Текст книги "Я, кухня и два дракона (СИ)"

Автор книги: Луна Фаэр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Мало рыбу поймать

Мелисса

Замка на двери кухни не было. Только толстая деревянная ручка и маленький крючочек. Настолько маленький, что казалось – подуй на него, и он развалится.

– Нужна швабра, – повернулась я к кабачку, что продолжал прыгать вокруг. – Или веник, или хоть что-нибудь длинное. Что угодно, лишь бы можно было просунуть в ручку двери и упереть в стену.

Кабачок задумался, а я кинулась по углам в поисках хоть чего-нибудь подходящего.

Я, конечно, понимала всю глупость своих действий, но, чёрт возьми, иначе не могла.

Ну не люблю я чистить рыбу! Чешуя потом будет даже на потолке. Да и кухня провоняет рыбой на несколько дней. Тем более я ещё не разузнала, куда здесь мусор выносят. Под картофельные очистки я приспособила одно из ведер, а рыбьи отходы ведь сразу убирать нужно.

Метаясь по кухне, я запнулась о полено возле печки – и меня осенило. Вот оно!

Выбрав поленце подлиннее и потоньше, чтобы пролезло в ручку, я подбежала к двери, сунула, подёргала, проверила. Удовлетворённо выдохнула и направилась к стулу.

Сесть не успела.

Дверь распахнулась, ручка полетела в одну сторону, полено – в другую, едва не угодив кабачку по попке.

А драконы… даже не заметили моей попытки запереться.

Зато торжественно, с сияющими глазами и гордо задранными носами промаршировали к столу и водрузили на него огромную рыбину.

– Ты просила мясо, – расплываясь в широченной улыбке, сказал рыжий. – Вот мясо. Надеюсь, теперь всё в порядке.

Темненький тоже хотел что-то сказать, но рыжий потянул его за рукав, и они оба уже было развернулись к двери.

– Стойте! – крикнула я, бросаясь следом. – А мука? А масло?

Драконы остановились и переглянулись.

– И… – протянула я, понимая, что другого случая может не быть, – вы бы хоть представились, что ли.

Ну правда, надоело мне про себя называть их рыжим и темненьким.

Они снова переглянулись – и вдруг разом стушевались.

– Дейтар К’Тарэон’Моргар, – первым отозвался темненький.

– Ниварис Фламен’Аурон, – следом представился рыжий и тут же отвёл глаза, закусив губу.

Интересно, чего это он? Имена у обоих сложные, с первого раза точно не запомнить, но почему именно рыжий так смутился?

– А как вас зовут, прекрасная лиора? – продолжил Дейтар.

Я аж застыла.

Во-первых, с каких это пор ко мне на «вы»? И без криков «жрать готовь»? А во-вторых, что ещё за «лиора»?

Но драконы с натянутыми и словно приклеенными улыбками ждали ответа, и я решила не докапываться.

– Мелисса, – представилась я и тихо, со вздохом добавила: – Рандова.

Дейтар кивнул и сказал:

– Мы постараемся добыть остальные продукты, но не можем обещать, что получится быстро. Остров закрыт магическим барьером, и попасть сюда или что-то переместить непросто. Но мы что-нибудь придумаем.

Он ещё раз кивнул с подчеркнутым уважением и, слегка подтолкнув рыжего, направился к двери.

Дверь за драконами закрылась тихо, словно их здесь и не было.

А я осталась наедине с рыбой. Точнее, с рыбищей, потому что в длину она была почти с меня, а в ширину – и того больше.

И вот что мне теперь с ней делать?

Я выдохнула и подошла к рыбе.

И вот спрашивается – чего было бежать и запираться, если я всё равно не смогла сказать твёрдое «нет» и добавить: «Хотите рыбы – чистите сами»?

Но задним числом уже ничего не исправить, так что придётся чистить.

Хорошо хоть чудо-щётка у меня есть. После с уборкой проблем не будет – при условии, что удастся почистить рыбу так, чтобы потолок и стены не оказались заляпаны чешуёй.

А то в моей земной жизни и не такое бывало.

Взяв из шкафчика большой нож, я решительно подступила к рыбе. Схватилась одной рукой за хвостовой плавник, другой с силой провела против чешуек – чешуя полетела во все стороны, и… рыба резко дернулась, вырвав хвост из моей ладони, а в следующий миг я получила мокрую, вонючую и до слёз обидную оплеуху.

– Та-а-ак! – выпалила я. – Она что, живая?!

Я, конечно, понимала, что её только что выловили из моря, но когда драконы тащили рыбу к замку, я отчётливо видела, что Дейтар держал её за голову. Да и сейчас на голове рыбины были следы от огромных зубищ.

Может, это остаточные дергания? Иногда рыба даже без головы на сковородке прыгает.

Успокоив себя такими размышлениями, я вновь схватилась за хвост. Но как только нож коснулся чешуи, рыба подпрыгнула так, что я чуть не полетела через стол. Нож выскользнул из моей руки, а сама я плюхнулась сверху на рыбу.

– Черт! – прорычала я, отдирая от лица скользкие, покрытые слизью чешуйки.

Стало до чертиков обидно. А ещё я почувствовала, как внутри меня разрастается злость. Бить себя дважды по лицу я никому не позволю. Даже рыбе. Так что теперь вопрос чистки этой рыбы становится моей личной вендеттой.

Я наклонилась, подняла нож с пола и, выпрямившись, испуганно клацнула челюстью.

Рыба оказалась не просто живой. Она стояла на столе, распластав плавники, словно лапы, и зло скалила на меня тонкие острые зубы в два ряда. Почти как собака. Разве что не рычала.

– Ой, – невольно прижала я нож к груди. В ответ рыба зло щёлкнула зубами и попыталась допрыгнуть до меня.

Не получилось. Рыба шмякнулась на пол, но вместо того, чтобы вновь замереть, попрыгала на меня, клацая пастью с таким звуком, что у меня аж душа в пятки ушла.

Я взвизгнула и рванула прочь, не разбирая дороги. Кроссовки скользили по полу, кастрюли и котелки летели в разные стороны – точнее, в рыбу, потому что я швыряла в неё всем, что хватала на бегу.

Железная кружка? Лети! Ковшик? Лови, гадина! Сковородка? Ой, жаль, не та любимая… ну да ладно, держи ещё и эту!

Рыба прыгала всё ближе и ближе, и, в панике схватив первое, что попалось под руку, я метнула… кабачок.

Сердце остановилось.

– Нет-нет-нет! – успела выдохнуть я, пока словно в замедленной сьёмке кабачок величаво летел навстречу раскрытой пасти рыбины.

Она собиралась захлопнуть ее, готовясь проглотить моего единственного друга, и меня словно током ударило.

Я схватила первое, что оказалось под рукой. Любимая сковородка. Та самая, верная, проверенная временем и носами драконов.

С визгом, с диким воплем я кинулась вперёд и со всей силы опустила её прямо на рыбью башку.

Бамс!

Рыба рухнула, вздрогнула всем телом и затихла. А кабачок, словно в насмешку над всей этой суматохой, красиво описал дугу в воздухе и приземлился прямо в мои руки.

– Есть! – выдохнула я, прижимая его к груди, и добавила с вызовом: – Никому тебя не отдам, даже рыбе!

Я уже собиралась облегчённо выдохнуть, но рыба, похоже, решила, что финал битвы за кухню ещё не настал. Она дёрнулась, приподнялась на плавниках и, бешено хлопнув хвостом, метнулась прямо к окну.

Я только успела ахнуть: рыба в два прыжка домчалась до подоконника, снова хлопнула по полу хвостом, словно отталкиваясь им и с героическим видом выпрыгнула…

Не долетела.

Со звонким шмяк она врезалась башкой в угол откоса, отскочила и, словно подлая шутка от кулинарных богов, грохнулась прямиком в раковину.

Вода вместе с чешуёй взметнулась фонтаном, окатив всё вокруг – включая меня. Я стояла посреди кухни, облита с ног до головы, а рыба лежала в раковине кверху брюхом в полном нокауте.

– Ха! – победоносно воскликнула я, вскидывая руку со сковородкой вверх, а другой вытирая воду и чешую с лица, – и кто тут теперь из нас обед?

Дальше было проще. Рыба больше не подавала признаков жизни, и я спокойно её дочистила.

Было ли мне её жаль?

После того как она чуть не проглотила моего друга – нет. К тому же я, хоть и никогда не признаюсь в этом вслух, жутко хотела есть. Приготовить из этого рыбо-монстра что-нибудь вкусненькое было делом чести.

Но, поскольку набор продуктов у меня был небольшой, я решила остановиться на рыбьей юшке (потому как какая уха без картошки и пшена?) и запечённой рыбе, хотя изначально планировала просто пожарить её.

Когда я достала вчерашний смалец, посмотрела на него, то сразу вспомнила цвет вчерашней шерсти драконов. Слишком уж подозрительно он совпадал с цветом смальца, и я решила не рисковать.

Пока юшка спокойненько себе варилась, я достала противень и выложила на него порезанный кольцами лук. Затем добавила слой баклажана кружочками, перцы, следом помидоры. Последним, верхним слоем разложила кусочки рыбы и вздохнула.

Как же к этому блюду не хватало сыра – чтобы он, добавленный в последний миг, расплавился и прихватился сверху лёгкой золотистой корочкой. А ещё можно было бы добавить кусочки феты, положив их уже на готовое блюдо между кусочками рыбки, а сверху присыпать укропчиком.

Эх! Как же мне не хватает ингредиентов.

Поставив противень на под и закрыв дверцу, я посмотрела на себя и чуть не взвыла.

Волосы слиплись, словно пакля, вся одежда и открытые участки тела были облеплены чешуёй, да и пахло от меня совсем не жареной рыбкой.

Однозначно садиться в таком виде за стол было нельзя.

Поэтому, прежде чем звать драконов на обед, я решила хотя бы просто смыть с себя грязь.

Кабачок весело скакал впереди меня, пока я поднималась по лестнице в комнату, где ночевала. Я же, не желая тратить время впустую, на ходу пыталась отодрать с одежды самые крупные чешуйки, заодно раздумывая над тем, как мне быть с одеждой. Надеть её такой, как есть, нельзя. А если постирать, то она точно не успеет высохнуть за те пару минут, что я буду купаться.

Надеяться же на то, что одежда сама каким-то непонятным образом выстирается, высушится и аккуратно сложится стопочкой, как утром, было глупо. Тем более что я так и не поняла, как такое могло случиться. А мысль о том, что это всё-таки сделали драконы, тайком пробравшись в комнату, где я спала, упрямо не укладывалась в моей голове.

К тому же идти к ним в таком виде и попросить вновь провернуть фокус со стиркой я не решилась. А вот поискать хоть какую-то одежду в шкафах, что были в каждой комнате, имело смысл.

Кабачок толкнул дверь, и я зашла следом за ним. Первым делом подошла к большому резному шкафу и резко распахнула его дверцы. Одежда там действительно была. Вот только мужская, довольно потрёпанная и немного пыльная, словно провисела в этом шкафу не одно десятилетие. Но в любом случае это было лучше, чем мои футболка и джинсы, пропахшие рыбой.

Подхватив её, я поспешила в ванную.

И первым делом поблагодарила архитектора за то, что в ванной комнате было окно. Телефон-то мой давно сел, а искать, чем зажечь свечи, у меня не было времени.

Уже привычным движением я нажала местный «кран» и огляделась.

Странно. Вчера эта ванная показалась мне другой. Хотя если вспомнить, как я мылась и стирала, подсвечивая себе фонариком, неудивительно, что я не заметила целую кучу баночек и скляночек возле ванны.

Взяв первый попавшийся флакончик и открыв его, я чуть не застонала от счастья. Он пах шампунем!

– О, боже! – всё же не выдержала я и поспешно заткнула сток ванны пробкой.

Раз уж мне удалось раздобыть такое счастье, как шампунь, я хочу не душ на скорую руку, а ванну! И пусть весь мир, а заодно рыба с драконами, подождёт.

Истинная

Ниварис

Никогда, ни с одной женщиной я не чувствовал себя таким идиотом, как с ней!

Я привык к тому, что женщины смотрят на меня как на дар небес, как на пирожное с королевского стола, как на высшую награду их привлекательности и красоты.

Эта же человечка…!

Мы с Дейтаром, как два дурака, притащили ей в зубах не жалкого кролика или куропатку, а настоящую добычу. И что в ответ? Спасибо? Звёзды в глазах и радостное хлопанье в ладоши?

НЕТ!

Вместо того чтобы хотя бы просто поблагодарить нас, она перечислила, чего ей ещё не хватает.

Но хуже всего было то, что, высказав претензии, она вроде бы и не специально, но всё же указала на еще один наш с Дейтаром промах.

Мы не только, словно последние неотёсанные деревенские болваны, не представились ей, но и не соизволили поинтересоваться её именем.

Первым представился Дейтар – как всегда спокойно и с достоинством. Я же открыл рот… и запнулся на полуслове.

Я любил, как женщины реагировали, услышав моё имя.

Интерес, азарт, предвкушение и лёгкая тень страха.

Их щёчки всегда вспыхивали румянцем, глазки опускались в пол, грудь начинала призывно вздыматься от ускорившегося сердцебиения, а кончики пальцев дрожали от попытки спрятать собственные желания и любопытство.

О, как я любил эти мгновения!

Я чувствовал себя королём положения. Я мог говорить что угодно, делать всё, что мне вздумается, а они всё равно смотрели на меня с восхищением.

Но не она!

Мне нужно было куда-то выплеснуть злость и разочарование, и я не придумал ничего лучше, чем отправиться на тренировочный полигон. Насколько я помнил, он здесь был, хотя рассчитывать на то, что все снаряды ещё в рабочем состоянии, не приходилось.

Полигон я нашёл довольно быстро. А заодно и Дейтара на нём.

Мой друг пытался выровнять столб полосы препятствий.

– Похоже, здесь слишком давно не обновляли защитные заклинания. Много сломано? – спросил я, подходя ближе.

Дейтар не ответил, лишь кинул на меня странный, абсолютно нечитаемый взгляд.

Я на миг растерялся, не понимая, что происходит, но тут же отмахнулся. Если бы я был чем-то занят и нуждался в помощи, а тот, кто мог бы помочь, лишь разглагольствовал – я бы тоже так отреагировал.

Плюнув на всё, я кинулся помогать Дейтару.

Повозиться, чтобы восстановить добрую половину тренажёров и снарядов, нам пришлось немало. Было, конечно, странно, что большинство повреждений оказалось сосредоточено в одном месте, словно туда сверху грохнулся дракон, но за работой нам было не до разговоров.

Когда же мы, наконец, привели всё в более-менее приемлемый вид, весь мой боевой запал иссяк.

Как говорил в академии наш преподаватель по физподготовке: физический труд – лекарство от всех болезней, особенно от дурости в голове.

Кричать, рычать и громить всё вокруг мне больше не хотелось. А потому, пожелав Дейтару хорошей разминки, я решил вернуться в замок: принять душ, смыть пот и грязь после ремонта полигона, а затем подумать, как достать продукты, о которых упоминала Мелисса.

Использовать для этой цели ещё раз лизаринский круг призыва я опасался. Кто знает, с какими сбоями он сработает второй раз? Вдруг вместо муки или масла притащит кого-нибудь вроде принца Скавериса.

Так, размышляя, я добрался до своей комнаты, зашел во внутрь и замер. Из ванной слышался плеск воды и лёгкий женский смех.

Это ещё что за чудеса?

Стараясь не шуметь, на цыпочках я подобрался к двери ванной и осторожно приоткрыл её.

И обомлел.

В моей ванне плескалась человечка.

Она сидела вся в пене, набирала её в ладошки, дула, отчего облачко пены взлетало в воздух. А с другого края ванны эту пену пытался поймать кабачок! Да-да, тот самый, что был на кухне, когда мы так «удачно» угощались жареными волчьими яблоками, или, как их назвала Мелисса, картошкой.

Теперь этот самый обычный кабачок прыгал по краю ванны, ловя пену. Подскальзывался, падал в воду, и тут же выскакивал обратно, а Мелисса хохотала.

Зрелище было завораживающее, но куда больше меня занимал вопрос: как она оказалась именно в моей ванне?

Случайность? Перепутала двери?

Я беззвучно рассмеялся.

Сколько таких «случайно заблудившихся» дамочек уже было в моей жизни.

С предвкушением закусив губу, я облокотился на косяк двери и толкнул её, уже не скрываясь.

– Какая неожиданная встреча, – промурлыкал я фразу, что давно набила оскомину.

Если честно, она надоела мне до демонских хвостов, но именно на неё женщины реагировали лучше всего.

Мелисса вздрогнула, будто и правда не ожидала меня увидеть, и медленно повернула голову.

Её челюсть забавно клацнула, а щёки вспыхнули румянцем. Только что-то было не похоже, что она смутилась.

– Какого чёрта? – нахмурилась она и сердито засопела.

Что такое «чёрт» я не знал, но, судя по тону, это было что-то из шахтёрского фольклора.

А вот её реакция мне понравилась: похоже, девчонка, хоть и сама пришла ко мне, хотела поиграть в недотрогу подольше.

– Какого чёрта ты купаешься в моей ванной, милашка? – подыграл я, коварно улыбнувшись и сделав шаг вперёд. – Признаюсь, мне тоже любопытно.

Напускная сердитость сползла с её лица, словно восковая маска. Она испуганно завертела головой, словно впервые видела эту ванную комнату, и залепетала:

– Я не могла ошибиться дверью. Это слишком глупо.

– Ну почему же, – усмехнулся я, подходя почти вплотную. – По-моему, очень милая ошибка. И очень правильная.

Мелисса хлопала глазами, подгребая к себе пену, будто пыталась прикрыться, и тут меня словно молнией ударило.

На её руке блеснули золотые искры.

Точно такие же, как у меня. Рисунок ещё не сформировался полностью, но его невозможно было спутать ни с чем.

Это была метка истинной пары. Моей пары.

Дыхание перехватило, сердце едва не выскочило из груди.

Я поспешно задрал рукав своей рубашки и медленно закрыл глаза. Рисунок был тем же самым.

Значит, не показалось. Эта маленькая вредина, несущая смятение и хаос, действительно моя истинная пара.

Единственная на всю Вселенную.

Мой дар Небес.

Кровь полыхнула жаром, дракон внутри довольно заурчал, а я как дурак смотрел на её губы и думал только о том, как хочу её поцеловать. Испытать, что значит быть самым счастливым мужчиной на свете, как это, не думать ни о ком другом и хотеть лишь её.

Забыв обо всём, я потянулся к Мелиссе, но вместо сладких губ ощутил лишь звонкий удар мокрой пощёчины.

Не успел опомниться, как Мелисса с силой оттолкнула меня, выскочила из ванны и, как была – голая, в пене, – рванула прочь из ванной.

– Придурок! – крикнула она, на ходу схватила полотенце и с грохотом захлопнула за собой дверь.

– И правда придурок, – растерянно пробормотал я ей вслед, впервые в жизни чувствуя себя настолько счастливым.

Дейтар

Впервые в жизни мне было стыдно рассказать правду.

Отец с детства учил: твоя честность – твоё оружие. Пока говоришь только правду, у твоих врагов не будет против тебя козырей.

С этим принципом я шёл по жизни, несмотря ни на что. Он был для меня путеводной звездой, маяком, показывающим, что я двигаюсь в верном направлении.

Но сегодня мой маяк погас.

Я не смог признаться Ниварису, что большинство снарядов на полигоне сломал я сам, обратившись в дракона.

Я всё ещё чувствовал себя пришибленным.

А золотая метка истинности на моей руке продолжала проступать всё ярче, постепенно складываясь в полноценный рисунок, что окончательно выбивало меня из колеи.

Неужели моя истинная до сих пор где-то рядом?

Островов поблизости точно нет, а корабль может оставаться на месте только если с ним что-то случилось.

Тягостные мысли терзали душу и мешали сосредоточиться.

Когда мы наконец починили все тренажёры, Ниварис ушёл, а я так и остался стоять посреди полигона.

Что делать дальше – я не знал.

Прорваться через барьер всё равно не удастся. Даже лизаринский круг призыва не поможет – он работает лишь в одну сторону.

А ещё нужно было честно признаться себе: логика требовала срочно броситься на поиски истинной пары, но сердце упрямо приказывало оставаться здесь.

Одним словом, я не понимал, что со мной.

Стоять дальше без дела смысла не было, поэтому я решил вернуться в свою комнату и всё же написать отцу.

Я как раз почти поднялся по лестнице на нужный этаж, когда услышал как хлопнула дверь, и в следующий миг на меня налетела Мелисса.

– Что такое? – опешив, я схватил её за плечи.

Человечка была голой, в мыльной пене, и изо всех сил пыталась прикрыться полотенцем.

– Ничего! – рявкнула она на меня со слезами в глазах, словно я был единственной причиной всех её бед, и нервно поправила прилипшие к щеке мокрые волосы.

Я застыл, как громом поражённый.

По её руке скользили золотые искорки метки истинной пары.

Моей метки.

Все вдруг стало настолько ясно, что я рассмеялся.

Я так упорно твердил себе, что моя истинная где-то далеко, что не заметил очевидного: почему же тогда, вместо мифической далёкой судьбы, я – не соображая, что делаю – поцеловал именно её, простую человечку?

Я списывал это на магический откат, хотя всё было куда проще: она – здесь, прямо передо мной.

Я был олухом. Идиотом. Полным дураком.

Улыбка сама расползлась по моему лицу. Я подхватил опешившую и перепуганную Мелиссу на руки и понёс в свою комнату.

– Пусти, – пискнула она и попыталась соскочить с моих рук.

– Нет, – мотнул я головой, прижимая её крепче. – Теперь я тебя точно не отпущу.

И это была правда. Я просто физически не смог бы её отпустить. Она – моё сокровище. Мой дар. Моя жизнь и сердце.

Я занёс Мелиссу в комнату и осторожно опустил на кровать. В голове был сплошной туман, словно я выдул бутыль гномьего самогона, но душа пела от счастья.

– Я… – наклонился я к ней, собираясь признаться, как счастлив, а затем поцеловать. Но вместо этого получил звонкий удар маленьким кулачком прямо в глаз.

Звёзды закружились в безумном хороводе, и пока я пытался сообразить, что сделал не так, Мелисса ужом выскользнула из-под меня и бросилась к двери.

– Ещё один придурок! – сердито бросила она, открывая её. – Два придурковатых дракона, и оба на мою голову! Чтоб вам обоим пусто было!

Дверь с грохотом захлопнулась. А я вытаращился ей вслед:

– То есть… два?