Текст книги "Союз капитана Форпатрила (ЛП)"
Автор книги: Лоис Буджолд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]
– Неужели Имперская СБ знала все с самого начала?
– Вряд ли, – ответил Тот Самый Грегор, глядя на нее с пугающе пристальным интересом.
– Но как вы узнали? – потребовала ответа Теж. Она чуть не пожертвовала своей жизнью, чтобы сохранить эту тайну…
– Догадка на основе имеющихся данных.
– Та самая марковскаяГруппа Дюрона? – Айвен Ксав негодующе воззрился на Теж. – Могла бы мне сказать раньше!
– Они вам знакомы? – уточнила у Братца Риш, все еще напряженная и встревоженная.
– Увы, за все мои грехи – более чем. Некогда они были подразделением Дома Фелл, группой из тридцати шести клонированных братьев и сестер с исключительными способностями к медицине. У их матери-породительницы, Лилии Дюрона – а ей сейчас, кажется, тоже добрых лет сто – со старым бароном Феллом были особые отношения, которые я так никогда и не понял. Как бы то ни было, несколько лет назад мой клон-брат Марк помог выкупить их у Дома и устроил им переезд на Эскобар. Вполне понимаю, что эта планета и ее государственное устройство пришлись им по душе больше, чем техно-рабство в Доме Фелл, как бы высоко Дюроны ни ценились на Единении Джексона. Значит, ваши родители были союзниками со старым Феллом, леди Теж? Или с самой Лилией?
Теж в отчаянии уставилась на Риш, но та развела ладони, словно перекидывая ей этот вопрос обратно. Тогда она попыталась объяснить:
– Мои родители всегда… я думаю, они с Феллом часто находили друг друга взаимно полезными, да. Хотя дело никогда не доходило до официального союза, а о слиянии даже вопрос не вставал.
Братец побарабанил пальцами по ручке кресла, на мгновение крепко сжав губы.
– Хм. Мой брат Марк – негласный, хотя никоим образом не тайный, инвестор Группы Дюрона. По-моему, как раз сейчас он и его партнерша Карин находится на Эскобаре по делам. Марк у нас в семействе предприниматель. Кстати, он основал немало успешных – хотя была и парочка провальных – стартапов в нашем Округе.
– «Если мы за чем-то прыгаем…» – пробормотал себе под нос Айвен Ксав. – Боже, даже клон, и тот!..
– При полном одобрении графа-нашего-отца: к несчастью, Округ Форкосиганов задержался в экономическом развитии еще со времен оккупации. Плюс на нем непропорционально тяжко сказались несколько гражданских войн, – он снова побарабанил по подлокотнику. – Но дело в том, леди Теж, что раз Марк моя родня, то он родня и Айвену. Если вашим намерением было тайно присоединиться к группе Дюрона…
– Вы хотите сказать, что нам нельзя ехать? – опасливо переспросила Теж.
– Ничуть. Но, предполагаю, что вам придется тщательнее сменить вашу личность и, возможно, внешность, чем вы первоначально планировали.
Он покосился на Риш. Та сердито воззрилась на него в ответ:
– Не многовато ли вы знаете про Единение, для барраярца?
Братец пожал плечами:
– Меня несколько раз приводила туда работа. Моя бывшая работа, прежде, чем я стал имперским Аудитором. Как бы то ни было, за деятельностью пяти Великих Домов, контролирующих точки джексонианских П-В переходов, Барраяр следит пристальней, чем за всей толпой прочих джексонианцев. В первую очередь – за домом Фелл, из-за его близости к нам. В меньшей степени – за Станцией Кордона, поскольку наши интересы не слишком простираются в этом направлении: у нас есть экономически более выгодные маршруты к Земле через Сергияр и Эскобар. Но тот факт, что скачковую точку, ведущую от Джексона на задний двор Цетагандийской империи, теперь контролирует Дом Престен, вызывает… некоторый интерес.
– А кем вы работали раньше? – спросила Теж.
Братец внимательно оглядел очередной сэндвич с огурцом, запихал его в рот целиком, прожевал, проглотил и лишь тогда ответил:
– Я несколько лет служил курьером СБ, пока не был уволен по состоянию здоровья. И изрядно попутешествовал по всей галактике, – он поднял взгляд и улыбнулся своей жене: – Говоря по правде, сыт по горло.
– Да ну? – ответная улыбка леди Катерины была малость кривоватой.
Теж снова повернулась к Тому Самому Грегору:
– Но как насчет нашей поездки, сэр?
Император потер подбородок.
– Я замолвлю словечко генералу Аллегре. Детали мы сможем обсудить с Айвеном, – он помолчал, задумчиво разглядывая Айвена и Теж. – Заметьте, может пройти не одна неделя, прежде чем откроется окно. Мы не вправе откладывать ни режимные, ни срочные мероприятия ради этой любезности.
Теж кивнула, стараясь всем видом показать, что она готова к сотрудничеству. Нищим не пристало привередничать.
– Внешняя линия охраны Айвена уже предупреждена о новом уровне угрозы, – продолжил император Грегор.
– Если… если агенты синдиката выследят нас здесь, ваши люди смогут их задержать? – спросила Риш.
Темные брови Грегора приподнялись:
– Ожидается, что они способны остановить угрозу и пострашнее.
– Если только не действуют вслепую, – вставил Братец. – Вам необходимо дать этим бедолагам из охраны все шансы защитить вас. А это значит – не утаивать никакой информации, так?
Теж кивнула. Горло у нее перехватило. Айвен Ксав почувствовал, как дрожит ее рука в его пальцах, и обеспокоенно нахмурился. Она же со всей ясностью вспомнила, как погиб их телохранитель на станции Фелл. Она едва знала этого человека, и все же… Теж никогда не стремилась к власти в Доме, к играм, в которые играли ее родители, по множеству причин – и одной из них было то, что ей не хотелось, чтобы за ее жизнь платили чьей-то еще. Может, этого все равно не избежать. Иначе зачем нужна армия и полиция в таких спокойных местах, как Пол или Комарра? Глобальная защита, совокупно осуществляемая всем обществом, вместо индивидуальной для тех, кто в состоянии себе ее позволить. И даже без платы вперед, которую обычно требуют и получают за свой риск телохранители и охранные службы на Джексоне.
Тут впервые за вечер подал голос охранник у дверей в прихожую:
– Сейчас семнадцать тридцать, сир.
– Уже? – Тот Самый Грегор глянул на свой наручный комм и перевел извиняющийся взгляд на Теж, Риш и Айвена. – Боюсь, мне придется с вами расстаться. Я должен перекинуться еще несколькими словами с моим Аудитором, прежде чем мы разъедемся в разные стороны.
Леди Катерина грациозно поднялась.
– Возможно, Теж и Риш будет приятно немного посмотреть особняк, пока ты не увез их домой, Айвен? И я могла бы показать им барраярский сад.
Айвен Ксав согласно кивнул, они все трое попрощались – ничем не погрешив против этикета, как надеялась Теж – и вышли из библиотеки вслед за хозяйкой дома.
В вестибюле Риш снова замедлила шаг, не сводя глаз с пола. Ее руки дрогнули, точно она хотела то ли склониться и коснуться простертого под ногами шедевра, то ли закружиться на нем в танце.
– Это ведь недавно выложено? – поинтересовалась она у леди Катерины. – Так прекрасно. И неожиданно. Работа выглядит новой…
Довольная леди Катерина улыбнулась:
– Когда мы с Майлзом только поженились, он принялся меня убеждать, что я должна наложить на особняк какой-то собственный отпечаток – ну, не считая сада. Мне потребовалось время, чтобы решить, что именно. Но однажды свекровь рассказала мне, о каких несчастьях ей всегда напоминает черно-белая мраморная плитка, которая лежала тут на полу… о, не одно десятилетие. И мне пришла в голову эта идея, – жест сверху вниз обозначил все, от роскошного пола до покрытых буйной растительностью стен. – Я родилась и выросла на Южном континенте, а мелкая мозаика из натурального камня – это наше местное искусство, как на Севере – инкрустации из дерева. У нас есть одна знаменитая художница, работами которой я восхищалась многие годы, но не могла себе их позволить. Она уже почти ушла на покой, но в один прекрасный день Майлз просто взял и полетел на Южный континент и там буквально выкрал несчастную женщину. Мы с ней проработали все ботанические детали вместе. На разработку рисунка и его воплощение потребовался целый год, да еще пришлось ездить в наш Округ, чтобы подобрать как можно больше подходящего камня. Здесь изображена смешанная экосистема, барраярская и земная – именно так, как это устроено в окрестностях Форкосиган-Сюрло, у подножия гор.
Айвен Ксав со смешком поделился:
– Когда этот старый пол разломали, куски камня сразу разобрали на исторические сувениры. Я потом видел, как они уходили на аукционе за совершенно несоразмерные суммы. Если бы ты, Катерина, сама занялась распродажей, то окупила бы всю свою переделку и еще в прибыли осталась.
Она тоже рассмеялась, но ответила:
– Подозреваю, что начинать лучше с чистого листа.
Она повернулась к Теж:
– А знаете, графиня Корделия Форкосиган – очень близкая подруга матери Айвена. Корделия часто рассказывала мне, каким сокровищем в первое время на Барраяре для нее, инопланетной невесты, оказалась женщина-друг, научившая ее здешнему образу жизни – ну, всем тем вещам, о которых мужчины и понятия не имеют. Что ж, время сейчас мирное. Но, быть может, когда мы с Майлзом вернемся с Сергияра, мы с вами снова увидимся?..
Это было предложено так душераздирающе сердечно… Теж улыбнулась, но покачала головой:
– Мы не рассчитываем пробыть здесь так долго.
– А-а, – леди Катерина с любопытством покосилась на Айвена Ксава. – Как жаль. Что ж, давайте тогда просто прогуляемся по тому крылу, где у нас большая столовая, потом выйдем с заднего крыльца, обогнем особняк и попадем в мой сад…
Ступая на землю Барраяра, Теж предполагала, что станет считать дни до того момента, когда сможет удрать отсюда. Прошло меньше двух суток, и предстоящий через несколько недель отъезд, пусть пока смутный и неопределенный, стал казаться ей преждевременным. Словно вся эта окаянная планета пытается ее соблазнить… Странная мысль. Теж выбросила ее из головы, крепко взяла Айвена Ксава под нерешительно предложенную руку и двинулась вслед за хозяйкой дома.
ГЛАВА 11
Немного отдохнуть давно не мешало всем троим. Весь следующий день после нелегкой беседы с Грегором Айвен и его гостьи провели, не выходя из квартиры. Казалось, женщин вполне устраивало ограничить изучение Барраяра безопасной виртуальной реальностью на комме, а что касалось питания, у Айвена в адресной книге имелся внушительный список контактов доставки готовой еды на дом для холостяков. И лишь спустя еще день, в беседе за поздним завтраком, он неожиданно выяснил, что дамы не желают высовывать нос на улицу не из недоверия к его охране, но потому, что им не нравится его машина. Мысль нанять на эту неделю транспорт попросторнее оказалась удачной и была встречена аплодисментами. Айвен с девушками как раз обсуждали предложенный им список интересных мест и достопримечательностей в Форбарр-Султане и окрестностях, когда их прервал звонок в дверь.
Внезапно встревоженные Теж и Риш дернулись обе разом.
– Нет, нет, все нормально, – успокоил их Айвен, дожевывая последний кусочек синтезированной ветчины и вставая. – Пришел кто-то проверенный, из моего списка допуска, иначе консьерж снизу позвонил бы и попросил разрешения его впустить.
Но «проверенный» отнюдь не значит «тот, кого я желаю видеть», решил Айвен, когда посмотрел на монитор и обнаружил в коридоре Байерли Форратьера, который оглядывался и нервно барабанил пальцами по шву брюк. Может, настало время пересмотреть список допуска и исключить оттуда кое-какие имена?.. Айвен припомнил, что все эти неприятности начались точно таким же образом, и дверь открыл неохотно. Он впустил Бая, точно посыльного, который вместо деликатесов доставил тебе целую сумку змей. «Нет уж, Бай, никаких тебе чаевых».
Бай был идеально аккуратен, опрятен и ухожен, но взгляд имел затравленный.
– Привет, Айвен, – объявил он, протискиваясь мимо него в квартиру. – Вы все до сих пор здесь? Ага, отлично. Привет, Риш, Теж, – он помахал женщинам, все еще сидевшим за обеденным столиком. Те навострились и с интересом помахали ему в ответ. Бай выбрал себе стул и со вздохом уселся.
– Если ты рассчитываешь спрятаться тут от моей матери, место не самое удачное, – заметил Айвен.
– Поздно. Милосердия ради, дай мне выпить.
– Разве по твоим часам сейчас не раннее утро? Пить до завтрака – признак серьезной деградации, сам знаешь.
– Ты понятия не имеешь, что такое настоящая деградация, Айвен. Только что твоя мать имела со мной весьма продолжительную беседу. Это было ужаснее, чем мой итоговый доклад в СБ, при том, что тот занял целый день.
Айвен сравнил запасы своего милосердия с искушением остаться безжалостным. Милосердие с трудом, но перевесило, и он протянул Байерли чистый бокал, чтобы тот мог налить себе стоящего на столе шампанского или апельсинового сока. Байерли явно был не в том настроении, чтобы привередничать, поскольку он просто плеснул себе напитка, даже не посмотрев на этикетку, отхлебнул первый глоток и лишь тогда приподнял бровь, запоздало оценив сорт.
– Я-то думал, тебе хватит ума от нее куда-нибудь скрыться, – заметил Айвен, снова усаживаясь на место.
– Шансов не было. Едва я вчера вышел из катера в космопорте Форбарр-Султаны, как взвод СБшных громил у всех на глазах арестовал меня и вывел оттуда в наручниках.
– Неужели мать Айвена Ксава так поступила с вами? – поразилась Теж. – За нами она просто прислала Кристоса с машиной.
Байерли оценил:
– Считай, почти то же самое. Но, вообще-то, это не она. Это моего куратора осенила светлая мысль доставить меня на доклад со всеми предосторожностями, раз скандал с Формерсье попал в газеты. Официальная версия – насчет махинаций братцев я не в курсе, просто был поставщиком провизии для вечеринки на яхте. Ну, напитки, наркотики, девочки и все такое.
– Девочки? По-моему, тот, кто их поставляет, зовется по-другому, Бай.
Бай пожал одним плечом.
– Они же на самом деле – мои коллеги-агенты. В СБ поняли, что зачастую лучше вербовать профессионалок, давая им тем самым возможность подняться по социальной лестнице в обмен на лояльность, чем уговаривать уже подготовленных агентов на… ну, понимаешь. Едва мы расстались после твоей свадьбы, как я тут же позвонил им и сообщил, чтобы они к чертовой матери валили с яхты Формерсье на орбитальную пересадочную станцию, якобы прошвырнуться по магазинам, там и встретимся. Про магазины – это наша кодовая фраза на случай, когда дело дрянь. Когда вы с Деспленом поднимались на борт «Канзиан», мы втроем уже садились на коммерческий рейс к Барраяру. Впрочем, адмиральская скачковая шлюпка обогнала нас по пути сюда – корабль попался не из самых быстрых. И каюта далеко не люкс. Пришлось там ютиться втроем, – на физиономии Бая мелькнула усмешка. – Зато за экономию нас похвалили. У СБ как раз случился очередной приступ хронических бюджетных колик.
– Что, ты прямо спать не мог? – съехидничал Айвен. – Жизнь Имперских хорьков полна лишений. Ты и две симпатичные девочки по вызову, запертые вместе на целых восемь дней в крошечной каюте, где совершенно нечем заняться… Должно быть, это оказалось настоящим адом.
– Почему женечем, – пробормотал Бай, отпивая по глотку шампанского и сока, – нам надо было еще рапорты написать…
– А что такое «девочка по вызову»? – уточнила Теж, озадаченно наморщив лоб.
– Гм… – Айвен поискал нужный перевод. – Что-то вроде бетанского лицензированного сексуального терапевта, только ни лицензии, ни терапии.
– А! – нахмурилась она. – Вроде бесклановых секс-работниц. Выглядит не слишком безопасно.
– Так оно и есть, – согласился Бай. – Работа не для тех, кто чурается риска, позволю себе заметить.
– Вроде работы информатора? – уточнила Риш со своей синей улыбочкой.
Бай отсалютовал ей бокалом и выпил до дна.
– Имеются определенные параллели. А уж когда плюс к этому занятию ты еще и информатор… Вы должны понимать, почему я остерегался их оттуда выдергивать, пока топор не начал опускаться.
Риш хмыкнула, оценивая его в новом свете.
– Итак, сегодня СБ выпустила меня на волю, якобы после целой ночи мучений, нахождения в узилище и допроса под фаст-пентой без всякого моего согласия, в результате подтвердив, что к преступлениям Формерсье я непричастен. В глазах общества я выгляжу дурак дураком. Это еще ничего… – Бай смерил Айвена хмурым взглядом и добавил: – За несколько месяцев скрупулезной и, я бы сказал, утомительной работы по делу Формерсье мне вынесли благодарность и подняли ставку жалования.
– Поздравляю! – похвалила его Риш. – Правда… вид у тебя не особенно довольный?..
Губы Бая скривились в усмешке.
– Потому что я тут же получил выговор и был снова понижен в жаловании за то, что вовлек в это дело тебя, Айвен.
– О! – Айвен чуть было машинально не прибавил «извини», но успел сообразить, что это не еговина. Он что, просил Бая подыскать ему невесту? Нет. К тому же по ходу дела его самого парализовали, связали и поставили под угрозу ареста и/или ядовитого адмиральского сарказма.
– Понимаешь, они специально так делают, – с грустью признался Бай. – Если бы меня сначала наказали, а потом наградили, или совсем никак не отметили, ни в плюс, ни в минус, эффект не оказался бы настолько болезненным. И сильным.
Риш, кажется, озадачилась, но Айвен ее заверил:
– За него не волнуйся. Жалование Бая постоянно скачет вверх-вниз. Считай это случайными колебаниями при общей тенденции к повышению.
– Но по темпам это какой-то новый рекорд, – проворчал Бай.
Теж, по-прежнему задумчивая, вдруг поинтересовалась у него:
– Как человек становится шпионом?
Темные брови Бая дрогнули, он усмехнулся:
– Что, хочешь попробовать сама? Часть кандидатов отбирают из рядов Имперской Службы. Хорошие люди, на свой лад, но, скажем так, страдают определенным однообразием взглядов на жизнь. А другую часть целевым образом вербуют среди гражданских, как правило, за наличие какого-то особого опыта.
– А как завербовали тебя? – спросила Риш.
Бай сделал в воздухе жест бокалом, точно говоря «а ты что думаешь?».
– Мой путь был отдельным. Меня постепенно вербовал действующий агент Департамента Внутренних Дел. Когда я приехал в столицу, мне еще двадцати не было, и я стремился как можно проворнее скатиться в ад, на свой собственный лад неоперившегося новичка. Айвен и его братия зовут нас городскими шутами, кажется. Это был не особо оригинальный период в моей жизни. Не скажу, что я случайно связался с дурной компанией, скорее специально нашел таковую, но среди червивых яблочек в этой корзинке оказалось одно здоровое. Этот человек получил от меня некоторые услуги, его всё устроило, и он всё чаще стал давать мне всяческие мелкие поручения, потом не такие уж мелкие, проверял… – Байерли что-то вспомнил и поморщился, явно не желая вдаваться в подробности. – А в один прекрасный день он сделал мне предложение, которое меня уже не удивило – хотя задним числом объясняло многое. Я прошел в СБ несколько коротких обучающих курсов, а остальному учился на практике. И… э, плюс еще кое-какой нечаянный опыт.
Бай налил себе еще шампанского и сока. Определенно, ему не хватало витаминов.
– Что возвращает нас к нынешней минуте. Нам надо…
– Погоди, ты пропустил встречу с моей матерью, – сообразил Айвен.
– Пропустил? Если бы я мог! Похоже, она была и без меня отлично осведомлена. Я пытался объяснить, что без моих свидетельских показаний вполне можно обойтись, однако она настаивала, что должна взглянуть на проблему с еще одной точки зрения. Так вот, о чем я… Прежде, чем кто-либо из вас объявится в Форбарр-Султане – то избранное общество, которое с вами уже познакомилось, не в счет – мы должны согласовать наши версии того, что же случилось на Комарре.
Айвен не удивился.
– А-а. Значит, ты снова не просто со светским визитом заглянул.
– Это вряд ли, – из-под ресниц Бай стрельнул взглядом в Риш. – Ты прав… почти, хотя об этом позже. Мое прикрытие не полетело ко всем чертям, и я не лишился средств к существованию только чудом, поэтому хотелось бы, чтобы так оставалось и далее.
Резонные опасения. Айвен кивнул.
– Краткая версия: Теж, Айвен встретил тебя на Комарре, когда пришел отправить свою посылку. Вы не отказали себе в скоропалительном романчике, а когда комаррское Бюро Иммиграции внезапно пригрозило тебе депортацией, он в приступе благородства на тебе женился.
Теж наморщила нос:
– Но почему?
– Потому, что ты красавица, ты была в опасности, и я не успел с тобой переспать, – пояснил Айвен. – Звучит достаточно просто.
Байерли склонил голову:
– Знаешь, Айвен, ты в этом деле неплохо выкрутился, вплоть до последнего… ладно, неважно. Главное – правдоподобие. Кстати о нем: мне сообщили, что на время своего пребывания на Барраяре Теж и Риш могут не маскироваться. Как говорится, делать нечего: вы трое оставили за собой такой след, что подчистить их имена в записях задним числом практически невозможно. Натоптали, как целый императорский парад с оркестром и слоном. Знатные, но обездоленные беженцы, которые спасаются от кровавого дворцового переворота – такое барраярцы точно проглотят, не бойтесь. Даже если ваше джексонианское происхождение по-прежнему будет им казаться подозрительным.
Он смерил Айвена взглядом и задумчиво добавил:
– Там, на Комарре, тебе просто повезло, так? Ты припер меня к стенке и заставил открыто выступить свидетелем, когда тебе вдруг таковой понадобился. Я вот думаю, может, ты тогда был пьян?
– Это на рассвете-то? – возмутился Айвен. – Вот еще! Хотя… лучшего свидетеля не пожелаешь, дружище, – добавил он с фальшивой сердечностью.
– Чтобы окончательно запятнать мою репутацию в этом качестве? Ни за что!
– Другими словами, – медленно проговорила Теж, – это практически та же история, которую мы рассказывали всем. За исключением адмирала Десплена, леди Форпатрил, Саймона Иллиана, лорда и леди Форкосиганов, императора Грегора…
Она осеклась, очевидно, поняв, что для тщательно оберегаемого секрета список тех, кто его все-таки знает, выходит слишком длинным.
– Все в порядке, – заверил ее Айвен. – Перечисленная тобой компания вместе владеет таким количеством тайн, что я и представить себе не могу.
– Перейдем к моим заботам, – продолжил Байерли. – Риш, в целях скорейшего и максимально широкого распространения нужной легенды я хочу обратиться к тебе с просьбой. Не соблаговолите ли вы нынче вечером посетить вместе со мной один небольшой прием, мэм? И, может быть, сначала поужинать?
– Выйти отсюда?! – при этих словах зрачки у Риш стали огромными, встревоженными и жаждущими одновременно. – На свидание? С тобой? На Барраяре?
Байерли покачал раскрытой ладонью вверх-вниз.
– Не то, чтобы это было свидание… Мне нужно всем и каждому громко пожаловаться, насплетничать, наврать и обругать Тео Формерсье и Имперскую СБ – вместе и по отдельности. Нелегкая работенка, но кто-то должен ее выполнить.
– А как быть с моим… – Риш провела рукой сверху донизу, вдоль своего стройного тела, – … не совсем обычным видом?
– Он еще больше отвлечет взгляды и умы, пока я буду делать свою скучную работу и сеять… полезную дезинформацию. Знаменитая артистка-инопланетница, беженка, связанная с таинственной любовной историей – возможно, даже скандалом – в которую вовлечен отпрыск одного из самых степенных семейств высшего форства… Гарантирую, ради того, чтобы прикоснуться к этой тайне, они наплюют на все свои предрассудки. Да еще в компании самого обаятельного из ненаследных Форратьеров. Наша аудитория определенно будет сгорать от любопытства.
Он улыбнулся. Айвен просто оскалил зубы, но Байерли это проигнорировал, развивая тему:
– К тому же, с этой минуты они начнут к тебе привыкать. Это даст тебе шанс позже увидеть кусочек Барраяра не в степенной до скуки компании Айвена.
– Вовсе я не степенный! А твоя пресловутая компания не пригодна для… да вообще ни для чего не пригодна!
Риш подняла золотые брови и тихо хмыкнула. Долгое мгновение она разглядывала Байерли прищуренными, оценивающими глазами. Ноздри у нее трепетали, да неужели?
– Начинать надо с малого. Полагаю… да, я согласна.
– Я верю, что ты найдешь этот вечер небезынтересным, – торжествующе промурлыкал Бай. – А я буду счастлив выслушать твои наблюдения.
– Что мне следует надеть?
– О! Под этой лазурной кожей бьется воистину женское сердце. Глэм-кэжуал плюс что-нибудь эффектное, и будет прекрасно. И капелька экзотики не помешает.
Айвен подумал, что экзотики в ней и без того хватает, но Риш лишь подтвердила:
– Это мне по силам.
Айвен старался справиться с беспричинной досадой. Он Риш не муж и не опекун. Однако кого станут винить, случись с ней что-нибудь скверное? «Ага». С другой стороны, они с Теж на целый вечер получат квартиру в свое полное распоряжение. Они смогут заказать еду, и… и Айвен, наконец, выдавил:
– Ладно… ладно, но она у меня служит, и если ты собираешься бросить ее на глубину, то, черт побери, убедись, что проинструктировал ее лучше, чем в свое время меня!
Байерли поставил на стол опустевший бокал и приподнял бровь:
– Айвен, я что, учу тебя, как в Генштабе работать?
Пока Айвен шипел и брызгал слюной, Бай ухмыльнулся, договорился с Риш, когда он за ней заедет, встал и фланирующей походкой удалился – все в его фирменном стиле. Определенно, литр лучшего айвеновского шампанского помог ему расслабиться.
Айвен проводил нежданного гостя и запер за ним дверь. Когда он вернулся, Риш с Теж уже допивали остатки свежевыжатого апельсинового сока и смотрели на него с любопытством.
– Так… значит, Бай – би? – поинтересовалась Теж. – В смысле, бисексуал.
– Насчет предпочтений Бая я не в курсе, – твердо заявил Айвен. – Не знаю и знать не желаю.
– А разве сложно было учуять? В ту ночь на Комарре, когда он впервые пришел, – уточнила Риш. Уточнила исключительно у Теж, как горячо надеялся Айвен. – Последние несколько дней выдались у него тогда весьма занятыми. Что было раньше, не скажу, запахи слишком размылись.
– Он нас тогда совсем запутал. Во всех смыслах, и в этом тоже, – заметила Теж.
– Еще бы. Хотя я назвала бы это «озадачить», а не «запутать». Впрочем, даже мне было не угадать, случились ли эти сексуальные связи одновременно или одна за другой, ради дела или развлечения, получал он от них удовольствие или просто терпел…
– Я сказал, не желаю знать! – повторил Айвен, хотя уже не так громко. Он вспомнил еще об одном важном предостережении. – Ты понимаешь, что Байерли почти наверняка получил от своих кураторов приказ за тобой наблюдать? Слежка – его конек. А как проще всего приглядывать за тобой, если не самому пригласить на вечер?
Риш ухмыльнулась и встала.
– Не вижу, почему бы человеку еще и не получить удовольствие от своей работы?
И выплывая из комнаты, словно экзотическая голубая орхидея, уносимая волнами реки, она бросила через плечо:
– Пойдем, Теж. Поможешь мне разобраться в этом сумасшедшем барраярском гардеробе.
Теж на мгновение задержалась в дверях, чтобы шепотом утешить Айвена:
– Риш обожает, когда на нее смотрят. Она прекрасно проведет время.
И, весело фыркнув на манер закипающего чайника, она поспешила вслед за Риш.
Вдруг Айвену пришел на ум куда более неприятный резон. Что, если Риш нужна Баю не как прикрытие, а как приманка? Чтобы эффективно выманить киллеров синдиката на свет божий, где СБ сумеет их засечь и прижать к ногтю?
Что ж, мрачно решил он, так или иначе, но СБ в этом деле участвует.
* * *
Этой ночью Риш вернулась в квартиру очень поздно, и, к тайному смущению Теж, Айвену Ксаву пришлось вставать, чтобы впустить ее. Ее, но не Байерли, проводившего Риш до двери: того он послал подальше, громко досадуя, что кое-кто не дает людям спать по ночам. Ответные реплики Бая звучали весьма похабно, что не прибавило Айвену Ксаву хорошего настроения. На следующую ночь он дал Риш с собой пульт-брелок от входной двери. На сей раз Байерли ее повез не на вечеринку, а на танцевальное выступление, которая давала какая-то гастролирующая фолк-труппа с запада континента (давняя, явно позабытая родина Бая). На третью ночь Риш просто позвонила с наручного комма Бая и передала Теж, чтобы та ее не ждала и ложилась – она вернется только завтра днем. Айвен Ксав что-то бессвязно проворчал.
Однако на это утро приходился его день рождения – событие, которое Теж ждала с растущим любопытством. Они встали еще до рассвета и оделись скорее официально: Айвен Ксав в первый раз за всю неделю отпуска облачился в свой зеленый капитанский мундир. Завтракать они не стали, только выпили чаю, а потом Айвен Ксав усадил Теж в свою спортивную машину и повез ее по темным, тихим улицам. Ехать было недалеко. Слава богу, он вел машину без лихачества, хотя Теж не знала, что тому виной: сумерки или предстоящая торжественная церемония.
Про саму церемонию Айвена Ксав рассказал всего ничего: что это некие традиционные барраярские поминки по его покойному отцу, в которые, очевидно, входит жертвенное сжигание пряди волос – слава богу, не прямо на голове, с облегчением уверилась Теж.
Они въехали на улочку, вдоль которой теснились старые, низкие, обветшалые дома; там уже стояла машина муниципальной стражи с включенной мигалкой. Пара стражников как раз ставила световые заграждения по обе стороны от вделанной в мостовую бронзовой таблички. Айвен Ксав нацелился на парковку, и сержант стражи заспешил было к нему, делая отмашку уезжать, но тут узнал машину и ее водителя и замахал уже приглашающе.
– Капитан Форпатрил, сэр! – откозырял стражник, пока Айвен Ксав помогал Теж выйти из машины. – Мы только что все для вас приготовили.
Айвен кивнул:
– Как всегда, спасибо, сержант.
Стоя на тротуаре в промозглых осенних сумерках, Теж огляделась.
– Значит, здесь погиб твой отец?
Айвен Ксав показал на табличку, которая ярко блестела в кружеве оранжевого света и теней, сотканном уличными фонарями.
– Прямо здесь, если верить маман. Его застрелили СБшники узурпатора Фордариана, когда они вместе пытались бежать из города.
– Погоди, она была здесь? Вот прямо здесь? В этот момент?
– О, да, – он зевнул, сонно уставившись вдаль, но встрепенулся, когда в квартал свернул длинный, блестящий, уже знакомый Теж лимузин. Муниципальный стражник с отработанной исполнительностью указал машине жезлом на специально оставленное для его парковки место, а затем откозырял прибывшим. Леди Форпатрил приехала в сопровождении, или в компании, Саймона Иллиана; замыкал процессию шофер Кристос с большим, позвякивающим тканевым мешком.
Полицейские замерли навытяжку в почтительном отдалении, когда Кристос опустился на колени, чтобы установить на мостовой рядом с табличкой извлеченные из мешка бронзовый треножник и чашу. Затем, кивнув своей госпоже, он отошел в сторону, к страже – они поздоровались, о чем-то вполголоса переговорили, и один из стражников поспешил к перекрестку дальше по улице, чтобы перенаправить дорожное движение.
– Доброе утро, Айвен, – приветствовала леди Элис своего сына. – С днем рождения, дорогой, – она крепко его обняла, а он самым дежурным образом чмокнул ее в щеку.
