Текст книги "Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 6 (СИ)"

Автор книги: Максим Шаравин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Максим Шаравин
Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 6

Глава 1

После трёх дней праздника в честь коронации нового императора Российской Империи я лежал в своей кровати в объятиях Ли Юй и Елены. Вставать не хотелось, хотя время уже близилось к полудню. Но на сегодня было запланировано одно очень важное мероприятие: пора было выполнить обещание, которое я давал ректору Императорской академии.

– Надо вставать и собираться. Вы же помните, какой у нас сегодня день? – нежно спросил я у девушек.

– Помним, – ответила Ли Юй, потянувшись. Я поцеловал её в подставленную грудь.

Девушки встали и отправились в ванную. Я же взял амулет связи и вызвал Бестужева.

– Добрый день, Сергей. Как продвигаются дела по запрещению союза «Дом Северных Ветров»?

– Всё отлично, князь. Совет Великих Родов сегодня поддержал нашу петицию. После того как несколько княжеских семей, входящих в «Дом Северных Ветров», были арестованы за поддержку «Ордена Чёрного пламени», я не сомневался в успехе. Император Михаил уже получил копию утверждённой петиции – думаю, сегодня он её подпишет, – Бестужев явно был доволен.

– Прекрасно. Ты помнишь, что сегодня ты должен присутствовать в замке в два часа дня? – поинтересовался я.

– Конечно, князь. Это очень важное мероприятие. Я попрошу Елену, чтобы она открыла мне портал, – ответил Бестужев.

– Хорошо, тогда до встречи, – я прервал связь и встал с кровати.

Девушки уже вышли и стали одеваться.

Выйдя из ванны, я полюбовался своими любимыми красавицами. Я уже давно не видел их в обычных красивых платьях – в последнее время то боевые костюмы от китайской пары Чжу Ли и Линь Фэн, то парадные наряды для церемоний.

Ли Юй выбрала лазурное платье с вышивкой по лифу и рукавам – оно подчёркивало цвет её глаз и струящимися складками ложилось на пол. Елена же облачилась в тёмно-алое, с высоким воротом и узкими манжетами; ткань мягко облегала фигуру, а лёгкий блеск говорил о вплетённых магических нитях.

– Вы обе невероятно прекрасны, – не удержался я от комплимента.

Ли Юй улыбнулась, чуть склонив голову, а Елена подошла ближе и взяла меня за руку:

– Ты тоже выглядишь достойно. В парадном мундире ты похож на героя старинных легенд.

Я и сам чувствовал себя иначе в этом тёмно-синем облачении с серебряной вышивкой – не просто воином, а тем, кто теперь несёт ответственность за судьбы многих.

– Пора собираться, – вздохнул я. – Сегодняшний день не пропустит даже легенда.

Девушки кивнули, и в их взглядах я прочёл ту же решимость, что жила в моём сердце. Впереди ждало важное дело.

К двум часам дня стали собираться гости – самые близкие.

Первым прибыл Данила: в строгом тёмно-сером костюме он выглядел непривычно официальным, но взгляд оставался таким же весёлым и живым. За ним следом появились Беркут и Лапа – оба в парадных мундирах, с едва заметными улыбками, будто знали что-то, чего не знал я.

Егорыч пришёл с Машей: она в светло-голубом платье казалась хрупкой. Егорыч, как всегда, держался чуть позади, но его присутствие ощущалось – словно незримая опора. Бестужев пришёл, как обычно в своём деловом костюме.

Через открытый мной портал шагнули Ярослав и Михаил – наш новый император. Ярослав, как обычно, был невозмутим, лишь лёгкая усмешка тронула губы при виде меня. Михаил же, в императорских регалиях, выглядел торжественно, но в его взгляде читалась теплота – он не забывал, кем был ещё несколько месяцев назад.

И наконец, главный виновник всего этого торжества – Пётр Михайлович Разумовский, ректор Императорской академии. Он появился без лишнего шума, но сразу привлёк внимание: седые волосы аккуратно уложены, строгий чёрный сюртук с серебряной вышивкой, в руках – старинный фолиант, вероятно, с речью. Последние два дня он жил в моём замке.

– Ну что ж, – произнёс я, окинув взглядом собравшихся, – кажется, все в сборе. Пора начинать.

Я кивнул, чувствуя, как в груди нарастает волнение. Это было не просто мероприятие – это было признание. Признанием тех, кто стоял рядом, и тех, кого уже не было с нами.

Гости рассаживались, переговариваясь негромко, а я ещё раз окинул взглядом этих людей – моих друзей, соратников, семью. Сегодняшний день принадлежал не только мне. Он принадлежал всем нам.

– Начну с того, что должен был сделать уже давно, но в силу определённых обстоятельств этого не сделал, – я внимательно посмотрел на императора и его брата. – Великий князь Ярослав и император Российской Империи Михаил, – начал я официальным тоном, – как глава рода Драгомировых, которому вы присягнули на верность, я снимаю с вас клятву стихий. Более вы не обязаны служить роду, хранить его тайны и быть верными во всём.

Зал на миг замер. Даже лёгкий шелест одежды стих, будто пространство затаило дыхание.

Ярослав и Михаил встали одновременно – движения синхронны, словно отрепетированы годами совместных сражений. Оба склонили головы в глубоком, полном достоинства поклоне.

По общей гостиной пробежала волна незримой энергии. Воздух сгустился, затрещал, и вдруг – вспышка! Мельчайшие разряды молний, похожие на живые нити, оплели нас троих: меня, Ярослава, Михаила. Они не жгли, не ранили – лишь пульсировали, словно проверяя, утверждая, запечатлевая новый порядок.

Молнии разрастались, сплетаясь в причудливый узор, а затем – разом погасли, оставив после себя тихое эхо стихийной силы.

– Клятва расторгнута, – произнёс я, чувствуя, как внутри разливается непривычная лёгкость. – Теперь вы свободны.

Михаил поднял взгляд – в его глазах читалась смесь благодарности и лёгкой грусти.

– Спасибо, князь. Это… больше, чем просто формальность.

Ярослав выпрямился, слегка улыбнулся:

– Мы останемся рядом не из долга, а по собственному выбору. Так будет правильнее.

В гостиной снова зазвучали приглушённые голоса – гости переглядывались, обменивались короткими фразами. Кто-то кивнул с одобрением, кто-то задумчиво склонил голову, осознавая значимость момента.

Я сделал шаг вперёд, обводя взглядом собравшихся:

– Сегодня мы не просто разрываем старые связи. Мы строим новые – на основе доверия, а не клятв. И это лишь первый шаг. Император Российской Империи должен приносить клятву только своей стране, но не отдельно взятому роду.

Я повернулся к ректору Императорской академии:

– Пётр Михайлович Разумовский, я готов исполнить своё обещание, данное вам. Но готовы ли вы?

Ректор поклонился с достоинством, в глазах его светилась сдержанная радость:

– Да, князь. Я готов.

– Хорошо. Я, глава рода Драгомировых, принимаю вас в свою семью. Отныне вы – младшая семья моего рода. С этого момента вы носите фамилию Разумовский-Драгомиров. Глава семьи, с позволения императора Российской Империи Михаила, получает титул князя; супруга – княгиня; его сыновья – княжичи, а дочери – княжны. Произнесите клятву верности стихий, князь Разумовский-Драгомиров.

Пётр Михайлович раскрыл фолиант, который до этого держал обеими руками, и начал зачитывать текст клятвы. Едва прозвучали первые слова, вокруг нас возникло лёгкое движение воздуха – словно невидимый ветерок коснулся лиц.

С каждым следующим предложением ветер крепчал, наполняясь силой. В воздухе заискрило, по краям фолианта пробежали голубоватые всполохи. Когда ректор достиг середины клятвы, пространство вокруг нас преобразилось: вихрь поднимал полы наших одежд, волосы трепетали, а в вышине зазвучал отдалённый рокот.

Затем вспыхнули молнии – не слепящие, но яркие, очертившие контуры древнего рунического круга, невольно проявившегося под нашими ногами. Между молниями проступали огненные нити, сплетаясь в узор, подобный родословной древа.

В гостиной все замерли. Гости не смели шевельнуться, лишь взгляды их следили за происходящим с благоговейным вниманием.

Когда Пётр Михайлович произнёс заключительные слова клятвы, вихрь внезапно стих. Молнии погасли, оставив после себя лишь лёгкий запах грозы и мерцающие искорки, медленно оседавшие на пол. Стихии признали союз.

– Поздравляю, князь Разумовский-Драгомиров, – произнёс Бестужев, выступая вперёд и протягивая ректору пергаментный свиток, перевязанный алой лентой с печатью рода Драгомировых.

Документы уже были подписаны императором Михаилом – я заранее обо всём договорился. Оставалось внести записи в императорские родовые книги учёта родов, но это – технический вопрос, решаемый за пару дней. Затем следовало официальное объявление на Совете Великих Родов. Всем этим займётся Бестужев.

Пётр Михайлович дрогнул, на мгновение прикрыл глаза, а когда открыл их вновь, в них блестели слёзы. Он сглотнул, пытаясь обрести голос, но вместо слов лишь кивнул, прижимая свиток к груди.

Вокруг зазвучали поздравления. Первым подошёл император Михаил:

– Отныне ваш род – часть великой истории, князь. Добро пожаловать в новую главу.

Ярослав положил руку на плечо Разумовского-Драгомирова:

– Ваша мудрость и преданность заслуживают этого титула.

Елена и Ли Юй улыбнулись, сделав шаг вперёд:

– Теперь вы – наша семья, – сказала Елена мягко. – И мы рады этому.

Пётр Михайлович наконец обрёл дар речи:

– Спасибо… Спасибо вам всем. Я клянусь, что род Разумовских-Драгомировых будет служить с честью и достоинством.

В гостиной вновь поднялся гул голосов, но теперь – тёплый, одобрительный. Этот день стал не просто формальным актом: он связал судьбы, укрепил союзы и открыл путь к новому будущему.

На следующий день мы снова валялись в кровати. Я уже начинал привыкать к спокойной жизни, хотя прекрасно понимал: это всё ещё не конец.

Мои поиски тёмного мага пока не увенчались успехом. Все разломы были взяты под контроль – либо императорскими войсками, либо армиями князей. Даже с контролем за Европейским разломом удалось договориться с поляками: оказалось, Вэй Чжэньлун знал там главу местного клана. Он описал ситуацию, и поляки усилили контроль за разломом.

Но все домашние дела были закончены. Пора двигаться дальше – продолжать поиски тёмного мага.

Допросы слуг «Ордена Чёрного пламени» не дали результатов: никто не знал, где скрывается их хозяин. Сегодня я решил пойти другим путём.

Пора было разобраться с таинственными сёстрами:

Мария – моя бывшая нянька, ныне королева Беловежской пущи. Сколько тайн она хранит за своей мягкой улыбкой? Когда-то она учила меня читать и держать меч, а теперь правит лесом, где даже тени подчиняются её воле.

Юнь Си живёт в горах возле Пекина. Готовит прекрасный кофе и владеет стихией Духа. Как она связана с тёмным магом? И почему всегда держалась в стороне от наших дел?

Королева леса обитает в Уральской священной роще возле Уральского разлома. Её посланница, Айра, передала мне камень – артефакт, способный перенести в сердце дома королевы леса. Что ждёт меня там? Ответы? Или новые загадки?

Я провёл ладонью по шкатулке, в которой лежал камень. Вчера я снова доставал его, но он до сих пор никак не реагировал. Время встречи с Королевой леса ещё не пришло.

За окном солнце пробивалось сквозь листву, рисуя на полу причудливые узоры. Где-то вдали слышался смех детей и звон кузнечных молотов – жизнь шла своим чередом. Но моя дорога лежала дальше, туда, где тени становятся длиннее, а правда – опаснее.

Пора было собираться.

Я начал вставать, и лежащие рядом девушки сразу открыли глаза.

– Куда вы собрались, князь? – спросила томным голосом Ли Юй.

– Хочу продолжить поиски тёмного мага. Пока он в этом мире, спокойной жизни он нам не даст. Не через неделю, так через месяц обязательно что-нибудь произойдёт. И что это будет, мы не имеем представления, – вздохнув, я поцеловал Ли Юй и Елену и встал с кровати.

Девушки не стали спорить или проситься пойти со мной. Они уже привыкли, что порой я ухожу один.

Я принял душ, ощущая, как тёплая вода смывает остатки сонливости и настраивает на предстоящий день.

Отправившись в общую гостиную, связался с Машей:

– Маша, приготовь мне завтрак, пожалуйста. Побыстрее, если можно, – попросил я. – Яичницу с беконом и чашку крепкого кофе. И мои любимые булочки.

– Всё будет готово через десять минут, – ответила Маша и отключила связь.

Я присел в кресло у окна, наблюдая за тем, как солнечные лучи пробиваются сквозь тяжёлые портьеры. В голове снова и снова прокручивались мысли о предстоящем пути: куда пойти в первую очередь – к Юнь Си или к Марии?

Через несколько минут Маша принесла завтрак. Аромат жареного бекона и свежезаваренного кофе мгновенно пробудил аппетит. На тарелке дымилась яичница с хрустящими ломтиками бекона, рядом стояла чашка с густым, насыщенным напитком, а на маленькой тарелочке лежали две тёплые булочки, накрытые льняной тканью.

Я принялся за еду, стараясь не думать о том, что, возможно, это последний спокойный завтрак перед долгой чередой испытаний. Каждый кусок давался с особым вкусом – будто сама жизнь напоминала, что даже в преддверии неизвестности нужно ценить простые радости.

Поев и допив кофе, я поднялся. Решение уже было принято – я открыл портал в Пекинские горы.

Воздух дрогнул, словно тонкая ткань под острым лезвием. В пространстве перед мной заплясали голубые искры, сплетаясь в мерцающий овал. С каждым мгновением он становился всё ярче, пока не превратился в устойчивую воронку вихрящегося света. Сквозь неё уже проступали очертания скалистых вершин и изумрудная дымка хвойных лесов.

Шагнул в портал.

Холодный горный воздух ударил в лицо, вытесняя остатки домашнего тепла. Под ногами хрустели мелкие камни, а вокруг, насколько хватало глаз, тянулись зубчатые пики, укутанные облаками. Где-то вдали раздавался крик хищной птицы, и ветер доносил запах смолы и мха.

Я не стал выходить сразу возле жилья Юнь Си – хотел прогуляться, хотел, чтобы она увидела меня издалека.

Путь лежал через сосновый бор: высокие стволы тянулись к небу, а под ногами мягко пружинил ковёр из опавшей хвои. Воздух был напоён смолистой свежестью и прохладой горных высот. Время от времени сквозь кроны пробивались лучи солнца, рисуя на земле причудливые световые пятна.

Я шёл не спеша, вслушиваясь в звуки природы: шелест ветра в ветвях, далёкий стук дятла, журчание невидимого ручья. Эти простые, почти забытые ощущения успокаивали – словно мир напоминал, что помимо тьмы и тайн есть ещё и эта первозданная красота.

Постепенно деревья расступились, и передо мной открылась каменистая терраса, на краю которой стояла небольшая хижина. Её крыша, покрытая мхом и диким виноградом, сливалась с окружающим ландшафтом. Возле входа дымился каменный очаг, а рядом виднелась фигура в светло-сером ханьфу.

Юнь Си.

Она стояла, повернувшись ко мне спиной, и помешивала что-то в глиняном котелке. Ветер играл её распущенными волосами, а движения были размеренными, почти ритуальными. Я замер на мгновение, наблюдая за ней. В этой картине было что-то почти нереальное – будто я случайно подглядел сцену из древней легенды.

Сделав несколько шагов вперёд, я намеренно хрустнул веткой под ногой.

Юнь Си обернулась. Её глаза – тёмные, как горные озёра в сумерках – на секунду расширились, а затем смягчились.

– Я знала, что ты придёшь, старший демиург, – произнесла она без удивления, лишь с лёгкой улыбкой. – Но думала, что ты сразу откроешь портал к моему жилью.

Я подошёл ближе, чувствуя, как в груди нарастает странное волнение.

– Не хотел появляться внезапно, – произнёс я. – Хотелось пройтись, подышать этим воздухом.

Она кивнула, словно понимая что-то большее, чем мои слова.

– Горный ветер многое может рассказать, если уметь слушать. Ты готов услышать?

Я не ответил – просто сел напротив неё у очага, чувствуя, как тепло огня и тишина гор начинают сплетать новую главу моей истории.

Юнь Си неторопливо сняла котелок с огня, и по воздуху разлился пряный аромат – не то травяного отвара, не то древнего заклинания. Она налила дымящуюся жидкость в две резные чашки из тёмного дерева и одну протянула мне.

– Пей. Это поможет тебе услышать то, что говорит гора.

Я принял чашку, ощутив тепло сквозь пальцы. Пары поднимались, рисуя зыбкие узоры в воздухе. Сделав осторожный глоток, я почувствовал, как по телу разливается необычная ясность – будто каждый звук, каждый шорох стал отчётливее.

Юнь Си села напротив, скрестив ноги, и её взгляд устремился куда-то сквозь меня – в невидимые дали.

Глава 2

– Наш мир был большим и процветающим. Магия прекрасно соседствовала с техническим прогрессом, – начала говорить Юнь Си. – Старший демиург поддерживал любые начинания и заботился о нашем мире, решая споры и вынося справедливые решения. Демиурги и младшие демиурги слушали его и беспрекословно исполняли все его решения.

Юнь Си внимательно посмотрела на меня и сделала глоток из кружки.

– Наш мир населяло много разных рас, и, чтобы решать спорные вопросы, старший демиург создал Совет Рас, который собирался каждые полгода под его руководством. Там обсуждали все спорные вопросы, принимали решения, наказывали и поощряли. Все были довольны и счастливы.

Юнь Си вздохнула, вспоминая прежнюю жизнь.

– Однажды мне было видение, что наш мир падёт. Падёт по глупости одного из демиургов. Я пришла к старшему демиургу и всё ему рассказала. Он не поверил мне, ведь я была всего лишь магистром, хоть и владела стихией Духа.

Юнь Си встала и пошла к своему каменному очагу.

– Будешь есть? – спросила она. – Я зажарила двух кроликов в кисло-сладком соусе. Должно быть, очень вкусно.

Я ел не так давно, но после её слов почувствовал лёгкий голод.

– С удовольствием, – я улыбнулся.

Юнь Си ловко подхватила с полки деревянную тарелку и выложила на неё румяные кусочки кролика.

– Вот, держи, – она поставила передо мной блюдо, от которого поднимался ароматный пар. – Надеюсь, тебе понравится.

Я с интересом оглядел угощение: золотистые кусочки мяса утопали в блестящем соусе, а вокруг красовались дольки ананаса и ломтики красного перца. Запах был настолько аппетитным, что последние сомнения насчёт второго обеда мгновенно исчезли.

– Выглядит потрясающе, – я взял палочки. – Ты настоящая мастерица.

Юнь Си села напротив, поджав под себя ногу, и снова взялась за кружку. Огонь в очаге играл на её лице причудливыми тенями, придавая рассказу ещё больше таинственности.

– Когда я рассказала старшему демиургу о видении, он лишь усмехнулся, – продолжила она, глядя в огонь. – Сказал, что магистрам не стоит вмешиваться в дела демиургов. Что это просто игра моего воображения, разгорячённого изучением стихий.

Она помешала угли в очаге – искры взметнулись вверх, словно маленькие звёзды.

– А что было потом? – спросил я, пробуя блюдо. Вкус оказался именно таким, каким я его себе представлял: сладковатый, с лёгкой кислинкой и пряными нотками.

– Потом… – Юнь Си замолчала, словно подбирая верные слова. – Потом один из младших демиургов решил, что может превзойти старшего.

Её пальцы сжались вокруг кружки.

– Дальше… Я попыталась собрать союзников. Нашла нескольких магов, которые тоже чувствовали надвигающуюся беду. Мы решили действовать самостоятельно – проследить за тем самым демиургом, который вызывал у меня наибольшие опасения.

Она сделала паузу, глядя в огонь.

– Поначалу казалось, что мы преувеличиваем. Он вёл себя как обычно: посещал заседания Совета, выполнял свои обязанности. Но однажды ночью я проследила за ним до древнего храма на окраине мира. Там он проводил странные ритуалы, чертил на полу символы, которых я никогда прежде не видела.

Я отложил палочки. Аппетит внезапно пропал.

– И ты рассказала об этом кому-нибудь?

Юнь Си горько усмехнулась.

– Рассказывала. Но к тому моменту моя репутация уже была подпорчена – после первого предупреждения все считали меня паникёршей. А тот демиург… он оказался хитрее, чем мы думали. Он начал распространять слухи, будто я пытаюсь подорвать авторитет старшего демиурга, чтобы занять его место.

Она сжала кулаки.

– В итоге меня изгнали из столицы. Сказали, что я нарушаю гармонию мира своими безумными идеями. А через месяц после моего отъезда произошёл первый разрыв реальности – в горах появилась трещина, из которой хлынули монстры.

Юнь Си медленно подняла на меня глаза. В их глубине горел неугасимый огонь.

– Это были очень странные, страшные и сильные монстры. Лавина этих тварей в течение нескольких часов захватила горы и уничтожила ближайшие поселения. Мы не были готовы к войне: наши воины и магистры не воевали много сотен лет, живя в мире и благополучии.

Эти создания – порождения глубинных бездн иного мира, где законы реальности искажены, а сама материя пропитана тёмной энергией. Их облик внушает первобытный ужас, а сила превосходит возможности обычных магических тварей.

Юнь Си вздрогнула, вспоминая пережитые ужасы.

– Уже потом старший демиург назвал их демонами. Многие из них были высотой около трёх метров, с гипертрофированными мышцами, перекатывающимися под плотной чешуйчато-каменной кожей. Голова напоминала гибрид рептилии и хищной птицы – вытянутая, с костяным гребнем; пасть усеяна большими трёхгранными зубами. Глаза без зрачков излучали тусклый багровый или изумрудный свет. Длинные руки с тремя суставами заканчиваются когтями из материала, похожего на обсидиан. Ноги массивные, с копытными наростами. У некоторых особей были зачатки крыльев, неспособные к полёту, или шипы вдоль позвоночника, источающие едкий дым.

Юнь Си внимательно посмотрела мне в глаза:

– Но главная угроза демонов – сильная устойчивость к стихийной магии. Убить их магией могли только демиурги или одновременный удар нескольких магистров. Когда вмешались демиурги, мы стали освобождать территорию и практически дошли до разлома, и тогда открылись новые врата, через которые явились они.

– Кто? – не удержался я от вопроса.

– Истинные демоны, генералы и демиурги, – на глазах Юнь Си проступили слёзы. Горечь утраты была настолько сильна, что она не смогла сдержаться.

– Что было дальше? – Я понимал, что ей тяжело вспоминать, но мне необходимо было знать историю их мира. Без этих знаний я не смогу защитить свой мир, а то, что беда нависла над нами, было уже понятно.

– Первыми погибли наши младшие демиурги, которые вступили с ними в бой. Тёмная энергия, которой пользовались демоны-демиурги, была намного мощнее, чем обычная магия стихий. Ей могла противостоять только чистая первоначальная энергия всех стихий – энергия созидания. В нашем мире лишь несколько демиургов, включая старшего, владели такой мощью. Мы теряли город за городом – армия демонов наступала. Демоны-демиурги открывали новые порталы в свой мир, откуда шли полчища демонов. Ситуация становилась всё отчаяннее. Каждый день приносил новые известия о павших защитниках и разрушенных поселениях. И тогда… – Юнь Си замолчала, собираясь с мыслями.

Я решил доесть кролика, пока Юнь Си думала, но мне не дали такой возможности. Возле нас открылся портал, и из него вышла Айра, посланница Королевы леса.

– Юнь Си, сёстры запретили тебе рассказывать дальше, – Айра посмотрела на меня. – Ещё не время, старший демиург.

– Не время для чего⁈ – вспылил я. – Может, надо подождать, пока мой мир тоже захватят демоны, и тогда вы соизволите рассказать мне то, что я должен знать?

Айра молча развернулась и исчезла в портале, который сразу закрылся.

Я посмотрел на Юнь Си, но она отвела взгляд:

– Я не могу нарушить правила, старший демиург. Хотя считаю, что ты должен всё знать.

– Хорошо, Юнь Си. Я не буду заставлять тебя делать то, что может тебе навредить, – я отставил тарелку с остатками кролика и встал. – Ты знаешь, как меня найти, Юнь Си.

Открыв портал, я вернулся в свою спальню.

Ли Юй и Елены не было. Я сел в кресло и закрыл глаза, сдерживая гнев и пытаясь успокоиться. Надо навестить Марию и поговорить с ней: что они скрывают от меня?

Я не заметил, как уснул и снова оказался возле туннеля Восточного разлома. И опять, как в прошлый раз, холодный ветер шевелил мои волосы, вокруг стоял запах сырости с примесью чужого, незнакомого запаха. Я не стал ждать того, что уже видел, а побежал внутрь туннеля, стараясь успеть увидеть что-то новое в этом видении. Но не успел: снова начался этот гул, постепенно превращающийся в оглушительный рёв. Я пытался продолжить движение внутрь разлома, но невидимая стена не пускала меня. Тысячи монстров хлынули наружу из туннеля, но теперь, после рассказа Юнь Си, я понимал: это демоны. И опять эта гигантская тень, заслонившая луну.

Я вздрогнул от охватившего меня ужаса и открыл глаза. Кто он? Демиург демонов? Генерал? Истинный демон?

Встав с кресла, я прошёлся по спальне, пытаясь собраться с мыслями. Всё моё естество требовало действий. Тёмный маг после разгрома «Ордена Чёрного пламени» и свержения узурпатора никак себя не проявлял. Его сторонники, которых оказалось очень-очень много, не знали, где он прячется. Но я мог предположить, что он обосновался внутри Восточного разлома.

По моему приказу в разлом каждый день ходили разведчики Хару, но ни монстров, ни новых проходов обнаружить пока не удалось. Отряды, так же как я, ходили кругами вокруг рубежа, словно пытаясь нащупать слабину в невидимой защите.

Время работало против нас. Каждый день бездействия давал Тёмному магу возможность укрепить позиции или подготовить новую ловушку. Я вновь взглянул на карту разлома, разложенную на столе. Хару передал её мне пару дней назад, и с тех пор никаких изменений не было. Красные метки – места, где отряды разведки нашли тупиковые туннели. Синие – зоны, откуда доносились странные звуки, но никто не мог определить их источник.

Я достал амулет связи и вызвал Хару:

– Добрый день, Хару. Есть что-то новое?

– Добрый день, князь. Нет. Сейчас вернулся очередной отряд, который уходил ещё вчера. Всё без изменений, – ответил Хару.

– Хару, надо снова усилить защиту. В этот раз упор сделай на установку пулемётов и усиление стен. Хм… – я на мгновение задумался. – Скажи Даниле, чтобы придумал, как установить несколько орудий напротив туннеля, и пусть строит вторую стену.

– Понял, князь. Сделаем в кратчайшие сроки, – отозвался Хару без тени сомнения в голосе.

Я подошёл к окну. За ним простирались земли, которые я обязан был защитить.

В Императорской академии уже начался новый учебный год, но я и девушки решили сначала разобраться с Тёмным магом. Тем не менее я собирался навестить профессора Мельникова и в очередной раз сводить его в родовое хранилище.

Ларец, который мы добыли в Сибирском разломе, так и стоял на стеллаже. Я планировал открыть его в ближайшее время – и, похоже, это время настало. Я чувствовал, что пора разобраться с этим ларцом и выяснить, что там лежит.

Но, как обычно, моим планам не суждено было сбыться – заработал амулет связи.

– Слушаю.

– Князь, это Ярослав. В Центральном разломе происходит что-то странное. Возможно, тебе надо посмотреть, – сообщил Великий князь.

– Хорошо, сейчас буду. С кем там контактировать? – сразу подобрался я.

– Со мной. Я здесь, на первом рубеже, – ответил Ярослав.

Я сразу открыл портал и вышел возле Ярослава.

Мы поздоровались, и я огляделся. Последний раз я был здесь очень давно, но ничего тут особо не изменилось – кроме того, что стены стали чуть выше да добавилось несколько пулемётных расчётов.

– Александр Михайлович, вторые рубежи мы так и не смогли захватить: монстров слишком много, – начал Ярослав. – Но они уже давно перестали атаковать наши заслоны возле туннелей. Так что можно сказать, всё было относительно спокойно – до сегодняшнего дня.

– И что случилось? – Я не видел ничего, что вызывало бы у меня тревогу. Да и в целом я не ощущал какого-то беспокойства.

Ярослав молча указал вдаль – туда, где туман в восточном туннеле начинал странно мерцать, переливаясь то багровым, то иссиня-чёрным.

– Смотри, – произнёс он тихо. – Это началось час назад. Сначала просто дрожала земля, потом появился этот… свет.

Я вгляделся пристальнее. В глубине туннеля что-то двигалось – не отдельные фигуры, а сплошная масса, словно море тьмы, медленно поднимающееся к поверхности.

– Ты отправил разведчиков? – спросил я, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.

– Отправил. Трое ушли полчаса назад. Ни один не вернулся.

Я сжал амулет связи. Что-то в этом свечении казалось знакомым – будто отголосок давнего сна или забытого пророчества.

– Нужно подойти ближе, – решил я. – Но осторожно. Собери отряд из самых опытных магистров и солдат.

– Уже сделано, – кивнул Ярослав. – Но, князь… ты уверен, что стоит лезть прямо туда?

Я внимательно посмотрел на него:

– Если это начало атаки, мы должны знать, с чем имеем дело. Если же… – я запнулся, подбирая слова, – если это что-то иное, то промедление может стоить нам всего.

Ярослав кивнул, и мы двинулись вперёд, к границе, где свет и тьма сливались в зловещий танец.

Я не стал тащить вместе с собой в туннель весь отряд, а приказал ждать на границе света и тьмы. Моя магическая кольчуга вспыхнула ярким светом, я окружил себя огненным щитом и шагнул в туннель.

Тьма поглотила меня мгновенно – плотная, осязаемая, словно вязкая смола. Огненный щит мерцал, отбрасывая дрожащие блики на каменные стены, но свет едва пробивался вперёд, будто упирался в невидимую преграду.

Тишина давила на уши. Ни шороха, ни дыхания – только моё собственное сердцебиение, отдающееся в висках. Я сделал несколько шагов, внимательно вглядываясь в мрак. Под ногами хрустели осколки кристаллов, некогда светящихся, а теперь потускневших и мёртвых.

Вдруг щит вздрогнул, будто наткнувшись на что-то. Воздух сгустился, и в следующий миг передо мной возникла фигура – не человек и не монстр, а нечто среднее. Её очертания плавились, как воск, то принимая человеческий облик, то растекаясь бесформенной тенью.

– Кто ты? – произнёс я, усиливая щит.

Фигура не ответила, но в моей голове раздался шёпот – не слова, а обрывки мыслей, чужих и враждебных: «Слишком поздно… он уже здесь… всё рухнет…»

Я стиснул рукоять родового меча. Магическая кольчуга затрещала, реагируя на нарастающую угрозу.

– Покажись по-настоящему! – выкрикнул я, выпуская волну огня.

Тень вздрогнула, на миг застыла – и вдруг рассыпалась на сотни мелких осколков, которые с шипением сгорели в огне. Но в тот же момент стены туннеля содрогнулись, а вдалеке раздался низкий, вибрирующий гул, от которого заложило уши.

Я обернулся к выходу – свет от отряда едва пробивался сквозь сгустившуюся тьму. Что-то приближалось. Что-то огромное.

Быстро активировав амулет связи, я произнёс:

– Ярослав, готовь всех к бою.

В ответ – лишь треск помех. Связь оборвалась.

Стены задрожали сильнее, с потолка посыпались камни. Я понял: если не найду источник этого хаоса сейчас, туннель обрушится – и вместе с ним погребёт всех, кто снаружи.

Сжав меч крепче, я двинулся вглубь, туда, где тьма становилась почти осязаемой, а шёпот в голове превращался в оглушающий хор.

Я усилил щит, поднимая его в высоту и расширяя, – теперь передо мной двигалась стена из огня. Тьма поглощала свет от щита, как будто его и не было. Шёпот становился сильнее, громче, но такой же бессвязный – что-то разобрать было невозможно.