Текст книги "Здравствуй, Аннабелль (СИ)"

Автор книги: Мари Розенберг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

5. Хорошие времена

Наше время

В баре «Неоновый волк» по пятницам было весело. Танцевали взрослые женщины под музыку в стиле блюз, мужчины пытались стать их единственным утешением на ближайший вечер, а бармены начищали стаканы до блеска.

Уильям сидел в «Неоновом волке» снова. На работе появилось столько неприятностей, что Воттерс сбежал, не выдержав натиска. Главный редактор оказался недоволен интервью, просил переделать, а Уилл не смог. Глядя на пустеющую стопку, Воттерс винил себя во всех бедах: так и не научился брать ответственность. Когда-то, еще в детстве, в школе перечисляли черты взрослого человека: финансовая независимость, эмоциональная зрелость, ответственность. Из всего перечисленного, Уилл достиг только первого пункта. Психолог однажды сказал ему: «Мы часто застреваем в возрасте своих травм». Уильям Воттерс болтыхался где-то между восемнадцатью и двадцатью, только мечтая о том, чтобы почувствовать себя двадцатишестилетним. Его так рассмешил вопрос Аннабелль про детей. Смог ли бы он воспитывать кого-то, отдавать сто процентов времени всю оставшуюся жизнь другому человеку? Нет, никогда бы не смог, поэтому они с Франсией решили, что детей у них не будет.

Привычные размышления парня прервал телефонный звонок. Увидя на экране фотографию короткостриженной девушки, Воттерс сконфузился, но все-таки решил ответить.

– Франсия, дорогая, что такое?

Франсия Ларсéн не давала ему спуска. Особенно в последнее время, когда стала понимать, что Уильям не ночует нигде, кроме работы и забывает нормально есть, перебиваясь шоколадками. Кое-кто из друзей Уильяма даже называл его подкаблучником, но его это не особо волновало. Ларсен многое делала для него – вытаскивала из депрессивной ямы, заботилась, поэтому Воттерс на многое в ее поведении просто закрывал глаза.

В трубке ожил энергичный манерный голос Франсии.

– Милый, я волнуюсь, ты знаешь. Где ты? Я скоро освобожусь, заеду в наш любимый голландский ресторан и привезу еды. Мы поужинаем?

Руки Уильяма, в этот момент, потянулись к надписи «отбой», но собрав все силы в кулак, мужчина решил выслушать всю речь своей любимой. Она стала говорить о том, как мало времени они проводят вместе, следом заикнулась об Аннабелль и ее приезде, а потом проговорила, что сильно любит его. Уилл кивнул, закатил глаза и продолжил разговор.

– Франсия, спасибо за предложение, но я сегодня не могу. Мы могли бы завтра съездить в Фиш Хаус. Я на работе и буду здесь ещё, – Уилл прикинул взглядом новую стопку виски, – час, как минимум.

– Но ты же всегда работаешь. Неужели ты не хочешь провести со мной хотя бы пару часов?

– Хочу, но я не могу сегодня. Устал.

Франсия вздохнула.

– Я уже не помню, как ты выглядишь. Давай тогда завтра, завтра можно будет поужинать в самом ресторане, – мягко сказала она, видимо, стараясь, скрыть нотку разочарования в голосе.

Отношения с Франсис стали рутиной, и ему не хватало новых впечатлений. Рестораны, ужины, обсуждение работы. Он начинает разочаровывать девушку. В их первую встречу – ему не осталось никакого выбора, кроме как влюбиться без памяти, забыть, что любовь приносит страдания и добиваться ее почти два года. С другой стороны, Уилл знал, что она любит его и заботится, но его проблемы уже были слишком глубоки, чтобы какие-то совместные ужины решали их.

– Мы обязательно пойдём туда завтра. Я люблю тебя. Постараюсь вырваться отсюда скорее.

– Любимый, будь аккуратнее, – напоследок произнесла Ларсéн и сбросила вызов.

Он врал, что задерживается на работе, чтобы посидеть в «Неоновом волке» пятничным вечером и послушать музыку, запив недельную горечь виски. Иногда ему казалось, что она все знает, но ничего не говорит.

– Повтори, Мэш, – парень указал на опустевшую стопку из-под виски.

Молодой бармен, ставший Уильяму хорошим собеседником, взял деньги и налил ему еще. Уильям почти ничего не хотел. Он мечтал о том, чтобы лечь и уснуть, а может вернуться в прошлое и прожить все заново, не давая себе сглупить и свернуть не на ту дорожку. Уильям начал задумываться, когда он был счастлив. Ему казалось, что было это очень давно. Может быть, это было в детстве, когда он беззаботно играл с друзьями во дворе, или в первые месяцы работы в журнале, которые оказались наполнены амбициями и энтузиазмом? Что с ним стало? Мальчик с горящими глазами утонул в рутине и депрессии. Несмотря на всю внешнюю успешность, Уильям все еще оставался несчастным и неудовлетворенным. Все цели достигнуты не благодаря, а несмотря на его прошлое. Он по-прежнему чувствовал, что ему не хватает чего-то важного в жизни.

И где же он был счастлив?

Возможно, Уильям был счастлив в Париже.

В Париж Уильям уехал через два после того, как Аннабелль Морган исчезла из его жизни. Никуда не поступив после окончания школы, парень решил, что ему нужно передохнуть и поступить на год позже из-за здоровья. Едва справившись с депрессией, он начал задумываться о переезде. Отношения с родителями постепенно отошли на второй план, Ингрид вскоре уехала в Лондон с ребенком, хранить парню было нечего; все, что он мог сохранить – растворилось или исчезло.

В один день Воттерс попрощался со своими немногочисленными друзьями, собрал два чемодана с самым необходимым, себя и сел в самолёт. Уильям покинул родной город и отправился в Париж, где начал новую главу своей жизни. Во Франции жизнь оказалась другой. Уильям Воттерс стал востребованным. Отличное образование, молниеносный взлёт по карьерной лестнице – занял должность интервьюера в известном французском журнале о политиках, получал неплохой гонорар, снимал квартиру в пентхаусе, встретил прекрасную женщину. О туманной дождливой Канаде, где он был лишь обузой для всех, мальчишкой, которого можно выкинуть при первой же ошибке, Уилл больше не вспоминал.

В Монреаль Воттерса привела работа в приличном журнале и гонорары, которые ему предложили. Ради денег решил поменять взгляды на жизнь. Собрался, взял с собой себя, свою девушку, и самолёт отправил их назад – в Канаду. Целый год Уилл жил скучно, а теперь объявилась Аннабелль Морган со своими глупыми шутками. В Монреале у Уильяма почти не осталось друзей. Попытки подружиться с коллегами заходили в тупик. На фоне тотального одиночества и прозябания жизни – деньги, получаемые мужчиной, меркли. Он затерялся в рутине, которая не приносила ничего, кроме пустоты.

Попал в ловушку собственного успеха и стал жертвой своих же амбиций.

8 лет назад.

Аннабелль с особым трепетом отнеслась к отъезду своего лучшего друга. Она никогда не расставалась с ним на такой долгий срок. Три месяца. Накануне, девочка смастерила браслеты дружбы. Чёрные бусины, нанизанные на простую нитку, и одна буква F (friendship), означавшая слово «дружба». В назначенное время, девушка стояла около дома Воттерсов. Мать Уильяма, и его отчим уже загружали его чемоданы в автомобиль.

– Привет, Белль!

Два чемодана и рюкзак. Уильям, что, собрался на зимовку?

– Здравствуйте. А где Уилл? Мне нужно ему кое-что передать, – вежливо ответила девушка, высматривая своего друга.

– Он должен скоро выйти. Он забыл выйти из своих социальных сетей. А что у тебя там такое в руках? – Мистер Кляйн рассмеялся, и громко захлопнул багажник. Вытер руки о свои парадные брюки, тем самым заставляя негодовать маму Уильяма.

– Браслеты, которые я сделала для нас двоих. Будет скучно без него, хочется, чтобы он знал, что он всегда в моих мыслях, – ответила Аннабелль, протягивая браслеты родителям Уильяма.

– Это так мило! Я уверена, что он оценит твой подарок. Вот он и выходит, – сказала мать Уильяма, указывая на выходящего из дома Уильяма, – капушка.

Аннабелль помахала ему, оценив его стильную одежду. На нем были надеты ярко-синие джинсы, тёмная куртка с нашивкой и футболка с эмблемой группы Нирвана. Волосы, ниспадающие чуть ниже плеч, заставляли его выглядеть, как настоящая рок-звезда.

– Привет, солнышко. Ты пришла меня проводить? – на выдохе произнёс он.

– Привет, Уилл. Да, – она прижала юношу к себе, – я буду скучать.

Точнее, наоборот. Уилл превосходил подругу по росту ровно на две головы.

– Знаешь, я...тоже жалею об этом. Лучше бы остался здесь. И провел лето, как всегда, – грустно сказал Уилл.

На самом деле, душой он уже жил в Нью-Йорке, гулял по Бродвею и болтал с отцом. Ему не хватало общения с ним. Уилл надеялся – трех месяцев хватит, чтобы восстановить с ним отношения. Он почти ничего не знал о родителе, и совсем не понимал как стать ему ближе.

– Дороти тоже завтра уезжает. Ты веселись. Наверняка, найдёшь себе новых друзей, но и обо мне не забывай, Уилл. Кстати, я тебе тут кое-что принесла.

Глаза брюнета загорелись от предвкушения.

– О! Я люблю подарки. У меня тоже для тебя есть, – задорно заметил он, – ты первая.

Белль изящно вынула из кармана браслет для Уильяма, и повязала на широкое запястье друга.

– Я пришла передать тебе браслеты дружбы, которые сделала для нас. Чтобы ты не забывал, что мы всегда друзья, даже если нас разделяет океан, – сказала Аннабелль, протягивая Уильяму браслеты.

Уильям был очень умилен этим подарком. Он никогда не получал ничего столь хорошенького и светлого.

– Прелесть! Тоже подарю тебе напоминалку о том, что ты не одна, даже тогда, когда так и будет.

Покопавшись в кармане своих джинсов, Уилл вытащил оттуда крохотный медальон с надписью: «Если тебе одиноко – взгляни на Луну». Воттерс аккуратно надел украшение своей подруге на шею и звонко чмокнул ее в лоб. Уильям и Аннабелль смотрели друг другу в глаза, пытаясь запомнить каждое мгновение. Между ними проскочила особая нежность в этот момент.

– Уилл, нам пора. Регистрация уже через час! – потревожила друзей миссис Кляйн-Воттерс.

– Уилл, тебе нужно идти, – мягко сказала Белль, держа друга за руку.

– Счастливых каникул, Белль! Я буду писать тебе, – спокойно ответил Воттерс, подойдя ближе к машине.

– Я буду ждать. Тебе тоже счастливых каникул! – скрепя сердце, произнесла девочка, махая рукой своему лучшему другу.

Прошло пару минут. Семья Воттерсов поудобнее устроилась в автомобиле, синхронно помахала Аннабелль, оставшейся одной около их дома. Девочка смотрела вслед достаточно долго, пока машина не превратилась в крошечную точку.

Уильям уехал.

Морган осталась стоять на месте, чувствуя пустоту внутри себя. Она уже начинала скучать по своему другу, хотя прошло всего несколько минут с его отъезда. Закрыла глаза и вспомнила, как они сидели на лужайке за домом, рассказывали друг другу истории и смеялись до слез.

Но теперь все было иначе. Уилл был далеко, в другой стране, и она не могла просто прийти к ним. Белль вздохнула и отправила гулять по их лице, задумавшись о том, чем заполнить летние дни без своего лучшего друга.

6. Бывшая лучшая подруга

9 лет назад.

Аннабелль аккуратно поправила на себе черное платье и клетчатый жакет с символикой Гимназии Клоустенд. Девушка получила форму только пару дней назад и повесила на самое видное место. Глядя на нее, Морган думала о том, как прошло лето. Быстро и бесполезно. Несмотря на то, что девочка спала по десять часов в сутки, отдохнувшей себя не чувствовала. Она и понятия не имела, что летом бывает столь скучно. Из интересного оказалась только болтовня с Ронаном раз в неделю, потому что он почти два месяца проторчал на сборах. Морган прочитала двадцать пять книг из списка литературы, решала алгебру и пару раз ездила в Торонто с родителями. Поездка, конечно, была сомнительным удовольствием, потому что папа и мама бесконечно ссорились и не могли определиться, где поужинать. Аннабелль впервые обрадовалась тому, что лето закончилось.

Пятого сентября началась учеба. Обычно Аннабелль и Уилл встречались около особняка Катель и шли в школу вместе. В тот год Уилл ничего не написал подруге, более того, даже не ответил на сообщения. Когда девушка прогулялась до Воттерсов, ее никто не встретил. Она позвонила Уильяму, но тот сбросил. Это очень сильно тревожило, ведь с таким человеком как он, могло произойти что угодно. В то лето они мало связывались, несмотря на все обещания постоянно созваниваться. За парочку дней до начала сентября, Аннабелль ходила в гости к Воттерсам, но ей открыл Фил и сказал, что Ронан на соревнованиях по баскетболу в Марселе, мать семейства отдыхала на курортах Средиземного моря, а Уильям все еще находится в Нью-Йорке.

«Неужели, он до сих пор не приехал?», – подумала Аннабелль.

Окинув взглядом последний раз свое отражение в зеркале, девушка улыбнулась. За лето она заметно выросла – детская несуразность исчезла, стали проявляться тонкие очертания фигуры, но щеки никуда не делись. Волосы, красиво завитые в локоны, струились по плечам и спине. Повесив сумку на плечо, Морган спустилась на первый этаж, где мама ждала, чтобы отвезти ее на машине.

– Ты чудесно выглядишь! Настоящая леди! – Лили прижала дочь к себе, – Горжусь тобой.

– Надеюсь, я правда хорошо выгляжу, – ответила Аннабелль, – в прошлый раз девочки из Клоустенда показались мне такими...стильными.

– Школа – не проект Подиум, – сказала женщина.

– Я чувствовала себя такой неуклюжей.

– Во-первых, школа это не место для того, чтобы выглядеть, как-то необычно, – утешала ее мать, – а во-вторых, каждый человек красив по-своему. И не стоит сравнивать себя с другими. Мы с папой хотим, чтобы ты построила карьеру, а не строила глазки преподавателям. Будь добра, учись хорошо.

– Спасибо, мама, – улыбнулась Морган, – я постараюсь.

К тому моменту, как мать и дочь приехали, в гимназии началось посвящение в старшеклассники. Аннабелль попрощалась с мамой и заняла место в последнем ряду, потому что зал оказался забит полностью. Ребята общались между собой. Смеялись и сплетничали. Морган с надеждой оглядывала ряды, ища знакомые лица. Больше всего на свете, Аннабелль мечтала найти Уилла, но его все еще не было. Девушка с трудом убирала из головы дурные мысли. За размышлениями и поисками она не заметила, как на сцене появился директор Гэнси. Высокий полноватый мужчина с явно выраженным британским акцентом. Директор живо рассказывал вновь прибывшим о жизни Клоустенда, сопровождая выступление красочными фотографиями. На них гимназисты искренне улыбались, ходили в походы и оставались ночевать в кампусах, предусмотренных для выпускников.

– Каждый из вас сделал правильный выбор, поступив в гимназию. В нашем заведении собраны лучшие ученики, интеллектуальная гордость Монреаля. Выбор – это сложная вещь. Всегда старайтесь выбирать и сердцем, и разумом. Это мой лучший совет, – сказал Гэнси, обращаясь к болтливой аудитории.

Гимназисты сидели в театральном зале и слушали директора, живо поздравляющего их с началом нового учебного года. Наверное. Если бы это оказалось правдой! Ученики, на самом деле, едва сидели на местах, а то и не усиживали: Аннабелль увидела парня, ползущего к выходу на корточках. Когда этот перформанс кончился и учеников посвятили в гимназисты, Морган, едва сдерживая слезы, вышла из зала. Одиночество схватило ее за плечи. Она никогда, действительно никогда не уживалась с ним так близко. Белль направилась к своему шкафчику, но на пути ее остановила группа каких-то ребят. Они смеялись и разговаривали, не обращая особого внимания на девушку. Однако, один из них, парень с острым носом и растрепанными волосами, заметил ее и обернулся.

– Эй, новенькая, нравится наше посвящение? – спросил он, хохоча.

К счастью, парень не стал спрашивать что-то еще и приобняв своего приятеля, быстро ушел в сторону столовой. Морган находилась в новой школе меньше полутора часов, но уже успела ее возненавидеть за учеников и запутанное расположение кабинетов. Сев на красивый кожаный диван в холле, Аннабелль переписала расписание на первую неделю обучения. Каждый день – пара математики. История, естественные науки, французский...

Задумавшись о том, как распределить нагрузку и домашнее задание, Аннабелль выключилась из окружающего шумного пространства, так было бы и дальше, если бы она не услышала звучный голос Уильяма, доносящийся с лестницы. Борясь с гордостью, Аннабелль улыбнулась и окликнула друга. Заметив, что ее тонкий, девчачий голос так громко прозвучал в стенах этого здания, она смутилась и опустила глаза в пол.

Она увидела Уильяма спустя пару минут в окружении нескольких симпатичных парней. Только это уже был не тот Уильям, которого она знала когда-то раньше. Во всех смыслах. Ее лучший друг остановился, шепнул что-то новым приятелям, и подошел к ней.

«Серьезно, с каких пор он стал общаться со школьными красавчиками? Видимо, с тех пор, как он сам стал им?»

– Привет... – беспечно бросил Воттерс, почти не глядя на подругу.

– Привет. Я думала, мы пойдем вместе, но не стала беспокоить тебя, – обеспокоенно произнесла Белль, не отрывая взгляда от своего друга.

– Могла бы и позвонить.

– Я тебе звонила, ты не брал трубку.

– Я разбил телефон в Нью-Йорке, у меня теперь новый. Папа подарил, – похвастался Уильям, вытащив из кармана новый смартфон, – разве мама не дала тебе мой новый номер?

– Нет...– сказала Аннабелль. – Не дала. Мы не знали ничего о тебе. Уильям, что-то произошло?

– Ничего, – ответил он лениво, прежде чем снова повернуться к своим друзьям. – Просто познакомился с парнями из здешнего клуба журналистики. Они классные!

Морган уставилась на парня, слушала его, наконец, до конца сломавшийся голос, ставший более низким и приятным. Прежде неказистый и полноватый, Воттерс стоял перед ней похудевший и возмужавший. Аннабелль была поражена. Уилл никогда не был популярным, но всегда был собой, и именно за это она его уважала. Теперь же он выглядел совершенно иначе, как будто бы стал частью нового мира, в котором ей не нашлось места. Уильям, видимо, охладел к привычному антуражу фаната рока: снял привычные футболки, поменяв их на строгий серый клетчатый костюм, коротко постриг волосы и держался совсем по-другому – более надменно.

– Ты давно приехал? – неуверенно спросила девушка, опустив глаза в пол.

Кажется, щеки пылали. Уильям пожал плечами, не обращая на это особого внимания.

– Сегодня ночью, не хотел улетать оттуда! Нью – Йорк – нереальный город, папина семья мне понравилась.

– Почему ты не сказал ничего? И не позвонил?

– Тебе не интересно, как я провел время в Нью-Йорке? – спросил Уилл, стараясь задержать взгляд на своей подруге, игнорируя ее вопрос.

– Ты хорошо провел время?

Уилл улыбнулся.

– Конечно, Аннабелль!

– Да? – переспросила Аннабелль.

– А то, – подмигнул он ей.

– И что, ты теперь тусишь с этими парнями?

Уильям кивнул, не замечая удивленного и обиженного взгляда Аннабелль.

– Мы договорились сходить куда-нибудь, выпить по бутылочке пива. Надо же общаться с парнями!

– Уилл...Но я просто хотела...

– Завтра увидимся! – перебил ее парень, махнув рукой.

Аннабелль шумно вздохнула, а Уилл похлопал ее по плечу, и быстро побежал по лестнице, ведущей вниз. Никаких объятий и браслетов дружбы. Вот и все, конец. Несколько секунд девушка смотрела на то, как ее лучший друг убегает. Просто смотрела вниз. То, что говорил Уильям, делало его совсем непохожим на себя.

Из мыслей ее вырвал нежный девичий голос.

– Приветик! Ты не знаешь, как его зовут?

Девушка повернулась и увидела симпатичную рыжеволосую девушку в черном платье. К слову, Белль удивилась тому, что почти не видела гимназистов в традиционной форме. Слова о том, что «Клоустенд – одна из самых престижных гимназий» оказались пиар-ходом.

– Привет, это Уильям , – сказала Аннабелль, – мистер Всезнайка.

– Это твой парень? – спросила незнакомка.

– Нет. Это мой лучший друг. Сейчас он съехал с катушек, – девушка произнесла эти слова, насупившись, – а так неплохой парень. Мы знаем друг друга целую вечность.

Девушка рассмеялась.

– Спасибо! Кстати, я – Ингрид, видела тебя еще на собрании, но директор так смотрел на меня, что я не могла с места сдвинуться, и не стала подходить. Будем друзьями.

– Приятно познакомиться! Меня зовут Аннабелль, Аннабелль Морган.

Губы девушки расплылись в улыбке.

– Я учусь здесь с первого класса, и скажу одно – здесь большая конкуренция, надо быть аккуратной и заводить полезные знакомства!

Аннабелль улыбнулась в ответ.

– Мне пока здесь не очень нравится, если честно.

– Первое впечатление часто такое, – пожала плечами девушка, – но здесь классные люди и учителя объясняют очень хорошо.

– Если все будут такими милыми, как ты, я дам этой школе шанс, – мягко произнесла Аннабелль, с интересом посмотрев на новую знакомую.

– Будь поувереннее, мямлей тут не любят, но и выскочек тоже, – накрутив локон на палец, посоветовала Ингрид.

– Я тут ради учебы, правда. Если получится с кем-нибудь подружиться – классно, но и если нет – не расстроюсь.

Ингрид покачала головой, сжав губы.

– Все с тобой ясно. Ну, до завтра, ученица!

Махнув рукой, девушка попрощалась и ушла вниз. Аннабелль же пожала плечами, глянула в календарь и направилась вслед за ней, домой.

***

Аннабелль вернулась домой, где не переставала плакать из-за того, что Уильям обошелся с ней так. Ее лучший друг Уильям, с которым она разделяла все радости и печали, обошелся так безразлично. Девушка вошла в свою комнату, упала на кровать и закрыла лицо руками. Слезы текли неудержимо. Она не понимала, почему Уильям так поступил. Она чувствовала себя потерянной и одинокой. Ее мир, который всегда казался таким прочным и надежным, внезапно обрушился.

– Аннабелль, ну-ка, переставай! Нашла из-за кого плакать! Уилл все пробует, ты же знаешь, – Лилиан погладила дочь по голове, – тебе, что, заняться больше не чем?

– Понимаешь, мама, он ведь... даже не позвонил, а я его ждала. Браслетики какие-то делала!

– Ты развела драму. Сегодня не общается, завтра общается. Какая разница? В мире мало людей?

– Да он мог бы сказать, что я ему не нужна, – разрываясь от эмоций, говорила Аннабелль.

– Слушай, дочка, – Лилиан сняла очки и села рядом с Аннабелль, – я знаю, что ты чувствуешь, но ты должна понимать, что люди могут меняться, особенно в вашем возрасте. Уилл еще не знает, чего он хочет, и это нормально. Но ты не должна страдать из-за него. Ты заслуживаешь кого-то, кто будет ценить тебя и уважать твои чувства.

– Но мама, я думала, что он... – Аннабелль заплакала еще сильнее.

– Шшш, дочка, – Лилиан обняла Аннабелль, – я знаю, это больно. Но жизнь продолжается, господи. Не закрывайся на всю жизнь из-за одного человека.

– Я просто хочу, как раньше.

– Ну, – пожала плечами мать, – как раньше уже вряд ли будет. В будущем будет по-разному – и хорошо, и плохо, и никак.

На девушку эти слова сработали, как перекись водорода на свежую рану. Стало еще больнее и невыносимее от того, что больно. Морган закрыла глаза и провалилась в сон.

И на следующий день Морган пришла в гимназию, думая о том, чтобы учебный день поскорее закончился. В классе уже начали образовываться маленькие компании, потому новичков смешали со старичками – некоторые ребята знали других по несколько лет, а кто-то, как Аннабелль, пытались найти себе нового друга. Ингрид сидела со своей лучшей подругой Миртой, обсуждая новый сезон «Милых обманщиц», Камелия Баверли что-то жадно читала, сидя на последней парте, изредка поглядывая на своего бойфренда Брюса. Аннабелль же приглянулась девушка с короткой стрижкой в больших наушниках, но она выглядела отстраненной, поэтому знакомство отложилось. На большой перемене в класс к Аннабелль пришел Уильям со своими новыми дружками. Девчонки жадно смотрели на них и томно вздыхали.

Аннабелль вздохнула и присела на предпоследнюю парту.

– Ну и чего ты тут сидишь, зануда? – выдернул ее голос парня из потока мыслей.

Девушка обернулась. Перед ней стоял одноклассник. Худой, бледный, ростом выше среднего, с длинными ногами и руками, он выглядел, как модель с подиума. Его волосы, окрашенные в пепельный холодный цвет, были аккуратно уложены на пробор. Одетый в черную водолазку и идеально выглаженные брюки со стрелками, незнакомец напоминал девушке Драко Малфоя*.

– Я не зануда. Просто устала, – ответила Морган, ложась головой на парту.

– Просто у-у-стала, – повторил он за ней цинично. – Хочешь на тусовку?

Морган подняла голову и посмотрела на парня еще раз.

– На какую тусовку? – спросила она.

– Сегодня можно будет зависнуть у меня, а первого октября вечеринка у Мирты. Адрес напишут в Фейсбуке*. У нее каждый год божественные вечерины. В том году, прикинь, даже копы приехали, как в фильме?

– Копы? – настороженно спросила девушка.

Парень пожал плечами.

– Конечно. Смысл вечеринки в самой вечеринке, а с последствиями разберемся наутро. Кстати, меня зовут Доминик. – Блондин схватил брюнетку за руку и достаточно крепко пожал. Морган несколько раз повернула рукой, пытаясь избавиться от его захвата.

– Я Аннабелль.

– Приятно познакомиться, – улыбнулся Доминик, не отпуская руки.

Предложение присоединиться к вечеринке вызывало у девушки опасения, но с другой стороны, она никогда не ходила на такие мероприятия, и ей было любопытно, что на них происходит.

– Ну, ладно, я подумаю, – сказала она.

– Хорошо, думай, – ответил Доминик и ушел, кивая на прощание, – добавься ко мне в «Книге Рож».

Наконец Аннабелль оттаяла. Она всерьез подумала о том, как хорошо найти кого-то, кому не все равно. Девушка обернулась, чтобы взглянуть на Уильяма. Только Ингрид крутилась вокруг него уже целую вечность. Он поймал на себе взгляд Аннабелль. И лишь подмигнул ей. Теперь уже бывшей лучшей подруге.

*Здесь и далее. Компании Инстаграм и Мета в России признаны экстремистскими, их деятельность на территории страны запрещена законом.