Текст книги "Спуск к ядру (СИ)"

Автор книги: Максим Балашов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 4

Гироха, фыркнув, оставил попытки цивилизованного общения и подошёл к голой стене жилого блока. Его пальцы ловко выхватили активатор мобильной пустоты – странный прибор, напоминающий нечто среднее между циркулем и артефактом древних.

На первый взгляд, его движения были хаотичны – будто бы он просто водил по поверхности, оставляя импровизированный круг. Но Кравцов, переключив спектр зрения, застыл на мгновение.

«Хитрый жук…»

Круг вовсе не был «импровизированным». Активатор оставлял за собой плотный энергетический след, переливающийся всеми оттенками радуги – от кроваво-алого до мерцающего ультрамарина. Но самое интересное открылось при ближайшем рассмотрении: по мере активации по всей окружности портала вспыхивали и тут же гасли энергетические символы – цепочки цифр, тире, двоеточий, точек и запятых, будто невидимый писец спешно набрасывал формулы прямо в воздухе.

«Кодировка? Язык активации? Или что-то еще…»

Крас едва заметно прикусил губу, мысленно поставив закладку – разобраться позже.

Осознав, что застыл, словно заворожённый, разглядывая активацию портала, Кравцов даже не удосужился кинуть на прощание похабного жеста или сказать «пока». Вместо этого он лихо нырнул в червоточину, будто вор, смывающийся с места преступления.

Этот перенос разительно отличался от привычных прыжков в шахтёрскую пещеру, где он провёл последние полтора года. Там всё было просто: десять секунд свободного падения в безмолвную тьму – и ты на месте. Но сейчас… Всё шло вверх ногами – в прямом смысле. Вместо привычного падения вниз, его подбрасывало вверх, словно выталкивая из глубины океана к поверхности. И длилось это вдвое меньше – всего миг, за который едва успеваешь осознать, что вообще происходит.

Приземление, однако, осталось верным себе. Едва вывалившись из портала, Кравцов согнулся пополам, и его вырвало с такой силой, будто желудок решил навсегда сбежать из этого безумного путешествия, оставив хозяина разбираться со своими проблемами.

«Черт… Такого ещё не было», – промелькнуло в сознании, пока он вытирал рот рукавом. Даже в первый раз, когда герой телепортировался в шахту, организм не бунтовал так яростно. Всё было не так плохо, как при перемещении в Ха-а-ль, но всё же он думал, что привык путешествовать подобным образом.

«Сука… – Кравцов с трудом поднялся на ноги, вытирая пот со лба. – Значит, если меняешь координаты, вестибулярка начинает сбоить, как дешёвый комп после вируса. Походу это как перелезть с „Чёртового колеса“ прямо на „Американские горки“ – вроде оба аттракциона, но каждый по-своему еб*ет мозги.»

Он резко выпрямился, внезапно осознав:

«Твою мать! Координаты! Вот что за цифры вспыхивали по краям пустоты!»

В памяти чётко всплывали мерцающие символы – каждый изгиб, каждая запятая, словно выжженные раскалённой проволокой на сетчатке.

«Пля… Там же штук пятьсот наверняка было, – мысленно прикинул он, – но я помню КАЖДУЮ. Как последний перепихон перед смертью.» – Глаза Кравцова сузились. – «Это может быть полезным. Очень. Знать координаты переноса – значит понимать, куда тебя швыряет эта дыра в пространстве. Но сначала… нужно понять где, бл*ть, я теперь? Ох что-то понесло меня после перемещения.»

Крас осмотрелся и с удивлением отметил, что очутился в пещере, которая, по меркам поверхности, была почти курортной – помимо отсутствия леденящего ветра, внутри было целых пять градусов выше нуля. Не рай, конечно, но и не ледяной ад, к которому он привык.

Грот, куда его швырнуло пустотой, или судьбой – кто их разберёт, представлял собой тесноватое помещение метра три в диаметре. Потолки здесь были настолько низкими, что парень, не отличавшийся скромным ростом, буквально подпирал головой каменный свод. Пришлось слегка сгорбиться – как великану в кукольном домике. Зато не приходилось щуриться в темноте – стены пещеры покрывал мерцающий бирюзовый мох, мягко освещая пространство. Ночное зрение включать не придётся, хоть это была и мизерная, но экономя энергии.

Проведя ладонью по стене, Крас мгновенно распознал грубую, зернистую фактуру – диорит. Крепкий, как судьба шахтёра, и холодный, как взгляд кредитора. «Ну хоть не песчаник – не рассыплется под боком», – мельком отметил он, оценивая надёжность своего вынужденного убежища.

Полтора года в шахте не прошли даром – теперь Крас мог отличить диорит от гранита с закрытыми глазами (ну, почти). Для непосвящённых эти породы – как близнецы-братья, но герой знал нюансы: диорит был крепким, как предрассудки старого геолога, а его полированная поверхность отливала холодной синевой, в отличие от рыжеватого гранита. Именно по этому оттенку он и определил, из чего высекли его «уютную» каменную коробку. Герой даже улыбнулся, осознав, что он теперь не плохой шахтёр и геолог.

Развернувшись с грацией медведя в телефонной будке, Сегей заметил в стене узкую щель – словно сама пещера подмигнула ему, приглашая дальше. Сканирование не выявило в открывающемся пространстве ни ловушек, ни энергополей – только сырой камень и тишина. Пришлось втиснуться боком, слегка поскребя костюм о выступы, и… выкатиться в просторный коридор, расходящийся налево и направо, как судьба на развилке.

«Налево пойдёшь – коня потеряешь, направо – шапку, или жену, или девственность», – ехидно вспомнилась ему поговорка. Выбор был очевиден – настоящий мужик всегда сворачивает налево! Увы, через пару минут энтузиазм поугас: температура поползла вниз с упрямством опоздавшего на работу лифта. Крас чувствовал даже десятые доли градуса – даром что ли вмерзал в вечную мерзлоту и воровал навыки патриарха волков морфизмом? – и теперь с досадой осознал: «Не туда свернул, балда».

«Так, план… А где, собственно, сам план?» – мысленно усмехнулся Крас. «В непрерывной суете я лишь набросал общие направления, как рассеянный профессор на лекции. Возвращаться домой – цель ясная и основная, но до неё ещё как до Луны пешком. Первое и главное – Умка. Обещал вытащить ту медвежью морду из ледяной пещеры и привести в подземный мир. Пара месяцев в запасе есть, но лучше не испытывать судьбу – она последнее время явно не в духе.»

Он перебрал приоритеты у себя в голове, будто пересчитывал монеты в кошельке перед скупым лавочником. Мысль о немедленном броске к пещере мелькнула, но Крас тут же отогнал её, как назойливую муху.

«Идиотский порыв. Я же даже не знаю, где нахожусь! Догадки – это хорошо, но ими сыт не будешь, особенно если ошибёшься и нарвёшься на отряд „круга горнодобытчиков“. Логичнее двигаться туда, где теплее. Тепло – значит жизнь, жизнь – значит люди. Глядишь выйду на поселение людей, а там и до кузнецов не долго.»

Определившись с направлением, Крас развернулся и зашагал навстречу слабому, но упрямому теплу, словно мотылёк, тянущийся к далёкому огоньку. Пещера, в которой он оказался, явно хранила следы разумной руки – слишком уж правильными были её очертания. Потолки, уходящие вверх на добрые пять метров, напоминали отполированные плиты древнего бункера, а их геометрически точные углы кричали: «Здесь поработали не вода и время, а кто-то с хорошими инструментами и терпением каменотёса».

«Как я раньше не замечал таких очевидных вещей?» – удивился сам себе Крас. Раньше он проходил мимо подобных деталей, как спешащий горожанин мимо узоров на асфальте, но сейчас глаза будто раскрылись. Каждый угол, каждый шов в камне теперь вёл немой рассказ о тех, кто здесь бывал до него. В его голове всплывали фантазии и о великих подземных народах, выдалбливающих проходы с помощью нечеловеческой силы и магии.

Любуясь очарованием каменных сводов, герой так же не забывал про безопасность. Осторожность буквально взяла верх, он не прекращал сканировать пространство, постоянно просеивая окружение через цепкие фильтры энергетического, термического и инфракрасного спектров. Особняком стояло рентгеновское зрение – новоприобретённый навык, слабый, но упрямый, как первый подснежник сквозь мерзлоту. Оно развилось в те долгие месяцы кропотливого вглядывания в породу в поисках метеоритного железа, либо жилы более богатой дикартом. Сейчас этот дар пробивал лишь пару сантиметров камня, но и это было лучше, чем тыкаться вслепую.

Именно новый навык оправдал себя сполна. Не прошёл Крас и полукилометра по мрачным коридорам пещеры, как рентгеновское зрение выцепило из тьмы небольшой металлический предмет, намертво замурованный в пол. «Ну конечно, сюрприз. Как же без него?» – мысленно процедил герой, останавливаясь в паре метров от подозрительного участка.

Достав из котомки увесистый булыжник – найденный чуть ближе к поверхности и припасённый на «чёрный день» – Крас метким броском запустил его прямо в роковую плиту. Реакция последовала мгновенно: из пола выстрелило копьё с такой силой, что камень разлетелся на куски, а осколки со звоном отскочили от стен.

Сергей свистнул себе под нос – не от страха, а от уважения к хитроумной конструкции. «Энергетический спектр ничего не показал… Механическая ловушка? Не совсем.» Присмотревшись, он понял хитрость системы: сначала механическое нажатие, потом – мгновенный энергоимпульс, выбрасывающий копьё с убийственной скоростью. По сути: гениальная ловушка, неодарённый не сможет увидеть, а умеющий сканировать не заметит, пока механизм не активируется. "Чёртов гибрид древней механики и технологий. Чистый Холпек во всей своей красе, или кто-то поумнее? Именно в эту ловушку Крас попался после прибытия напланету. В прошлый раз она пробила насквозь его ступню и раздробила кости в клочья.

«Значит, Гироха швырнул меня прямиком в этот гостеприимный подземный курорт с ловушками, хотя удовольствие тут могут получить только мазохисты и суицидники» – мысленно усмехнулся Крас, осторожно переступая через осколки раздробленного камня.

«Прямая дорога к кузнецам… Как „удобно“. Именно здесь я впервые встретил того противного старикашку – правда, тогда он прикидывался кожаным костюмом для Веда.»

Он на мгновение отвлёкся, мысленно обращаясь к невидимому собеседнику: «Кстати, Вед, ты что-то давно не заглядывал на огонёк. У меня целый список вопросов назрел – пора бы устроить нам маленькое деловое рандеву.»

Не услышав ответа, и нечего не почувствовав, герой вернулся к своим баранам. План начал вырисовываться яснее.

«Хорошо хоть не придётся маячить в людских поселениях – не нужно лишний раз светиться. А то я уже представлял, как придётся тащиться до самого Предела, теряя драгоценное время. Да и кто знает какая сейчас обстановка на верхних уровнях, может меня ищут все вокруг? Хотя скорее всего так и есть.»

Крас почувствовал уверенность и зашагал вперёд, мысленно набрасывая алгоритм действий: «Доберусь до кузнецов, быстренько отсканирую на копире, затем за Умкой. Заодно порешаю вопросы с этими „разумными“… У меня ведь есть кое-что, что заставит этих скряг пошевелиться.»

В голосе его внутреннего монолога появились нотки хищной уверенности – он явно держал в уме какую-то ценную карту для торга.

Крас продвигался вперёд с осторожностью кота, знающего вкус кипятка. Каждый шаг давался медленно и методично – воспоминания о том, как его кололи, резали и в прямом смысле «половинили» в прошлый раз, заставляли сканировать буквально каждую трещинку в древних стенах.

Бдительность окупилась – за весь путь он попался лишь в одну ловушку, да и ту не разглядел даже магическим зрением. «Хитро сделано…» – проворчал он, списывая промах на коварство древних инженеров.

Но правда оказалась куда обиднее. Ловушка не маскировалась под магию – она просто использовала его же собственную логику против него. Небольшое отверстие в потолке, которое он заметил, выглядело настолько естественным – будто появилось от времени, как морщины на старом камне. «Просто выветривание, не более» – отмахнулся он…

И жестоко ошибся.

Как только Крас пересёк роковую черту, сверху обрушился адский душ – раскалённый пар ударил с силой парового молота, шипя и клубясь, словно живой. Будь он менее предусмотрительным – сварился бы заживо, как рак в котле. Но опыт и паранойя сыграли в его пользу, в последнее время герой стал намного умнее и мудрее.

Понимая, что герой буквально собирается идти по минному полю, где каждый камень может скрывать смертельную «неожиданность», перед началом прохождения по пещере, Крас замер на мгновение и прежде чем двинуться дальше, он принял меры – не как параноик, а как человек, уже однажды попавший в мясорубку.

Энергощит взвыл, раскачиваясь до максимума – его голубоватое свечение стало почти белым от напряжения. Кожа уплотнилась, напоминая теперь не плоть, а бронированную ткань из каких-нибудь фантастических хроник. А болевые рецепторы… Их Крас приглушил, словно убавил громкость на старом радио. «Боль – это информация, но сейчас важнее не отвлекаться на крики собственного тела.»

И – это было сделано вовсе не зря.

Адский пар, обрушившийся на него, зашипел, упираясь в щит, но не прорвался. Давление было таким, что обычного человека бы размазало по стенке, но Крас устоял – ноги лишь чуть подкосились, будто его толкнул разъярённый бык. Когда дым рассеялся, герой осмотрел себя: щит дымился, кожа местами покраснела, но в целом – живой, здоровый и чертовски довольный своей предусмотрительностью, даже не смотря на то, что снова остался в чём мать родила. А сплавивший костюм вылазчика он моментально восстановил в котомке.

«Твою мать, это было реально страшно, я походу даже заварил пукачино в штанах, устроив кислородное голодание на ближайшие пару метров вокруг. Фу-у-у, что я жрал намедни, воняет так, словно в жопу залез скунс и сдох там. Или даже хуже, судя по „аромату“, там сейчас можно выращивать ядовитые грибы – сдохший скунс в сравнении показался бы лавандовым полем. А вообще изобретательно сделано, такая ловушечка наверно могла превратить меня в хорошо проваренное мяско для борща, слава богу, что в прошлый раз обошёл её стронной, и просто влупился в очередное подземное копьё, которое, кстати находится где-то поблиз…»

– А-А-А-А.

Вопль разнёсся по пещере, подняв с потолка лёгкую каменную пыль. Старая добрая ловушка – та самая, с копьём – впилась ему в бедро, напомнив, что расслабляться здесь смертельно опасно.

«Ядрён батон, как же больно, нужно было отключать боль полностью, а не только на коже. Вот я имбицил, отвлёкся на секунду и тут же был пойман как последний пройдоха. Ладно, походу пора остановиться и передохнуть, паровой душ снёс весь запас энергии в щите, пора бы его восстановить и немного перекусить ».

Крас выдрал из котомки два внушительных бутерброда с ветчиной и уничтожил их с быстротой голодного барсука, даже не дав себе времени прожевать как следует и насладиться вкусом и ароматом. «Энергия лишней не бывает», – механически процитировал он поговорку, которую как мантру повторял Гироха, отправляя белок из пищи прямиком на ремонт покалеченной ноги. Тратить драгоценные резервы энергии в кристаллах на простейшую регенерацию ему сейчас казалось преступной роскошью.

Кстати теперь у него был козырь в рукаве – новая фишка с энергоподпиткой. Ковыряясь однажды в настройках котомки (чем ещё развлекаться в одинокие вечера на этой чёртовой планете, да ещё и в промёрзшей пещере?), он додумался до гениально простого решения: теперь энергия перекачивалась из кристалла находящегося в котомке прямо в каркас, минуя ненужные телодвижения, а именно телесные прикосновения. Он будто научился пить через соломинку, не доставая бутылку из рюкзака.

Правда, и здесь не обошлось без ложки дёгтя – его «трубопровод» пока не справлялся с большими объёмами. Перекачивать энергию он мог моментально и в любых количествах, но усвоение всё равно требовало времени – около получаса на полную зарядку. «Ну хоть не три часа, как в самом начале, это тело становиться сильнее в энергетическом плане», – оптимистично подумал Крас, потирая ноющее бедро. Мысль о том, что и этот недостаток он когда-нибудь исправит, грела его сильнее, чем энергокристалл в котомке.

Пройдя ещё буквально несколько минут, он наткнулся на ловушку с выдвижными циркулярками, и понял, что уже близок к месту назначения. Об этом так же свидетельствовали звонкие удары кузнечных молотов неподалёку.

«Ну что кузнечики, не ждали, а я всё-таки вернулся!»

Глава 5

Звон выдвигающихся из стен пил прорезал воздух пещеры, словно фальшивые ноты в похоронном марше по здравому смыслу. Металлический визг, от которого сжимались зубы, внезапно перекрыл истошный вопль:

– А-а-а, твою мать, моя рука! Откуда тут циркулярка⁈ А-а-а, ещё и нога! Помогите, эта пила меня прикончит!

Где-то в глубине туннелей раздался тяжёлый вздох.

– Дрог, по-моему, у меня державу… – произнёс могучий кузнец, откладывая искусно выкованный молот в сторону. Раскалённая заготовка на монументальной наковальне шипела, будто негодуя от перерыва. – Ты это слышал? Опять кто-то забрался в пещеру с ловушками.

Гномий великан нахмурился, и его борода – этакая помесь кустарника и кольчуги – дрогнула. Пару лет назад ровно так же орал один «гений», забравшийся в вентиляционные каналы и решивший, что смертельные пилы – это элемент декора.

– Брат, не у тебя одного чувство державу! Вот только голос другой, и если честно в нём не было интонации боли и страдания, что-то явно не так, похоже на постановку, будто актёр в дешёвом балагане. А я тебе давно говорю, что пора четвёртого возродить, а ты с хрипотой в голосе утверждал, что твои ловушки не смогут обойти. Приготовься к бою, похоже, у нас гости. – Проворчал второй кузнец, настороженно сжимая рукоять молота. Он метнул взгляд в сторону туннеля и уже был готов атаковать врага.

В этот момент из-за поворота с картинным изяществом выскочила тёмная фигура.

– А-ха, не ждали ворчливые мужланы? А я вернулся! – закричал чернокожий мужчина выпрыгнув из-за угла.

Крас прекрасно помнил, как в прошлый раз его располовинили в этом самом месте. Огромные пилы тогда оставили ему «на память» пару элегантных шрамов. Но сегодня он решил… подшутить над «друзьями». Если, конечно, их можно было так назвать.

С хитрой ухмылкой герой аккуратно подобрался к ловушке, держа в руках огромный кусок мяса – тот самый, из которого планировал приготовить ужин. «Жаль, конечно, но ради хорошей шутки не жалко», – мелькнуло у него в голове.

Лезвия с оглушительным рёвом выскользнули из стен, превратив сочный окорок в аккуратные мясные стейки. Пока пилы наслаждались незапланированным ужином, Крас ловко проскользнул мимо и предстал перед кузнецами – целый, невредимый и довольный собой.

Крас, довольный своим розыгрышем, напрочь забыл об одной важной детали – сейчас он выглядел совсем и иначе. Голос был чужой, да и энергетическая матрица совсем не походила на ту, что излучал Хан. Вместо ожидаемых дружеских похлопываний по плечу он едва не получил увесистый кузнечный молот в висок.

Гигантская кувалда со свистом пролетела в паре сантиметров от его левого уха, заставив волосы на затылке встать дыбом. Инстинктивно активировав режим ускоренного восприятия и разогнав сознание, во внутреннем мире Крас успел разглядеть искусную резьбу на летящем орудии – замысловатые рунические узоры, переплетавшиеся в сложный орнамент.

Что поразило его больше всего – так это чудовищная сила броска. Даже в состоянии, где секунды растягивались в минуты, молот продолжал нестись к стене с пугающей скоростью. Когда время вернулось в нормальное русло, раздался оглушительный грохот – стальное чудовище врезалось в каменную твердь, оставив после себя паутину трещин и клубы каменной пыли.

«Ну и нравы у вас…» – только и успел пробормотать Крас, медленно отодвигаясь от разъярённых кузнецов.

Молот только что вонзился в стену, а в воздухе уже повисла новая угроза.

– Стой на месте, урод! – прогремел Дрог, сжимая второй молот так, что костяшки побелели. – Следующий полетит тебе между глаз. И знай – я специально промахнулся. Хочу, чтобы ты пожил подольше… пока буду выведывать, как ты обошёл мои ловушки.

Лезвия его бороды дыбом встали от ярости.

– Ограбить нас вздумал? Не выйдет. Зря ты показался на глаза, тщедушный человечишка.

Крас наконец осознал, что шутка зашла слишком далеко. Ситуация пахла поджаренным мясом – причём буквально, учитывая его недавний «фокус» с ловушкой.

– Дрог, ты сегодня удивительно многословен, – фыркнул он, делая шаг назад. – Видимо, мысли о пытках тебя возбуждают?

Гномий великан оскалился так, что стало видно все его пожелтевшие зубы.

– Стой, стой! Шутка же! – затараторил Крас, поднимая руки в защитном жесте. – Или тебе уже не нужен межмировой портал? – И подмигнул так, будто только что подкинул неразменный золотой.

Повисла тягостная пауза, густая, как расплавленный металл. Казалось, даже искры в горне застыли, боясь нарушить это напряжённое молчание. В тишине почти слышалось, как скрипят шестерёнки мыслей в головах божественных кузнецов. Они переглядывались, обмениваясь целыми диалогами одними лишь движениями бровей. Напряжение нарастало, его уже почти буквально можно было резать ножом.

Наконец Дрог фыркнул и с грохотом опустил молот на верстак, да так, что инструменты подпрыгнули, словно испуганные кролики.

– Сергей Кравцов, – прошипел он, растягивая имя, будто пробуя его на вкус, – тебе никто не говорил, что ты бездарь?

Крас, почувствовав, что напряжение немного спало, расслабил плечи:

– Нет, не припомню. Ты первый. А в чём, собственно, дело?

– Да в том, – встрял Крог, скрестив руки на груди, – что врываешься без предупреждения, в новом облике, да ещё и с чужой матрицей. Ты хоть понимаешь, что был в шаге от смерти? – Он показал пальцем за спину Краса. – Обернись-ка и полюбуйся.

Крас нехотя обернулся, и его глаза расширились от шока. В монолитной скале зияла дыра размером с жопу его напарника в офисе Карцева – добрых полметра в диаметре и не менее двух в глубину. Но самое пугающее было в том, что самого молота не было видно – либо он превратился в блин толщиной с лист бумаги, либо засел где-то в недрах скалы, продолжая углубляться со скоростью обиженного крота.

По спине Краса пробежала ледяная волна, оставив после себя липкий холодный пот.

– Нет, ты не бездарь, – Крог язвительно склонил голову набок, – ты просто дурак. Дрог вложил в бросок столько энергии, что твой жалкий энергокаркас разлетелся бы, как стеклянная бутылка под копытом разъярённого дракона. – Он театрально вздохнул. – И если мне не изменяет память, твоя задница не появлялась на сканере уже… что, полтора года? Представь, как эпично глупо было бы потерять весь прогресс из-за такой идиотской шутки.

Озарение ударило Краса как кувалдой по темени – Крог говорил чистую правду. Паника сжала его горло ледяной хваткой, превратив ноги в дрожащие подпорки, а голос – в предательски пропавший звук. Перед глазами мелькнули месяцы тренировок в областях нулевого давления, сотни освоенных техник по защите от отрезания каркаса, бесценные навыки Умки и патриарха волков – и всё это могло вмиг превратиться в дым из-за одной идиотской шутки. От этой мысли его бросило в такой жар, что даже кончики пальцев затряслись.

– Крог, а ты уверен, что это он? – Дрог вдруг оживился, похабно подмигнув. – Может, всё же попытаем уголька? Из такой шкуры получатся отменные сапожки, с благородным чёрным отливом! А-ха-ха-ха! – Его смех гулко разнёсся по кузнице, сбивая с кованых полок пару мелких деталей.

– Брат, хватит, – Крог покачал головой, наблюдая как у Крас побелели даже губы. – Доведёшь парня до инфаркта раньше, чем он до сканера доползёт. Ты и так его до усрачки напугал своим «невинным» броском. Я свою работу узнаю сразу. За его плечами висит котомка, на которой я корпел долгое время. Это наш Морф, только Гироха над ним знатно поколдовал – подрастил, перекрасил… – с сожалением вздохнул, – вот только мозгов, видать, забыл добавить.

Крог тяжёлой поступью подошёл к оцепеневшему Красу и со всей гномьей нежностью отвесил ему «лёгкую» пощёчину – такой, от которой у обычного человека скулы бы сложились как карточный домик. Энергощит героя тревожно пискнул, просев на добрых пять процентов, а шея хрустнула так, будто пыталась сыграть в твист отдельно от головы.

Но метод, как ни странно, сработал – стеклянный взгляд Краса прояснился, сменившись более осмысленным выражением лица. Он даже нашёл в себе силы буркнуть:

– Крог, из тебя доктор как из штангиста балетмейстер… – он потёр расплывающуюся по щеке красноту, – Ты скорее добьёшь, чем выведешь из шока. Небось, слово «нашатырь» для тебя ругательство?

Гном довольно хмыкнул, наблюдая, как к парню возвращается дар речи:

– Заболтал языком – значит, живёхонек. А теперь марш на сканер! – он шлёпнул Краса по спине так, что тот чуть не грохнулся вперёд, а затем поддал Сергею под зад так, что тот взлетел на полметра. – Потом всё расскажешь. Мы тут без тебя столько событий пережили, что моя борода на два пальца короче стала от переживаний!

Крас не стал искушать судьбу и рванул к сканеру с такой скоростью, будто за ним гнался разъярённый минотавр. Ледяные пальцы страха всё ещё сжимали его горло – мозг упорно прокручивал кошмарные сценарии потери накопленных навыков, хотя разум уже понимал, что опасность миновала.

Запрыгнув на изумрудный постамент, он ощутил, как под ступнями заструилось успокаивающее бирюзовое сияние. Волны релаксирующей магии сканера окутали его, словно тёплое одеяло, растворяя остатки адреналина и нервного напряжения.

– Наконец-то… – выдохнул Крас, чувствуя, как тяжесть век становится невыносимой.

Процедура завершилась быстрее, чем он ожидал. Выбравшись со сканера, Крас без сил рухнул у основания гномьего места силы, где пульсировали знакомые золотистые узоры магических контуров. Свернувшись калачиком, словно уставший кот у печки, он мгновенно провалился в сон, а по щеке медленно скатилась капля пота – последнее напоминание о пережитом стрессе.

– Вставай, соня! – прогремел Крог так, что дрогнули медные трубы в углу кузницы. – Пора дела решать, выспишься на том свете! – И для убедительности ткнул Краса в ребро металлическим сапогом с размаху.

– А-а-ай, варвары! – взвыл Крас, кувырком откатываясь от удара. – Можно же было просто сказать «просыпайся»! Или вы в словаре гномов такого выражения не найдёте? – Он потирал ушибленный бок, строя обиженную гримасу, будто побитый щенок.

– Пробовали вежливо, – фыркнул Крог, скрестив руки на груди. – Дважды. Ты только слабее захрапел. – Гномий великан наклонился, и его борода колючим метёлкой коснулась пола. – Похоже, ты полтора года таскал в подсознании этот груз, как упрямый осёл – боялся потерять все свои драгоценные навыки. А добравшись до сканера, разум наконец расслабился… и вырубился на полтора дня! – Он язвительно хмыкнул. – Даже наши молоты, которые богатырей в гроб укладывают, тебя не разбудили. Вот это я понимаю – сон праведника!

– Полтора суток⁈ Да ты что, да ладно, ты точно не шутишь?.. – Крас широко раскрыл глаза, по телу пробежала мелкая дрожь. – Хотя… чёрт, ты прав. На Мёртвых равнинах Фронтира я добыл такие фишки, что потерять их – хуже смерти. – Он сглотнул, машинально потирая предплечье, где под кожей мерцали едва заметные в энергоспектре энергетические узлы восстановившегося каркаса.

Потом его взгляд стал колючим:

– А вы-то, уроды, конечно, сразу смекнули, что мой энергокаркас восстановился за пару часов. И всё равно оставили валяться здесь, как дворняжку у кузни! Неужели так сложно было донести мою «тушку» до комнаты релаксации? Или у гномов с рождения напрочь отсутствует ген гостеприимства?

Проснувшись окончательно, Крас отряхнулся с видом оскорблённого аристократа – пыль с пола кузницы оседала на его одежде густым серым слоем, будто мастерская специально копила её для такого случая.

– Чай. Горячий. Крепкий. – процедил он, выразительно постукивая пальцами по ближайшей наковальне. – И если в нём будет плавать наконечник от дротика, я лично проверю, насколько огнеупорны ваши бороды.

Гномы переглянулись. Видимо, осознав, что на этот раз перегнули палку:

– Молодой человек, видимо за полтора года в пещере ты сильно одичал и забыл с кем ты сейчас разговариваешь, поумерь ка свой нрав и пыл. А то не ровен час, посетишь копир не один десяток раз, мне как раз нужно новое изднлие опробовать… – забормотал Дрог, ловко подбрасывая в руке полуторный меч, казавшийся в огромной лапище мелким кортиком.

– Дрог, пусто тебе будет, подземные обезьяны развратили его сознание, вот парень и меле т чепуху. Не обращай внимания, прейдёт в себя, а мы и правда проявили неуважение, оставив мальца валяться под кузнечной лавкой. Завтрак подадим в Обеденном зале – там хоть дышать можно, в отличие от этой прокопчённой коробки.

Крас удивился доброте и заботе Крога, но всё же сомневался в бескорыстности гнома, в его душе сидело чувство того, что скоро ему придётся раскошелиться.

Помещение, в которое разумные попали спустя пару минут блуждания по лабиринту владений божественных кузнецов, восхитило Краса. Первое, что он увидел, это массивная распашная двустворчатая дверь, вырезанная из цельного массива белого дерева.

– Ну, вы и хоромы развели… – прошептал Крас, задирая голову. Его глаза отражали мерцание самоцветов, будто два маленьких зеркала, поймавших рассвет.

Дверь перед ним была настоящим произведением искусства – двустворчатая, вырезанная из цельного массива белого дерева, она казалась выточенной из лунного света. Каждая створка наверняка весила не меньше полтонны, но при этом выглядела воздушной, словно лепесток гигантского цветка. Золотая дверная коробка с инкрустациями из сапфиров и рубинов пульсировала мягким свечением. Самоцветы словно дышали – то затухая, то разгораясь ярче, когда Крас сделал шаг ближе. Лучи света играли по древесным волокнам, высвечивая причудливые узоры годичных колец, складывающиеся в лики древних богов, искристые прожилки смолы, превращённые временем в янтарные реки, придавали ещё большего величия, глянцевое покрытие отражало лицо героя с искажениями – то вытягивая его черты в маску скорби, то сжимая в ухмыляющуюся рожицу.

– Это… – Крас осторожно прикоснулся к поверхности, ожидая ожога роскошью, – даже не дверь, а портал в другой мир. Как вы умудрились не продать такое богатство на аукционе демонов, ну или куда вы сбываете свои поделки?

За его спиной Дрог с гордостью надул щёки:

– Потому что это не просто украшение, паршивец. Каждый камушек здесь – часть системы безопасности. Попробуй войти без приглашения, и твои внутренности будут так же красиво сверкать на этих панелях.

– Проходи, герой. Только смотри не утони в слюне – пол тоже ценность любит.