Текст книги "Клинков 6. Последний хаосит (СИ)"

Автор книги: Макс Гато

Соавторы: Максим Мамаев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 19

Дорога к Чернореченску, обычно оживлённая, с торговыми обозами и патрулями, лежала впереди пустынной и тихой колеёй. Мы двигались даже не отрядом, а целым караваном. В авангарде – я, Аскольд, Сольвейг и Рома – все на измученных, изрядно уставших, но ещё твердо стоящих на ногах конях.

За нами десяток лучших Мастеров и Подмастерьев во главе с Алексеем. Они держались в сёдлах с заметной усталостью, ритуал забрал у них много сил, но в Чернореченске ещё будет шанс отдохнуть и пополнить ману. Самое главное, что глаза у всех хаоситов горели огнём.

Вокруг нас, казалось бы, лежала привычная местность – мы не раз ходили здесь в Зону и в патрули, да много куда. Вот только даже воздух вокруг казался другим – напряжённым, прохладным и натянутым, как струна. Лошади и те шли осторожно, с поднятыми головами. Ну а уж деревья по сторонам тракта и вовсе были тихими: ни пения птиц, ни звуков зверей. Всё живое попряталось вглубь, подальше от человеческих троп.

– Тише стало, – негромко бросил Аскольд, успокаивающе поглаживая гриву своего жеребца. Его правая рука не покидала эфес сабли.

– Не тише, – мягко поправила его Сольвейг, – напряжённее. Пахнет страхом.

Светлые волосы валькирии, собранные в тугой узел, казались единственным ярким пятном в сером цвете леса. Рома, обычно болтливый и готовый к любым шуткам и приключениям, молчал. Он всё ещё переваривал ту силу, что влилась в него после Крещения Хаосом, и вид опустевшей дороги не сулил ничего хорошего.

Остальные хаоситы тоже особо не шумели. Они присматривались к обочинам, профессионально оценивая угрозы. Эти люди десятилетиями, а то и дольше выживали в ссылке, в заточении, и их инстинкты были отточены до бритвенной остроты.

Алексей пришпорил коня и подъехал ближе ко мне. На нём уже не было следов кровавых подтёков и пыли – он, как и все остальные, отмылся в первом же ручье. Вот только у Магистра состояние всё-таки было похуже: тени под глазами и резкие морщины выдавали его усталость. Он потратил на ритуал не меньше сил, чем я, просто немного по-другому.

– Давно не был в больших городах и на крупных трактах, – проговорил он, всматриваясь в пустующую дорогу. – Но это не похоже на мирное время. Больше на затишье перед бурей.

– Буря уже началась, – отозвался я, не поворачивая головы. – Осталось лишь закончить её.

Ветер дул нам навстречу и доносил древесную свежесть леса. Мы настигли на тракте первую группу людей. Это были не воины, а крестьяне, притом целые семьи. Мужчины с телегами, доверху набитыми домашним скарбом, женщины, прижимающие к груди узелки и детей, старики, идущие, опираясь на посохи. Их одежда была покрыта пылью, а на лицах застыла усталость и немой вопрос.

Они шли в сторону Чернореченска, но, завидев вооружённый отряд, в их глазах вспыхнуло беспокойство. Они принялись было сворачивать с дороги в колею, уступая место. Но я отдал команду своим.

– Левее!

Наш караван прижался к обочине тракта, и нам удалось разъехаться с крестьянами.

– Беженцы, – коротко произнёс Аскольд. В его голосе не прозвучала жалость, только холодное признание факта. – Я не раз видел подобное. Война всегда начинается с них, с тех, кто ничего не решает, но всегда платит первую цену.

Один из стариков, тащивший на плече тяжёлый узел, споткнулся и чуть не упал. Один из Мастеров Алексея, ловкий мужчина лет сорока на вид, быстро соскочил с коня, подхватил старика под локоть и помог ему встать на дорогу, а затем молча вернулся на место. Алексей встретился с ним взглядом и едва заметно кивнул. Уроки взаимовыручки в условиях выживания клан Магистра усвоил на отлично.

Чем ближе мы подходили к Чернореченску, тем больше становилось людей. Но начали встречаться и оставленные деревни с пустыми избами и амбарами.

На разъездах появились всадники в доспехах и с гербами Южноуральска. Беженцев становилось больше и больше. Один раз мы наткнулись на брошенную стоянку с разбросанными вокруг тюками. На земле виднелись тёмные, уже впитавшиеся в почву пятна. Вокруг не лежало ни тел, ни оружия. Было непонятно, мародёры это или передовой дозор солнечников, но кто-то постарался здесь на совесть.

Мы сделали короткую остановку.

– Не похоже на дальний набег, – склонившись к земле и осматривая следы, пробормотал Аскольд. – Пехота, коней не было.

– Похоже, разбойники постарались обобрать один из караванов, и у них получилось, – хмуро сказал Рома, глядя на оставленную телегу и следы разбоя.

Мы двинулись дальше, и вскоре за последним пригорком показались стены Чернореченска. И надо сказать, город преобразился за то время, что я отсутствовал. Он превратился из торгового узла в суровую крепость.

Высокий частокол из заострённых брёвен, врытых в землю под углом, опоясывал крепкие каменные стены, образуя смертельную ловушку для любой пехоты. На стенах, на привычных башнях и новых деревянных вышках, находились дозоры магов. Вместе с ними были расставлены стрелки с луками и арбалетами в руках.

По стенам мельтешили не только фигуры стражи, но и ополченцев. Их движения были ещё неуклюжи, но уже организованы. Над воротами, где раньше развивался лишь герб Южноуральска, теперь висели дополнительные знамёна всех главных родов Чернореченска: Железных, Нестеровых, Велигорских и, конечно же, Клинковых. Да и ещё несколько стягов развевались рядом на ветру.

– Смотри, – Рома указал пальцем наверх, в небо выше стен.

И он оказался прав. Самое главное висело в воздухе, буквально над городом, переливаясь, мерцая, мыльной плёнкой. Это был сложный магический барьер. Он был неоднородным: местами густым и плотным, а местами почти прозрачным. Чувствовалась спешка, работа нескольких разных школ магии. Но защитное заклинание было ещё не окончено, работа явно кипела.

Я узнал общий почерк Аристарха Железных, а в узлах стабилизации видел знакомые руны Мастеров. При этом что-то новое и прочное было вплетено в магическую ткань барьера, возможно, могущественный артефакт.

– Укрепляются, – с одобрением в голосе произнёс Алексей. В его глазах мелькнуло уважение. – Работа основательная.

– И народ на стенах не спит. – усмехнулся Аскольд. – Им есть кого ждать в гости.

Наш подход не остался незамеченным. Ещё за несколько вёрст до ворот стража засуетилась, и в воздух взметнулось сигнальное заклинание – сноп огненных искр.

Из ворот вышла группа стражников. Судя по гербам, это были родовые бойцы Железных. Аристарх, похоже, очень старался укрепить все позиции в городе.

– Пропуск! – раздался жёсткий, лишённый эмоций голос командира стражи. Он даже не посмотрел на меня, а обвёл взглядом весь караван, оценивая численность бойцов, магов и общий настрой.

– Ты что, ослеп? – рявкнул Аскольд, выдвигаясь вперёд.

– Приказ главы Аристарха, – невозмутимо ответил командир. – Никого не впускать без личного опознания и проверки. Маскировку и иллюзии отключить.

Стандартный способ проверки. Паранойя в преддверии войны никогда не бывала излишней. Вот только глаза у командира были какие-то несерьёзные, в них блестело что-то.

В такт моим мыслям командир склонился в глубоком поклоне.

– Господин Клинков, глава Аристарх велел встретить вас именно так. Сказал, что разжалует, если не повторю слово в слово. Простите, Магистр.

Я усмехнулся. Похоже, что Аристарх решил сыграть практическую шутку. Ну-ну, посмотрим, кто будет смеяться последним.

– Поднимись, – спокойно сказал я, и командир последовал моему приказу. – Всё в порядке. Передай Аристарху, что я вскоре навещу его.

– Конечно, Магистр, – обратился ко мне командир, побледнев и торопливо освобождая дорогу в город. – Как прикажете. И добро пожаловать домой.

Караван начал медленно втягиваться в город. Вот только я задержался ненадолго и, перед тем как въехать в Чернореченск, бросил командиру последние слова:

– Не Магистр, а Архимаг.

А после под ошалевший взгляд как его, так и его подчинённых въехал домой, в Чернореченск.

Внутри царила лихорадочная деятельность. Это был муравейник, работающий по чёткому плану. По главной улице, освобождённой от телег и ларьков, маршировали отряды ополченцев. У кузниц, где звенели молоты и горел огонь, выстраивались очереди за оружием и доспехами. На площадях размещались защитные укрепления и разворачивались лазареты. Женщины носили вёдра с водой и тюки с бинтами. Повсюду сновал народ.

В воздухе висела дымка из пота и калёного железа, даже привычный речной запах почти выветрился. Тихий гул простого люда, занятого подготовкой к войне, был фоном для всей этой симфонии.

Новые хаоситы смотрели на всё это широко раскрытыми глазами. Для них, поколения, прожившего в глухих деревнях и лесных лагерях, Чернореченск даже в таком виде был столицей, кипящей жизнью и опасностью. Они жадно ловили детали и перешёптывались.

Алексей же смотрел вперёд, на вырисовавшееся в конце улицы поместье Клинковых – уже не просто особняк или жилой дом, а настоящий штаб. На крыше тоже виднелись фигуры дозорных, а по периметру стен сновали вооружённые люди. У ворот поместья нас уже ждали. Похоже, весть о нашем прибытии быстро распространилась по городу.

У ворот ждала Арлетта в платье из темно-синего бархата. Она стояла с высоко поднятым подбородком и собранно и пронзительно смотрела перед собой. Не только на меня, но и на весь караван, оценивая, подсчитывая и составляя мнение.

Чуть в стороне, заложив руки за спину, стояла Весна. На ней красовалась не привычная магическая роба, а строгий чёрный кафтан, отделанный серебряными застёжками, чем-то напоминающий военный мундир. Тёмные волосы были немного растрёпаны, а бледное лицо говорило о недосыпе и усталости. Только в глубине её зелёных глаз мелькнула волна облегчения при виде меня.

Я спешился – земля под ногами была твёрдой и знакомой. Подошёл к Арлетте. Мы на миг просто смотрели друг на друга.

– Смотрю, – кивнул я на поместье, – ты не теряла времени.

– Его и не было, – ответила Арлетта и слабо улыбнулась, – чтобы терять.

Потом она ещё раз взглянула за мою спину на Алексея и его людей.

– Новые союзники?

– Новые Клинковы, – поправил её я. – Алексей, глава уцелевшего клана. Алексей, это Арлетта Клинкова, моя жена.

Алексей сделал шаг вперёд и склонился в почтительном поклоне. Старый маг чувствовал в Арлетте силу и компетентность.

– Госпожа, – произнёс он. – Благодарю вас за крышу над головой. Мои люди не подведут.

– В этом я не сомневаюсь, – ответила Арлетта.

Она явно успела оценить силы как Магистра, так и его людей.

– Софья! – Арлетта обернулась к управляющей поместьем. – Отведи людей Магистра Алексея в западное крыло. У нас уже готовы комнаты и горячая вода и еда. Обеспечь их всем необходимым.

– Сделаю, госпожа.

Софья засуетилась, принимая новых жильцов поместья в оборот. Пока шла эта деловая часть, Весна приблизилась ко мне и мягко сжала мою ладонь тонкими холодными пальцами. Я подмигнул ей, показывая, что всё в порядке.

– Максим, – обратилась ко мне Арлетта. – Отец ждёт тебя на совете. Ситуация критическая. События развиваются быстрее, чем мы предполагали.

В светлых глазах жены отражалась тяжёлая ноша ответственности, которая лежала на её плечах.

– Я знаю, – сказал я. – Дай мне немного времени. Нужно привести себя и людей в порядок и получить последние сводки.

Арлетта понимающе кивнула. Она знала цену и необходимость отдыха, а также ценность информации.

– Отправимся, я так понимаю, – предположил я, – порталом?

Арлетта закивала.

– Кажется, твоему отцу пора арендовать у нас землю для портального круга.

Арлетта улыбнулась и поцеловала меня в губы.

– Я рада, что ты цел, – мягко произнесла она, позволив ледяной защите немножко треснуть, даже на людях.

– И стал сильнее, – усмехнулся я.

Мы обменялись ещё парой фраз, и Арлетта удалилась в сопровождении магов.

– Как обстоят дела с алхимией? – спросил я Весну.

– Лаборатория работает на износ, – без предисловий начала говорить Весна.

Она повернулась и жестом пригласила меня проследовать за собой во внутренний двор поместья.

– Зелья высшего уровня готовы: лечение, усиление, яд для частокола и стрел. Защитные артефакты на ключевых точках расставлены.

Мы зашагали во двор. Аскольд с Сольвейг молча проследовали за нами. Здесь, во дворе, тоже кипела работа. Мастера чинили амуницию, лучники тренировались на соломенных мишенях, звенели мечи и гремели заклинания.

– Я видел следы по пути сюда, – сказал я. – Разбойники. Нужно с ними разобраться.

– Хорошо, – согласилась Весна, – но это полбеды.

Весна остановилась и посмотрела на меня. При этом в её изумрудных глазах блеснула тревога.

– Магические артефакты, которые мы расставили на дальних подступах, зафиксировали магическое вмешательство. Единичное, но достаточно мощное, чтобы сработать. Вчера на закате.

– Думаешь, это солнечники? – спросил Аскольд.

Весна пожала плечами.

– Не могу сказать точно. Возможно, разведчики. А может, и ударные группы.

Я переварил эту информацию, глядя на суету вокруг. Мой дом. Моя крепость. Мои люди.

– Хорошо, – сказал я спокойно. – Полчаса на отдых и полчаса на сборы. Покажи и расскажи мне всё. А потом – на совет. Нам придётся защищать не только собственные стены.

С князем я встретился не в Беловежске или в Чернореченске, а в одной из крепостей ближе к линии гор. Цитадель здесь была не такой помпезной, как в столице, но её каменные стены, прошедшие сквозь века, дышали тяжёлой, неповоротливой мощью.

Я вошёл в зал совета вслед за одним из Мастеров Демидова. Маг поклонился, вышел и закрыл дверь на засов с той стороны. За длинным столом, высеченным из камня, на котором была развёрнута огромная карта, сидело всего лишь два человека.

Сам князь Григорий Демидов – во главе. Он выглядел лет на десять старше, чем при нашей последней встрече. Под глазами синяки, в осанке лёгкая сутулость, было заметно, что он сбросил немного веса.

Но от него чувствовалась та же жёсткая мощь, даже сейчас, когда я вступил в ранг Архимага. Когда он поднял голову, в его взгляде не было усталости, только жёсткий, холодный, голодный огонь, ведомый стальной решимостью.

Чуть подальше сидел Василий Шаховский. В отличие от Демидова, он сидел вразвалочку, изучал карту как шахматную доску. Лишь мимолётный взгляд в мою сторону выдал в нём живой интерес и оценку.

– Максим, – голос Демидова эхом разнёсся по залу. – Садись. Мы ждали.

Я занял место рядом с князем.

– Один удар, – спокойно произнёс Шаховский, – и ты поджёг фитиль под бочкой с маслом.

Я только пожал плечами.

– Я выполнил обещание, данное роду, – ответил я спокойно. – И нанёс удар по стратегической точке солнечников.

– Так я и не осуждаю, – усмехнулся Шаховский. – Скорее, хвалю. Точка невозврата была пройдена уже давно, теперь работаем с тем, что имеем.

Князь согласно кивнул и ткнул пальцем в карту ближе к северным границам, где были собраны скопления красных флажков.

– Отряды солнечников и их наёмников уже пытаются прорваться. Пограничные заставы держатся, но это ненадолго.

Он передвинул палец к столице Южноуральска, Беловежску, вокруг которого синими флажками был обведён плотный оборонительный периметр.

– Все наши регулярные силы стянуты сюда. – он постучал пальцем по карте. – Чтобы держать столицу. Падёт она – падёт и княжество, дух будет сломлен.

– Тогда зачем они скапливались в Подгорске? – с интересом спросил Шаховский.

– Солнечники не будут нападать единой армией, – покачал головой я. – Слишком хитры. Сколько у них Архимагов? Пять? При любом раскладе больше, чем у нас. Нас всего лишь трое. Они постараются задавить нас численным перевесом.

– Казанский князь прислал Магистров, – тяжело произнёс Шаховский.

– Но не Архимагов, – с укором в голосе произнёс я.

Князь потёр лицо.

– Союзники держат нейтралитет до прояснения обстановки. Им важнее место при дворе.

– Или, – холодно произнёс Шаховский, – труп проигравшего.

Шаховский слегка сжал губы. Да, ситуация была не в нашу пользу. Для того чтобы хотя бы приблизительно сравнять силы, нам нужно было ещё несколько десятков Магистров. И их, похоже, у нас не было.

– Имеем что имеем, – повторил князь. – Давайте-ка пересчитаем людей и решим, что делать.

Следующие несколько часов мы только занимались тем, что двигали флажки и фигурки по карте, придумывали планы. Все три Архимага были сильны в военном деле. Мы прожили не одну сотню лет, пусть даже моё время и было довольно давно. Но сейчас боевой опыт всех нас троих сыпался под одним неопровержимым фактом: солнечников было слишком много. Даже Магистров было чуть ли не вдвое больше.

– Я вижу только один выход, – проговорил я, когда возникла небольшая пауза. – Чернореченск для солнечников будет красной тряпкой. Они точно захотят стереть город-пристанище хаоситов, так же как я стёр Подгорск.

– Придётся разделиться, – холодно произнёс князь.

Шаховский откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу.

– Верно, – кивнул я.

Оба Архимага не хуже меня понимали, что эта война для Южноуральска решится исключительно с помощью личного мастерства. Я не мог точно определить потолок каждого из Архимагов врага, но точно знал, что и у Григория Арсеньевича и у Шаховского были шансы.

Но кому-то явно придётся стоять сразу против двух противников. И я очень хотел, чтобы это был я. В конце концов, столица Южноуральска и вправду не должна пасть.

– Я задержу их настолько, насколько возможно, – пообещал я, смотря на точку, изображавшую Чернореченск на карте. – Остальное будет за вами.

Я посмотрел на князя, затем на Василия Шаховского.

– Шах, – выдохнул Григорий Арсеньевич, – тебя достанется север.

Шаховский пожал плечами и поправил чёрные кудри. Ему, похоже, было не принципиально, где сражаться.

– Останови передовой отряд, завяжи бой и, если нужно, отступай. Мы заманим их вглубь Южноуральска, на незнакомые земли. Большая часть жителей уже эвакуирована.

Григорий Арсеньевич поднялся на ноги и посмотрел на свои владения, пусть и на бумаге карты, сверху вниз.

– Мы оставим столько ловушек, сколько сможем. Магических и не только. Чем дальше солнечники от родных мест, тем больше у нас шансов застать их врасплох.

Князь взмахнул рукой, и на карте начали подсвечиваться линии, круги и другие фигуры, которые вскоре должны были стать местами сражений.

Совет не продлился долго. Мы понимали – инициативу поначалу придётся отдать. Но ни одна южноуральская крепость или город не должны были пасть с наскока. Сами камни, усиленные сотнями, а то и тысячами лет, и духом предков, противились захватчикам.

Совет закончился. Решение было принято. Мы попрощались коротко, без сомнений, только с холодной решимостью. Для каждого из нас были свои причины сражаться. Если для Демидова и Шаховского солнечники были политическими врагами, которые постоянно вмешивались в дела княжества, то для меня они были врагами экзистенциальными. Силой, которая не должна существовать.

Особенно потомки выродков из рода, который изжил и уничтожил Клинковых несколько веков назад. Они не убили меня до конца, и я смог переродиться. Я такой ошибки не допущу.

Когда окно портала закрылось, я оказался в родовом особняке в Чернореченске. Здесь царило предрассветное спокойствие. Я смотрел на высокие башни, крепкие стены и крытые черепицей или металлом крыши домов. Чернореченск стал не просто пристанищем, а домом. Как и Южноуральск. И во второй раз отдавать свой дом на растерзание я не собирался.

Где-то вдалеке, на горизонте, небо окрасилось в причудливые лучи алого цвета. И это означало одно: скоро прольётся кровь. Море крови.

Глава 20

Рассвет над Чернореченском был серым. Небо затянуло плотными облаками, и солнце проглядывало сквозь них тусклым, болезненным пятном, словно само не хотело освещать то, что должно было произойти. Воздух пах железом, сырой землёй и тревогой. Я стоял на главной башне поместья Клинковых и смотрел на город, который за последние дни изменился до неузнаваемости.

Чернореченск больше не был просто торговым городком на краю дикой земли. Он превратился в крепость. Улицы, которые ещё месяц назад были забиты торговцами и ремесленниками, теперь ощетинились баррикадами. Мешки с песком и камнем были уложены на перекрёстках, образуя стрелковые позиции. За каждой стеной и каждым забором были расставлены мои артефакты – ловушки, барьеры, якоря для заклинаний. Я лично проверил каждый из них.

На стенах города, укреплённых и расширенных за последние недели усилиями магов и простых рабочих, маршировали патрули. Среди знакомых лиц мелькали и новые – хаоситы Алексея, которые уже вжились в гарнизон. Они держались особняком, но дело своё знали.

Я вдохнул холодный утренний воздух и почувствовал, как хаос внутри меня отзывается лёгкой вибрацией. Сердце рода, слившееся с моим собственным ядром, пульсировало ровно и мощно. Каждый его удар отзывался эхом в каждом камне поместья, в каждой руне, вычерченной моей рукой. Чернореченск был не просто городом – он был частью меня.

– Не спалось? – раздался голос за моей спиной.

Я обернулся. Арлетта стояла в дверном проёме, накинув на плечи тёплый плащ поверх ночной рубашки. Ветер трепал её белые волосы, но на лице не было и тени сонливости – только спокойная собранность, к которой я давно привык.

– Не мог, – честно ответил я. – Они будут здесь через два дня. Может быть, через день.

Арлетта подошла ближе и встала рядом, облокотившись на каменный парапет. Некоторое время мы молча смотрели на город. Где-то внизу кузнецы уже начинали работу – звон молотов разносился по улицам привычным ритмом.

– Отец прислал голубя, – тихо сказала она. – Борис Соснов с центральной армией движется на Беловежск. Передовые отряды уже в двух днях пути от столицы.

Я кивнул. Это было ожидаемо. Борис не стал бы размениваться на мелочи – он хотел уничтожить саму идею Южноуральска как союзника хаоситов. Ударить в сердце, а не по конечностям.

– А Илларион? – спросил я.

– Южная армия выступила позавчера. Три тысячи бойцов, два Архимага, не меньше десятка Магистров. И инквизиторы Ремана.

Я усмехнулся. Три тысячи бойцов, два Архимага и десяток Магистров – против одного города. Лестно. Впрочем, они не знали, что город обороняет не просто Магистр, а Архимаг. Мой переход на новый ранг пока оставался тайной для внешнего мира, и это давало мне преимущество.

– Мне нужно идти на совет, – сказал я и повернулся к Арлетте.

Она смотрела на меня своими серебряными глазами, и в них я видел то, что она никогда не сказала бы вслух при других: страх. Не за себя, нет. За меня, за всё, что мы построили. Арлетта была сильной женщиной, но даже самые сильные люди боятся потерять то, что любят.

Я обнял её. Она прижалась ко мне, и холод её магии приятно контрастировал с жаром хаоса, который клубился внутри меня. Мы стояли так несколько секунд – целую вечность, сжатую в объятие.

– Иди, – мягко сказала она, отстраняясь. – Город ждёт своего защитника.

Я кивнул, поцеловал её в лоб и направился вниз по лестнице. Мои шаги гулко отдавались в каменных стенах.

Зал совета был полон. За круглым столом собрались все, кто имел значение: Аскольд, мрачный и собранный, с клинком на поясе; Сольвейг, сияющая внутренним светом, словно маяк среди серых стен; Рома, непривычно серьёзный, с новой глубиной в глазах после крещения хаосом; Алексей – спокойный, как скала, его присутствие успокаивало даже тех, кто встретил его впервые. Рядом с ним стояли двое его лучших Мастеров.

Иван уже разложил на столе карты, донесения и списки ресурсов. Фёдор Вяземский что-то быстро записывал в свою неизменную книжку. Весна стояла у стены, скрестив руки на груди, и её зелёные глаза внимательно изучали каждого вошедшего. Серёга с Ирой Володины заняли свои места – молодые, горящие боевым азартом.

Я вошёл в зал, и разговоры стихли. Все взгляды обратились ко мне.

– Садитесь, – коротко сказал я и занял своё место во главе стола.

Я обвёл взглядом своих людей. Каждый из них прошёл со мной через многое – через Зону, через битвы с монстрами и солнечниками, через заговоры и интриги. Каждый из них был частью того, что мы построили. И каждый из них знал, что сегодняшний совет мог стать последним перед бурей.

– Начнём с самого важного, – произнёс я. – Южная армия солнечников выдвинулась. Через два дня они будут у стен Чернореченска. Их ведёт Илларион Соснов. С ним два Архимага, не менее десяти Магистров и три тысячи бойцов.

По залу пронёсся сдержанный ропот.

– Три тысячи? – Аскольд присвистнул. – Неплохой комплимент.

– Два Архимага, – негромко повторил Алексей, и в его голосе звучало нечто похожее на уважение к противнику. – Какие именно?

– По данным Ольги, – я кивнул на Арлетту, которая только что вошла в зал и заняла своё место, – один из них Реман, глава инквизиции. Второй – Ксенофонт Кашкаринский, союзник солнечников, Архимаг земли и огня.

Реман – это было серьёзно. Глава инквизиции был не просто воином, он был фанатиком, одержимым уничтожением хаоса. Его инквизиторы славились умением охотиться на магов – специальные техники подавления, артефакты, рассеивающие заклинания, и безжалостная эффективность.

– У нас есть что им противопоставить? – спросила Сольвейг, и её голос звучал ровно, как звон клинка о точильный камень.

– Есть, – ответил я и позволил себе усмешку. – У нас есть я.

Наступила короткая тишина, а затем Аскольд хмыкнул, и напряжение в зале чуть ослабло.

– Но одного меня недостаточно, – продолжил я серьёзно. – Поэтому послушайте план.

Я встал и подошёл к карте на столе. Чернореченск был обведён красным кругом, от него в разные стороны расходились линии – дороги, тропы, направления атак.

– Солнечники ударят с юга – это очевидно. Единственный удобный подход к городу с их стороны – тракт через Волчий перевал. Они не смогут обойти город: с запада – Зона, с востока – болота и речные протоки. Им придётся идти в лоб.

Я провёл пальцем по карте.

– Первая линия обороны – здесь, у Чёрной Балки. Узкое место, где тракт проходит между скалами. Сольвейг, ты займёшься этим участком. Твои лучники и бойцы задержат авангард.

Валькирия кивнула. Её глаза вспыхнули бирюзовым светом – верный знак, что она уже просчитывала тактику.

– Задача – не разбить их, а замедлить и потрепать. Дать нам время подготовиться. Как только давление станет слишком сильным, отступай к городу по заранее подготовленному маршруту. На пути – ловушки, которые я расставил лично.

– Сколько мне держать? – спросила Сольвейг.

– Полдня. Больше не нужно. Потом отходи.

Я повернулся к Аскольду.

– Ты со своими людьми и хаоситами Алексея встретишь их на стенах. Вторая линия обороны. Никаких вылазок, никаких геройств. Стоять и держать.

Аскольд скривился – он не любил оборонительные бои, предпочитая атаку. Но кивнул.

– Понял.

– Рома, – я посмотрел на друга. – Ты со своими воздушными заклинаниями будешь работать как артиллерия. С башен поместья, издалека. Не лезь в ближний бой – ты ещё не привык к новой силе.

Рома поморщился, но возражать не стал. Он и сам понимал, что после крещения хаосом его возможности выросли, но контроль ещё хромал.

– Весна, – я повернулся к ведьме. – Зелья, яды, лечение. Ты и твои ученики – наш тыл. Лазарет развернёшь в подвале поместья. Но помимо этого, мне нужны ловушки. Алхимические. Те, что ты варила последние две недели.

Весна кивнула с хищной улыбкой.

– Они готовы. Двадцать бочонков кислотного тумана, тридцать гранат с ядовитым порошком и дюжина склянок с жидким огнём, который не тушится водой.

– Отлично. Расставь их по первой и второй линиям.

Я снова обвёл взглядом всех присутствующих.

– Что касается Архимагов, – мой голос стал жёстче, – с ними буду разбираться я. Лично. Никто из вас не должен вступать в бой с Реманом или Ксенофонтом. Это не трусость – это здравый смысл. Они убьют любого из вас в считаные мгновения.

– А ты? – тихо спросила Весна, и в её зелёных глазах мелькнула тревога.

– А я – Архимаг, – спокойно ответил я.

Тишина, повисшая после моих слов, была красноречивее любого восклицания. Те, кто ещё не знал о моём новом ранге, смотрели на меня широко раскрытыми глазами. Алексей лишь едва заметно кивнул – он знал.

– Подождите, – первым нарушил молчание Серёга Володин. – Архимаг? Но когда?..

– Несколько недель назад, – коротко ответил я. – Подробности – после войны. Сейчас важно одно: у солнечников нет ни одного основания полагать, что в Чернореченске сидит Архимаг хаоса. Они идут сюда с расчётом на Магистра. И именно это даёт нам преимущество.

Я видел, как менялись лица моих людей. Страх и напряжение уступали место чему-то другому – надежде, уверенности, даже злому азарту. Если за их спиной стоял Архимаг, то шансы менялись кардинально.

– Алексей, – обратился я к Магистру хаоса.

Он поднял голову. Его суровое, обветренное лицо было спокойным.

– Ты и твои Мастера будете моим резервом. Если я свяжу боем обоих Архимагов, на вас ляжет борьба с Магистрами солнечников. Справитесь?

Алексей чуть прищурился, и на его губах мелькнула тень усмешки.

– Мы не сражались в открытую столетия. Но это не значит, что мы забыли, как это делается.

Совет продлился ещё час. Мы разобрали каждую деталь: расположение войск, пути отхода, сигнальные заклинания, запасы зелий и еды, эвакуацию мирного населения. Последнее было уже почти завершено – женщины, дети и старики были отправлены вглубь Южноуральска, в деревни и городки под защитой Демидовых.

Когда совет закончился и люди начали расходиться, я задержал Алексея и Рому.

– Есть ещё кое-что, – сказал я тихо, убедившись, что двери закрыты.

Алексей молча ждал. Рома наклонился вперёд.

– Если план сработает и мы отобьём южный удар, – произнёс я, – я отправлюсь к Беловежску. Борис Соснов – главная угроза. Демидов и Шаховский сильны, но их всего двое против армии. Им нужна помощь.

– А Чернореченск? – спросил Рома.

– Останется на вас. На тебе, на Алексее, на Аскольде и Сольвейг. Если мы разобьём южную армию, оставшиеся солнечники не рискнут атаковать снова без поддержки Архимагов.

Алексей медленно кивнул.

– Разумно. Но ты уверен, что справишься с Борисом?

Я посмотрел ему прямо в глаза.

– Борис Соснов – потомок тех, кто уничтожил Клинковых. Он лично привёл огонь в наш дом. У меня с ним старый счёт, старше, чем он думает.

Алексей ничего не ответил. Он просто положил кулак на сердце – жест, который хаоситы использовали веками. Жест клятвы и верности.

Рома же хлопнул меня по плечу и широко улыбнулся.

– Ну, если Архимаг говорит, что справится – значит, справится. Кто я такой, чтобы спорить?

Я усмехнулся. Рома не менялся, и за это я был ему благодарен.

* * *

Следующий день прошёл в лихорадочной подготовке. Я лично обошёл каждый участок обороны, проверил каждую руну и каждый артефакт. Вместе с Весной мы расставили алхимические ловушки на подступах к городу. Вместе с Аскольдом и Сольвейг проверили боеготовность дружины.