Текст книги "Сказки для взрослых (СИ)"

Автор книги: Любовь Негодяева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

Вскоре светило прячется за горизонтом и на землю опускаются сумерки. Чудесное время, еще достаточно светло и звезды не взошли на небосклоне. Пора сбегать.

Молча встаю. Вежливо кланяюсь. Показываю приложенными к уху ладонями, что отправляюсь спать. Порывающихся встать соседок придавливаю обратно за плечи. Быстро разворачиваюсь и ухожу.

Проскальзываю в свой шатер и закрываю полог. Внутри горят несколько светильников. Наверное, работают на магии. Бросаю взгляд вдаль и вспоминаю рассадку гостей за трапезой. Сундуки стоят четко напротив входа. И в этот момент осознаю, что именно цепляет. Стены песочного цвета, а под левым ящиком коричневый материал. Точно таким затянут шатер снаружи.

Бросаюсь к нему и сдвигаю. Так и есть. Открывается весьма приличная дыра. Решаю не терять времени. У главного входа могут выставить бутафорскую охрану. А слух у зверей не чета человеческому.

Выдергиваю из ларя первые попавшиеся штаны с рубашкой и какой-то ремень. Мое платье слишком светлое для перемещения в темноте. Снимаю и демонстративно раскладываю его на банкетке, стоящей в изножье кровати. Натягиваю подростковый наряд. В груди нещадно жмет. Короткие брючки, наоборот, приходится фиксировать на талии. Но рыться и выбирать некогда.

Сооружаю на лежанке бутафорское тело из тряпья и накрываю покрывалом. После недолгих раздумий подхватываю нижнюю часть платья и напяливаю на подушку. Кошки чуют запах, а я на кровати еще не спала. Теперь все соответствует.

Заплетаю волосы в косу и выбираюсь через тайный ход. Уже достаточно стемнело и начинают появляться первые звезды. Где ползком в траве, где на четвереньках неспешно крадусь к домику женихов. На скорость передвижения внимания не обращаю. Гораздо важнее не попасться и не опозориться.

Голоса вдали становятся громче. Гулянка набирает обороты. В груди змеей крутится ревность. Душу ее на корню. Прекрасно видела похотливые глаза сестры и брата, взирающих на запретное лакомство. И отлично запомнила ласковые взгляды моих котиков. Они смотрели только на меня.

Мужского убежища достигаю в весьма плачевном состоянии. Колени с ладонями стерты и саднят. Сама вся в пыли. Кошмар.

Ощупываю заднюю стенку. С виду все нормально. Но мне известно, что и где искать. Так и есть. Дыра и сундук. Слышу приближающиеся голоса. Человек пять-шесть тихо переговариваются. Через главный вход теперь точно не проникну.

Отчаянно упираюсь в попытке сдвинуть тяжеленный ящик. От поддается, но весьма неохотно. Проскальзываю головой и руками внутрь. Отчаянно кручусь в попытке протащить остатки тела.

И в этот момент в шатер влетает измученный жаждой Максимилиан. Подхватывает графин. Наливает стакан и подносит губам.

Судорожно принюхиваюсь и замираю от ужаса. Надо истошно вопить «Нет!!!» Но нельзя. Там пумы за пологом.

А я застряла и не могу отобрать пойло! Что же делать?!

Глава 9

Слышали про примету: желаешь выйти замуж, запасись мужскими тапками? Знающие дамы рассказывают, что лучше кожаными. Их надо поставить в прихожей и терпеливо ждать, когда счастье позвонит в дверь.

Стать женой Максимилиана я, безусловно, хочу. И к неописуемой радости близ сундука нащупываю какой-то ботинок. Ему и приходится выступить в роли спасителя будущей семьи. Потому что запах, подозрительно похожий на валериану, активно распространяется по жилищу.

Метким стрелком никогда себя не считала, но выбить стакан из рук удается. А заодно и влепить нареченному хорошенькую затрещину за подпорченные нервы.

И пусть альфа лишен нюха, но с реакцией у мужчины полный порядок. Моментально просчитывает траекторию полета снаряда и подбегает ко мне.

Приходится шокировать везунчика во второй раз. Пока он благородно помогает даме просочиться в шатер, я притягиваю его за уши и смачно облизываю губы, нос, подбородок и даже щеки.

Добыча недоуменно трепыхается в цепких женских ручках. Вытаращенные янтарные глазки полыхают недоумением и тревогой. Сразу видно, волнуется за психическое состояние невесты. Которая, между прочим, с ума сходит от беспокойства за его здоровье и пытается удалить с лица опасную жидкость.

При этом вслух не произносится ни единого слова. Мы оба соблюдаем полнейшую тишину и внимательно прислушиваемся к происходящему снаружи. Максимилиан неоднократно пытается перехватить инициативу и завладеть моими губами. Потом, наконец, смиряется. Принимает происходящее за таинственную иномирную игру и подчиняется ее правилам. Потому что ничем иным мое неадекватное поведение объяснить не в состоянии.

Зато попрощавшиеся с провожатыми Меркуцио и Микеле молниеносно доводят до друга самую суть. Два витиеватых матерных мяуканья, судорожное принюхивание, выпученные изумрудные очи первого и голубые второго, действуют на чудом спасшегося брюнета гораздо эффективнее долгих разговоров.

– Возбуждающее зелье? – шепчет неверяще. – Оно уже лет десять под запретом и нигде не продается.

– Представляешь, что могло произойти, если бы Марика не пришла? – возмущается Лео.

– Как у вас метят распутниц, покусившихся на чужое? – вклиниваюсь в разговор, предварительно перекинув переводчик на Барсика.

– Откуда знаешь про это?

– Оборотницы за столом беседовали, а нюансы не растолковали, – изображаю святую невинность.

– Царапают щеку, а потом лепят пощечину и говорят, что думают о ее поведении. Магия мира закрепляет.

– Ааа, – тяну глубокомысленно. – Быстро снимайте рубашки и крадитесь в мое убежище. Поспите сегодня там. Заодно разузнаете о планах Мартина Пирса.

Подхватываю тунику у пантеры и резко дергаю вверх.

– Зачем она тебе?

– Своя в груди жмет, демонстративно стягиваю узкий наряд и заменяю на облачение большего размера.

– А остальные?

– Чтобы чувствовать знакомый аромат и не бояться, – лгу без зазрения совести.

Запах для оборотней – святое. Поэтому вскоре три обнаженных по пояс богатыря просачиваются через тайный ход и отправляются в одинокое девичье убежище.

Я сооружаю на двух лежанках подобия тел и подкладываю вещи барса и леопарда. Наполняю стакан пойлом из кувшина и ставлю поближе к третьей постели. Откапываю в одном из сундуков пару ремней и пристраиваю рядом.

Главное оружие обиженной женщины приходится искать по всему вигваму. Сами понимаете, скалки, сковородки или поварешки здесь не наблюдается. Приходится довольствоваться двумя крышками от котелков.

– Тарелками будете, – бормочу со ехидной ухмылкой. – Не самый любимый музыкальный инструмент, но за неимением лучшего сойдет.

Залезаю в постель. Расплетаю косу и накидываю часть волос на лицо. Во тьме не разберешь черные они или цвета горького шоколада. Прикрываю глаза и судорожно размышляю.

В мире давно нет эллиек и не практикуется многомужество. Лейла Пирс уделяла внимание только Макси. Он ее единственная цель. Отсюда появляется куча вопросов.

Каким образом собиралась выпроводить остальных парней, чтобы не мешали прелюбодействовать? Или планировала выманить опоенную жертву наружу? И самое главное, откуда узнала тайну о проблемах со здоровьем? Явно от братца. А тот? Если пантеры не осведомлены, то кто мог уведомить пум?

Ух ты! А рыжуля, оказывается, барышня нетерпеливая. Со стороны сундуков слышится копошение. Крадущиеся шаги. Шлепок по принесенной коробочке и злорадный смех.

– Недостаточно хороша, чтобы привлечь внимание великих вожаков? – шипит злобная фурия. – Ничего, артефакт орков отправит вашу троицу в сладкий и продолжительный сон. А кое-кому подмешанный эликсир надолго член поднимет.

Не захотел принять предложение о браке зазнайка Терье? Побрезговал самкой благородных кровей? Посмотрим, как запоешь после горячей объездки. Я недостаточно отомстила насланной порчей. Да и цена, озвученная шаманкой, здорово опустошила кошелек. Не получила ни удовольствия, ни удовлетворения. И намерена это исправить. Ведь из нас выйдет замечательная пара. Ты вскоре признаешь мою правоту, милый.

А уж сводный брат с друзьями непременно докажут, что ваша грудастая невеста – обычная продажная девка. Ее место в отдельном шалаше на окраине поселения. Там, где размещают шлюх общего пользования. Впрочем, там ее домик и установлен. Даже переезжать не придется.

Услышав последнюю фразу, едва не задохнулась от возмущения. Сдержаться удалось с превеликим трудом. Сердце должно стучать в обычном ритме. Подразумевается, что на моем месте лежит оборотень и спит под действием опасного орочьего колдовства. Счастье, что на меня оно не действует. А у хозяйки, видимо, есть амулет против наведенных грез.

Зашуршала ткань фривольного наряда. Могла бы и не снимать. Декольте не оставляет простора для фантазии, а юбку можно просто задрать. Но нет. Эта драная кошка жаждет ощутить моего жениха всем своим распаленным телом. Прикоснуться. Потереться. Обменяться запахом. Завладеть.

Дожидаюсь, когда она наклониться в попытке стянуть одеяло. Примеряюсь и со всей мочи свожу руки с «тарелками», как заправский ударник симфонического оркестра. Оглушенная насильница падает навзничь.

На груди подпрыгивает странный амулет с перьями и сушеными лапками. Сдергиваю его и вливаю в задремавшую полуобморочную девицу стаканчик возбуждающей бурды.

– Хотела превратить невинную эллийку в потаскуху на потеху всей стае? – тяну озлоблено. – Так получай же, что заслужила.

Краем сорванного оберега царапаю ее щеку. От души. Со всей накопившейся ненавистью, от самого виска до губы. Магии во мне нет, но с удовольствием отвешиваю разлучнице пощечину.

– Только такая мерзавка как ты заслуживает роли низкопробной куртизанки. И если в этом мире есть справедливость, моя мольба об отмщении будет услышана.

Ни вспышек, ни фейерверков, ни других спецэффектов, к сожалению, не наблюдается. Но мне все равно становится легче. Остается придумать, что делать дальше.

Меня трясет от испуга и нервного напряжения. Подумать только, я могла попасть не к эльфу во дворец, не к достойным альфам под защиту, а к кучке обезумевших от безнаказанности пум. Страшно подумать, что со мной могли сотворить.

Снимаю покрывало с кровати и стелю на пол. Закидываю на него платье хозяйки, рубашки барса с леопардом и сонную коробочку. Затаскиваю спящую рыжую бестию и закатываю, словно мумию. Тяжелая зараза.

Подхватываю наполовину опустошенный кувшин с пойлом и затыкаю лежащей неподалеку пробкой. С помощью ремня закрепляю на талии. Ночь только началась. Мало ли, какие ожидаются сюрпризы.

Вытаскиваю сладко спящую соперницу через дыру тайного входа и волоку к своему шатру. Особо не скрываюсь. Во-первых, тащу ношу, согнувшись в три погибели. Во-вторых, обоснованно подозреваю, что орочий артефакт усыпит зевак, оказавшихся неподалеку.

Не доходя десятка метров до цели, бросаю тело и мчусь смотреть, что творится у мужчин. Оказывается, те сидят и скучают. Главарь и его дружки до сих пор веселятся за накрытыми столами.

Подробно рассказываю, чему довелось стать свидетелем и демонстрирую шаманскую побрякушку против сна. А потом озвучиваю придуманный план отмщения.

Парни долго переговариваются. Качают головами. Сомневаются. Привыкли вести себя благородно. Приходится напомнить, что с нами церемониться никто не собирался. И раз ввязались в бои без правил, то нечего корчить из себя аристократов.

– Уговорила, – кивают в итоге. – Пойдемте замерять расстояние.

Глава 10

После непродолжительной беготни определяем идеальное место для сонного артефакта. Дремлющую пуму перекладываем на мою постель. Напиток в захваченном кувшине смешиваем с тем, что стоит на столике с фруктами.

Часть жидкости я размазываю по Лейле, чтобы перебить природный запах. Свое платье и одежду мужчин заворачиваю в покрывало. Возьму с собой. В дорогу отправлюсь в подростковых брючках и снятой с Макси тунике. Они удобнее.

Магические светильники гасим. Оставляем лишь один. Самый дальний от кровати. Отбегаем подальше от стойбища. Но так, чтобы видеть тайный вход в шатер.

Вскоре мужчины выдают одно витиеватое ругательство за другим. И костерят себя за то, что как последние глупцы намеревались поступить по чести.

Меня увиденное тоже, мягко говоря, шокирует. Мартин Пирс занимает место у лаза и дает команду дружкам выстроиться в очередь. А потом за монеты запускает пьяных мужиков в жилище и довольно лыбится от криков, стонов и звуков совокупления.

Жаждущие входят, но не выходят. А все потому, что с обратной стороны распространяет сонные чары шаманская коробочка. Наконец, вожак теряет терпение. Врывается внутрь и приходует сводную сестричку с таким азартом, что по округе разносятся до неприличия громогласные и донельзя довольные вопли. Которые, впрочем, быстро сменяются заливистым храпом.

– Ой, мамочки, – выдыхаю в ужасе.

– Этого нам не простят. Даже с учетом того, что они не кровные родственники, – заявляет Лео. – Пора уносить ноги. Придется бежать без остановки пока не покинем границы владения.

– Лично мне плевать на прощение, – рычит барс. – Сейчас вся стая уверена, что подлецы насилуют невинную Марику. Они не могли не унюхать девственного флера невесты альф. Но ни представители совета, ни почтенные старшие самки не возмутились и не поспешили на помощь. Не думал, что когда-либо столкнусь с подобным отношением.

– Чему ты удивляешься. Мы в их идеальном плане вообще беспробудно спим во власти сумасшедшей потаскухи. Где такое видано?! – бесится пантера. – Вот твари! Ну ничего, вернемся домой и настоим на международном суде. Амулет хозяйки у нас. Расскажем о тесных связях пум с орками. Проклятиях и интригах. Попирании священных законов гостеприимства. Планировавшемся групповом изнасиловании неприкасаемой эллийки. Этих обвинений хватит на то, чтобы превратить весь клан в презренных изгоев.

– Поехали скорее, – запрыгиваю на Макси. – У меня ладони с коленями щиплет. Сбила кожу пока ползла. Надо найти воду и промыть раны. К тому же пить ужасно хочется. Я с твоего лица зелье слизала, но на меня все же немного подействовало.

Парни тревожно переглядываются и резко стартуют с места с обещанием через пару часов достичь реки.

К тому времени меня основательно накрывает. Спираль, терзающая низ живота, скручивается в огненный узел. Грудь наливается и зудит. Каждое движение ткани будоражит сосочки, которые топорщатся как бравые солдатики и просятся на ручки. Жаждут оказаться в крупных мужских ладонях. Отведать изысканных ласк, легких укусов, сладких посасываний.

Перед глазами плывет. Между ног уже не просто печет. Там полыхает такой вулкан, что я готова наброситься на первого встречного. Не представляю, как бы Максимилиан пережил эту ночь, выпив целый стакан отравы.

В прохладную воду бросаюсь прямо в одежде. Дико хочется упасть на дно и лежать пока не отпустит. Потому что долго переносить подобное издевательство невозможно.

Но котики не позволяют растерять остатки воли. Подхватывают узелок с вещами и помогают переплыть на противоположный берег. А там развивают бурную деятельность.

Меркуцио сушит покрывало и расстилает на мягкую траву. Помогает разоблачиться. Укладывает на спину и впивается в губы жадным поцелуем. В это время барс с пантерой зализывают порезы и ссадины. Всем известно, что слюна оборотней имеет целебные свойства.

Я стону и ерзаю в крепких мужских руках. Невозможно лежать спокойно, когда тело пылает, а размеренные движения языков многократно усиливают жажду.

– Тише, любимая, – шепчет леопард. – Сейчас обработаем раны. Пока кожа заживает доставим тебе удовольствие. Расскажи мне о своих тайных мечтах. Поделись девичьими грезами. Хочешь исполню самую заветную?

Понимаю, что таким образом меня отвлекают от двусмысленного лечебного процесса. Нещадно пунцовею от макушки до пяточек. Держитесь красавчики. Вы сами напросились.

– Всего одно желание, – перевешиваю переводчик ему на шею. – В день встречи с тритоном я проснулась от нарастающего томления. Не наведенного зельем, а вполне настоящего, пробужденного тремя сладко спящими котиками. Двое проделывали то же, что и сейчас. А ты лежал между ножек и ласкал меня ТАМ.

– Шутишь?! – вытаращивается Лео.

– Нет, – игриво прикусываю его нижнюю губу. – Можете повторить то же самое в человеческом обличии? Это ведь не только моя фантазия, не так ли?

– Девочка моя, – тает зеленоглазый шатен. – Не представляешь насколько сильно жажду развести пальцами стыдливые девичьи губки. Приникнуть к заветной кнопочке. Попробовать сладкие соки на вкус. Вознести драгоценную самочку на вершину блаженства. Позволишь?

– Да, – расплываюсь в радостной улыбке.

Матушка прародительница, что они после этого творят. Высокие, мускулистые, до боли желанные мужчины умудряются изнежить свое сокровище до мушек перед глазами.

Мои жадные ручки тянутся к взведенным орудиям. Пытаются сцапать и изучить, но получают мягкий отпор.

– Сегодня все только для тебя, – смеются парни. – Мы слишком порядочные, чтобы отдаваться девушке до брака. Вот сделаешь нас честными оборотнями, тогда и резвись сколько пожелаешь.

– Арр, – рычу в ответ и нетерпеливо вскидываю бедра, отчаянно дрожа в руках Меркуцио. – Еще. Пожалуйста. Ах!

Его язык кружит вокруг девственного входа. Нахальный палец расслабляет колечко ануса и медленно проскальзывает внутрь.

Не представляла, что можно получать столь запредельное удовольствие от неспешных развратных проникновений. И дело не в орочьем зелье. Испытываемое блаженство не навязано извне. Оно полностью согласуется с моей чувственностью и внутренней сутью. Наверное, последние события запустили процесс пробуждения женственности. Хорошо, что до храма всего сутки пути.

Умелые губы нежат неискушенные уста. Скользят по пышному бюсту. Порхают между бедер. Крупные ладони путешествуют там, где никто не бывал. Жамкают аппетитные полушария. Оглаживают округлые изгибы. Одаривают чудные холмики и сладкие впадинки пристальным вниманием.

Закатываю глаза от удовольствия. Невольно напрягаю ягодицы. Тянусь голеньким лобком вверх. На мгновение замираю и тут же взрываюсь подобно сверхновой на мерцающей ткани мироздания.

Сердце заходится в сумасшедшем ритме. Запредельный восторг бурлит в крови. Из горла вырываются хриплые стоны. Голова мечется из стороны в сторону. А Меркуцио ласкает подрагивающий животик легчайшими прикосновениями. Рассылает табуны дерзких мурашек. Продлевает искрящееся наслаждение.

– Спасибо, – выдыхаю с облегчением. Вместе с угасанием внутренних вибраций уходит и колдовской жар. – Не думала, что интимная жизнь настолько приятна.

– Она еще лучше, – уверяет Микеле.

– Как только пройдем обряд, покажем всю многогранность любви, – ластится Макси. – Не передумала насчет моего первенства? Судья Коррин сказал, что в этом случае нюх может вернуться. По крайней мере, так написано в недавно найденной книге легенд.

– Тогда тем более важно соблюдать обещанную очередность. Только…

– Что? – напрягаются женихи.

– Не могли бы остальные держать меня за руки. Я не боюсь. Просто волнуюсь и хочу чувствовать вас рядом в столь ответственный момент.

Парни переглядываются и расплываются в радостных улыбках. Что с ними такое? Как-будто заветную мечту одной фразой исполнила.

С трудом отскребаю разомлевшее тельце от покрывала и одеваюсь в подсушенную походную одежду. Надо двигаться дальше. Задерживаться на территории пум слишком опасно. Кто знает, когда обнаружат пропажу главаря с компанией и догадаются проверить шатры.

В груди еще клокочет обида от гадкого отношения к гостям, но я чувствую себя отмщенной. Пусть во мне нет магии и царапина на щеке Лейлы вскоре заживет, но ее позор уже ничем не смоешь.

Поступок сводных брата и сестры Пирс едва не нанес сокрушительный удар по зарождающейся семье. Впервые задумываюсь, насколько хрупка наша жизнь. Максимилиану подорвали здоровье страшным проклятием, вынуждая оставить клан и удалиться в пустошь. Я вполне могла сойти с ума после группового изнасилования. Мужчины сломались бы под гнетом вины.

Боюсь, после свадьбы они не спустят супругу с рук. А если еще и забеременею, то долго своими ножками по земле не пройду. Буду по воздуху перемещаться.

Глава 11

Максимилиан Терье, альфа клана пантер

Давно не испытывал столь всепоглощающего чувства вины. Почему не отговорил Микеле от выбора прямого пути? Как юнец повелся на слова о грядущем параде звезд, ведь всем известно, что зачатое волшебной ночью потомство отличается невероятной магической силой.

Следовало рассказать друзьям об отвергнутом предложении Мартина и Лейлы Пирс. Дамочка неразборчива в связях, о чем давно болтают в нашем клане. Это и послужило главной причиной отказа. Но кто же знал, что сумасшедшая парочка презрела вековые устои и не чтит законы мира Антар.

Снюхаться с орками, подумать только! Проклятия, запрещенные зелья, опасные артефакты. Ради чего идти на преступление и разжигать военный конфликт? Неужели капризы полоумной девицы того стоят?

Но сегодняшний демарш продемонстрировал пороки правящей семьи во всей красе. Я стерпел унизительное сопровождение ко временному лагерю. Со сжатыми зубами позволил увести Марику на женскую половину. Как каменный истукан просидел за праздничным столом, всем видом показывая, насколько неприятны ухаживания нахальной девицы и как отношусь к тому, что невесту трех альф разместили рядом с омегами. Однако дальнейшие действия хозяев едва не привели к катастрофе.

И кто бы мог подумать, что юркая иномирянка окажется во стократ хитрее и проворнее. Сбежит из шатра и спасет доверчивых женихов от несмываемого позора. Она даже отраву из рук догадалась выбить так, чтобы не поднимать шума и не привлекать внимания соглядатаев.

Только сейчас понимаю, как профессионально нас отвлекали, позволив оборотню с утраченным обонянием первому войти в жилище. Знали мерзавцы, что сразу кинусь к графину с водой. Просчитали каждый шаг. Но обломали зубы о дерзкую и непредсказуемую землянку.

Ее рассказ о происках соперницы поверг нас в глубокое изумление. Не ожидали, что хрупкая малышка настолько профессионально расправится со здоровенной пумой, да еще и притащит трофей к своему домику, придумав по дороге план мести.

Ухмыляюсь и устремляю взор вдаль. Отсюда хорошо видно, что шатер, выделенный избраннице, стоит на краю поселения. Пусть и на женской половине, но несколько поодаль. Так селят отщепенцев. Или куртизанок.

И как мы не заметили нюансов его расположения? Бестолочи. Могли устроить скандал и не тратить время на расшаркивания с врагами. Такие оскорбления смываются только кровью и испокон веков служат поводами для развязывания войн.

Дальнейшие события повергают нас с побратимами в состояние глубочайшего транса. Мартин Пирс устраивает торги. Этот кретин продает девственность чужой невесты! У меня даже дар речи пропадает от подобной наглости.

– В порошок сотру, – рычит Меркуцио.

– Убью скота, – бесится Микеле.

– Международный судебный процесс во главе с Коррином, – шепчу, с трудом сдерживая яростный оскал, – и никак иначе. Вспомните про шаманов.

У нас появляется уникальный шанс в полной мере оценить изобретательность возлюбленной. Вакханалия набирает обороты. Лейла на собственной шкуре узнает, каково быть общественной подстилкой в степной стае. Судя по звукам, с первой леди не церемонятся. Особенно хорош сводный братец. Надо же, как мужика припекло.

Марика наблюдает за происходящим расширенными от ужаса глазами и нервно подрагивает. Бедняжка. Решаем уходить и слышим неожиданное признание в том, что зелье на нее подействовало. Никто не пробовал запрещенную отраву, но эффект предсказуем. И невинный ангел с растущим напряжением не справится.

На предельной скорости мчим к реке. Поначалу теплится надежда, что из-за малого количества эликсира, слизанного с моего лица, эллийка не пострадает. На втором часу гонки понимаем, что госпожа удача помахала будущей семье ручкой и отошла в сторонку. Невеста держится из последних сил, а до храма минимум сутки пути.

– Не успеем, – урчит барс. – От нее идет сумасшедший флер возбуждения. Мой зверь в агонии бьется и с ума сходит.

– Ничего не чувствую, – констатирую со всей серьезностью. – Оказывается, есть плюсы в отсутствии обоняния. Бегите впереди с небольшим отрывом. Надо ее искупать и напоить. Переплывем реку, а дальше посмотрим.

– Согласен, – мурлычет леопард. – Сильно не отставай, слишком опасно. Встречаемся на берегу.

Впервые радуюсь насланному проклятию. Судя по поведению парней, от прелестницы идут такие флюиды, что свадьба может состояться в любой момент. А этого ни в коем случае нельзя допустить.

При заключении брака у оборотней преобладают животные инстинкты. Поухаживал за своей кошечкой. Прогулялся по лесу. Обменялся запахом. Дождался, когда признает власть альфы и заползет под тебя. Вылизал холку. Зажал самочку между лап. Помурлыкал призывно, чтобы изогнулась. Нанизал на член и вогнал клыки в надплечье, устанавливая метку.

Представляю, как то же самое проделываю с Марикой. А она будто чувствует и трется о спину пылающей промежностью. Что же ты делаешь, безобразница? Возбуждаюсь до такой степени, что чуть на бегу не конфужусь.

Еле мозги на место возвращаю. Нельзя поступать подобным образом с нашей красавицей. Она заслуживает уважительного отношения. Надо добраться до разрушенной обители. Там сохранились фрески с поэтапным изображением древнего обряда с представительницами ее расы. У нас сильная вторая ипостась, но ради невесты каждый сможет приструнить зверя и сделать все по-человечески. Надеюсь.

Переплываем водную преграду и понимаем, что сейчас пройдем жесточайшую проверку на стойкость. Малышка извивается и стонет, пылая в огне неукротимого желания. Мы принимаемся зализывать раны. Стараемся производить манипуляции размеренно и монотонно. Но она сносит подчистую весь самоконтроль неожиданным признанием о тайных фантазиях.

Надо видеть глаза Меркуцио. Думал побратим околеет от счастья. У самого сердце бухает в высокоскоростном ритме, едва не пробивая грудную клетку.

Когда лапушка взрывается от восторга и бьется в наших руках от своего первого оргазма, каждый испытывает неимоверную гордость и чувство глубокого удовлетворения. Словно нет в жизни большего счастья, чем доставить радость любимому сокровищу.

На удивление либидо моментально успокаивается. Довольство избранницы влияет на него самым положительным образом. Чудеса, да и только. Но размышлять над этим вопросом некогда. Необходимо шустрее уносить лапы.

Границы владений пум достигаем к полудню следующего дня. Углубляемся в лес и обустраиваемся в охотничьем домике. Сооружаем на скорую руку обед и валимся спать. Несколько суток без отдыха – испытание не для слабонервных.

Невеста на всем протяжении пути демонстрирует невероятную твердость духа и волевой характер. Не жалуется и помогает по мере сил. Поразительная девушка. Нам несказанно повезло.

Утром просыпаюсь отдохнувшим и жутко голодным. Добываю пищу, ориентируясь на слух. К пробуждению остальных на вертеле крутится упитанный кабанчик.

Лучшие кусочки отрезаю Марике. Кажется, она похудела за время путешествия. Непорядок.

– Извини, мы плохо за тобой ухаживаем, – бормочу покаянно.

– Глупости, – мягко улыбается и с восторженной улыбкой принюхивается к угощению. – Мне неимоверно повезло встретить вас троих. Жду не дождусь, когда станем настоящей семьей.

После теплых слов таем от умиления. Заканчиваем трапезу и с воодушевлением мчимся к обители. Древних руин достигаем ближе к вечеру. Сразу же оборачиваемся, одеваемся и отправляемся изучать роспись на уцелевших стенах.

– Ничего сложного, – задумчиво трет подбородок Микеле. – Берем чарку и наполняем водой из храмового источника. Добавляем несколько капель крови и выпиваем у алтаря.

– Раздеваем эллийку и доводим до максимально возбужденного состояния, – Меркуцио неуверенно проводит рукой по следующей фреске. – Она встает на четвереньки. На плоский белый камень, что спрятан в уютном эркере. Мы оборачиваемся и продолжаем ее ласкать, добиваясь поведения, сходного с кошачьим при брачном обряде.

– Потом поочередно подминаем под себя и ставим метку, – киваю согласно. – Главное – член в узде удержать. Или пристроить на спинку, как барс при первом знакомстве.

– Мне и такой малости хватило, чтобы оконфузиться и эльфу миловидное личико подпортить.

С начальным этапом справляемся легко. Но едва ритуальная жидкость из чаши попадает в организм, разумные мысли выветриваются из головы, выпуская на волю голые инстинкты.

Глава 12

Марика

Заинтересованно разглядываю фрески и стыдливо закусываю губу. Они напоминают роспись в отреставрированном Доме Веттиев в Помпеях. Удивительно, что те изображения уцелели после двух тысяч лет забвения. Ведь извержение вулкана Везувия произошло в семьдесят девятом году нашей эры.

Не знаю точно, когда эллийки покинули Антар, но местная обитель сохранилась достаточно хорошо. Правда, крыша в некоторых местах провалилась, открывая обзор на темнеющее небо. Сегодня ночью состоится парад звезд. Очень хочется посмотреть на неведомое зрелище, которого с таким предвкушением ждут избранники.

Внимательно рассматриваю художества, способные вогнать в краску даже опытную женщину. Свадебная церемония проходит в обнаженном виде. Молодожены смешивают свою кровь в кубке, наполовину наполненном водой из храмового источника, и выпивают у алтаря. Мужчины целуют невесту и несут в самую дальнюю залу с полукруглым эркером.

Дальнейшее действо происходит на невысоком белокаменном ложе. Сначала женихи ласкают девушку в человеческом обличии. Потом оборачиваются и ставят метку. Затем меняют ипостась и консумируют брак.

Прохожу к месту будущего соития и вскидываю взгляд. Над головой расползаются розовые сполохи заката. Кровля отсутствует. Хорошо, что стоит ясная безветренная погода. Интересно, здесь вечное лето или зимы тоже бывают? Надо уточнить попозже, происходит ли смена времен года.

Парни подходят к вопросу проведения ритуала со всей серьезностью. Уважительное и трепетное отношение греет душу и наполняет безграничным доверием. Прекрасно понимаю, каких трудов им стоило сдержаться на реке.

Краска моментально приливает к щекам, придавая пунцовый оттенок. Если сегодня получу такое же удовольствие, то можно считать, что жизнь удалась. Тогда следует поблагодарить жрецов за подаренную возможность переместиться на Антар.

Возвращаюсь к сердцу храма и с улыбкой наблюдаю за взволнованными избранниками. С застенчивой улыбкой разоблачаюсь. Подхожу к установленной на белом постаменте золотой чаше. Беру в руки острый клинок и дрожащей рукой прокалываю подушечку пальца. Надеюсь, этого достаточно и не придется резать ладонь.

Максимилиан дожидается, когда три капли упадут в кубок и облизывает пальчик, залечивая ранку. Мой заботливый котенок. Обожаю.

Женихи проделывают аналогичную процедуру и окружают невесту плотным кольцом. Барс что-то распевно говорит и подносит напиток к моим губам. Делаю несколько глотков и передаю Макси. Тот Меркуцио. Оставшуюся жидкость допивает Микеле. И в тот же миг нас окутывает золотистое сияние.