Текст книги "Любовь в мятеже (СИ)"

Автор книги: Марина Гилл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

Глава пятая

Глава пятая. Медовый месяц

Мег обернулась. Конор своим внезапным появлением застал врасплох не только её, но и остальных присутствующих. Ей интересно было знать, как много он услышал; она надеялась, что хотя бы слово «взволнована» прошло мимо его сознания.

– Да, я пригласил вашего мужа погостить у себя, сколько ему заблагорассудится, – отстранённо произнёс Джеймс.

– Я не собирался здесь задерживаться, – недовольно ответил ему Конор, и Мег показалось, что он почему-то невзлюбил Джеймса. – Но уж тебя, дорогая моя, увидеть тут не ожидал, – мягко улыбнулся ей, и Мег поняла, что он взбешён.

– Как и я не ожидала, дорогой, – ещё слаще пропела она ему. – Рада лицезреть тебя спасённым.

– Вы понимаете, верно, что вам небезопасно теперь показываться на улице, – прервал их обмен любезностями Джеймс, обратившись к Конору.

– А я могу остаться у вас на пару дней? – встрял Патрик, устремив жалобный взгляд на хозяина дома.

– Разумеется, – добродушно похлопал его по плечу Джеймс. – Но вам стоит подумать о своём будущем.

– Я подумаю, обязательно подумаю! По правде, я жду одного человека, с которым мог бы посоветоваться. Он – мой друг.

Конор, тем временем, буравил её взглядом, который не предвещал ничего хорошего. И Мег хотелось скорее уже остаться с ним наедине, чтобы можно было говорить без обиняков, а не притворяться примерной женатой парой.

– Если вы говорите о лорде Джонатане Сэвидже, – громко сказала она, не отрывая прищуренного взгляда от Конора, – то вам придётся его подождать некоторое время. Он отмечает праздники при дворе.

– Вы знаете его? – обрадовался Патрик.

– Он – мой брат.

– Так вы та самая леди Маргарет, о которой он отзывался с большим уважением?

– Несомненно, это леди Маргарет, и, несомненно, она заслуживает большого уважения, – ответил за неё Конор таким тоном, будто необычайно ею гордился. Мег лучезарно ему улыбнулась. – Мы уедем ночью, с вашего позволения. Дольше задержаться не можем: нас ждёт медовый месяц.

Мег вопросительно приподняла брови, но вопрос удержала на языке. Не ясно отчего, но ей не хотелось показывать другим, насколько бестолковые у них с Конором отношения, – настолько, что о своём медовом месяце она узнаёт не первой.

– Восхитительно! Желаю удачной поездки, в таком случае. И, уж извините, но посоветовал бы вам уехать подальше, пока всё не уляжется.

– Так и сделаем, – кивнул Конор. – Мег у меня любит путешествия. Особенно, дальние. Не правда ли?

– Очень люблю, – подтвердила она.

И, пока они с Джеймсом и Патриком обменивались вежливыми репликами, Мег соображала, к чему бы Конор завёл разговор о медовом месяце – пустить слух, что его здесь не будет? Но вряд ли Патрик будет свободно разгуливать по городу и рассказывать всем подряд эту новость, а Джеймс и вовсе не был похож на сплетника. Или же он на самом деле думает уехать? Тогда – без неё.

– У меня есть одна свободная комната, – говорил Джеймс, – раз уж вы женаты, то всё хорошо. Вы, Мег, разделите комнату с вашим мужем, ну а вы, Патрик, поселитесь в свободной.

– Я правильно поняла, мы не остаёмся здесь ночевать? – настороженно поинтересовалась Мег.

– Нет, моя дорогая, эту ночь мы проведём в дороге. Не расстраивайся, – подошёл к ней Конор и приобнял, словно утешая. – Но до ночи ещё порядочно времени, а тебе следует отдохнуть.

Вскипев от подобных необоснованных намёков, Мег смущённо улыбнулась и положила голову ему на плечо.

Джеймс и Патрик одновременно почувствовали себя лишними, и первый повёл второго в свободную комнату, оставив молодожёнов наедине. Конор, так и не выпуская Мег из объятий, свернул к двери, ведущей прямо из гостиной, как оказалось, в их комнату. Закрыв за собой дверь, Конор усадил её, словно ребёнка, за стол и придвинул бумагу с чернилами.

– Пиши сестре и рассказывай, в каком положении вы с отцом и твой брат находитесь. Граф Вестмор вращается при дворе и находится на хорошем счету у короля – пусть воспользуется своими связями и поможет вашей семье.

– А про свою семью ты уже забыл? – язвительно спросила она.

– Моей семье ничего не угрожает, – отрезал Конор. – Отец никогда не был замечен ни в каких заговорах и, при случае, отречётся от меня как от паршивой овцы в стаде.

Мег открыла рот, глядя на него с непониманием и жалостью.

– Я не думала, что у вас с отцом настолько плохие отношения… – пробормотала она.

– Всё у нас прекрасно. Он всего лишь не позволит семье пострадать из-за моих ошибок. Вытаскивать нужно только твоего отца да брата. Впрочем, последнего я оставил бы гнить в темнице, если уж на то пошло… – заговорился Конор.

– Прекрати! – поморщилась Мег. – Даже не шути так.

– Пиши, Мегги, – отступил он, подняв руки. – Я не буду мешать. Пиши.

Что-то в его тоне ей не понравилось, но, не найдя, к чему придраться, и понимая, что он всё же прав и муж Лотти – действительно единственный, кто в силах им помочь, Мег приступила к письму.

***

Когда она закончила, Конор без спроса забрал у неё письмо и стал его читать. А потом, совершенно ошеломив её, подытожил:

– Всё очень хорошо, но кое-что надо вычеркнуть. Мы с тобой в помощи не нуждаемся. Мы едем в медовый месяц. Так что все твои «Конор раскаялся», «Конор обещает исправиться» и «Конор жалеет» – убрать.

– Как это убрать?! В самой большой опасности ты! Тебя же даже чуть не поймали. Как и многих других заговорщиков!

– Я могу сам о себе позаботиться.

– Ах вот оно что! О себе ты позаботишься, а с нами – будь что будет?! – возмутилась она, положив руки на живот.

– О вас тем более, перестань придираться к словам, – устало отмахнулся Конор. – Доверься мне и ни о чём не спрашивай. Помощь нам не нужна. Мы уезжаем.

– Никуда я не поеду, – вскочила она со своего места. – Я должна быть рядом с отцом! Я обещала ему.

– Перед алтарём ты обещала следовать за своим мужем, так что будь добра, не увиливай сейчас. Мы уезжаем и точка.

– Куда?! И зачем?

– Не задавай вопросов. Поймёшь позже.

– Я никуда не поеду, – процедила Мег и уселась на прежнее место, сложив руки на груди и всем своим видом давая понять, что ни за что оттуда не сдвинется.

Конор ухмыльнулся и прошёл к кровати.

– Я спать; ночью будет некогда. Если надоест сидеть, ложись рядом. Не беспокойся, на твою честь я не покушусь.

Поражаясь его наглости, Мег сумела коротко выплюнуть:

– Ненавижу.

Конор только рассмеялся.

***

Лечь Мег так и не решилась, хотя очень хотелось. Но стоило представить, как самодовольно посмотрит на неё этот невозможный человек, если проснётся и обнаружит её под боком, как всё желание прилечь как ветром сдувало.

Сначала она переписала послание для Лотти, а потом, чтобы как-то отвлечься, гадала над тем, что же Конор задумал. В чём прок отказываться от помощи графа Вестмора? Она была уверена, граф поможет хоть дьяволу, если Лотти его об этом попросит. А Лотти уж точно замолвит за Конора словечко, стоит ей всё узнать! Ей хотелось верить, что у Конора был какой-то свой план, которому он следовал, а вовсе не чувство гордости заставляет его вести себя подобным образом. В конце концов, даже если семье его ничего не угрожает, он должен был подумать о ней и их ребёнке. А вдруг ему на самом деле всё равно на них, а своей шкурой он вовсе не дорожит?

– Какая трогательная забота о своём целомудрии! – насмешливо возвестил Конор своё пробуждение.

Мег бросила взгляд в сторону кровати и скривилась. Закинув руки за голову, Конор занял собой большую часть кровати так, что и примоститься особенно некуда было. Мег решила не замечать, как ускорилось биение её сердца при взгляде на его расслабленную позу, и демонстративно отвернулась, ничего не ответив.

Минут через пять полнейшего молчания, Конор снова заговорил:

– Я не знаю, как назовём сына?

– Что?! – подпрыгнула Мег, поворачиваясь к нему.

– Если уж говорить нам больше не о чём, поговорим об этом, – пояснил он, с задумчивым видом глядя куда-то ниже её лица. Мег это всё очень не нравилось. – Думаешь, король смягчится, если мы назовём его Генри?

– Ты что, сына от кого-то ждёшь? – вяло возмутилась она.

– Кто тебя воспитывал, Мегги, что ты всё сказанное всегда переворачиваешь вверх дном? – удивился Конор. – Видно, твой брат так плохо повлиял на тебя.

– Оставь в покое Джонатана! – не на шутку разозлилась Мег. – Не знаю, кого ждёшь ты, но у меня будет девочка. И имя я выберу без твоего содействия. Уже выбрала, – соврала она.

Ошеломлённый Конор смотрел на неё молча около минуты, пока на удивление спокойно не поинтересовался, что за имя она выбрала.

– Клодина, – выпалила она и поняла, что на самом деле только что выбрала имя.

– Хорошо. Тогда ты не расстроишься, если родится мальчик. Назовём его Клодом, – рассудил Конор.

– Родится Клодина, – упрямо заявила Мег.

– В этот раз – может быть, а потом и мальчики пойдут.

Она едва не поперхнулась и уставилась на него во все глаза, не понимая, то ли он продолжает над ней насмехаться, то ли говорит всерьёз.

– Никого у нас больше не будет.

– Почему? – усмехнулся Конор, лениво потянулся и сел в изножье, внимательно глядя на неё.

– Сам должен понимать почему.

– Не понимаю, – мотнул он головой. – Нет, я догадываюсь, что из одного упрямства ты можешь лишать себя счастья спать со мной, но – всю жизнь?

Мег оскорбительно рассмеялась.

– О каком счастье ты говоришь? Тот день у озера до сих пор снится мне в кошмарах. – На лице его было написано такое непонимающее выражение, что Мег злорадно пояснила, хотя и в глубине души ей неудобно было его расстраивать: – Я знаю, что девушки получают от того… занятия… удовольствие. А мне с тобой было отвратительно.

Что-то такое промелькнуло в льдистых глазах Конора, отчего Мег нестерпимо захотелось убежать. Она предполагала, что он расстроится и ей станет совестно. Но, кажется, Конор был просто в ярости.

– Отвратительно, – повторил он приглушённо и неторопливо встал.

Мег тоже встала и поставила перед собой стул, не отрывая от Конора затравленного взгляда. Только от одной мысли, что он повторит с ней то же, что тогда у озера, её начинало трясти. Она уже прикидывала, поможет ли ей Джеймс или не станет вмешиваться в супружеские отношения.

– Если ты прикоснёшься ко мне, я закричу, – сухо предупредила она.

– Обещаю тебе, – натянуто улыбнулся он.

– Что?

– Закричишь.

От страха у неё подкосились колени. Крепче схватившись за спинку стула, она попыталась убедить себя, что Конор лжёт, ничего он ей такого не сделает, во всяком случае, не здесь и не сейчас. И оказалась права.

– Ладно, пока спи, – отступил он. – Я даже ради твоего покоя выйду из комнаты.

Гроза минула. Конор и в самом деле вышел, хотя Мег чувствовала, что он всё ещё в гневе. Подождав для верности минут десять, Мег счастливо растянулась на кровати и тут же погрузилась в сон.

Глава шестая

Глава шестая. Семейные трудности

Проснулась Мег на закате и чувствовала себя так, будто не спала вовсе. Голова раскалывалась, и немного тошнило. При мысли, что придётся ещё трястись в повозке несколько часов, настроение её совсем испортилось. А когда вспомнила о Коноре и его издёвках, стало ещё хуже.

В таком состоянии она вышла в гостиную, где собрались все трое: Конор, Джеймс и Патрик, молча сидевшие и наблюдавшие за пламенем в камине. Мег не сказала ни слова и взгляд спрятала, чтобы ненароком никому не показать, как отвратительно себя чувствует.

– А, проснулась, моя дорогая, – с фальшивым весельем протянул Конор, поднимаясь.

Джеймс и Патрик последовали его примеру.

– Экипаж уже приготовлен и дожидается только нас, – пояснил Конор, подходя к ней.

Мег позволила ему обнять себя и увлечь к двери, но внутри неё всё кипело и бурлило. Если всю жизнь придётся так играть на людях, она просто не вытерпит этого! На улице Мег поёжилась от холода и обернулась к Джеймсу, вспоминая, что следовало бы его за всё отблагодарить, но Конор подтолкнул её и чуть ли не заставил залезть внутрь экипажа.

– Ещё раз благодарим вас за помощь! Мы в неоплатном долгу.

От преувеличенной вежливости Конора Мег стало тошнить ещё сильнее. Нет, ей и правда не показалось: он недолюбливает Джеймса – но почему?

– Бросьте, я был рад вам помочь, – ровным тоном ответил «Рыцарь в ночи», видимо, как и Мег, заподозривший, что его недолюбливают. – Желаю удачи в дороге!

Через несколько секунд Конор уже сидел напротив неё. Экипаж тронулся, и Мег погрустнела сильнее, вдруг вспомнив о своём Зевсе. Ещё не скоро она сможет ездить на нём верхом… Но, по крайней мере, из конюшен Лайла его стоит забрать. Он же по ней наверняка очень сильно соскучился!

– Непривычно, что ты такая смирная, – заметил Конор.

Раздражённо глянув в его сторону, Мег отвернулась к закрытому занавесками окну. Раньше его подколы тоже добрыми нельзя было назвать, но только сейчас они почему-то особенно стали её задевать. Может быть, она всерьёз ожидала, что его отношение к ней изменится после женитьбы? Как глупо! Она всё так же для него пустое место… и её Клодина тоже. «Ну и ничего, – утешала она свою дочь, – зато у тебя есть замечательные дедушка, тётя и дядя!» В самом деле, чему такой отец, как Конор, может научить ребёнка? Притягивать к себе неприятности?

– А сейчас ты думаешь обо мне, готов биться об заклад, – ухмыльнулся Конор. – Того и гляди, дым из ушей пойдёт.

– Тебе что, делать нечего? – не выдержала Мег. – Оттачивай своё красноречие на ком-нибудь другом!

– Ты мне больше других подходишь. И, если оглянуться вокруг, – и он обвёл тесное пространство повозки, – заняться здесь и правда нечем.

– Хорошо, – вдруг передумала Мег, – поговорим. Куда мы уезжаем?

– В одно уединённое место.

– Насколько уединённое?

– Настолько, насколько это возможно.

– Ты думаешь, у меня очень много терпения?! – вспылила Мег. – Когда мы уезжаем?

– Как только, так сразу.

– Я тебя ненавижу! – устало откинулась она на сиденье и снова отвернулась к окну.

Смутно чувствуя, что Конор изучил её как свои пять пальцев и знает, что она собирается сказать или сделать даже лучшем, чем она сама, Мег всё же не смогла сидеть молча, растревоженная этим коротким и бесполезным разговором.

– Твоя мать хотела, чтобы ты остался на Рождество, – попробовала она подступиться к нему с другой стороны.

– Я знаю.

– И? – скрипнула Мег зубами.

Конор улыбнулся, даже не скрывая, что забавляется её попытками скрыть свой гнев.

– А ты хочешь остаться на Рождество? – поинтересовался он между прочим.

– Разумеется. Мой отец будет совсем один, если я уеду.

Улыбка немного померкла на лице Конора, а Мег окончательно помрачнела. Как жаль, что и Лотти не приедет: графа Вестмора она не оставит, а он отправится ко двору просить за них Его Величество…

– Ты отправил моё письмо? – подняла она голову.

– Да. Если всё сложится в вашу пользу, то через месяц-другой твой брат вернётся.

– А мы?.. – с надеждой спросила Мег.

– Поменьше печали, Мегги, – осадил её Конор. – Ещё силком тебя возвращать домой буду.

Она насмешливо фыркнула.

– Почему ты не можешь ответить мне прямо, что задумал? Это и меня касается тоже. Тебе не понравится, если я буду разговаривать с тобой подобным образом.

– Это мой подарок тебе, – наклонился он к ней и мягко погладил её щёку, совершенно ошеломив этим жестом Мег. – Мне хочется сделать его приятным и неожиданным. Только и всего. Неужели откажешь мне в таком простом желании порадовать свою жену?

– Подарок? – растерялась она. – За что?

– Просто так.

– Просто так обычно не дарят, – передёрнула плечами Мег, пытаясь скрыть озадаченность за раздражением.

– Вот именно, – согласился Конор, задумчиво глядя на неё.

Она не нашлась с ответом и отвернулась снова к окну, ничего толком не понимая.

***

Новость, которую преподнёс Конор семье, вызвала самый настоящий переполох. Конор только объявил о своём решении в столовой за завтраком, как у всех напрочь пропал аппетит. Катриона очень расстроилась, Шон разозлился, а Агнесса побледнела. Мег поддерживала чувства каждого из них. И мрачность Конора тоже подходила к её невесёлому настроению – хорошо ещё, что он потом перестал надоедать ей разговорами.

– Мальчик мой, но до Рождества осталось всего-то десять дней! – уговаривала Катриона сына потянуть с отъездом. – Остались бы на недельку, а потом уж ладно – езжайте с богом!

– Да успокойся ты, женщина, – ругался на неё Шон. – Твоего сына чуть не поймали по обвинению в заговоре против короля! Понимаешь хоть, что это значит? Уезжать им надо и немедленно.

– А они могут приехать за Конором сюда? – испугалась Агнесса.

– Вот именно! – стукнул ложкой по столу Шон. – Поэтому больше никаких разговоров и промедлений. Твой брат поставил нашу семью в опасное положение, и это мой долг – обеспечить безопасность своих детей. Сегодня же отправлю послание лорду Шепленду.

Агнесса побледнела ещё сильнее,

– Ещё раз повторяю: оставьте её в покое, – низким от ярости голосом произнёс Конор. – Если надо, я заберу тебя с собой, – обратился он к Агнессе, протягивая ей руку через стол, за которую она схватилась, словно утопающий за соломинку.

– Давай-давай, что ещё придумаешь? Я отвечаю за свою дочь и даже тебе перечить не позволю, – нагнулся над столом Шон, прожигая сына взглядом.

– Напомню, что за лорда Шепленда ты не отвечаешь. Я смогу его переубедить брать Агнессу в жёны, – заявил Конор, отодвигая тарелку и впиваясь в отца решительным взглядом.

– Только попробуй, – прошипел старший О'Рейли и с шумом поднялся из-за стола.

– Отец, пожалуйста! – Агнесса тоже вскочила и подбежала к нему, повиснув у него на руке. – Я могу выйти за кого угодно, но только не за него. Пожалуйста! Это всё, что я прошу – только не за него.

– Тебя я ещё не спрашивал, за кого выходить, – перенёс гнев на дочь Шон и стряхнул её с себя.

– Успокойся, дорогая, – встряла Катриона, – отец делает так для твоего блага.

– О нет, мама, он делает так для своего блага, – деланно усмехнулся ей Конор.

– Это моё окончательное слово. Эй, ты, – окликнул Шон слугу, – беги в Минстенд и тотчас же передай о согласии Агнессы.

– Нет! – вскричала она, заламывая руки. – Не делай этого! Пожалуйста!..

Слуга вылетел из столовой так поспешно, будто внутри что-то горело. Поняв, что только что решилась её судьба, Агнесса разрыдалась и выбежала следом. Конор встал и процедил, неотрывно глядя на отца:

– Если ты это сделаешь, лишишь себя двух детей сразу.

Катриона громко охнула и прижала ладонь ко рту. Мег вцепилась в свой стул, взирая на каждого поочерёдно с ужасом в глазах. Повисло молчание настолько тяжёлое, что оно давило на плечи.

Сузившимися от бешенства глазами Шон О'Рейли около минуты буравил сына взглядом, пока не произнёс медленно и чётко:

– Напугал. Без тебя станет только спокойнее.

– Господи! Что ты такое говоришь?! – вскричала Катриона, тоже вскакивая и не зная, куда ей метнуться: то ли к мужу, то ли к сыну.

Конор холодно улыбнулся.

– Идём, Мегги.

Мег поднялась на негнущихся ногах и застыла.

– Прекрати это, Конор! Прекрати сейчас же! – умоляла Катриона срывающимся голосом.

Он молча обошёл родителей и вышел из столовой. Мег всё так и не могла сдвинуться с места, до сих пор поражённая разыгравшейся перед ней ссорой. В их семье никогда такого не случалось. Даже близко.

– Привыкай, – бросил Шон, заметив её состояние. – Сама с ним связалась.

– Да что же это такое! Можешь ты помолчать?! – всплеснула руками Катриона. – Мег, деточка, ты должна повлиять на Конора! Скажи ему, что нельзя отказываться от отца, что…

– П-простите, – заикаясь, выдавила Мег и поспешила уйти.

Конор был прав, когда предложил уехать – хотя бы потому, что она не представляла, какой бы была их жизнь здесь после такого скандала.

***

Конора она нашла в небольшом садике за домом. Он в утешении обнимал Агнессу, а та рыдала на его плече. Мег не стала подходить; при виде такого отчаяния Агнессы ей вдруг сделалось стыдно. Это она-то, Мег, думала, что несчастлива, когда ей пришлось выходить за Конора?.. Ей ещё повезло. Конор, каким бы негодяем ни был, всё же лучше лорда Шепленда. Не то, чтобы лорд Шепленд ей не нравился, но Мег передёрнуло, когда она попыталась представить себя его женой.

– Успокойся, Несси, – гладил сестру по волосам Конор. – Я поговорю с шотландцем, и он сам заберёт своё предложение обратно.

– Никто не забрал бы, – еле выдавила из-за слёз Агнесса, – и он этого не сделает!

– Мы посмотрим, кто кого. Не вешай нос раньше времени!

Агнесса подняла лицо и с надеждой посмотрела на Конора.

– Ты поедешь в Минстенд прямо сейчас?

– Ну конечно, – улыбнулся Конор. – Только вот сюда я уже не вернусь.

– И я не узнаю, сумел ли ты его уговорить! – поникла она.

– Ты во мне сомневаешься? – деланно обиделся Конор. – Можешь спать спокойно. Я не уеду, пока шотландец не сдастся.

Дальше Мег наблюдала тёплое родственное прощание, после которого Конор отвернулся от сестры, разом помрачнев лицом, и пошёл в сторону конюшни, по пути удостоив Мег совершенно неопределённым взглядом. Мег же решилась подойти к Агнессе: сначала ей хотелось выразить сочувствие, но потом она подумала, что утешить ей несчастную нечем и поэтому она просто обняла её, с облегчением ощутив ответные объятия, потому как немного опасалась, что последний их разговор отвернул от неё Агнессу.

Когда Мег подошла к крыльцу, там уже стоял экипаж, в котором они приехали утром. Конор был на этот раз на козлах, и Мег сидела внутри в одиночестве, чему была искренне рада. Она бы просто не знала, как разговаривать с Конором после всего, что услышала и увидела сегодня. Верно, он недоволен, что кто-то посторонний стал свидетелем семейной ссоры, и, конечно, он был бы ещё более недоволен, вздумайся ей завести разговор об этом. А Мег не была уверена, что сможет молчать; к тому же, в голове до сих пор звучали слова Катрионы – просьба повлиять на Конора.

Она даже не глядела в окно, поэтому очень сильно удивилась, когда обнаружила, что Конор привёз её в Лайл. Услышав ворчливый голос Гаспара, который, видно, снова не захотел пропускать Конора во двор, Мег довольно улыбнулась. Ей не стоило больших трудов попросить о такой малости старого слугу – зато она могла быть уверена, что вот так просто Конору не удастся попасть в замок и, следовательно, у неё будет время подготовиться для встречи к ней. Сейчас, правда, всё это уже не имело значения… К тому же, она недооценила Конора: он всё равно застал её врасплох в то утро, когда она не пустила его к себе в комнату.

Когда она выбралась наружу и с благодарностью посмотрела на него, собираясь сказать «спасибо», Конор отрезал:

– Всего на несколько часов, пока я буду говорить с Шеплендом. Я возьму Зевса… с твоего разрешения, – благоразумно добавил он.

– Хорошо, – от неожиданности согласилась Мег.

Конор, больше не глядя на неё, ушёл, а она, немного погодя, отправилась на поиски отца, с которым ей хотелось провести оставшееся у неё время.

***

Конор вернулся через три часа, и по лицу его ничего нельзя было прочитать. Мег так и тянуло за язык спросить, как прошёл разговор с шотландцем, но при отце ей этого делать не хотелось, потому что она ему соврала, будто Конор задержался дома. А затем, когда они уже сидели вновь друг напротив друга и тряслись в дороге, Конор поделился новостями сам:

– Он влюбился. Влюбился!

– Ну, ничего удивительного… – позволила себе заметить Мег.

– Сказал, что впервые в жизни такое почувствовал и счастье своё не упустит, – скривился Конор. – Обещал сделать мою сестру счастливой.

– А вдруг…

– Ты чувствовала себя так же? – пронзил её взглядом Конор. – Когда поняла, что придётся выйти за меня.

– Вовсе нет! Ты – совсем другое дело, – горячо возразила она, но, опомнившись, добавила: – Хотя счастливой я точно не была, но и не рыдала. Впрочем, я вообще редко плачу…

– Я не смог ей помочь, – оборвал её Конор и выругался, стукнув кулаком по стенке кареты.