Текст книги "Долина Моленклоу (СИ)"

Автор книги: Максим Бондарчук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава10

Когда дверь позади меня закрылась, я, наконец, перестал слышать шум, доносившийся с центральной площади «Скалы». Праздник был в самом разгаре. Сегодня был тот день, тот вечер, когда все поселение, все люди, неважно кем они работали и как относились к наемникам, ликовали. Огромное побоище, устроенное главарем и его пособниками моментально было превращено в небывалую победу, где убийцы и головорезы предстали в образе прекрасных рыцарей и стражей порядка, что смогли отстоять этот огромный город от орд варваров, что намеревались разорить и уничтожить его.

Тул не скупился на подарки и выпивку. Алкоголь лился рекой. Запасы, сделанные еще в давние времена и хранившиеся в подземных хранилищах под главной башней, были вскрыты и выставлены на самом видном месте.

Дурман охватывал разум людей. Они упивались и танцевали. Взмахивая руками, люди как безумная толпа, двигались к ней и старались взять как можно больше. Себе, друзьям, родственникам, предела не было. Любая емкость, принесенная с собой, мгновенно наполнялась горьковато-хмельным напитком, и уносилась в гущу танцующих людей, где вскрывалась и осушалась за считанные секунды.

– Ты только посмотри на них. Радуются смерти тех, кто совсем недавно жил рядом с ними, не думая о том, что в любой момент они сами могут очутиться за пределами этого города. Разве это и не есть истинное безумие: пить и радоваться смертям стольких людей?

Старик присел напротив окна и закурил.

– Они не знают правды...

– И не узнают – он вклинился в мои слова. – Проблема в том, мой друг, что если человек не хочет знать ее, никто никогда ему ее не скажет. Желание предопределят результат. Вспомни свою жизнь. Было ли в ней что-то, чего ты хотел больше всего и к чему ты стремился несмотря ни на какие преграды?

Я одобрительно закивал.

– Вот и здесь тоже самое, только с точностью да наоборот. Эти люди слабы. Каждый, кто сейчас пьет и танцует, восхваляя непобедимого Тула, еще больше отдаляется от той истины, которая бродит возле него и всеми силами пытается достучаться до его разума.

– К чему ты это, старик? Ты говоришь о том, что люди не хотят видеть реальность, но ведь это неправда. Она здесь, на этой земле, нужно лишь выйти за ворота и все сразу встанет на свои места.

– В этом-то вся и проблема, Грей. Никто туда не хочет. Все знают, чего им стоило попасть в этот город и страх перед тем, что они могу лишиться этой сомнительной привилегии, заставляет их закрывать глаза на очевидные вещи. Это самообман. Но мы то с тобой другие. Мы то знаем, что происходит на самом деле.

Он слегка повернул голову в мою сторону.

– Говори прямо, старик, не надо этих недомолвок и полуслов.

– Что ж, это хорошо. Я обещал тебе ответы на все вопросы и сдержу свое слово. Можешь задавать все, что кажется тебе важным.

Это было именно то, чего я ждал все это время.

– Кто ты?

– Хм... удивительно, что моя личность интересует тебя гораздо больше, чем твое странное появление на этой планете, а ведь я ожидал совсем другого. Ну да ладно... Меня зовут Роберт. Я пилот боевого истребителя типа "Феникс". Бортовой номер 304-88-12. Был направлен сюда в качестве сопровождения группы геологов для охраны воздушного пространства на время проведения работ, по выявлению полезных ископаемых в этой земле. Пробыл здесь три года четыре месяца и два дня по местному времени. Когда же исследования выявили крупные залежи, мой контракт был продлен еще на три года с двукратным увеличением жалования и ежедневными выплатами в размере восьми процентов от месячной суммы. Как ты наверняка понял, отказаться от такого я не мог, но глядя сегодня на все произошедшее и обдумывая над правильностью сделанного выбора я все чаще прихожу к выводу, что уже лучше бы мне было сжечь этот контракт и никогда не видеть этой планеты. Все было хорошо, правда поначалу, но, когда прибыль горнодобывающей компании стала расти многократно, здесь появилась другая конкурирующая компания, а вместе с ней – наемники. Это обычная практика для тех, у кого прибыль стоит на первом месте, но тогда, видя, как транспортные корабли садились на другой территории и завозили сотни вооруженных солдат, оборудование, технику, готовые в любой момент обрушить на землю тонны взрывчатки, что-то внутри меня забило тревогу. Я должен был послушать голос своего разума, наплевать на условия контракта и на тот позор, который мог обрушиться на меня по итогам его расторжения, и улететь отсюда, пока не стало поздно. Но они, словно стальные оковы, держали меня и не дали сделать то, о чем я мечтаю до сих пор. Дальше ты наверняка все знаешь: война, смерть, горы трупов каждый вечер, которые мне приходилось хоронить и отпевать. Да, мне пришлось научиться этому, ведь пилоту, чей истребитель был сбит и больше не мог подняться в воздух, надо было чем-то заняться и я не нашел ничего лучше как отправлять людей в их последний путь. Солдаты вскормили эту землю своими костями, но пользы от этого не было никакой. А когда на горизонте появилось страшное знамение, несущееся по земле с огромной скоростью и сметавшее все на своем пути, я понял, что обратного пути уже не будет. Я не хотел такой судьбы, но судьба решила иначе. И вот теперь, сидя здесь и глядя на весь этот мир, созданный огнем и свинцом, я проклинаю каждый день, каждую минуту, отдаляющую меня от того момента, когда я мог сделать все по-другому. Но разве есть теперь в этом смысл? Наверное, нет. Глупо пытаться вернуть прошлое, надо постараться сделать так, чтобы окончательно не испоганить будущее. Ты согласен со мной, Грей? Хотя не отвечай, ответ итак прекрасно известен. Я пытался выбраться отсюда, делал десятки попыток, но все они разбивались о непреодолимую преграду наемников, что словно крысы шерстили каждый сантиметр этой земли, не давая самовольно покинуть планету. За все время я побывал в восьми поселениях, видел все, что только можно. Все человеческие недостатки и пороки, и то, на что способны они в критических ситуациях. Порой мне становится страшно. Не за себя, а за тех, кто находится и живет каждый день рядом с нами. Сегодня они клянутся тебе в дружбе, а завтра будут пить, празднуя твою бесславную смерть.

Шум начинал увеличиваться. Даже за закрытыми дверями и окнами, он пробивался внутрь небольшой комнаты, в которой жил старик и наполнял его своим звоном. Люди кричали. Каждый взмах руки, каждый жест, исходивший от ликующего Тула, буквально взрывал толпу и заставлял ее кричать еще больше.

– А он? – я указал на главаря наемников, стоявшего выше всей толпы и дирижировавшего всем этим действом. – Что ты скажешь о нем?

Роберт немного помолчал.

– Что можно сказать о человеке, который убивает с улыбкой на лице.

– Но ведь мы все там были, все это делали, в том числе и ты.

– Да, но как? Именно то, с каким чувством человек выпускает из дула винтовки пулю за пулей, говорит о многом. Тул – сумасшедший. Война сделала его таким. Разница между "регуляром" и наемником лежит на поверхности, на самом верху природной сущности человека. Тот, кто видит в своем контракте только сумму оклада и никогда не задумывается над тем, какими путями эти деньги будут заработаны, не станет тем, кто сражается за идею. Помнишь того паренька, что стоял возле стены развороченного укрепления? Ты видел, как он встретил смерть? Он не плакал навзрыд, не просил о пощаде, зная, что через секунду будет убит. Он шел до конца. Не об этом ли мы мечтаем каждый день, глядя в небо и думая, что где-то там, за пределами сил гравитации этой планеты, за теми многочисленными торговыми путями, что пронизывают космос, словно белые нитки, есть нечто, ради чего стоит пойти до конца, не глядя на те последствия, что могут ждать нас на пути к цели. Этот мир перестал быть нормальным. Он сошел с ума и мы с тобой этому свидетели. Пока Тул здесь, ничего хорошего ждать не стоит.

Сигарета медленно тлела. Ее бледно-синеватая дымка заполняла все это место и нагло, почти бесцеремонно пыталась забраться мне в горло. Грудь резко сомкнулась, а горло запершило. Я закашлял. Это было странно, ведь мне раньше доводилось находиться в компании курящих солдат и этот дым не вызывал у моего организма такой реакции, но теперь он будто стал другим. Я чувствовал этот мерзкий запах и все его немногочисленные оттенки. Боль тут же пробежалась по телу, а голова, ясная до этого момента, начала кружиться.

– Как маленький ребенок. – сказал старик.

– Странно. Раньше такого не было.

Я продолжал откашливаться и вскоре все прошло. Встряхнув головой и прогнав остатки неприятного ощущения, я опять посмотрел на своего собеседника. Его фигура неподвижно находилась на прежнем месте, изредка поворачиваясь в сторону окна. Бросая взгляд на обезумевшую толпу на площади.

– Что ты знаешь о моем прибытии сюда? Судя по тому, что это вызвало такой переполох в поселении, оно было не совсем обычным.

– Это мягко сказано. Я знаю о нем практически все, ведь сам был в той группе, что нашла тебя и смогла вытащить из обломков. Пилоты были мертвы. Произошло это в момент взрыва или когда металлическая птица встретилась с землей, я сказать не могу, но то, что ты остался жив настоящая удача. Откровенно говоря, ни я, ни кто либо из тех, кто находился со мной, не верил, что ты сможешь проснуться. Но все произошло иначе. Мы отвезли тебя в поселение, где тебя и смогли достать с того света.

– Почему ты так говоришь?

– Потому что ты был похож на кусок не самого свежего мяса. Сара выходила тебя и тебе стоило бы сказать ей спасибо.

– Непременно учту, когда вернусь.

– А вот это уже вряд ли.

Он встал со своего места. Пройдя несколько шагов вперед и затушив остатки сигареты о небольшую пепельницу, он остановился возле двери.

– Я обещал тебе показать долину, что ж, сейчас самое время сделать это.

– Охрана.

– Им сейчас будет не до нас. Что могут сделать два человека по сравнению с огромной опьяневшей и неконтролируемой толпой. Все будет хорошо. Просто поверь мне, а сейчас пошли.

Он открыл дверь и направился вниз. Я последовал за ним. Путь, которым мы вышли наружу вывел нас прямо в самую гущу ликующей толпы. Они кричали, трясли в руках наполненными флягами и танцевали. Все кто мог держаться на ногах и идти, были здесь. Возраст не имел значение. Женщины сопровождали своих мужчин. Дети, едва достигшие совершеннолетия, проносясь по округе, звеня металлическими емкостями, быстро пробирались в самый центр, чтобы первыми добраться до заветной жидкости.

Мы шли и каждый шаг сквозь бурлящий океан пьяных тел, приближал нас к огромным воротам. Наемники стояли со всех сторон. Держа наготове оружие и поглядывая по сторонам, они старались следить за каждым, кто появлялся рядом с ними или вызывал малейшее подозрение. Несмотря на праздник, никто из них не был пьян. И стоило нам только появиться перед ними, как один из них тут же направился нам на встречу.

– Ты опять за старое, старик, даже не думай. Тул запретил выпускать кого-либо за территорию города. Разворачивайся и дуй туда откуда пришел, пока не вынудил меня на крайние меры.

– Успокойся, боец. Ты знаешь правила относительно меня: мне позволено выходить самостоятельно за пределы города раз в две недели. Я и мой друг направляемся в долину, помянуть усопших.

Солдат перевел взгляд на меня и стал придирчиво вглядываться.

– А "регуляр" что там забыл?

– Подыскивает место для себя. Сам знаешь время сейчас неспокойное и подобрать заранее могилку будет нелишним.

– Пусть проходят. Все равно мародеров больше нет и бояться уже нечего.

Заговорил второй охранник и тут же направился к механизму открывающему огромные двери. Дело было сделано, теперь оставалось только сесть в подготовленную для этих целей автомашину и нажать на педаль.

– Ею никто не пользуется кроме меня. Суеверие, порой, делает из людей странных существ.

В машине было тепло. Несмотря на поздний час и неприветливую погоду, температура воздуха оставалась умеренно теплой, что не могло не радовать в такое время. Провернув ключ зажигания и дождавшись прогрева двигателя, Роберт нажал на педаль газа. Легонько, не пытаясь выдавить из машины все соки, он заставил машину вырваться с песчаной почвы на прилегающую дорогу. Здесь, в окружении сплошной мертвой пустыни и звездного неба, мне почему-то сразу вспомнилось время, проведенное на станции. Там не было их. За вечной мерзлотой и метелью, сквозь которую нельзя было ничего разглядеть, сегодняшнее небо заставило впиться в нее своими глазами.

– Небо никогда не видел? – иронично спросил старик, глядя на меня.

– Такое – да.

– А что раньше оно было другим?

– Старик, я кучу времени провел в месте, где в самые лучшие времена нельзя было ничего разглядеть дальше нескольких десятков метров, что уже говорить про звездное небо. Я уже и забыл как они выглядят.

– Ничего, времени будет предостаточно.

Машина продолжала двигаться по одинокой дороге, где большую часть времени я просмотрел на звезды. Словно разбросанные гирлянды, они сопровождали нас в этом долгом пути, освещая путь своим тусклым, но таким желанным светом. Даже тучи, нагрянувшие в этим места и предвещавшие длительные ливни, не могли заслонить их, так многочисленны они были.

Вскоре мы свернули вниз. Съехав с дороги на пересеченную местность, Роберт направил машину прочь от основной трассы, прямо к долине. Она была прекрасна. И чем ближе мы приближались к ней, тем сильнее я влюблялся в это место. Ее размеры поражали. Раскинувшись практически по всей прилегающей территории, она охватывала своим размахом всю площадь, которую только могли окинуть глаза. И лишь подъехав ближе и свернув на песчаную дорогу, я вдруг уловил в тускнеющем свете фар многочисленные кресты, которые поднимались из земли и тянулись в небо. Сотни... тысячи. Я не мог даже примерно подсчитать их количество – так много их было. И от всего этого зрелища, все восхищение, возникшее в первые минуты от вида долины, внезапно испарилось и больше не появлялось внутри меня. Старые и не очень, покосившиеся и поставленные совсем недавно. Они были повсюду.

Подъехав поближе и развернув машину боком к могилам, старик начал выходить. Схватив сумку, он повесил ее на плечо и продолжил ждать меня.

– Сколько их здесь? – невольно вырвалось у меня из груди.

– Много... очень много.

Когда я выпрямился и смог посмотреть на это, мне вдруг стало не по себе. Зрелище могил никогда не вдохновляло меня, а сегодня, глядя на взрытую землю и на то, сколько людей здесь нашло свое последнее пристанище, я и вовсе возненавидел все то, что так или иначе было связано с войной. Нет, я не был пацифистом. Скорее наоборот, иногда стоит применить силу, что добиться правды и справедливости, но как это часто бывает, именно благими поступками мы отдаляем себя от намеченной цели и становимся теми, кем меньшего всего хотели стать.

– Я помню время, когда здесь было прекрасное цветущее место, внутри которого были похоронены первые люди, но сегодня, спустя столько времени, это место, словно огромная опухоль, разрослась и стала намного больше. Если бы тогда мне сказали, что все сложится именно таким образом, я бы подумал, что этот человек сошел с ума. Пойдем, я хочу кое-что показать тебе.

Старик закрыл дверцу и зашагал к могилам. Он делал это уже бесчисленное количество раз и каждый шаг был ему до боли знаком. Минуя все эти маленькие курганы, могилы, мы двигались в самую глубь этого огромного кладбища и все ближе приближались к нужному месту.

Могила была вырыта относительно недавно – это было видно по свежей, но уже осыпавшейся с краев земле. Обычная, ничем не примечательная, она на несколько сантиметров оказалась заполнена водой, которая нехотя, но все же стабильно, впитывалась в эту черную, как уголь, землю. Старик слегка поморщился. Ему это явно не нравилось. Как художнику, который по неосторожности оставил свою работу на открытом воздухе и забывшему забрать ее в момент дождя. Так и он, глядя на сморщившуюся и превратившуюся в кашу землю, тихо, почти неслышимо, принялся проклинать ненавистную погоду.

– Мне пришлось хорошо потрудиться, чтобы вырыть ее, а этот проклятый дождь все испортил.

– Чья она? – спросил я

Роберт повернулся ко мне.

– Моя. Звучит дико, понимаю, но мое положение не такое прочное, чтобы я мог надеяться еще на сотню лет прекрасной жизни. Лучше приготовиться заранее, чтобы потом не гнить под палящим солнцем, где-нибудь на окраине "Скалы", разрываемым стаей голодных собак. Я видел такое раньше – зрелище не очень приятное.

– Ты неважно себя чувствуешь? По тебе не скажешь.

Он слегка улыбнулся.

– По тебе тоже не скажешь, что ты "регуляр". Слишком многое не сходится во всей твоей истории. Я даже больше скажу – ты наемник и могу предположить, что наемник "Заката". Ты не озлоблен как они, не рвешься во власть по головам, оговариваясь, что цель оправдывает средства, не ищешь славы. Ты просто выполняешь свою работу: строго, монотонно, без эмоций и прочего мусора. Ты слишком отличаешься от тех, кто служит в "Рубиконе". Посему несложно сделать определенные выводы, наемник.

Я промолчал. Да и был ли смысл в том, чтобы спорить и доказывать обратное. Он действительно оказался прав и выводы, сделанные им, были для меня не очень приятными. Они могли больно отозваться в будущем, окажись старик болтливым человеком.

– Я знаю, что сейчас происходит в твоей голове – это читается в твоих глазах. В том, как ты смотришь, как пытаешься избежать ненужных вопросов, которые так и просятся наружу. Не беспокойся. Я не сдам тебя Тулу, в этом нет никакой необходимости, ведь рано или поздно он все равно заподозрит неладное, и тогда ты сам поймешь, почему такие люди как он гораздо опаснее, чем могут показаться на первый взгляд.

– Это как?

Роберт поднял руку и широким жестом указал на все могилы, что находились перед нами.

– Все это дело рук Тула или его цепных псов. Он бич этой планеты, этой земли. Его маниакальное стремление к подчинению и безоговорочному послушанию привела к тому, что когда-то прекрасная долина превратилась в огромный могильник, где даже мертвым уже стало тесно. Нужно покончить с ним, раз и навсегда.

– Ты предлагаешь мне убить главаря наемников? Но зачем? Какое мне дело до всего этого, до этой земли и тех людей, что здесь похоронены?

– Прямое, наемник, ведь если бы не те живые, что все еще остались здесь, быть может, ты бы никогда не проснулся живым и здоровым, и очень вероятно, пополнил бы это кладбище еще одной могилой. К тому же, он все равно узнает кто ты такой и тогда твое положение ухудшится многократно, а сейчас, когда он верит тебе и не ожидает от тебя ничего дурного, ты можешь сделать то, что не получилось у очень многих. Я умираю и перед смертью, прежде чем я слягу в могилу и на крышку гроба начнет падать земля, мне бы хотелось увидеть, что жизнь, прожитая мной на этой планете, не была напрасной. Чтобы мне было чем оправдаться перед теми, кто лежит в этой долине и ждет, когда справедливость, наконец, восторжествует. Взамен, я помогу тебе сбежать отсюда. Улететь туда, куда ты хочешь. Мне нужен лишь истребитель и несколько минут, чтобы вспомнить свои навыки пилота. Слишком долго мне пришлось ждать. И поверь, когда я окажусь внутри кабины никакая преграда, никакое ПВО наемников не сможет меня остановить.

Глава 11

– Ты уверен в этом, Борис? Может быть ты ошибся? – переспросил я, просто не веря своим ушам.

– Я готов поклясться всеми богами, которых знаю. Это она, Грей. Та самая Кейт, что была на станции. Врач из медблока. Ее транспорт сел сегодня на взлетной площадке и был лично встречен Тулом. Она и еще несколько десятков вооруженных людей, спустились по трапу и направились прямиком к этому здоровяку. Не знаю, что она здесь забыла, но ее визит явно не был спонтанным. Она что-то ищет здесь... или кого-то.

Борис посмотрел на меня.

Я не знал как реагировать на это, но то, что проблемы только-только начинали показывать свой звериный оскал, наводили на плохие выводы.

– Как давно это произошло?

– За два часа до рассвета.

– Значит, она с ним уже поговорила.

– Верно.

Голова начала болеть и мысли, никак себя не проявлявшие до этого, словно рой, начали заполнять мой разум. С каждой секундой их становилось все больше и вскоре, когда сдерживаться уже не было сил, я просто дал им зеленый свет.

Что дальше? Как быть? Почему именно сейчас? И что ей тут надо?

Это было лишь часть того, что так сильно давило на мой мозг и требовало ответа, но как бывает в такие минуты, как бы сильно я не старался найти разумное решение всей сложившейся ситуации, оно все никак не появлялось.

– Этого просто не может быть. Я помню как она стояла рядом с Раймондом в той самой пещере, где этот негодяй нашел свою смерть, как она вышла оттуда в самый последний момент, но... Черт, но как ей удалось вернуться к своим на базу? Как она смогла преодолеть такое расстояние во время снежной бури? Она... она просто....

Я все никак не мог договорить.

– Она здесь, кэп, и реальность не изменишь – Борис подошел ко мне и положил руку на плечо. – Нужно что-то решать, ведь если она увидит хоть кого-то из нас двоих, нам не поздоровится.

– Да, именно. Значит, пришло самое время отправиться в то место, куда указывал Виктор. Нужно попытаться вскрыть склад и посмотреть на содержимое.

– Брось, Грей, этим мы лишь ускорим свой уход в загробный мир, нужно придумать что-то другое.

Но я стоял на своем.

– Нет времени, когда если не сейчас. Готов поспорить, что Тул уже потирает руки в предвкушении моей казни. Надо, Борис, возьми все, что посчитаешь нужным и выходи на улицу. Я знаю как покинуть территорию "Скалы" не вызывая подозрения.

– Это тебя "пастырь" научил?

– Он самый.

– Ну ладно, надеюсь, когда наши тела остынут, старик помолится за наш упокой.

*****************************************************************************

(кабинет Тула... немного ранее)

– Значит вот оно как?

Он уже несколько минут теребил в руках личное дело, переводя взгляд с одной строки на другую. Впервые в жизни он чувствовал, что его обманули и сделали это самым наглым образом. Женщина сидела напротив него и не спускала взгляда с напряженного лица наемника.

– Хм... герой-капитан... двадцать восемь конфликтов, медаль Попова за оборону перевала "Северный". Черт, да он сама идеальность.

В кабинете повисла тишина. Он вновь принялся перелистывать страницы, где каждая буква, каждая строчка вызывала у него неподдельный интерес.

– Итак, мы можем теперь более подробно поговорить о нашем деле? – женщина твердо начала разговор.

Наемник поднял глаза, отложил личное дело в сторону и внимательно посмотрел на своего собеседника.

– Конечно. Буду рад помочь вам, учитывая, что с Раймондом мы были в хороших отношениях, любой ваш вопрос обязательно найдет ответ.

– Хорошо, это сэкономит много времени. – она широко открыла свои голубые глаза и начала все с самого начала.

– Я прибыла сюда по одному важному делу, нанятая влиятельным человеком, который очень заинтересован в том, чтобы боец, запечатленный на снимках, в обязательном порядке был возвращен обратно его владельцу. Как вы наверняка поняли: возвращен в целости и сохранности. То, что вашими силами транспорт, перевозивший его, был сбит ни в коей мере не повлияет на дальнейшие отношения, хотя, по всем правилам мы должны были бы взыскать с вас определенные суммы.

Тул немного насторожился.

– Этот солдат очень ценен для моего работодателя и любое физическое или психологическое повреждение, нанесенное ему, может сказаться на окончательной сумме, заложенной и прописанной в моем контракте. Если же вы и ваши люди помогут мне поймать его, то разница в процентном эквиваленте будет перечислена на ваши счета. Вас устраивает подобные условия?

Тул немного помедлил с ответом.

– Почему я должен верить вам? Это несколько странно слышать от человека, чей брат погиб из-за него. Неужели вам не хочется отомстить?

– Слишком много воды утекло. Раймонд не был святым, и я понимала, что конец его будет незавидным. Что поделать, если человек упрямо идет в могилу и не хочет воспринимать реальность такой, какая она есть на самом деле.

В кабинете вновь наступило молчание. И каждый из присутствующих ждал, когда наступит тот самый подходящий момент. Но время шло и напряжение, висевшее в воздухе, только нарастало. Тул не мог смириться с тем, что месть, которая начала зарождаться внутри него, не будет утолена.

– Что я получу взамен, только более конкретней.

– Деньги. Тринадцать процентов от итоговой. Это хорошие сумма, учитывая тот факт, что вы уже давным-давно не при делах.

– А если я откажусь. Может для меня месть гораздо важнее тех денег, что вы пытаетесь мне всунуть за этого наемника. Сами знаете, у нас с "Закатом" давние счеты...

– Это будет просчет о котором вы впоследствии можете очень сильно пожалеть. Мой работодатель не остановится ни перед чем, чтобы вернуть данного бойца. Даже если ради этого потребуется вновь высадить сюда войска. Подумайте, как долго вы сможете сопротивляться: неделю, может быть две. Это не в ваших интересах, мистер Тул. Мы просто даем вам возможность решить вопрос тихо, бескровно и еще заработать на этом. Когда еще вам выпадет такая возможность. Правильно – еще очень и очень нескоро.

Она умела убеждать. В этом не было никаких сомнений, люди поддавались ей легко и непринужденно. Любые споры всегда оставались за ней, но вот Тул... он был другим. Он не привык уступать, тем более женщине, но даже он понимал смертельность тех последствий, что могли последовать за отказом от сотрудничества. На сцене появился новый игрок, и считаться с ним придется в любом случае, даже если это пойдет вразрез с его собственными правилами.

– Как вы хотите все это организовать?

Кейт не без удовольствия заулыбалась.

– Рада, что вы приняли верное решение. Честно говоря, я ожидала более упорного диалога, ну да ладно. Все должно быть сделано в кратчайшие сроки. Он ведь здесь, в городе?

Он одобрительно покачал головой и сказал, что уже распорядился отправить туда солдат.

– Хорошо, значит обойдемся малой кровью.

В этот момент, когда разговор, казалось бы, вошел в доверительное русло, в кабинет, постукивая тяжелыми сапогами, вошел боец и начал докладывать.

– Мы проверили его дом – он пуст. Соседи сказали, что он направился к "инженеру", но и там его не оказалось. Охрана на воротах подтвердила, что одна единственная машина успела покинуть территорию до того, как ваш приказа он полной блокировке дверей смог поступить на пост.

– Проклятье! – Тул буквально подскочил со своего кресла.

– Что за "инженер"? – спокойным голосом спросила Кейт.

– Его зовут Борис. Он работал над сооружением очистной системы для этого города и еще много каких механизмов, за что и получил свое прозвище.

Услышав знакомое имя, Кейт откинулась на спинку кресла и задумчиво опустила глаза.

– Значит все намного сложнее, чем я могла думать. Старая компания вновь собралась вместе. Это вызовет много проблем, о которых я не подумала.

– Вы знали его?

– Приходилось раньше встречаться... Нам нужно знать куда они направились, если они уйдут слишком далеко, это дело займет гораздо больше времени, чем предполагалось ранее, а время непозволительная роскошь, чтобы вот так просто сорить им.

Дальше последовали приказы. Один за одним, они сыпались на головы рядовых наемников и толкали их в сторону главных ворот. Задача была предельно ясна: найти, догнать и вернуть обратно в город. Но сделать это в таком месте, где любая пещера или заброшенное поселение могло стать приютом и спрятать человека от ненужных глаз, было архисложной задачей.

– Они не могли далеко уехать. Есть лишь несколько мест, где они могут найти приют!

Кричал Тул, выбегая на улицу и на ходу одевая оружие. Кейт была рядом. Молча следуя за громадным наемником, она всегда стояла в стороне, время от времени давая небольшие указания.

– Клив, возьми несколько человек и направляйся в долину. Я же поеду в то поселение, куда его привезли после падения. Больше им ехать некуда. Даже если они бросятся наутек, рано или поздно пустыня заставит их объявится. А теперь за дело!

Прозвучав как призыв, его голос разлетелся в стороны и заставил наемников броситься к машинам. Спустя несколько секунд все в округе заревело тяжелым гулом мощных двигателей и заполнилось выхлопными газами. Ворота стали медленно открываться.

*****************************************************************************

Цель была уже перед нами. Огибая каменные валуны, то здесь то там выбивавшиеся из всего ровного ландшафта, наша машина подъезжала к долине. Ее огромные просторы были видны издалека и каждый метр, преодоленный по этой земле, приближал нас к ее необъятным просторам.

– Почему мы сразу не поехали к складу? Зачем было заезжать именно сюда? Его псы уже наверняка бросились за нами в погоню. Черт, лучше бы сделал все по-своему.

Борис был взволнован, но его руки крепко сжимали запыленный руль и аккуратно, будто бы он вел свою сестру за руки, поворачивал его в нужном направлении.

Старик молчал. Убедив нас заехать сюда, сказав, что нужно кое-что забрать, он заставил упрямого "инженера" не сворачивать с пути и послушать его совета.

– Оно пригодится нам, просто поверь мне. Когда доедем до места, сверни влево и продолжай ехать вдоль всех могил пока не наткнешься на высокий металлический крест.

– Что? Да их тут тысячи, как я смогу увидеть его?!

– Просто езжай, остальное я сделаю сам.

Борис проклял все. Не веря своим ушам, он вдавил педаль газа и направился по оговоренному маршруту. Завернув влево, маши на резко сбавила ход и начала медленно двигаться вдоль могил. В ярком солнечном свете они уже не казались такими страшными и угрожающими, но все же заставляли что-то внутри сжимать и не давали полностью сконцентрироваться на поставленной задаче.

– Вот он! – выкрикнул Роберт, указывая на высокий крест, тянувший свои металлические лапы в небо. – Да, точно.

Машины остановилась и старик буквально выпрыгнул наружу. Подбежав к месту и окончательно удостоверившись в правильности, он схватил тяжелый крест, вырвал его из земли и принялся бить им по земле, взрыхляя почву и, выкапывая тем самым могилы.

– Ты с ума сошел, "пастырь"! Мы проделали такой путь, что бы ты начал осквернять могилы? – Борис выпрыгнул с водительского сидения и, подбежав к старику, попытался вырвать из его рук металлический крест.

Но даже ему, не удалось сделать это. Взмахнув им, он отбросил коренастого мужчину и, несмотря на его крики, продолжил делать свое дело. Земля поднималась от его ударом и быстро оседала рядом с ним – он рыл землю и делал это осознано. Удар за ударом, он как крот вкапывался в почву и постепенно погружался в нее. И вскоре, когда очередной удар, опущенный в землю, впился во что-то твердое и хруст гнилой древесины донесся из вырытой ямы, Роберт мгновенно остановился.