![](/files/books/160/oblozhka-knigi-put-samirana-si-386335.jpg)
Текст книги "Путь Самирана (СИ)"
Автор книги: Максим Лагно
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 20 страниц)
29. Вихрь тайны и островок времени
– Вы уверены, что меня бросили в тело Самирана именно для спасения Дивии?
– Никто не может быть уверенным в той воле, которую даже называют всякий раз по разному.
– Но почему Дивия грохнется? От кого я должен её спасти? И когда? И как? И почему, блин, я?
– Это всё покрыто вихрем тайны, юноша. Ведь время – это хаотический вихрь, в котором только воля создаёт островки спокойствия.
– Ясненько. А по делу есть что сказать?
Танэ Пахау кивнул:
– Раз время – это вихрь, то можно предположить, что ты попал на один из островков, который связал славную Дивию и твой грязный мир через вихрь времени.
– Да? – растерянно спросил я.
А старик, не отрывая взгляда от пламени фонаря, уверенно закивал:
– Да, да, да. Так всё и было. Твою личность призвали на Дивию не за твои заслуги, а только из-за того, что больше некого призвать. Ведь даже мне ясно, что ты никчёмный и слабовольный низкий дикарь. Ты, грязь, не способен спасти даже себя.
– Зачем вы обзываетесь.
А Танэ Пахау поднялся с лектуса и воздел руки:
– О, сила Движения Луны, неужели наш вечный город обречён на падение? Ибо сей самодовольный дурак не способен понять даже своего предназначения?
– Да чего вы опять обзываетесь?
– И ему вы дали больше граней, чем всем живым, уже мёртвым и ещё не родившимся? Неужели в хаосе времени даже всемирная воля дрожит и разрушается?
Стенания Танэ Пахау разносились эхом по тёмным сводам храма, многократно усиливались и возвращались в виде совершенно неразборчивого грохота.
– Хватить причитать, – попросил я. – Если уж меня призвали остановить падение, то я попробую. Хотя ничего не обещаю.
– Какой тяжкий груз для моих высохших рук, – продолжал стенать Танэ Пахау. – Неужели моё предназначение – стать провозвестником конца летающей тверди?
Я был готов сбежать из храма. Слишком неприятна истерика Танэ Пахау. Кроме того, я достаточно долго пробыл тут. Возможно, воры ушли. Возможно, прошмыгну мимо них в темноте.
– Я же сказал, что согласен спасти ваш город. Для начала надо самому спастись от этих бандитов.
С проворством психа, старик подскочил ко мне и схватил за руку:
– Именно так… Именно так!
– Да что ещё? – я попробовал выкрутиться из цепких пальцев.
– Ты должен получить благоволение! Для этого ты здесь. Для этого я здесь! Все эти долгие годы одиночества я ждал тебя, сам не зная этого. Вот моё предназначение!
– Спасибо, что дождались. Но мне пора домой.
– Не-е-ет! – провизжал старец. – Сначала ты получишь благоволение силы Движения Луны.
– Да хоть Лунной Призмы, – согласился я. – Только хватит царапать меня.
Не выпуская моей руки из пальцев, Танэ Пахау потащил меня из комнаты. Свободной рукой старец размахивал, будто отгонял комаров. После каждого взмаха в стенах и арках храма вспыхивали огромные светильники, заливая пространство храма ярким, синеватым, «лунным» светом.
Задрав голову, я посмотрел на круглый свод храма. Он выложен чёрной плиткой, на которой светились разнообразные фазы Луны: четверть, полнолуние, убывающая и прочее. Высветились и другие планеты. Я узнал красноватый Марс, огромный Юпитер и окольцованный Сатурн.
Храм Движения Луны мне понравился больше Двенадцати Тысяч Создателей. Напоминал планетарий.
– Время – хаотический вихрь, – пробормотал Танэ Пахау. – А Дивия – островок среди него.
Чтобы отвлечь старца от истеричных мыслей, я спросил:
– Если в Храме Движения Луны есть всё то же, что в храмах Двенадцати Тысяч Создателей, то почему вас перестали посещать верующие?
Старик недовольно ответил:
– Много поколений никто не сомневался в силе Движения Луны. Каждый получал заслуженное. Но потом… Потом наказания стали приходить чаще, чем благоволения. Так угасла Луна и расцвела новая сила – Двенадцати Тысяч Создателей.
– Почему?
– Я не знаю. Никто не знает истинных Путей, по которым осуществляется воля. Вон, кто бы мог подумать, что возможно переселение душ? Мы-то всегда считали, что таких людей охватило демоническое умопомешательство, а на деле вот оно как… То были души людей из иных миров.
– Я из того же мира, что и вы, – поправил я. – Просто из другого времени.
– А для неведомой воли всё едино, – отозвался Танэ Пахау. – Ведь время – это хаотический вихрь, в котором только воля способна найти островки спокойствия.
Его голос снова приобрёл нотки истеричности, поэтому я поспешно прервал:
– Тогда зачем мне получать благоволение в вашем храме? Ведь он сломался? И вместо даров раздаёт наказания.
– Молчи, дурак! Мне теперь всё видно, как ясной лунной ночью.
– Э-э-э… ну, ладно… Раз уж вам видно как ночью…
– Воля едина и независима от наших попыток растолковать её друг другу. Воля проведёт тебя своим Путём.
Мы остановились в центре главного храмового зала. Сверху свисал каменный макет Луны, намного больший, чем тот, что пылился в комнате с лектусами. Впрочем, северный полюс спутника Земли тоже покрыт слоем пыли, из-под которой пробивался слабый серебристый свет.
Пол храма оказался выложенным такой же глубоко чёрной плиткой, на которой не видно ни теней, ни отражений, отчего казалось, что я и старец стояли в космической пустоте.
Пол задрожал, из него выдвинулась Скрижаль Выбора. В отличие от тех, что я видел в храме Двенадцати Тысяч Создателей или в Доме Опыта, эта была обрамлена пышной рамой на которой вырезана всё та же Луна в разных фазах и планеты Солнечной Системы.
Старик подтолкнул меня к скрижали, но я заупирался:
– Вы из сословия Помогающих Создателям?
– Нет. Я из сословия Смотрящих на Звёзды. Его давно не существует, но… это то же самое, что Помогающие Создателям.
– Значит, у вас есть озарение, которое предсказывает исход благоволения?
– «Толкование Равновесия»? Конечно, есть. Как и «Чтение Путей» и остальные озарения служителей храмов. Их сочетание и помогло мне проникнуть в глубину твоего Внутреннего Взора и увидеть невероятно число граней.
– И что вы ещё видите? Какова вероятность для меня получить благоволение, а не пинок под зад?
– Всё будет хорошо, – уклончиво ответил Танэ Пахау. – Я оставлю тебя наедине с силой Движения Луны.
– Вы хотели сказать – наедине с Создателями?
Старик махнул рукой:
– Я уже сам не знаю, как всё это называть. Встреча с тобой превратила в пыль все мои представления о мире.
– Подождите. Что мне делать? Как получать благоволение?
– Просто получи.
Старик отбежал к выходу из зала. Его чёрный халат слился с чёрными стенами.
– Хотя бы скажите – это больно или нет? – крикнул я.
Ответом мне стал отдалённый грохот запираемых ворот.
Отчего-то вспомнил слова учителя Гиан Атти, который цитировал древнего мудреца. Как там было… Все ходят по кругу? Вот и я пришёл туда, с чего всё началось для Самирана – к получению благоволения.
«Самый быстрый способ пройти Путь Двенадцати Тысяч Граней, это остаться на месте. Ведь все идущие возвращаются к началу», – напомнил мне Внутренний Голос.
– Наконец-то ты соизволил поговорить! Что мне делать? Как получить…
«Ты находишься в месте, в котором можно получить благоволение, – торжественно прервал меня Голос. – Желаешь ли ты этого?»
Я хотел ответить, что пока не узнаю, что меня ждёт, не очень-то желаю, но переборол этот трусливый порыв и ответил:
– Да.
✦✦✦
После моего согласия чёрные стены храма задрожали и покрылись сетью ровных треугольников, которые быстро измельчали и растаяли, втянув в себя и храм и макеты планет и вообще всё вокруг. Треугольники окружили меня плотной стеной, приняв вид чёрных стеклянистых граней.
Потеряв ощущение опоры под ногами, я испугался, что упаду, хотя падать было некуда. И некому. Я не увидел ни своих рук, ни ног, ни вообще своего тела. Я превратился в островок пустоты, окружённый вихрем из граней.
Через равные промежутки времени то одна грань, то другая вырывалась из общей массы и пролетала сквозь островок пустоты, которым был я.
Каждый пролёт грани сквозь мою пустоту вызывал вспышку и свечение Внутреннего Взора. Хотя странно так теперь его называть, ибо светил он не внутри меня, а сам по себе. Вспышка длилась доли секунды. Потом вся стена граней перестраивалась и пролёты граней сквозь мою пустоту продолжались.
Автоматизм этих пролётов и вспышек навевал сравнение с непонятным конвейером, производящим неизвестно что.
Сложно сказать, сколько это длилось. По ощущениям – не очень долго. В какой-то момент стена граней начала рассеиваться, знакомые стены Храма Движения Луны и макеты планет проступили сквозь треугольники.
Я снова почуял опору под ногами и увидел свои руки. На правой светился Внутренний Взор. Правда, зрение у меня двоилось и дрожало, будто я стоял под струёй воды. В глазах щипало и кололо, пришлось закрыть. Стало легче.
Гаркнул Внутренний Голос:
«Ты получил благоволение! Ты одарён значительным и вечным увеличением Морального Права. Ты одарён хорошим и вечным утолщением Линии Духа. Ты одарён временным и ярким озарением «Наведение Сна». Ты одарён тремя кристаллами яркого озарения «Закалка Тела». Твоё знание озарения «Живая Молния» стало светлым и достигло предела для наследованного озарения».
Я открыл глаза. Передо мной всё ещё мельтешили серые пятнышки, похожие на отблески граней.
Как и в тот раз, когда я очнулся в теле Самирана, недалеко от меня висели в воздухе кристаллы. Я протянул к ним руку и убедился, что это – обещанная «Закалка Тела».
Поначалу кристаллы казались нереальными, словно сотканными из «Игры Света», но, когда я прикоснулся к ним, приобрели плотность. Один упал мне в ладонь, два других – на пол. Стук их падения был лёгким, но звонким, как шарики от пинг-понга.
Я уже отметил, что кристаллы отличались по весу. Чем мощнее – тем тяжелее.
Я подобрал остальные кристаллы «Закалки Тела» и хотел спрятать в шкатулку на поясе. Вспомнил, что Раккир отобрал все мои шкатулки.
Зажал кристаллы в кулаке:
– Теперь хотя бы не буду мёрзнуть, как собака.
Внутренний Взор всё ещё светился вокруг моей руки. Явственно видно, что линия Морального Права стала толще остальных. А Линия Духа – толще Линии Тела.
Но были и другие изменения в интерфейсе.
Во-первых появился сдвоенный иероглиф:
НАВЕДЕНИЕ СНА
ЗАТУХАНИЕ
Оба ярко светились.
– Голос, я правильно понял, что обзавёлся ярким озарением, усвоение которого не стоило мне ни граней, ни кристаллов, ни усилий по заучиванию узора?
«Напоминаю. Ты получил благоволение. Ты одарён…»
– Как долго будет работать «Наведение Сна»?
«Это зависит от состояния твоих Линий Тела и Духа».
– Хотя бы примерно?
«Учитывая твоё усталость и общую слабость Тела, можно предположить, что озарение затухнет через непродолжительное время».
– Да что ты всё увиливаешь, как проворовавшийся чиновник? Сколько часов или дней?
«Между нами непонимание».
– Почему?
«Не могу напомнить тебе это».
Ясненько. Я сам должен узнать способ расчёта длительности работы временного озарения. Если он вообще существовал.
Я перешёл к изучению других даров Создателей.
Возле ладони появилось изображение узора озарения «Живая Молния», которое я ради пробы начал усваивать в Доме Опыта. Выглядело оно как чёткий рисунок тех узоров, что были на Скрижали.
Как бы почуяв моё внимание, кружок разделился на пять кружочков с разными узорами.
– Голос. Это что же получается? Я усвоил наследованное озарение «Живая Молния»?
«Да. Благоволение повысило его до светлой ступени».
– Но почему нарисовано пять узоров?
«Не могу напомнить тебе это».
До меня донёсся грохот открываемых дверей, и в зал вошёл Танэ Пахау. Правда, я узнал его лишь по тяжёлому чёрному халату: длиной белой бороды и шапки-цилиндра больше не было. Даже походка изменилась – стала менее старческой. Длинные белые волосы тоже сбрил: лысина с пучками седой щетины блестела под светом макетов Луны и планет.
– Вы… подстриглись? Нашли время для груминга. Хотя, стали немного моложе.
Танэ Пахау поклонился:
– Встреча с тобой, Самиран Саран, изменила моё предназначение. Отныне я не буду служить в храме Силы Луны, ибо нет такой силы и никогда не было.
– Так. И что вы будете делать?
– Я буду служить тебе.
– Та-а-а-к… Но почему?
– Ясно как лунной ночью, что я должен помочь тебе предотвратить падение летающей тверди.
Я ещё не отошёл от первого в моей жизни благоволения. Теперь ещё и этот дед собрался стать моим соратником? И что мне с ним делать? Куда его девать?
– Не бойся, юноша, я не буду обременять тебя моим присутствием, – догадался старец. – Но знай, что ты можешь распоряжаться моим временем, озарениями и всей моей оставшейся жизнью. Но только в деле спасения Дивии. В остальном – я тебе не помощник.
Я повеселел. Так-то лучше. Всё-таки дедуля прожил сто лет в Дивии, он – кладезь знаний. Хотя все его знания и считались устаревшими, вместе с Силой Луны.
– Тогда подскажите мне, почему полученное в дар озарение «Живая Молния» выглядит как пять разных узоров?
Старец удивился вопросу.
– Вас вообще ничему в Доме Опыта больше не учат? – сварливо спросил он.
– Да я там всего два дня учусь.
– В мои времена мы с младенчества знали, как устроены озарения и Внутренний Взор. Мы уже после первого дня учёбы шли на войну с низкими.
– Хорошие были времена, – согласился я. – Но всё же?
– Пять узоров равны пяти слоям общего узора озарения, – пояснил Танэ Пахау. – Ведь не всегда нужно использовать самую сильную ступень озарения, не так ли?
– Наверно…
– Так вот, чтобы уберечь Линии Тела или Духа от ненужного расходования, ты волен выбрать, какую ступень озарения ты применишь: незаметную, тусклую, мерцающую и так далее.
С помощью старца я наконец разобрался. Все озарения состояли из шести слоёв узоров – от тусклого до яркого. Первый слой соответствовал «незаметному» уровню. Если добавить к нему второй узор – озарение становилось «тусклым». После третьего – «мерцающим». И так до предела, до которого ты усвоил это озарение.
Правда, Танэ Пахау не знал, что делает «Живая Молния». А Внутренний Голос, как обычно, ответил:
«Не могу напомнить тебе это».
Я же знал только, что это – целительское озарение, раз унаследовано от мамы Самирана. Под руководством моего нового соратника, я научился накладывать его узоры друг на друга, усиливая озарение до предельного – светлого – уровня. Но применить так и не решился: очень уж странным казалось исцеление с помощью молнии.
Всё это порядком вымотало меня. Я даже увидел, как моя и без того тонкая Линии Тела побледнела и время от времени судорожно вздрагивала. Очень хотелось есть. Хотелось домой. Тем более, что он был рядом, через улицу.
Танэ Пахау снова проявил чуткость:
– У меня есть немного еды.
– Мясо? – в надежде спросил я.
– Мяса я давно не едал, – печально ответил старец.
– Как же я вас понимаю.
✦✦✦
Ужинали мы варёными листьями и ветками какого-то растения под названием «ман-га». Вкус их был до того гадкий, что кухня мамы Самирана показалась мне пищей богов.
Танэ Пахау привычно жевал ветки, запивая водой из черпака. Я же, скривившись, давился растительной пищей, как хомяк.
Заметив кристаллы в моей руке, старец снял со своего пояса одну шкатулку и отдал мне:
– Она всё равно пустая.
– Как вы думаете, – спросил я, прицепляя держатель шкатулки к поясу, – бандиты уже ушли?
– Не ушли. Ждут. Я проверял.
– А почему они ещё не ворвались в храм?
– В Движение Луны никто не верит, но этот храм ещё существует. Нападение на святые стены всё ещё преступление.
Танэ Пахау рассказал, что хотя звёздной навигацией давно не пользуются, но по какой-то причине Совет Правителей сохраняет землю за храмом. При этом род Хатт постоянно выносит на голосование Совета предложение уничтожить храм, а освободившуюся землю продать с торгов.
– Но я не могу вечно сидеть в этих святых стенах.
– Я тоже не могу, – согласился старец. – Я сложил свои обязанности служителя храма. Вот мы сейчас доедим ман-гу и выйдем отсюда.
– И вы победите воров граней? – с надеждой спросил я.
– Нет. Их слишком много.
– Но ведь вы их уже победили один раз?
– Они неверно оценили мою старость и немощность. Второй раз они такой ошибки не допустят. Они наверняка уже использовали защиту против «Порыва Ветра».
– Но как мы сбежим из храма? Нет ли у вас кристаллов с крыльями?
– Нет.
– Акраб?
– Мальчик, последний человек посетил этот храм два поколения назад. И он ушёл отсюда недовольный, не заплатив ни грани. У меня нет золота, чтобы купить мяса. Откуда в заброшенном храме взяться акрабу?
– А оружие?
Старец покрутил головой, оглядывая чёрные стены:
– Где-то было копьё, даже два. Но я не умею им пользоваться.
– Вы же хвастались, что бились с низкими.
– И отважно бился! – ударил себя в грудь старик. – Но я бился не оружием, а озарениями.
– Но, быть может, в подвале Храма Движения Луны есть потайной ход?
– Какой ещё потайной ход и куда? Кому вообще взбредёт в голову строить потайной ход из храма?
– Ясненько.
Старик проглотил очередную ветку, обтёр мокрые руки о халат и сказал:
– Послушай меня, Самиран Саран. Ты не должен бояться. Твоё благоволение…
– Постойте! Как вы меня назвали?
– Самиран.
– Самиран Саран? Не сын Похара Те-Танга и Мадхури Саран?
– Ну да. Моё «Чтение Путей» показывает имя твоего рода. Ты принял наследованное озарение рода Саран.
Я раздражённо рванул зубами стопку варёных листьев:
– Ничего я не принимал. Оно само принялось во время благоволения.
– Значит, таков свет, которым Сила Луны устлала твой Путь.
Но я был недоволен тем, что неведомая воля выбрал род за меня. Пусть это и выглядело технической накладкой. Теперь папа Самирана обидится. А я рассчитывал на его дружбу и связи.
Старик продолжил:
– Ты не должен бояться испытаний. Битва с ворами граней – лишь первая из двенадцати тысяч битв под будущей Луной. Чтобы спасти летающую твердь ты должен исторгнуть и своего сердца все страхи.
– Легко вам говорить. У вас вон какой мощный «Порыв Ветра».
– У каждого своя тень под Луной.
– Если Создатели призвали меня для спасения Дивии, то почему не одарили меня всеми яркими боевыми озарениями? Этак мне было бы легче спасать себя, пока я спасаю летающий город.
– Самиран Саран, ни один человек в мире не выдержит много ярких озарений. А ты – тем более.
– Что это значит? – я выплюнул ветку, которую пытался прожевать всё это время.
– Твои Линии слишком тонки даже для одного яркого озарения.
– Вы хотите сказать, что я не смогу использовать все шесть узоров «Наведения Сна»?
– Сможешь. Но потом – умрёшь, истончив Линию Тела. Поэтому твоё благоволение содержало лишь то, что ты сможешь выдержать.
– Тогда почему они сильнее всего повысили моё Моральное Право? Почему не усилили Линию Тела до предела?
– Потому что для усиления Линии Тела нужно много самого тела. А ты на себя посмотри. Руки и ноги тоньше, чем побеги ман-ги, которые мы едим. Чего тут усиливать?
– Это верно, – вздохнул я. – Но почему бы не подарить мне «Крылья Ветра»? Я бы просто улетел от врагов.
– Ты умеешь летать на «Крыльях Ветра»?
– Нет, – признался я.
– Тогда зачем ты подвергаешь сомнению благоволение? Подарить неопытному мальчику столь опасное озарение – это всё равно что убить его.
– Ладно, не буду подвергать сомнению логику благоволений. Если в них вообще есть логика.
– Кроме того, Самиран, даже если бы у тебя и были «Крылья Ветра», то почему ты уверен, что улетел бы от врагов? Они – опытные бойцы, подрезали бы твои крылья ещё до взлёта.
Я понял, что больше не могу жрать ветки. Даже если это какие-то «побеги ман-ги». Отставив коробочку, сказал:
– Тогда хватит сидеть тут, как загнанные крысы. Пора принять бой.
Старик с готовностью поднялся с лектуса и начал собирать какие-то свёртки в большую и квадратную, как у доставщика, корзину. Привязал к краям корзины верёвку и перекинул через плечо. Окинул прощальным взором чёрные стены Храма Движения Луны:
– Всю жизнь я провёл под светом Луны, и только в конце жизни узнал, что свет её изливался вовсе не для освещения моего Пути, а лишь для указания тебе пути сюда.
Мы пересекли главный зал храма. Старик махал руками, гася все светильники и планеты.
30. Грабёж средь светлой ночи и расплата за ущерб
Мы остановились напротив бревенчатых ворот выхода из храма.
Я раскрыл шкатулку на поясе и достал кристалл озарения «Закалка Тела». Танэ Пахау рассказал, что оно защитит моё тело от таких распространённых воздействий, как огонь или холод, так же то ослабит или уничтожит воздействие светом, громом, отравой и молниями.
Старец предупредил:
– Но от удара копьём, кулаком или мочи-кой оно не спасёт. Помни об этом.
Я вызвал Внутренний Взор. Озарение «Наведение Сна» было таким же ярким, как и раньше, а иероглиф «Затухание» слегка потускнел.
Так как старец видел не только моё имя, но и весь мой Внутренний Взор, включая грани, то он подсказал:
– Смотри, твоя Линия Духа окрепла после благоволения, но всё ещё тонка и хрупка.
– Ну и?
– Ты не можешь использовать и «Наведение Сна» и «Закалку Тела» в равной степени. Тебе надо выбрать, на что ты потратишь большую часть Духа.
Я задумался. Танэ Пахау уверял, что на светлой ступени «Наведение Сна» способно погрузить в сон неподготовленных к нему противников. Даже тех, у кого «безмерно толстая линия Морального Права». Просто они будут спать недолго. Или же погрузятся в лёгкую дрёму, которая замедлит их.
Радиус действия «Наведения Сна» зависел от моей Линии Тела. В моём случае – не слишком далеко.
– Я тебе помогу, – пообещал старец. – Обещаю, что все враги попадут под твою смелую атаку сном. Главное, постарайся не задеть меня.
– А бывают озарения против «Наведения Сна»?
Танэ Пахау кивнул:
– Да. У того, которого зовут Илиин, есть кристалл мерцающего озарения «Ясность Мышления», которое может защитить его от «Наведения Сна», «Смятения Духа» и других озарений, затуманивающих ум. У того, которого зовут Раккир, в сумке лежит несколько шкатулок озарённого мяса бодрости. Оно способно прогнать надолго любой сон.
– Вы способны видеть содержимое их сумок? – удивился я.
– Яркое «Чтение Путей» позволяет смотреть не только на имя человека или в его Внутренний Взор, но показывает озарённые предметы вокруг меня.
Я замялся:
– Как же быть? Что если мой сон не подействует на них?
– Если мы нападём внезапно, то Раккир не успеет съесть мясо. А Илиин не успеет использовать кристалл. Этих двоих нужно будет усыпить первыми.
– Тогда, погнали, дедушка, – сказал я и спрятал кристалл «Закалки Тела» обратно в шкатулку.
Я решил использовать всю свою Линию Духа для «Наведения Сна». Буду нападать, а не защищаться.
Благодаря «Чтению Путей», Танэ Пахау знал, где расположились те противники, у кого были озарения, и те, кто просто носил кристаллы в шкатулках. Но среди окруживших храм бандитов могли быть и те, кто не имели ни граней, ни кристаллов, ни озарённой еды. Они оставались невидимыми для «Чтения Путей», поэтому могли атаковать нас с неожиданного направления.
Танэ Пахау положил руки на железный засов калитки в воротах. А я вызвал Внутренний Взор. Иероглиф «Наведение Сна» услужливо раздвинулся на шесть кружочков с узорами.
– Используй только заметную ступень озарения, – напомнил старец. – Иначе ты не выдержишь.
Первые три узора легли и соединились легко. Четвёртый доставил некоторые мучения, похожие на те, какие я испытал в Доме Опыта, когда усваивал узоры. Снова возникла лёгкая тошнота. Хотя я и не был уверен, что её причина узоры, а не мерзкие побеги ман-ги, которыми набит мой живот.
Сложение четырёх узоров заняло у меня половину минуты. Будь я в иных условиях, в пылу битвы, то меня давно убили бы.
Я припомнил, что Хаки Энгатти довольно быстро использовал свой «Удар Грома». Всё из-за прокачанной Линии Тела. Быстрота применения озарений – отличие мастера. Как пояснил Танэ Пахау, эту скорость можно только натренировать.
Складывая узоры, заметил, что Линия Духа истощалась с каждым узором. В итоге стала меньше, чем была до благоволения! Я же сомневался, достаточно ли заметной ступени, чтобы усыпить всех врагов?
Сдерживая подступающую рвоту, я напрягся и добавил в «стопку» ещё один узор. На это ушло ещё полминуты, а Линия Духа стала тоньше паутинки!
– Зачем ты это сделал? – воскликнул Танэ Пахау. – Слишком тонкая Линия. Ты рискуешь умереть!
– Какая разница, если воры граней всё равно меня убьют? – пробулькал я, подбирая слюни.
– Эх, – вздохнул старец и отодвинул засов. Приоткрыв дверь прошептал: – Илиин и Раккир по левую руку. Ещё трое – по правую. Остальные – стерегут с обратной стороны храма. Так же вижу следы озарений где-то далеко в кустах у дороги… Не могу прочесть имена этих людей… Очень сильное Моральное Право у них.
Старик замотал лысой головой, будто их Моральное Право причинило ему боль.
Я предположил, что в кустах прятались воры граней, которые были в бандитском кабаке в масках. Это незнакомцы и были главными получателями результатов грязного колдовства.
Я выскользнул вослед за старцем.
На Дивии уже ночь. Самое время для сна…
Яркий круг Луны висел над утёсом, в котором расположен дом Самирана. Я видел синеватые фонари у нашей входной арки. Лестницы и входные арки остальных жилищ тоже освещены. Вдоль дороги стояли каменные столбы, оснащённые стеклянными фонарями. Что именно в них горело я не знал, но было похоже на огонь керосиновой лампы. Ибо свет они давали не синий, а желтоватый.
– Смотри, Самиран, – показал Танэ Пахау на небо. – Луна сегодня движется по небу в полной силе и не сокрыта облаками. Это знак, что она движется по твоему Пути.
– Но вы ведь больше не верите в Движение Луны?
– Оно оказалось выдумкой, но моя вера в него была со мною всю жизнь.
Дрожащим и нарочито бодрым голосом я сказал:
– Ну тогда, Лунная Призма, дай мне силу.
✦✦✦
Из опыта использования «Внушения Неразумным» я усвоил, что озарения воздействовали и на того, кто их применял. Я отлично помнил, как ненадолго превратился сразу во всех свиней в свинарнике, испытывая их примитивные эмоции.
«Наведение Сна» не стало исключением.
Как только я дал мысленную команду – навести сон – меня самого охватила вялость. В голове сладко зашумело, как бывает в миг до наступления сна.
Минимизация воздействия озарения на самого себя – ещё одна отличительная черта мастера озарений. И она тоже требовала упорных тренировок.
Я брёл в полусонном бреду, едва переставляя ватные ноги. Со стороны, наверное, выглядел, как зомби. Ну, или как обычный Денис Лавров по утрам, когда ему… то есть мне, надо было собираться на работу в ненавистный транспортный колледж.
Вдобавок от моего тела вдруг стали исходить синеватые то ли волны, то ли струи дыма. Я догадался, что видны они только мне. Волны – что-то вроде элементов интерфейса Внутреннего Взора, которые показывали мне направление и силу воздействия «Наведения Сна». Впрочем, видны они оказались не только мне, но и Танэ Пахау – старец старательно обходил щупальца синего дыма.
Но вот как управлять ими? Как направить их на врага?
– Эй, хрыч, – крикнул Илиин, выйдя из-под прикрытия кустов. – Только попробуй дунуть на нас. Мигом упокоим навеки.
Танэ Пахау поставил на землю свой короб и поднял руки вверх, показывая раскрытые ладони:
– Прошу великодушно простить меня, о светлый господин. Я не должен был нападать на небесного стражника. Надеюсь вы не пожалуетесь на меня в Прямой Путь.
– Отдай нам мальчишку и убирайся отсюда, – приказал Илиин.
Танэ Пахау скосил на меня взгляд, как бы понукая: «Ну же, усыпляй их!»
А я отчаянно боролся не только со сном, но и с потоками синеватого дыма. Они бесконтрольно исходили во все стороны, но только не на Илиина. И не на Раккира, который зашёл к нам в тыл, отрезав путь обратно в храм.
Меня и Илиина разделяло метров пятнадцать пустой каменной площади. Внезапно между нами что-то со свистом пролетело и шлёпнулось о камни дороги. Илиин отскочил, выставив перед собой копьё. Сквозь полуприкрытые веки я разглядел какую-то большую птицу с изломанными крыльями и свёрнутой шеей. Вокруг птицы вился синий дымок.
Её сразило моё «Наведение Сна»! Блин, да как же пользоваться этой хернёй? Как направить её куда надо?
Илиин почуял неладное. Быстро раскрыл шкатулку на поясе и высыпал на ладонь какие-то кристаллы.
Мне же стало только хуже. Как во время сонного паралича, я потерял ощущение своих рук и ног. Непеременно упал бы, но меня подхватил Танэ Пахау.
Как только я потерял управление телом, сразу же ощутил, что могу управлять потоками «Наведения Сна»! Это было странное, незнакомое ощущение. Точно я был во сне, в котором превратился в дымчатые струи, скользящие сквозь холодный воздух ночной Дивии…
Один дымчатый рукав, ставший частью моего некоего астрального тела, окутал Илиина. Небесный мент выронил кристаллы и копьё, захрипел, то ли зевая, то ли пытаясь позвать на помощь, и рухнул лицом вперёд. Немного подрыгался на камнях площади и, подтянув колени к подбородку, заснул.
Одновременно с этим я выбросил назад второй пучок озарения, захватывая Раккира. Но бандит и не подумал отходить ко сну, только отчаянно скривил рот, сдерживая зевоту. Пошатываясь, побежал на нас, на ходу снимая с пояса кривую палку.
– Вырву… язык… – сонливо пригрозил он. – Обоим вырву…
Старец предупредил меня, что у Раккира может быть сильная Линия Тела, которая защищает его. Поэтому я обвил вокруг него ещё три рукава синей дымки. Не выпуская из рук оружия, Раккир свалился под мои ноги, сказал что-то неразборчивое про язык, как человек в беспокойной дрёме, и закрыл глаза.
Оба противника лежали, а вокруг них курился синий дымок. Я отметил, что дымок Раккира улетучивался быстрее, чем у Илиина. Это могло означать, что он проспит меньше, чем небесный мент.
– Неплохо, Самиран Саран, – пропыхтел Танэ Пахау, поддерживая меня под руки. – Ещё бы научился стоять на ногах, во время сотворения озарений.
Я хотел ответить, что для первого раза сойдёт, но не смог даже пошевелить губами.
Тем временем, с разных сторон храмовой площади появились сообщники Илиина. Они были слишком далеко, а моя сонная дымка, судя по длине её рукавов, не добивала дальше, чем на двадцать метров.
Танэ Пахау встряхнул моё тело:
– Постарайся стоять на ногах!
Старец осторожно убрал от меня руки – я стоял, покачиваясь, как мертвецки пьяный.
Сообщники догадались, что произошло. Одни спешно начали рыться в шкатулках, отыскивая нужные средства. Другие направили на нас копья, готовясь метнуть.
Освободившись от меня старец Танэ Пахау воздел к небу руки и тут же резко опустил их. Воздух вокруг нас загудел и уплотнился, как во время использования «Порыва Ветра». Только на этот раз произошло не отталкивание предметов, а наоборот – притягивание.
Без пояснений старца догадался, что сейчас будет и приготовился.
Мощный порыв воздуха дёрнул всех пятерых сообщников, притягивая к нам, как пылесос мусор! Я тут же «захватил» их синей дымкой и моментально усыпил.