Текст книги "Академия волшебной лингвистики (СИ)"

Автор книги: Любава Вокс

Соавторы: Жанна Лебедева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Я ужаснулась от количества.

– Это твоя?

– Ага, – отозвалась подруга устало.

– Не знала, что требуется так много.

– Не требуется. Просто я была зла и налила с запасом. – Мари-Клэр торжествующе улыбнулась. – Теперь давай заглянем внутрь.

Я затаила дыхание и стиснула кулаки, готовясь увидеть нечто судьбоносное. Замелькали страницы переписок, потом пошли листы запечатлений. В основном пустые. На одном была запись какого-то учебного ритуала. Еще на одном – торжественный выход королевы. А последний…

Последний лист был грубо вырван.

– Что это значит? – Мари-Клэр взглянула на меня требовательно. – Как это понимать? Тут ничего полезного нет. Неужели… – Она подергала куцый лист.

– Его кто-то забрал, – похолодев, сообщила я. – Нет! Только этого не хватало.

– Забрал? Ай! Ой! – Подруга выронила книгу, зашипела, затрясла пальцами. – Больно…

«Галаксия» упала под ноги, зашелестели страницы, и прямо на глазах растворилось то, что было на них…

Мы с Мари-Клэр уставились друг на дружку.

– Что случилось? – спросила я.

– Проклятье! – выругалась Мари-Клэр и объяснила виноватым тоном: – Просто я забыла про него. Я ведь «Галаксию» твою не просто заперла, но и прокляла.

– Зачем?

– На всякий случай.

Я с надеждой подняла книгу, полистала опустевшие страницы. Столько надежд на нее было, и в итоге ничего. Лист с «видео» вырван, переписка безжалостно стерта. Тут я вспомнила еще кое о чем.

– Слушай, а дневник мой тоже ты прокляла? – пожелала подтвердить догадку.

– Вроде того, – смутилась Мари-Клэр и тут же пошла в наступление. – Там было про меня и того парня… Я видела. Уж там-то точно…

– Ладно. – Я махнула рукой. – Это уже не так важно. Выяснить бы, кто и куда дел вырванный лист…

У шатров зазвучали рога.

– Большая конная прогулка начинается, – отметила Мари-Клэр. – Надо идти, пока нас не хватились.

На большой поляне в конце липовой аллеи гостей уже ждали оседланные лошади. Они все были как на подбор: гнедые, крепкие, высокие, с подстриженными гривами и подвязанными хвостами. Они стояли смирно, не шевелясь, будто ненастоящие, и походили на статуи, обтянутые блестящим бархатом темно-шоколадного цвета.

– Прошу, госпожа, – подал мне повод нарядный слуга из сопровождающих. Его короткий жакет вторил зеленью свежей листве. Казалось, что при желании этот молодой человек сможет раствориться в подлеске, обернувшись можжевеловой дымкой. – Садитесь. – Он придержал стремя, помогая взобраться в седло. – Лошадь резвая, но послушная.

– Поняла. Большое спасибо, – отозвалась я с дежурной вежливостью, обнаруживая закономерное недоумение на лице слуги.

Все время на этом прокалываюсь. Госпожа ведь не должна так любезничать со слугами. Достаточно было бы и простого кивка…

– Где ты была? – Папенька пыхтя подскочил ко мне и принялся возмущаться: – Почему тебя постоянно надо искать?

– Я общалась с подругой, – ответила ему невозмутимо. – Что в этом такого? На конную прогулку пришла вовремя.

Другой слуга подвел папеньке лошадь и помог на нее взгромоздиться.

– Старайся держаться рядом с князем, – потребовал мой придирчивый родитель, неуклюже направляя своего скакуна за отбывающей в сторону лесистых холмов кавалькадой.

– Ладно, – пообещала я, заведомо понимая, что это ложь.

С господином Лиром проще согласиться, а потом поступить по-своему.

Пропустив его вперед, я придержала свою кобылу, чтобы немного отстать. Заодно попыталась отыскать глазами Мари-Клэр. Вместо нее взгляд уперся в знакомую увенчанную рогами шевелюру.

Эдмунд Хорен тоже был здесь.

Я напряглась. Слишком часто в последнее время встречаемся. Неспокойно мне как-то от этого. Говоря честно, в тот момент я бы гораздо больше обрадовалась встрече с подругами из группы или с Лунгрэ…

А еще у меня из головы не шла вырванная страница. Как же так вышло? Кто ее забрал? Неужели тайна, хранимая черной «Галаксией», так и останется нераскрытой?

Затрубили рога. Зашумели возбужденные гости, принялись смеяться, шутить и беседовать, подстегивать лошадей, подзывать собак.

Сначала мы ехали по довольно широкой дороге, ведущей от имения к охотничьим угодьям. Отвернув от реки, она распалась веером на узкие тропы. Наше конное столпотворение начало редеть.

По обрывкам фраз едущих рядом людей я поняла, что часть гостей собирается в поля за зайцами и лисами, часть – в дубраву, где любят лакомиться желудями кабаны, часть, наоборот, желала отправиться в самую чащу за хищниками, а некоторые планировали выдвинуться в сторону опушки – туда, где пасутся в перелесках олени.

Я не желала присоединяться ни к одной из компаний. Охота без особой нужды мне претила, хоть кто-то из гостей и обмолвился перед выездом о том, что сегодня князь планирует ловить зверей живьем в качестве развлечения, а после отпускать обратно.

Мне и это развлечение не казалось увлекательным, поэтому я планировала найти какое-нибудь тихое и желательно красивое место, чтобы отсидеться там спокойно. В идеале я хотела доехать до реки и спрятаться на берегу. А что? Там прохлада и тень. Деревья, могучие валуны и бурливая вода защитят и от зноя, и от лишних ушей и глаз.

Свернув налево, я поехала рысью по утоптанной дороге. Над головой протянулись пушистые ветви сосен. Бурую землю украшали пробившиеся через ароматную хвою солнечные блики.

Лошадь бодро бежала вперед. Мягко постукивали по почве копыта. Сумка с «Галаксией» била меня по боку в такт конскому движению.

Вдруг воздух наполнился необъяснимым напряжением. Не объяснить толком, что это было. Не описать…

Предчувствие опасности наполнило все мое существо, но отреагировать я не успела. Яркая магическая вспышка ослепила, заполнив реальность болезненной белизной. Испуганно заржала лошадь. Сосновые кроны завертелись на фоне лишенного цветов неба…

Я поняла, что теряю сознание, и повод скользит из рук. И земля появляется откуда-то сбоку, притягивается, как магнит…

Ой, это не земля… Это я съехала набок и рухнула под лошадиные ноги.

Свет погас.

А потом зажегся вновь, но не в реальности, а в призрачной грезе, посланной мне прошлой хозяйкой тела из не столь далекого прошлого.

Я снова была на королевском торжестве. Мари-Клэр стояла рядом, красивая и счастливая. Судя по выражению ее лица, мы пока что еще не поссорились, а значит, в этот раз капризная память подкинула мне новый эпизод. Тот, что случился раньше странного предательства и разлада.

– Мой Эдриан такой душка, правда ведь? – смеется подруга. – Я так рада, что вы наконец познакомились. Как он тебе?

Я отвечаю:

– Приятный молодой человек.

И это точно неправда. При одном взгляде на стоящего поодаль жениха Мари-Клэр в душе посыпается неприязнь. Эдриан беседует с компанией молодежи в дорогих одеждах, улыбается, щурит глаза… Каждое его движение настораживает меня и немного раздражает.

Мысль комаром впивается в висок: «Ему нельзя доверять! Ни в коем случае нельзя!»

Когда Мари-Клэр отворачивается, Эдриан кидает на меня заинтересованный взгляд, подмигивает чуть заметно. Он что, заигрывает со мной?

Фу!

Пока я сержусь и беззвучно посылаю его подальше, подругин жених успевает смерить недвусмысленным взглядом всех стоящих поблизости девушек.

Потом часть событий прокручивается, как на быстрой перемотке. Мелькают кадры дворца, сада, каких-то безумно красивых покоев и наших задушевных бесед с Мари-Клэр. На сердце тяжело. Эдриан не идет из головы – что-то с ним не так.

Он враг!

Следующее воспоминание – глубокий вечер в томных свечах. Бесконечно длинные галереи с доспехами в нишах. В памяти обрывки разговора о том, что завтра главное событие – бал, а сегодня стоит отдохнуть и как следует выспаться…

Мирно уснувшую Мари-Клэр я оставила одну. Подруга не знает о моем позднем уходе…

Я тенью проскальзываю по коридорам гостевого крыла. Подкрадываюсь к двери, за которой расположился Эдриан. Жду, скрывшись за вазоном с огромной комнатной розой. Острые шипы цепляются за рукав парчовой накидки и тянут из нее золотые нити.

Сначала ничего не происходит, но я упорно жду. Я уверена, что жених подруги еще покажет себя не с лучшей стороны. В чем я его подозреваю? Не знаю пока… Скорее всего, он изменяет Мари-Клэр с другими… Скорее всего, прежняя Эмма располагала большим объемом информации, и ее презрение к Эдриану Флейку имеет под собой серьезные основания.

Я верю чувствам прежней Эммы

Верю…

В гостевом крыле тихо. Все, кто хочет напитаться свежестью перед главным королевским балом, спят в кроватях под заклинаниями восстановления и глухоты – чтобы никто не мешал. Те, кто не желает терять время на скучный отдых, наслаждаются жизнью в дворцовых садах.

Поэтому чужие шаги я слышу издалека.

Кто-то идет сюда. Ступает едва слышно, совсем как кошка. Это девушка, как мне думается сначала, но…

Нет.

Ошибка!

Два пажа легко плывут в игре света и тени, тихо разговаривая о чем-то. В руке одного магический фонарь. Они подходят к покоям Эдриана, стучатся, выбивая костяшками пальцев сложный ритм.

Эдриан открывает, впускает их внутрь. Я превращаюсь в одно сплошное ухо, приникаю к замочной скважине…

Не видно.

Но они все там, в глубине покоев, беседуют о чем-то напряженно и почти беззвучно.

Тяну за ручку, желая проникнуть внутрь. Тут не измена, тут что-то другое… Замок, конечно же, защелкнут. Эдриан довольно осторожен, но и я не лыком шита. Поживите с мое вместе с папенькой Лир и поймете, как важно иногда уметь вскрывать любые замки и ускользать из дома беззвучно и бесследно.

Воровской артефакт-отмычка спрятан в гранатовой капельке, украшающей золотое колечко на среднем пальце. Он не только вскрывает замок, но и скрип петель сводит на нет.

Я проскальзываю в холл, из которого ведут три арочных хода: в ванную, в спальню и в небольшой кабинет. Королевские гостевые покои удобны и функциональны. Арки не имеют дверей. Помещения отделены друг от дружки тяжелыми мягкими портьерами.

Я прячусь за той, что скрывает проход в кабинет.

В кабинете горит одна-единственная свеча. Ее слабое пламя дрожит, бросая на стены нервные тени.

– Вы готовы? – спрашивает у пажей Эдриан. – Вы готовы это сделать?

Пока они молчат, обдумывая его вопрос, я бесшумно поднимаю «Галаксию», открываю страницу запечатления и начинаю «снимать».

– Мы не уверены, но…

– У нас нет другого выхода. Я рискую жизнью. Меня приперли к стенке. И, уж поверьте, вас я в любом случае утащу за собой на дно…

– Ладно. – Один из пажей нехотя соглашается. – Мы готовы участвовать в вашем… деле.

– Мы готовы убить… – подтверждает второй. – Но как мы это сделаем?

– Тут флакон с ядом, – отзывается Эдриан. – Я все продумал.

– Мы не будем своими руками… – испуганно шипят пажи.

– Я сам. Своими руками. Я все продумал, и отступать мне некуда, – успокаивает их Эдриан. Вдруг вскрикивает. – Тут кто-то есть!

И я бегу со всех ног, а вслед мне летит вспышка магического света. Обжигает спину и иголками впивается в горло. Эмма знает, что это за заклинание. Чуть позже она попытается заговорить с королевской охраной, но не сможет произнести ни слова…

Неразглашение!

Воспоминание разрушается, как назло. Память перекидывает меня в следующий день. Вечер, вернее… Я дрожу, глядя, как валится на кровать неестественно бледная Мари-Клэр.

– Прости, – шепчу я. – Прости, что пришлось усыпить тебя убойной дозой снотворного зелья и испортить главный день в твоей жизни… Я знаю, как ты ждала этого бала, но ситуация такая… Ты не должна быть сегодня рядом с Эдрианом. Не должна быть запачкана во всем этом. Слишком опасно. Я знаю, что последствий избежать не получится, поэтому сделаю все сама…

Снова рывок, я уже на балу. Танцую с Эдрианом.

– А где моя милая невестушка? – гнусно хихикает он.

– Я за нее, – отшучиваюсь, едва сдерживая подкатывающее омерзение. – Ты ведь смотрел на меня вчера, или мне показалось, что я тебе понравилась?

– Не показалось…

Он притягивает меня к себе. Преодолевая отвращение, я наигранно жмусь к его груди. Скольжу ладонью по бархату камзола. В нагрудном кармане рубашки с густым жабо прощупывается смертоносный пузырек.

Паника охватывает меня.

Этот пузырек в приближенном «видео» отчетливо запечатлен на одной из специальных страниц «Галаксии».

Мне страшно. Я настоящая уже знаю, на кого готовилось покушение, но прежняя Эмма из прошлого не ведала этого. Она слышала лишь обрывки разговора, где не упоминалось имен. Она понимала, что должно случиться нечто ужасное, и не представляла, как этому помешать. Единственное, что она могла – оградить от опасности Мари-Клэр. Пожертвовать ради этого дружбой, репутацией, возможностью беспрепятственно попадать в высший свет.

Жизнью, наконец…

Вихрем проносится один танец. Потом второй.

Мои руки холодны. Мы с прежней Эммой знаем, что тот, кто ударил в спину заклинанием, тот, кого не получилось увидеть, знает обо мне все. Кто же он? Маг подобной мощи свои чары на мне распознает легко, и тогда…

Эдриан недовольно гладит меня по висящей на боку сумке.

– Зачем ты ее таскаешь? Такую огромную? Не идет ведь к наряду? По-сельски как-то.

– Привычка, – улыбаюсь я. – Она совсем мне не мешает. Почти незаметная…

В сумке лежит разговорная книга, которую теперь и на секунду оставить страшно. Теперь это настоящая драгоценность! Мелькает в памяти стремительное воспоминание о том, как Эмма мечтала запечатлеть дворец и в идеале королеву – затем «Галаксию» с собой и брала… Этот бал и этот день были для предшественницы особенными. Она отправлялась навстречу дивным приключениям вместе с лучшей подругой, такой же счастливой и воодушевленной, как и она сама…

Мне не хочется думать о том, чем все закончилось.

Мне жалко и прежнюю Эмму, и Мари-Клэр.

Бедные девочки…

Третий танец обрывается, не успев начаться. В зал заходят королевские гвардейцы, нарастает паника. Эдриан шокирован, он сжимает до боли мое предплечье, смотрит по сторонам, ищет кого-то взглядом. Мое сердце колотится…

Перемотка…

И Эмма дрожит, склонившись над разговорной книгой. И личный дневник, лежавший в покоях, и «Галаксия» заражены какой-то мощной магической гадостью. Разрушающее проклятье. Оно срабатывает, стоит только открыть первый разворот. Часть переписок растекается жирными кляксами и исчезает… Опасно! Но Эмма успевает сделать главное – вырвать лист с запечатлением и прошептать над ним простенькое заклинание отчуждения: «Ты не мой теперь. Дарю тебя подругам старым и новым. Я не хозяйка тебе. Я не хозяйка. Не хозяйка».

Снова перемотка…

Я уже одна в гуще событий.

Немая.

Не могу ничего рассказать, но пажей тех, кажется, арестовали?

А еще кого?

Никого?

Покушение, выходит, не удалось…

Я резко пришла в себя и села, ощутив под пятой точкой мертвенный холод камней, никогда не видевших света и солнца. Чуть не опрокинулась снова – руки оказались связанными, опереться на них не получилось.

– Очнулась, наконец, – сказал кто-то во мраке, разбавленном желтым светом тусклого магического светильника.

– Где я? Кто вы? Зачем вы меня похитили? – постаралась произнести я со всей возможной уверенностью.

Хотя откуда ей было взяться? Уверенности… Ситуация, исходя из новых воспоминаний, сложилась преотвратительнейшая.

Магический свет собирался вокруг меня мутным коконом. Похитители скрывались за его размытыми границами, невидимые глазу.

– Где запись с бала? – спросил мужской голос, немного знакомый.

Слышала я его уже где-то, но нечасто. Может, один-два раза всего…

– Не скажу, пока не отпустите, – запротестовала я. Ничего другого на ум пока не пришло. – И пока лицо не покажете.

– Так устроит?

На меня надвинулась увенчанная рогами голова в алых космах. Демон – не человек! И не узнать его с первого раза было сложно.

Это же Эдмунд Хорен, собственной персоной!

– Ты?

От возмущения и презрения я даже «выкать» не стала. В голове заработали, закрутились судорожно мыслительные шестеренки. Эдмунд Хорен из «Демона и братьев». Зачем ему было нападать на королеву? Она мешала как-то его бизнесу? Вроде нет…

– Я, – подтвердил мой пленитель и оглянулся на кого-то через плечо во тьму. Спросил кого-то третьего: – Так, где запись?

– В ее книге, наверное, – шепнули из мрака. – Ты в книжке глядел?

– А где книжка? – Ко мне протянулись длинные пальцы, и я со всей возможной злостью укусила их. – Ай! Вот зараза! Держи ей голову…

Кто-то невидимый зашел мне за спину, чтоб удержать за подбородок, лишив возможности защищаться.

– Отпустите! Отстаньте! – возмутилась я. И, быстро сообразив, что договориться не получится, заорала, срывая голос: – Помогите! Кто-нибудь…

Я не ждала, что помощь придет по первому требованию, но она пришла.

Раздался оглушительный щелчок, и помещение заволокло густым туманом, а потом какая-то мертвая жуткая тварь, треща на ходу костями, бросилась на Эдмунда. Спустя миг к ней присоединилась вторая и прыгнула на того, другого, заставив его отпустить мою голову и выпасть из поля видимости.

– Эмма, вы живы? – раздалось над ухом. – Целы? В порядке?

Вверх взлетел яркий магический шар, и стало понятно, что нахожусь я в какой-то пещере с высоким сводом, под которым виднеются шипы сталактитов. Обоих демонов – второй мой похититель тоже оказался рогатым и красноволосым, – прижимали к полу жутковатого вида твари, похожие на собак и явно мертвые. Костяные!

А рядом со мной присел Лунгрэ.

Промявшие кожу путы опали, сожженные черным огнем неведомого мне заклятия.

– Вроде бы… – Я потрясла затекшими руками. На запястьях виднелись алые борозды следов. – Они не успели ничего сделать.

Я хотела подняться, но тело не послушалось. Некромант заботливо поддержал меня под спину.

– Не нужно резких движений. Оглушили вас сильно.

– Они хотели получить запись из моей книги, – кивнула я в сторону демонов. – Для того и похитили.

– Второй раз и уже без помощи вампиров, – сурово подметил некромант. – Ну, господа Хорены, объясниться не хотите?

– Все из-за покушения на королеву, – решительно заявила я. – Они, похоже, в нем замешаны были.

– Рассказывайте, – рявкнул на братьев (у них ведь одна фамилия, а значит, они родня) Лунгрэ.

– Сначала отзови твоих тварей, – сдавленно прошипел Эдмунд. – В таком положении я и слова не скажу.

– Хорошо.

Последовало едва заметное движение пальцев, и костяные монстры разжали челюсти. Отпустив жертв, они сели рядом, готовые снова пустить зубы в ход. В любую необходимую секунду.

– Не были мы замешаны ни в каком покушении, – возмутился Эдмунд, болезненно поводя пораненной шеей, и глаза его недовольно вспыхнули. – Натан, подтверди.

Его брат виновато склонил голову.

– Клянусь честью рода Хоренов, мы не замышляли никаких убийств. Дело совсем в другом, господин Лунгрэ. Вы просто не в курсе некоторых деталей.

– И в чем же? – продолжил допрос некромант.

Натан хотел ответить, но Эдмунд удержал его.

– Погоди! Не говори ему ничего. Он все против нас использует! Так что… – принялся возмущаться он надтреснувшим голосом. – Лучше… – Он медленно перевел взгляд с Лунгрэ на меня и обратно. – Послушайте, сколько денег вы хотите за молчание? Мы готовы заплатить вам. И вам, госпожа Лир.

Помнится, при встрече у кладбища Эдмунд Хорен вел себя гораздо более дерзко и резко. А теперь он боялся. И меня в том числе.

– Заплатить? – Лунгрэ непонимающе вскинул бровь. – Это шутка такая?

– Я не шучу. Я вполне серьезно, господин бывший королевский некромант. – Демон мрачно ухмыльнулся. – На кону репутация нашего семейного предприятия. Все слишком серьезно. Поэтому я готов выдать вам любую сумму, какую пожелаете.

Лунгрэ не поддался на взятку.

– Мне не нужны деньги. Мне нужна правда, и я до нее докопаюсь.

Я судорожно прислушивалась к собственным ощущениям. Странно, но демоны, хоть и не вызывали особой симпатии, убийцами мне не казались. Потаенное чутье прежней Эммы не било тревогу. Если братья и замешаны, то…

Я задала вопрос:

– За что именно вы готовы заплатить, господин Хорен? – Решив пойти ва-банк, добавила на свой страх и риск: – Я-то знаю, что вы не заговорщик. Зачем вам тогда моя книга?

Эдмунд вздрогнул и инстинктивно пригнул голову, выставляя вперед рога. Неосознанно защищаясь. А я ведь по большому счету просто блефовала, не представляя толком, чем конкретно могу ему угрожать.

– Я теперь не в том положении, чтобы рассказывать вам все. Из-за него! – Гневный взгляд прошил некроманта. – Теперь я могу лишь оплатить ваше молчание.

Я продолжила расспросы:

– Чего вы боитесь, не понимаю?

И это была чистейшая правда. Меньше часа назад Эдмунд с братом украли меня прямо с конной прогулки, оглушили и притащили в подземелье. А теперь пытаются включить заднюю и откупиться? Такое чувство, что не они, а я их пленила.

– Молчи, брат. – Натан быстрым движением схватил Эдмунда за плечо. Так резко, что одна из костяных тварей предупреждающе щелкнула на него зубами. – Не говори ничего.

Что мне оставалось делать? Только блефовать дальше. И я рискнула, соврала:

– Секретничать нет смысла, господа. Я догадываюсь, что именно вас смущает на моей записи.

Придав лицу максимально уверенное выражение, я красноречиво постучала по сумке с книгой, до которой не успели добраться мои горе-похитители. Как будто я видела ту запись! Как будто бы у меня в книге действительно лист с запечатлением, а не сиротливые клочки неровно оборванной бумаги…

– Заметила, да? – свирепо прищурился Эдмунд.

– Да, – соврала я в очередной раз. – И я прошу вас, расскажите все сами господину Лунгрэ. Честно, без утаек и во всех подробностях. Это мое условие. Взамен обещаю поддержать вас. Ведь сейчас нам лучше поддерживать друг дружку, чем ругаться и враждовать. Мы хотим найти настоящих заговорщиков и… – чуть не сказала «убийцу», но опомнилась. Насчет убийства прежней Эммы братьям лучше и дальше оставаться в неведении. – Просто расскажите.

– Пусть тогда Лунгрэ пообещает, что не станет выдавать нас за заговорщиков, если не получится найти настоящих. Вознаграждение за их поимку громадное, а мы так уязвимы…

– Вы этого боитесь? – удивился некромант. – Я уже сказал, что меня интересует лишь правда. Так что даю слово.

– Ладно, – сдался вдруг Эдмунд. – Мы расскажем. – Он многозначительно переглянулся с Натаном и, получив от того одобрительный кивок, начал: – Все дело в покушении на королеву. Оно, к счастью, не удалось, но… – Демон запнулся на миг. – Яд, которым ее величество хотели отравить, был внутри флакона, изготовленного на нашем заводе.

– А что насчет содержимого? – со скептическим видом поинтересовался Лунгрэ.

– Естественно, оно было налито туда не нами. Предприятие «Демон и братья» не производит ядов. – Глаза Эдмунда гневно сверкнули. – А еще мы очень сильно печемся о своей репутации.

– И поэтому воруете невинных девушек?

Эдмунд сердито рыкнул себе под нос от возмущения, а его брат виновато склонил голову.

Заверил тихо:

– Мы бы не причинили ей вреда. Нам нужна была книга с компроматом.

Я уже и сама сложила кусочки пазла. Осталось выяснить еще кое-что.

– Позвольте поспорить, а откуда вы узнали, как выглядит пузырек с ядом? Что он именно ваш? И о моей записи?

– После покушения, хоть его детали и скрывали весьма тщательно, из дворца поползли всякие слухи, на нас стали коситься, продажи резко упали… Потом Эдриан Флейк нашептал по секрету о некоей записи, на которой якобы запечатлены заговорщики и хорошо видна наша фирменная упаковка. Флейк намекнул, что запись у него, и потребовал денег. Мы конечно, заплатили, но негодяй принялся юлить, угрожать, увеличивать сумму… Когда мы обозлились и прижали его прямо в его логове, он со страху заявил, что, дескать, запись не у него, а у какой-то его подружки. Мы не стали разбираться и пригрозили гаду, что если он не принесет книгу немедленно и снова обманет, потом костей не соберет… А на следующий день Флейк пропал. И мы стали искать подружку. Его бывшая невеста отпала почти сразу. Мы проверили еще парочку любовниц, после чего, подкупив кое-кого из дворцовых слуг, выяснили, что в ночь провального покушения Эдриан Флейк танцевал на балу с вами. – Губы демона расплылись в ехидной и одновременно печальной улыбке. – Какая злая ирония, правда?

Я вздрогнула. Мы ведь с Эдмундом Хореном знакомы. И не слишком-то нравимся друг дружке. Есть у нас, выходит, какая-то общая история?

– Да уж… – немного растерявшись, подтвердила я на всякий случай.

– Извините за тот раз, был неправ, – продолжил Эдмунд. Под присмотром костяного монстра он старался вести себя адекватно. Градус высокомерия в его речи периодически падал почти до нуля. – Предложение вашего отца о нашем с вами браке было, конечно, крайне наглым и глупым, но мне не стоило устраивать тогда скандал и выгонять вас из моего дома… Некрасиво получилось. Поэтому я даже не попытался попросить у вас запись по-хорошему. Знал, что не отдадите. А еще испугался, что, заметив мой страх, вы обнародуете ее из мести…

Ну вот… Опять папенькины брачные проделки! У меня прямо от сердца отлегло. Все встало на свои места. Все понятно теперь с этими Хоренами – братцами-демонами.

А вот с убийцей по-прежнему непонятно ничего.