![](/files/books/160/oblozhka-knigi-put-samirana-si-386335.jpg)
Текст книги "Путь Самирана (СИ)"
Автор книги: Максим Лагно
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)
– Спрашивать у него советы бессмысленно?
– Внутренний Голос озвучивает увиденное тобою на Всеобщем Пути. Он указывает на возможные повороты или невзгоды, но он он не может дать тебе знание о том, откуда эти невзгоды берутся или как их обойти. Голос напоминает тебе имена забытых людей, мест или дел.
– А почему он молчит, когда на меня обращает внимание кто-либо с более высоким моральным правом? Как это право заработать? Откуда оно берётся? Где его посмотреть, как прокачать…
Мадхури замахала руками:
– Слишком много разных вопросов о разных вещах. Я не могу ответить на них разом.
Я умерил любопытство:
– Почему чужое моральное право затыкает мой Внутренний Голос?
– Так решили Создатели.
Я возмутился:
– Вы обещали мне помочь понять вашу жизнь. Объяснение, что, мол, так задумано, меня не устраивает.
– Но я не знаю, как ответить, – пылко ответила мама Самирана. – Когда говорит морально высокий, морально низкий должен слушать его, а не подсказки Внутреннего Голоса. Это всё, что я знаю.
– А кто знает больше?
– Пойми, чужеземец, я никогда не задумывалась об этом. Для меня твои вопросы лишены смысла.
– Кто мог бы рассказать больше?
– Наверное… наверное те, кто выбрали предназначение Помогающих Богам. Способствующие Равновесию тоже могут знать.
– Ладно. Пока сойдёт такое объяснение. Перейдём к Внутреннему Взору.
Растопырив пальцы, я вызвал интерфейс. Вопросов по его работе накопилось много. Как обычно, я задал самый дурацкий:
– Почему Внутренний Взор нарисован на руке? Что будет, если мне её отрубят?
Мадхури Саран беспомощно на меня посмотрела и пробормотала:
– О, Создатели, какой же ты глупец…
– Давайте без оскорблений, – обиделся я. – Не думаю, что вы, попав в тело моего современника, сразу смогли бы настроить телевизор на Андроиде.
Мадхури смягчилась:
– Внутренний Взор проявляет себя везде, где есть грани Двенадцати Тысяч Создателей. Но тем, кто недавно встал на Всеобщий Путь, проще видеть отражения Внутреннего Взора на руках.
– То есть он может проецироваться куда угодно?
В дверь снова поскреблась Служанка:
– Хозяин проснулся.
Мама Самирана поднялась на ноги:
– Продолжим разговор вечером.
– А почему бы не продолжить его раньше?
– После нападения наёмников на гостей и союзников рода Карехи, меня зовут во многие дома, чтобы лечить ранения. – ответила мама Самирана. – Меня не будет до конца дня.
С озарениями и предназначениями более-менее прояснилось: выбранное мной яркое заклинание, как бы назначает мне и магический класс.
Но как быть с кристаллами озарений? Судя по всему, они довольно распространены. Даже Хаки Энгатти пытался подбить меня на покупку кристалла «Внушение Неразумным», чтобы облегчить работу в свинарнике.
Я достал из-под коробок одежды шкатулку с кристаллами эротической «Игры Света». Снова прочитал иероглифы:
ТВОРЕЦ КРИСТАЛЛА: ЛАВКА «РАДУГА НАД ЛЕТАЮЩЕЙ ТВЕРДЬЮ».
Что если сходить в эту лавку да порасспрашивать торговцев о Самиране? То есть о самом себе. Хотя, какой в этом прок? Ну, купил Самиран немного порнушки, как это выведет меня на грязное колдовство?
Я приказал Внутреннему Голосу ожить.
«Что ты хочешь вспомнить?» – с готовностью спросил он.
– Где находится лавка, в которой я купил эти кристаллы?
«Седьмое Кольцо, рынок кристаллов».
– А напомни, сколько стоил мне кристалл яркого озарения «Игры Света»?
«Ты получил его бесплатно от творца кристалла».
– А вообще сколько стоит?
«Пять тысяч граней золота».
Я оторопело уставился на шкатулку. Да это же целое состояние! Почему торговец отдал этот кристалл бесплатно? И зачем я задаю риторические вопросы в пустоту, если могу спросить Внутренний Голос?
– Голос, почему торговец отдал мне кристалл бесплатно?
«Не могу помочь вспомнить это».
– Почему?
«Ты заставил меня умолкнуть в то время».
Ага, ещё один факт тёмных делишек Самирана. Ну, теперь точно надо идти в лавку. Как туда попасть? Летают ли туда небесные автобусы?
Лиственная дверь снова без спросу раздвинулась и вошёл Похар Те-Танга.
– Пап, – сказал я, – какой толк от двери, если её открывает всякий, кто пожелает?
– Прости, сынок. Но у меня хорошие вести. Пойдём со мной.
Я захватил новую сумку, подготовленную Служанкой. Ведь прошлую у меня отняли стражники дома Карехи. В сумке снова лежал свёрнутый рулоном плащ, маленький кувшинчик воды, коробочка с жареной травой и коробочка с двумя кристаллами заметных озарений – «Мягкие Руки» и «Унятие Крови».
Мы прошли комнату дома и поднялись по лестнице на крышу. Там стоял арестантский автобус. В овальном окне я увидел грустное лицо Хаки Энгатти.
Небесный стражник стоял у двери.
– Самиран, сын Похара Те-Танга и Мадхури Саран? – осведомился он.
– Это я.
– Прямой Путь подтверждает, что все твои трудовые повинности искуплены. Далее. Сословие предназначения Помогающие Создателям признало твоё искупление. Ты снова можешь посещать храм Двенадцати Тысяч Создателей и получать его благоволения. Далее. Родственники обворованных получили вознаграждение и признали твоё искупление. И в завершение. Вина перед стражником Илиином признана ничтожной и тоже искуплена. Все твои права прирождённого жителя Дивии восстановлены.
Стражник протянул руку и коснулся моего лба. Интерфейс Внутреннего Взора вспыхнул вокруг моей руки сам по себе. Иероглиф Прямого Пути и список обвинений растворились.
– Больше не сворачивай на кривые тропинки, – зевнул стражник. – И знай, что если тебя снова поймают на одном из прошлых преступлений, то сила наказания увеличится вдвое. А за грязное колдовство – сразу сошлют на Ветроломы.
Стражник развернулся и полез в автобус. Я снова поймал в окне грустный взгляд Хаки Энгатти.
– Подождите, – спросил я, – а куда вы везёте этого парня?
– Туда же, куда и вчера, свинарники рода Карехи.
– Но ведь там вчера была резня!
– И что? – ответил стражник, запирая дверь автобуса. – Наёмники порезали гостей Карехи, но их свиньи остались, за ними нужно убирать. У твоего дружка нет влиятельных родственников. Поэтому он будет работать за двоих.
Подпрыгнув в воздух, экипаж громыхнул плохо пригнанными досками и улетел.
Папа Самирана тоном заговорщика сказал:
– Теперь, сынок, будем неторопливо ждать. Скоро начнётся набор учеников в Дом Опыта. Ты первым же делом примешь род Те-Танга и усвоишь любое из доступных наследованных озарений. Потом начнёшь изучать и усваивать озарения сословия Поддерживающих Твердь. Я подскажу, какие именно. К тому времени Рабб Хатт обуздает невежественного Карапу Карехи и станет теневым правителем рода Карехи. Тогда-то и поженим тебя и Виви… Твоё будущее будет обеспечено.
Слушая папу Самирана, я кивал. Отмазав меня от наказания, Похар Те-Танга доказал, что его род выгоднее рода Саран.
– Пап, – сказал я, когда мы вернулись в комнаты. – Дай мне пятнадцать золотых граней.
– Зачем? – удивился Похар. – Ведь все наказания искуплены.
– Хочу купить кристалл озарения «Внушение Неразумным».
– Зачем? – ещё сильнее удивился он.
– Чтобы помочь другу.
Я рассказал, что без меня Хаки Энгатти придётся расчищать огромные свинарники в одиночку.
Папа ушёл в одну из комнат и вернулся с небольшой шкатулкой, похожей на ту, в которой Самиран хранил свою порнушку.
– Вот тебе десятка, – произнёс Похар. – Даже яркое «Внушение Неразумным» стоит от силы девять граней золота.
Приняв шкатулку я подумал о Хаки Энгатти: «Каков хитрец! А мне сказал, что кристалл стоил пятнадцать граней, и это ещё со скидкой!»
13. Филе-миньон и подельники
Внутренний Голос подсказал мне дорогу к рынку. Самиран не раз туда ходил, маршрут остался в памяти.
Шагая по широкой улице, я рассматривал дома. На одних виднелись иероглифы «Жилище Такого-то», на других иероглифы «Домовладения рода Хатт», или «Домовладения рода Бахай», или ещё какого-то рода.
Вероятно, жильё в Дивии делилось на собственное, как у родителей Самирана или мясного барона Вакаранги Карехи, и на съёмное. Жильё в чужом домовладении было явно теснее и дешевле, чем у родителей Самирана.
Не без гордости отметил, что жилище Похара Те-Танга и Мадхури Саран одно из лучших в округе.
Сверху мне казалось, что дома, храмы, парки и небольшие скалы между ними стояли вплотную друг к другу. Теперь заметил между домами пустыри, отмеченные каменными столбиками. Заинтересовавшись их назначением, свернул с большой дороги и прочитал иероглифы на столбике:
✦
ЭТА ДОЛЯ ЛЕТАЮЩЕЙ ТВЕРДИ ПРИНАДЛЕЖИТ РОДУ БАХАЙ.
РАЗМЕР ЭТОЙ ДОЛИ 96 НА 105 ДВОЙНЫХ ШАГОВ.
ДА БУДЕТ НА ТО ВОЛЯ ДВЕНАДЦАТИ ТЫСЯЧ СОЗДАТЕЛЕЙ, И СКОРО ЗДЕСЬ БУДЕТ ВОЗДВИГНУТ ДОМ.
ЛЮБОЙ, ПОКУСИВШИЙСЯ НА ДОЛЮ РОДА БАХАЙ, БУДЕТ НАКАЗАН СОРАЗМЕРНО ЕГО ВИНЕ.
✦
Если в Дивии есть конкурентный рынок мяса, то почему бы не быть рынку недвижимости?
Интересно, как распределялась эта земля? Кому принадлежала: верховному правителю, который продавал (дарил?) её родовитым застройщикам или участок летающей тверди добывался иным способом?
Вспомнил слова папы Самирана о том, что род Те-Танга владел домом в Третьем Кольце. Что стало с этим домом? Род обеднел и потерял свой надел? Или он отошёл к более сильному роду?
Очень много вопросов.
Вместе с вопросами у меня зашевелилась мысль: могу ли я использовать знания из двадцать первого века к своей выгоде? Конечно, я не собирался заниматься недвигой или строительством, ведь – это крайне криминализированный род экономической деятельности в любом веке, кроме, разве что, каменного. Да и тогда хомо сапиенсы убивали друг друга за хорошую и тёплую пещеру с видом на озеро.
Но взять, к примеру, кухню народа Дивии. Если судить по тем блюдам, которые мне удалось отведать, местные незнакомы с высокой кулинарией. Мясо приготовлено простецки – отварено или зажарено на открытом огне. Овощи – выглядят как дерьмо. На вкус – тоже не очень. Не говоря уже о тошнотворном поедании жареной травы и цветов, которое мне продемонстрировала прекрасная Мадхури Саран.
Приготовление мяса – моё маленькое хобби. Я готовил такие шашлыки, что даже армянские родственники моей девушки показали большой палец. И не из вежливости, а взаправду оценили моё умение.
А какие я готовил стейки!
На стене моей квартиры, на видном месте, висит сертификат об окончании профессиональных курсов от лондонского шефа. Этот мастер-класс стоил триста долларов, но ради того, чтобы удивить свою девушку кулинарией, я раскошелился. Я тогда не знал, что она предпочитала удивляться другим вещам.
Не пора ли монетизировать эти знания?
От мысли о сочащемся рибай или филе-миньоне у меня заурчало в животе.
Конечно, качество стейка зависело от мяса. Но мой предполагаемый союз с сестрой нового мясного короля – неплохой способ узнать, какие виды мяса есть в Дивии. Что если эта женитьба – ещё один подарок судьбы?
Дорога привела меня к высокой стене. Она не выложена из камня, а словно отлита из цельного куска металла. Выпирая из земли чужеродным металлическим объектом, стена простиралась вправо и влево, скрываясь в зарослях деревьев или за зданиями. Если присмотреться, можно заметить на стене мутные отражения неба и облаков.
Уперевшись в металлическую стену, дорога превращалась в широкую лестницу с большим количеством ступеней. У места перехода стояла каменная тумба с выпуклыми иероглифами: «Седьмое Кольцо».
Несколько слуг уже добрались до вершины лестницы, ветер рвал их тряпки, словно флаги.
Я резво взбежал на ступеньки. Не добежав до середины лестницы, уже вспотел и тяжело дышал. Пару раз меня обогнали чьи-то слуги, замотанные в тряпки. Судя по скорости, им не в первой совершать такие пробежки.
Умерив пыл, я медленно шагал на вершину кольца, с завистью поглядывая на летающие экипажи, невероятно быстро проносившиеся по небу.
– Однозначно, хочу летать, а не ходить – сказал я.
Путь на вершину занял минут десять. Я не только запыхался и обливался потом, но и продрог. Холодный злой ветер теребил мою тунику, проникая сквозь неё.
Чёрт, почему я не догадался одеться потеплее? В комнате Самирана я нашёл немало тёплых халатов и меховых шуб.
На вершине лестница превратилась в небольшую площадку. Я обессилено присел на ступеньку и огляделся.
Раньше, летая с ментом Илиином или на автобусе арестантов, не замечал, что Дивия разделена на кольца. Видимо, и летающий мент и автобусы двигались слишком быстро чтобы разглядеть подробности.
В центре Дивии, возвышалась огромная вершина, окружённая самой высокой стеной. Вероятно, это Первое Кольцо. Стена Второго Кольца была чуть ниже, Третьего – ещё ниже и дальше. Четвёртая – ещё дальше.
Кольца расходились от центра Дивии, не только увеличивая расстояния между собой, но и уменьшая собственную высоту.
И обернулся – Шестое Кольцо, в котором я жил, было таким широким, что я едва мог разглядеть стену Восьмого Кольца. Не нужно звать Внутренний Голос, чтобы догадаться: всего колец было Двенадцать.
Навряд ли они построены для того, чтобы разделить летающую твердь. Скорее всего, стены Колец – конструктивная особенность летающего города. Что-то вроде его остова. Заодно они укрывали жителей и деревья от встречного ветра, который возникал от движения летающей тверди.
Вершины Колец были шириной метра три-четыре, достаточной для того, чтобы по ней ходить. Правда, никаких ограждений там нет, поэтому мне стало страшно смотреть, как один слуга свернул с площадки и направился по Кольцу. Шёл он быстро, совершенно не пугаясь высоты. Сильный ветер норовил столкнуть его, поэтому он иногда расставлял руки и держал равновесие.
Время от времени на площадку налетало густое облако, облепляя меня холодными каплями. В такие моменты светлый и солнечный город превращался в туманную лондонскую подворотню из фильма ужасов.
Чтобы не окочуриться от холода, я побежал вниз по лестнице.
Рынок Седьмого Кольца начинался прямо от лестницы, которая снова плавно превращалась в дорогу. В отличие от Шестого Кольца, все первые этажи зданий были превращены в лавки. Над каждой висела или каменная скрижаль с названием, или объёмные каменные иероглифы.
В глазах запестрило от вывесок:
«ПРОСТОЕ ЖЕЛЕЗНОЕ ОРУЖИЕ».
Или:
«ХАЛАТЫ И НАКИДКИ РАЗНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ ОЗАРЕНИЙ».
За ним:
«ГОНЧАР ГУМИХАРА И ЕГО ОЗАРЁННЫЕ СОСУДЫ».
Рядом:
«ЛЮБЫЕ МАСТЕРОВЫЕ КРИСТАЛЛЫ ОТ СОСЛОВИЯ СОЗИДАЮЩИХ ВЕЩИ».
«ОЗАРЁННЫЕ СВЕЖИЕ ПОБЕГИ И ПЛОДЫ С ПОЛЕЙ РОДА КЕТРА».
…и прочее в таком духе.
От лавки к лавке ходили дивианцы, разодетые в халаты и шубы. Некоторые щеголяли в коротких открытых туниках. Теперь-то я знал секрет их морозоустойчивости.
За дивианцами часто шли слуги, державшие на плечах корзины. Некоторые толкали перед собой тележки, заполненные купленными товарами.
Над крышами лавок пролетали экипажи, в основном небольшие, как у Рабб Хатта. Приземлялись они где попало, не соблюдая никаких правил. Когда приземлению мешали слуги, возница высовывал голову из окна и кричал:
«Свалили отсюда, грязь топтанная!»
Если там стояли дивианцы, уважительно просил:
«Не соизволите ли отойти немного в сторону?»
Я отметил, что тех, кто пользовался крыльями было очень мало. В основном прилетали небесные стражи или похожие на них люди в доспехах. Вероятно, крылья не так удобны в быту, как экипажи?
Я прошёл всего десяток метров, а уже заблудился. От основной дороги отходило множество улочек, которые разветвлялись на переулки.
Скоро заметил отличие рынка Седьмого Кольца от тех, которые видел в том же Узбекистане – тут почти не шумели. Торговцы не зазывали в свои лавки, не хватали за руки и не кричали в ухо, мол, уважаемый, заходи ко мне, продам накидку по братской цене!
Над рынком, конечно, стоял гул от множества голосов, но он не переходил в крикливый шум, который можно слышать даже в наших торговых центрах. Над рынком витал сдержанный говор, как во время антракта в театре. Кажется, дивианцы ещё не познали магическую силу агрессивной рекламы и маркетинга.
Блуждая по улочкам рынка, я отметил, что тут не было разбиения на ряды. Не было оружейного ряда, или гончарного, или овощного. Всё шло вперемешку, как на барахолке. Рядом с торговцем птицами, похожими на гусей, могла стоять лавка торговца боевыми кристаллами, а за ней – тянулись полки «Лавки обувного мастера Камара», уставленные сандалиями и сапогами на меху.
Некоторые лавки закрыты. Несколько раз я встретил такие же пустыри с табличкой о том, что земля принадлежала какому-то роду. Чаще всего встречались иероглифы рода Хатт, Киналла и Бахай. Вероятно, местные короли недвиги.
Внутренний Голос напомнил, что лавка «Радуга Над Летающей Твердью» находилась недалеко от главной дороги, в переулке под названием Свободные Торговцы. Но я хотел осмотреть рынок, поэтому сделал большой крюк, прежде чем вышел на нужный переулок.
Лавка видна издалека: одна из немногих, у кого вывеска не просто серая каменная таблица, а раскрашена в цвета радуги. На фасаде лавки нет ни прилавков с товарами, ни даже окон. Сплошная серая стена в три этажа. Наверху громоздилась многоуровневая крыша, уставленная изваяниями танцоров, воинов и каких-то зверей, которых эти воины протыкали копьями, рубили топорами или били теми витиеватыми палками, силу которых я уже видел во время рубилова во дворце Карехи.
Возле лавки сразу два пустыря: справа и слева. Таблички сообщали, что участки принадлежали каким-то людям, даже не родам. Видимо, никто не хотел ставить свою лавку рядом с точкой продажи порнухи.
Входная арка лавки закрыта металлической дверью без узоров, вмятин или царапин. Просто гладкий серый металл, как капот дорогой тачки.
А вот людей тут немало. Человек двадцать слуг и служанок, замотанных в тряпки с ног до головы. Все они молчали и неподвижно стояли в очереди.
Время от времени железная дверь отворялась. Из недр лавки выходил слуга, а очередной слуга тут же заходил и дверь закрывалась.
На первый взгляд казалось, что лавка «Радуга Над Летающей Твердью» обслуживала исключительно слуг. Но я догадался, что они приобретали эротические кристаллы «Игры Света» для хозяев, которые не хотели показываться в «неприличном» месте.
Я занял очередь в конце, едва удержавшись от вопроса: «Кто крайний?»
Увидев меня, слуги расступились, уступая место у двери.
– Спасибо, – пробормотал я. – Я быстро. Мне только спросить.
Ожидая открытия двери, я задумался, почему приобретение кристаллов игры света с танцующими девками это что-то постыдное? Неужели в Дивии есть религия, запрещающая эротику, как это делали ислам и христианство (и многие другие религии) в моё время?
И как этот запрет сочетался с фактом, что многие дивианцы и дивианки носили настолько короткие туники, что не нужно никаких кристаллов – и так всё видно? Кроме того, я несколько раз видел нагие статуи, так что запрета на эротику в Дивии нет.
Дверь заскрежетала и выпустила Слугу. Бросив в сумку несколько только что купленных шкатулок, он пропустил меня внутрь лавки.
Внутри полумрак. Неровные, закруглённые стены сами светились тусклым желтоватым мерцанием. В каменных стенах выбиты углубления с подсветкой. В них стояли многочисленные шкатулки с откинутыми крышками. В шкатулках – крутились чёрные шарики кристаллов озарений.
В левой части комнаты, на круглом подиуме, светились фигуры танцовщиц. Они неторопливо двигались, лаская себя. В одной я сразу узнал шатенку Раану. Я даже немного смутился, будто она могла узнать меня.
Из арки в соседнюю комнату вышел немолодой мужчина, одетый в тяжёлый на вид и толстый халат из золотой ткани. От кожи лица и рук мужчины исходило заметное золотистое свечение, отбрасывающее отблески на стены и шкатулки. Вот это я понимаю – игра света!
Мужчина поклонился, его тщательно уложенные и приглаженные кудри не шевельнулись от этого движения. Чарующим голосом он сказал:
– Молодой хозяин должен знать, что наша лавка не продаёт товары тем, кто не достиг нужного возраста. Прошу вас, покиньте мою лавку, пока кто-то не донёс стражникам, о…
Тут лицо торговца поменялось, даже засветилось иначе, с красными отблесками:
– Это ты, сопливая грязь? – прошипел он. – Как ты посмел сюда снова заявиться? Вон отсюда!
– Прошу вас, – взмолился я. – У меня только один вопрос…
– Передай своим подельникам, что я больше не участвую в ваших грязных сделках!
Это в каких сделках участвовал Самиран, если даже торговец проном считал их «грязными»?
Грязное колдовство, не иначе!
Мне показалось, что я близок к тому, чтобы получить хоть какую-то зацепку. Хотя я сильно испугался злобного свечения торговца.
Сжав светящийся кулак, торговец занёс его надо мной.
– Господин! – с умоляюще сложил руки и согнулся. – Уверяю вас, что я не виновен ни в каких сделках.
– Прочь отсюда, я сказал! – но удара не последовало.
Из комнаты вышел человек, одетый то ли в шорты, то ли в такую обтягивающую и короткую тунику, что она походила на костюм борца. От его большого, покрытого волосами тела несло потом. Как он вообще умудрился вспотеть на таком холоде?
– Хозяин, прикажешь выгнать сосунка? – спросил волосатый и снял с пояса витую палку.
С усмешкой посмотрел на меня, постукивая палкой по раскрытой ладони, как вышибала – бейсбольной битой.
Чёрт возьми! Надежда узнать хоть что-то таяла. Надо срочно что-то придумать! Если смирение не помогло, то использую наглость.
Выпрямившись, я посмотрел прямо в светившиеся белым глаза торговца. Громко и уверенно отчеканил:
– Если палка этой гориллы прикоснётся ко мне, вы будете говорить не со мной, а с моим подельником!
– Кто горилла? Я – горилла? – заорал мужик с палкой. – Что вообще такое «горилла», ссанная ты грязь?
Торговец буквально затух: лицо перестало источать свет, даже глаза потускнели.
– Оставь его, – сказал торговец своему вышибале.
– Нет, пусть сначала скажет, что такое го-ри-ла?
– Уйди!
Вышибала погрозил мне палкой – я отметил, что чёрные кучерявые волосы на его пальцах были гуще, чем на голове у моего прошлого тела.
– Говори, мальчик, – надменно сказал торговец, когда вышибала ушёл.
Ох, знать бы ещё, что говорить!
– У меня вопрос… вопрос… мой сообщник…
Торговец махнул рукой:
– Тебя же зовут Самиран, так? Передай своим сообщникам, что я, Маимбар Адас, больше не участвую в их играх. Я достаточно огорчил Создателей.
– Обязательно передам. Кстати, а что за игры? Они как-то связаны с… грязным колдовством?
Маимбар непонимающе посмотрел на меня:
– Мальчик, ты глупец?
– Не совсем. Но допустим, что я не знал, что сообщники… впутали меня в грязное колдовство.
Маимбар надменно усмехнулся:
– Надо было раньше думать о последствиях.
– Раньше я как раз был глупцом, – нашёлся я с ответом. – А теперь хотел бы узнать – кто мои сообщники?
Кожа лица и рук торговца снова замерцала, словно изображая любопытство.
– Странный вопрос.
Набрав воздуха и наглости, я поведал, что после сеанса грязного колдовства в храме Двенадцати Тысяч Создателей, потерял память. Теперь, мол, хочу восстановить ход событий. Узнав, что кристаллы игры света были созданы в этой лавке пришёл сюда.
– Честное слово, господин, я не помню ни вас, ни моих сообщников.
Слушая меня, Маимбар кивал:
– Утрата недавней памяти случается с теми, кто становится проводником грязного колдовства. Негодяи, которые втянули тебя в это, использовали яркое озарение «Разрушение Памяти». Даже Внутренний Голос не напомнит, что с тобой произошло. Тебе ещё повезло, что ты потерял только память, а не разум.
Я деловито спросил:
– Мне не верится, что для похищения граней умирающих людей привлечено столько ярких озарений.
– Ох, мальчик. Ну, сколько граней можно украсть у умирающих? Десять, пятнадцать, ну – сотню, если повезёт. И то, если у вора будут яркие озарения «Собирание Граней» и «Огранка Кристалла». Говорят, есть такие воры.
– Наверно…
– Но у такого молодого, как ты, ещё не усвоившего наследованного озарения, можно похитить все двенадцать тысяч граней.
Я замахал руками:
– Вы хотите сказать, что жертвой грязного колдовства были вовсе не какие-то там умирающие, а Самиран? То есть – я?
Маимбар закатил глаза, как бы устав объяснять очевидные вещи:
– Обычное грязное колдовство направлено на похищение граней умирающих, но твои сообщники, как я тебя уже предупреждал, нацеливались вовсе не на них, а на тебя.
Мне казалось, что я нащупал разгадку того, что произошло с Самираном, хотя от откровений Маимбара ещё сильнее запутался.
– Каково ваше участие во всём этом?
Глаза Маимбара сверкнули. И это не образное выражение – их свет ослепил меня, как фонарик.
– Я не буду тратить моё время на объяснения! Я тебя предупреждал, ты меня не послушал. Иди отсюда, наши Пути разошлись.
Пришлось снова включить наглость:
– Уважаемый, если вы не ответите на все мои вопросы, то я выйду из вашей лавки, найду первого попавшегося небесного стражника и расскажу ему, что вы подарили похотливые кристаллы «Игры Света» мальчику, не вошедшему в нужный возраст. Не хотите тратить время на меня – потратите его на суд Прямого Пути.
Маимбар унял гневное свечение глаз:
– Ладно, ладно. Я расскажу всё, что знаю. Только позволь мне продолжить торговлю?
Я позволил. Маимбар открыл дверь и впустил слугу.
– Мой хозяин хотеть много, как тогда, – сказал слуга и вытащил из котомки шкатулку. Кстати, его акцент отличался от акцента моей Служанки.
Маимбар прочитал иероглифы на шкатулке и отошёл к одной из подсвеченных выемок в стене. Переместив несколько кристаллов озарений в шкатулку, отдал слуге. Тот положил на каменный прилавок мешочек, звякнувший металлом, и вышел.
Из комнаты тут же появился гориллоподобный вышибала с небольшим железным сундучком в руке. Взял мешочек, разорвал тесёмочку зубами и высыпал крошечные золотые треугольники в сундучок.
Вышибала удалился в свою комнату.
В лавку вошёл новый покупатель – чья-то служанка, завёрнутая в светлые ткани. Если у других слуг и служанок можно видеть голые руки и ноги, то у этой руки обмотаны тканью, как у мумии. Даже прорезь для глаз закрыта полупрозрачной тканью.
– Спрашивай же, мальчик, – нетерпеливо сказал Маимбар.
– Но служанка…
Светящийся торговец снова посмотрел на меня с изумлением:
– Что – «служанка»?
– Она услышит…
– Самиран, всё-таки грязное колдовство повредило твой разум. Даже если раб что-то услышит, он слишком глуп, чтобы понять разговор двух людей,
– Расскажите мне всё, что знаете о грязном колдовстве, – вздохнул я.