Текст книги "Рыжий наследник (ЛП)"

Автор книги: Лиза Генри

Соавторы: Сара Хоней
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

– Вот же дерьмо, – сказал он. – Это королевский герб!

Кью наградил его взглядом.

– В смысле: о, королевский, – сказал Лот, быстро придя в себя. – Я ведь потерянный принц.

– Отлично, – сказал Калариан. – Пойду-ка, стащу пару вещей.

Лицо Кью скривилось, и, с отвращением посмотрев на Калариана, он направится вглубь дома.

Калариан и Ада накинулись на место подобно нашествию саранчи. Дейв бросил Скотта и пошел следом. Лот, хоть и испытывал искушение присоединиться, все-таки решил отправиться за Кью. И нашел его в комнате наверху скрипучей лестницы. Возможно, когда-то это была библиотека, но погода, мыши и насекомые давно уничтожили книги.

Лот подошел ближе.

– Кью, нас точно арестуют, если найдут здесь.

– Разве похоже, чтобы сюда кто-то наведывался? – спросил Кью. Он протянул руку и провел пальцем по провисшему корешку книги. А когда надавил, то проткнул его насквозь. Губы Кью горько скривились.

– Откуда ты знаешь это место? – спросил Лот.

Кью пожал плечами.

– Это охотничий домик. Дом отдыха. Они приезжали сюда иногда. Мои… – он прочистил горло. – Время от времени королевская семья приглашала погостить здесь тех, кого считала важным.

– И твой отец входил в этот круг?

– Иногда я приезжал сюда, – подтвердил Кью. – Когда был ребенком.

– Поэтому знал дорогу от гостиницы.

– Порой мы гуляли там, – сказал Кью. – Я и другие гостящие дети. Повар в гостинице готовил яблочные ириски, когда мы сюда заезжали. Думаю, родители отпускали нас, чтобы мы не мешались под ногами.

Даже в лунном свете Лот увидел, как засияли в глазах Кью непролитые слезы.

– Кью… – протянул он руку.

Тот покачал головой и отступил.

– Это было давно.

«Это напомнило ему о счастливых временах, – подумал Лот. – Временах до того, как его бросили в тюрьму, чтобы заручиться поддержкой отца».

– Короче, – сказал Кью. – Тут ведь получится укрыться на какое-то время? Может, в кухонном погребе даже консервы остались. Когда-то там были банки с луком, маринованной сельдью и соленой говядиной. Сколько хранится маринованная селедка?

– Маринованную селедку следует уничтожать в тот момент, когда она маринуется, – сказал Лот и потеплел, увидев, как подернулись уголки губ Кью. – Но уверен, если тут есть что-нибудь съедобное, Дейв это вынюхает. Давай. Пойдем, посмотрим, что они нашли.

Он снова протянул руку, и на этот раз Кью взял ее и позволил вывести себя из библиотеки.

На вершине лестницы висел портрет. Он был покрыт плесенью, как и все остальное в доме. На нем были мужчина и женщина. Рядом стояла девочка, а на коленях у женщины сидел мальчик помладше.

– Это они? – спросил Лот. Он натянул рукав на тыльную сторону ладони и провел ей по лицу мужчины. – Это старый король?

– Нет, – Кью повторил его движение, только его прикосновение оказалось намного осторожнее; он начисто вытер лицо девочки. – Этот дом раньше принадлежал семье королевы Дюмесни. Это она в детстве.

У девочки было торжественное лицо, обрамленное золотыми кудрями.

– О, – сказал Лот. И покосился на покрытого плесенью мальчика на коленях. – Так это…

– Лорд Дум, – тихо сказал Кью.

Лот моргнул, глядя на мальчика. Было странно думать, что даже такие люди, как лорд Дум, когда-то были маленькими детьми. Это казалось каким-то неправильным. Таких безжалостных людей было легче представить появившимися на свет полностью сформированными, чем малышами с пухлыми пальцами и щеками. Личиночная стадия зла выглядела не особо впечатляюще.

– Идем, – сказал он. – Покажи дорогу на кухню, пока наши благородные спасители не разобрали это место до основания.

Кью кивнул и направился вниз по лестнице.

Как и думал Лот, кухня была разграблена догола (хотя там осталось пугающее количество маринованной селедки). По крайней мере, они смогли вооружиться – Кью вытащил ящик и нашел старый набор ножей с мясным тесаком, который Лот заткнул себе за пояс. Он понятия не имел, куда разошлись остальные, но Калариан гремел кучей пыльных банок.

Кью задержался в глубине кладовой, сам себе улыбаясь.

– Иногда я здесь прятался.

Шум лошадей за задней дверью прервал размышления Кью, и Лот тихо выругался.

– Кэл? Как насчет небольшого предупреждения?

Калариан вытащил руку из банки с маринованным луком.

– Что? О, черт. Лошади!

Лот бросил на него взгляд, как раз когда Ада вбежала на кухню.

– Лошади!

– Да, мы уже поняли. Где Скотт? – спросил он, когда Дейв появился в дверях с пыльной лютней в руках.

– Вы знали, что снаружи лошади? – крикнул Скотт откуда-то с лестницы, после чего раздался грохот, удар и стон.

Лот вздохнул.

– Он только что…?

– Упал с лестницы? – спросила Ада. – Похоже на то. Дейв?

Дейв заворчал, но к источнику стонов все же направился, а через мгновение вернулся со Скоттом на плече.

– Они снаружи, – мрачно сообщил он. – А мы застряли внутри.

Дерьмо. Они оказались в ловушке. Лот разглядел очертания фигур сквозь заляпанные грязью окна и приготовился к битве, которая могла закончиться только одним образом. Достав мясной тесак, он подумал, что, по крайней мере, умрет в бою, а не окажется повешен за мелкую кражу, как предсказывала мать.

Но тут Кью потянул его за руку, прошипев: «Тихо!» и потащил к кладовой, подзывая остальных идти следом. Возможно, он думал, что оказаться загнанным в угол будет хорошей идеей, вот только Лоту никогда в жизни не приходило в голову, что подобное может обернуться чем-то хорошим. И все же, он пошел следом, потому что – а какой у него еще был выбор?

Кью закрыл двери кладовой, тихонько свистнул, и голова Пая высунулась из шарфа Лота.

– Свет, – прошептал Кью, и Пай вызвал пламя – достаточно большое, чтобы разглядеть окружение. Кью наклонил голову, глаза прищурились, пока он ощупывал нижнюю часть полки. – Нет. Нет, нет, нет. Где же…?

– Что ты делаешь, Кью? – спросил Лот шепотом.

– Тш, – Кью на мгновение зажмурился, а потом вдруг опустился на колени и начал шарить под нижней полкой. – Ну конечно! Я был меньше!

Где-то раздался резкий щелчок, Кью вскочил на ноги и надавил на полку. Мгновение ничего не происходило, а потом та скрипнула и отъехала назад. Лот увидел ряд узких извилистых каменных ступеней, ведущих вниз в полную темноту.

– Пай, – сказал Кью. – Свет.

Пай чирикнул и полетел в темноту.

– Идем, – сказал Кью, схватив Аду за руку, и подтолкнул ее к лестнице. – Спускайтесь.

Калариан пошел за Адой, Дейв протиснулся в узкое пространство, волоча за собой Скотта. Кью посмотрел на Лота с поднятыми бровями.

– Идешь?

И тут все встало на свои места.

Мертвые родители, уклонение и отлынивание от личных вопросов, знание секретных ходов и королевских завтраков, рыжие волосы, то, с какой нежностью он стер плесень и пыль с детского портрета королевы – все это. Лот схватил Кью за запястье.

– Кью – это сокращение? – тихо спросил он. – От… Тарквина? Или мне следует называть вас… Ваша Светлость?

Кью холодно встретил его взгляд.

– Квина будет вполне достаточно. Но я, правда, не думаю, что сейчас подходящее время для всего этого.

И – ох – разве все в нем не кричало о том, что он был принцем? Лот никак не мог поверить, что не заметил этого раньше.

– Невероятно, – пробормотал он.

Кью вырвал запястье из руки Лота. И нахмурился.

– Я рассказал тебе об этом в первую же ночь в камере Делакорта, Лот. Не нужно делать такое гребано шокированное лицо.

Что ж, королевские манеры продержались недолго. Но Кью был прав. Червячок был прав. Тарквин был прав. Этот маленький рыжеголовый засранец был прав. Он рассказал Лоту правду. Просто Лот в нее не поверил. Потому что был закоренелым лжецом, который сказал бы что угодно ради своей выгоды, и полагал, что Червячок-Кью-да-кто-бы-он-ни-был был таким же. Оказалось, он ошибался.

Прав Кью был и в другом. Сейчас было не подходящее время. На кухне послышался топот сапог, и Лот знал, что солдаты откроют дверь в кладовую, это лишь вопрос времени. Он последовал за Тарквином вниз по лестнице, захлопнул за собой потайную дверь и понадеялся, что, боги, солдаты не заметят наполовину съеденную Каларианом банку с луком и не станут искать усердней.

Коридор был полон паутины и пыли. Лот натянул шарф на лицо, чтобы защитить его от чего похуже. Все это время его мозг скандировал: «Принц жив, принц жив, принц жив». Не имело значения, как он формулировал свою мысль, факт был ошеломляющим. И за ним последовал более истеричный рефрен: «Вот, черт, я трахнул принца».

***

Путешествие по туннелю прошло в тишине – отчасти потому, что никто не хотел набивать рот паутиной, отчасти потому, что времени на разговоры просто не было. Туннель все извивался и поворачивал, так что Лот перестал понимать, куда идет, на что, видимо, и был расчет. Примерно через полчаса он рискнул набить рот грязью, потому что нужно было спросить:

– Куда он нас выведет?

– Недалеко от таверны, – сказал принц. – Если повезет, сможем вернуть лошадей.

Через несколько поворотов они вышли к крутой лестнице с люком наверху. Ада взобралась вверх и прошипела:

– Он не сдвигается!

Ну вот. Дерьмо. Конечно же, он не сдвигался. Все-таки Лот не умрет в бою. Он задохнется в подземном туннеле, глядя в глаза наследному принцу, которого трахнул…

– Ясно, – беспечно сказал Дейв. – Значит, надо подтолкнуть.

Лот поднял взгляд и увидел, как Дейв действительно просто подтолкнул люк – если от просто подталкивания могло сорвать петли, конечно. Так что, в конце концов, он все-таки увидел и ночное небо, и свободу. Прежде чем двинуться вперед, он спросил:

– Кэл?

Калариан закрыл глаза.

– Чисто, – отрапортовал он.

Дейв протиснулся в отверстие, переполз через край и протянул руку Аде, чтобы помочь ей выбраться. За ними последовал Калариан, потом Скотт, пошатнувшийся на краю и только потом поднявшийся. Лот так и представил разочарованный взгляд Калариана. Он переглянулся с Квином.

– После вас? – указал он на ступеньки, внезапно ни в чем не уверенный, потому что Квин был королевских кровей, и, о, боги, все его слова, все его насмешки… Лот не удивится, если Квин передаст его палачу за измену прямо после возвращения на трон.

Квин лишь коротко кивнул и исчез, взобравшись по лестнице и перевалившись через край. Лот быстро последовал по пятам – вдруг Квин решит захлопнуть крышку и оставить его в ловушке в отместку за все ужасные вещи, сказанные о королевской семье.

***

Тихо, они пробирались через лес, Калариан шел впереди, потому что только у него было ночное зрение и ощущение направления. Когда они вернулись к таверне, Лот с облегчением заметил, что их лошади все еще были там. Он беспокоился, что солдаты распустят их – он бы так и сделал – но, видимо, поимка сбежавших заключенных стояла в приоритете.

Калариан, Ада, Скотт и Дейв сели в седла, и, когда Скотт спросил:

– Вы едете, Ваша Светлость? – Лоту потребовалась секунда, чтобы понять, что Скотт разговаривал с ним, потому что остальные, конечно же, ничего не знали. Остальные продолжали думать, что спасали именно его.

Он посмотрел на Квина и быстро понял, что что-то не так – тот со сбившимся дыханием пристально смотрел в пространство.

– Мы сразу за вами. Дайте нам немного времени, – сказал он.

Ада фыркнула. Скотт показался обеспокоенным, Калариан сделал неприличный жест, зажестикулировав рукой и щекой, чем ясно дал понять, что думал об их занятии. Дейв ничего не заметил.

– Вы уверены, что это безопасно? – спросил Скотт, и, возможно, это был первый раз с их с Лотом встречи, когда он задал разумный вопрос.

Калариан наклонился и прошептал на ухо Скотту то, от чего тот покраснел.

– Ох! Тогда мы отправимся вперед, Ваша Светлость. Эм, не торопитесь?

После этого все уехали, оставив Лота наедине с его принцем. Его принц, все так же смотря в пустоту, согнулся пополам и обхватил себя руками, словно боялся рассыпаться на кусочки. Возможно, именно это и происходило.

– Квин, – сказал он, не зная, с чего начать.

– Они действительно мертвы, – процедил тот с нахмуренным лбом. – В смысле, я знал, конечно, знал. Но я надеялся… Когда Дум только запер меня, мне снилось, что они смогли добраться до домика, спрятаться в туннелях, сбежать. Что они, не знаю, зажили на какой-нибудь ферме. – Он издал смешок. – Глупо, да?

Лот шагнул вперед и положил руку на плечо Квина.

– Не глупо, – сказал он. – Просто тебе было шестнадцать, и нужно было как-то держаться.

– Но сейчас мне ведь не шестнадцать? Я знал, что они мертвы уже многие годы. И уже должен был смириться. – Он глубоко и судорожно вздохнул, и у Лота сжалось сердце.

– Возможно, – предположил он, – ты лишь думал, что знал.

Червячок поднял взгляд мокрых глаз.

– Возможно.

Лота охватило желание прижать Квина к себе, погладить его по волосам и заверить, что все будет хорошо. Но он этого не сделал. Квин едва держал себя в руках и мог сорваться от малейшего намека на доброту, а ни один из них не был готов иметь с этим дело. Кроме того, даже он не лгал так хорошо, чтобы это прозвучало убедительно. Так что он просто сменил тему.

– Так… учитывая то, что я теперь знаю, вопрос в том, расскажем ли мы остальным?

Квин сглотнул, выпрямился и бросил на Лота полный благодарности взгляд.

– Думаю, Ада догадалась. Дейву и Кэлу плевать, пока им платят. Скотт? Ему не скажем. Ему я доверяю настолько, что готов куда-нибудь забросить.

– Этими-то тоненькими ручками? – заметил Лот.

– Просто у меня не было угревой каши, – сказал Квин с тенью улыбки на лице. – Нет, Скотт может продолжать кланяться и шаркать перед тобой, а остальным скажем, чтобы молчали.

– Согласен. А сам он вряд ли поймет. Он глупее… – и он задумался, чтобы подобрать пример: – Дейва.

Нос Квина сморщился, улыбка стала искренней.

– Кстати, как думаешь, как далеко Дейв смог бы забросить Скотта?

– Можем это выяснить, – ухмыльнулся Лот. – Забавное выйдет зрелище.

Квин кивнул.

– И ты только представь, как об этом запоют в балладах.

Лот тихо рассмеялся.

– Звучать определенно будет. А теперь давай убираться отсюда к черту.

Квин кивнул и проверил упряжь их лошади.

Прежде чем они вышли из конюшни, Лот схватил Квина за запястье.

– К слову о том, что я сказал, что все члены королевской семьи ублюдки…

Квин пожал плечами.

– Ты не знал.

– Значит… никаких обид? – Лота могли не заботить королевские семьи и политика, но он вдруг понял, что переживал за Квина. Это сбивало с толку.

– Никаких обид.

– А что насчет секса? Ты не злишься, что я воспользовался шансом? Потому что в свою защиту скажу, что я не знал, что пользуюсь принцем.

Квин шагнул вперед и притянул его к себе, прижал губы к губам.

– Нет, – сказал он между поцелуями. – Я ведь знал. И мне, правда, понравилось, как ты мной пользовался. Думаю, мы могли бы даже повторить это.

И он шлепнул Лота по заднице, а потом похлопал по седлу и, бросив на Лота очевидно развратный взгляд, спросил:

– Ну что, прокатимся?

Только Лот собрался ответить, как недалеко от темных лавок кто-то прочистил горло. Он повернулся, и сердце его заколотилось, когда из тени вышел мужчина.

Глава Одиннадцать

Мужчина, вышедший из теней под серебристый лунный свет, не особо пугал, но от Лота не укрылось, как замер Квин – настоящий кролик под взглядом голодного волка.

Мужчина шагнул ближе, под сапогами захрустела солома. За поясом висел меч, но в поднятых ладонях было пусто.

– Ваша Светлость, – сказал он, и взгляд его безошибочно упал на Квина. Это был мужчина среднего роста и среднего возраста. Вокруг глаз и рта вились морщинки, словно ему приходилось много смеяться. Сейчас он не смеялся. Некогда светлые волосы поседели. Глаза в лунном свете казались бледными. – Вас не должно быть на дороге до Толера, Ваша Светлость.

Интонация, с которой были произнесены эти слова, показалась Лоту странной. Он крепче сжал пальцы на рукоятке мясного ножа, задавшись вопросом, были ли у него хоть какие-то шансы против меча, и сильно в этом усомнился.

Квин вздернул подбородок:

– Сир Грейлорд.

Лоту потребовалось мгновение, чтобы вспомнить, где он слышал это имя раньше. Это был управляющий графством Делакорт, без сомнения, заинтересованный в поимке сбежавших заключенных из камер его подземелья. Особенно заинтересованный, ведь одним из них был наследный принц.

Лот почувствовал, как в животе накалился кипящий, как котелок на печке, гнев. Этот человек запер Квина. Этот человек нес ответственность за то жалкое состояние, в котором его впервые увидел Лот – бледность и худобу, кости, вонзающиеся в кожу так, словно хотели ее прорвать.

– Боюсь, я подслушал ваш разговор, – сказал сир Грейлорд. – У меня тоже есть сын. Моложе вас, Ваша Светлость. Ему двенадцать. Когда Лорд Дум наградил меня местом в своей гвардии, моего мальчика отправили жить в другое место. Вы ведь понимаете, о чем я, Ваша Светлость?

Рот Квина сжался в тонкую линию перед тем, как он ответил:

– Полагаю, понимаю.

– А теперь вы сбежали, – сказал сир Грейлорд. – И не моя вина, что бежите вы по совершенно другой дороге, пока я обыскиваю эту.

Мозг Лота замедлил свою работу, словно замершая река.

– И все же, – сказал сир Грейлорд. – Я рад, что наши пути пересеклись, потому что думаю, что вам не стоит идти в Каллиер. Я послал птицу лорду Думу, чтобы сообщить о вашем побеге, – покачал он головой. – И, судя по ответу, новость его не удивила.

– Все-таки подстава, – сказал Лот. – Все было подстроено, как мы и думали.

– Не все, – сказал сир Грейлорд. – Вы должны быть на другой дороге! Только кучка безумных идиотов стала бы прорываться через Болото Смерти! Вы должны быть за много миль отсюда!

Он показался Лоту расстроенным, но а чего еще можно было ожидать? Похоже, мужчина приложил немало усилий, чтобы их не поймали, а они пустили все коту под хвост, словно стайка пьяных упертых гусей.

– Что ж, раз вы такой хороший парень, – сказал Лот. – То какого черта Квин был в таком ужасном состоянии?

Квин положил ладонь на предплечье Лота, но не отвел глаз от сира Грейлорда.

– Он занял пост лишь пару месяцев назад, Лот. До него был другой надзиратель. Мое продовольствие увеличилось от… радушия сира Грейлорда.

– Я не доверяю ему, – сказал Лот. – Не верю, что он наш покровитель.

– Потому что это не я, – сказал сир Грейлорд. – Но подозреваю, что наши покровители это один и тот же человек. Кто-то вложил монету в руки ваших спасителей. И тот же человек вложил монету в мои руки, чтобы я замедлил погоню и пустил ее по ложному следу. Мне не открыли имя, просто сказали, что у принца все еще есть друзья в Каллиере, те, что вернут ему законный трон и избавят королевство от Дума. – Он склонил голову. – Вот только появились основания подозревать, что все не так, как кажется, и что здесь, на открытой дороге, ваша жизнь в большей опасности, чем была в Делакорте.

– И все равно я ему не доверяю, – сказал Лот и уставился на сира Грейлорда. – Говорите, у вас есть сын? Которого взяли в заложники, чтобы заручиться поддержкой. И ему двенадцать?

Сир Грейлорд выдержал его взгляд.

– Да, и я боюсь, что он больше не в безопасности.

Грудь Лота сжалась.

– Дум неуравновешенный, – сказал сир Грейлорд. – Все чаще и чаще он упоминает моего мальчика, и я больше не могу доверять ему, когда что-то идет не так. – Его голос надломился, и он прочистил горло. Потом посмотрел на Квина. – Так что, если из этой затеи и выйдет что-то хорошее, Ваша Светлость, то я надеюсь, это будете вы. Вы не похожи на того, кто станет приставлять нож к горлу ребенка, чтобы заработать верность. И я не надеюсь завоевать ваше доверие здесь, этим вечером, но, прошу, будьте осторожны, потому что неизвестно, друг или враг поджидает вас в Каллиере.

Квин шагнул вперед, и Лот схватил его за локоть.

– Нам нужно ехать, – сказал он твердо.

Квин выдержал его взгляд.

– Нам нужно ехать, – повторил Лот. И посмотрел на сира Грейлорда. – Если то, что вы говорите, правда, то теперь, когда вы знаете, что мы едем по этой дороге, надеюсь, нас больше не побеспокоят.

Сир Грейлорд склонил голову.

– Но вы правы, – сказал Лот. – Мы вам не доверяем. Мы никому не доверяем. – Он подтолкнул Квина в сторону. – Возьми лошадь.

Квин не стал спорить и осторожно потянул ее под уздцы. Вскочив в седло, протянул руку Лоту. Тот устроился позади, и Квин направил лошадь к дверям стойла.

– И еще одно, – сказал Лот.

Сир Грейлорд поднял брови.

– Я, – сказал Лот. – Какое место в этом плане отведено мне? Нужна была приманка, чтобы спутать карты?

– Ты? – сир Грейлорд покачал головой. – Нет, ничего такого. Тебя вообще не должно было быть в камере принца.

– И как тогда я там оказался? – с любопытством спросил Лот.

– Это был день «Приведи ребенка на работу», – сказал сир Грейлорд. Выглядел при этом он слегка смущенно. – И юный Криспин, сын старшего охранника, посадил тебя не в ту камеру.

– Ха, – теперь, когда Лот подумал об этом, охранник и впрямь показался ему очень молодым. – А я уж было решил, что важен.

Квин извернулся в седле, уголки его губ приподнялись:

– Ты важен.

И они выехали из конюшни.

***

Они догнали остальных за десять минут. Квин не обмолвился и словом о стычке с сиром Грейлордом, так что промолчал и Лот. Они устроились в конце шеренги, чтобы поговорить без лишних ушей, хотя, Лот полагал, что при желании Калариан услышит все и так. Несмотря на то, что в поместье о лошадях он вовремя не предупредил, после не раз доказал свой острый слух. Но в то же время Калариан был Каларианом, ему вообще на все было плевать.

– Ты веришь ему? – тихо спросил Лот, положив руки на бедра Квина.

Квин вздохнул и откинулся тому на грудь. Волосы коснулись подбородка Лота.

– У меня нет причин ему не верить.

– Для этого не нужны причины. Не верить людям должно быть твоим кредо, потому что люди – ненадежные придурки.

– Ты, правда, так думаешь?

Лот закатил глаза.

– Не совсем. Но вернемся к Грейлорду. Что он там о сыне наговорил? Потому что, позволь сказать, что у каждого нищего, в какой бы город я ни попадал, были либо дедушка с бабушкой на пороге смерти, либо какая-то еще слезливая история о больном щенке, рассчитанная на то, чтобы вызвать жалость. Это же проверенный временем книжный трюк.

– И он работает, – терпеливо сказал Квин. – Потому что так люди устанавливают связи. Смерть объединяет, потому что каждый знает, что это такое. Что же касается угрозы близкому… это объединяет всех, кто попадал в кабинет лорда Дума. Слушай, я не знаю, есть у Грейлорда сын или нет, но знаю, что он отнесся ко мне добрее, чем предыдущий надзиратель. Меня накормили и выдали больше одного одеяла, а в некоторые ночи он даже приходил с разговорами и приносил шахматную доску.

– Ты в лохмотьях спал, зарывшись в куче соломы!

Подняв голову, на них обернулась Ада, и Квин шикнул на Лота.

– В лохмотьях на соломе я проспал только два дня, а потом меня спасли, – поправил Квин. – Я уже говорил об этом. – И он действительно это делал. – Ты, правда, думаешь, что я так все пять лет прожил? Черта с два. Меня бы первая же зима убила. Они сказали, что перевели меня в другую камеру из-за крыс, но теперь, когда мы знаем о том, как меня спасли, это обретает смысл. В конце концов, сир Грейлорд вряд ли хотел бы, чтобы Дум узнал, что принца спасли из той самой камеры, которая должна была его сдержать.

– Ты поверил ему, – сказал Лот. – Думаешь, он сыграл на обе стороны, чтобы вытащить тебя оттуда.

– Лот, почему нашим спасителям не пришлось вырубать охранников?

Вот дерьмо. Это был весомый аргумент. Что там говорил Дейв? Все охранники спали. Черт, все это время спасению помогали изнутри, и никто этого не понял. Лот поймал себя на прокручивании каждого мгновения спасения и того, что происходило после, и вдруг увидел все в новом свете.

– Эм… Лот? – сдавленно произнес Квин.

– Мм?

– Твои руки.

– Ох, – сам того не заметив, Лот скользнул руками по ногам Квина. Одну устроил на бедре, а другой обхватил член и рассеянно его массировал, чем вызвал немалую эрекцию. – Прости.

– Не… – Квин простонал и заерзал в седле. – Скажи им остановиться.

– Что?

– Ты принц, придурок, – сказал Квин. – Скажи, что мы делаем привал!

– Сделаем пятиминутный привал! – объявил Лот.

– Десяти, – проворчал Квин.

– Десятиминутный привал, – поправил Лот, и Квин стащил его с лошади за большое дерево у дороги.

– Смотри! – заворчал Квин, потираясь о бедро Лота. – Как с этим ехать?

Глядя на него, Лот ухмыльнулся:

– Милый, ты бы и не на таком прокатился.

– Это твоя вина, – вперил в него Квин властный взгляд. – Исправь это!

– Да, Ваша Светлость, как скажете, Ваша Светлость, – тихо усмехнулся Лот и, опустившись на колени, стянул с Квина штаны.

– Что ты…? – моргнул на него Квин.

– Почему пал на колени? Потому что собираюсь взять ваш член в свой рот; стоя, моя шея так низко не извернется.

– В рот? – Квин, казалось, был ошеломлен одной лишь идеей об этом. – Здесь?

– Да, – сказал Лот, приподняв бровь. – Проблемы?

– Просто я думал… – моргнул Квин. – Думал о руке. Но, боги. Нет, вообще никаких проблем!

Лот не ответил, потому что его мать всегда говорила, что говорить с набитым ртом грубо. Но и так было нормально – Квин болтал за обоих:

– О! Что… да… а-ах… о, боги…

Его руки с такой силой сжали волосы Лота и так за них потянули, что у Лота самого член дернулся. Он с таким усердием трудился над членом Квина, что парень захныкал.

Бедра Квина начали покачиваться, и только Лот подумал о том, что им хватило бы и пяти минут, как Квин с тихом стоном кончил. Лот дочиста его вылизал, облизал губы и поднял глаза с широкой улыбкой.

– А теперь мне!

Глаза Квина расширились.

Лот рассмеялся.

– Я просто дразнюсь, – он поднялся на ноги и стряхнул грязь с колен. Потом шлепнул Квина по заднице. – Ну как, расслабился?

Квин молча моргнул, словно вдруг потерял способность понимать слова, хотя это вполне могло оказаться результатом умопомрачительного оргазма, который подарил ему Лот.

– Ладно, – сказал он. – Нам еще многое надо успеть.

И прижал Квина спиной к дереву, чтобы целовать до тех пор, пока Калариан не крикнул им поторопиться.

Квин так и не пришел в себя, когда они снова забрались на лошадь, и безропотно прислонился к Лоту, когда они продолжили путь.

Ада остановила лошадь и подождала, пока Лот и Квин окажутся рядом.

– Что-то произошло.

– Нет, – солгал Лот. – Ничего.

– Ерунда. Нас преследуют солдаты, но ты все равно решил, что будет неплохо отсосать Кью в лесу?

– Слушай, какой в жизни вообще смысл, если не делать привалы на минеты? – спросил Лот. – Кроме того, как ты узнала, что я именно отсасывал?

– Уши, как у летучей мыши! – крикнул Калариан.

– Если бы я что-то и знал, – сказал Лот, понизив голос. – То уж точно не стал бы обсуждать это при Скотте.

Ада прищурилась в размышлении и кивнула.

– Это да. Я бы и день недели ему не доверила, потому что он бы нашел способ его передвинуть.

– Слушай, – сказал Лот, еще сильнее понизив голос. – Ты не подумывала о том, чтобы попытаться выяснить его контакт из Каллиера и, ну, знаешь, – и он провел пальцем по горлу.

– Подумывала? – спросила Ада. И дернула себя за бороду. – В мечтах я ему уже могилу вырыла, но Калариан не перестает напоминать, что в какой-то момент нам может пригодиться живой щит.

Лот хмыкнул.

– Великолепный выйдет момент.

– Не могли бы вы, ребята, не обсуждать убийство у меня на глазах? – заскулил Квин. – Я тут пытаюсь насладиться вечерней зарей.

– Его убийство оставит хорошее воспоминание (ПП: игра слов. Afterglow (с англ.) – вечерняя заря, хорошее воспоминание), – сказала Ада.

Квин застонал.

– Прошу, хватит.

– Да, дадим мальчику время привыкнуть к сексу, прежде чем познакомим его с остальным, – сказал Лот. Квин толкнул его локтем в ребра.

– Что тебя интересует, Кью? – крикнул спереди Калариан. – Потому что я эксперт!

Квин закрыл лицо.

– Прекратите!

Лот проигнорировал его и крикнул в ответ:

– Расскажи нам о грязном алхимике! – увидев возмущение на лице Квина, добавил: – Что? Пытливый ум не остановить!

Калариан замедлил лошадь и подождал, пока его догонят. И следующие полчаса провел в объяснении мельчайших подробностей – что и куда следует направлять и почему алхимика назвали таким грязным.

Когда он уехал вперед, Квин еще какое-то время смотрел ему вслед с открытым ртом.

– Вау, – сказал он и озорно усмехнулся. – Думаю, нам стоит это опробовать.

***

Они ехали до самого рассвета, и только когда лучи начали затмевать звездный свет, свернули с дороги и пошли по тропинке между деревьями. Деревья тут были редкие, и это немного обеспокоило Лота, но по другую от них сторону раскинулось поле, огражденное живой изгородью. Дейв прорвался прямо через нее, оставив за собой дыру, достаточную, чтобы прошли лошади, так что они разбили лагерь внутри, вне поля зрения с дороги.

Поле пришлось делить с не очень счастливой коровой и парой мохнатых коз. Для чего бы его ни использовали – а борозды в земле говорили о том, что когда-то его вспахивали – этим летом оставили простаиваться.

– Кто хочет молока? – спросил Дейв, с решительным блеском в глазах и чашкой в руке отправившись прямо к корове.

Это было… прекрасно. Лот лежал на траве рядом с Квином и смотрел, как тот спал. Солнечный свет заливал его бледное лицо, выделяя слабые веснушки на переносице. До сих пор Лот их не замечал. Ангельские поцелуи. Лот сорвал одуванчик и воткнул его в волосы Квина. Тот наморщил нос, но не проснулся.

У Лота заурчало в животе, и он с сожалением подумал обо всем оставшемся в особняке маринованном луке и селедке. Не то, что он выбрал бы для плотного завтрака, и все же лучше, чем ничего.

Калариан наворачивал круги по полю, как вдруг остановился и, нагнувшись, вытащил одуванчик из волос Квина.

– Эй! – возмутился Лот.

– Я собираюсь приготовить суп из одуванчиков, но, если ты предпочтешь голодать, лишь бы украсить своего мальчика, что ж, это твой выбор.

– Можем съесть козу, – предложила Ада.

– О, точно, у нас ведь есть коза! – воскликнул Калариан. – Так мы не только разорим какого-нибудь бедного крестьянина, и так угнетенного государством, но и убьем и разрежем дышащее чувствующее животное, Ада! Так давайте же сделаем это!

И пошел прочь.

– Кажется, козы на ужин не будет, – пробормотал Лот.

Ада проворчала что-то в бороду.

– Можем поесть картошки, – сказал Дейв, подходя ближе и волоча за собой длинное засохшее нечто.

– Это не картошка, Дейв, – вздохнул Лот.

Дейв поднял растение, демонстрируя беловатые круглые клубни на корнях.

– Нет, картошка. Картофель прячется в грязи. Мама показала мне, как его найти. На пустующих полях всегда можно найти парочку.

– Как принц, я не мог этого знать, так что ты молодец, Дейв! – Лот повеселел от мысли о свежей картошке. Она, конечно, тоже не была пределом мечтаний, но, раз на козу надеяться не приходилось, сгодиться все, что есть.

Квин сонно поерзал, и Лот опустил на него нежный взгляд. Каким бы невозможным это ни казалось, он им увлекся. А когда поднял глаза, наткнулся на прищуренный взгляд Ады.