Текст книги "Клинков 6. Последний хаосит (СИ)"

Автор книги: Макс Гато

Соавторы: Максим Мамаев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Солнечник заорал, поднимая защиту, но электрические искры плясали по его мантии, выжигая и ткань и плоть.

Александр бросился вперёд. Все кольца потухли, теперь его надежда была лишь на холодную сталь. Мстислав хаотично выпускал вокруг себя заклинания, его пламя срывалось вновь и вновь, но он мазал. Бил слишком отчаянно.

Раздался звон стали. Узкий кинжал вылетел из рук Мстислава и с чавкающим звуком вонзился в землю. Сам он рухнул на одно колено.

Александр тяжело дышал, его одежда была прожжена, а на руках и лице осталась сажа. Но он уверенно держал клинок прямо у горла противника.

– Довольно! – пробасил барон.

Александр смотрел на поверженного противника, и на миг в его голове промелькнула мысль – добить. Врагов живыми оставлять нельзя. Но он, несмотря ни на что, одёрнул руку. Он гость, и слово барона здесь закон.

– Род Нестеровых победил! – в голосе барона прозвучали уважительные нотки.

Толпа взорвалась криками, кто-то аплодировал, кто-то ругался. К Мстиславу подскочили слуги в золотых накидках. Сам же маг прошипел сквозь зубы:

– Ещё встретимся, пёс.

Александр же стоял спокойно, даже не смотря на бешено бьющееся сердце.

– Сынок, подойди-ка сюда, – позвал его барон. На обычно суровом лице была улыбка, а в глазах блестели искры. – Раз уж ты уважил меня честным поединком, то я, пожалуй, отвечу тем же.

Александр быстро кивнул. Он приехал сюда заключать торговую сделку, но, похоже, что домой уезжал, обретя нового союзника.

* * *

Немногим больше двух месяцев назад на севере Южноуральска была побеждена зараза. Магическая эпидемия, занесённая извне. Но несмотря на победу, княжество дрожало от слухов.

В трактирах пересказывали истории про караван, сожжённый на границе, про дуэли в соседних уделах и княжествах, где южноуральцы, к слову, в основном брали верх. А теперь новая весть: в приграничье, на Лысой речке, состоялась стычка, и люди солнечников отступили, бросив десятки тел.

Провокации и локальные конфликты происходили повсюду, и не всегда только по воле солнечников. Южноуральск в стороне не оставался. Для простого люда всё это было тревожными событиями, для купцов же возможностью.

Городские улицы заполнились торговцами и лавочниками, стекавшимися со всех земель. Все понимали – грядёт война. Но никто ещё не знал, когда она начнётся.

В княжеской палате в Беловежске был созван совет. Главный зал был наполнен запахом ладана и железа, высокие своды блестели, а вдоль стен сидели бояре и дворяне. За длинным же столом посреди зала собрались все те, кто принимал финальное решение. Во главе сидел князь Григорий Арсеньевич Демидов. С усталым лицом и тяжёлым взглядом, он осматривал ворохи карт и свитков на столе.

Рядом с ним был Василий Шаховский. Сухощавый Архимаг с чёрными кудрями. Он отпил из кубка и окинул всех присутствующих спокойным взглядом.

По одну сторону стола разместились воеводы и купцы: угрюмый широкоплечий Ратмир, старый волк походов в Зону, молодой Коровин, который недавно удержал Лысую речку и многие доблестные воины.

По другую сторону были Магистры и представители союзных родов.

Гомон в зале стих, когда Демидов поднял руку.

– Земля горит, – сказал он хрипло. – Караваны пропадают, людей вызывают на поединки на нашем пороге. Солнечники решили, что мы дрогнем.

Шёпот прошёл по рядам. Шаховский поднялся.

– Два месяца и десяток ударов. Караваны, дуэли, стычки. Всё это не случайность. Мы ответили, но это только начало. Мы на пороге большой бури, и без союзников мы не выстоим.

Шаховский посмотрел на карту, где жирными линиями были отмечены границы с соседними княжествами.

Три – под властью солнечников, в каждом по Архимагу. Южноуральск же мог похвастаться лишь двумя. Пока только двумя. И слишком много княжеств вокруг пока ещё не заняли позицию. Они выжидали и высматривали если не победителя, то проявление слабости. Для того, чтобы сделать выигрышную ставку.

Шаховский сел. Демидов подал знак рукой, и над столом пронеслись предложения со всех сторон. Говорили бояре, маги и воеводы. Все были готовы к войне. В конце концов, Южноуральск не один год противостоял солнечникам, пусть и не в открытую.

– А может, Москва? – осторожно сказал один из купцов. – Империя не позволит соседям резать её торговые пути.

На это в зале поднялся гул. Одни зашептались о помощи императора, другие скрипели зубами.

– Звать Москву – значит подставлять шею под ярмо! – Шаховский ударил ладонью по столу. – Москва нас не спасёт. Они рады будут, если мы с солнечниками перегрызёмся.

– Нужна казна, – раздался уверенный голос Аристарха Железного. – Война без денег не ведётся.

Купцы переглянулись, зашевелились, чуя прибыль.

– Будет казна, – уверенно проговорил Демидов.

Князь жил не одну сотню лет и воевать умел, иначе когда-то небольшое княжество предковеров не выстояло бы под бесконечным натиском врагов и не превратилось бы в Южноуральск.

Совет длился долго. Спорили о том, где ставить заставы, какие земли укреплять, кого призвать в рать и кто из соседних княжеств мог стать союзником.

– … и кто нам союзник? В Тобольске те сами ждут, куда ветер подует, башкирские ханы вовсе продадут нас первыми!

– … посланники из Казани должны вот-вот вернуться…

Подробности тонули в шуме голосов, но главное становилось ясно: Южноуральск готовился к войне. Серьёзно и основательно.

Под вечер, когда даже свечи догорели и воздух стал тяжёлым, раздался неожиданный, но логичный вопрос. В зале, где собрались Магистры, выдающиеся воины и богатые купцы, кое-кого не хватало. Одной фигуры, ставшей для княжества ключевой.

Потому Коровин задал логичный вопрос, деловито оглядываясь по сторонам.

– Григорий Арсеньевич, а где Клинков?

Зал стих. Все знали, что Максим Клинков – не просто дворянин. Он самый молодой магистр в Южноуральске, хаосит, о котором два года назад мало кому было известно, и истребитель заразы, появившейся на родной для всех здесь земле.

Демидов хищно прищурился и ответил:

– Убыл на север. В родовое гнездо.

Тишина в зале стала ещё более осязаемой.

Ни один из присутствующих не мог понять, как у хаосита могло быть родовое гнездо, если кроме Клинковых их никто уже несколько сотен лет и не видывал.

– Родовое гнездо? – неуверенно протянул Коровин. – Но разве Клинков не последний?

Глава 10

– Что-то мне всё это не нравится, – пробурчал Рома, плотнее закутываясь в плащ.

Мы уже не первый день ехали в седле. Позади остались и Чернореченск, и Уральские горы, и княжества, отделяющие нас от родовых земель Клинковых. Сейчас меня и некогда живое, трепещущее сердце рода отделяли каких-то два-три перехода.

– Что, волков тебе подавай? – усмехнулся Аскольд.

Его хрипловатый голос разнёсся по чёрному лесу.

Сольвейг лишь покачала головой. Я выбрал небольшую надёжную группу, всего четыре человека, включая меня. Я, как Магистр, представлял основную ударную силу. Аскольд был способен долго биться в ближнем бою, да и силы у него всегда было хоть отбавляй. С Сольвейг они становились особенно опасны, так как бились за жизни друг друга. Но валькирия ещё и обладала удивительной мобильностью. Рома же выступал в качестве мага поддержки.

Я внимательно вглядывался в тени между деревьев. Мой посох из чёрного дерева был наготове.

– Волков нам только не хватало… – прошептал Рома так, что его услышал только я.

Наш небольшой отряд без проблем преодолел все препятствия на пути и ехал на северо-восток от Выкречи. С каждой верстой я чувствовал приближение чего-то родного, того, что ждало впереди. Земель моего рода.

Из леса раздался низкий, почти человеческий рык, следом второй и третий. В воздух взметнулась стая ворон. Спокойный лес вокруг начал оживать.

– Накаркал, – злобно сплюнул Рома и приготовил сразу два воздушных заклинания.

Я же отслеживал движение вокруг и почувствовал не меньше десятка монстров.

– Волколаки, – процедил я.

Аскольд и Сольвейг спрыгнули на землю.

Монстры появились рядом быстро. Огромные, на голову выше человека, обтянутые тёмной шерстью твари кружили в тени деревьев. Они выли, а дикие глаза на вытянутых мордах горели злостью и ненавистью.

Сольвейг выхватила меч, Аскольд обнажил саблю.

– Семь… – быстро сосчитал Рома, выставляя воздушный щит вокруг нас. – Нет, больше десяти…

Волколаки скользили среди деревьев, окружая отряд. Рёв слился в сплошной гул.

Я вскинул руки перед собой, и там, где я чувствовал самое большое скопление монстров, возник ядовитый шар. Он за несколько ударов сердца вырос до размеров телеги, а затем с оглушительным хлопком взорвался, разлетаясь мелкими ядовитыми брызгами. Твари в лесу взвыли. Даже отсюда я видел, как шкуры вместе с деревьями и самой землёй разъедает кислота.

Монстры бросились вперёд. Воздушное лезвие Ромы полоснуло по самому дикому волколаку, располовинив его в прыжке.

Аскольд встретил двух монстров сразу. Вокруг его клинка сгущался хаос. Он с силой разрубил черепушку волколака, а следом бросил кинжал прямо в глаз второму монстру. Он довернул корпус и ткнул клинком в монстра, кубарем катящегося по земле. Северянин бил наверняка.

Сольвейг двигалась как вихрь, её меч вспыхнул светом, и веер светлых острых перьев отправился в надвигающуюся на нас стаю. Монстров изрешетило. Я оставил правый фланг на своих соратников, сам же принялся запускать Клинки хаоса один за другим в тени деревьев. Каждый из них достигал свою цель, слышался лишь визг и хруст.

Я бросил быстрый взгляд на Аскольда и Сольвейг. Северянин уже норовил рвануть вперёд, к кромке леса.

– Держать строй! – скомандовал я.

Аскольд тут же поубавил пыл.

Сольвейг сияла, и волколаки боялись её света и отступали. Мои заклинания разили без устали. Я использовал заклинание, подходящее к угрозе, не выделывался. Но и этого хватило. Монстры были умнее, чем показалось. Попытавшись разделить нас и обойти с флангов, они потерпели неудачу и, похоже, поняли это. Раздался громкий дикий вой, и твари принялись разбегаться и скрываться в тенях деревьев.

– Догоним? – азартно выдохнул Аскольд.

Я же только покачал головой.

– Нет. У нас другая задача.

Мы подождали немного. Лес снова замер. Остался лишь запах крови, дыма и магии в воздухе. Рома нахмурился и обратился к Аскольду.

– Давай ты больше не будешь предполагать, ладно? Одному хаосу известно, какие ещё монстры водятся в округе.

Аскольд пожал плечами, он уже орудовал над телами убитых монстров, собирая трофеи.

Я просканировал окрестности. Больше угроз, кроме удирающих волколаков, я не обнаружил. Стая улепетывала куда-то восточнее, глубже в Зону и дикие земли.

Но Рома был прав. Чем ближе к моему старому дому, тем страннее будут твари. Людей на пути к родовым землям будет мало. В суровых условиях между дикими землями, Зоной и остатками хаоса жили лишь совсем отчаявшиеся люди. Те, кому больше некуда было идти.

– Поехали, – скомандовал я, и мы отправились в путь.

Вскоре, когда дело уже шло к полудню, лес расступился, и внизу, среди холмов и серых безжизненных полей, показалась небольшая деревенька. Дома были низкими, крытыми тёсом. Кривые заборы, невпопад выставленные вокруг домов, заваливались на бок.

– Ого, – воскликнул Рома удивлённо, – над крышами-то дым идёт!

Я пригляделся повнимательнее.

– И вправду…

Вот только какое-то чувство неправильности не отпускало меня. Я нахмурился.

– Командир, – обратился ко мне Аскольд, – слышишь?

Я прислушался. И вправду, стояла тишина. Собаки не лаяли, даже кур или детских голосов не было слышно. Деревня будто вымерла.

– Нехорошо, – пробормотал Аскольд.

Я же, ко всему прочему, почувствовал присутствие сторонней магии, но пока не мог определить, какой. Мы спустились с холма и въехали в деревню. Первыми, кого мы встретили, были вихрастые детишки. Они выглянули из-за забора, лица у них были серыми, а глаза потухшими. Худая женщина в старом платье выскочила на улицу.

– А ну, живо домой!

Она загнала детей в дом, как только заметила вооружённых всадников. То есть нас.

– Гляди-ка, – пробормотал Рома, – нас теперь боятся.

Я же всё чётче и чётче чувствовал знакомый запах магии.

– Приготовьтесь к бою, – тихо предупредил отряд я.

Мы выехали к сердцу деревни, где стояло несколько перекошенных палаток. Здесь, посреди площади, собралась толпа из деревенских. Вот только поводом для собрания явно был не рынок или ярмарка потому как стояли они с опущенными вниз головами, выслушивая воина в светлом плаще.

Он размахивал жезлом с тяжёлым навершием и командовал так, будто деревня принадлежала ему.

– Ещё раз скроешь от меня хоть что-то, и сожгу твою избу, – сказал он лениво пожилому мужику напротив. – Кто-то из вас спрятал хлеб, мы это знаем. Если не найдёте, я девок заберу. Я много хорошеньких видел.

Крестьяне молчали. Старый мужик в серой робе с заплатками и с длинной седой бородой стоял перед магом с бессильно сжатыми кулаками.

А за магом с жезлом вразвалочку стоял небольшой отряд. Они тоже были в светлых накидках, но на их плащах виднелись знакомые мне символы солнечников. Вот только их мана и энергетика в этом месте словно сама собой тухла и скрывалась, поэтому я и не сразу определил её.

Всего их было шестеро. Четверо воинов и два мага вместе с тем, что был с жезлом и общался со старым мужиком, который, судя по всему, был старостой.

– Я за то, чтобы сразу их рубануть, – хмыкнул Аскольд.

Я коротко кивнул.

– Только быстро, без шума.

Мы выехали на площадь и лишь когда мы были уже совсем рядом, солнечники принялись оборачиваться на нас. Маг с жезлом прищурился и смерил нас взглядом.

– Кто такие? – спросил он с той же ленцой. – Это моя земля. Здесь дорога платная.

– О как, – холодно отозвался я. – Мы сейчас как раз рассчитаемся.

Я, без всяких расшаркиваний, метнул Копьё хаоса прямо в грудь магу. Он даже не успел дёрнуться, как его пробило насквозь, и он рухнул на землю. Во второго мага прилетела Воздушная цепь, сковав его и подбросив в воздух. Маг заорал. Аскольд с Сольвейг рванули вперёд и прямо сходу зарубили двух воинов.

Порыв ветра отбросил оставшихся двоих назад, и они влетели в забор. Один рухнул без сознания, второй же вскрикнул и попытался подняться, но его тут же приговорил мой Клинок хаоса.

Аскольд добил воина у забора. В этот момент сверху с криком рухнул скованный цепями маг и разбился в лепёшку.

Повисла тишина. Крестьяне стояли ошеломлённые. Староста с морщинистым лицом взглянул на нас суровым взглядом.

– Вы чьих будете? – хрипло спросил он.

Я смотрел на людей. Их лица были измождёнными, а сами они были худыми. Как-будто недоедали даже не неделями, а месяцами. Среди них не было заметно ни одного воина.

– Проезжие, – ответил я. – Есть в округе ещё солнечники?

Староста, прихрамывая, подошёл поближе.

– Мы знать не знаем, кто эти ваши солнечные такие, – заверил он. – Эти-то появились совсем недавно, недели две назад. Последние крохи забрали…

Я спокойно кивнул. Если деревенские и вправду не видели больше солнечников вокруг, то, скорее всего, близко к деревне их и не было. Или староста мне врал. У них вполне мог быть с солнечниками уговор, который деревенские нарушили. Но это дело десятое. Оставлять в живых солнечных тварей у родной земли я не собирался.

Мой разговор со старостой явно привёл местных в чувства. Женщина с ребёнком на руках среди толпы всхлипнула, один из мужиков опасливо приблизился к телам солнечников, поглядывая на меня исподлобья.

– Забирайте, – махнул рукой я. – Только плащи сожгите, броню лучше тоже в землю заройте, а остальное, может, продадите кому.

Староста рухнул на колени прямо в грязь и низко склонил голову.

– Спасибо, мил человек.

– Встань, – спокойно сказал я. – Негоже свободному человеку в ногах валяться.

Старик с трудом поднялся на ноги.

– Да как же негоже… мы же зиму теперь переживём.

– Ну и славно, – ответил я и оглянулся на своих.

Аскольд вытирал саблю, Рома с особым интересом смотрел в небо, явно прикидывая, насколько высоко может подбросить следующего бедолагу, а Сольвейг уже облепила небольшая группа местных детишек.

– Ты паладин?

– А почему тогда меч светится?

– А ты сама светишься?

Они с интересом расспрашивали её, а Сольвейг с мягкой улыбкой отвечала.

– Ром, выдели им припасов, – приказал я.

Рома тут же отвлёкся и кивнул.

– Сделаем.

Он снял с лошади мешок и пошёл к крестьянам.

– Спасибо, – низко поклонился староста.

Следом раздались благодарные голоса местных. Вот только зря они меня благодарили, без воинов они могут не пережить зиму.

– Если пойдёте дальше, то там разломы, – предупредил меня староста, – В тех местах давно никто не живёт, лишь чудища.

– Хорошо, – спокойно ответил я.

Добавлять, что именно туда нам и нужно, я не стал. Солнце было высоко, так что смысла оставаться в деревне не было. Мы оставили местным припасов. На лицах у деревенских появилось чуть больше эмоций, какой-то маленький, едва заметный тлеющий огонёк в глазах. Мы же покинули деревню и двинулись дальше.

Дальше дорога забирала на восток. Если поначалу мы ехали по серым безжизненным полям с редкими прогнившими заброшенными хуторами, то вскоре увидели каменные гряды, похожие на застывшие волны. Местами торчали мёртвые окаменевшие деревья, высокие, обросшие мхом и лишайником.

– Вот что они разломом назвали, – усмехнулся Аскольд.

Было от чего. Я думал, что здесь будет скопление монстров и даже возможно логово какого-нибудь одиночки, но для местных разломом были окаменевшие лощины и изменённая местность. Хотя здесь уже явственно чувствовался запах хаоса.

– Пахнет как-то, – пробормотал Рома, оглядываясь по сторонам, – не так.

– Воздух пропитан магией, – тихо ответил я. – Здесь когда-то были крепости, заставы, деревни и городишки.

Сольвейг подняла взгляд на серое небо, где солнце медленно катилось к горизонту.

– Совсем нет ни стен, ни башен, – спокойно произнесла она.

– А ты приглядись, – тут же вмешался Аскольд. – Тебе окаменевшая местность ничего не напоминает? Вон у склона камень застыл так, будто это когда-то была кирпичная кладка. Серая, что ли…

– Чёрная, – поправил Аскольда я.

На меня посмотрели три пары заинтересованных глаз, но сказок о прошлом я рассказывать не стал. Дальше вдоль разлома мы двинулись молча, высматривая место для ночлега.

В какой-то момент дорога превратилась в тропу, а затем пришлось спешиться, чтобы осторожно вести лошадей по каменным уступам и склонам.

Я помнил эти земли другими – полными магии и жизни. Впрочем, это было уже очень давно.

Сумерки сгущались быстро, да так, что солнце казалось уходило за тёмную полосу, которая всё приближалась к нам. Воздух становился холоднее, а по земле тянулся неприятный туман.

– Апчхи! – Рома распугал одинокую стаю ворон. – Простите.

– Ничего, бывает, – отмахнулся Аскольд.

Мы двигались по камню до тех пор, пока не упёрлись в небольшой овраг.

– Смотрите, – тихонько позвала нас вперёд Сольвейг.

Когда я подошёл, то увидел, что внизу темнели силуэты строений. Возможно, издалека они бы показались обычными окаменевшими останками, но, приглядевшись, я совершенно чётко видел очертания домов.

Где-то два десятка избушек. Часть, конечно, без крыш, а где-то и вовсе руины. Но когда-то здесь теплилась жизнь. Трава в низине стояла по пояс и, несмотря на то что деревня была в овраге, трава шуршала и слышался шепот.

– Ночевать на открытой местности, конечно, не дело, – произнёс Рома, оглядываясь, – но и вниз мне что-то спускаться не хочется. Выглядит всё это как… как могила.

– Значит, поспим на могильнике, – хладнокровно ответил я и махнул рукой вперёд.

Мы осторожно двинулись вниз.

На первый взгляд окаменевшая деревенька выглядела почти нетронутой. Те дома, что устояли под гнётом времени, были почти целыми, кое-где даже сохранились заборы. Самое главное, что внутри я не чувствовал ни магии, ни чужого присутствия.

Мы осторожно, дом за домом, прошли к центральной площади. Здесь оказался колодец, обросший мхом. Цепь в колодце заскрипела, как будто её тронул ветер.

– Макс, – позвал меня Рома, – здесь ветра нет. Совсем.

Я это и так чувствовал.

– Может, в домах сохранился какой-то артефакт? – спросила Сольвейг.

Я молча покачал головой, а затем обошёл площадь. На земле не было следов, ни старых, ни новых. Как будто сюда никто не заходил десятилетиями.

И вот тогда я услышал тихий стук.

Тук-тук.

Я тут же насторожился. Но звук повторился.

Тук-тук.

Как будто кто-то бил по деревяшке, притом в одной из ближайших изб у самой площади. Я молча дал сигнал и махнул рукой в сторону звука. Я пошёл первым.

Тук-тук.

Источник звука найти было несложно. Это была одна из хорошо сохранившихся изб. Я осторожно подошёл к двери и запустил внутрь Морок. Словно в издевку, звук повторился.

Тук-тук.

Но Морок внутри ничего не обнаружил. Я толкнул покрытую каменной коркой дверь, и она почему-то открылась со скрипом, как будто была не из камня, а из дерева. Внутри было темно и пахло сыростью.

Я поднял ладонь, вызвал мерцающий огонёк хаоса и запустил его внутрь. Заклинание осветило глиняный пол, грубо сколоченный стол, лавки и пустоту. Только в углу кресло-качалка медленно раскачивалось. Вот только стоило мне задержать на кресле взгляд, как оно замерло.

Тук-тук.

Стук раздался снова, теперь из-под пола. Инстинкты внутри заорали об опасности.

– Назад! – рявкнул я, чувствуя неладное.

Но было поздно.

Пол взорвался каменными осколками. Всё, что я успел сделать, это поставить Хаотический щит перед нами. Меня отбросило назад волной, но приземлился я на ноги благодаря воздушному заклинанию Ромы.

Аскольд и Сольвейг засыпало осколками, но они выглядели целыми. Из дома на нас, размахивая огромными каменными крыльями, выскочил страж этой деревни. Тварь вдвое выше человека, в трещинах на её каменной коже рос мох, а глаза светились тускло-жёлтым. Монстр размахивал не только крыльями, но и длинными рогами.

Вдруг монстр замер, а затем резко оттолкнулся мощными каменными лапами и взлетел в воздух.

– Гаргулья, – сквозь зубы процедил я.

Мы вляпались.

Вляпались в логово монстра-одиночки.