Текст книги "Проклятие Гензеля и Гретель (ЛП)"

Автор книги: Марго Риркерк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

20. Гретель

Как только Стефан вышел за дверь, я осознала, что совершила ошибку. Я оттолкнула его слишком далеко. Боль на его лице была очевидной, но я решила добавить. Мое поведение было неправильным, и мне следует извиниться. Стефан сделал все, что мог, чтобы спасти притворявшихся наследниками, и сейчас я ясно видела, что он ужасно себя чувствует из-за их утраты.

Я не могла позволить Стефану сдаться и уйти. Мне было нужно, чтобы он остался и сражался вместе со мной. Я не смогу сразить Росвиту в одиночку. Я думала, что одной работать намного лучше. Но это было во времена школьных занятий в Зивальде, а сейчас это не так. Чтобы спасти Гензеля и Германию, мне нужно научиться быть частью команды.

Так же и по эгоистическим соображениям, я не хотела, чтобы Стефан уходил. Мне нравилась его компания. Он не был похож на парней из Зивальда. Он был особенным.

Выглядывая Стефана, я побежала большими шагами, чтобы догнать его. Не желая привлекать к себе внимание миньонов, я остановилась на окраине деревни, а потом направилась к лесу. Вскоре лесная дорога разделилась на три части, а Стефана так и не было нигде видно.

Я стояла там какое-то время, пытаясь угадать, каким путем идти, когда раздался пронзительный крик. Я рванула в ту сторону. Мое нутро говорило, что это Стефан, хотя по звуку не было похоже на него.

– Стефан! Стефан! – Он лежал на земле, его тело изгибалось от боли, глаза закатились, а по спине бежал пот. – Что с тобой?

Его взгляд сфокусировался на мне на долю секунды. Я схватила его липкую ладонь и мягко сжала ее, что вызвало у него стон боли и сразу же заставило меня отпустить его руку.

– Стой. Не делай ничего, пожалуйста, – произнес он хриплым голосом. Без слов, я отодвинулась на дюйм и обняла свои колени, не отважившись заговорить, так как он продолжал мучиться в спазмах возле меня. Возможно, Росвита или ее миньоны отравили его? Или это была королевская магия? Может, Регина наказывала его за то, что он не смог сохранить фальшивым наследникам жизнь и что позволил ведьме обнаружить этот обман?

Наконец, после пытки, длившейся вечность, боль Стефана утихла, и он смог сесть.

– Что случилось? – спросила я, не в силах сдержаться. – Все закончилось?

– Это поддается контролю, – проскрипел Стефан и прошелся дрожащей рукой по волосам. Он поднял рубашку, чтобы вытереть пот с лица, и я перевела взгляд на его рельефную грудь и мышцы живота. Он был в армии, поэтому меня не удивляли его формы, но меня удивило то, как сильно это повлияло на меня. В прошлом, хороший вид никогда не производил на меня такого впечатления, но сейчас, мне хотелось пробежать пальцами по грубым линиям и гладкой коже. Стефан влиял на меня. Он был другим. Мне хотелось почувствовать его губы на моих и объятие его рук. Резко вдохнув, я отогнала неуместные мысли. Сейчас не время думать о таких глупостях. Нужно понять, что происходит.

Не желая больше мириться с полуправдой, я сказала:

– Возможно, ты и часть армии, но ты не обычный солдат. Ты вырос во дворце и являешься дворянином. У твоей семьи очень высокий статус. Достаточно высокий для того, чтобы давать тебе право писать напрямую королю и королеве и влиять на их решение. Кто ты? – Когда тишина была мне ответом, я добавила более мягко. – Ты знаешь все обо мне. Будет честно, если я узнаю, кто ты. Нам нужно работать вместе, чтобы победить Росвиту. Я не могу доверять тебе, если все, что мне кажется, я знаю о тебе – ложь.

Он медленно кивнул и потер глаза перед тем, как ответить.

– Ты права. Ты заслуживаешь знать правду, и я прошу прощение за то, что лгал. Я не был уверен, что могу доверять тебе. Но твои поступки в замке доказали, ты заслуживаешь доверия. Так же ты последовала за мной и помогала мне, когда я был слаб, что является еще большим доказательством того, что ты не выдашь мои секреты.

Я прищурилась, чувствуя, что то, что он собирался открыть, было намного больше того, что я могла представить.

– Твои предположения были верны, – продолжил он. – Я – дворянин. Стефан – мое среднее имя, которым сестра и друзья привыкли называть меня, и с тех пор мне перестало нравиться то, как звучало мое первое имя. Я – принц Кассиус, сын королевы Регины и короля Карла.

Я замерла, ожидая, что он засмеется или сделает что-то еще, чтобы показать, что это была шутка. Тем не менее, выражение его лица оставалось серьезным, и у меня отвисла челюсть.

Я орала на принца. Я хотела, чтобы принц короны поцеловал меня. Вероятно, я должна была упасть в реверансе, но после всего, через что мы вместе прошли, это казалось бы наигранным. Поэтому я продолжала сидеть, и лишь прошептала:

– Зачем была хитрость с лже-наследниками? Зачем ты пришел сюда, если родители хотели уберечь тебя и твою сестру, убрав подальше от ведьмы?

Он слабо улыбнулся.

– Если бы мама сделала общеизвестным решение отослать нас подальше, Росвита начала бы искать нас, и, в конце концов, нашла бы. Но так как Росвита верила, что мы в замке, она решила, что все у нее в руках. Она думала, что сможет напасть и убить нас в любой момент. Так что она не очень беспокоилась обо мне или сестре. – Он вертел стебелек травы между пальцев. – Ты права по поводу моего пребывания здесь. Мама говорила держаться подальше от Черного Леса, и подольше, что я и делал, веря, что заклинание, которое Росвита поместила вокруг леса, и которое не позволяло матери войти, распространялось и на меня. Я надеялся сразить Росвиту, когда она покинет деревню, но она никогда не делала этого.

– Когда я услышал о похищении твоего брата, то больше не мог оставаться в стороне и ждать, когда Росвита покинет свое логово. Я решил, что пришло время отправиться в пряничную деревню, не важно, как опасно это. Мама не знала, что я здесь, пока я не послал ей письмо из Вены.

Наступила длинная пауза, так как я обрабатывала все, сказанное им. Наконец, я сосредоточилась на времени его действий.

– Зачем следовать за Росвитой, после того, как моего брата схватили? Что делает Гензеля таким особенным?

Стефан, нет, Кассиус. Хорошо, думаю, я должна и далее называть его Стефаном, так как это то, что он предпочел. Он потер челюсть, будто пытаясь решить, как много стоит мне рассказывать.

– Мне нужно знать всю правду. Иначе, я не смогу тебе доверять.

Он кивнул.

– Есть причина, по которой ты и твой брат имеете некоторый иммунитет к сладостям, и почему Росвита связала его с ней через контракт. Ваши глаза. Золотые и серебряные глаза означают магию. У тебя и у Гензеля в крови есть магия.

Я грубо засмеялась.

– Не может быть.

– Почему, думаешь, ты, я и Гензель, единственные, кто могут сопротивляться сладостям?

– Сила желания.

Стефан замотал головой.

– Почему, думаешь, тебе было комфортно в окружении драконов?

– Комфортно? Сначала я была в ужасе… – Я замолчала, когда пришло осознание всего. – Хочешь сказать, драконы подчинились бы нам?

Стефан вздохнул.

– Это не просто. Нам нужно было бы практиковаться с ними. Но да, благодаря тренировкам и терпению, они бы начали подчиняться нашим командам.

– Это невероятно. Мы должны сделать это.

Стефан снова вздохнул.

– Уверен, они хорошо охраняются. Это не так просто, как ты думаешь.

Возможно. Но будь я проклята, если не использую любое потенциальное оружие в своем арсенале, чтобы спасти близнеца. На предыдущем задании Росвита попросила брата доставить наследников короны. В следующий раз она может попросить его убить кого-то. Если он сделает это, то уже не будет пути обратно. Я не позволю этому случиться.

Зная, что Стефан не согласится с моим планом пойти к драконам и проверить, слушаются ли они меня на самом деле, я изменила направление разговора.

– Теперь, когда королева в курсе того, как ужасна ситуация, что она будет делать?

– Она немногое может. Заклинание Росвиты держит маму на расстоянии от деревни. Как и наши солдаты – только один может войти в деревню за раз. Но каждый, кто входил, не мог сопротивляться зову сладостей и был потерян для нас.

– Потому что у них нет золота или серебра в глазах, а значит, нет магии, – уточнила я, до сих пор не веря, что в моих венах течет магия.

– Верно. Матери нужно ухаживать за отцом, которого отравил один из людей Росвиты. Я должен покончить с Росвитой до того, как она найдет сестру и использует ее, чтобы захватить трон.

– Что ты планируешь делать?

– Нужно научиться использовать магию, которую мама передала мне. Когда ты пришла, ее магия проникала в меня, и это был довольно неприятный процесс.

Я фыркнула на такое умаление вещей. Но затем до меня дошли его слова, и внутри поднялось волнение.

– Теперь у тебя есть магия. Ты сможешь сразить Росвиту, а так же спасти Гензеля и Германию.

Стефан помотал головой.

– Это не так просто.

– Почему? Разве королевская магия не держала Росвиту на расстоянии от замка и не защищала Германию длительное время?

Стефан провел рукой по волосам.

– Мамина магия не может убить или победить кого-то, и уж тем более не ее сестру.

Я подняла руку.

– Что? Ее сестру?

– Да. Росвита – мамина сестра, но это неважно.

Мой рот открылся.

– Неважно? Ты шутишь?

Стефан облокотился на руку и наклонил голову.

– Ты не сдашься, пока не услышишь всю историю, верно?

Я ухмыльнулась, радуясь тому, что среди всего сумасшествия мы все еще способны шутить.

– Ты знаешь меня слишком хорошо.

– Хорошо, но это правда не так уж интересно. Отец должен был жениться на Росвите, старшей сестре, но влюбился в маму, Регину, младшую.

Я думала, Кассиус будет продолжать, но он не стал. То, что он рассказал, шокировало, но я не верила, что это вся история. Это прозвучало, как начало.

– Хочешь сказать, что вся месть Росвиты основана на том, что твой отец отверг ее младшей сестры?

– Росвита всегда хотела власти. Она хотела быть королевой, но не напала, когда родители женились. – Кассиус сморщил лоб. – Сначала, Росвита даже вошла с ними в немецкий двор.

– И?

– Дворяне не очень приняли ее, и шутили о том, что она потеряла трон из-за младшей сестры. И хотя, многие восхищались ее красотой, но немногие принцы были заинтересованы в ней. Затем, наконец, однажды, король Бельгии попросил ее руки, и она согласилась. Тем не менее, за два года она не дала наследника, в то время как мама родила Роми и меня. Король Бельгии развелся с Росвитой и женился на другой. Германия процветала, и Росвита хотела быть советником короны, но ее просьбу отклонили из-за того, что она была отвергнутой невестой одного короля и разведена с другим.

«И потому что она была женщиной» – про себя добавила я. После всего услышанного о Росвите, мне было жаль ее, но потом я вспомнила беспристрастное лицо, когда она убивала юных немецких дворян. Жизнь не была справедлива к Росвите, но это не давало ей право мучить других. Она бы могла научиться состраданию на примере своих испытаний и использовать магию во благо. В место этого, она манипулировала людьми и заставляла их прислуживать ей. Она была убийцей и мучителем без зазрения совести.

– Что может сила твоей матери? – спросила я, пытаясь отвлечься о мыслях о безжалостной Росвите. Стефан колебался, и я сердито глянула на него. – Если я не буду знать, в чем заключается твоя сила, то не смогу тебе помочь убить Росвиту.

Он помассировал виски, будто бы у него была мигрень.

– Я могу читать мысли.

Я подпрыгнула, вспоминая все неуместные мысли, которые у меня были о нем.

– Ты всегда знаешь, о чем я думаю?

– Нет, это так не работает. Нужно хорошо сфокусироваться, чтобы выбрать конкретные мысли. Из-за магии внутри тебя, я не могу слышать твои мысли, пока они не станут сильными, как когда ты злишься или боишься, или если сама захочешь, чтобы я знал, о чем ты думаешь.

Я расслабилась и была благодарна, что магия в моей крови приносит хоть какую-то пользу. Другая вещь заинтересовала меня.

– А у меня есть сила?

Он покачал головой.

– Нет, лишь золотые глаза показывают активную магию. Серебряные глаза означают пассивную магию, но более устойчивую к другим, кто пользуется магией. – Казалось, он собирается добавить еще что-то, когда из деревни донесся гонг.

Бормоча проклятия себе под нос, Стефан схватил меня за руку и заставил бежать.

– Поспешим! Нужно вернуться до того, как кто-нибудь заметит наше отсутствие.

21. Гретель

До того времени, как мы вернулись в пряничную деревню, Росвита начала свою речь. К счастью, она не заметила нашего опоздания, так как мы прятались за рядами миньонов, стоящих напротив нас, и которые были слишком поглощены своей предводительницей, чтобы обращать на нас внимание.

– Тем не менее, не смотря на обман королевы Регины, – говорила Росвита, – я найду настоящую принцессу Роми и схвачу ее.

Я тяжело сглотнула. Я надеялась, что у нас есть несколько недель, или хотя бы дней, до того как Росвита обнаружит сестру Стефана. Повернувшись к Стефану, я спросила:

– Ты знаешь, где она?

– Без понятия.

– Соберитесь с силами. Впереди захватывающие времена. – На этом Росвита исчезла, а Гензель развернул свиток и начал называть номера участвующих в поисках Роми. Это была команда с предыдущего задания, и я подозревала, что нас будут перевозить те же семь драконов.

Толпа рассеялась, а Стефан и я зашагали в сторону дома.

– Ты еще чувствуешь боль? – спросила я.

Он потер виски.

– Я буду в порядке, но мне нужно время побыть одному.

Я поняла его, но мне нужно было задать еще один вопрос, перед тем как оставить его одного.

– Думаешь, Росвита знает верное местоположение?

Стефан выглядел уставшим.

– Не знаю. Думаю, мы поймем это, когда приедем туда, куда она посылает нас.

Мне хотелось сжать его руку или подарить ему утешительные объятия, но так как мы были на улице в окружении миньонов, я не рискнула сделать этого.

– Я собираюсь пройтись и прочистить мысли. Увидимся позже, – сказала я, и была рада, когда он не спросил, куда я направляюсь. Менее часа назад правда о нем и его сестре вырвалась наружу, поэтому я не хотела лгать ему, но я знала, что он попытается отговорить меня от того, что я собираюсь сделать.

Шагая в сторону драконьей пещеры, я несколько минут посматривала через плечо, дабы убедиться, что за мной никто не следит. К моему облегчению, я ни на кого не наткнулась, когда шла к пещере. На входе стоял миньон-охранник. Скопления деревьев передо мной позволяли оставаться незамеченной, пока я следила за ним. Он был один, но рядом с ним висел колокол. Ему лишь стоило раз ударить в него, и вся деревня прибежит сюда.

Зная, что у меня лишь один шанс сделать все правильно, я вытащила флакон с концентрированным сиропом, который уронил Гензель, и начала рассматривать его. Это было мое оружие. Вопрос лишь в том, как правильно его давать. Миньон напротив был на голову выше меня, и, вероятно, весил в два раза больше. Я бы не справилась с ним своими силами. И не было способа удивить его, стоящего спиной к пещере. Мне нужно перехитрить его, заставить выпить жидкость по собственной воле, а затем исполнить мои указания. Но как это сделать? Картина улыбающихся девушек мужчинам постарше и деревенских мальчишек, делающих комплименты старшим женщинам, возникла у меня в голове.

Нет, я не буду флиртовать и притворяться, что мне кто-то нравится. Я останусь собой и буду достигать цели. Так же, если я заговорю с охранником, он увидит мое лицо и позже сможет узнать.

Я изучила флакон в руке. Может, его будет достаточно? В конце концов, запах вскружил мне голову, а я вроде как устойчива к магии Росвиты. Вкладывая веру в оружие Росвиты, я присела и прокатила бутылочку в сторону охранника.

Он поднял бутылочку, прищурился, глядя в сторону, откуда она прикатилась, и занес руку над рукоятью меча.

Пожалуйста, пусть это сработает. Я попятилась назад, оглядываясь по сторонам и пытаясь придумать, как лучше бежать, если вдруг придется.

Миньон вытащил меч и шагнул вперед, но затем замер. Он поднес флакончик ближе к носу и с облегчением выдохнул. Шоколадный аромат скользнул ему в нос, подвергая искушению. Он вложил меч обратно в ножны и открыл флакон. Немного поколебавшись, он выпил залпом густой сироп.

Гензель давал австрийской охране всего несколько капель, поэтому я не представляла, как миньон среагирует на целый флакон. Мгновение он просто стоял, а затем его бедра качнулись, будто бы танцуя в такт мелодии. Я зажала рот рукой, чтобы сдержать смех, который собирался вырваться наружу. Взгляд миньона сфокусировался на белых лесных цветах, и он медленно побрел от пещеры, собирая букет.

Часть моего плана была завершена. Пришло время узнать, был ли Стефан прав, и будут ли драконы слушать меня, если не поджарят живьем.

Внутри пещера разделялась на семь отдельных отсеков – по одному на дракона. Когда я подошла ближе к драконам, их ноздри раздулись, хвосты забились, и с каждым их стремительным биением лапой я боялась, что пещера разрушится. Их сила была гораздо более сдерживающим фактором при приближении к ним, чем миньон, стоявший снаружи. Драконам не грозило быть украденными. Это мне угрожало быть растоптанной или серьезно раненной, если отважусь подойти ближе. Не смотря, на пот, струящийся по спине, колотящееся сердце и внутренний голос, кричащий повернуть назад, я уперто шагала вперед.

Темно-красный дракон стоял сзади, рядом с большим черным. Стефан считал, что красный не дружелюбный и поэтому выбрал зеленого. Возможно, мне стояло последовать его примеру, но я чувствовала, что моим должен быть темно-красный дракон, а не зеленый. Я покачала головой, думая о своей глупости. Такое великое и могучее создание, как дракон, никогда не будет принадлежать такой смертной девушке, как я. Я подписалась на самоубийство, если убедила себя в обратном. Но все же, я переставляла ноги, делая неглубокие вдохи, когда проходила мимо дышащих дымом драконов, надеясь не сделать ничего, чтобы могло спровоцировать их открыть огонь и зажарить меня. По непонятной причине, драконы не нападали, когда я проходила мимо, лишь внимательно наблюдали за мной. Измениться ли их отношение, когда я подойду к одному из их собратьев?

Я остановилась возле темно-красного дракона и неуверенно улыбнулась.

– Привет. Меня зовут Гретель, и я надеюсь, что ты поможешь мне. – Я сделала паузу, позволяя словам дойти до него. Я знала, что дракон не понимает мой язык, но надеялась, что если буду говорить спокойно и медленно, он почувствует мои добрые намерения.

– Я не знаю, как тебя зовут, – продолжила я, – но буду не против называть тебя Гранат. Пожалуйста, не думай, что я ленивая, потому что даю тебе имя лишь из-за цвета твоей чешуи. Она прекрасна, и думаю, что это имя очень тебе подходит. – Я повернулась и нашла дракона Стефана. – А тебя я буду называть Можжевельник. – Справа от меня раздалось громкое рычание. Рычал самый большой дракон, темный, как безлунная ночь, которого седлал Гензель. Я могла дать ему имя, означающее его цвет, но ни Черныш, ни Вороной не звучали бы уместно. – Я не забыла о тебе, – произнесла я медленно. – Ты – Зверь. Я не имею в виду неуважительное значение. Надеюсь, имя тебе понравиться.

Он открыл пасть и выстрелил огненным облаком. Я инстинктивно отпрыгнула назад и поняла, что огонь не доставал далеко. Я приготовилась к должной атаке, но ее не последовало. Вместо этого, Зверь повернулся ко мне спиной. Поскольку он не представлял надвигающейся угрозы, я снова сосредоточилась на Гранате.

– Чтобы добиться того, что мне нужно, я должна научиться ездить на тебе, но я не смогу этого сделать, держась за Стефана, пока он управляет Можжевельником. Я собираюсь вывести тебя наружу. – Я сдвинула замок на стойле и протянула руку, которая была в два раза меньше пасти Граната. Мысль о том, как он откусывает ее, заставила меня содрогнуться, но я не отступила. Несмотря на страх, я мягко пробежалась пальцами по его чешуе. Он топнул лапой, раздул ноздри и помотал головой. Я остановила свои движения, но продолжала держать руку на его чешуе. Проглатывая страх, я произнесла самым успокаивающим голосом: – Я не обижу тебя. Я лишь хочу взять тебя на прогулку.

Я подошла к Гранату сзади, и после нескольких неловких попыток надела на него седло и уздечку. Он зарычал, но не был сильно против и позволил мне вывести его наружу, где небо начинало темнеть. Я с трудом сглотнула. Мало того что я никогда не управляла драконом, так мне еще придется летать при плохой видимости. Если не будет света, Росвита и ее миньоны не смогут обнаружить меня, но это было дополнительной сложностью для управления Гранатом. Не важно, что случится, но я не могу потерять контроль над ним.

– Хорошо. Давай сделаем это, – сказала я, больше не для его ободрения, а для своего, и с размаху скользнула в седло. Или это то, что я собиралась сделать. Но безжалостно провалилась. Еще пару безуспешных попыток, и я заработала несколько сочных синяков на ногах, пока Гранат поджаривал ветки на ближайшем дереве – не то от скуки, не то от нетерпения со мной, а может, и того и другого.

Ну конечно, дерево! Почему я не подумала об этом раньше? Держа поводья, я поставила ботинок на место, где ствол раскололся на две ветви, и подтянулась к Гранату. Он запрокинул голову, и я наклонилась вперед, молясь, чтобы это не было моей самой большой ошибкой в жизни. Я крепко прижала бедра к его бокам и произнесла:

– Лети!

Он не колебался, и мы мгновенно оказались в воздухе. Шок от того, что он сделал то, что я хотела, быстро прошел, когда я увидела, как далеко оказались деревья. Гранат поднялся над облаками и не показывал и намека на то, что будет спускаться. Воздух стал холоднее, и я задрожала. Мне не нравилось быть так высоко, где я не могу нормально видеть лес и ориентироваться. Нужно запомнить путь, по которому возвращаться в пещеру.

– Вниз! – Я пыталась перекрикивать ветер, но Гранат или не слышал меня, или решил не слушать. – Ниже! – Это тоже не дало никакой реакции, поэтому я натянула поводья, что заставило дракона остановиться. – Отлично. Теперь снижайся. – В этот раз он слушался очень хорошо. Он падал вниз, будто у него больше не было крыльев – внутри меня все дрогнуло, из горла вырвался визг, который был поглощен воющим ветром. Деревья становились все больше и больше, земле все ближе и ближе, а Гранат до сих пор не снижал скорость. – Стоять! – Я потянула поводья, но он продолжал движение к земле. Я потянула сильнее. Мы были так близко к земле, что я могла рассмотреть отдельные цветы.

Мои потуги не дали результата, и я закрыла глаза, будучи слишком напуганной, чтобы держать их открытыми, в то время как должна была разбиться насмерть. Я приготовилась к удару, представляя, как лопается кожа, ломаются кости, тело на мгновение пронзает боль, а затем я больше ничего не чувствую. Но удара не последовало, и я поняла, что мы больше не движемся. Я открыла глаза и увидела себя в фунте от земли. Гранат продолжал бить крыльями.

– Ты безумный. – Я глотала воздух ртом, а он издал звук похожий на человеческий смешок.

Я должна была злиться, разъяриться, но нет. Я была осторожна всю свою жизнь, и это ничего не дало. Люди умирают из-за того, что много думают и не доводят ничего до конца, а Росвита прибирает к рукам корону. Я должна быть смелой. Должна рисковать, и Гранат научит меня как.

Я погладила его и сказала:

– Еще раз. – В этот раз он слушал меня. Он поднялся в воздух, и скорость была вдвое больше, чем прежде, что вызывало у меня новый визг, но на этот раз визг восторга, визг победы. Если я научусь езде на драконе, то наконец-то смогу быть полезной и помогу Стефану.

Гранат и я поднялись в небо и упали с него дюжину раз, и с каждым разом мой крик становился тише и тише, пока я не поборола страх. В конце, когда небо стало черным, как смоль, а руки дрожали от переутомления, я сказала:

– Достаточно. Отвези меня назад к пещере. – Когда мы прибыли, я нашла храпящее тело возле пещеры. Миньона. Я сглотнула. Я могла бы попытаться получить еще жидкости и надеяться, что он снова попадется на это, хотя оба варианта казались маловероятными. Или же, мне стоит положиться на свою магию и на Граната.

Я погладила дракона.

– Я хочу, чтобы ты ушел. Иди куда-нибудь в безопасное место до завтрашнего вечера. Мы будем снова практиковаться. – Гранат ткнулся носом мне в руку. – Иди, – повторила я. Я уже достаточно задержалась. Гранат отошел на несколько шагов и забил своими великолепными жесткими крыльями. Когда он улетел, я молилась, чтобы он вернулся на следующий день. Если он не вернется, все это было напрасно.