![](/files/books/160/oblozhka-knigi-put-samirana-si-386335.jpg)
Текст книги "Путь Самирана (СИ)"
Автор книги: Максим Лагно
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)
20. Бедный учитель и воин-торговец
Наутро следующего дня я проснулся от тишины. Ни грома, ни ливня. Сквозь плотные ветки пробивались яркие лучи.
Ура! Город вышел из шторма!
В комнате было жарко, как в бане на верхней полке. Моя туника и матрас пропитались от пота. Я подскочил к окну и раскрыл ветки. В комнату ворвался холодный свежий воздух. Как же я был рад ему!
Перевалившись через подоконник, осмотрел улицу. Стихия оставила заметный след: дорога завалена мокрой грязью и стволами деревьев. А некоторые боковые улочки забиты потёками глины толщиной в человеческий рост. По узким ступенькам, которые вели в жилища на утёсе, текли бурные потоки грязной воды. Вливаясь в грязь на дорогах, превращали её в болота.
Хм. До вхождения в шторм улицы были гораздо опрятнее. Версия об очищении с помощью природной стихии, как-то не сочеталась с реальностью.
Впрочем, грязь была только внизу, на дорогах, а вот здания и утёсы прямо-таки сияли чистотой. Я и не заметил раньше, что они были грязными.
Мрачный и вечно пустой Храм Движения Луны теперь возвышался воздушным замком, который словно растворился в ослепительной синеве неба. Именно сейчас стало заметно, что весь храм выложен из светлого, слегка желтоватого камня, очень напоминавшего цвет луны в ночном небе. Его чистоту немного омрачили обломки акраба. Экипаж наскочил на боковую часть храма и переломился на пополам. Среди обломков бродили несколько слуг и небесный стражник.
Я заметил одну деталь: некоторые обломки акраба висели в воздухе, покачиваясь. Именно эти обломки вылавливали из воздуха слуги и связывали верёвками. Набрав целую вязанку парящих обломков, слуга потащил её куда-то.
Меня давно интересовало, как именно летали экипажи? Оказалось, что некоторые их части сделаны из подобных летучих материалов. Хотя это всё равно ничего не объясняло.
Внутренний Голос, само собой, не смог ничего напомнить. Видать, Самиран не интересовался, как работали вещи вокруг него.
Первой домой вернулась Мадхури Саран. Закрылась в своей комнате, потом вышла, переодетая в новую одежду. На плече висела большая корзина.
– Меня вызывают на Отшиб рода Гаруджа, – бросила она. – Боевой акраб сорвало с привязи, он врезался в дом. Много раненных, мало лекарей.
Отшибы – это небольшие куски летающей тверди, парящие рядом с Дивией. Они являлись чем-то вроде отдельных территорий, островов, живущих обособленно от остальной летающей тверди. Владельцы Отшибов устанавливали там свои законы и правила. Например, могли запретить представителю какого-либо рода посещать их остров.
Тем не менее, Отшибы подчинялись Дивии. Каждый такой остров привязан к городу особой силой, разомкнуть которую могли только члены Совета Правителей. Но даже если они и отпускали какой-либо из Отшибов в свободный полёт, острова всё равно возвращались, ведь энергию для полёта они брали из Сердца Дивии.
Мама Самирана отказалась поведать о назначении этих островов. Но я сам догадался, что во время войны Отшибы становились чем-то вроде транспортов, доставляющих большое количество воинов к противнику из Низкого Царства.
Как ни странно, но владельцы Отшибов не считались самыми богатыми. Самыми древними и родовитыми – да. Но основное богатство было всё-таки у тех, кто жил на летающей тверди.
Кроме того, уже от папы Самирана, я узнал, что владельцы Отшибов не могли заседать в Совет Правителей. Правда, он не упомянул, кто придумал такой закон: Создатели Тверди или уже сами дивианцы?
Род Гаруджа славился своими металлическими и быстрыми акрабами. Секреты производства бронированных экипажей они держали в тайне, не выпуская из своего рода. Даже если кто-то изучал озарения, необходимые для постройки летающих экипажей, он всё равно не мог воспроизвести секретную технологию рода Гаруджа.
Я проводил маму до площадки акрабов. Там её ждал средних размеров экипаж с гербом рода Гаруджа. Он изображал отдельный летающий островок, парящий на фоне силуэта Дивии. Мама быстро села в него, круглая дверь бесшумно задвинулась и акраб так же бесшумно умчался ввысь.
✦✦✦
Как только мама Самирана улетела, на площадку приземлился скромный деревянный экипаж, избыточно богато украшенный растительными орнаментами и гирляндами живых цветов. На борту блестели выпуклые иероглифы:
СЕЙ АКРАБ ПРИНАДЛЕЖИТ ПОХАРУ ТЕ-ТАНГА, УВАЖАЕМОМУ ЧЕЛОВЕКУ ИЗ СОСЛОВИЯ ПОДДЕРЖИВАЮЩИХ ТВЕРДЬ.
ИЗГОТОВЛЕН ЖЕ СЕЙ АКРАБ В МАСТЕРСКОЙ РОДА ЗЕЛДАН.
И НОСИТ СЕЙ АКРАБ НАЗВАНИЕ «ПОЛЕЗНЫЙ В ДЕЛАХ».
Из овальной двери «Полезного в делах» выпали деревянные сходни, по которым сошёл папа Самирана. Его пышная шуба сутенёра так пострадала от непогоды, что походила на шерсть мокрой собаки.
Услышав от меня, куда улетела мама, Похар Те-Танга рассказал:
– Мы, Поддерживающие Твердь, всегда были в хороших отношениях с Гаруджа. Можно сказать, что Гаруджа – негласные члены нашего сословия. Они никогда не вступали в него напрямую, но косвенно зависят от нас.
– Почему?
– Наше сословие решает, сколько жизненной силы направить из Сердца Дивии на Отшибы. Если мы перекроем вены энергии из Сердца, то Отшибы не смогут удерживать плавность хода, их начнёт трясти и крутить во все стороны. В такие моменты лучше, хе-хе, не находится на Отшибе. Вдобавок, без энергии Сердца Дивии погаснут все плавильные печи Гаруджа, и они не смогут делать своих хвалёные акрабы.
Слушая Похара, я ходил вокруг «Полезного в делах».
– Пап, – спросил я, – а можно мне полетать на нём?
Похар Те-Танга нахмурился:
– Мы уже говорили об этом, сын.
– А, ну да, ну да… И что мы решили?
– Пока ты не усвоишь нужное озарение, ты не войдёшь в мой экипаж. Хватит того, что ты едва не убился в прошлый раз.
– А какое нужно озарение для полёта на акрабе?
– Это неважно, Самиран. Ты его всё равно не получишь. Наше сословие приготовило для тебя иной выбор озарений.
– Но ведь я могу использовать кристалл такого озарения?
– Сын, ты использовал его в прошлый раз. И хватит об этом.
Сбросив испорченную шубу на пол, папа крикнул:
– Служанка, готовь еду! Я два дня скрывался от шторма в подземельях летающей тверди, питаясь сырой травой.
Но не успел отец уйти с площадки, как на неё приземлился второй акраб.
Этот экипаж был вообще без всяких украшений. Простой короб из криво отёсанных брёвен, обшитых светлой мешковиной. Окна и двери в нём не овальные, а квадратные. Вместо откатывающихся или откидывающихся в сторону дверей, какие были даже на акрабах скотовозов, навешаны простые деревянные щиты на петлях.
Даже надпись —
СЕЙ АКРАБ ПРИНАДЛЕЖИТ ДОМУ ОПЫТА
– выполнена не из выпуклых металлических иероглифов, а из деревянных, потрескавшихся.
Даже свинарники Карехи выглядели затейливее.
Кто-то внутри акраба утомительно долго пытался снять щит с петель. Похар Те-Танга даже нетерпеливо топнул:
– Слуга!
Прибежал Слуга и помог снять щит.
Из акраба вышел очень дряхлый старик в скромном одеянии из такой же мешковины, какой оббиты стены летающего сарая. Голова замотана тюрбаном, тоже из мешковины, но тёмно-красной. На груди старичка болтался деревянный иероглиф, значение которого не успел рассмотреть, так сильно старичок сутулился.
– Меня зовут Гуро… Гуро Каалман. Я самый старший Дома Опыта.
Похар Те-Танга внезапно упал перед старичком на одно колено и склонил голову. Потянул и меня, но я устоял на ногах, не понимая, зачем унижаться перед почти нищенски одетым стариком? Я лишь вежливо склонил голову.
Старик, не обращая на коленопреклонённого отца Самирана, произнёс слабым голосом:
– Властью данной мне Домом Опыта и Создателями объявляю, что ваш сын… Э-э-э… – Старичок замолчал, шевеля губами.
Я догадался, что он просил свой Внутренний Голос напомнить имя будущего ученика.
Получив ответ, он продолжил:
– Самиран, сын Похара Те-Танга и Мадхури Саран, приглашён на обучение в Дом Опыта. Да усвоит сей отрок нужные озарения для нужных дел во славу Дивии.
– Во славу Дивии, – эхом ответил папа Самирана и, покряхтывая, поднялся с колена.
Пробормотав это, старичок, снова поклонился и полез обратно в акраб.
– Самый старший, – сказал отец. – Вы не назвали срок. Когда…
Старичок непонимающе поглядел на папу. Мол, что кому-то нужно от него? Потом до него дошёл вопрос.
– На другой день после сего дня.
Слуга помог завесить дверь щитом и бедный учительский акраб поднялся в воздух.
Я же не мог отделаться от мысли, что в городе, где даже стены домов украшены золотыми узорами, учителя были не самыми богатыми людьми. Есть вещи, которые не меняются и за тысячи лет… Уж мне-то этого не знать.
Но, в Дивии учителя хотя бы уважаемые люди. Раз папа Самирана встал перед ним на колено. Вот бы и в России так же.
✦✦✦
После двух дней сидения взаперти, мне не терпелось вырваться на волю. Даже известие о том, что завтра я наконец-то отправлюсь в Дом Опыта, не изменило моего желания погулять. Но бродить просто так тоже глупо. Быть может, мне наведаться к Виви Карехи? Или на Ветроломы? Или ещё куда.
Отец сидел в главной комнате и жадно уплетал варенные корешки, хрустевшие, словного горелые листья, и запивал их ароматной водой. Съедобные коренья, напомнили о моей идее…
– Пап, отсыпь мне граней. Хочу сходить на рынок, купить кое-чего.
– Все дороги грязью завалены, – напомнил отец, снимая с пояса шкатулку. Высыпал мне на ладонь восемнадцать золотых и десять серебряных граней. И виновато добавил: – Больше нет. жалование ещё не выдали.
Понятно, от кого получала золотые грани мама – «большие люди» во все времена и эпохи готовы платить за возвращение здоровья. Но кто платил отцу Самирана? Городской бюджет? И вообще, чем конкретно он занимался? Что за подземелья, что за Нутро Дивии? Зачем садовнику лазать по подземельям?
Ничего, когда приму род Те-Танга и наследованные озарения, разберусь.
Прихватив самую крепкую сумку из всех, какие были у Самирана, я покинул надоевшее жилище.
Потоки грязной воды, закрывавшие ступеньки, превратились в тоненькие ручейки. Ступеньки покрылись слоем скользкой грязи и листьев. Спускаться по ним вдвойне опасно. Я даже упал один раз, испачкав тунику и плащ. Даже озарение, защищающее ткань от лёгких загрязнений не справилось – на ткани остались грязные пятна.
На дороге уже работали Слуги и Служанки, замотанные в разнообразное тряпьё. Орудуя лопатами, похожими на те, которыми я и Хаки убирали за свиньями, они сгребали грязь в кучи, очищая дорогу. Среди них заметил Служанку в белом, которая приходила с Саной Нугвари. Рядом с нею, кажется, работал наш Слуга, но я не уверен, всё-таки они все походили друг на друга.
Привычная дорога к рынку уже не казалось такой длинной, как в прошлый раз. Местами она полностью очищена от грязи. Я даже видел как – над дорогой завис огромный акраб, по бортам которого установлены гигантские металлические кувшины. Крышки их одновременно откинулись и на каменный тротуар обрушились потоки воды. Будто, блин, дождя мало было!
Смыв остатки грязи, вода стеклась в канавки по бокам дороги и пропала в недрах летающей тверди. Я сделал вывод, что в Дивии имелось что-то вроде ливневой канализации. Быть может, об этих подземельях упомянул папа Самирана?
По пути я увидел следы акрабокрушения. Стихия разнесла экипаж на мелкие обломки, которые устилали всю улицу. Цельной осталась только кормовая часть с кусками богатых узоров и барельефов, изображавших битву огромных орлов с буйволами.
Видать, в этой части экипажа хранилось что-то важное, ибо её охраняли сразу два стражника с эмблемами какого-то неизвестного мне рода. Несколько Слуг и Служанок собирали мелкие обломки и грузили их в большие корзины из досок, похожие на кузова грузовиков.
Сильнее всего об аварии во время шторма свидетельствовали два трупа, накрытые белой тканью с золотым изображением солнца, зашедшего за облака. По краям этих саванов шли повторяющиеся иероглифы:
ЭТОТ ЧЕЛОВЕК ОСТАНОВИЛ СВОЮ ПОСТУПЬ НА ВСЕОБЩЕМ ПУТИ
ПУСТЬ ЕГО ШАГИ ПОСЛУЖАТ ЭХОМ БУДУЩИХ БЛАГОВОЛЕНИЙ ДЛЯ ЖИВЫХ
ВО СЛАВУ ДИВИИ, ВО СЛАВУ
Поодаль стояло несколько прохожих и небесный стражник. Конечно, и я не мог пройти мимо.
Спрашивать, что случилось, не пришлось. Один зевака как раз рассказывали об этом другому.
Погибшие были двумя юношами из двух разных родов. Оба недавно закончили обучение в Доме Опыта. Один должен был отправиться в город Ач-Чи, столицу одного из Низких Царств, чтобы служить там послом Дивии. Второй оставался в городе, чтобы служить в одном из храмов Двенадцати Тысяч Создателей.
– Юноши дружили с детства, – продолжил зевака. – Поэтому разлука нанесла их душам зияющую рану. Друзья старались провести как можно больше времени друг с другом. Шторм застал их в храме, где они решили получить благоволение перед разлукой…
– Всё ясно, – заявил второй зевака. – Они не хотели застрять в храме на время шторма. Думали победить стихию, но им не хватило сил управлять акрабом в такую погоду. Молодёжь…
– Но говорят другое, – рассказчик понизил голос и посмотрел на меня. Я тут же отвёл взгляд, проявив полную незаинтересованность. – Говорят, что юноши были не просто друзья, а… любовники!
– Фу-у-у, – отозвался слушатель. – Значит, правильно считается, что столкновение со стихией смывает с города всякую грязь. Мерзкие сосунки получили по заслугам.
– Вот-вот, – подхватил рассказчик. – Создатели видят, кто запятнал себя.
– Не, – возразил слушатель. – Это не только Создатели, но и наши Правители всё видят. На то им и даровано высочайшее Моральное Право.
– Как так?
– Совет Правителей решает, что настало время направить Дивию на столкновение со стихией. И они никогда не предупреждают нас об этом.
Рассказчик махнул рукой:
– Ну, я не знаю, что творится в Совете Правителей. Лучше не говорить об этом.
– Ага.
Оставив место аварии, я направился дальше, в сторону лестницы Седьмого Кольца.
Мне открылся ещё один кусочек быта Дивии. Но картинка из этих кусочков ещё не складывалась. Лучше не спешить с выводами, а изучать летающую твердь и её жителей дальше.
✦✦✦
– И не проси, малец, – заявил продавец кристаллов боевых озарений. – Я не могу продать тебе «Удар Грома»!
– А «Удар Молнии»?
– Нет.
– А «Удар…»
– Никаких ударов, малец.
– Но почему? – спросил я. – У меня есть ровно пятнадцать золотых гр…
– Малец, даже если у тебя будут все золотые грани мира, я не продам тебе его.
– Это потому что я чёрный? – буркнул я.
– Чего?
– Ничего.
Продавец сделал вид, что со мной больше не о чём разговаривать и отвернулся.
А я всё стоял у вынесенных на улицу полок лавки. Это было невысокое здание из серого камня. На непривычно простой, одноступенчатой крыше расположились вытянутые иероглифы:
ГРАНИ ВОИНА
КРИСТАЛЛЫ. ОРУЖИЕ. ДОСПЕХИ
ЗДЕСЬ МОЖНО КУПИТЬ ДВУСИЛЬНУЮ МОЧИ-КУ ВЕЛИКОГО И НЕСРАВНЕННОГО ОРУЖЕЙНОГО МАСТЕРА БАТАЯ, КОТОРАЯ ИЗГОТОВЛЕНА ИМ САМИМ, БЕЗ УЧАСТИЯ УЧЕНИКОВ ИЛИ ПОДРУЧНЫХ
Правда, ни оружия, ни доспехов, ни загадочной «мочи-ки» несравненного мастера Батая, я не заметил, возможно, всё это продавалось в глубине лавки.
Уличные прилавки уставлены корзинками кристаллов озарений, но все мерцающего или заметного уровня. Несколько светлых. И ни одного яркого. Что странно, ведь в лавке «Мирные озарения» было много ярких кристаллов. Впрочем, со слов торговца я понял, что оборот боевых кристаллов контролировался строже, чем мирных.
Продавец недовольно покосился на меня:
– Чего тебе ещё? Сказал же – не продам.
– Почему?
– Да ты посмотри на свой Внутренний Взор. Ничего не замечаешь?
– А что я должен заметить?
– У тебя Линия Тела тоньше паутинки.
– Вы способны видеть мой Внутренний Взор? – изумился я. Даже испугался: вдруг заметит моё нестандартное количество граней?
– Я могу видеть твою Линию Тела, – снисходительно ответил продавец из «Граней Воина». – Большего мне и не надо.
– Ладно, – согласился я. – Линия Тела у меня не толстая, согласен. Но почему мне нельзя использовать озарение «Удар Грома»?
– Малец, если ты покупаешь боевые кристаллы, ты должен понимать, что «Ударом Грома» прибьёт тебя в первую очередь.
– Ясненько. Что вы можете продать для моей Линии Тела?
– Ничего.
– Клянусь Создателями, – ответил я. – У вас, наверное, дела идут так хорошо, что вам не нужны золотые грани? Вы и торгуете здесь ради развлечения, да? В этой крохотной и грязной лавке?
Продавец засопел, совсем как Хаки Энгатти.
– Пойми, малец, если я продам тебе атакующий кристалл, а ты умрёшь после его применения, то небесные стражи придут за мной. Есть закон Совета Правителей, запрещающий продавать кристаллы, не соответствующие Линии Тела молодых покупателей. Это ради тебя малец. Ради твоих родителей.
Я смиренно кивнул:
– Спасибо за заботу, уважаемый. Но раз я не могу купить атакующие кристаллы, то могу купить защитные?
– Это можно. Тебе какие?
– А какие бывают?
– Малец, ты сначала изучи озарения, а потом приходи. Здесь рынок, а не Дом Опыта.
Я не стал говорить продавцу, что именно для Дома Опыта мне и нужны эти кристаллы.
Отметив мою растерянность, продавец вздохнул:
– Малец, если ты сам не знаешь, от какого атакующего озарения ты ищешь защиту, то бери защиту сразу от всех.
– А такое есть?
– Обычно его применяют небесные стражи, чтобы смирить непокорных.
Продавец подвинул мне корзинку с тремя шариками на дне. Я занёс над ними руку, вспыхнул Внутренний Взор:
✦
КРИСТАЛЛ ЗАМЕТНОГО ОЗАРЕНИЯ «ПОДАВЛЕНИЕ СВЕТА».
ЗАТЕМНЯЕТ СВЕТ РАВНЫХ И НИЗКИХ ОЗАРЕНИЙ ВОКРУГ ТЕБЯ ИЛИ ДРУГОГО ОЗАРЁННОГО.
ТВОРЕЦ КРИСТАЛЛА: МАЛОИЗВЕСТНЫЙ МАСТЕР.
ДО ЗАТУХАНИЯ ОЗАРЕНИЯ, ЗАКЛЮЧЁННОГО В ЭТОТ КРИСТАЛЛ ОСТАЛОСЬ: ОДНО ПОДАВЛЕНИЕ.
✦
Я вспомнил, что в кристалле «Внушения Неразумным» творец значился как «неизвестный мастер». А кристаллы мамы Самирана или торговца порнухой подписаны их именами.
Внутренний Голос подсказал мне, что это связано с уровнем Морального Права творца. Самый низкий мог подписываться только как «неизвестный», повыше – «малоизвестный» и так далее, вплоть до возможности ставить своё имя на кристаллы.
– Ну, и почём?
– Сто золота, – не моргнув ответил продавец.
– И всего одно подавление? – возмутился я.
– А как ты хотел?
Я не знал, как я хотел, но чуял, что меня обманывают. Чёртовы торговцы! Есть ли на рынке хотя бы один продавец, который не попытался бы обмануть меня?
Ладно, раз у Самирана лицо наивного лоха, буду использовать это как преимущество.
– У меня только пятнадцать граней, дяденька, – плаксиво сказал я. – А защищаться надо. Завтра я пойду в Дом Опыта, а там…
– Знаю, молодые воины колотят таких как ты, – рассмеялся продавец. – Сам колотил.
– А вы небесный воин-торговец? – с ироничным уважением спросил я.
– Это не твоё дело, малец. Давай сюда своё золото.
Получив кристалл, я отправился домой. Посмотрим, что день завтрашний принесёт…
21. Сильный учитель и слабый ученик
Дом Опыта располагался в центре просторной овальной площади в Четвёртом Кольце.
Это было большое, как всегда, избыточно украшенное иероглифами и статуями, здание. На одних его ярусах виднелись крыши обширных беседок, с других свешивались кроны мощных деревьев, за которыми следило ведомство папы Самирана.
Если обмерять привычными мне категориями, то Дом Опыта высотой этажей в семь. Но дивианцы не измеряли строения этажами, так как уровни в них варьировались в пределах стен, как во дворце Карехи. Один этаж мог занимать половину высоты здания, а рядом с ним – несколько этажей поменьше.
Акраб «Полезный в делах», ведомый папой Самирана, завис возле Дома Опыта. Место для приземления плотно забито другими акрабами, как автомобилями на стоянке у супермаркета.
Наконец один из акрабов взлетел. К освободившемуся месту ринулось несколько экипажей, включая наш.
Я и мама схватились за скамейки, чтобы не упасть.
– Да чтобы вы всю жизнь грязь жрали! – выругался папа Самирана, когда чей-то ослепительно белый акраб, похожий на катер миллионера, нагло опустился перед нами и занял свободное место.
– Пап, – сказал я. – Приземлись просто на площадь, я ногами дойду.
– Я тоже учился в Доме Опыта, – ответил Похар. – Важно показать будущим товарищам и соперникам, что ты прилетел, как настоящий Те-Танга, а не бедняк.
Мама Самирана, которая сидела на лавке рядом с мужем, тут же отозвалась:
– Если бы мужчины рода Те-Танга чаще ходили пешком, не были бы такими толстыми.
Мы облетели несколько площадок, прежде чем нашли свободное место. Подрезав чей-то скромный деревянный акраб, украшенный одним сиротливым деревянным узором в виде облачка, папа Самирана лихо опустил «Полезного в делах» на площадку.
Оба родителя вышли из экипажа, чтобы проводить меня. Оба стояли и ждали, когда один из них уйдёт. Каждый хотел сказать мне что-то секретное.
Поодаль приземлился тот скромный деревянный экипаж, который подрезал папа Самирана. Деревянная дверь, похожая на ворота сарая, с грохотом откинулась, удерживаемая кожаными верёвками. По двери сошла Сана Нугвари, одетая ещё более нарядно и богато, чем при встрече со мной. Левый рукав её длинной туники закатан повыше, показывая всем дорогой браслет на запястье. Тот самый, который я подарил её за то, что она показала сиськи.
Девушка уважительно поклонилась моим родителям и полностью проигнорировала меня. Потом поклонилась кому-то внутри акраба, поправила на плече лямку кожаной сумки и направилась к входной арке Дома Опыта.
Похар Те-Танга сказал:
– Сын, тебе пора войти в Дом Опыта. Ты знаешь, что там делать, чтобы твой шаг на Всеобщем Пути был твёрдым и уверенным.
Потрепав меня по голове, Похар Те-Танга вернулся в акраб. Мама Самирана тут же нагнулась ко мне и зашептала:
– В первый день Дома Опыта многие ученики усваивают наследованное озарение. А те, кто ещё не принял фамилии рода, усваивают и её. Ты должен стать Саран прямо сегодня, чтобы показать нашему сословию, особенно роду Ронгоа, твоё решительное согласие на выполнение условий вступления в сословие.
Я отделался молчаливым кивком.
Все эти дни я обманывал Мадхури, обещая, что обязательно приму её род. Хотя сам твёрдо решил стать Те-Танга.
Мама обняла меня, прошептав: «Запомни, мерзкий демон, я обнимаю не тебя, а тело моего сына».
Я повесил на плечо сумку, в которой лежал кувшинчик с водой, коробочка жаренных листьев, шкатулка с пятёркой золотых граней и шкатулка с кристаллами озарений. И поскорее устремился за Саной Нугвари, которая уже прошла в арку Дома Опыта.
– Привет, – крикнул я, нагоняя девушку.
Но она отвернулась и ускорила шаг. Наверное, не узнала меня.
Когда я пересёк арку мой Внутренний Голос вдруг произнёс:
«Ты вступил в пределы Дома Опыта, да будет твой Путь как можно дольше тянуться во славу Дивии».
Позабыв о девушке, я остановился.
– Голос, я же отключил тебя?
«Ни один ученик не может заставить умолкнуть Внутренний Голос, пока он находится в пределах Дома Опыта».
– Почему?
«Чтобы Голос всю жизнь напоминал тебе знания, которые ты усвоишь в Доме Опыта».
– Ясненько.
Не без трепета в сердце я прошёл далее и оказался в светлом коридоре, выложенном из белого камня. Коридор закруглялся, как тоннель метрополитена.
«Что же, пора узнать, какой опыт ждёт меня в этом доме», – подумал я.
✦✦✦
Дом Опыта чем-то напомнил Прямой Путь: снаружи богато украшен статуями, растениями и узорами в виде растений, но внутри – минимализм. Чистые стены без единого прямого угла прерывались высокими арками, которые вели на лестницы других уровней. Некоторые арки закрыты каменными плитами. Из открытых арок выходили ученики и вливались в общий поток.
Людей в коридоре оказалось не слишком много. Все – молодёжь моего возраста. Все одеты разнообразно, даже пёстро. Особенно девушки. Все они шли в одном направлении. Мой Внутренний Голос тоже подсказал:
«Иди прямо и до конца».
Среди тинейджеров заметил несколько мускулистых парней и девушек в очень коротких туниках. Они выделялись из толпы своим ростом и размером тела. Шли они уверенно, не уступали дороги и отталкивали с пути тщедушных учеников.
Я решил, что это те хулиганы, о которых предупредил Хаки. Я судорожно запустил руку в сумку, готовый вытащить кристалл «Подавление Света».
Но Голос подсказал, что они – такие же новички в Доме Опыта, как и я. Просто они, как Хаки Энгатти, усвоили наследованные озарения. Ну и, само собой, не пропускали уроки телесного здоровья, где прокачали Линию Тела до такого состояния, когда стали казаться старше всех.
Сначала я пытался догнать Сану Нугвари, но девушка прошипела: «Отстань от меня, а?» – и убежала вперёд.
Коридор закончился аркой, над которой нависали иероглифы из белого мрамора:
ЗАЛ СЛОВ И СОБЫТИЙ
За аркой открылась огромная зала с высоким круглым потолком, выложенным голубыми плитами. Стены пестрели от столбов и арок, в которые свободно влетали клочья облаков. Облака проносились под голубым куполом, как по небосводу. В своде купола висел титанических размеров шар. Его золотая поверхность светилась изнутри, отбрасывая на купол и облака яркие отблески. Вокруг золотого шара, изображавшего, как я понял, Солнце, расположились вытянутые треугольники, похожие на лучи.
Всё это было таким грандиозным, что я замер от испуга. Зал слов и событий был полон света, пространства и воздуха, но мне показалось, что массивный шар Солнца вот-вот обрушится на меня и раздавит.
И тут я действительно рухнул. Сначала мою правую пятку пронзила боль, даже хрустнула кость, а в спину ударило что-то тяжёлое, словно таран в ворота осаждённого замка.
– Смотри куда идёшь, – раздался зычный голос и таран снова ударил, на этот раз в плечо, отшвыривая с пути.
Потирая раздавленную пятку, я отполз в сторону. Мимо меня величаво прошла девушка двухметрового роста. Под очень короткой туникой перекатывались бугры мышц, особенно выделялись – ягодичные. Ткань туники скрипела при каждом движении, словно ещё немного и она лопнет под напором плоти этой монструозной девушки.
Остальные ученики поспешно разбежались перед её поступью.
Силачка напомнила мне Сьюзан из «Времени приключений», только ещё более сильная.
Господи, кто в здравом уме будет настолько раскачивать Линию Тела? И что если хулиганы из военного сословия, о которых предупредил Хаки, все окажутся такими?
Не будет преувеличением сказать, что от страха мои яйца ужались до размеров кристалла озарения.
Поднявшись, я огляделся. Нижнюю часть зала слов и событий занимали ступеньки амфитеатра, полукругом сходившиеся к круглой площадке, расположенной прямо под шаром золотого Солнца. На площадке установлено три простых деревянных лектуса, больше похожих на нары, накрытые потёртыми коврами и тощими смятыми подушками.
Возле лектусов стоял Гуро Каалман, старичок, который доставил мне приглашение в Дом Опыта. Свесив седую голову, смотрел себе под ноги. Создавалось впечатление, что он с трудом понимал, где он и на чьи ноги смотрит.
По его левую руку стояла немолодая женщина, чьё серое рубище из мешковины украшено разноцветными ленточками. Седые волосы покрыты платком из белой материи, что придавало ей сходство с католической монашкой.
По правую руку от Гуро Каалмана стоял относительно молодой учитель, можно сказать моего возраста, того возраста, когда я был в своём теле. Одет «молодой» в такое же рубище из мешковины. На груди деревянный круг с двумя металлическими иероглифами: «ПРОШЛОЕ И СЕЙЧАС».
Он приветливо оглядывал учеников и кивал:
– Располагайтесь, располагайтесь. Рады видеть вас в Доме Опыта.
Ученики садились на постаменты, застеленные потёртыми матрасами. Мускулистые здоровяки не сели, а остались стоять, сложив руки на груди.
В зале собралось примерно триста-четыреста учеников. Среди них два-три десятка огромных качков, остальные – нормальные подростки.
Я сел на матрас.
– А вот и ты, – хлопнул меня по плечу Хаки Энгатти.
Перепрыгнув постамент, сел рядом. Одет он в ту нарядную тунику, которой хотел соблазнить Виви Карехи. Шнуровка сандалий с иероглифами «СВИРЕПЫЙ» и «БЕЗЖАЛОСТНЫЙ» тоже на месте.
Хаки тут же восторженно зашептал мне, показывая пальцем:
– Ты видел Вишала из рода Кохуру?
Я посмотрел на мощную квадратную спину парня, сидевшего в нескольких рядах впереди нас.
– Я видел девушку не меньше него, – ответил я. – Едва не раздавила меня.
– Ай, то девчонка из рода Патунга, – отмахнулся Хаки. – Она не сравнится с Вишалом.
С помощью Внутреннего Голоса я вспомнил, что Кохуру и Патунга – два военных рода, которые занимали места в Совете Правителей. Они считались врагами, но открыто друг другу не противостояли, так как были одинаково сильны. Поэтому соревновались исключительно во внешних проявлениях: у кого больше воинов, больше денег и больше побед.
– Какой он… хороший, – выдохнул Хаки.
– Друг, меня пугает, что ты с таким восторгом любуешься мускулистым парнем.
Но Хаки не обратил на насмешку внимания. Или не понял её.
– Вот такая Линия Тела будет у меня, – завил он. – Путь настоящего воина лежит только через неё.
– Серьёзно? Без уродования своего тела нельзя получить боевые озарения?
– Можно. Но без мощной Линии Тела ты станешь трусливым метателем молний, который прячется от прямого столкновения с врагом. Или того хуже – метателем копья. Нет, настоящий воин бьёт врага голыми руками. Ну, или мочи-кой, на крайний случай.
Я насмешливо окинул взглядом фигуру Хаки. Он был намного крепче и больше меня, но и ему далеко до тех башен скрученного в мышцы мяса, какими были в его представлении «настоящие воины».
На этот раз Хаки уловил насмешку:
– Да, я из бедной семьи. У меня не было, нет и не будет родовой поддержки, благодаря которой Вишал с самого детства растил свою Линию Тела. Обычными упражнениями такого не достичь. Но Дом Опыта уравнивает всех в начале Пути Двенадцати Тысяч Граней. У меня есть время догнать Вишала.
Я не стал спорить, хотя мне казалось, что если Вишал и остальные качки получили преимущество на старте, то догнать их невозможно.
✦✦✦
– Обратите на нас ваши взоры, юноши и девы, – сказал молодой учитель.
Его голос свободно разносился по залу, не отражаясь эхом от стен. При этом его не уносил ветер.
Гомон, смешки и шарканье ног затихли.
Молодой учитель раскрыл было рот, чтобы продолжить, но тут встрепенулся Гуро Каалман. Старческим, скрипучим голосом заявил:
– Занимайте места, скоро мы начнём обедать.
Молодой учитель заботливо положил руку на плечо старичку и пробормотал:
– Самый старший, мы не на обеде.
– Тогда зачем все они собрались? – удивился старичок и поднял наконец голову. Обведя взором зал, зашевелили густыми седыми бровями: – Сколько много людей. Где взять столько еды для них? Кто они?
– Новые ученики, – негромко и смущённо подсказала седая женщина.
– А ты, девочка, кто? – осведомился Гуро Каалман. – Мы знакомы?
Седая женщина вздохнула. Заботливо взяла старичка под руки, отвела к лектусу и усадила.
В зале раздались смешки.
– Старикашка выжил из ума, – крикнул кто-то тонким голосом