Текст книги "Пока я не закончусь"

Автор книги: Луций Корнелий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Глава 20

После четырех дней отдыха и откорма тренировки возобновились с большей интенсивностью. Однако я теперь шел на них скорее в позитивных чувствах. Сразу же удалось побить прошлый рекорд, попав по болванчику шесть раз подряд. Спарринг с зубастой по-прежнему оставался действом довольно болезненным, но в чем-то это даже хорошо. Магия исцелит раны, а за счет таких тренировок настоящие испытания покажутся мне легкой прогулкой. Хотя по ночам я иногда просыпался от ощущения сдираемой кожи. Но, думаю, пройдет. Было бы странно, если бы мои злоключения не оставили следа на психическом состоянии. Следы они оставили. Неплохо так потоптались. Но ничего. Справимся потихоньку.

Теперь на наши спарринги с зубастой иногда приходили смотреть другие бойцы похитителей. Видел как знакомые, так и новые лица. Удивительно, но у меня складывалось ощущение, что собравшиеся болеют скорее за меня, чем за зубастую. Хотя я ещё плохо знаю язык, чтобы делать однозначные выводы.

Но кое-какие выводы я подтвердить мог. Как и предполагал банда хромого состояла примерно из двадцати пяти человек. Все они делились на две категории воины-райдхор и слуги-марца. Такова была местная иерархия. К воинам относились сам хромой, зубастая, чернокожий и еще девять человек. Райдхор носили оружие, украшения, выделялись физическими данными и здоровьем, у многих из них была небольшая татуировка на левой стороне шеи.

Слуги наоборот физическими данными и здоровьем не блистали. Они были похожи на тех людей, которых мы видели в деревнях. Невысокие, часто со следами наследственных заболеваний. Некоторые из слуг носили простое оружие: ножи, тесаки, арбалеты, короткие копья. Однако по местной терминологии это не относилось к понятию райд. «Райд» – именно серьезное воинское снаряжение. Дорогое, опасное, требующее навыков. Длинные копья, глефы, нагинаты, мечи, щиты, топоры. Местные арбалеты убойной силой не отличались. По крайней мере те, что я видел. Монстра из такого не завалить и нормальные доспехи не пробить. Впрочем, не все слуги банды хромого носили оружие. Женщины в основном не имели при себе даже ножей.

Особенно положение занимал татуированный дед. Воином он не был, но с ним считались и райдхор, и сам хромой. Как я понимаю, дед являлся одновременно врачом, тату-мастером и этаким мозговым центром банды. Вместо разорванной, грязной рубахи он выдал мне что-то наподобие халата. Штука была довольно теплая и сильно повысила мой уровень комфорта. Перед боями я снимал его, оставаясь по пояс голым. Иначе зубастая быстро порвёт его на клочки своими когтями.

Целебные заряды исцеляли не только раны, но и повреждения мышц. Поэтому я с невероятной скоростью восстанавливался даже после тяжелейших тренировок. Главное было много есть. После спарринга с зубастой я сожрал на ужин четыре яйца, кусочек сыра грамм в сто пятьдесят и несколько сухих галет, запив это медово-травяным чаем. Похитители не экономили на моём пайке. Хороший знак. Они воспринимают меня как ценный товар, а значит просто так не прибьют. Будет жаль потраченных ресурсов и времени.

Отдохнув после ужина часа полтора, я понял что очень даже бодр. Хотелось еще нагрузки. На спарринги меня не тащат, значит устрою ее себе сам. Так к дневным тренировкам были добавлены ещё вечерние физические упражнения. Приседания, отжимания, растяжка.

В таком мощном режиме незаметно прошли две недели ежедневных тренировок. Завтрак, драка с болванчиком на шестах, обед, урок местного языка от деда, рукопашный бой с зубастой, активация лечебного заряда, ужин и немного физических упражнений перед сном. На четвертый день хромой начал еще понемногу показывать мне простейшие приемы с шестом. Отбивы оружия врага древком, серии уколов, обманки, длинные выпады. Зубастая если и показывала приемы, то только непосредственно на мне. Однако когда-то в родном мире я уже ходил на рукопашный бой. Многое забыл, но какая-то база осталась. По вечерам пытался вспоминать правильные движения. Довольно неплохо удавались удары прямые ногами и двоечки левой-правой руками. Бои с зубастой теперь затягивались на сорок-пятьдесят минут жесточайшего спарринга. Несмотря на содранную кожу и тяжелые раны, я все чаще побеждал. Причин было несколько. Во-первых, моя физуха и навыки с каждым днем росли. Во-вторых, у меня были целебные заряды. Пусть зубастая крепче и живучее обычного человека, но даже в ее теле постепенно накапливались повреждения. Однако она упрямо продолжала выходить со мной на спарринги. Седьмой подряд день наших боев окончился полностью в мою пользу. Три раза подряд мне удалось сводить все к борьбе в партере и брать противницу на удушающий. Я дождался пока она прекратит вырываться, а потом отпускал горло. Несколько минут зубастая восстанавливала дыхание, зло глядя на меня желто-оранжевыми глазами. Несмотря на всю боль, что она мне причинила, я не обижался. Пусть зубастая со мной жестила, но сдерживалась. Теперь я это понял. Ни разу она не пыталась, например, выцарапать мне глаза, разорвать горло или травмировать пах. Плюс с разоблачением рябого воришки помогла. Поэтому я старался не слишком разбивать ей голову, даже когда был шанс.

На вторую неделю пришло еще одно аудиосообщение от Первого:

«Судя по словам Половинки мы калимадар. Колдуны, которые могут использовать древние заклинания. Это редкий дар. Не везде здесь таких людей привечают, однако есть места, где древняя магия правит. Если всё правильно понял, то там мы можем научиться её правильно использовать. В общем, я попробую туда добраться. Дикие животные не очень опасны благодаря фиолетовой мази, а от людных дорог мы будем держаться на расстоянии. Вместе с Половинкой мне не страшен голод. Она в лесу легко находит не самую калорийную, но довольно сносную пищу. Язык я тоже потихоньку учу. Надеюсь, что вы тоже с пользой проводите время. Мы попали в довольно гадкий и опасный мир, но у нас есть все шансы, чтобы нормально в нем устроиться, если выживем. Так что выживайте и до встречи».

Итого Третий остался исследовать руины, Первый ищет местных колдунов, а я учусь драться и прокачиваю физуху. Нормально распределились.

С каждым днем я замечал как нагрузки даются мне все легче. На десятое утро поставил очередной рекорд, набив на болванчике четырнадцать попаданий. Днем достойно выступил против зубастой. Разок ей удалось взять меня на удушающий, но трижды сверху оказывался я. Имитировал несколько ударов по лицу и отпускал, чтобы продолжить спарринг. Удивительно, но похоже моя снисходительность злила ее еще сильнее. После каждого поражения она бросалась в бой с удвоенной яростью. Однако я уже привык даже к такой отвратительной боли, как ощущение сдираемой кожи. Мне удавалось сохранять хладнокровие и давать отпор. Физически уже почти не уступал, а по массе даже превосходил.

Вечером двадцатого дня активных тренировок я отдыхал после еды, уже собираясь поупражняться самостоятельно. Однако сверху на лестнице появился свет. Это была зубастая. Обычно она приходила ко мне без оружия, но в этот раз у нее на поясе висел длинный нож. Не боится, что выхвачу? Зубастая отперла дверь камеры, угрюмо косясь в мою сторону. Вот он шанс сбежать. Третий уже восстановил все целебные заряды. Главное завладеть ножом, а любые раны я смогу залечить. Стиль боя зубастой был мне хорошо знаком. В замкнутом помещении у меня есть преимущество. Однако я практически ничего не знаю о форте и местности вокруг. Пока нет смысла лишний раз рисковать. Я еще могу здесь многому научиться. Бежать лучше в момент, когда меня выведут за пределы форта.

Мы вышли из камеры и отправились наверх. Зашли в комнату, где когда-то проводили мой первичный осмотр. Зубастая поставила в центр помещения тумбочку и села напротив неё на колени. Ага. Хочешь еще армрестлинг? Ну ладно.

Я присел напротив, ставя локоть на тумбу. Напротив меня сосредоточенной злобой горели два желто-оранжевых глаза. Под ними белел хищный оскал острых клыков. В полумраке зрачки зубастой расширились, но снова сузились от напряжения, когда она взяла мою руку и постаралась забороть. Однако с тех пор я стал заметно сильнее. Двадцать дней тяжёлых тренировок с магическим восстановлением формы и хорошим питанием, плюс еще несколько дней голодных тренировок до этого. Почти месяц адовых нагрузок, которые закалили тело и раскрыли мой потенциал. Подкожный жир практически испарился, а на смену ему пришли мускулы. Однако качком я не стал. Все нагрузки были динамическими и тяжести мне тягать не давали. Но сил прибавилось кратно. Выносливости тоже. Шла минута, другая, третья, пятая, а никто из нас не мог взять верх. Моя соперница сцепила зубы, по смуглой коже текли капли пота, а мне хотелось улыбаться. Интересная выходила борьба. Местный нелюдь против человека из другого мира. Врожденные преимущества мутанта против здорового тела, выросшего в нормальной экологии. На какой-то момент зубастой почти удалось несколькими рывками опрокинуть мою руку. Наверное, она ещё была чуточку сильнее меня. Однако я превзошел ее по выносливости и терпению. Моё расчетливое спокойствие победило звериную ярость. Я не пытался опрокинуть руку зубастой, а лишь сдерживал натиск, до тех пор пока не ощутил, что она слабеет. Тогда начал давить. Медленно, постепенно, но неумолимо. Честно говоря, не знаю сколько мы боролись. Может быть, минут семь или десять. Однако вот с глухим стуком ладонь зубастой коснулась тумбы. Мы оба тяжело дышали, пытаясь перевести дух. Взгляд моей соперницы будто изменился. Уж не знаю что она пыталась мне им сказать, но ни одного словоа не сорвалось с её губ. Молча она достала широкий нож, блеснувший в полумраке. Черт. Психанутая сука. Надо уметь принимать поражение! Ладно. Похоже у меня не остается выбора. Простит ли мне хромой смерть или ранение сообщницы, если она сама нарвалась? Черт знает. Сейчас главное выжить.

Зубастая махнула в мою сторону ножом, заставив пятиться к стене, но дальше в атаку не пошла. Вместо этого она воткнула клинок в центр тумбы. Зубастая указала на него когтистым пальцем, а затем отошла назад. Что опять происходит? Это очередное испытание? Похоже на то. Мы оба теперь были на одинаковом расстоянии от ножа. Типа кто первый схватит и пустит в ход? Зубастая недобро улыбнулась, показав мне три пальца. Загнула один, загнула второй. Обратный отсчет. Я приготовился к рывку. Мы дернулись практически одновременно. Наши руки легли на широкую рукоять ножа, сцепившись. Началась борьба за оружие, еще более долгая и упорная чем армрестлинг. Надо отметить, что зубастая кусать или царапать меня не пыталась. Видимо, несмотря на зверский нрав, у неё были некие представления о спортивном поведении. В борьбе за нож я тоже старался экономить силы и побеждать выносливостью. Моя противница наоборот пытался как можно скорее вырвать оружие. Бесилась и ярилась, стараясь подцепить мои пальцы. Однако я уже научился выгодному, энергосберегающему режиму. Голод оказался хорошим тренером. Во время боев первых дней мне приходилось экономить каждую крупицу сил. Теперь этот навык определил мою победу. Достаточно измотав соперницу, я резким движением вырвал клинок и приставил к ее шее.

– Хватит. – произнес я на местном наречие. – Закончили.

Говорить отдельными словами у меня уже получалось.

Я опасался, что зубастая все равно продолжит борьбу. Не смириться с поражением и накинется, вынудив себя убить или ранить. Однако она вдруг разом успокоилась. С лица исчез обычный хищный оскал. Она закрыла глаза и опустила руки. Просто стояла передо мной, тяжело дыша. Она типа проиграла и готова к смерти?

– И что? – спросил я, не убирая ножа. – Что тебе надо? Надо от… – несколько секунд вспоминал нужное слово. – Надо от меня.

Я выговаривал малознакомые слова по слогам, но остальные уже нормально меня понимали и отвечали. Однако зубастая молчала. Я вдруг понял, что не помню ни одного момента, когда бы она с кем-то говорила. Даже с сообщниками общалась жестами. Немота?

– Не можешь говорить? – спросил я.

Зубастая, не открывая глаз указала мне на шрам над правой бровью. Ага. Типа травма головы. Значит, действительно, не может говорить. И что мне сейчас сказать? Типа: «Спасибо за бой и тренировки. Ты тоже хорошо справляешься». И почему она глаза закрыла? Это типа…

Додумать я не успел. Побежденная соперница склонила голову на бок и лизнула мою руку с ножом. Медленно так лизнула, не открывая глаз. Я убрал нож от ее шеи и положил на тумбу. Кажется, испытание пройдено. Я доказал, что сильнее. Уж не очень пока знаю традиции местных зубастых зверолюдей, но это ее поведение очень уж напоминало жест покорности. И только им она не ограничилась. Когда я убрал нож, то недавняя соперница подошла и… обняла меня. Тут я прямо таки впал в ступор. От этого существа рядом я привык получать не объятия, а болезненные рваные раны. И тут такой приступ нежности. Что дальше? А дальше она начала медленно облизывать мне шею. Это уже явно не просто выражение покорности. Больше напоминает предварительные ласки. Ну… ладно. Я не то, чтобы сильно против. В этом мире меня пока только били, царапали и кусали. Уже соскучился по более приятным ощущениям. Так, а что если я сам проявлю инициативу? Моя инициатива не встретила сопротивления. Наоборот, еще недавно колючая, агрессивная и даже кровожадная девушка стала податливой. Вместо укусов лишь нежные касания самыми кончиками зубов. Отлично. Мы оба были замотанными и только что упорно боролись. Поэтому я решил не затягивать с прелюдией. Повернул свою немногословную подругу к тумбе. Она наклонилась, поставив свои ладони на деревянную поверхность, и выгнула спинку. Я тем временем боролся с завязками на ее штанах. Успешно. Далее оставалось удобно пристроиться и начать процесс. Так после многочисленных актов убийств, я осуществил первый акт любви в новом мире. Полумрак, усталость, боль в натруженных руках, остывающие после борьбы тела и милая девушка, которая пару недель назад уплетала кусочки моего мяса, вырванные зубами. Романтика. Хотя какую еще романтику можно ждать в мире техномагического постапокалипсиса?

Когда мы закончили, то немного удручало отсутствие салфеток, но я уже привык терпеть в новом мире маленькие неудобства. Множественные рваные раны, например. Мы оба натянули штаны, после чего отправились обратно. Однако зубастая не стала запирать мою камеру. Интересно, это только ее инициатива или мне реально предоставили свободу передвижения? Если инициатива только ее, то могут по башке дать, когда в другие части форта пойду. Хотя идти никуда не хотелось. Я устал после всех подвигов и лег спать.

Утром ко мне пришли трое. Хромой, татуированный старик и высокий, светлокожий мечник, красивший волосы в темно-фиолетовый. Видел его пару раз. Кажется, в банде он занимал довольно высокое положение. Старик подошел ближе и спросил:

– Понимаешь мои слова?

– Да.

Затем старик бросил пару фраз хромому. Всё я не разобрал, но кажется это была похвала моей способности к обучению.

– Это Скейл. – произнёс старик, указывая на робоскелета, чьи глаза тускло мерцали в полумраке. – Лидер. Вожак отряда.

– Понял. Что со мной дальше? Вы хотите меня… – слова «продать» я пока не знал. – Обменять на ценности?

– Мне ценности не нужны. – медленно, чтобы я лучше понял, проговорил хромой. – Нужен ты. Два года и одно дело. Как закончим – свободен. Нарушишь слово – смерть. Убежишь раньше – найду. Если сделаем дело, то освободишься раньше. Согласен?

Ага. Вот значит как. Я им нужен как рекрут, а не товар. Два года – это очень большой срок. Да и ещё какое-то дело предстоит. Предполагаю, что опасное и сложное, раз такому монстру как хромой понадобилась чья-то помощь. Однако, полагаю, выбора у меня сейчас нет. Но попробуем поторговаться.

– Я получу оружие, еду, ценности?

– Да. – ни секунды не колебался робоскелет. – Свою долю от дел.

– Что за дела?

– Завтра узнаешь. – с усмешкой ответил крашенный мечник.

Я уже давно заметил, что на шее с левой стороны у него был вытатуирован черный знак меча. Точно такой же можно увидеть на местных монетах. Только вот у крашенного знак меча был зачеркнут красной полосой, а сбоку от него таким же кроваво-ярким цветом набили разорванное пополам сердце.

– Дела у нас интересные и прибыльные. – добавил он, подмигивая. – Только бить придется не железного болвана.

– Без проблем. – ответил я. – Драться приходилось. До смерти тоже.

Глава 21

Вскоре меня отвели в арсенал форта. Это было большое полуподвальное помещение, заваленное самым разным снаряжением. Мечи, копья, щиты, секиры, шлемы, латы. От такого разнообразия глаза разбегались и слюнки текли. Банда хромого явно не бедствует. Подбором моего снаряжения занимался крашенный. За собой он явно следил, что в условиях постапокалипсиса признак особого пижонства. Гладко выбритое лицо, золотые перстни на руках, уложенная прическа. Сразу вспомнился Бенни из Нью-Вегаса. По поведению он его тоже слегка напоминал. Вроде улыбается, но явно убийца без капли совести. Я пока не большой знаток душ человеческих, но такие вещи уже подмечаю.

Крашенный подобрал мне простенький шлем без забрала, напоминающий каску. Короткий козырек спереди, а сзади шею закрывал шлейф из толстой кожи, на который сверху налепили несколько металлических пластин.

– Одежда тоже нужна. – обратился крашенный к старику. – Готова?

– Да. Сейчас.

Вскоре пришли двое слуг: мужчина и женщина. Они принесли для меня широкие штаны, верхнюю одежду наподобие плотного кафтана несколько нательных рубашек напододевку и даже свежие портянки. Это очень вовремя, а то мои носки уже давно превратились в биологическое оружие. Искупаться бы, но всему свое время. Я переоделся в местное и служанка помогла мне правильно завязать портянки. Вскоре из родного-земного на мне остались только зимние кроссовки. Колени на штанах были усилены грубой тканью и там еще были какие странные кожаные кругляшки с полосками. Оказалось, что это крепления для брони. Крашенный выдал слуге два легких наколенника из металла типа алюминия. Их мне ловко закрепили на кожаных завязках. Толково. Слой более плотной, грубой ткани дает амортизацию, а сверху твердые наколенники. Затем к штанам прикрепили схожего плана набедренники. Для защиты корпуса полагалась кираса из более тяжелого металла. Броня казалась старой, но крепкой. От выстрела из арбалета, броска метательного копья или удара мечом защитит.

– Пока хватит. – решил крашенный. – В полной броне нужно учиться драться. Потом научишься.

Он сказал еще пару фраз, значения которых я не понял. В отличие от старика и хромого пижон свою речь не пытался для меня замедлять.

После брони настал черед сначала пояса с парой подвесных сумок, а затем оружия. Мне вернули мои Spyderco и длинный кинжал с костяной рукояткой, который я нашел в руинах. Даже ножны для него подогнали. А вот с перцовым баллончиком оказалась беда. Его мои похитители пытались исследовать и случайно вскрыли. Думаю, кто-то пару дней часто промывал глаза. Магический алкоголь тоже запропастился… Интересно, куда, а точнее в кого и сильно ли его жмыхнуло после древнего пойла?

В качестве основного оружия мне предложили не копье-флагшток, а кое-что поинтереснее. Примерно двухметровое оружие с древком из легкого, черного материала и сложным наконечником. По центру длинный шип, а с левого бока от него крюк-лезвие, которым можно как подсекать, так и рубить. Что-то среднее между обычным копьем и старинным оружием под названием гвизарма. Я взял новый инструмент причинения добра, сделал им пару выпадов. Неплохо.

Пусть мое знакомство с бандой хромого началось не самым приятным образом, но сейчас отношения налаживаются. После получения снаряжения, меня отправили в баню. Ну как баню… Это была обычная комната, где стояла большая деревянная бадья и несколько вёдер поменьше. Всё очень старое, почерневшее от времени. Слуги где-то до половины залили в бадью теплую воду, а в ведрах была горячая. Из средств гигиены полагался кусок не очень приятно пахнущего мыла и серая пемза вместо мочалки. Сурово. Однако после всех моих мытарств, ползанья по руинам, лесных похождений, бесконечных боев и сидения в камере даже такой сервис казался раем. Впервые после переноса ощутил себя чистым.

Пока я мылся в бадье мне нанес визит татуированный дед, который принёс с собой большой осколок зеркала и широкую отточенную бритву. Глянул на своё отражение. Видок, конечно, просто здец. Борода отросла, волосы тоже вымахали, но моя зубастая подружка регулярно вырывала из них отдельные клоки. Вместо густой растительности получилась какая-то полуплешивая хрень. Тут колтун, там дыра. Дед вполне справедливо решил сбривать все это непотребство к чертовой бабушке. Где-то через полчаса на меня из осколка зеркала пялилось уже вполне приличное лицо озлобленного, побитого жизнью профессионального убивца из постапокалиптического мира. Разве что модных татушек пока не хватает. Магия идеально залечила раны, но был неприятный период, когда я не доедал. Из-за этого у целебных зарядов будто не хватило плоти для заделывания некоторых прорех. Левая щека теперь казалась меньше правой. Черты лица исказились. Чуток не хватало мясца в правом ухе. Красавец. Но в то же время мне нравилось, как мое тело почти полностью лишилось жира, обратившись в клубок мускулов и жил. Экстремальный фитнес дал результаты. И упражнения были хороши, и диета жесткая. Первая версия была даже слишком жесткой, так что моему рябому диетологу аж голову размозжили за особые заслуги перед бандой. А вот дальше дело пошло заметно лучше. Готов поставить пять звезд в Яндекс.Похитителях.

После гигиенических процедур меня вместо камеры отвели в небольшую комнату. Просторная кровать с множеством одеял и подобием подушки, пара низких тумб, масляный светильник, десяток гвоздей-вешалок и узкое окно под потолком. Мне вернули почти всё добро, с которым я попался. Рюкзак, пропахший костром, рыбой и сыром, огниво, телефоны, фляги, лекарства, даже деньги когда-то доставшиеся от погибшего сталкера. Пропали только перцовка, волшебный алкоголь из руин и запасы еды. На последнее не жалуюсь. Меня тут и так неплохо кормят. Надо бы попытаться зарядить телефон с помощью точки-заклинания. Мне сейчас пригодится записная книжка для новых слов, да и фонарик лишним не будет.

Я взял смартфон, лёг на кровать, закрыл глаза. Как там Третий поучал? Выделить точку, дотащить ее до прибора, коснуться самым краешком зарядного отверстия. Вроде получается. Экран телефона замерцал, обозначая начало зарядки. Где-то за пять минут удалось добавить двадцать один процент энергии. Неплохо, хотя и скучновато. Приходилось постоянно концентрировать внимание для удержания точки. Тут я услышал как скрипнула дверь и прервал зарядку. В комнату вошла зубастая, на лице которой заживали последние следы наших спаррингов: ссадина на подбородке и разбитая нижняя губа.

– Привет. – произнес я на местном наречии.

Она, разумеется ничего не ответила, а прошлась по комнате и села на край кровати.

– Ты вообще никакие звуки издавать не можешь? – спросил я.

Зубастая скрестила руки в отрицательном жесте. Здесь это используют вместо покачивания головой.

– Общаться записками?

Снова нет.

– Читать? – на всякий случай спросил я.

Девушка махнула ладонью сверху вниз. Жест согласия. Значит она не может говорить, издавать звуки, даже писать, но умеет читать? Очень странно. Ладно. Возможно, у нее какое-то специфическое, магическое повреждение мозга. Я включил телефон и навел на нее камеру. Вспышка.

– Смотри. – я показал изображение ее лица, появившееся на экране.

Девушку это заинтересовало, но не шокировало. В мире магического постапока есть куда более странные вещи.

Несколько минут мы просидели молча. Она говорить не могла, я еще не очень хорошо освоил местную речь. Затем в области шеи у меня возникло знакомое ощущение. Теплое и влажное. Она снова принялась меня облизывать. Это ладно, главное чтобы опять кусаться не начала. Однако, судя по ее поведению, тот случай после армрестлинга был не единичным порывом, а вполне устойчивым желанием. Я, конечно, не против. Тем более заниматься любовными делами на кровати и после купания намного приятнее. Так что я решил ни себе, ни ей в удовольствии не отказывать. Тем более какие ещё могут быть развлечения во время постапока? Компа нет, интернет не берет. Остаются драки, выживание, азартные игры, выпивка и женщины.

От касания ее когтей, я непроизвольно вздрогнул. Уж слишком много боли они мне причинили. Но разум сумел отпинать плохие воспоминания подальше в темный угол памяти. Зубастая помогла мне с рябым вором. Очень во время помогла. Пусть она жестока, но ко мне вроде хорошо относится. Зачем отказываться от взаимного удовольствия ради каких-то обид? Поэтому я увлеченно изучал анатомию зубастых нелюдей на примере доступного образца. Образец хороший, особенно для любителей спортсменок. Был ли я таковым? Мне нравились очень разные женщины. Особенно нравились те, которым нравился я. Смуглая, чуть красноватая кожа, плоский живот с рельефом пресса, средняя грудь с темными пятнами сосков. Еще две татуировки: какой-то узор вдоль позвоночника и череп на внешней стороне бедра.

Когда мы закончили, то я сделал еще несколько фото новой подруги. Она не возражала. В интернет ведь не солью.

Когда мы задремали, то раздался стук. Дверь чуть приоткрылась и донесся голос одного из слуг.

– Скейл велел передать: отряд уходит через пять часов.

В местном часу было примерно шестьдесят четыре земные минуты. Причем, Скейл отличался пунктуальностью. Не удивительно. Думаю, у робоскелета есть встроенные часы.

Как и обещал крашенный мечник, вскоре мне предстояла первая драка в составе отряда хромого. Сильно ли я по этому поводу переживал? Едва ли. Драка так драка. Но интересно глянуть кто враги банды Скейла.

Примерно за два часа до выхода, зубастая покинула меня. Наверное, пошла за снаряжением. Мне тоже следовало приодеться. Я потратил довольно много времени на пристегивание брони и завязывание портянок. Ничего. Привыкну постепенно. В целом снаряжение довольно удобное, относительно легкое и при ходьбе не сильно бряцает.

Примерно через полтора часа за мной зашла служанка. Я впервые узрел внутренний двор форта в тусклых лучах здешнего заката. Банда хромого обжила какую-то древнюю крепость. Три круглые башни примерно в пять этажей, основной корпус откуда я вышел, полуобвалившийся периметр стен. Широкие ворота отсутствовали. От них остался лишь фрагмент ржавой рамки. За стенами форта дорог не было и сразу начинался густой лес привычных кривых деревьев.

Во дворе уже собрался небольшой отряд из пятерых воинов райдхор и четверых слуг. Среди воинов я заметил самого хромого, крашеного мечника, зубастую и близнецов: парня и девушку. Уже пару раз видел их в компании крашеного. Хромой был вооружен своим страшным металлическим ломом с пикой и клювом на конце. Сколько эта штука весит? Килограмм двадцать? Крашенный носил полную броню, включая защиту плечей, локтей и даже усиленную металлом обувь. На поясе одноручный меч. За спиной на ремне он таскал треугольный щит из какого-то легкого серебристого металла. Вещь, видимо, очень древняя. Моя острозубая подружка была вооружена достаточно длинной кривой саблей в сочетании с небольшим, круглым щитом. Не баклер, но и целиком не закрыться. В качестве защиты она носила только нагрудник, шлем с Т-образным вырезом и металлическую перчатку на вооруженной руке. Парень из близнецов был вооружен наподобие крашеного, но во всем хуже. Вместе древней, пластинчатой брони – железная кольчуга. Вместо щита из легкого металла, обычный деревянный, на котором сверху был нарисован красный череп. Да и сам паренек уступал крашеному ростом, статью и уверенностью. Его сестра брони не носила вовсе. Из-под черной косынки на голове выбивались светло-песочные волосы. В качестве оружия она полагалась на длинное копье и ещё носила пяток дротиков. У двоих слуг были арбалеты, двое других оружия не имели. Каждый слуга тащил при себе несколько сумок и мешков. В том числе пустые. Наверное, ожидается какая-то добыча.

Без лишних слов отряд выдвинулся в лесную чащу. Первым шел хромой, за ним зубастая, потом близнецы и крашенный, затем я, а замыкали процессию слуги. После всех моих злоключений такое путешествие через лес казалось легкой прогулкой. Я пока еще не совсем привык к весу брони и даже чуть вспотел за первый час ходьбы, но потом приноровился экономить энергию несмотря на снарягу. Главное было не слишком много веток цеплять своим длинным оружием. Вон хромой умудрялся ступать довольно тихо для своей массы. Когда лучше выучу язык, надо будет с ним поговорить о прошлом этого мира и почему тут случился большой писец.

После часов трех перехода, отряд сделал привал. Мы расположились на небольшой, относительно сухой полянке. Слуги принялись подносить воду и стелить на упавшие деревья старые одеяла, чтобы воины могли нормально отдохнуть. Отдых был не нужен только хромому. Он приказал нам оставаться на месте, а сам отправился дальше в лес. На разведку, должно быть.

– Дорога недалеко. – произнес крашенный.

По обе стороны от него сели близнецы, а я расположился рядом с зубастой.

– Ты хоть знаешь как ее зовут? – вдруг с усмешкой спросил крашеный.

– Нет. – честно ответил я.

– Мы тоже. – продолжил говорить мечник, положивший руку на колено девушке-копейщице. – Хромой нашел ее в руинах. Она уже была такой. Не говорит. Не пишет. Это «шарбаз».

Какое-то незнакомое слово.

– Мы зовем ее Искра. – произнес парень из близнецов. – Дед ей это имя дал.

Искра, так Искра. Слово уже знакомое. Можно легко запомнить.

Постепенно темнело, а костра мы не жгли. Похоже, что это не привал. Мы чего-то ждем. Темнота быстро опустилась на истерзанный катастрофой мир. Небо закрывала тонкая пелена дымчатых облаков, сквозь которую были видны огни древних космических станций. Под низкими кронами кривых деревьев царил почти кромешный мрак. Я заметил странное свечение на земле и на некоторых старых поваленных стволах. Однако мои спутники по поводу него не волновались. Кажется, это какая-то светящаяся плесень или грибы, растущие в сырых местах. Где-то за моей спиной раздался хриплый клекот шавкодранок, но приближаться твари не спешили. Наверное, даже в их крошечных мозгах хватало сооброжалки, чтобы не лезть на вооруженный отряд.

Искра достала из ножен саблю и разглядывала изогнутый клинок. Время от времени проводила пальцем по лезвию. Я немного задремал, опершись на древко оружия. Хромого не было примерно два часа. Он вернулся и своим нечеловеческим голосом произнес.