Текст книги "Контракт на новую жизнь (СИ)"

Автор книги: Людмила Вовченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Глава 43. Храм Тени и Песка

Утро было безоблачным, но в воздухе стояла странная тяжесть, как перед грозой – или откровением.

– Готова? – Лир’Кайс стоял у ворот, опершись на древний посох, который, как он утверждал, «сам его нашёл». На нём переливались руны, живые, будто дышали.

Ольга подтянула ремень за спиной – простая походная туника, волосы собраны, в глазах – решимость.

– Не уверена, что кто-то может быть готов к Храму Тени и Песка, – ответила она. – Но врать не буду: я – да.

К ним присоединились Мираэль, трое воинов из освобождённых, Ларисса, которая настояла, и даже зверёныш, сидящий на плече, как миниатюрный страж.

– Говорят, храм перемещается, – заметила Ларисса. – Что он появляется только тем, у кого есть причина.

– У нас причин целая тележка, – буркнула Ольга. – И прицеп к ней.

* * *

Путь занял полдня. Песчаная равнина, вкрапления из кристаллических деревьев, шорохи под ногами. В воздухе – соль, тепло и ощущение, будто их кто-то оценивает.

– Это магия храма, – шепнул Мираэль. – Он чувствует, кто достоин войти.

– А кто – стать частью стены, – добавил Лир’Кайс с мрачной усмешкой.

К вечеру они добрались. Прямо среди пустыни из пепельно-серого песка вознёсся храм: высокая арка, сияющая как металл, окружённая барханами, в которых слышались отголоски голосов.

– Архитектура явно не местная, – присвистнула Ольга. – Или кто-то вдохновлялся инопланетной классикой с примесью психоделики.

– Это древний язык. Имена, – Ларисса провела рукой по одной из колонн. – Это… хроники пришедших.

– Найди имя «Ольга», и я тут же свалю домой, – усмехнулась та.

* * *

Храм впустил их – без слов, без вопросов. Пространство внутри не подчинялось логике: пол дрожал, как вода, колонны вибрировали, реагируя на присутствие каждого. В центре, как пульсирующее сердце, сиял артефакт – кристалл, из которого вытекал свет, обволакивающий стены.

– Это Ядро Памяти, – сказал Лир’Кайс. – Хранитель всех, кто был до нас.

– Кто не справился? – спросила Ольга, подходя ближе.

– Или кто открыл больше, чем мог унести.

И в этот момент кристалл дрогнул – и в нём вспыхнула её капсула. Изображение. Станция. Лицо. Её.

– Это твой след, – сказал Мираэль, стоя за её спиной. – Храм признал тебя.

– Что это значит? – прошептала она, ощущая, как вибрации проходят по коже, как будто всё в ней отзывается на зов.

– Что ты не первая. Но, возможно, последняя.

Из глубин храма раздался голос – как если бы тысяча голосов пели в унисон:

– Твоя суть – соединение. Ты – огонь, но несёшь влагу. Ты – магия, но ведомый разум. Род, что ты строишь, – не случайность. Это – нить восстановления. И путь к тебе уже идёт.

Перед ней открылся проход – новая арка, за которой бушевал свет.

– Кто-то идёт, – прошептала Ларисса.

– Или что-то, – уточнил Лир’Кайс, напрягшись.

Из света вышел силуэт. Мужчина. Высокий, с крыльями, похожими на выкованные из ночного металла. Лицо – как у древнего воина. Глаза – как вселенная в огне.

– Так… – Ольга подняла подбородок. – А это что ещё за голографический секс-магнит?

– Это тот, кого ты ещё не знала, – раздался голос из кристалла. – Но он знает тебя.

Никто не пошевелился. Даже зверёныш затих.

– Привет, полковник, – сказал незнакомец. – Я был твоим Стражем, до того, как ты родилась.

Ольга выдохнула:

– Чёрт. Я чувствую, что это снова что-то очень важное… и, вероятно, запутанное.

Лир’Кайс и Мираэль переглянулись.

Ларисса шептала заклинание.

Храм дрожал.

А Ольга стояла – и улыбалась. Потому что знала: начался финал. Но он будет таким, каким она сама выберет.

Глава 44. Зов Стража и дыхание магии

Храм дышал. Не метафорически – стены словно сжимались и разжимались, как гигантская грудная клетка, напоённая древней энергией. Свет от кристалла лился мягко, но с настойчивостью, заставляя сердца в груди замирать… и биться вновь, чуть быстрее, чуть громче.

Ольга стояла напротив нового пришельца. Он был невероятен: рост под два с половиной метра, мускулистый, но гибкий. Крылья – тёмные, будто выкованные из окалины и мрака, но в их складках играли искры – как зарницы над ночным океаном. Его волосы, цвета чернильной звезды, падали на плечи, а глаза… в них отражалась галактика. Не романтично – буквально.

– Ты молчишь, – сказал он. Голос – низкий, гладкий, как вино, выдержанное в вечности.

– Я думаю, – отозвалась она, скрестив руки. – Например, как тебя зовут и почему твоя красота нарушает мой личный комфорт.

Он усмехнулся. Даже в этом – первобытная сила.

– Зови меня Кай’Сиар. Так меня называли до того, как я стал Стражем Межи. А ты – Ольга. Полковник, огонь, феникс. Живое Исключение.

– Не люблю пафос. Но ладно, продолжай.

Он приблизился, и только тогда она поняла: воздух вокруг него вибрирует, как от жара. И каждый шаг словно пробуждает в ней что-то старое. Забытое… или искусственно удалённое?

– Ты не просто связующая звено, – тихо сказал он. – Ты… Катализатор. Всё, что здесь началось – от тебя. Храм признал, теперь я должен подтвердить. Ты готова?

– Подтвердить что? – она сделала шаг назад, и Лир’Кайс тут же оказался рядом.

– Что ты не просто новая хозяйка планеты, – вмешался Мираэль, сжав рукоять меча. – А ключ к восстановлению древнего равновесия.

– Отлично, – буркнула Ольга. – Я всего лишь хотела подать декларацию в магический налоговый и пересчитать гусят с рогами, а теперь я, оказывается, магическая мессия.

Кай’Сиар приблизился ещё на шаг.

– Позволь мне. Я коснусь твоей души. Только на миг. Только один раз.

– И что, сразу тут, при всех? – иронично приподняла она бровь.

Он не отвёл взгляда.

– Только так я узнаю, осталась ли в тебе последняя искра того, кто однажды спасёт или разрушит всё.

Ольга вздохнула.

– Ладно. Но если ты попытаешься залезть в мои воспоминания про бывших – не обессудь.

Он коснулся её лба двумя пальцами. И в этот миг… время исчезло.

* * *

Она стояла на обломках планеты. Мириады звёзд висели в небе, но не светили. Всё было прахом. Мертвым и величественным.

– Ты уже бывала здесь, – прозвучал голос Кай’Сиара, рядом. – В других телах. В других мирах. Каждый раз ты выбирала не власть. А ответственность.

– А кто ты… на самом деле? – прошептала она.

– Я был тем, кого ты когда-то спасла. Я – результат одного из твоих выборов. Я и есть твой след.

* * *

Она очнулась с рывком. Ладони горячие. Крылья Кай’Сиара сомкнулись вокруг неё – как замок.

– Ну ты и псих, – выдохнула она.

– Ты видела. Ты поняла, – прошептал он. – Ты чувствуешь?

Ольга медленно кивнула.

Вокруг вспыхнули тревожные огни – Храм начал закрываться.

Ларисса схватилась за артефакт.

Лир’Кайс рыкнул:

– Выводим её! Сейчас же!

Но Кай’Сиар не отступил.

– Я иду с вами. Твоя межа – теперь и моя. Я не прошу – я возвращаюсь.

Ольга посмотрела на него. Его рука была протянута. Его лицо спокойно. За спиной – раскрывшиеся крылья, острые как лезвия, но защищающие, а не угрожающие.

– Только не лезь ко мне с пророчествами на завтрак, – сказала она, и вложила свою ладонь в его. – А то снова пересчитаю гусят. Лично.

Он усмехнулся.

– Тогда пусть будут наши.

* * *

Храм за ними сомкнулся, как разверзшаяся раковина. А над горизонтом вспыхнула новая заря.

И где-то в сердце планеты древние законы снова начали двигаться.

Глава 45. Хозяин и Хозяйка

Поместье, словно чувствовало возвращение своей владычицы, встретило её теплом. Плетёные веранды, покрытые лазурными цветами, источали тонкий аромат, в саду звенели пыльцекрылые мотыльки, а фонтан на заднем дворе пел свою жидкую, кристально-чистую мелодию. В воздухе висела тишина… до тех пор, пока с громким хрустом не рухнул боковой навес.

– Это… крылья? – удивлённо вскинула бровь Ольга, глядя, как Кай’Сиар, с крыльями-лезвиями, протискивается в её уютный зелёный коридорчик.

– Прошу прощения, – виновато пробормотал он. – Я не привык к таким… компактным условиям.

Лир’Кайс, проходящий мимо с подносом фруктов, ехидно фыркнул:

– Компактность – не порок, особенно когда хозяйка требует порядка. Или ты хочешь ночевать во дворе с курами? Они, кстати, рогатые.

– Плевать. Если мне выделят гнездо, – протянул Кай’Сиар, взглядом невинно скользя по Ольге, – лишь бы рядом с ней.

Она кашлянула, резко развернулась и направилась в дом.

– Кто-нибудь, дайте ему подушку и инструкции по выживанию в моём доме.

* * *

Вечером, в гостиной, пахло цитрусами и дымом от вечерних ламп. Ольга устроилась на диване, уткнувшись в планшет с картой местности.

– Слушай, – Лир’Кайс уселся напротив. – Мы пересчитали всё. Казна пополнена, прибыли от сбора шелковых жуков идут, плюс магический налог от новоприбывших…

– Ты хочешь сказать, мы наконец перестали быть обременительно нищими?

– Скажем так: ты теперь в списке уважаемых землевладельцев. Со своей армией. И своим… бр-р, личным крылатым энтузиастом.

– Не ревнуй, Лир. Он просто… необычный.

– Да? А как насчёт того, что он сегодня закрыл тебя своими кинжало-крылами от глиняного осколка, который и так бы тебя не задел?

– Это было… мило, – вздохнула она, отворачиваясь, чтобы скрыть улыбку. – И немного возбуждающе.

– О, всё, я ухожу, – фыркнул Лир’Кайс. – Я – слуга, а не исповедник твоих девичьих эмоций.

– В этом доме ты всё в одном флаконе, – бросила она вслед. – Уж прости, Лир.

* * *

Позже, в саду, она сидела на каменной скамье, глядя, как над клумбами порхают светлячные коты – полупрозрачные, мурлыкающие и светящиеся.

Кай’Сиар появился, как всегда, бесшумно. Его крылья были сложены, а волосы развевались под ночным ветром.

– Ты улыбаешься, – сказал он, опускаясь рядом.

– Это запрещено?

– Наоборот. Я хочу, чтобы ты делала это чаще.

– Осторожно, Страж. Такие слова могут стоить тебе статуса.

– Я отдам всё, чтобы остаться рядом.

Она посмотрела на него – его глаза отражали луну. Луна отражала её.

– У тебя нет страха?

– Есть. Но он – не перед тобой, а перед тем, что однажды ты исчезнешь. Не из виду – из смысла. Я не хочу быть просто гостем в твоей истории. Я хочу быть частью её конца.

– Прямо романтик с кинжалами, – прошептала она, позволив его пальцам прикоснуться к её ладони.

Тишина между ними была тёплой, живой. Ни клятв, ни обещаний – только дыхание двух странных, заплутавших душ.

* * *

На следующий день Ольга вывесила распоряжение: всем, кто носит рабские клейма и ошейники – снять. В её доме не будет рабов. Только союзники. Только те, кто хочет быть частью нового мира.

Многие слуги плакали. Кто-то смеялся, не веря. Кто-то встал на колени и поцеловал её руку.

А в небе вновь запел храмовый кристалл. Потому что равновесие – это не контроль. А выбор.

Глава 46. Кристалл и Пламя

Утро началось с тревожного звона храмового кристалла – высокие ноты, будто зов, будто предупреждение. Ольга проснулась мгновенно: тело – в боевой готовности, разум – напряжён, но… возбуждён. Было в этом звуке что-то… обещающее.

Когда она вышла во двор, мир уже жил – влажный утренний воздух пропитан ароматом фиолетовых древесных плодов, в небе летели лепестки змеекрылых лиан, а садовые дорожки уже подметал юный слуга с глазами цвета янтаря.

– Хозяйка! – голос Лир’Кайса раздался из беседки. – К вам прибыли из Храма Древней Звезды. Их маг услышал зов портала в южной точке – на границе старого леса.

– Пора. Сегодня мы выйдем.

Она ещё не успела одеться, как в дверях её спальни возник Кай’Сиар.

– Я хотел бы сопровождать тебя. И… – он задержался на пороге. – Могу помочь с доспехами. Если, конечно, ты не против.

– А ты обязательно так смотришь, будто сейчас сожрёшь? – усмехнулась она, но впустила его.

Внутри было тепло, как в южных банях. Кристаллы света мягко подсвечивали её фигуру, когда она встала у зеркала в тонкой серебристой тунике. На коже выступила лёгкая роса – от нервов или жара?

Кай’Сиар оказался за её спиной. Он коснулся ремней брони, но двигался медленно, почти лениво, как зверь, играющий с добычей.

– Ты знаешь, – произнёс он, – когда ты отдаёшь приказы – ты прекрасна. Но когда ты молчишь и смотришь… ты становишься опасной.

– Хочешь, чтобы я молчала и смотрела? – её голос стал тише, ниже.

– Нет. Хочу, чтобы ты кричала… но от удовольствия.

Её дыхание сбилось, когда он провёл пальцами по шее, клеймо запульсировало – фиолетово, живо, чувственно. Её глаза встретились с его в зеркале. Он не отводил взгляда.

Когда он поцеловал её – это был не поцелуй, а клятва. Его губы горячие, как лава, но движения – терпеливые, медленные, дразнящие. Его пальцы обвивали её талию, а крылья – словно тёплые покрывала – сомкнулись вокруг.

Она прижалась к нему, забыв про доспехи, про Храм, про всё. Лишь потом, когда в её ушах зазвенел второй зов кристалла, она отступила, тяжело дыша.

– Кай… это было…

– Недостаточно. Но я подожду. – Он поцеловал её ладонь. – И защищу тебя. Даже от тебя самой.

* * *

Путь к Храму лежал через заросли фиолетовых трав и светящихся жуков. В их отряде были двое магов, трое бойцов и сам Лир’Кайс, который ехал рядом с ней, язвительно бросая:

– Если ты будешь так светиться после каждого визита Кая, нас и храмовые призраки найдут.

– Лир…

– Молчу! Просто прошу – дай знать, если его крылья когда-нибудь сверкнут в спальне, чтобы я успел уехать.

Они смеялись. Мир вокруг пел.

* * *

В роще у древних камней их ждало нечто странное – гнездо. В нём – крошечное существо с шестью лапками, мягкой шерстью и двумя светящимися глазами. Оно пищало, но не убегало.

Ольга присела, коснулась малыша. Он шевельнулся… и его шерсть заискрилась фиолетовыми искрами, в унисон её клейму.

– Это… магический детёныш. – прошептал один из магов. – Он тянется к тебе.

– Значит, он остаётся со мной, – улыбнулась она. – Похоже, у меня теперь ещё и кот – из разряда редких.

* * *

Храм встретил их не враждебно, но сдержанно. Стены были покрыты резьбой древней расы, похожей на ангелов и демонов одновременно. На пьедестале – надпись:

«Когда кровь новой искры соединится с древней тенью – придёт время Пробуждения.»

Кай’Сиар прошёл вперёд.

– Это о тебе, – сказал он.

– Тогда мне стоит быть осторожнее с тем, кому позволю прикоснуться к моей крови, – хмыкнула она.

– Поздно. Я уже внутри твоей истории.

И он снова улыбнулся так, что внутри всё вспыхнуло.

Глава 47. Голос из Костяного Сердца

Храм дышал. Не ветром и не временем – а памятью. Его стены – тёплые, живые, усыпанные резьбой и биолуминесцентной мховой вязью – шептали. Прикоснись – и услышишь. Войны, пророчества, рождение богов… или падение цивилизаций.

Ольга шла в центре. Рядом – Лир’Кайс с зажатым в зубах кристаллом света и Кай’Сиар, который почти не отходил от неё. Он был напряжён, как тетива, и всё чаще позволял себе взгляды, от которых по коже пробегал жар.

– Здесь кто-то умер, – прошептала она. – Не в битве. В отчаянии. Я чувствую.

– Это место… не храм, – хрипло отозвался маг. – Это сердце. Сердце программы, оставленной теми, кто пытался создать богов… и сгорел вместе с ними.

* * *

Они спустились ниже, и ступени зазвучали как струны. Магия отзывалась – живая, пульсирующая, будто храм узнавал Ольгу. Её клеймо светилось ровным фиолетовым светом, детёныш на руках затих, вжавшись в её грудь.

– Кто-то зовёт, – прошептала она.

– Не отвечай. Это может быть Страж. Или обманка, – предостерёг Лир’Кайс.

Но было поздно. Свет хлынул из стены – и плотная ткань реальности разошлась, открывая… нечто.

Сфера. Величиной с дом, из полупрозрачного камня. Внутри – фигура. Женская. Покой. Вечность. Но как только Ольга шагнула ближе, голос раздался не снаружи – в ней самой.

– Ты – огонь, вплетённый в плоть. Ты – не просто пришедшая. Ты – следствие. И решение.

– Смотри. Слушай. Принимай.

Мир вокруг исчез. Ольга увидела – обрывки чужой жизни, иномирцев, прибывших на эту планету задолго до неё. Они строили, боролись, умирали. Один был похож на человека… с крыльями из света, кинжальными, как у Кай’Сиара. Он смотрел на неё – будто знал.

– Ты найдёшь его. Он один остался от той эпохи. Он ждал тебя.

Сфера потускнела. Камень снова стал стеной.

* * *

– Ты… ты была внутри, – Кай’Сиар обхватил её за плечи. – Твоё тело не двигалось, но клеймо пульсировало, и даже храм вздрогнул.

– Я видела прошлое. И кое-что из будущего, – тихо сказала она. – Мы не первые. Но мы можем быть последними.

Они вышли наружу под вечер. Небо было бархатным, звёзды – как раскалённые иглы. У подножия лестницы – разбитое гнездо. Маленькое существо, чьё тело обвивали ленты магической травы, трепетало.

– Ему больно, – Ольга присела. – Кто-то из наших?

– Нет. Он… послан. Как маяк.

Она коснулась лапки – и магия вспыхнула. Существо развернулось, преобразуясь: на секунду в воздухе возник символ – знак слияния древнего рода с пришлой кровью. Все замерли.

– Это печать признания, – прошептал маг. – Ты… одна из них. Но не повторяешь. Ты превосходишь.

* * *

Поздно ночью, уже в лагере у храма, Ольга сидела у костра. Напротив – Кай’Сиар. В рубашке нараспашку, с чуть всклокоченными волосами, с тем самым звериным блеском в глазах.

– Тебе стало страшно? – спросил он.

– Нет. Страшнее – не знать, кто ты.

– А теперь знаешь?

– Почти. Но ещё не знаю, кто ты.

Он усмехнулся и встал, подойдя ближе. Его крылья развернулись, словно щит, скрывая её от ветра, ночи, всей Вселенной. Он наклонился, провёл пальцами по щеке.

– Я – тот, кто не даст тебе упасть.

– Большие слова для демона, – усмехнулась она.

– Я не демон. Я – тот, кто стал таким, потому что не смог сохранить своё небо. Но, может… теперь смогу. Если ты – останешься.

Он поцеловал её. Не срывая одежду. Не требуя. Просто – касание. Мягкое. Горячее. Глубокое. Она не отстранилась.

«Может, я и правда следствие. Но, кажется, он – причина.»

Глава 48. Небо, что смотрит вниз

Возвращение домой всегда пахнет по-особому. Ольга впервые заметила этот аромат – свежесть после ночной росы, влажная пыль с тропы, лёгкая сладость цветущих деревьев у ворот. Дом встретил её приглушённым светом окон и беспокойными шагами слуг.

Лир’Кайс вышел навстречу в развевающемся тёмном халате, с чашей горячего настоя.

– Я знал, что вы не погибнете. Но всё равно беспокоился. – Он протянул чашу, и его пальцы на секунду коснулись её руки.

Ольга устало улыбнулась:

– А вы когда-нибудь не беспокоитесь?

– Я управляющий, не беспокойство – это увольнение.

Она рассмеялась. Смех – живой, с оттенком усталости и облегчения – эхом разнёсся по внутреннему двору. Питомцы отозвались: пара рогатых куриц загоготала, маленькая ящерка-феникс с детёнышем заспешила к хозяйке, трётся о ногу.

Но не прошло и часа, как к воротам подошёл чужак.

* * *

Он не просил впустить его. Он вошёл.

Два воина у входа разлетелись, словно столкнулись с горной лавиной. За ними, неся на плечах тяжёлую мантию, стоял незнакомец – ростом под три метра, кожа цвета чёрного кварца, волосы – серебро и сталь, а за спиной… не крылья. Щупальца? Нет. Что-то среднее между лентами энергии и древними клинками.

– Хозяйка нового рода? – его голос был низкий, словно землетрясение.

Ольга вышла на порог. Он не вызывал страха – он вызывал уважение. И любопытство.

– А вы кто?

– Я – Тар-Зен’аль. Старший из бывших. Последний, кто выжил после первой волны Интеграции. Я знал, что придёт новая. Ты… огонь. А значит, ты должна знать правду. О планете. О нас. И о себе.

* * *

Позже, за длинным столом под раскидистой крышей, он раскрыл свиток. Древний, но не бумажный – сплетённый из ментального кода и живой магии. Он проецировал изображения в воздух: планеты, переливающиеся чертоги, бегущие цифры и фигуры.

– Все высланные на эту планету не были случайными. Никто из «новоприбывших» не падал без воли Высших. Некоторые – как ты – предназначены стать якорем. Центром восстановления.

– Центром чего? – нахмурилась Ольга.

– Памяти. Энергии. Равновесия. Когда-то эта планета управляла сетью миров. Но после раскола её отключили. Ты – живая активация.

Ольга чувствовала, как браслет гудит. Как кожей ощущает смысл слов.

– И… что мне теперь делать?

– Либо восстановить сеть. Либо… стереть её, чтобы никто больше не смог использовать. Третьего не будет.

* * *

В ту ночь она не спала.

Окно в спальне было открыто. Лунный свет заливал пол. Питомец свернулся клубком у ног, слуги разошлись, а мысли били током.

Легко ли – быть якорем?

Легко ли – построить дом, зная, что ты должна ещё и держать небо?

В полутьме крылья раздвинулись. Тонкий шорох идущего – и в комнату вошёл Кай’Сиар. Без стука. Без вопросов.

– Ты дрожишь, – тихо сказал он, подходя ближе. – А я чувствую, когда ты дрожишь.

– Я в ярости.

– Тогда почему слеза на щеке?

Он провёл пальцем по коже, медленно. Потом прижался лбом к её виску.

– Хочешь – я буду твоим оружием. Хочешь – твоим грехом. Но больше всего я хочу быть тем, кто удержит тебя, когда даже земля под ногами качнётся.

Ольга, не отвечая, схватила его за рубашку и притянула. Поцелуй вышел неистовым – горячим, искрящимся, без права на отступление. Как вызов – этому миру. Этой роли. И судьбе.