Текст книги "Пока я не закончусь"

Автор книги: Луций Корнелий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 13

Я вскочил, выставив перед собой копье. Сквозь колючие кусты к нам прорвался гуманоидный монстр, больше всего похожий на гориллу. Только вот морда у него была совершенно не обезьянья. Вытянутая вперед пасть, толстая и сгорбленная шея, единственный глаз в центре узкого лба. Черная, короткая шерсть существа блестела и липла к телу будто бы от жира. Два метра роста и килограммов сто пятьдесят мускулатуры. Прямоходящее, но передние конечности не как у примата. Скорее лапищи с медвежьими когтями.

Тварь притормозила, видя наше намерение защищаться. На выставленные копья здоровяк ответил коротким махом лапы. Попытался убрать наше оружие в сторону. Мы успели отвести копья назад и тут же снова нацелить в морду чудищу. Вынуть бы баллончик, но и шелохнуться лишний раз стремно. Боюсь, если почует слабину, то сразу бросится в атаку. Монстр утробно, раскатисто зарычал и запрыгал на месте, потрясая лапищами. Угрожает. Пытается запугать.

– Отходим к площади. – шепнул мне близнец.

Мы начали аккуратно пятиться. Возможно, боя получится избежать или даже заманить монстрюгу к голему. Тот быстро заяснит циклопу за превосходство технологий над дикой природой. Однако эта тварь была умнее шавкодранок. У него нет таких явных следов болезней. Шкура без язв и нарывов. Наверное, мозги тоже лучше сохранились.

Шажок, еще шажок.

Монстр ярился и топал, скаля кривые, желтые зубищи.

– Тихо братан, тихо. – максимально спокойным и уверенным голосом говорил ему я. – Поверь, никто из нас с тобой драки не ищет. Но если придется, то всем достанется.

Даже не знаю, были ли у нас шансы разойтись без боя. Но опять вмешались судьба и ее дурной юморок. Я споткнулся. Пятился, да и запнулся об какой-то обломок руин. Упасть не упал, но завалился назад. Мое копье вильнуло. Монстр воспринял это как проявление слабости и бросился вперед со скоростью разогнавшегося локомотива. Кинулся на меня. Я успел уколоть его, но копье-флагшток прошлось по туловищу монстра лишь вскользь. А он ударил слева снизу. Такой хлесткий, размашистый удар, который смел мою попытку блока древком копья. Из меня мгновенно выбило дух. Ребра хрустнули и взрыв чудовищной боли пронзил грудную клетку. Ноги сами собой подкосились, а в глазах мигом потемнело. Однако какая-то часть меня оставалась в сознании. Мысли были заторможены, но кое-как думать получалось. Наверное, я просто уже привык к боли и предсмертному состоянию.

«Точка. Надо использовать зеленую точку». Даже глаза закрывать не пришлось. В них итак потемнело. Оставалось лишь сосредоточиться и…

Светло-зеленая вспышка разом отогнола мрак. Боль исчезла, а я снова ощутил силы. Предположения оказались верны. Медблок снабдил нас двумя зарядами магического лекарства.

Снова вскочил на ноги. Другой я был в отчаянном положении. Монстр пер на него, размахивая лапищами. Близнец пока умудрялся уворачиваться, пользуясь деревьями как защитой. Другой я даже, видимо, достал разок монстра, пока тот меня саданул. Но теперь была моя очередь бить. Покрепче взяв копье, я ринулся вперед. Нанес удар с разбега, вложив максимум доступной сейчас энергии. Целил в правый бок существа. Точно не знаю, где у него печень, но очень надеюсь проткнуть что-нибудь жизненно важное. Монстр взревел и крутанулся на месте. Я с трудом удержал копье, взяв его подмышку. Меня бросило в сторону. Копье зашло глубоко, но все равно выскользнуло из раны монстра. Чудовище кинулось туда, где я только что был, а у меня хватило сноровки метнуться с его пути влево. Колючий кустарник оцарапал лицо.

– Если ранен, испо… – хотел было я крикнуть близнецу про лечебную точку, но тот приложил к губам палец.

Вскоре стало понятно, почему он призывал вести себя тихо. Монстр ломанулся чуток в лес, остановился и медленно развернулся, шумно принюхиваясь. Вместо единственного глаза у него теперь была кровоточащая рана. Циклоп повторил судьбу своего мифологического прототипа. Монстр кинулся в мою сторону, но уже не так резво. Шел на запах или запомнил откуда прозвучал мой голос. Я рывком поднялся, скрываясь за ближайший ствол кривого деревца. Монстр почти нагнал меня, но тут же получил укол в спину. Другой я времени даром не терял. Чудовище развернулось, давая мне пару секунд. Тогда я тоже уколол его в спину, тут же скрываясь за примеченным деревом. Удар тяжелой, когтистой лапы содрал кору. Затрещала древесина, а в это время монстра снова бил сзади другой я. У нас троих началась этакая игра в жмурки с активным применением копий. Пусть одним уколом мы убить монстра не могли из-за незнания анатомии твари, но каждая рана постепенно ослабляла чудовище. Из охотника он превратился в добычу, хотя был еще опасен. Несколько раз ему почти удавалось достать кого-то из нас. Удары лап крушили стволы деревьев и высекали искры из каменной стены руин, но вот запас выносливости циклопа иссяк. Вышла из него вся сила вместе с густой, черной кровью. Монстр сел, обняв себя лапищами. Пытался инстинктивно прикрыть уязвимые части, но поздновато уже. Не надо было тебе, циклоп, таки лезть к двум вооруженным незнакомым гуманоидам. Не в те руины ты забрел.

Нам пришлось нанести десятка три ударов, прежде чем существо перестало подавать признаки жизни. После этого мы добавили еще штук десять уколов на всякий случай.

– Надо оттащить его на площадь… – произнес я, переводя дух. – И там разделать. Ты в порядке?

– Бедро немного цепанул. Не опасно, но дырка в джинсах. Ты точку использовал?

– Да. Отлично сработала. Отрегенила фатальную рану за секунды, но… – я осмотрел состояние куртки и рубашки. – Одежду эта штука не лечит. Если не найдем тут магического портного, то через пару таких стычек останемся в лохмотьях.

Немного передохнув, мы потащили циклопа к площади, обливаясь потом. Хотелось поспать, умыться, перекусить, но надо было перенести добычу в безопасную локацию, пока ее какие-нибудь шавкодранки не обглодали. Это наша биомасса и только нам вкушать ее ценные калории.

Небо в кои-то веки прояснилось. Оно все равно казалось каким-то тусклым и мутным в сравнении с земным аналогом. Однако теперь мы могли в подробностях разглядеть четырехконечный искусственный спутник. Интересно, он так близко к планете или просто настолько огромен?

Дотащив циклопа до площади, решили передохнуть. Весь остаток дня заняли разделка и готовка туши. В этот раз мяса было даже слишком много. Все явно не успеем освоить. Судя по звукам в лесу опять объявились шавкодранки. Похоже, что они не на нас обиделись, а от циклопа разбежались. Мясо монстра было жирным, грубым и немного горчило. Неразделанными остались где-то две трети туши, но придется их бросить. За ночь насекомые облепят нашу добычу и, возможно, отложат яйца. Но улов сегодня все равно вышел царский. Килограммов десять мяса про запас. У нас даже уже не хватало пакетов куда его рассовывать.

После трапезы, зашли в медблок и залечили немногочисленные раны другого меня. В этот раз обошлось без медицинской комы. Раны просто очень быстро затянулись, слегка подсвеченные зеленоватым мерцанием. При этом потраченная лечебная точка восстановилась. Отлично. Я тоже решил пройти процедуру.

С первыми сумерками мы вернулись домой сытыми, грязными и совершенно вымотанными. Драка с циклопом, его разделка, сбор дров, готовка – все это отняло немало сил. До родных покоев мага мы дотащились едва ноги волоча.

– Как думаешь, что-то страшнее этого циклопа в здешних лесах встретить можно? – спросил я.

– Хрен знает. Но раз он был один и очень хотел нас сожрать, то это, видать, хищник-доминатор типа медведя или тигра. Вполне возможно, что циклоп самая крупная животина в этих лесах.

– И мы с ним справились.

Значит ли это, что наш небольшой отряд готов пересечь лес в поисках местной цивилизации? Слишком спешить точно не стоит. Гораздо опаснее одиночного хищника может быть группа вооруженных аборигенов типа того зубастика.

Следующие несколько дней мы посвятили гастрономическим экспериментам. Искали и пробовали съедобные на вид грибы, ягоды и плоды. Кушали их, разумеется, в медблоке. Часто сразу же приходилось им пользоваться. Тестировал кто-то один, а другой следил, чтобы экспериментатор вовремя добрался до кушетки.

– Ну как? – спрашивал близнец, пока я сидел на скамейке медлобка, вращая головой и странно улыбаясь.

– Как… – протянул я. – Мой вердикт, мелкие зеленые грибы… Эммм… Условно съедобны. Но есть ряд проблем… Мне сейчас кажется, что вся комната трясется, а из углов на меня пялятся глаза. Это аномалия или меня просто штырит?

– Штырит.

– Ясно. – ответил я сквозь смех. – Крыша хлопает в ладоши. Всем спасибо, стафф хороший. Этот препарат хороший!

Но в основном эффекты от не угадывания съедобных растений были куда неприятнее. Они обычно включали в себя желание немедленно выблевать все съеденное, головокружение и страшную сухость во рту. Если бы не медблок, то вполне вероятно, что часть таких экспериментов закончилась бы летально. Однако магическая машина отлично устраняла любые проблемы со здоровьем.

К сожалению больше двух лечебных точек мы не могли накопить. Даже если пользовались разными кушетками. То есть местный медблок определил нам про запас два заряда лечения. Повторное использование кушеток их обновляло, но дополнительных не выдавало. А жаль. С десятком таких вот целебных заклятий топать в лес вообще было не стремно. Не знаю способны ли они, к примеру, отрастить потерянную конечность, однако переломы и отравления лечили без последствий.

За три дня активных экспериментов, мы выявили пять видов съедобных растений и грибов, два условно съедобных, три ядовитых и один очень ядовитый. С маленькой желтой ягодки в красную крапинку другого меня отрубило примерно за три минуты. Я его еле успел на кушетку водрузить. Он к тому времени почти не дышал. Что ж, если придется кого-то травить, то теперь знаем чем.

Далее мы собирались пару дней тестировать новый рацион. Вдруг отравление наступает не сразу и яд должен накопиться в тканях. Мясо первой пойманной шавкодранки мы уже доели. Перешли на циклопа, туша которого до сих пор служила пиршеством для насекомых и пернатых. Крупные, черные птицы, напоминающие смесь воронов и стервятников прилетели на угощение. Голем не стал трогать пернатых. Длинные шеи стервятников глубоко залазили внутрь туши, а темные, крючковатые клювы легко выдирали куски подгнившего мяса. Хриплые голоса падальщиков напоминали воронье карканье. Мы на всякий случай проверили логово эвоков, которое теперь превратилось в логово мухоцикад. Трупы убиенных нами коротышек кишели червями, при этом продолжая попытки регенерировать. Взрослые насекомые десятками сидели на ранее священных для эвоков картинках, производя крыльями низкий, стрекочущий гул.

Также сходили на площадь, чтобы посмотреть не осталось ли там оружия или вещей сталкеров. Однако голем уничтожил их слишком качественно. Лутать нечего. Только отдельные обломки снаряжения да пара монеток.

На четвертый день после битвы против циклопа мы с утра ощутили знакомое давящее чувство в голове. Выйдя на улицу, обнаружили что шип снова активировался. Он искрил, воздух около него бурлил, а время от времени с кончика срывались лучи света и улетали к небу. В здание с шипом нам попасть не удалось. Прочная дверь из тёмного металла этому не способствовала. Так что оставалось пока лишь наблюдать работу шипа издалека. Как только мерцание прекратилось, мы оба закрыли глаза и увидели возвращение синей точки, отвечающий за клонирование. Теперь система ясна. Медблок восполняет целительные заклинания, шип добавляет заряд клонирования.

– Знаешь, есть интересное предложение. – произнес другой я. – Можно создать третьего собрата, после чего двое уходят искать местную не вымершую цивилизацию, а один останется тут, на хозяйстве. Он сможет дальше исследовать руины, а самое главное, будет восполнять нам целебные точки.

Самому пришла такая мысль. Как я понимаю, местная техно-магическая система воспринимает нас как одно целое. У всех клонов общие заряды для заклинаний. Если кто-то останется здесь, то сможет проверять запас зеленых точек и восполнять их через медблок.

– Ну что, кто из нас делиться на два? – спросил я.

– Ты. У тебя джинсы целее, а куртку я тебе передам свою. Крутками проще поменяться, чем штанами. После того, как сообразим на троих, предлагаю таки выдать нам номера или какие-то позывные.

Далее оставалось перед копированием собрать все самые ценные предметы и нагрузить меня ими. Вскоре мы вернулись в покои, начав подготовку к клонированию. Два копья, три баллончика, четыре ножа Spyderco, три зажигалки, огниво и запас еды, подрезанные у зубастика, четыре смартфона, шесть бутылок магического алкоголя, готовые к применению как зажигательные коктейли, плюс всякие мелочи, веревочки, земные лекарства, заметно потерявшие актуальность после получения зеленых точек, четыре пластиковые бутылки, четыре термоса, металлическая фляга зубастика и ещё одна фляжка, которую нашли в руинах. Нагрузился я так, что несколько шагов сделать трудно. Даже не из-за веса предметов, а потому что многое приходилось держать в охапку, прижимая к себе. В таком состоянии я активировал процесс копирования. Синяя вспышка полностью заслонила весь мир.

– Удачно? – в один голос спросили я и новый двойник.

– Удачно. – ответил третий. – Кто-нибудь верните куртку.

– Сначала нас разгрузи! – снова в один голос ответили мы.

Наш инвентарь заметно пополнился благодаря копированию. С тарой для воды проблем точно не будет. Думаю, удобный и легкий пластик, а также фляги заберет походный отряд. У того, кто остается в руинах будет доступ к фонтану.

– Вскоре отправляемся в путь. А кто будет домоседом? – спросил я. – Желающие есть?

– Давайте считалочку, или на камень-ножницы, или монетку.

Это правильно, ведь мы все трое мыслим примерно одинаково. А значит или все хотим идти, или все не хотим, или всем без разницы. Мне лично было пофиг останусь я или пойду. Поход это новые риски, но одновременно и новые возможности. Сидеть посреди руин в компании голема, трупов и выключенной куклы может банально надоесть.

– Плюс тому, кто остается, мы выдаем самую потрепанную куртку. В покоях мага и так довольно тепло.

– Ну и пора бы как-то обозначиться. – добавил я.

Через серию турниров по подкидыванию монетки мне присвоили второй номер, мой новый близнец стал третьим, ну а тот, с кем мы разделились перед бойней эвоков – первым.

Распределение в плане похода решали уже через камень-ножницы. По итогам я и Первый уходим, а Третий остается сталкерить.

Следующий день посвятили отдыху. Даже слегка попробовали колдовской алкоголь, но боже мой праведный… лучше бы не пробовали. Для человека без бессмертного тела пить такую хрень – чистый суицид. Спиртяга, градусов под девяносто с ядренейшим кислотным вкусом и галлюциногенными эффектами. Сначала пробовал Третий и мы тут же потащили его в медблок.

– Нет на свете пойла ужасней.

Вышибет днище и кровь закипит.

Пить алкоголь тот просто опасно,

Если печень твоя не гранит.

Мигом сгинут зубы с желудком.

Коль не дружишь, ты, с головой

Кучкой слизи станешь за сутки,

Выпив напиток славный такой!

Напели мы с Первым пока Третий, тяжело дыша, валялся на кушетке и повторял:

– Мне ща мерещился дракон. Правду говорю, мерещился. Это здец.

Интересно, весь древний алкоголь такой опасный или просто бывший хозяин нашей хаты был экстремалом? Благодаря визиту Третьего в медпункт мы получили еще один запасной заряд лечения. Итого три зеленых точки.

На следующее утро мы собрались для великого путешествия. Проверили вещи, промыли тару и набрали воду.

– Если поймете, что ресурсов в округе нет, то возвращайтесь обратно. – произнес Третий. – И не забывайте оставлять метки, чтобы найти дорогу до руин.

– Братан, мы тоже об этом всем догадались. – усмехнулся Первый. – Не слишком усердствуй в исследованиях куклы. А то вдруг она активируется в процессе и что-нибудь прищемишь между деталями. Намотает, как на токарный станок. Не факт, что медблок умеет восстанавливать оторванные части тела.

– Завидуйте молча. – ответил Третий. – Вам-то в ближайшие дни светит только компания шавкодранок и прочей лесной нечисти. В общем… Бывайте и не пропадайте. – он пожал на руки. – Буду следить за количеством лечебных зарядов и восполнять по мере надобности. Но учтите, что по ночам я сплю. Старайтесь помирать днем.

– Хорошо. Ты тут тоже осторожнее. В руинах могут скрываться опасности.

Попрощавшись, мы направились в сторону леса, с копьями наперевес и рюкзаками за спиной. Попробуем направление где мы первый раз видели группу сталкеров. Да начнется путешествие!

Глава 14

Ходьба по густому лесу без тропы – удовольствие довольно сомнительное. Это не веселая, спокойная прогулка, а ежеминутное преодоление препятствий. Буреломы, кустарник, заболоченные участки – полный набор развлечений для нас двоих. Мелкая, назойливая мошка постоянно пыталась сесть на руки или лицо. Мы все дальше отходили от уже привычных руин, пробираясь меж кривых, больных деревьев. Каждые тридцать-сорок метров оставляли на заметном месте зарубку, указывающую на направление, откуда мы пришли. Опасений, что незваные гости по ним выйдут к руинам, у нас не было. Думаю, голем с ними разберется. Еще одним ориентиром для нас была четырехконечная станция посреди неба. Она свое положение не меняет и хорошо подходит для определения направления. Однако с зарубками будет надежнее, а искусственный спутник часто скрыт за переплетениями кривых ветвей древесных крон.

Где-то спустя три часа пешего перехода лес вокруг начал меняться. Деревья стали чуть выше и не такими уродливыми. Места здесь были посуше. Что если под руинами есть поврежденный древний водопровод, который заболачивает все вокруг? Вполне возможно.

Мы шли неспешно и заодно собирали попадавшиеся по пути съедобные темно-фиолетовые ягоды, слегка кислые, но вполне приятные на вкус. Особенно, когда несколько дней твой рацион составляло хреново приготовленное на костре мясо диких монстров. Кстати, о монстрах. За три часа мы лишь разок встретились с чем-то живым, но оно предпочло с нами не пересекаться. Пошуршало где-то метрах в ста и ломанулось прочь. На четвертом часу пути услышали отдаленные голоса шавкодранок, но существа не спешили нас атаковать. Атаковали они ближе к вечеру, когда лес уже начал накрывать сумрак. Однако мы уже хорошо знали особенности поведения данных тварей. Кроме того, у нас были копья. Получив несколько легких ранений, твари отступили.

– Кажется, мы начинаем осваиваться. – после зевоты произнес Первый.

– Посмотрим что будет дальше. Особенно когда доберемся до местной цивилизации.

Первая ночевка в лесу большого удовольствия не доставила. Уже слишком привыкли к уютным, теплым покоям мага с диванами, музычкой и мягким освещением. В качестве кроватей мы использовали настил из веток, который накрыли тканью, прихваченной в руинах. То были занавески из спальни мага. Другим куском такой же ткани укрылись. Вместо подушек рюкзаки. Спали по очереди и, мягко говоря, хреново. Несмотря на куртки было довольно прохладно. За пару часов сна сырость вытягивала из тела все тепло.

– Знаешь, все больше завидую Третьему. – произнес я холодным ранним утром, когда начал накрапывать мелкий дождик.

– В следующий раз можно попробовать жечь костер. Но тогда придется для него собирать дрова.

На вторые сутки похода мы вышли к небольшой речке, в которой набрали металлическую флягу воды. Сначала даже думали идти вдоль русла, но рельеф дальше начинался совсем ноголомный. Овраги, завалы старых деревьев, густой кустарник. В слегка мутной речной воде плавали мелкие зеленые чешуйки водорослей. На том бережку послышался плеск. В воду прыгнула какая-то животина размером примерно с крупную лягушку.

Воду, которую мы набрали в реке, надо будет вечером вскипятить над костром. Где-то в районе полудня мы набрели на широкую просеку, оказавшуюся древней дорогой из черного булыжника. Повезло. Камни были обтесаны и подогнаны с таким мастерством, что даже спустя сотни лет только отдельные, редкие травинки смогли закрепиться между ними. После продирания сквозь чащу идти по дороге было наслаждением. Скорость нашего перемещения резко возросла, да и зарубки не было нужды ставить. Несколько раз дорога прерывалась. Обычно это происходило в небольших, но глубоких оврагах. На дне одного такого мы заметили обломки камней. Ощущение, будто в древние времена эта местность подверглась мощной бомбардировке.

– Глянь! – подозвал я Первого, когда заметил что-то черное в центре небольшой полянки у дороги. – Кажется, старое кострище.

– Возможно это следы стоянки той погибшей сталкерской группы. Сидели тут вечером у костра. Анекдоты рассказывали.

На полянке кроме кострища обнаружился аккуратно сделанный настил из срезанных веток. Тут кто-то спал. Причем, думаю, что часть настила утром разобрали на топливо для костра. Мы видим лишь небольшой остаток. Может быть, правда следы сталкеров. Древняя дорога – удобный ориентир в такой глуши. Глядишь, выйдем по ней куда-нибудь.

Всего мы провели в лесу три ночи. В середине четвертого дня путешествия из сплошной чащи каменная дорога вынырнула на открытое пространство и уперлась в довольно широкую, полноводную реку, заросшую по берегам высоким аналогом камыша. Возможно, когда-то давно здесь был мост. Или рельеф местности за годы сильно изменился и вода проложила себе русло, перерезав древнюю дорогу. Однако мы не унывали потере ориентира. Наоборот, обрадовались источнику воды. Кроме того вдоль реки шла новая дорога. Это была узкая, грунтовая тропка и по ней точно кто-то регулярно ходил. Посмотрев по сторонам, я вышел на дорогу.

– Следов копыт не вижу и навоза тоже. Вот, кажется, засохший след гуманоида. Подошва без рельефа, нога маленькая, будто детская.

– Предлагаю затаиться у дороги или, если будет скучно, идти параллельно ей через лес. Как заметим кого, то сначала приглядимся на тему того, насколько абориген опасен.

Я согласился и мы нашли укрытие в кустах с неплохим обзором. Мошка правда очень надоедала, так что приходилось кутаться в куртку. Я смотрел налево, Первый направо. Где-то минут через двадцать дежурства появился первый путник. Крупная, сгорбленная фигура в одиночестве шествовала по дороге, опираясь на длинный деревянный посох. Одеждой прохожему служил серо-коричневый балахон до самой земли. Лицо закрывала белая ткань, свисающая вниз. На ней был какой-то красный рисунок. Сучковатый, деревянный посох как-будто специально обработали грубо. Тяжёлую палку венчало странное сплетение ветвей, увешанное темно-зелеными лентами. Стоп… Этот путник вообще человек? Что-то сомневаюсь. Шел он странной слишком ровной походкой. Будто не шел, а парил над дорогой или перебирал множеством ножек. Под балахоном этого не разглядеть.

– Ну нахер. – шепнул я Первому.

– Согласен.

И мы остались в кустах. Существо прошло мимо, несколько раз останавливаясь и что-то бормоча гулким, шипящим голосом, который явно не мог принадлежать человеку.

– Мутант? – спросил Первой.

– Или вообще другая раса. Однако цивилизованный. Одежду нацепил, палку ленточками украсил. Внешним видом напоминает какого-то жреца или колдуна.

Мы подежурили еще минут двадцать, а когда стало скучно сидеть на одном месте, то отошли левее метров на пятьсот. Там лес чуть отступал от реки и тропы. На открытом пространстве возвышался небольшой холм, наверху которого была вытоптана площадка, окруженная низким плетеным забором. Я заметил там несколько кострищ. Похоже, проходящие мимо путешественники часто ночевали на холме. Кто-то даже окружил место стоянки заборчиком. Хоть какая-то защита от мелких хищников типа шавкодранок. Мы поднялись на вершину холма, оглядев просторы незнакомого мира. Сейчас он выглядел даже не так погано, как обычно. Зеленели поля и леса. Быстрое течение несло обрывки водорослей. Небо прояснилось, открывая вид на очертания искусственного спутника.

– Глянь. – Первый указал куда-то дальше налево от дороги.

Там, вниз по течению реки, можно было заметить тонкий столб черного дыма и рядом еще несколько. Похоже, что поселение. Это где-то в паре километров от нас.

– Ну что, Первый, готов к первому контакту? – в штуку спросил я.

– Так первый у нас уже был. Вот… – он показал разорванный рукав рубашки со следами запекшейся крови.

Чего мы вообще хотим от аборигенов? Во-первых, еду. Мы с собой взяли некоторое количество драгоценных камней, плюс двойную порцию денег, которую нашли у зубастого сталкера. Надо постараться выменять это на какую-нибудь долго хранящуюся пищу. Во-вторых, было бы неплохо узнать хотя бы основы языка аборигенов.

К источникам дыма мы направились по лесу вдоль дороги. Этакое стелс-перемещение. Медленно, но зато надежно. Путь занял минут тридцать-сорок. Шли не спеша, чтобы были силы на случай драки. Вскоре нам стало попадаться все больше признаков близости поселения. Речь, конечно, не о мусоре. Думаю, местные гораздо бережнее относятся к своим вещам и вряд ли после пикника выбрасывают пустые бутылки. Однако мы уже не первый день бродим по лесам этого мира. Глаз быстро цепляется за все, что выбивается из привычной картины. Вот рубили деревья, вот почти все ягоды с кустов кто-то собрал, валежника заметно меньше стало, появились мелкие тропки. Лес все еще дикий, но хоженый.

Наконец мы заметили поселение. За изгибом реки, прямо на ее берегу стояла небольшая деревенька, окруженная невысоким валом и плетеным забором. Думаю, частокол местные нормально не могли поставить из-за кривизны стволов и ветвей местных деревьев. Приходилось сплетать заборы из нескольких слоев гибкого кустарника. Поверху торчал ряд острых веток и сухая лоза с шипами. Типа колючая проволока. Из-за забора едва были видны крыши небольших одноэтажных домов. Сверху их покрывали солома и сухой камыш. Эко-поселение, однако. Далеко же ушли местные от своих древних предков с их каменными громадами, магическими стражами и богатыми хоромами.

– Чет не нравится мне тут… – шепнул Первый, пока мы из леса наблюдали за поселением. – Тихо слишком. Вон, ворота открыты, но рядом никто не ходит.

Деревня и правда была подозрительно тихой. Ни блеяния скота, ни гомона аборигенов. Может, тут побывал стремный сгорбленный жрец и что-то нехорошее наколдовал? Везет же нам… Как ни найдем местных, а они уже кем-то отмудоханы.

– Посмотрим поближе или снова опция «Ну нахер»? – спросил я.

– Да давай глянем. По стелсу зайдем, осмотримся и потихоньку уползем. Может, что полезное там осталось.

– Звучит как план.

И мы принялись воплощать его в жизнь. Сначала я, а потом Первый вышли из леса и, оглядываясь, направились к воротам деревеньки. Там нас ждал первый абориген. Он был мертв. Невысокий, довольно худой мужчина, одетый в серо-зеленые тона, лежал ничком. Под головой уже подсыхала лужа крови. Кто-то разбил ему голову.

Вся деревня фактически состояла из одной круглой площади. Ни камней, ни асфальта, ни мрамора. Просто вытоптанная земля. Думаю, что после сильных дождей здесь все превращается в адскую грязюку. По периметру круглой площади располагались дома, огороды, хозяйственные постройки, а также навесы с лодками. Похоже местные кормились больше от реки, чем от землицы. А теперь сами станут питательным субстратом для почвы родного мира.

– Какра-какра! – хипро кричал вороно-стервятник, созывая товарищей на обед.

Он клевал труп старухи, схватившейся в последний момент за невысокую изгородь забора. Так она и осталась немного лежать, немного висеть. Коричневое, мешковатое платье из грубой ткани на спине пропитала кровь. Несколько десятков рубящих ран по спине, плечам и шее. Я, конечно, не судмедэксперт, но ее прибил не зверь, а некто более цивилизованный. Не противоречит ли зарубанее старух в спину понятию цивилизация? Это уже вопрос философский, а нам тут не до высоких материй сейчас.

В деревне было тихо, если не считать карканья крылатых падальщиков. Загончики для скота пусты. Части лодок тоже нет. У ворот много следов. Думается, налетчики ушли. Несколько домишек догорали. Именно этот дым мы заметили.

– Тссс…

Я призвал к тишине, пытаясь уловить звуки, выбивающиеся из общего фона дикой природы. Что-то интересное вроде послышалось. Жестом поманил Первого за собой и направился вдоль левой части круглой улицы. Десять шагов, а потом снова слушаем. Да. Есть! Звук был опознан как крик или стон. Раненые? Налетчики не всех добили? Возможно. Мы аккуратно сняли рюкзаки, спрятали их в ближайшем огородике и крадучись продолжали путь, выставив копья. Ага. Вот тот сарай для лодок. Там кто-то был. Сарай представлял из себя достаточно высокое по местным меркам здание. Плетеные стены, крыша, устланная камышом. Жить в таком месте холодновато, но вот укрыть от дождя лодки и сено самое то. Мы подошли к воротам с двух сторон. Внутри уже отчетливо слышали голоса и… Очень знакомые звуки. Мужские грубые голоса, смешки, женские стоны и всхлипы. Значит кто-то из налетчиков остался поразвлечься.

Внутрь мы зашли синхронно, обнаружив там ожидаемое действо. Четверо невысоких мужчин стояли вокруг пятого, который со спущенными портками навис над практически полностью голой женщиной с разбитым лицом. Налетчики сразу нас не заметили. Они были вооружены, но не скажу, что особенно грозно. Короткие копья с кривоватыми древками, дубины, топорики, у одного за поясом висел грубый, тяжелый тесак.

Были ли у нас причины убивать этих людей? Отомстить за поруганную честь незнакомки? Мы что, межмировая полиция нравов? Но с другой стороны, а были ли у нас причины их не убивать? Все решило одно мгновение. Самый левый абориген заметил наше присутствие. Он резко обернулся, поднимая короткое копьецо для броска. Правую сторону лица местного жителя занимало уродливое родимое пятно, а черты лица казались перекошены.

Мое копье было уже давно направлено в сторону аборигена. Прежде, чем тот метнул дротик, я уколол его в горло. Тут же выдернул оружие из раны и отвесил со всей дури пинка другому ближайшему аборигену. Роста в нем было сантиметров сто сорок. Мой удар пришелся в бок. Абориген потерял равновесие. Рука, только что тянувшаяся к тесаку, дернулась, хватаясь за плечо товарища, которого в солнечное сплетение заколол Первый. Еще пинок в живот моему «клиенту». Самый левый уже затихает, а я колю пятого, который пытался натянуть штаны. Гад подался назад и удар оказался не опасным. Однако кровь хлещет на обнаженное, покрытое ссадинами тело жертвы. Удар пришелся в район ключицы. Колю снова, а тот дергается, как уж на сковородке. Заливисто визжит, путаясь в своих же портках. Укол, еще и еще. Как же трудно бывает убить человека, когда он сопротивляется. Отвлекаюсь, чтобы еще разок пнуть в живот мужика с тесаком. Окровавленный насильник тем временем подается в сторону, запинается о лодку, падает в нее подвывая и дрыгая ногами, будто в припадке. Подхожу ближе, перед этим пнув еще раз другого, чтобы не думал вставать. Упавшего в лодку, наконец, удается добить несколькими уколами в шею и живот. Первый своих двоих тоже прикончил. Остается один, которого я отпинал. Приглядываюсь… Левый глаз у него косит, заячья губа от самого носа, между жидких волос красная, воспаленная кожа и белые струпья. Низкий рост плюс куча болячек. Что поделать. Рос и жил человек в экологии постапокалипсиса. Лазерный взгляд и управление металлом мутанты получают только в больных фантазиях малообразованных художников Marvel. Реальные суперсилы мутантов это рахит, злокачественные опухоли, бесплодие и врождённые дефекты.