Текст книги "Рыжий наследник (ЛП)"

Автор книги: Лиза Генри

Соавторы: Сара Хоней
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

Прежде чем Скотт успел договорить то, что собирался, его прервал рев, глухой удар и стук. Чудовище – как предположил Лот – утащило его прочь.

– Что ж, – сказала Ада мгновение спустя, когда они уставились на оставшуюся после него дымящуюся кучку дерьма. – Это в баллады вряд ли включат.

Глава Шесть

По следу, оставленному монстром, тащившим Скотта по болоту, – Калариан настоял на том, чтобы его называли следом заноса – было довольно легко следовать даже в быстро сгущающейся темноте.

– Знаешь, это может быть ловушкой, – сказала Ада.

– Может, – согласился Калариан, с блеском в глазах пробирающийся вперед. Он держал перед собой лук с натянутой стрелой и выглядел как опасный эльфийский воин. Вот только Лот услышал, как перед отправлением тот пробормотал: «Прояви инициативу!». Тот факт, что эльф относился к ситуации, как к части игры в «Дома и Люди», не внушал особого доверия.

– А мы уверены, что хотим его вернуть? – спросил Дейв.

– Да, – твердо сказала Ада. – Он наш единственный выход на сира Кровита. Не найдем Скотта, не получим оплату.

– Я собираюсь купить драконьи яйца на свою долю, – непринужденно сказал Дейв Лоту, пока они тащились вместе с лошадьми за Каларианом и Адой. – А Калариан выкинет свою в болото и плюнет сверху, потому что коллектив анархистов выступает против накоплений.

– Ты знаешь, что это значит? – мягко спросил Лот.

– Болото, – сказал Дейв, нахмурив свой зеленый лоб. – И плевок.

И не поспоришь.

Лот рассеянно похлопал Червячка по заду и получил в ответ нерешительный стон. Значит, еще жив. С ним все хорошо, и, уж точно, ему куда лучше, чем Скотту. Мельком, он задумался над иронией того, что приходилось спасать собственного спасителя, и снова похлопал Червячка по заднице. Тот крякнул, поднял голову, приоткрыл один глаз и уставился на Лота:

– Чт…?

– Ты упал в обморок. А потом Скотт умудрился попасть в лапы болотного монстра, так что сейчас мы идем по следу его дерьма, чтобы попытаться его спасти.

– Следу заноса, – вмешался Калариан, и Лот фыркнул.

А потом остановился, чтобы Червячок смог выпрямиться в седле.

– Так его схватили?

– Прямо пока он обделывался от страха, да, – подтвердил Лот.

Лицо Червячка скривилось.

– И почему мы снова его спасаем?

– Потому что только он знает, как нам получить оплату, – сказал Дейв и добавил: – Если мы к тому времени не умрем.

Червячок застонал и собрался уже слезть с лошади, но Лот остановил его, положив руку на бедро.

– Нет. Не слезай.

Червячок поднял брови.

– У меня нет сил снова поднимать твои жалкие кости из грязи, – сказал Лот.

Червячок закатил глаза, но на лошади остался.

Калариан замедлил шаг и поднял руку:

– Впереди, – прошептал он, указав луком.

След из размазанного дерьма резко сворачивал влево в просвет низкорослых искривленных деревьев. Группа замедлилась, приблизилась и погрузилась в гробовую тишину – Лот не был уверен, из компетентности или опаски. Он бы поставил на второе.

– Я пойду первым, – сказал Калариан, оглянувшись через плечо, словно ждал, что кто-то станет его останавливать. Никто и не подумал об этом. Лот их понимал – пусть за других он говорить не мог, но сам бросаться сломя голову навстречу гибели не собирался. У него отлично было развито чувство самосохранения, и прямо сейчас оно кричало: «Беги!» Единственной причиной, по которой этого он не сделал, было то, что в данный момент безопасность полностью зависела от количества. Достаточно было посмотреть на случившееся со Скоттом.

Плечи Калариана опустились из-за отсутствия отклика, но, спустя пару секунд, он глубоко вдохнул, выпрямился и зашагал по тропинке, держа лук со стрелами на изготовке. Лот ждал неизбежных звуков битвы, и коварная, своекорыстная его часть, поддерживающая в нем жизнь все эти годы, задавалась вопросом, смогут ли они схватить Скотта и сбежать, пока монстр будет занят поеданием эльфа. Ему нравился Калариан, и, будь его воля, он бы не выбрал его в качестве приманки, но Скотт был парнем с деньгами. Или, по крайней мере, парнем, который знал парня с деньгами. А Лот всегда выбирал деньги.

Раздался рев, продолжающийся, по ощущениям, вечность, а потом голос Калариана обратился к монстру. Лот отдал ему должное – для того, кого собирались съесть, он звучал уверенно.

– Покажись, грязное чудовище, и освободи плен…

Рев внезапно оборвался, и они услышали:

– Кэл? Это ты?

Мгновение тишины, затем нерешительный голос Калариана:

– Бенжи? Кузен Бенжи?

Туман впереди расступился, из него выступила фигура. И оказалась она совсем не монстром. Это был эльф – кузен Бенжи, очевидно, – за исключением того, что вместо коричневых и зеленых земляных тонов одежды, которые Лот ассоциировал с их народом, этот был одет во все черное, не считая блестящего металлического болтика в губе. И в ухе. И в брови. Волосы его были черными и прямыми, на ногах надеты толстые массивные ботинки, казавшиеся слишком большими для стройной фигуры. Пояс с шипами свободно болтался на узких бедрах, и он держал в руках что-то вроде мегафона – источника рева, видимо.

– Бенжи! Это ты! Сколько лет прошло! – воскликнул Калариан и опустил Лук. – Это ты сейчас похитил человека?

Бенжи бросил на него взгляд, полный крайней брезгливости, которая могла возникнуть только при близкой встрече со Скоттом.

– Вау, ты все еще забавляешься с людьми? – Калариан повернулся лицом к остальным. – Это мой кузен Бенжи.

– Эбенжилариан, – уточнил эльф.

– Гесунхейт, – пробормотал Лот.

– Это расизм, – огрызнулся Бенжи. – Хотя, смерть всем организациям!

Лот поднял бровь.

Калариан пожал плечами.

– Большинство эльфов – коллективные анархисты, но Бенжи просто асоциальный засранец.

– Я верю в принятие прямых мер против государства путем гражданского неповиновения, – сказал Бенжи.

– Асоциальный засранец, – повторил Калариан с усмешкой.

– Кто из вас принц? – спросил Бенжи, с любопытством их осматривая. Потом пожал плечами. – Человек начал выторговывать собственную жизнь ценой жизни принца в ту же секунду, как я его схватил.

Лот вздохнул. Ничего удивительного.

– Ты убил его? – спросил Калариан, и, возможно, в его интонации прозвучала нотка надежды.

– Нет. – Снова пожал плечами Бенжи. – Я подумал, что, если у него действительно есть принц, то его поимка сойдет за политическое заявление.

Лот сделал шаг назад.

– Не в этот раз, – сказал Калариан. – Он – часть моего задания. – И похлопал Бенжи по плечу. – Поверить не могу, что ты живешь на Болоте Смерти. Это жестко.

– Тут довольно здорово, – сказал Бенжи. – Не приходится говорить с людьми. Могу спокойно работать над своим манифестом.

Червячок тревожно покачнулся в седле.

– Простите, – сказал Лот. – Калариан? Кажется, Червячок сейчас снова вырубится.

– Точно! – Калариан широко раскрыл глаза. – Нам, правда, нужно выбраться из этих ядовитых паров, Бенжи. Как ты, ну, знаешь, не помер?

– Мой дом стоит на яме, полной древесного угля, – сказал Бенжи. – И сам он построен из угля. И мебель в нем тоже из угля. О, еще я заплатил ведьме, чтобы она сотворила заклинание очищения вокруг дома, но, думаю, она просто наговорила всякой белиберды, так что, в основном, я полагаюсь на уголь.

Что ж, это объясняло, почему весь он был в черном.

Бенжи снова оглядел группу.

– Кто бы из вас ни был принцем, не жди особого обращения. Я презираю всю вашу систему правления, и, когда произойдет революция, ты первый окажешься прижат к стенке. – Калариан ткнул его в ребра. – Но, пока ты часть задания Кэла, можешь пойти со мной.

Лот осторожно выступил вперед.

– Обещаю, что не буду вставать на пути вашей революции. Но, если мы не уберемся из этого газа, мой юный спутник не выживет, чтобы ее застать.

Червячок издал что-то протестующее, но никто не обратил на это внимания, потому что следом за этим он выскользнул из седла, заставив Лота поймать себя до того, как упал на землю.

Снова.

***

Дом Бенжи действительно полностью состоял из угля. Это была приземистая маленькая лачуга, построенная на небольшом участке возвышенности посреди Болота Смерти. Вокруг стояли полумертвые деревья, с ветвей которых свисали гирлянды серого мха. В лачуге оказалось всего две комнаты. Одна была заполнена перепачканными углем книгами, а другая была спальной Бенжи. По очень практичным соображениям кухня находилась на открытом воздухе.

В лачуге было не так холодно, как снаружи, и все же холодно, потому что нельзя было разжигать огонь. Банки со светлячками, выпускающими мерцающий свет, придавали интерьеру неземной вид. Бенжи пыхтел и ворчал, пока копался в своих вещах, и, в конце концов, вытащил из запасов несколько грязных одеял и швырнул их группе. Сердитое выражение лица немного смягчилось, когда одно из них упало на заметно окосевшего Червячка.

– Я принесу ему воды, – сказал он. – И таблетку угля.

– Да он может просто погрызть твою книжную полку, – предположил Калариан. И прищурился, глядя на Бенжи. – Кстати, а где Скотт? Человек, которого ты похитил?

– Привязан на заднем дворе, – сказал Бенжи. – Он весь в дерьме. Не собираюсь пускать его в дом.

Дейв и Пай пошли проверить Скотта, Пай заливался трелью, сидя на плече Дейва.

– И прошу, не дай своему дракону сжечь мой дом! – крикнул им вслед Бенжи.

Несмотря на то, что Бенжи был асоциальным засранцем, стол он накрыл приличный. Даже Червячок, выпив воды и таблетку угля, собрался достаточно, чтобы насладиться едой, приготовленной им на открытом гриле.

– Так ты и есть монстр? – размышлял Лот, жуя кусок жареной репы, оказавшейся на вкус куда приятней, чем думалось. Бенжи знал толк в специях.

– Думаю, монстр был, – сказал тот и перебросил прядь черных волос через плечо. – Но, к тому времени, как я сюда переселился, он или умер, или ушел от дел. Похоже, у него были когти размером с лемех. В любом случае, мне тут нравится. Человеческие солдаты бояться заходить сюда, как и большинство эльфов. Для них я «слишком радикальный», – поставил он кавычки.

– Ты сжег классный кабинет, – сказал Калариан.

– Всего лишь раз.

– Три раза!

– Это был один кабинет! – возразил Бенжи. – Если им не нравилось, что я сжигаю его дотла, следовало прекратить его восстанавливать.

– После этого коллектив его изгнал, – сказал Калариан остальным.

Бенжи гордо улыбнулся.

Лот задумчиво хмыкнул.

– Если ты злобный болотный убийца, то почему был так добр к Червячку, принес ему воды и угля? Не похоже на смертоносные поступки.

Бенжи закатил глаза.

– Очевидно же, что он из угнетенных. А я не на угнетенных нападаю, разве не ясно?

– Не куплюсь на это, – заявил Лот. – Не похож ты на убийцу. – Бенжи явно чувствовал себя не в своей тарелке, так что Лот поспешил его добить: – Что ты, на самом деле, делаешь с похищенными?

– Я никогда и не говорил, что являюсь убийцей. Просто позволяю слухам делать свою работу. В основном, если кто-то оказывается достаточно глуп, чтобы пойти этим путем, я соблазняю их и забираю деньги, пока они витают в приятных воспоминаниях. – Бенжи ухмыльнулся и подмигнул. – Приятные воспоминания обо мне ослепляют их на несколько дней.

Лот в этом не сомневался.

Калариан кивнул.

– У тебя всегда была репутация дамского угодника.

– И мужского угодника, – сказал Бенжи. – На самом деле, кого угодно угодника. – Увидев поднятые брови Лота, он пожал плечами. – Отличный способ скоротать время.

– Но не со Скоттом? – спросил Калариан.

– Ты его видел? – вздрогнул Бенжи. – Даже у меня есть границы. В любом случае, суть в том, что когда-то здесь жил смертоносный болотный монстр, но он ушел, умер, вышел на пенсию или еще что. Единственный монстр, который тут сейчас обитает, находится у меня в штанах.

У Червячка отвисла челюсть, когда эльфы дали друг другу пять.

Мгновением позже в двери ворвался Скотт. От него воняло болотной водой. Одежда промокла насквозь, с волос капало.

– Дейв бросил меня в болото!

Дейв неуклюже вошел следом.

– От тебя несло дерьмом.

– Мой принц! – воскликнул Скотт, его взгляд упал на Лота. – Вы живы!

– Не благодаря тебе, как я слышал, – сказал Лот, и Червячок рядом фыркнул.

Скотт состроил невинный взгляд широко распахнутых глаз.

– Не понимаю, о чем вы, Ваше Высочество.

– Всего лишь о твоем предложении продать меня похитителю. Не припоминаешь? – Лот устрашающе выгнул бровь.

Скотт побледнел.

– Что? Ох… нет, я был… это… недоразумение, мой господин! Я предостерегал монстра, чтобы он оставил вас в покое, вот и все. Предупредил о вашем присутствии, чтобы вы безопасно пересекли болото. Да, ради безопасности, – повторил он, обводя комнату взглядом.

– Серьезно? – спросил Бенжи, нахмурившись. – Об этом ты и думал, мистер Я-отдам-вам-принца-если-отпустите?

Скотт нервно облизнул губы и придвинулся ближе к Дейву.

– Мм…

Тут Лот решил, что Скотт сейчас не стоил его времени. Куда больше его беспокоило то, как они собирались убраться с болота.

– Скажи-ка, Бенжи, полагаю, у тебя нет карты с дорогой отсюда?

Бенжи нахмурился.

– У вас нет карты? Какой идиот идет на задание без карты?

– У нас она была, но Скотт ее сжег.

Все взгляды обратились к Скотту, стоящему на том же месте с капающей с него водой.

– Это дракон, – заскулил он. – В любом случае, вы должны уважать меня, как своего лидера, и перестать лезть с обвинениями каждый раз, когда что-то идет не так!

– Но так работает лидерство, Скотт. Если хочешь прославиться успехом, нужно брать на себя и вину за неудачи, – отметил Лот.

Глаза Скотта расширились, как будто это никогда не приходило ему в голову.

– То есть, если все пойдет не по плану, в балладах…

– Тебя высмеют, да. И ты прославишься как Скотт Болотная Срань.

– О-о, мне это нравится! – оживился Дейв. – Начну-ка я песню! Что рифмуется со сранью?

– Рвань, брань, врань, – перечислил Червячок, ухмыльнувшись. Лот с облегчением отметил, что тот достаточно оклемался, чтобы принять участие в разговоре, поэтому подхватил:

– Болотная погань, пустая глухомань, – радостно продекламировал он, получив огромное удовольствие от хмурого взгляда Скотта.

– Да, – кивнул Дейв. – Баллада о Скотте и о том… о том, как он присел на корточки!

Дейв выглядел чрезвычайно довольным собой, и Лот был на его стороне. У него должно было получиться, ведь, если они благополучно доберутся до Каллиера, Скотта увековечат по совершенно неправильным причинам. Мысль об этом заставила его мелкое сердечко запеть от радости. Это сослужит неплохую службу маленькому говнюку за то, что он пытался им откупиться.

И все же, им все еще нужна была карта, чтобы добраться до места назначения целыми и невредимыми, поэтому он снова обратил внимание на Бенжи.

– Есть тут безопасная дорога? Нам нужно в столицу.

– У меня нет карт, – сказал Бенжи. – Но я знаю болото. Могу вывести вас обратно к дороге из Делакорта или на другую сторону к дороге в Толер.

– Толер? – спросил Червячок, его глаза расширились. – Я смогу добраться в Каллиер оттуда, по крайней мере, думаю, что смогу. И по пути там много деревень.

– Только посмотрите, ну что за удобный маленький почтовый голубок? – сказал Лот. – Для меня, по крайней мере. И где же твой дом, Червячок?

– Возле Каллиера, – сказал парень без колебаний.

– Как туманно, – пробормотал Лот.

Червячок только скривил в усмешке рот и пожал тощими плечами.

– Вы, люди, такие глупые, – заявил Бенжи. – Зачем вам вообще в Каллиер? Там полно людей. Ненавижу людей.

– Это часть задания, – сказал Калариан, жуя анемичную на вид морковку.

– Б-благородного задания! – подал голос Скотт. – Самого благородного задания! Мы вернем потерянного принца Тарквина на трон, как законного правителя Агилона!

– Все короли – тираны, – сказал Бенжи, и Калариан ударил его кулаком.

– Да, но лорд Дум худший из тиранов! – воскликнул Скотт.

– Что ж, и то правда, – задумчиво сказал Бенжи.

Лицо Скотта просияло.

– Ты должен к нам присоединиться! С монстром с Болота Смерти на нашей стороне мы будем непобедимы!

– Нет, – сказал Бенжи. – Вообще-то, это очень оскорбительно. А еще – отвали.

– Но… я тебе заплачу! – подбежал к нему Скотт, принеся с собой запах болотной грязи. – Ну, я заплатить не смогу, но сир Кровит сможет!

Лот не мог не заинтересоваться таинственным покровителем Скотта.

– Скотт, думаю, сейчас самое время рассказать, кто же стоит за этой спасательной миссией.

Червячок, к удивлению, кивнул в знак согласия:

– Кто хочет освободить принца и почему?

Скотт беспомощно пожал плечами.

– Все, что мне известно, так это то, что однажды вечером я сидел в таверне и рассказывал друзьям о том, что смогу стать героем, если найду подходящее задание. Ко мне подошел мужчина и сказал, чтобы я дождался его в лесу следующей ночью. Когда я пришел, он передал мне письмо от сира Кровита, – Скотт порылся в кармане камзола и вытащил грязный клочок пергамента.

Лот без спроса выхватил его из рук и быстро просмотрел. Скотту действительно предложили собрать отряд спасителей и вызволить принца из тюрьмы в Делакорте. Там было обещание оплаты и список городков вдоль дороги из Делакорта, где можно было пополнить припасы и сообщить о состоянии миссии. Лот прищурился на замысловатую подпись, и Скотт ткнул в нее через его плечо:

– Видите? Сир Кровит. Может, один из новых дворян, посвященных в рыцари лордом Думом?

Лот моргнул, еще раз перечитав сложную петляющую подпись, и изо всех сил постарался говорить ровным голосом, сдерживая смех.

– Это не имя, Скотт. Тут написано «Покровитель».

Скотт напрягся.

– Бессмыслица какая-то, – сказал он.

– Это написано на бумаге, вот. По-кро-ви-тель. – Произнес Лот так, словно говорил с ребенком. – Покровитель – это тот, кто дает деньги, чтобы помочь делу, Скотт. А ты что думал, это значит?

Скотт покраснел.

– Я всегда думал, так называют болезнь, когда у тебя не опущено одно яичко. Но мама отвела меня к целителю, и та сказала, что все нормально, и однажды оно наверстает упущенное.

Червячок фыркнул. Лот поймал его взгляд и с удивлением обнаружил улыбку, ярче всех, что приходилось видеть раньше. С ней Червячок выглядел куда лучше, чем со своим обычным хмурым взглядом.

– Опустим новости о твоих генитальных аномалиях. Скотт, ты когда-нибудь встречался с человеком, финансирующим задание? – спросил Лот, внезапно почувствовав беспокойство. Возможно, принц был в большей опасности, чем ему казалось сначала.

Он быстро стряхнул эту мысль. Не было никакого принца. Лорд Дум утверждал, что его племянник будет находиться в безопасном месте до своего совершеннолетия, но никто по-настоящему в это не верил. Пропавший принц был сказкой, фантазией, и определенно был мертв и похоронен, если, конечно, у лорда Дума была хоть капля здравого смысла.

Скотт прикусил губу.

– Не встречался-встречался, но ведь все из письма оказалось правдой, – сказал он. – Камера, рыжие волосы, спящие охранники, все это.

– Подожди. Спящие охранники?

На этот раз кивнул Дейв:

– Я хотел вырубить их, но они уже спали, – надулся он. – Удалось ударить только стену.

Лот отложил эту информацию на потом и поднял листок бумаги.

– А ты не должен был избавиться от этого? – потому что не видел ни одного стоящего заговорщика, который бы не избавлялся от улик.

– Эм, я не очень хорошо запоминаю вещи вроде названий городов и деталей, – признался Скотт. – Поэтому сохранил его. Наверное, стоит его сжечь.

– Точно. Позже разожжём огонь, – заявил Лот.

– То же и я сказала, – пробормотала Ада. – Но ведь: «Все ради баллад, Ада».

– Баллада о Скотте и его неуловимом яичке! – предложил Дейв, довольный тем, что у него появилось больше пищи для музыкальной карьеры.

Скотт заметно съежился, и Лот прикусил губу. Посмеется над этим позже, когда закончатся насущные заботы.

Он потер лоб.

– Просто чтобы внести ясность: незнакомый человек платит тебе за возвращение принца в Каллиер, чтобы посадить его на трон, и ты не задавался вопросом о его мотивах? Тебе и в голову не приходило, что это может быть ловушкой?

Отсутствующий взгляд Скотта был единственным ответом, в котором Лот нуждался.

Он задумчиво пожевал губу.

– Червячок, это была твоя обычная камера?

– Нет. Меня переместили, сказали, чтобы я не мешался, пока они будут убираться. Как будто они вообще когда-то это делали, – пробормотал он с горечью, и Лот вспомнил камеру.

И внутренне застонал, когда кусочки пазла начали складываться. Принц Тарквин был мертв и мертв давно, в отличие от слухов о нем. Так, что же нужно было лорду Думу, чтобы их опровергнуть? Тело. А значит, ему нужна была подходящая рыжая голова для убийства. Вероятно, потом он бы объяснил все нападением бандитов, повстанцев или еще кого, но, если у него будет рыжеволосый труп, который можно будет похоронить на публике, что помешает ему, наконец, заявить права на трон? Боги, а ведь он с самого начала собирался использовать для этой роли Червячка – может, именно это и было причиной его ареста. Но какой еще бедняга одной из ночей, ничего не подозревая, бродил по улицам Делакорта и случайно привлек внимание охранников? Лот с его выкрашенными хной волосами.

Лот вздохнул и обменялся настороженным взглядом с Червячком. Дела становились все хуже и хуже.

Эх, надо было перекрашиваться в блондина.

Глава Семь

Лот хотел спрятать голову под подушку, которую делил с Червячком, чтобы заглушить непристойные звуки, доносящиеся из спальни Бенжи, и ему это почти удалось, но Червячок утянул ее обратно, чтобы прикрыть собственные уши. Они жались друг к другу в попытке согреться, потому что спали без огня, а ночные ветра безжалостно пронизывали болото. По крайней мере, Бенжи нашел для Лота старую рубашку. Естественно, она была черной и длинноватой, но Лот повязал полоску от синего камзола вокруг талии и удовлетворился результатом. Согревала и ладно.

Дейв и Ада делили одеяло, и кто-то из них громко храпел. Скотт свернулся калачиком в одиночестве, потому что от него так и несло болотной водой. Калариан?

Калариан был причиной, по которой они затыкали уши.

Ну, Калариан и Бенжи. Когда ночь в очередной раз нарушилась скрипом кроватных пружин и приглушенным криком: «Да! Там!», за которым последовал глухой удар изголовья кровати о стену, Лот застонал.

– Они ведь кузены! – заскулил Скотт. – Это…

– Вот именно, – отрезал Лот. – Очевидно, члены эльфийских семей невероятно близки! Кто бы знал?

Лот был абсолютно уверен, что Червячок вытащил голову из-под подушки лишь для того, чтобы наградить его осуждающим взглядом, прежде чем сказать:

– Как интересно, а я-то думал, кое-чьи прародители были двоюродными кузенами.

Лот с секунду тупо на него смотрел.

– Королева Фрида и король Алджернон? – подсказал Червячок. Очевидно же, маленький засранец знал, что Лот понятия не имел, о чем он толковал, а тут еще и Ада подняла голову, чтобы послушать.

Уставший мозг Лота заработал. Точно. Старый король и королева были дальними родственниками. Теперь он вспомнил.

– Простите, что не подумал о пэрстве Варпов, – фыркнул он. – К тому же, у дворян другие правила. Мы объезжаем все, что приглянется, это всем известно. – Лот проигнорировал жесткий взгляд Червячка и наклонил голову в сторону спальни, из которой перестал доноситься стук изголовья кровати. – Думаешь, они закончили?

Ответом на вопрос послужил вскрик Калариана: «Оседлай меня!», за которым последовало что-то похожее на щелчок кнута, а затем равномерный набирающий темп стук-стук-стук угля по углю.

Звуки эти заставили Червячка покраснеть, и Лот присмотрелся к нему повнимательней.

– Скажи-ка, Червячок, ты краснеешь от смущения или зависти?

Губы Червячка сжались, он хмыкнул и повернулся спиной к Лоту, прихватив с собой большую часть одеяла.

Лот ткнул маленькое животное локтем:

– О, да ладно, не будь такой ханжой. Если честно, когда я слышу этих двоих… то завидую. Недели прошли с моего последнего траха.

Червячок пробормотал что-то в одеяло.

– Что? – Лот свернулся калачиком, чтобы сохранить тепло, и подтянул его поближе, чтобы лучше слышать: – Ты что-то сказал?

Сосед по кровати едва не вибрировал от желания открыть рот, так что долго ждать не пришлось – Червячок вырвался из хватки, развернулся лицом и прошипел:

– У тебя он хотя бы вообще был!

Это заставило Лота замолчать.

Ну конечно. Червячку было где-то между двенадцатью и двадцатью – сложно сказать точнее. Но если его заперли, скажем, лет в пятнадцать или шестнадцать, а он был сыном дворянина, то вероятность, что у него не было возможности заняться чем-то веселым, была велика. Вполне может статься, что его сексуальный опыт ограничивался рукой, соломенным матрасом и аудиторией крыс.

Лот не был уверен, из чувства вины, жалости или еще чего родилось это предложение:

– Ну, если захочешь, чтобы я показал тебе, что к чему, я в деле. И даже денег не возьму.

Червячок при этих словах замер.

– Нет, спасибо, – натянуто сказал он.

Лот не знал, что тут можно добавить. Нечасто его подводили слова, но, с другой стороны, ему и отказывали редко. Пока он обдумывал эту мысль, из спальни донесся громкий крик: «Сильнее, Бенжи!»

В комнате воцарилась тишина, и Скотт заявил:

– Им обязательно так… театрально к этому относиться?

Из-за стены раздался голос Бенжи:

– Закройся, Скотт! Ты все портишь! – прежде чем снова скрипнули пружины и – да, определенно – щелкнул кнут.

Червячок хихикнул, напряжение ушло из его плеч, и Лот снова прижал парня к груди, про себя улыбаясь.

***

Лот проснулся от теплого дуновения воздуха у затылка. Открыл один глаз и увидел размытый предрассветный туман, окрашивающий все серыми оттенками. Значит, было еще очень рано. Он снова закрыл глаза и машинально прижался к теплу другого тела, над ухом раздался тихий вздох. «Червячок», – подумал он сонно. Должно быть, они перевернулись ночью.

Он попытался устроиться поудобнее, но что-то ткнулось в него через ткань штанов, что-то твердое, толстое и… Лот все еще находился в сонном состоянии, так что ему потребовалась секунда, что бы осознать, что, да, к его заднице определенно прижимался член. Его глаза резко распахнулись, и он позволил себе мгновение удовлетворения. Червячок мог сколько угодно утверждать, что это было ему не интересно, но тело его рассказывало совсем другую историю. Лот качнул бедрами так, чтобы толкнуться в Червячка, и ухмыльнулся, когда Червячок, не просыпаясь, подхватил ритм.

Будь они где угодно кроме пола полной людей комнаты, Лот бы разбудил Червячка, прошептал ему на ухо сладкие слова, перевернул их и применил свои навыки. Хотя, вообще-то, он был не из тех, кто пользовался спящими – он предпочитал, чтобы его партнеры бодрствовали и умоляли.

Кроме того, он два дня провел верхом на лошади, чуть не отравился болотным газом и с ног до головы был покрыт угольной пылью. Да и не был он уверен, что выступит должным образом, зная, что их слушают два эльфа с ушами-летучими мышами, которые не преминут тем, чтобы вынести свое суждение.

Так что он ограничился тем, что потянулся за спину, потряс Червячка за костлявое плечо и прошептал:

– Я польщен, Червячок, но давай как-нибудь в другой раз.

Бедра Червячка толкнулись раз, другой, тело напряглось, и он проснулся:

– Черт! – прошипел он.

– Когда-нибудь, – пробормотал Лот. – Я буду более чем счастлив, только слово скажи. Только где-нибудь не здесь и не сейчас.

Червячок отполз назад, и, когда Лот повернулся, света оказалось достаточно, чтобы разглядеть румянец на его щеках.

– Я не… Это не… это случайность!

– Случайность ли? Или ты все-таки считаешь меня неотразимым? В этом нет ничего постыдного, Червячок. Многие чувствуют себя так же рядом со мной, – послал ему Лот воздушный поцелуй.

Червячок сел и, слегка сгорбившись, нахмурился, словно думал, что Лот вот-вот запрыгнет на него и без спроса схватится за член, что было очень оскорбительно – Лот всегда спрашивал разрешение. Лот вздохнул.

– Кажется, все эти приключения тебя немало напрягают, – пошевелил он бровями. – А, знаешь, что помогает при стрессе? Оргазмы.

– Ты невозможен, знаешь об этом? – Червячок отбросил в сторону одеяло, прошел в другой конец комнаты и, спустя минутное колебание, лег рядом с Дейвом. Лот подумал, что Дейв вряд ли отнесется к неуправляемой эрекции с таким же пониманием. Но потом решил польстить себе мыслью, что шансы на то, что Дейв окажет на Червячка такое же влияние, невелики, а потому устроился под одеялом и, ухмыляясь, снова заснул.

По крайней мере, сейчас Червячок не стал прямо ему отказывать. Какой-никакой, а прогресс.

***

Позже утром Калариан вышел из спальни Бенжи, и на нем не было ничего, кроме сонной улыбки и множества мазков древесного угля на бледной коже. Лот открыто уставился. Эльфы действительно были несправедливо привлекательны, пусть Калариан и выглядел так, словно его несколько раз протащили сквозь заросли. Пока он выходил из парадных дверей, предположительно, чтобы помочиться, Лот увидел несколько знатных угольных отпечатков ладоней на вершинах великолепной задницы.

– Ч-что! – воскликнул Скотт, отбрасывая одеяло. – Надень что-нибудь, Калариан! Я вижу твой… ту штуку!

– Это пенис! – сказал Калариан, обернувшись и наградив всех взглядом. – Тут такой у большинства есть!

– И у меня их было столько, что не счесть, – сказала Ада.

– Скотт просто завидует твоим симметричным яйцам, – сказал Лот.

Калариан ухмыльнулся.

– Они прекрасны, не правда ли?

– Высочайшего качества, – сказал Лот. – Сногсшибательные.

Калариан снова развернулся, покачал задницей с отпечатками пальцев и продолжил путь наружу.

Лот повернулся к Червячку. Тот сидел с широко распахнутыми глазами и красным лицом. В сложенной чашечкой руке он держал Пая и нежно поглаживал спину пальчикового дракона, стараясь очень и очень демонстративно не пялиться на задницу Калариана.

К несчастью мальца, стоило только ему отвернуться, чтобы избежать этого зрелища, как его встретил Бенжи, выходящий из спальни таким же красивым и голым. Червячок застыл на месте, и Лот искренне испугался, что тот сейчас самовоспламенится. Это было последним, что нужно было построенному из угля дому, так что Лот закинул руку ему на плечи и вывел на улицу.

Воздух за пределами лачуги был на удивление чистым, как и говорил Бенжи. Лот похлопывал Червячка по спине, пока тот делал глубокие вдохи, Пай наворачивал вокруг крошечные круги.

– Итак, – сказал Червячок, в конце концов, и прочистил горло. Лицо его так и пылало ярко-красным. – Если Бенжи выведет нас на дорогу до Толера, мы легко доберемся до Каллиера.

– Хм. – Лот провел носком ботинка по грязи. – Если мы абсолютно уверены, что хотим попасть в Каллиер, то да.

– Слишком гладко все идет? – спросил Червячок. – Спасение из ниоткуда. Ты думаешь, за всем стоит лорд Дум.

– Я думаю, что это возможно, – сказал Лот. – Думаю, это в его интересах – предъявить труп трагически погибшего племянника, столкнувшегося с какими-то бандитами по дороге в столицу. У принца как раз должно случиться совершеннолетие, так что время не ждет.