, Мег даже замешкалась на пороге, не зная, стоит ли его отвлекать. Однако он уже заметил её – и сердечно улыбнулся, приглашая устроиться в соседнем кресле.

– Что ты читаешь? – поинтересовалась она, усевшись.

– Читаю? Что ты, моя милая, – я читать-то едва умею, а сегодня и мысли еле ворочаются в голове. Пытаюсь отвлечься… – он неслышно вздохнул и улыбнулся ещё шире. – Совсем скоро уже прибудут О'Рейли, Маклейны и священник… Когда ты начнёшь наряжаться?

– Я уже готова, – призналась Мег, отчего-то смутившись и только сейчас подумав, что может расстроить отца своим поведением. Заметив, как растерянно он приподнял брови, Мег поспешила оправдаться: – Я думаю, мой вид соответствует такой тихой свадьбе.

– Ну что ж… Твоё желание – закон, – медленно произнёс Ричард. – А для Конора, я уверен, ты в любом наряде красавицей покажешься.

Мег, не подумав, громко хмыкнула.

– Я не слепой, Мег, – заметил отец, нахмурившись, – и вижу, что отношения у вас не лёгкие. Но ещё я вижу – уж поверь моим старым глазам, – и он многозначительно оттянул пальцем нижнее веко, – что ты ему не безразлична и оживаешь в его присутствии.

– Только потому что… – запальчиво начала Мег, но тут же стушевалась. – Ты прав, конечно же. Просто… мне немного… странно.

– Я понимаю. И мне странно отпускать вас… сначала Лотти, теперь – тебя. Джонатан уже давно от рук отбился, – пошутил он и притянул к себе книгу, будто вновь собирался погрузиться в чтение.

Мег поднялась и обогнула кресло, крепко обняв отца сзади.

– Хорошо, что я буду рядом! Я всегда буду рядом. Обещаю! – горячо пообещала она.

– Я знаю, доченька, знаю, – пожал он её руки.

В библиотеку заглянула запыхавшаяся служанка Рози, и Ричард Сэвидж кивнул ей, освобождаясь из объятий Мег.

– Иди к себе, милая, – сказал он, – я зайду за тобой, как придёт время.

Мег послушно кивнула, вышла и поднялась в свою комнату, где устроилась на кровати и, сцепив руки, стала ждать. Не выдержав медленного течения времени, она принялась ходить взад-вперёд, спрашивая себя поминутно, когда же, наконец, всё закончится. Ей уже не терпелось соединить руки с Конором и увидеть, что приготовила ей судьба дальше. Как ей будет житься в доме купцов? Родители Конора всегда хорошо к ней относились, а с Агнессой они наверняка подружатся… Но сам Конор? Она не представляла себе, как будет вести себя он.

Наконец, в дверь постучались, и Мег вихрем подлетела к ней, с облегчением открывая. За порогом стоял отец и протягивал ей руку с радостной улыбкой на лице. Мег вдела свою руку в его и, улыбаясь тоже, пошла с ним рядом. Ричард Сэвидж молчал всю дорогу до часовни, а Мег тем более не могла вымолвить ни слова от волнения. И тем сильнее оно было, чем больше она понимала, что это последние минуты её девичества и ничто и никогда уже не будет по-прежнему. Жаль, что в такой важный для неё миг рядом нет сестры и брата… Зато был отец, и она крепче сжала его руку.

Неправильно расценив её жест, отец обеспокоенно произнёс:

– Ещё не поздно. Если ты этого не хочешь – откажись.

– Нет. Хочу, – напряжённо отозвалась Мег и поняла, что ничуть не лжёт.

Когда показалась открытая дверь часовни, Мег снова вспомнила о Лотти и её недавней свадьбе. Чувствовала ли себя сестра так же, как она сейчас? А тысячи других девушек до них?..

Под сводами часовни таился полумрак, но Конора она разглядела сразу же, даже несмотря на то, что одет он был в чёрное и со своими волосами цвета вороного крыла слегка терялся во тьме. Быстро оглядев всех собравшихся взглядом и не запомнив ничего об их внешнем виде, Мег снова посмотрела на Конора и невольно залюбовалась им. Некоторые решили бы, что ей повезло: красавец-муж и, к тому же, богат. Хотя многие другие посчитали бы её дурочкой, потому что Конор был всего лишь купцом. И Мег внутренне порадовалась тому, что отец не был полон предрассудков и позволил им… Она слегка мотнула головой, удивившись тому, куда зашли её мысли.

В это мгновение Конор обернулся, и сердце Мег подскочило к горлу. Ей внезапно стало стыдно за свой вид, и она обругала себя за то, что не надела платье хотя бы более жизнерадостного цвета или не украсила чем-нибудь волосы… Конор, впрочем, тоже выглядел не празднично: весь в чёрном и даже выражение лица его было мрачным, словно на похоронах. Мег прищурилась, задавшись вопросом, не нарочно ли он таким явился сюда.

Отец довёл её до жениха и передал в его руки. Почувствовав тепло ладони Конора, Мег смутилась и, упав духом, снова вспомнила о своём отвратительном платье, в котором она Конору, конечно же, не могла понравиться. Подняв голову на отца Бенедикта, который венчал же и Лотти с графом Вестмором, Мег попыталась выбросить ненужные мысли из головы.

– Возьмёшь ли ты, Конор О'Рейли, в законные жёны Маргарет Сэвидж и обещаешь ли ты ей быть верным мужем в горе и радости и до последнего вздоха?

Мег внутренне хмыкнула: в этот раз отец Бенедикт не стал тратить свой талант красноречия понапрасну и сразу перешёл к делу. Видимо, из-за недостаточного количества слушателей. А затем она быстро взглянула на Конора и поймала его взгляд, который красноречиво говорил, что выбора у него нет.

– Да.

– А ты, Маргарет Сэвидж?..

– Да, – отрезала Мег.

Отец Бенедикт полоснул её возмущённым взглядом, но сказал только:

– В таком случае, объявляю вас мужем и женой.

Мег послушно застыла, как каменное изваяние, когда Конор притянул её к себе и поцеловал. Затем в часовне раздался нестройный звук аплодисментов, которые отец Бенедикт встретил поджатыми губами и взглядом исподлобья.

Приняв поздравления от всех собравшихся, Мег под руку с Конором вышли из часовни. Снаружи начал моросить снег. Мег подняла ладонь и поймала несколько снежинок, чувствуя как внутри тает напряжение последних дней. Дело было сделано. Оставалось только провести последние мгновения в Лайле за праздничным столом, без которого отец ни в какую её отпускать не хотел, а затем – вперёд, в неизвестность… вместе с Конором.

Она скосила глаза теперь уже на мужа и встретила его хмурый взгляд.

– Я не знал, – будто нехотя, произнёс он, – не знал, что с тобой случилось, когда уехал. Мне жаль.

– Я так и подумала, – отстранённо ответила Мег.

Она не поверила ему. А если бы даже он действительно ничего не знал, то уж точно не жалел о случившемся. Скорее, о не случившемся.

– Почему ты так одета? – с искренним непониманием спросил Конор через пару секунд, оглядев её наряд с ног до головы.

– Под настроение. А ты никак на похороны собрался?

От возмущённого взгляда Конора ей стало слегка не по себе.

– Это – один из… – Он резко замолчал, а потом спросил снова: – Как давно ты узнала?

– Недавно.

Мег сразу поняла, о чём он, и невольно заулыбалась. Конор тоже растянул рот в улыбке, будто разделяя её радость, и Мег отчего-то смутилась. Кашлянув, она обернулась и увидела, что остальные тактично отстали.

– Ты не замёрзла?

– Нет. Сегодня тепло.

– Тогда прогуляемся? – предложил Конор и повёл её к крепостной стене.

Мег поморщилась, но, скорее, для вида. Почему-то именно в это мгновение она и правда была счастлива. А Конор, если подумать, – совсем не плох. Возможно, она напридумывала себе, что он не доволен сложившимся положением вещей. Возможно, он скоро станет вести себя с ней совсем иначе. Возможно, он даже полюбит её со временем…

Не успела Мег толком погрузиться в свои радужные мечты, как Конор прервал их неожиданным вопросом:

– Где же твой дорогой братец?

– При дворе, – слегка растерявшись, тут же ответила Мег.

– Верно, Его Величество весьма доволен проделанной работой, – зло протянул он.

Мег вздохнула. Стало быть, Конор обо всём догадался… Не то, чтобы она хотела скрыть от него свою роль в разгроме мятежников, однако же была бы не против, останься Конор в неведении.

– Доволен ещё как, – пожала она плечами. – А тебе бы стоило сказать Джонатану спасибо. Только благодаря ему ты сейчас здесь, а не в темнице вместе с остальными заговорщиками.

– Да что ты? – ухмыльнулся Конор. – Чем же обязан такой щедрости с его стороны?

Мег ни за что бы теперь не призналась, что это она просила брата не выдавать Конора.

– У него и спросишь.

– Думаю, очень не скоро.

– Это почему? – насторожилась Мег.

– Потому что не все заговорщики были пойманы и потому что король не глуп, чтобы поручать подобной важности дело одному только человеку, даже не придворному. Счастливчики, оставшиеся ненаказанными, сейчас странным образом исчезают и, уверен, в следующий раз о них услышат из уст приезжих, которые принесут сюда вести о толпе повешенных королём ирландцев. Твоего брата держат при дворе заложником, и его конец будет не многим лучше, уж поверь.

Мег резко остановилась, с ужасом уставившись на мрачно ухмыляющегося Конора.

– Ты не прав, – выпалила она.

Конор с деланным удивлением приподнял брови. Конечно, внезапно озарило Мег, конечно, король не глуп… конечно, кто-то ещё должен был вызнавать всё о мятежниках… Король теперь может обвинить её отца и брата в измене за то, что они утаили имя одного из мятежников – возможно, одного из зачинщиков! И письма Джонатана – как беспечно с её стороны было поверить в их искренность: Джонатан вовсе не был счастлив при дворе! Ему грозила самая настоящая опасность!

– Но ты! Ты тоже в опасности! – испуганно воскликнула Мег.

– И ты, – добавил Конор. – С этой минуты и ты тоже. Я поступил как честный человек: не только женился на соблазнённой мною девице, но и сделал так, чтобы виновница случившихся событий сполна насладилась последствиями на своей шкуре.

Мег задохнулась от возмущения и обиды. Она-то переживала за него, а он нарочно втянул её в эту передрягу… Впрочем, что там: как дочь и сестра не слишком успешных в поимке изменщиков людей она тоже не была в безопасности.

– И твоя семья тоже, – ввернула она.

– Не только моя, – уточнил Конор. – Но я всё улажу.

Мег удивлённо взглянула на него.

– А как же «сполна насладилась последствиями на своей шкуре»? – скривилась она, повторяя его грубую фразу.

– Не беспокойся, успеется, – уверил Конор. – Ты останешься сидеть дома и ждать, пока всё не разрешится.

– Ещё чего, – фыркнула Мег.

Конор пригвоздил её к месту тяжёлым взглядом и крепко взял за плечи.

– Именно так, как я сказал. – И, ухмыльнувшись, добавил: – Есть кое-что хорошее в том, чтобы быть твоим мужем. Я могу тебе приказывать.

– А я могу ослушаться.

– Посмотрим, – веско оборвал он разговор и потянул в сторону праздничного зала, где их уже ждали собравшиеся, чтобы начать скромное, почти семейное пиршество за здравие молодожёнов.

***

Ночью в отведённой ей – а точнее, им с Конором – комнате Мег сидела на кровати и с решимостью буравила взглядом дверь, продумав до мелочей все свои действия, когда Конор войдёт и попробует предъявить свои права. Сидела она очень долго, пока не поняла, что скоро будет светать и что Конор, должно быть, мирно спит где-нибудь ещё. В ярости Мег взбила подушку и уткнулась в неё лицом: даже для приличия не захотел к ней зайти, подлец!

Глава четвёртая

Глава четвёртая. Рыцарь и дурак

Конор уехал на следующий день и, как обещал, оставил Мег сидеть в неведении в окружении его семьи и ждать, пока он «всё уладит». Мег же, как обещала, его не послушалась и, выждав три дня, добилась от купцов О'Рейли отпустить её в Карлайл якобы для визита к доктору. Уже полюбившие всем сердцем нерождённую пока внучку, они не могли отказать Мег, стоило ей признаться, что чувствует себя немного не хорошо и ей нужен доктор. На то, чтобы убедить их в том, что, несмотря на своё состояние, она хочет ехать в Карлайл одна, ей понадобилось, однако, гораздо больше времени. Но на помощь ей пришла Агнесса, с которой, как и предполагала Мег, они быстро сдружились. Вдвоём им удалось победить Катриону и Шона О'Рейли. Однако помогла ей Агнесса, как оказалось, не так уж и бескорыстно.

– Твоего брата так давно не видно, – вздохнула она, когда Мег собиралась к отъезду, а во дворе закладывали экипаж.

– Он при дворе. По просьбе короля, – натянуто ответила Мег.

За Джонатана она очень переживала, особенно перечитав ещё раз его преувеличенно весёлые послания. Каково ему находиться рядом с королём, который может в любую минуту отправить его на плаху? И не держат ли его в темнице, на воде и хлебе?

– Но он скоро вернётся?

– Ну разумеется! – Опомнившись, Мег пристально посмотрела на золовку. – А почему ты интересуешься?

– Видишь ли, я подумала… было бы прекрасно, если бы наши семьи породнились ещё больше, – выпалила Агнесса, покраснев. – Родители были бы счастливы. И твой отец не был бы против, раз он выдал тебя за Конора.

– Ты не любишь Джонатана, – прищурилась Мег. – Зачем ты хочешь стать его женой?

– Потому что он, во всяком случае, мне не отвратителен, – вздохнула Агнесса. – Мама с папой хотят, чтобы я вышла замуж за лорда Шепленда.

– За лорда Шепленда? Дядю девиц Маклейн? – удивилась Мег.

– Именно, – с печалью кивнула Агнесса. – Мы с родителями недавно ездили в Карлайл и там случайно с ним встретились, и я не знаю, почему, но он вдруг обратил на меня внимание, затем по возвращении сюда нанёс несколько визитов и втайне от меня просил у отца моей руки! И отец, слава богу, сказал, что подумает. Но он точно согласится! Только Конор может его остановить. Или предложение более подходящего для меня человека.

– Как мой брат… – медленно закончила Мег.

Агнесса снова кивнула и с мольбой уставилась на Мег.

– Но мой брат не женится… в ближайшем будущем. Никто его не заставит, поверь. Отец давно его просит, но он не желает. – Заметив, как поникла Агнесса, Мег попыталась найти какой-нибудь выход. – А что Конор? Ты говоришь, он в силах тебе помочь.

– Но он скоро снова уедет. И, мне кажется, стоит ему это сделать, как отец тут же этим воспользуется.

– Но почему лорд Шепленд? – непонимающе воскликнула Мег. – Сомневаюсь, что он – самая лучшая партия, которую можно было бы найти.

– Мне уже двадцать четвёртый год пошёл, и нет надежды, что мне сделает предложение какой-нибудь понравившийся мне знатный человек, – севшим голосом призналась Агнесса. – Они думают, что я просто капризничаю. «Лорд Шепленд – в расцвете сил, не дурен собой и искренне любит тебя!», говорят они и полагают, что большего требовать я не могу.

– Но, если подумать, – осторожно начала Мег, – они правы. Конечно, лорд Шепленд – не тот мужчина, о котором можно мечтать, однако он, в самом деле, хотя бы не стар и не уродлив, а самое главное, – добр характером, насколько я могу судить. А ещё ты будешь жить рядом с домом!

Агнесса смотрела на неё с такой обидой, что смутившаяся Мег резко замолчала.

– Я думала, ты меня поймёшь, – прошептала Агнесса и стремительно покинула комнату.

***

Мег и в самом деле заехала первым делом к доктору Уотертону, как будто это могло бы убедить прежде всего её саму, что именно за этим она и прибыла в Карлайл. Приказав кучеру езжать к гостинице, в которой остановился Конор, Мег скрылась в невзрачном жилище доктора, полностью уверенная в том, что Рейнольд обрадуется её приходу.

На деле же доктор больше удивился, чем обрадовался, а потом и вовсе встревожился.

– Проходите, проходите, Мег, – пропустил он её внутрь. – Что у вас случилось?

– Ничего, не беспокойтесь. Я просто проезжала мимо, вспомнила о вас и решила зайти.

– Очень лестно, – улыбнулся Рейнольд. – Как вы поживаете?

– Хорошо, благодарю, – и неожиданно выпалила: – Я вышла замуж. Свадьба была очень тихая.

– Поздравляю от чистой души! И как же мне вас называть теперь, леди?..

– Не леди. Миссис. Миссис О'Рейли.

Получилось не грустно, а с какой-то потаённой радостью. В самом деле, миссис О'Рейли звучит очень даже неплохо, почти солидно!

– О'Рейли! – узнавая, воскликнул Рейнольд, и лицо его осветилось каким-то нежным воспоминанием.

– Вы знаете Конора? – затаив дыхание, спросила Мег.

– Стало быть, Конор. Ну конечно-конечно… Нет, я знаю младшего, Логана. Он теперь путешествует, как и я когда-то. Помню, пришёл ко мне десятилетним мальчишкой, умолял поведать истории о странах и народах за океаном…

Доктор осёкся и вдруг засуетился вокруг стола, будто пытаясь скрыть смущение.

– Вы присаживайтесь, Мег, а я принесу вам воды. Вина у меня только крепкие, не к вашему положению.

Когда Рейнольд вернулся с кружкой воды, Мег, весьма заинтригованная, тоже попросила его рассказать о тех самых историях. Она и не представляла, что доктор мог побывать когда-то настолько далеко от Англии – за океаном.

– Вы, чего доброго, решите пойти по моим стопам, – рассмеялся Рейнольд, усаживаясь напротив неё. – Я мечтал о путешествиях с юных лет и, когда разнёсся слух о знаменитом вояже Колумба, отправился в испанское королевство, чтобы повторить его подвиг. Видите, как глуп я был когда-то. Около десяти лет я провёл в Испании, тщётно пытаясь заработать достаточно денег, чтобы попасть врачом на какое-нибудь судно до Нового Света. Позволить себе такую роскошь могли только очень богатые люди или те, кому выделял средства сам король. Я же не имел ничего и был никем. Так-то.

– Но у вас получилось!

– Совершенно случайно, право. Я помог одному молодому человеку, поступил к нему в услужение, а через некоторое время он отправился в Санто-Доминго – это столица испанских колоний. – Мег не совсем поняла, что значит «колония», но решила не показывать своё невежество. – …и взял меня с собой. Так-то я и исполнил свою мечту.

– Как интересно! – задумчиво вздохнула Мег. – Но почему вы вернулись?

– По тому же, почему вернулись бы и вы, дорогая Мег. Все мы когда-нибудь возвращаемся домой. Моя жажда приключений была утолена, и я не хотел оставаться дольше в чуждом для себя мире.

Мег слабо понимала суть его мысли, потому что не представляла, как добровольно можно отказаться от подобной жизни, которая должна быть наверняка очень захватывающей! Если бы у неё был выбор, она бы забрала с собой всех родных и не оглянулась бы в прошлое! В голове у неё уже завертелись смутные мысли о том, что, быть может, при помощи брата Конора ей когда-нибудь тоже удастся повидать новый мир.

– Вы не жалеете? – пристально взглянула на него Мег, словно пытаясь подловить на лукавстве.

– Что вы. Если бы вы побывали так далеко и увидели бы в половину столько же, сколько повидал я, вы бы меня поняли. Нет ничего более сложного, чем жить в мире, которому не принадлежишь. Все мы возвращаемся домой, поверьте, Мег. Но, пожалуй, нам не стоит об этом больше говорить: я уже вижу, что вы задумались, а думать вам следует прежде всего о настоящем…

***

Доктор Уотертон настаивал проводить её до гостиницы, где остановился Конор, но Мег, уже почти не прилагая усилий, уверила, что доберётся самостоятельно. Разговор с Рейнольдом только ненадолго отвлёк её от размышлений о собственной нынешней судьбе. Впервые за всю свою жизнь она понятия не имела, как выпутаться из сложившегося положения. Что бы она ни сделала, любое неосторожное действие – немедленно отразится на Джонатане. Хуже того, был отец, на которого могла пасть вся королевская немилость, потому что именно отцу вменялось в обязанность раскрыть заговор. Но, в полной мере или нет, а задание было выполнено, и Мег уповала на то, что король будет снисходителен. Правда, для этого с ним немедленно нужно было поговорить. Это и было единственное, что хоть как-то напоминало выход. Во всяком случае, она не станет сидеть и ждать, как говорил ей Конор. Точно не станет.

Так размышляла Мег, медленно направляясь в сторону уже знакомой «Сказочной принцессы», за которой когда-то наблюдала, ожидая появления Конора. Погружённая в себя, она не заметила, как сошла с главной широкой улицы и углубилась в жилой квартал, пока из задумчивости её не вывели панические мольбы о снисхождении. Мег застыла на месте, поняв, что за углом происходит нечто странное.

– …я ничего не сделал! Я ничего не знаю! – жалким голосом уверял некий молодой человек. – Отпустите!

Ответом ему послужило молчание, а Мег поняла, что шаги удаляются в противоположную сторону, и поэтому решилась выглянуть. Человек, одетый во всё чёрное и среднего роста, тащил за собой упитанного юношу, а тот всеми силами упирался и причитал:

– Меня заманили туда! Всё это было ошибкой! Я ни за что бы не связался с ними, никогда бы не пошёл против Его Величества! Поверьте!

Мег даже дышать перестала, сразу почувствовав, что эти двое как-то связаны с заговором ирландцев.

– Все вы так говорите, – соизволил подать голос мужчина в чёрном и, судя по тону, он ухмылялся. – Своими глазами тебя видел на сборищах этих свиней. Три месяца от меня скрывался, уж проклятый. Попался-таки.

– Помилуйте-е-е! – чуть не плакал юноша.

Мег зажмурилась и отвернулась, не в силах просто смотреть и стоять. Прав был Конор: она испытывает на своей шкуре последствия дела своих рук. Бог наказывает её, делая свидетельницей того, как отлавливают заговорщиков. И этот глупый, глупый юноша – зачем он подался к ним?

Мег открыла глаза, намеренная побыстрее уйти, и закричала бы на всю округу, если бы ей вовремя не закрыли рот. Некий стройный мужчина с маской из кожи, закрывающей верхнюю часть лица, знаком дай ей понять, чтобы она молчала, и, отпустив, бросился следом за уже прилично удалившейся парой. Мег, ничего толком не понимая, побежала за ним, но старалась держаться значительно позади, чтобы, если что, получилось скрыться. Мало ли…

Что-то в фигуре замаскированного мужчины ей показалось смутно знакомым. Прижав ладонь ко рту, Мег следила за тем, как он догнал человека в чёрном и затеял драку. Юноша, оказавшийся на свободе, почему-то не бросился наутёк, но остался рядом, следя за дракой с такой же смесью страха и любопытства, как у Мег. Стычка была короткой и не кровавой. Человек в чёрном, поняв, что противник его сильнее, предпочёл ретироваться, и мужчина в маске, взяв юношу за плечо, повёл за собой, на ходу сделав Мег знак следовать за ним. Благоразумие и любопытство боролись в ней, и первое уже почти одержало победу, когда человек в маске, видимо, понял это, и громко проговорил:

– Идёмте, Мег, я обо всём вам расскажу.

Она раскрыла рот от удивления, а потом неуверенно улыбнулась и, подхватив юбку, поспешила за ним. Они петляли около пяти минут по узким улочкам, никем не встреченные, пока не достигли одного из домов, куда и завёл их мужчина, по пути уже успев снять маску. Юноша посмотрел на спасителя совершенно неосознанно, видимо, не встречал его прежде, а Мег со спины лица разглядеть, разумеется, не могла, но была уверена, что голос запомнила верно.

Скрывшись в полумраке прихожей дома, его, судя по всему, хозяин отбросил осторожность и нарушил молчание.

– Как вы-то здесь оказались, Мег? – спросил он первым делом, поворачиваясь к ней.

Это и правда был лорд Джеймс Хадвиг, встреченный ею впервые в тот день, когда они с Лотти пошли к гадалке. Помнится, тогда сам Джеймс искал со знаменитой в Карлайле ведьмой встречи. А после она видела его на свадьбе сестры; тогда-то они и подружились, правда, Мег и не думала почему-то, что встретит его ещё раз да при таких обстоятельствах.

– Я… я просто шла… – промямлила она от неожиданности. – Но почему вы были так одеты?! И почему вы?.. Что происходит?

– Присядьте, – пригласил её Джеймс в гостиную, – и я вам расскажу. Вы тоже, молодой человек.

Когда все трое уселись вокруг стола, Джеймс начал:

– Иногда во снах со мной говорит Бог.

Начало Мег уже очень впечатлило. Посмотрев на юношу, она убедилась, что не одна удивлена подобными словами.

– Многие не верят, но это правда. Когда мне было что-то около семи, Он сказал мне, чтобы я не ездил с матерью в церковь в следующее воскресенье. Я послушался. По пути на мать напали разбойники и убили её… – Повисло тяжёлое молчание, затем Джеймс сухо продолжил: – С того раза Он предупреждал меня об опасности ещё несколько раз, и каждый раз только благодаря Ему мне удавалось легко отделаться. Но вот что: четыре месяца назад Он снова говорил со мной – сказал, чтобы я спасал всех, кого обижают, не важно, по делу или просто так. Всех, кого смогу. Я… Признаюсь, спасать всех не показалось мне лёгкой задачей, и я впервые подумывал о том, чтобы ослушаться. Я сомневался, очень долго, затем решил сходить к ведьме – тогда-то мы и познакомились с вами, Мег, – но ведьма предупредила, что, если послушаюсь Его в этот раз, то спасу человека, который станет мне соперником и отнимет мою любовь. Тогда-то я и понял, что мне нужно делать.

– Вы ей не поверили, – кивнула Мег.

– Конечно, нет. И отнюдь не жалею. Я помогаю людям. И в Карлайле меня кличут не иначе как Рыцарь в ночи, – гордо произнёс Джеймс. – Хотя я понятия не имею, почему «в ночи»; ночью я обычно крепко сплю в этом самом доме.

– Рыцарь в ночи, – впервые подал голос спасённый юноша. – Я о вас слышал! Вы спасли некоторых моих знакомых. Они переправились в Ирландию.

– А вы почему до сих пор здесь?! Ирландцам в Карлайле теперь не безопасно.

– Но мне некуда больше податься, – возмутился юноша.

– Стало быть, вы – заговорщик? – обратилась к нему Мег.

– Да. Но я совершил ошибку, должен был послушаться совета держаться от них подальше, – покаянно опустил он голову и, немного помолчав, добавил: – Я не представился. Меня зовут Патрик Гэтисс.

Мег тут же вспомнила о нём. «Патрик тоже в этом участвует, дурак», – прозвучали в её ушах сказанные некогда слова Джонатана. Этот юноша три месяца назад помог Джонатану выяснить всё, что можно, о мятежниках; конечно, даже сейчас Патрик едва ли понимал, благодаря кому оказался в опасности. Впрочем, никто не заставлял его разделять идеи мятежников. Он сам признал, что не послушался правильного совета, который дал ему тогда Джонатан: держаться от всего этого подальше.

– И часто вам приходится спасать других? – посмотрела на Джеймса Мег.

– Довольно часто. Давеча спас ещё одного, тоже связанного с тем заговором. А вот другого не успел, – расстроенно вздохнул он. – Но почему вы были одни?

– Я следовала за… мужем.

– Вы вышли замуж?! Поздравляю! – искренне порадовался за неё Джеймс.

Патрик Гэтисс присоединился к поздравлению, но выглядел так, будто находится в этот миг в другом месте.

– И так вышло, что мой муж – один из ирландцев, – призналась Мег. – Я теперь взволнована: а не подвергался ли он такому же нападению…

– Как зовут вашего мужа? – нахмурился Джеймс.

– Конор О'Рейли.

– О'Рейли! – воскликнул Джеймс. – Так ведь ему-то я и успел помочь, хотя он и в одиночку, спорю на золотую крону, справился бы.

Патрик встрепенулся, будто хотел что-то сказать, но Мег опередила его:

– И где же он сейчас?!

– Здесь.