Текст книги "Разделяющий нож: В пути. Горизонт"

Автор книги: Лоис Буджолд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 53 страниц) [доступный отрывок для чтения: 22 страниц]

– Некоторые присоединяются к шайке – как братья Драмы. Иногда Крейн принуждает пленников – как Скинка.

И как Элдера? Фаун подумала, что не стоит спрашивать об этом в присутствии Берри. Лучше не надо… Она подозревала, что Бо уже знает, – после допроса на берегу, откуда он вернулся таким мрачным. Скорее всего завтра многое расскажут те свидетели, которых удастся захватить живьем…

– Я пытался спасти вас, – сказал Элдер, жалобно глядя на Берри. – Сегодня, когда мы встретились, я делал все, что только мог придумать, чтобы вы продолжали плавание. Я всегда пытался спасти кого только мог, когда меня отправляли притворяться лоцманом. Те суда, на которых были семьи, женщины или дети, я пропускал.

Скорее всего то были самые бедные баржи, заподозрила Фаун.

– А постельные лодки? – поинтересовалась она.

– Такие нам никогда не попадались, – поморщился Элдер.

Берри подняла на него глаза.

Если Крейн действительно был так хитер и так жесток, как говорил Элдер, скорее он позволил бы женщинам заняться их ремеслом в пещере, щедро заплатил им, а потом, когда они собрались бы отправиться дальше, избавился от них, как и от дезертиров. Иначе весть о таинственной таверне в пещере просочилась бы, а Берри в своих расспросах не обходила вниманием и постельные лодки. А вот то, что Элдер отчаянно старался убедить Берри плыть дальше, было, несомненно, правдой.

В голосе Элдера зазвучало горячее желание убедить Берри.

– Мы же могли бы бежать отсюда – только ты и я. Когда я тебя увидел, я словно проснулся от длившегося целый год кошмарного сна. Я так испугался за тебя… я никогда не позволил бы Крейну наложить на тебя руки. Мне и в голову не приходило, что ты спасешь меня. Понимаешь, я знаю, где находятся некоторые тайники Крейна. Если бы мы ускользнули сейчас, пока остальные заняты, мы могли бы вернуться в Клиркрик богатыми и никогда больше не ходить по реке. Я и видеть ее больше не желаю: она меня погубила. Мы могли бы забыть все это, как дурной сон, и начать все с начала.

– Так вот что ты собирался привезти мне? – сказала Берри хриплым голосом, глядя на свои стиснутые руки. – Мешки монет, покрытые кровью убитых?

Элдер затряс головой.

– Крейн по крайней мере должен тебе заплатить за «Шиповник», я думаю.

– Почему, если судно разбилось в бурю? – поинтересовалась Фаун, подняв брови. Взгляд, которым ответил ей Элдер, был убийственным. Однако он достаточно быстро оправился и продолжал:

– Это все вина колдуна – Стража Озера. Он помрачает рассудок людей, заставляет их трепетать перед ним. Уничтожает хороших людей и наслаждается этим. Ты видела Скинка. Он был обычным речником, ничем не отличался от гребцов твоего отца на «Шиповнике». А потом Крейн поймал его и совратил. Поэтому-то я и не мог скрыться. Боги, как я ненавижу Крейна!

Последняя фраза прозвучала вполне правдиво. Берри подняла на Элдера глаза, и на мгновение Фаун показалось, что ее решимость дала трещину… ведь не вода же блеснула в ее покрасневших глазах.

– Если Крейн околдовал тебя, – сказала Фаун, – тогда ты остаешься околдованным и теперь, и освободить тебя опасно, потому что ты тут же побежишь к нему обратно. Ты не сможешь этому противиться, как не мог противиться всему остальному.

Элдер начал что-то отвечать, но в растерянности умолк. Заметил ли он ловушку, в которую себя загнал?

Берри наконец заговорила:

– Конечно, если ты не околдован, трудно понять, почему ты раньше не мог сбежать. По мне так человек, который хочет бежать, а о деньгах не заботится, мог уплыть ночью на плавнике – на это целое лето было. Добрался бы за день до первого лагеря или поселка за Запястьем и позвал на помощь, хотя бы сообщил, что у Локтя творятся черные дела. Все это можно было сделать давным-давно – если ты не был околдован. Так что тут верно – ты уж выбери, Элдер.

Элдер открыл и закрыл рот. Наконец он принял решение.

– Этот Страж Озера… Он всего меня заколдовал. Я теперь и ясно думать не могу.

– Тогда мне опасно развязывать тебя, а? – сказала Берри, поднимаясь на ноги. – Пойдем, Фаун. Тут не удастся уснуть. Пойдем на крышу. Там и воздух чище.

– Верно, – откликнулась Фаун и следом за Берри через люк выбралась в холодную тьму.

Ночное небо было ясным и покрытым звездами. Над восточным берегом реки вставал месяц. Берри и Фаун уселись на крыше, скрестив ноги, и стали вглядываться в черную массу утеса; только несколько тусклых огоньков виднелись в окнах судов. Ручей, впадавший в Грейс, громко журчал. Крика и шума битвы слышно не было, да Фаун и не ожидала их услышать: от пещеры разбойников их отделяли три мили.

– Элдер всю свою жизнь там, в Клиркрике, был хорошим человеком, – наконец заговорила Берри.

Фаун ничего ей не ответила.

– Река и в самом деле уничтожила его.

– Может быть, он просто никогда не встречался с настолько сильным искушением, – предположила Фаун и после паузы добавила: – Да не выпадет мне такой судьбы.

– Ага, – выдохнула Берри. Морозную ночь не оживляли песни насекомых. Пар от дыхания серебрился легкими облачками в лунном свете. – Так околдован Элдер или нет? – наконец снова заговорила Берри. – Даг ничего не говорил?

Фаун сглотнула. Вряд ли будет более удобное время и место, чтобы открыть Берри правду.

– Он сказал – нет.

Берри сделала глубокий вдох.

– Я вроде как поняла, что дело нечисто. Иначе Даг отпустил бы его вместе со Скинком. – Она горько усмехнулась. – Уж и не знаю, что хуже. Плохо и так, и этак.

– Верно, – согласилась Фаун.

– И выхода я не вижу.

– Верно, – согласилась Фаун.

Они долго молча сидели на крыше, дожидаясь проблеска света или слова, но так и ушли, не дождавшись.

20

Даг уперся коленом в поваленный ствол, проверил крепление лука на протезе и защелкнул замок. Открыв свой Дар, он быстро огляделся и выругался: не в первый раз уже он сожалел о неспособности Дара проникать сквозь камень. Барр и двое лучников Хайкри заняли позицию у выхода из пещеры. Ремо и еще один из охотников взбирались к отверстию в скале, откуда вился дымок, серебристо-серый в свете встающего месяца. Задачей Ремо было проследить, чтобы тем путем никто не сбежал. Наконец Даг проверил, готов ли Вит, стоявший с ним рядом. Лицо парня, исполосованное тенями голых ветвей, было таким же бледным и неподвижным, как луна; на нем не было заметно обычной утомительной веселости. Эта перемена оказалась не такой обнадеживающей, как мог бы подумать Даг.

Даг подавил свой гнев, рожденный не только жестокостью разбойников, но и тем, что он столкнулся с ними здесь и сейчас, в середине путешествия, которое он хотел сделать для Фаун запоздалым свадебным подарком. Она однажды пострадала от разбойников под Глассфорджем, и он поклялся, что больше никогда такой ужас ее не коснется. Правда, сегодня она не выглядела испуганной – только напряженной и решительной. На этот раз он сделает все, чтобы она осталась в стороне от ужасных событий. Даг старался не думать о том, что наступали ее ежемесячные дни зачатия, рождая милый блеск ее Дара; в обычных обстоятельствах они использовали бы изощренные постельные приемы Стражей Озера. Только нужно было оказаться вдали от любых разбойников…

«Прогони эту мысль, старый дозорный, ты только сведешь себя с ума… еще больше, чем обычно».

Однако Даг принял твердое решение: никто не должен вырваться из этой пещеры, чтобы угрожать Фаун, или Берри, или кому-нибудь еще. Он огорченно закусил губу: стены пещеры не позволяли пересчитать врагов.

Чудо из чудес: два двигавшихся с разных сторон отряда речников – один под руководством Хайкри, другой – капитана Вейна – подошли ко входу в пещеру одновременно, и только тогда часовой очнулся от своего пьяного ступора и поднял тревогу.

«Слишком поздно», – с удовлетворением подумал Даг. Он то открывал, то закрывал Дар, следя за событиями, но заслоняясь от вспышек, рожденных увечьями врагов. Вся его возня с целительством сделала его более чувствительным к подобным вещам… Даг поморщился от обжигающего ощущения удара ножом, от ослепительного взрыва удара дубинкой. Нужно продолжать поиск его истинной цели…

Где же, будь оно все проклято, этот Крейн? Должно быть, им удалось застать предводителя спящим, как они и рассчитывали, иначе речникам никогда не удалось бы подобраться к пещере незамеченными. Никто из Стражей Озера с «Надежды» не соприкоснулся с его Даром снаружи, по крайней мере на расстоянии мили.

Крики, удары, стоны доносились от входа в пещеру, озаренного мерцающим оранжевым светом факелов и отчаянно раскачивающихся фонарей. Разбойник, попытавшийся вылезти в дымовое отверстие, получил удар от напарника Ремо. Сам Ремо скользнул вниз, исчезнув и из обычного, и из внутреннего поля зрения Дага. Прекрасно! Теперь по крайней мере один разведчик был внутри; он поможет найти предателя. Даг безжалостно подавил беспокойство за неопытного дозорного, когда пятеро ревущих разбойников тесной группой пробились через людей Вейна и побежали в сторону Дага и Вита.

– Видишь их? – шепнул Даг, поднимая лук и целясь.

– Ага, – выдохнул парень пересохшими губами и последовал его примеру. Две стрелы со стальными наконечниками вылетели одновременно и обе попали в цель.

– Прекрасный выстрел! – похвалил Вита Даг. «Скорее, правда, везение новичка». Даг выпустил следующую стрелу еще до того, как Вит трясущимися руками сумел натянуть лук. На этот раз разбойник не был выведен из строя: стрела попала ему в бедро и только замедлила его движения. Эта группа, должно быть, поняла, как мало милосердия могут они ожидать от речников, превратившихся из добычи в охотников. Трое уцелевших повернулись и бросились бежать – или хромать – в другом направлении: туда, где ждал Барр. Ни одному не удалось миновать дозорного.

Даг подождал еще несколько минут, но никто из разбойников больше не пытался вырваться из пещеры. Задача лучников была выполнена, и Даг двинулся вниз по склону; теперь его больше занимала необходимость быстро добраться до входа, чем задача удержать Вита на расстоянии от него. Один из их противников лежал неподвижно: стрела торчала из его глаза. Другой стонал и корчился на опавших листьях, пытаясь выдернуть древко, глубоко застрявшее у него в животе.

– Не нужно ли… – неуверенно начал Вит.

– Оставь его пока. Он уже никуда не убежит, – пробормотал Даг. Беспокоиться о раненых, которым утром предстоит быть повешенными, он будет, только когда поможет своим… если будет время и если он сам останется цел.

– Но я… в кого из них я попал? – Вит оглянулся через плечо.

– Твой – тот, кто застрелен в голову. Чистая и быстрая смерть.

– Ох…

На лице Вита выражение триумфа сменилось отвращением, и Даг понял, что когда все кончится, ему предстоит заняться не только Барром и Ремо, чтобы смягчить ущерб, нанесенный агонией Дара жертв.

«А кто поможет моему Дару?»

Не важно, сначала самое главное. Спотыкающихся обезоруженных разбойников речники уже вытаскивали из пещеры и привязывали к деревьям. Даг понадеялся, что уж завязывать узлы они умеют.

Внутри пещеры царил полный хаос. Валялись перевернутые скамьи и ящики, скомканные одеяла, по полу были расшвыряны всевозможные товары, в том числе множество бутылок и кувшинов, частью целых, частью разбитых. Сама пещера состояла из двух помещений, одного позади другого, каждое футов двадцати в высоту и сорока в поперечнике. Под дымовым отверстием на углях валялся разбитый бочонок, из которого вырывались яркие языки пламени. Из разбитого фонаря растеклось чадящее и шипящее масло; какой-то матрос уже затаптывал расползающийся огонь. На полу лежало несколько стонущих раненых, других разбойников связывали суровые речники. На каждого оставшегося в живых врага приходилось по крайней мере двое парней. Даг этому порадовался, но тут же поморщился, попытавшись с помощью Дара сосчитать разбойников и найти их вожака – Стража Озера. Может быть, он надежно закрыл свой Дар, чтобы спрятаться среди других пленников? Нет… А вон Ремо – живой и здоровый; это хорошо.

К Дагу подбежал Медвежья Приманка и схватил его за руку; Даг еле удержался от того, чтобы машинально нанести ему удар.

– Скорее, Страж Озера! Ты должен помочь!

Он потащил Дага к стене пещеры, подальше от шумной толпы. Там на поспешно собранных одеялах лежали двое раненых. Рядом с одним из них на коленях стоял друг, отчаянно путаясь зажать рану на шее; между его пальцев сочилась кровь. Вторым оказался Хайкри; он неровно дышал, и лицо его было цвета застывшего жира.

«Ох, только не он!»

Даг на мгновение дал свободу Дару. Охотник из Рейнтри получил удар дубинкой по голове; череп был расколот как раз над левым ухом.

«Плохо дело…»

Медвежья Приманка закусил губу.

– Понимаешь, он уложил двоих своей пикой, а третий кинулся на него сзади. Я не успел… – выдохнул он.

Раненому в шею можно было помочь сейчас или никогда. Даг опустился на колени, отстегнул и отбросил в сторону лук и вытянул руки – настоящую и призрачную – над рукой испуганного матроса, одного из речников из Серебряных Перекатов.

– Не двигайся, – распорядился Даг, – продолжай крепко прижимать… вот так. – Парень сглотнул и сделал, как ему было велено.

Яремная вена была только задета, а не рассечена; может быть, и удастся… Шум в пещере перестал восприниматься Дагом, который сосредоточился на раненом. Его призрачная рука нащупала края сосуда и свела их вместе. Направленное подкрепление Дара, небольшое, но точное… Хватит ли его, чтобы выдержать внутреннее давление и внешние воздействия? Не потерял ли уже этот бледный молодой человек слишком много крови, чтобы выжить? Земля под коленями Дага была липкой от крови. Даг глубоко втянул воздух и отстранился, чтобы избежать ущерба собственному Дару.

Он потряс головой, разгоняя туман перед глазами; его бил озноб.

– Теперь можешь отпустить, – сказал он парню с окровавленными руками. – Закутай его в одеяла и постарайся согреть чем только сможешь. Только не ворочай его, иначе та большая вена снова вскроется. Рану нужно зашить, если у вас есть кто-нибудь с легкой рукой. Только не сразу, нужно немного подождать. – Жуткая рваная рана на шее все еще была открытой, но кровь уже еле сочилась, а не била, как ужасный родник. – И не пытайся пока его переносить. – Потом парню нужно будет дать как можно больше питья, но Даг не решился поить раненого, пока тот не очнется. Если он подавится, это может его убить.

Даг попытался вспомнить, чем он был занят раньше. Целительство и командование отрядом, похоже, плохо совмещались: каждое требовало полного внимания. О боги, Хайкри! Даг не хотел терять Хайкри, и не только из-за общительности охотника. Хайкри был как раз таким предводителем, который мог, вернувшись домой, преобразить жизнь своей деревни, а может быть, и более далеких окрестностей, если его удастся убедить смотреть на вещи так, как видел их Даг.

«Если только он выживет…»

Даг приподнялся и снова опустился на колени – рядом с Орешком. Под пристальным взглядом испуганного Медвежьей Приманки он осторожно обхватил пальцами голову охотника. Там, куда пришелся удар, была вмятина, и вокруг нее кость покрывала паутина трещин, однако острых осколков, повредивших мозг, Даг не обнаружил. Над той странной тонкой оболочкой, которая одевает мозг в черепе, собиралась кровь; она выпрямляла вмятину, но одновременно и давила на нежную ткань внутри. «Это вредит ему, я уверен».

Настоящий целитель или деревенский костоправ мог бы просверлить череп, чтобы выпустить кровь… по крайней мере Даг видел подобные сверла среди инструментов Хохарии. У Дага в запасе были тонкий нож, щипцы, иглы, нитки и бинты, травы и порошки, но никаких сверл. «Да и нужны ли мне они?»

Даг сосредоточился и с помощью Дара проделал дырочку в кости и коже Хикори. Ручеек крови сразу потек между пальцев Дага, склеивая черные волосы раненого. Когда давление в поврежденном месте уменьшилось, изнутри снова началось кровотечение.

«Так не годится… Ты рискуешь… рискуешь своим Даром…»

Даг отстранился, все еще касаясь головы Хайкри, и одурманенно огляделся.

В нескольких шагах от него человек, которому в живот всадили нож, в последний раз вздохнул и умер. Разбойник, понадеялся Даг, хотя в своем проклятом затуманенном состоянии не смог бы отличить своих от врагов.

– Страж Озера… – прошептал Медвежья Приманка.

Даг покачал головой.

– У него проломлен череп – ты же знаешь. Еще слишком рано судить о том, есть ли у него шанс выкарабкаться. – Он осторожно направил подкрепление в мозг рядом с раной и заморгал, пытаясь избавиться от головокружения. Мимо протрусил крупный мужчина, и Даг окликнул его:

– Вейн!

Капитан парусника обернулся.

– Вот ты где! – Он с подозрением выпятил подбородок. – Что это ты делаешь?

– Лучшее, на что способен, – устало ответил Даг. – Я не могу еще отсюда уйти. Ты нашел уже этого Крейна? Если его здесь нет, узнай, куда он мог скрыться, и не бежали ли с ним и другие разбойники. Узнай точное количество, узнай имена. Не позволяй им ничего от тебя скрыть. – Вейн хотел быть вожаком речников, но, к его чести, не ценой жизни его соперника Хайкри. Здоровяк закусил губу, но решил не спорить; бросив на Дага неприязненный взгляд, он заорал, подзывая своего помощника Садлера. Если Даг хотел получить ответы на вопросы, то Вейн, несомненно, был тем человеком, который мог их добиться. Большинство пленников будут мрачными и необщительными, понимая, что надежды у них нет, но среди такой толпы наверняка найдется несколько болтунов – околдованных или нет.

Скинк и Элдер, будь они прокляты, оба утверждали, что Крейн был в пещере, и Даг мог поклясться, что ни один тогда не лгал. Однако они отсутствовали, отправившись на разведку, весь день. Дагу уже приходилось сталкиваться с тем, что устаревшая информация портила все дело.

«Проклятие!»

Дырочка в черепе Хикори закрылась. Своей призрачной рукой Даг вытащил сгусток, позволив крови вытекать. Правильно ли он поступил? Когда кровотечение прекратится? Дагу хотелось заглянуть поглубже, найти источник и перекрыть его, но он не осмеливался. Еще одно глубокое погружение, и неизвестно, сможет ли он пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы сражаться. А сражение, похоже, еще не закончилось.

Вита парни из Рейнтри позвали на помощь, чтобы связать пленников. Теперь он вернулся к Дагу и накинул ему на плечи одеяло. Даг с благодарностью улыбнулся. Вит широко раскрытыми глазами посмотрел на Хайкри.

– Он умрет?

– Пока еще нельзя сказать. Не мог бы ты найти Ремо или Барра? Куда, черт возьми, эта парочка запропастилась?

– Осматривают другую часть пещеры, наверное. Я посмотрю.

– Спасибо.

Вит кивнул и стал пробираться между расшвырянных предметов. Даг подумал, что его молодой брат по шатру хорошо держится, впервые в жизни столкнувшись с такой смертельной жестокостью. Впрочем, помогать Вейну он Вита не послал бы. Даже сам Даг поморщился, когда до него донеслись удары и вопли оттуда, где в углу пещеры Вейн вел допрос; даже стоны раненых не могли заглушить эти звуки.

Через несколько минут Вит привел Ремо и Барра. Оба дозорных были мрачнее тучи, и не только потому, что впервые участвовали в уничтожении шайки разбойников.

Ремо протянул Дагу разделяющий нож.

– Посмотри, что мы там нашли.

– Ага, та часть пещеры набита добычей до потолка, – вмешался Вит, которого увиденное явно поразило. – Должно быть, там держали все самое ценное.

Даг прищурился. Нож не был заряжен.

– Не мог он принадлежать Крейну?

– Я нашел его среди того, что было, должно быть, грузом целой лодки Стражей Озера – лучшими мехами, – ответил Ремо. – Похоже, люди Крейна не всегда избегали Стражей Озера.

Даг осторожно положил голову Хайкри между своих колен и протянул окровавленную руку за ножом. Ремо отшатнулся, когда заметил, что рукав Дага весь пропитан кровью, но все же неохотно разжал пальцы. Даг поднес нож к губам. Да, незаряженный… И окруженный странной внутренней тишиной.

– Кому бы этот нож ни был завещан, этот человек мертв. – Значит, он вряд ли принадлежал Крейну, хотя Дагу не хотелось отказываться от надежды.

Барр изумленно спросил:

– Ты можешь это определить?

– Мой брат – мастер, изготовляющий ножи, – уклончиво ответил Даг. Молодые дозорные посмотрели на него с новым уважением. – Убери его, – сказал Даг, возвращая нож Ремо.

Ремо вложил костяной клинок в ножны и повесил себе на шею. Пряча ножны под рубашку, он с яростью прошептал:

– Они убили Стража Озера, даже не позволив ему зарядить нож!

«Ему или ей…»

Дагу не хотелось думать о такой возможности. Среди жертв разбойников, несомненно, время от времени оказывались женщины, но сейчас речники не обнаружили в пещере ни одной. «Нельзя позволить никому убежать и донести», – вспомнил Даг слова Скинка. Можно ли надеяться на то, что женщины умирали быстро, или подобная надежда ничего не стоит?

Дренаж в черепе Хикори снова закрылся, и давление на мозг опять стало расти.

– Вы хоть какие-то следы Крейна обнаружили? – спросил Даг. Или тех безумных братьев Драмов, ставших его добровольными помощниками; Дагу определенно хотелось их найти – живыми, мертвыми или среди захваченных в плен.

Барр покачал головой.

– По крайней мере на полмили в окрестностях его нет.

– Мы должны его найти. Захватить. – И не только из-за его чудовищных преступлений. Если Страж Озера – предводитель разбойников не будет судим вместе с остальными – какой бы формальностью, как подозревал Даг, ни оказался такой суд, – речники наверняка сочтут, что дозорные помогли ему бежать. – Проклятие, что Вейн так долго…

Словно в ответ на его вопрос к ним подошел Садлер, покачал головой, глядя на Хайкри, и доложил, что обнаружены все разбойники, кроме пяти. Двое, похоже, ушли накануне ночью, забрав свою часть добычи: они покинули шайку, не в силах выносить больше извращенные жестокости братьев Драмов. Крейн и двое его прихвостней порознь ушли на следующее утро, за несколько часов до того как Элдер встретил «Надежду». Это обстоятельство, возможно, сыграло на руку речникам, потому что в отсутствие предводителя разбойники добрались до нескольких бочонков, которые тот припрятал, и напились даже сильнее обычного.

Значит, пятеро разбойников все еще на свободе, включая самых опасных.

«Достаточно ли в случае чего будет тех, кто остался охранять суда?»

Даг неожиданно усомнился в этом. Однако он пока не мог рискнуть перемещать двоих своих подопечных, да и не было смысла нести их на носилках через перешеек, когда суда в любом случае спустятся сюда: утром они обогнут Локоть и причалят у самой пещеры.

«Только я не могу ждать так долго».

Даг облизнул губы.

– Кто-нибудь из наших убит?

Садлер с сомнением посмотрел на пациентов Дага.

– Пока все живы. Девять разбойников помрут. Двадцать один ждет повешения, хотя среди них один может до этого не дожить.

Даг с отчаянием посмотрел на осунувшееся лицо Хайкри. Ему нужно довести охотника из Рейнтри до состояния, когда он сможет на некоторое время его оставить: преследовать Крейна необходимо. Только в каком направлении? Ошибиться в поиске – хуже, чем просто бессмысленно потратить время. Даг понимал, что для ускорения поиска ему потребуется Копперхед. Барр и Ремо могут воспользоваться лошадьми разбойников: неподалеку от пещеры их нашлось около дюжины.

– Садлер, вернись к пленникам и попробуй выяснить хоть что-то о том, каким путем могли двинуться те, кто покинул пещеру. Барр, обойди еще раз окрестности: Крейн и его подручные могут возвращаться, и мы должны обнаружить их раньше, чем они обнаружат нас. Ремо… ты останься со мной. Ты мне нужен.

Вит, которому ничего не было поручено, двинулся следом за Садлером. Ремо опустился на колени рядом с Дагом.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал? – тихо спросил он.

– Вытащил меня, если я зайду слишком далеко. Мне нужно глубже заглянуть в бедную пробитую голову Хайкри.

Ремо серьезно и доверчиво кивнул. Отсутствующие боги, неужели Даг производит впечатление человека, который знает, что делает? К этому времени Ремо должен был бы разобраться… Даг вздохнул и протянул к Хайкри свою призрачную руку – это делать становилось все легче…

Перед ним распахнулся внутренний мир Дара Хайкри и заполнил все его поле зрения, такой же бескрайний и загадочный, как леса Лутлии. Неудивительно, что однажды совершив такое, человек начинал воспринимать любое другие применение Дара как тривиальное и скучное. Что уж тут говорить о призвании… Однако возбуждение скоро покинуло Дага. Увечья Хайкри были много хуже разбитого колена Хога, разветвления его Дара уходили глубже и были еще более непонятными. Знаний Дага было недостаточно.

«Мне и не нужно понимать всего. Тело обладает большей мудростью, чем я когда-нибудь достигну, и исцелит себя, если сможет».

Нужно начать с очевидного: заживить самые крупные сосуды. Такое Даг уже делал раньше. Может быть, этого окажется достаточно…

«Хорошо бы, чтобы оказалось достаточно».

Даг продолжал внутреннее обследование. Этот сосуд нужно восстановить, небольшого подкрепления хватит – хотя бы на время. Еще один, и еще, и еще… Ах! Вон та порванная артерия и есть источник неприятностей, да! Даг соединил концы и подкрепил Дар особенно тщательно. И теперь кровь проникала в рану медленнее, чем вытекала из нее, а потом кровотечение и вовсе прекратилось. На этот раз когда опухоль опала, такой она и осталась. Еще одно усилие – чтобы поставить на место треснувшую кость. Пострадавшая часть мозга заняла свое законное место, хотя еще и продолжала пульсировать. Новое подкрепление успокоило боль…

Чувствительность Дага сейчас была такой, что легкое прикосновение Дара Ремо он ощутил, как удар по голове. Даг охнул и полетел куда-то вверх…

– С тобой все в порядке? – спросил Ремо.

Даг сглотнул и кивнул, моргая и щурясь.

– Спасибо. Ты вмешался вовремя.

– Мне показалось, что уж очень долго ты находишься в трансе.

Правда? Даг считал, что прошло всего несколько минут. Рядом оказался Вит; он протянул Дагу кружку с чем-то, и Даг, не подозревая подвоха, выпил и чуть не задохнулся. Крепкий напиток был приторно-сладким, но он взбодрил Дага. Должно быть, это какое-то жуткое бренди из запасов разбойников. Желудок Дага, поколебавшись, решил не бунтовать.

Даг сделал все, что только мог придумать, чтобы помочь Хайкри. Теперь оставалось только ждать и смотреть, как пойдет дело. Он осторожно опустил голову Хайкри на сложенное одеяло и поднялся на ноги. От долгой неподвижности суставы его заскрипели, как мел по грифельной доске. Снова появился Медвежья Приманка – когда это он уходил? – и внимательно выслушал краткие указания Дага: держать Хикори в тепле и не двигать, пока Даг не вернется. На этот раз Даг не возражал, когда Ремо подставил ему плечо, чтобы помочь устоять на ногах. Каким-то загадочным образом крошечный обрывок Дара Хайкри, который он впитал, дал ему силы, а питье Вита разогнало кровь по венам. Даг подозревал, что позднее ему придется расплачиваться и за то, и за другое, но сейчас…

– Вит, налей мне еще той гадости. Барр… Где же Барр?

– Здесь, сэр.

– Заметил что-нибудь снаружи? – Даг поднес к губам кружку и через силу глотнул. Пары спиртного помогли ему вернуть остроту восприятия.

Барр покачал головой.

– Пока нет.

– А что-нибудь стало известно о том, каким путем могли двинуться пропавшие разбойники?

– Первые двое говорили о том, что направятся к Медвежьей реке, – доложил Вит. – Никто ничего не знает про Крейна и братьев Драмов.

Они не обязательно должны были выбрать один и тот же путь. Дага на самом деле занимало только трио, отправившееся позднее, так что указание на направление на север было не таким уж полезным. Даг неожиданно вспомнил о том, что Элдер был до появления братьев Драмов помощником Крейна и мог знать больше, чем остальные разбойники. Это давало Дагу прекрасный предлог успокоить свое сердце и первым вернуться к судам – даже лучший, чем необходимость забрать коня. Раньше Элдер не был особенно разговорчив, но его можно заставить, мрачно подумал Даг. Так или иначе…

С помощью Ремо, Барра и Вита Даг выбрался из вонючей пещеры на прохладный предрассветный воздух. Небо приобрело цвет стали, звезды побледнели, месяц сделался желтым. Теперь Даг мог найти дорогу через окутанный туманом лес, полагаясь только на зрение. Он отправил Барра и Ремо выбирать себе коней из табуна разбойников, а сам двинулся вверх по склону холма за пещерой. Несмотря на усталость, он все ускорял и ускорял шаг, так что Виту оказалось трудно за ним угнаться.

* * *

Фаун не раздеваясь улеглась в своем одиноком закутке, не рассчитывая, что уснет, однако, должно быть, задремала, потому что проснулась, ощущая сухость во рту и резь в глазах. Посеревшие тени намекали на рассвет. Высокая фигура проскользнула мимо – неужели Даг уже вернулся? Облегчение, которое испытала Фаун, было так велико, что она расслабилась и почти позволила себе снова скользнуть в драгоценный сон… Однако нет: она должна услышать его рассказ. Фаун оставалась неподвижной еще мгновение, прислушиваясь к тихим звукам, доносившимся из кухни. Тихие голоса… Стук колец занавески, отделявшей койку Берри… Яркий свет, когда кто-то выкрутил фитиль фонаря, оставленного на кухонном столе… Потрясенный голос Берри:

– Что?..

Глаза Фаун распахнулись, и она села на постели. Удары, звон, мучительный стон – Бо? Вскрик Готорна, крик Элдера:

– Не трогайте ее!

Незнакомый голос, резкий и жесткий, протянул:

– Не трогать? А как насчет этого?

Фаун вскочила, не зная, куда бежать. Она сделала шаг или два в сторону кухни, вытягивая шею, и остановилась. Элдер был освобожден; он стоял, пошатываясь, а с запястий все еще свисали цепи. Фаун увидела спину высокого человека – суда по одежде и темной косе, Стража Озера, – однако это был не Ремо. Бо стоял на коленях, прижимая к животу окровавленные руки; рядом с ним съежился бледный от страха Хог. Высокий человек, как увидела Фаун, прижимал к себе извивающегося Готорна; в другой его руке блеснул нож.

– Не двигайся, Берри, – отчаянно крикнул Элдер, – иначе он сделает с Готорном то же, что и с Бо!

Фаун повернулась и кинулась бежать.

Она распахнула передний люк, промчалась мимо курятника, выбежала на сходни и уже открыла рот для вопля, который разбудил бы всех, кто оставался на судах. Из тумана на нее кинулась огромная темная фигура; удар в живот был так силен, что Фаун отлетела назад, и ее крик превратился в тихий стон. Фаун попыталась лягнуть человека-гору, но тот схватил ее и подкинул в воздух. Потная рука обхватила ее лицо от уха до уха; другая рука, как клещи, вцепилась в ее плечо. Хватка становилась все более жестокой, и Фаун поняла, что человек собирается сломать ей шею. Она поспешно перестала сопротивляться.

– Вот так-то лучше, – прорычал хриплый голос. Схвативший ее человек опустил ее на землю и развернул. – Ах, девчушка! Пожалуй, я приберегу тебя для Маленького Драма. – Он двинулся вперед, зажав Фаун под мышкой и держа за шею, как мокрую кошку, пойманную за шкирку. По сходням и мимо Копперхеда, который прижал уши и вытянул шею, но, увы, не заржал.