Текст книги "Рыжий наследник (ЛП)"

Автор книги: Лиза Генри

Соавторы: Сара Хоней
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

– Что?

Ада пожала плечами.

– Никогда не видела, чтобы благородные с таким трепетом относились к подданным, вот и все, Ваша Светлость.

– Ну, четыре года в камере несколько изменили мои взгляды. Я научился больше думать о маленьких людях.

Ада ухмыльнулась.

– Пять.

– Прости?

– Вы были в камере пять лет.

– Ну конечно, – сказал Лот, не отступившись под ее всезнающим взглядом. – Пять лет.

– Поговорим об этом позже, – Ада вытянула руку и ударила его по плечу, потом поднялась на ноги. – Пойду, поищу еще картошки.

– Отличная идея, – сказал Лот. Он подумал было о том, чтобы помочь, но не смог заставить себя встать. Слишком уж приятно было лежать рядом с Квином. Так что он закрыл глаза и провалился в сон.

Глава Двенадцать

Лот проснулся от тычков Скотта; по ощущениям сам себе он в этот момент напоминал дерьмо. Сонно моргнув и нахмурившись, он, наконец, смог принять сидячее положение.

– Что? – огрызнулся Лот.

Скотт разбудил его в самой лучшей части сна – в ней фигурировал грязный алхимик, Квин и пуховый матрас. Теперь он никогда не узнает, чем там все закончилось.

Пока не найдет матрас.

– Завтрак, Ваша Светлость, – протянул Скотт тарелку, и аромат печеного картофеля немного его успокоил. Квин уже проснулся и с набитым ртом сидел над собственной тарелкой. Похоже, непристойные звуки ворвались в сон с его подачи.

Лот наклонился, легонько толкнул Квина и кивнул на тарелку:

– Мне стоит ревновать?

Квин прервал пищевой акт, чтобы высунуть язык, и вернулся к скудному пиршеству.

– Неподобающе вести себя так рядом с принцем! – прошипел Скотт со смущением. – Не тычь в него языком!

Лот сдержал смех и сказал:

– Вообще-то, Кью, можешь тыкать в меня чем угодно. Не только языком. Это улица с двусторонним движением.

Глаза Квина расширились, и он подавился картошкой, покраснев как свекла, и Лот решил, что ради такого проснуться стоило. Квин продолжал бросать на него косые взгляды, словно не мог понять, серьезен ли Лот, так что, как только Скотт отошел, Лот тихо добавил:

– Серьезно. Если вдруг захочешь попробовать… – больше слов не требовалось.

Квин опустил голову с горящими щеками, осторожно сглотнул и кивнул, не доверяя собственным словам. А может, все дело в забитом картошкой рте.

Поев, они расстелили спальный мешок, спрятали его в тень, подальше от солнечного света, и приготовились к дневному сну. Остальные, за исключением Калариана, сделали то же самое.

– Я возьму первую вахту, – сказал он. – Скотт, можешь меня сменить.

– Почему я? – заскулил тот, как капризный малыш, потирая глаза. – Я устал!

– Потому что ты наш славный лидер, не забыл? – сухо сказал Калариан, и Скотт промолчал.

Лот устроился рядом с Квином и притянул его к себе. Квин мурлыкнул и качнул задницей, заставив Лота напрячься и зашептать ему на ухо:

– Осторожней, милый. Я бы на твоем месте поостерегся, если тебя, конечно, не смущает аудитория.

– А что не так? Кто смотрит? – продолжил Квин, и Лот задался вопросом, когда это его маленький капризный червячок стал таким смелым, пока не вспомнил… Ох, точно. Когда он впервые его трахнул.

– Ну, во-первых, корова и две козы. А еще уши-летучие мыши, – сказал он с тихим смешком.

Словно по сигналу, Калариан крикнул:

– Не обращайте на меня внимания!

Вот только Лот знал, что Квин не был серьезен – больше всего на свете им двоим сейчас требовался сон. Напомнив себе об этом, он обнял парня за талию и пробормотал:

– Давай спать.

Так они и заснули.

Лот не знал, сколько они проспали, но, поднявшись на ноги, почувствовал усталость и боль во всем теле. Он, и правда, был уже не в том возрасте, чтобы спать на земле. Квин, потягивавшийся, как кошка, похоже, с такой проблемой не столкнулся.

Темнело. Дейв охранял брешь в живой изгороди, Пай сидел у него на голове. Стоило дракону увидеть проснувшегося Квина, как он защебетал и полетел ему на встречу, как огромный шмель. Дейв поплелся следом.

– Ты ему нравишься, – лучезарно улыбнулся он Квину, клыки засияли в позднем золотистом свете.

– Он мне тоже, – Квин взял дракона в руку и стал водить пальцем по его позвоночнику. Пай выгнулся и одобрительно взмахнул крыльями. – До Пая я никогда не видел драконов.

– Они очень редкие, – сказал Дейв. – Поэтому и яйца такие дорогие.

– Знаешь, говорят, что драконы очень могущественны, мудры и добры, – сказал Квин. – Говорят, они ненавидят тиранию и зло и уничтожают их везде, где найдут.

Пай радостно вздрогнул от его прикосновения, и Лот прекрасно понимал, что тот чувствовал.

– Пай определенно могущественный, мудрый и добрый, – сказал Квин, улыбнувшись дракону. – Но не могу представить его, сжигающим дотла города.

– Однажды он подпалил осу, – с гордостью сказал Дейв.

– Хорошая работа, Пай! – Квин почесал дракона под подбородком.

– Но это могла быть случайность, – признал Дейв.

– Уверен, это была не случайность, – улыбка Квина стала шире, стоило Паю надуться и выдать пару искр, растворившихся в ладошке Квина. – Ты большой и страшный дракон, да, Пай?

Так. То, что Квин подбадривал дракончика, никак не могло вызвать у Лота эрекцию, и все же вот она – член напрягся в штанах от чертового очарования. Лот отвернулся и, прикрывшись подтягиванием, постарался взять себя в руки. А когда снова повернулся, Пай изо всех сил рвался под рубашку Квина, и Лот не мог его винить – он бы и сам так поступил, имей нужный размерчик.

Ада подошла ближе.

– Так что, в Каллиер мы дня через три попадем?

Лот посмотрел на Квина, и тот кивнул.

– Да, через три, – сказал Лот.

– Отлично, – нахмурилась Ада. – Получу оплату и свалю от вас к чертям подальше. Пованивает это дельце.

– Из-за Скотта? – спросил Дейв. – Потому что я толкнул его в болото после того, как он проехался по дерьму.

– Это я метафорически, – сказала Ада, и выражение ее лица смягчилось.

– В это я его не толкал, – сказал Дейв. – Если от него и воняет этим, то в эту лужу он упал сам.

Лот оставил объяснения Аде, а сам подошел к Калариану с лошадьми. Квин пошел следом.

– Что-то подозрительное было на твоей вахте? – спросил Лот.

– Нет, – слез Калариан с лошади. – Только два фермера с телегами и трехногая собака. Никто из них меня не заметил. Может, это и главная дорога, но так далеко от Каллиера никто не забредает.

– Ты уже бывал в Каллиере? – неожиданно спросил Квин. – Вы оба?

Калариан покачал головой.

– Я нет. Скотт никогда не покидал Делакорт, а Ада терпеть не может пересекаться с людьми, так что я и представить не могу, чтобы она забрела так далеко на юг. Дейв даже не знает, что такое мощенная дорога – он спросил меня, как камни научились выстраиваться с линию – так что думаю, никто тут не видел этого города. – Он перевел взгляд на Квина. – А почему ты спрашиваешь?

– Просто интересно, – сказал Квин. – Должно быть, покровитель предложил большую сумму. Ада не согласилась бы на дело за голяк, а драконьи яйца Дейва недешевые. Мне просто интересно, почему кто-то с таким состоянием выложил монету за безумный план по спасению принца, а не для того, чтобы, ну, знаете, поднять армию против Дума. Или хотя бы убийцу нанять.

– Нельзя просто взять и убить короля, – сказал Калариан.

Квин нахмурился.

– Он не король.

– Неважно. Я просто пытаюсь сказать, что нельзя убить важную шишку, не найдя, кем ее заменить, – сказал Калариан. – Люди слишком глупы и любят подчиняться. Они понятия не имеют, что делать, когда нет того, кому бы они могли кланяться. – Он кивнул Лоту. – Тут-то ты и выйдешь на сцену. Отведем тебя в город, уберем с насеста Дума и вернем тебя на трон. Они будут просто счастливы. Идиоты, – добавил он себе под нос.

– Или он убьет меня во время аудиенции. Или просто убьет и заявит права на трон, – указал Лот.

Калариан на мгновение задумался.

– Ага, и так можно. Коварный какой! Из тебя бы вышел отличный Мастер Дома. – И добавил в ответ на непонимающий взгляд Лота. – Это тот, кто управляет игрой в «Домах и Людях». К слову пришлось о поворотах сюжета!

– Моя жизнь – не поворот сюжета!

– Хм, как бы ещё он мог тебя убить? – задумался Калариан и вдруг воскликнул: – Стойте… бандиты!

– Да, это был бы неплохой способ, но ты слишком много времени уделяешь планированию моей смерти, – проворчал Лот, прежде чем Калариан толкнул его в изгородь.

– Нет… Тш-ш… Слушайте. Бандиты! Я слышу бандитов.

– С чего ты взял, что это бандиты? – прошипел Лот.

– Я слышу лязг оружия. Никто не носит на себе столько металла, если только не замышляет что-то плохое, – прошептал Калариан. – И они сворачивают сюда с дороги!

Раздался глухой удар и шелест листьев – это Квин кинулся к живой изгороди. Лот инстинктивно притянул его к себе, Калариан выглянул из укрытия. Похоже, Дейв и Ада почувствовали, что что-то неладно, потому что завытягивали во все стороны шеи, силясь увидеть, что происходит. Скотт, естественно, ничего не заметил, так что Аде пришлось ударить его ногой по голени, но было уже слишком поздно.

Бандиты пробрались через брешь в изгороди и заметили их. Их было семеро, все в коже и, да, с кучей мечей, ножей и других вещей, названия которых Лот не знал, но которые определенно ему не нравились. Как и сказал Калариан, все это добро позвякивало при каждом шаге. Их предводитель подошел к Скотту и поднял его одной гигантской рукой за воротник, так что у того ноги оторвались от земли.

– Где принц? – спросил он.

– В изгороди! – пискнул Скотт, указав пальцем.

Мелкий кусок дерьма.

Позади Лота раздались шаги – Калариан двинулся навстречу опасности, поразительно быстро покрыв разделяющее его и бандитов расстояние широкими шагами. Потом остановился, и стрела пролетела по воздуху прямо в бедро бандита. Тот взвыл и упал на одно колено.

– Черт, промазал, – пробормотал Калариан и остановился, чтобы натянуть новую стрелу и сделать второй выстрел. На этот раз он не промахнулся, и человек рухнул на землю, булькая и хватаясь за древко, торчащие из горла.

– Принц! – закричал лидер, яростно встряхнув Скотта. – Нам нужен принц!

– Рыжий! – всхлипнул Скотт, и, ох, если им удастся это пережить, Лот оставит пинок прямо на его перекошенных яйцах.

Лидер бандитов отшвырнул Скотта и с довольным видом ударил его ногой. Потом повернулся к своим людям:

– Чего ждете? Хватайте рыжего! – крикнул он. – Остальных убейте!

– Их двое! – отозвался бандит с повязкой на глазу. – Двое рыжих!

– Тогда хватайте обоих!

Одноглазый рванул вперед, схватил Квина, заломил ему руку за спину и потащил прочь, прочь от Лота, и Лот вдруг с удивлением понял, что ринулся с места. Вот только не от опасности, как делал всю жизнь, а прямиком к бандитам, в голове крутилась только одна мысль – спасти Квина. «Храбрость, – подумал он. – Или глупость?» Ни в том, ни в другом опыта у него не было.

Остальные бандиты, переминающиеся с ноги на ногу и глядящие на тело павшего товарища, казалось, взяли себя в руки и побежали вперед ревущей, грохочущей стеной кожаных доспехов и оружия с выставленными наизготовку мечами. Их было шестеро, не считая убитого Каларианом, и каждый был вооружен до зубов. Лот пожалел об отсутствующем мече.

Стоп. У него ведь он был – ну, что-то вроде. Он схватился за ручку, заткнутую за пояс.

Дейв открыл рот и взревел, и Лот заметил, как двое направившихся к нему мужчин запнулись. Только у него не было возможности досмотреть, чем все закончилось, он был слишком занят – вытащил мясной тесак и нырнул в драку.

Кто бы знал, что драки такие… хаотичные. Никто не расставлял их парами, как в танцах. Не было никаких одиночных боев, одни лишь непонятно откуда взявшиеся удары. Лот словил коленом в живот и наглотался травы и грязи, прежде чем смог ранить напавшего тесаком в шею. Удар получился не смертельным, а ведь он так на это рассчитывал – лезвие соскользнуло с ключицы, не разрезав плоть – но оказался достаточно болезненным, чтобы парень вскрикнул и отпрянул. Лот снова взмахнул тесаком, и на этот раз услышал влажный отклик, с лезвия закапала кровь, когда он выдернул его из тела. Желудок сжался, но он не удостоил его вниманием, думая лишь о Квине. Он нанес напавшему достаточно урона, чтобы тот отпустил его, и в голове разгорелась слабая надежда, что он нужен был им живым.

А это уже преимущество. Значит, он мог хотя бы попытаться спасти Квина, потому что кто-то хотел причинить ему боль, и одна мысль об этом заставляла Лота гореть от ярости.

Лот всегда думал, что выражение «красная пелена перед глазами» было лишь метафорой, вот только уши его заполнились звуком пульсирующей крови, и он не осознавал ничего, кроме того, что они угрожали Квину. Этого было достаточно, чтобы заставить его подскочить на ноги и, вскинув тесак, с криком во все горло рвануть вперед. Перед ним не было никого конкретного, рука рубила, ничего не задевая.

– Квин! – закричал он. – Спасите его…

Но тут его подрезали – рука перехватила за талию, подняла и швырнула о землю, выбив из тела весь дух.

Это была Ада. Она удержала его на месте, а потом и вовсе села сверху.

– Лежи смирно, чертов идиот, пока сам себя не зарубил.

– Но… Квин… бандиты…

– Да разобрались уже.

Лот моргнул и поднял голову, пытаясь понять, что происходит. Бандиты исчезли, все, кроме одного, их лидера, но и того Дейв держал в воздухе под прицелом стрелы Калариана.

Остальные оказались разбросаны по земле, мертвые или без сознания.

– Что случилось?

Ада закатила глаза.

– Одного вырубила я, спасибо грязным приемчикам, другого подстрелил Калариан, пока ты размахивал своим ножичком и кричал, как идиот, а потом… – взгляд, который она на него обратила, был полон зла. – Один из них стал угрожать Паю. Ну и… в общем, Дейв. – Ухмыльнулась она и пожала плечами.

– Дейв? – прохрипел Лот.

Рука легла на плечо Лота, и он услышал голос, который ожидал услышать меньше всего:

– Он плохо воспринял угрозу своему дракону. Помнишь, мы хотели узнать, как далеко он сможет забросить Скотта?

Лот повернул голову и увидел сидящего в грязи Квина, лицо его было запачкано пылью и кровью, но на нем играла безумная улыбка, грудь тяжело вздымалась.

– Оказалось, метра на четыре, – сказал Квин. – При этом сбил им парочку бандитов. А потом ударил каждого по голове, чтобы они уже точно не встали.

– Ты в порядке, – выдохнул Лот, понимая, что никогда в жизни не испытывал такого облегчения.

– Я в порядке, – подтвердил Квин и поднял кухонный нож. Тот тоже был перепачкан кровью. – Оказалось, во мне тоже есть жестокая жилка и на удивление хороший прицел.

– Но ведь… – у Лота все еще кружилась голова. – Я ведь собирался стать героем.

– У нас уже есть один, – сказал Квин. – Он никому не нравится, и Дейв использовал его как ядро.

Не переставая ухмыляться, как чокнутый, Квин плюхнулся на Лота и слил их губы, возможно, в худшем поцелуе, который только у того был. Он даже не обратил внимания на клацанье зубов, потому что Квин был цел, жив и улыбался ему. Смех закипел внутри, и Лот позволил ему вырваться, так что они оба смеялись и целовались, целовались и смеялись, и Лот никогда не чувствовал себя таким живым.

– Когда закончите с горизонтальным галерным гребцом, смогу я пристрелить этого бандита или что нам с ним делать? – спросил Калариан.

Квин сморщил нос:

– С чем?

– Начинаю думать, что он все это на ходу выдумывает, – пробормотал Лот, и все же мягко оттолкнул Квина и сел. – Не убивай его пока. Хочу узнать, кто его послал.

– Мы все хотим это узнать, – сказала Ада. – Но сначала, – понизила она голос и взглянула на валяющегося Скотта, проверяя, был ли он все еще без сознания. – Я хочу узнать, когда ты… – ткнула она в Квина, – успел сменить имя? Кто такой Квин? Что вы нам не договариваете, принц? – посмотрела она на Лота.

Лот вытянул голову.

– Скотт без сознания? Или умер?

– Будь добрее, – сказал Квин, и Лот удивленно на него посмотрел. – На этот раз он действительно оказался полезен.

– Как снаряд, – Лот обвел взглядом свое окружение. – Можно было и корову пульнуть!

Дейв, держащий рукой лидера бандитов, казалось, ужаснулся от этой идеи:

– Да как можно!

– Ладно, – сказал Лот. Он поднялся на ноги и протянул руку Квину. – Но это только для ваших ушей. Не для Скотта и… – Он махнул на бандита. – Не для него.

Дейв ударил бандита по голове и кинул его на землю.

– Он спит!

Ну, можно и так.

Лот прочистил горло.

– В общем, Кью это Квин. Сокращенно от Тарквин.

– У тебя такое же имя, – сказал Дейв.

– Нет, это только его имя, – сказал Лот. И указал на Квина. – Он – принц. Я – не принц.

Его великое откровение не возымело реакции, на которую он рассчитывал. На самом деле, Аду и Калариана это вообще ни капельки не впечатлило.

Ада хмыкнула:

– Ты ошибся в количество лет, что провел в тюрьме.

Калариан пожал плечами:

– А я слышал, как вы говорили об этом прошлой ночью.

– Так… вас не двое, – сказал Дейв, нахмурившись, колесики в его голове вращались очень медленно. – Если он принц, а ты не принц, то кто я?

– Ты все еще Дейв, Дейв, – мягко сказал Квин.

Дейв с облегчением улыбнулся:

– Ох, хорошо.

– Дело вот в чем, – сказал Квин, шагнув вперед. – Мы знаем, что кто-то нанял Скотта, чтобы вытащить меня из подземелья, но не знаем кто именно. Возможно, в Каллиере еще остались дворяне, преданные короне, которые хотят, чтобы теперь, когда я достиг совершеннолетия, я занял трон, но…

– Смерть всем королям! – воскликнул Калариан.

– Нет, – твердо сказал Квин. И схватил себя за переносицу. – Можем мы хоть сейчас оставить революцию в стороне – ты ведь даже не из этого королевства, Калариан, – и подумать о том, что все это может оказаться подстроенной лордом Думом ловушкой? Потому что даже сир Грейлорд, управляющий графством Делакорт, сказал, что подозревает в побеге Дума. Побег может оказаться ничем иным, как попыткой убить меня случайным происшествием, так чтобы лорд Дум занял трон вместо меня.

– Ну, меня это все не волнует, – сказала Ада. – Моя работа закончится в тот момент, когда мы доберемся до Каллиера и я получу оплату.

Калариан пожал плечами.

– Все короли тираны. Я тут ради приключения.

Дейв выпятил грудь.

– Ты мой друг, Червячок-Кью-Квин. Ради тебя я сломаю лорда Дума.

Нежная улыбка тронула губы Квина:

– Спасибо, Дейв. Я ценю это.

На земле у ног Дейва застонал и зашевелился главарь бандитов.

Лот шагнул вперед.

– Что ж, тогда посмотрим, сможем ли получить парочку ответов.

Глава Тринадцать

Главарь бандитов был мужчиной средних лет. У него была щетина, уже походящая на бороду, шрам во всю щеку и очень сердитый взгляд, когда он, наконец, очнулся и понял, что оказался привязан к дереву. Дергая веревки и дрыгая ногами, он попытался вырваться, но Калариан, вскользь признавшийся, что когда-то был младшим лесным скаутом, затянул их надежно.

– О-о, – сказала Ада. – Так, значит, ты носил эту маленькую шляпку с пером?

Калариан не ответил, но покраснел до ярко-розового цвета.

Не то чтобы сейчас в нем хоть что-то напоминало маленького пухлощекого малыша-лесного скаута. Прямо сейчас Калариан стоял над бандитом с нацеленным тому в грудь луком. Наложенная стрела натягивала тетиву и была готова к спуску. От взгляда его веяло льдом.

Квин же выглядел так холодно и надменно, что Лот никак не брал в толк – как он вообще мог сомневаться в том, что парень был принцем? Потому что сейчас казалось, что тому и кивка хватит, чтобы приказать убить человека, а потом бесстрастно наблюдать за его смертью. Было ли неправильным то, что это чертовски заводило Лота?

Нет, конечно, нет. Слишком приятным было это ощущение, чтобы быть предосудительным.

Лот изо всех сил постарался вытащить собственные мысли из ненадежной канавы – в смысле, из спальни – когда Квин спросил мужчину:

– Кто тебя подослал?

Бандит нахмурился, и на мгновение Лот засомневался, что тот вообще произнесет хоть слово, но мужчина посмотрел на Дейва, стрелу и сжатые кулаки Ады и сказал:

– Не знаю.

– А знать-то должен, – надавила Ада. И ударила его, как показалось Лоту, просто из принципа.

Мужчина застонал и покачал головой.

– Не знаю, клянусь. Нам передали мешок с деньгами и сказали, что по дороге проедет группа из орка, гнома, остроухого ублюдка и человека, и что у них будет принц. Нам нужно было схватить его, привезти в соседний город и убить где-нибудь, где точно найдут тело. Никто не говорил, что принцев будет два, – и он бросил на Лота с Квином такой взгляд, словно это была их вина.

– Остроухий ублюдок? – зашипел Калариан. – Я эльф!

Мужчина в ответ лишь пожал плечами.

– Да как скажешь. Нам нужно было всех убить и забрать принца. А говорили, что деньги легкие, что лидер ваш – идиот, а остальные безнадежны.

– Мне нравится легкая горчица, – сказал Дейв.

– Что ж, очевидно, мы не так уж и безнадежны, – сказал Лот. – Хотя Скотт действительно идиот. – И на мгновение задумался. – Кто вам заплатил?

Мужчина снова пожал плечами.

– Без понятия. Какой-то парень, весь в черном. – Калариан ткнул его концом стрелы, и тот напрягся. – Я, правда, не знаю! – повторил он. – Прошу, отпустите! У меня маленькая дочка, она больна! Я взялся за дело только ради денег!

Лот и Квин обменялись взглядами, и Лот понял, что Квин подумал о том же, о чем и он. «У каждого нищего, в какой бы город я ни попадал, были либо дедушка с бабушкой на пороге смерти, либо какая-то еще слезливая история о больном щенке, которая заставит тебя испытывать жалость. Это же проверенный временем книжный трюк».

Калариан нетерпеливо вздохнул.

– Он ничего не знает. Могу я уже его застрелить?

Лот открыл рот, чтобы ответить, но оказался прерван стуком копыт. Человек на коне въехал на поле.

– Я о нем позабочусь, – сказал сир Грейлорд.

Лот застонал.

– Опять вы? – и посмотрел на Калариана. – Предупредить не судьба?

Эльф пожал плечами.

– С вашей скоростью не догнать вас было невозможно, – сказал сир Грейлорд. – Что вы по дороге делали? Гуляли? Цветочки собирали? – Перекинув ногу через седло, он спешился, подошел ближе и пнул связанного бандита. – Отвезу его и компашку в ближайший город, запру за грабеж на дороге.

Ладно. Так, и впрямь, удобней.

– А Думу что скажете о поисках? – спросил Лот. – Разве вы не должны преследовать сбежавшего принца?

– Не видел ни души, – сказал сир Грейлорд бесстрастно. – Должно быть, беглецы заплутали на Болоте Смерти. Слышал, там обитает монстр.

– Бенжи! – радостно сказал Дейв, прежде чем присмотреться к сиру Грейлорду и с нахмуренными бровями обернуться к Лоту. – Мы его знаем? Или мне его ударить?

– Нет, Дейв, – мягко сказал Квин. – Он на нашей стороне.

Грейлорд одарил его улыбкой – легкой и хрупкой – и Лот понял, что уже видел подобное выражение на лицах крестьян и шлюх в тюрьмах, в которых доводилось сидеть. Это был взгляд человека, которому нечего было терять.

– Да, – сказал Лот. – На нашей.

Ада сузила глаза и подозрительно прищурилась:

– На нем ливрея короны. Почему он один?

– Людей своих я послал на поиски в город в восьми километрах отсюда. Вообще-то мне пришлось пару раз вернуться, чтобы выйти на ваш след, – сказал он и приподнял шляпу перед Адой. – Приятно познакомиться, мэм.

Лот задался вопросом, как тот не ошибся с полом, но, даже если это была просто удачная догадка, выражение лица Ады немного смягчилось, и она кивнула в ответ.

– Этот джентльмен-бандит только что поведал нам, что ему заплатили за убийство рыжеволосого принца по дороге в Каллиер, – сказал Лот.

Пай возбужденно жужжал над головой бандита и радостно щебетал каждый раз, когда тот ругался и пытался стряхнуть его со своей бороды.

– Уберите это от меня, оно, наверное, ядовитое!

– Пай не ядовитый! – твердо заявил Дейв и вырубил мужчину – видимо, ему не понравилось, что на Пая сказали «оно», или же ему просто нравилось бить людей.

Сир Грейлорд уставился на лежащего без сознания главаря бандитов и отошел от дерева, жестом подозвав Лота и Квина.

– Значит, это все-таки правда, – сказал сир Грейлорд со вздохом. – Побег оплатили неверные предыдущему королю люди. Раз еще и бандитов послали.

– Похоже на то, – сказал Квин и вздернул подбородок.

– Хм, – сир Грейлорд прищурился в угасающем свете. Подошел поближе к Лоту и Квину, проверил, был ли главарь бандитов все еще без сознания, и понизил голос: – Вы помните наши игры в шахматы, Ваша Светлость?

Квин кивнул.

– Мы оба ужасные игроки, – сказал сир Грейлорд. – Позор на наши головы, сейчас нам не помешало бы немного стратегического мышления. Я считаю, вам следует вернуться со мной в Делакорт. Если пойдете в Каллиер, то точно попадете в ловушку. Что же касается меня, лорд Дум узнает о моем предательстве, это лишь вопрос времени, пусть он сам все и подстроил. Но мы могли бы купить вам билет на корабль и переправить вас в другое королевство. Нет необходимости идти на смерть в Каллиер.

Не сводя с него взгляда, он едва заметно кивнул собственным мыслям.

Ада подошла ближе.

– Простите, но мы доведем принца до Каллиера, – твердо заверила она.

– Ах, конечно, гномы ведь не отрекаются от своих договоренностей, – сказал сир Грейлорд. – Замечательная черта характера. К сожалению, возможно, из-за нее мне придется вас убить.

Квин поднял руку.

– Никаких убийств, – сказал он и оглянулся на мертвых бандитов, лежащих на окровавленном поле. – Ну, больше никаких убийств. Ну, пока что. – И вздохнул. – Никаких убийств тех, кто мне нравится, ясно?

Сир Грейлорд кивнул, но убежденным не выглядел.

– Я отправлюсь в Каллиер, – сказал Квин и каждого одарил стальным взглядом. На Лота он посмотрел последним. – Я отправлюсь в Каллиер и или верну свой трон, или со всем покончу.

***

Путешествовать ночью было приятно, если, конечно, не брать во внимание темные раскачивающиеся на ветру деревья и зловещее далекое уханье сов. А еще, где-то кричали лисы. И это было нечто. Ужасающее нечто, что, по мнению Лота, наделяло ситуацию подходящей атмосферой.

Лот обратил мысли внутрь себя, чтобы не зацикливаться на десятках историй о приведениях, которые только приходилось слышать в детстве. И понял, что едет на встречу неизбежной смерти, что было ненамного утешительней, но Квин приятным теплым грузом прикрывал спину, и это помогало.

Где-то в нескольких лошадях позади, медленно приходя в сознание, застонал Скотт.

– Что ж, вся эта история с местью и правом наследования, – начал Лот, пока они неторопливо продвигались по дороге и Квин крепко обнимал его со спины. – Чертовски горяча, но, не пойми меня неправильно, тебе не приходило в голову, что она еще и глупа?

Квин мурлыкнул что-то ему на ухо.

– Я не доверяю сиру Грейлорду, – пробормотал Лот. – Слишком быстро он переобулся.

И почувствовал рядом дыхание Квина:

– А разве у него есть выбор, учитывая, что его сына держат в заложниках? Так он и сам в заложниках.

– Я никому не доверяю, – сказал Лот. – И это бережет меня от того, чтобы оказаться застигнутым врасплох неизбежным предательством. Допустим, я верю, что у него есть сын. Верю, что его неспособность повлиять на судьбу сына побудила отбросить осторожность и попытаться тебе помочь. Допустим даже, что он действительно хочет вернуть тебя в Делакорт и посадить на корабль до безопасного места. Но ему-то что за дело? Он, правда, готов отправиться в Каллиер и умереть за него? Вот в это мне не верится.

– Неужели тебе никогда не было нечего терять? – тихо спросил Квин, и Лот понял, что говорил он больше не о сире Грейлорде. – Порой, когда меч над головой висит слишком долго, ты достигаешь пика, все в конец надоедает, да так, что ты уже готов перерезать эту веревку, понимаешь?

– Это, по-твоему, сейчас происходит?

– По-моему… – снова замурчал Квин. – По-моему, я пять лет жизни провел запертым в Делакорте. Мне безумно хочется посмотреть дяде в глаза и напомнить ему, чей я сын. Хочу услышать признание в убийстве отца и матери. Его собственной сестры, Лот.

– И что тебе даст его признание?

Квин напрягся.

– Хочу, чтобы он узнал, как сильно я его ненавижу. А потом хочу, чтобы он умер.

После этих слов мечты Квина больше не казались Лоту такими горячими, только не теперь, когда он понимал, чем это все могло обернуться.

– У тебя нет армии, – указал Лот. – Есть сир Грейлорд, который любезно согласился сопроводить тебя на, как он верит, самоубийственную миссию. Есть Ада, которая непреклонно намерена передать тебя покровителю, который, как мы теперь знаем, является лордом Думом – а это он хочет твоей смерти. Есть Калариан, которому, похоже, ты нравишься, как личность, но, как политическому лицу, он перережет тебе горло и использует твою же кровь, чтобы нарисовать знамена революции. Есть Скотт, который нихрена не понимал даже до сотрясения мозга, и еще у тебя есть Дейв. И, похоже, Дейв тут единственный, кто действительно готов прикрыть тебе спину в драке.

– И ты, – тихо сказал Квин. – Думаю, ты свою верность уже доказал.

– Этот случай был исключением, – сказал Лот, подавляя тепло, поднявшееся от похвалы Квина. И все же в седле выпрямиться это ему не помешало. – Давай не будем слишком сильно на него рассчитывать. Уверен, моя природная трусость в любой момент покажет себя во всей красе. И, Квин, даже если этого не случится, я карманник с мясным ножом. А вот у лорда Дума по-настоящему обученные солдаты.

– Технически, ты писарь. И у него мои по-настоящему обученные солдаты, – сказал Квин. – Они присягнули короне. А корона – это я.

Мгновение Лот прокручивал это в голове.

– И ты рискнешь жизнью, уповая на надежду, что в час пик они решат поступить правильно? Чертовски рискованная игра.

Он выпустил поводья из одной руки и прижал ее к животу, где покоились холодные пальцы Квина. Сжал их и понадеялся, что такой маленький жест скажет больше слов. Потому что в основе всей этой заварухи были не подставные лица, принцы и короны. В основе находился молодой парень из плоти и крови, с которым Лот хотел провести больше пары дней. Это заставляло его беспокоиться, тревожиться, злиться и испытывать целую сотню других эмоций, которые было невозможно разделить, не говоря уже о том, чтобы дать им названия.

Лоту было плевать на королевство, но не на Квина.

Квин прижался губами к затылку Лота:

– Я знаю, – тихо сказал он.

И погрузился в молчание, такое, что никакие слова Лота не смогли вывести его из этого состояния.

Лошади цокали по темной дороге, и только крики сов преследовали их за спиной.

***

Спустя час после столкновения с бандитами они остановились в городе, куда сир Грейлорд отправил своих людей собирать слухи о рыжеволосых принцах. Они передали главаря бандитов и его выживших подручных в руки местной полиции, состоящей из мужчины и женщины с вилами, и стали тревожно дожидаться, пока сир Грейлорд соберет своих солдат и проведет с ними беседу. Ну, тревожился, в основном, Лот. Квин выглядел странно невозмутимым, пусть так и не разжал пальцы вокруг кухонного ножа, пока сир Грейлорд не объявил, что солдаты пойдут вместе с ними. Лот предположил, что это защитит их от нападок бандитов, вот только кто защитит их от, ну, самих солдат? Вот на сколько метров Дейв смог бы их откинуть, настолько Лот им не доверял, но и сир Грейлорд чувствовал себя не лучше, учитывая, что, проявляя осторожность, обращался, как к принцу, к Лоту, а не Квину.