Текст книги "Останови меня, Иначе все повторится (СИ)"
Автор книги: Лира Велена
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)
Глава 10
Приглашенные гости одновременно повернули головы на источник шума.
Мне невыносимо захотелось вдруг прокричать в голос, чтобы отвернулись и не смели безмолвно оценивать.
Мне хотелось уснуть и проснуться в другом месте, оказаться в иной жизни.
Перед глазами всё раздвоилось, и я ретировалась на шпильках, а затем резко побежала в поисках уборной.
Я металась по коридору, ища взглядом комнату, и наконец обнаружив нужную дверь, влетела в помещение.
Я тяжело выдохнула, облокачиваясь всем телом на твердую опору, ощущая бешеное давление в висках и белый шум в ушах.
Приложив ладонь к вздымающейся груди, я чувствовала беспрерывные толчки под ребрами, которые отзывались болью каждый раз.
– Просто успокойся, – поспешно подошла к раковине, только меня немного шатало.
Открыв краник, под холодным напором я промачивала шею, ключицы, локти, плечи, чтобы более-менее облегчить удрученное состояние.
Ладонями уперлась в гладкий камень, пытаясь выровнять дыхание, унять тремор в ногах и руках.
Безрезультатно. Нервы все же сдали.
Боже. Я трусиха. Самая отъявленная и жалкая.
Безусловно, можно обрушить на себя поток упреков, только я понимала: ситуация не изменится и мой побег прямое доказательство слабости. Тут никакими оправданиями не прикрыться.
Безгласно, отсутствием каких-либо действий и одним своим присутствием размазал по стенке.
Соболевский. Он обещал забрать покой и приступил к действиям. Статично превращал жизнь в кошмар. По-хорошему, следовало поговорить спокойно и разобраться в причинах – вот только абсолютно никаких переговоров не хотелось. Не было смысла.
Звук отворившейся двери, щелчок замка донеслись с небольшим опозданием.
В отчаянии зажмурила веки как можно сильнее, и,стиснув зубы, пыталась включиться в надвигающееся столкновение.
И точно знала, кого именно занесло в уборную; ядрёный цитрус, успел забиться в ноздри и не собирался покидать легкие.
Не могла сдвинуться с места, будто у виска держали дуло пистолета. Окоченевшие ступни приросли к полу, ассоциировались с тяжёлыми глыбами.
Палач не спешил. Подошел сзади. Вплотную. Явно смакуя, триумф и полным убеждением – он небожитель.
Все инстинкты обострились, вставая на дыбы. От близости мужского тела несло жаром, словно с раскаленным металлом соприкоснулась.
Меня трясло от ужаса, страх парализовал практически всю дееспособность.
Пропустив интенсивные кувырки сердца, отчаянно пыталась прийти в себя. Я не собиралась быть жертвой его нападок, нельзя допускать вседозволенность.
Распахнула глаза и провалилась в адов взгляд, летела, пока видела в отражении зеркальной глади его и себя.
Безотрывно смотрел, считывал мою реакцию, и, будто что-то прояснив для себя, склонился над ухом.
– Ева, здравствуй, – слова ошпарили кипятком. Этот вкрадчивый тон проникал глубоко, боже, он словно отымел мое имя. – Успела соскучиться? – вот и пошел в наступление.
– Что ты здесь делаешь? – развернувшись, оттолкнула от себя мужчину, мне помогла внезапность – он сделал несколько шагов назад.
– А ты? – ошарашенно наблюдала за методичными действиями Наума. Он снял смокинг и аккуратно сложил на мраморную поверхность, и все под надменную усмешку. Бугры мышц, как напоказ, играли своеобразным танцем.
– Хватит играть. Твоего брата здесь нет, и я уверена, тебе об этом известно.
– Верно. Архип мне не нужен.
– Тогда что?
– Не сомневаюсь, что ты догадалась.
– Я не поведусь на игры, Соболевский. И слушать тебя не намерена, – мужчина перегородил дорогу, как только я сделала шаг в сторону,
– Остынь. Какие игры? Я ведь говорил уже – пришел с миром и заботой, так сказать.
– Надоел, – очередная попытка обойти Наума провалилась – блокировал рукой проход.
– Не так быстро, девочка, – проговорил низким тембром. – Выходит, пока муж разгребает аврал на работе, ты решила воспользоваться моментом.
– Оставь меня в покое! – уперлась бедром в столешницу, мои колени подкашивались от переизбытка ощущений.
– Откровенно блядское платье, декольте, яркий макияж и отсутствие Архипа наталкивают на определенные мысли.
– Мне плевать, о чем ты думаешь, Что за бред ты несешь? – решительно отбила, проваливаясь в лихорадочный озноб.
– Мы взрослые люди, Ева. Семейная рутина, быт затягивают в свое болото, – продолжал невозмутимо выплескивать яд, зафиксировав на себе мой взгляд. – Со временем приевшись друг другу, люди отдаляются, теряют нить между собой, возникают споры, секс раз в полгода. И я прекрасно понимаю, как важно для молодой женщины внимание мужского пола, а здесь среди нескольких десятков пары глаз можно купаться в сальных взглядах. А если удача улыбнется, найдется чл… – вдруг замолчал, буквально на секунды, но затем выплюнул. – Найдётся кандидат готовый удовлетворить потребность.
– Пошёл нахер! – оборвала не в силах слушать дичь.
– Что не сделаешь ради брата, я готов пойти навстречу и восполнить пробел. Со всем усердием. На всю тысячу процентов. Я обещаю, – приложил широкую ладонь к корпусу. – А если мне понравится, то можно повторить акцию, но там посмотрим по ситуации.
– Отвали. Пошел к черту, – прошипела змеёй. С силой отшвырнула мужскую руку, ладонь жгло, но вырваться из капкана не удавалось – Соболевский предугадывал мои действия. Дистанция ничтожна мала между нами и, кажется, наши дыхания сливались в единый поток. Атмосфера накалилась. Воздух плотняком стоял вокруг нас.
– Подумай на досуге. Говорят, хороший левак лишь укрепляет брак, – с иронией отметил.
– Я ненавижу тебя, – внутренности сжимались и разжимались, вызывая спазмы, оттого хотелось вырвать.
– Не строй из себя недотрогу, нет надобности. Ведь мы оба в курсе, что блядскую натуру не спрятать даже за семейной жизнью, – жестоко бил словами, не забывая выказывать неприязнь мимикой лица. – И неважно, какой срок пройден, – бил точечно, и я ощущала себя извалянной в грязи.
– Будь проклят, – замахнулась, но он среагировал быстрее и, поймав за кисть, впечатал в твердое тело.
– Я проклят. С того дня как встретил тебя! – Отчеканил по слогам. И резко вцепился губами в мои. Протолкнув язык, он не давал вдохнуть воздуха. Тело пробило штырями боли и наслаждения. Я била его кулаками. Отпихивала от себя. И по итогу, мои запястья сковали одной рукой. Старалась сжать челюсть, чтобы не допустить сплетение языков. Но чем больше сопротивлялась, тем сильнее действовал Соболевский. Он яростно кусал губы, вгрызался остервенело в рот, словно хотел жизнь высосать, сожрать внутренности, и я вскрикнула, не выдержав. Во рту появился металлический привкус, но жадные укусы продолжались. Я мычала в сопротивлении, чертыхалась, только и эта борьба мною проиграна. Во рту растекался его вкус, и низ живота, будто пнули, острыми спазмами резало.
За дверью возникла возня, женщины стучались и требовали освободить помещение.
Затем он меня оттолкнул от себя.
Вся звериная суть вышла наружу. Рвано дышал. Распахнутая от порванных пуговиц рубашка показывала литую грудь, и отсутствовала татуировка, набитая пять лет назад.
Во взгляде сочилась необузданная ненависть и зловещесть, я увидела монстра.
– Дрянь! Мы еще обязательно продолжим.
А затем демонстративно сплюнул на пол с особой брезгливостью.
Глава 11
В понедельник ночным рейсом прилетел в Дубай.
Двухэтажный пентхаус был наполнен тишиной и одиночеством. И это особенно чувствовалось ночью, среди тяжелого люкса и богемной обстановки.
Вероника укатила с подругами в путешествие.
И впервые, не хотелось оставаться у себя дома.
Вызывающая роскошь больше не вызывала восторга и мое мужское эго не испытывало былых амбиций от проделанного пути.
Просто в моменте, все имеющиеся регалии перестали иметь смысл и пустота, которую, я методично восполнял годами стала в разы ощутимее.
Вновь наступил вакуум.
Принял душ, надел свежую одежду – и сразу отправился в офис холдинга.
Водителя отправил домой, сев за руль, хотел побыть наедине с собой и своими мыслями.
В дороге задумался о жене.
Я, познакомился с Никой три года назад на благотворительном балу в Вене.
Красивая, уверенная, знающая, что хочет и чего хочет, матерая материалистка – этим она меня зацепила.
Между нами, все довольно просто – уважение личных границ и хороший секс.
Мы обговорили все на берегу, потому не сомневался, Веронику устраивал подобный формат отношений.
Мне удалось поработать за ноутом, внимательно изучил скопившиеся бумаги, просмотрел графики движения цен фондовой биржи и рыночную стоимость ипотечного бизнеса.
Затем занялся изучением проекта «Свинцовые рудники.»
Крупная сеть российского производства, занимающаяся скупкой аккумуляторов для переработки в тяжелый металл и его экспортом.
Больше всего и с самого начала, меня интересовал филиал, в котором трудился сводный брат.
Поэтому во время празднования слияния компании, СвинецПро получил приглашение от СоболГлобал, прощупывал обстановку, так сказать.
Несколько часов кряду мониторил, подготовленные моим специалистом, файлы металлургической компании и основные финансовые показатели.
Их филиал выставили на продажу, и я намеревался его выкупить.
Удовлетворенный собой, и проделанной работой, откинулся на кресло.
Растер лицо ладонями, приводя себя в чувство, бессонница и рабочий режим нон-стоп давали о себе знать. Вышел из кабинета размяться.
Поднялся на крышу зеркального билдинга и глубоко вдохнул воздуха. Порывы ветра били по лицу и откинув голову назад, позволил себе расслабиться.
Подо мной город неспешно пробуждался. Однако, уже отсутствовал тот первичный кайф и адреналин не херачил в кровь от высоты, потрясного вида местности и мира, расстилающегося под ногами.
Я и не предполагал, что, оказавшись в этой стране пять лет назад, здесь будет меня ждать богатство и успех в бизнесе.
Мою фамилию уважали в высших кругах, я признан влиятельным человеком государства. Труд и упорство сделали меня, тем кем являлся в данную минуту, а еще стремился не чувствовать себя ничтожеством, которого предали, когда-то два близких человека.
Только золотой путь обрел не сразу.
В первый год приезда, разбитый и раздавленный, униженный и фактически мертвый – я живьем разлагался.
Целый год с настойчивостью мазохиста просматривал видео, которое мне прислали на смартфон.
Она умиротворенно лежала в объятиях брата, а тот щедро одаривал ее линии тела поцелуями.
Лучше бы я умер. Агония и адская боль ослепляли разум, словно вонзавшийся нож в самое сердце крутили беспрерывно.
Я рвал и метал. Горел в сумасшедшей ярости и клокочущей ревности.
Крушил все на своём пути.
Хотел душить и смотреть, как жизнь уходит из ее глаз.
Сученка медленно и с расстановкой мечтал убивать.
В течение первого года, я выл буквально от бессилия и режущей пополам реальности.
Как она могла? Как сука?
А за отсутствием ответов, заливался алкоголем, его было слишком много.
Я ненавидел весь женский пол, и если быть честным, никого не хотел. Никого.
Только ту, которая предала, и вырвала мне сердце. Я даже надеялся, что видео подставное и произошла нелепая ошибка, но как выяснилось позднее – монтаж отсутствовал, видео оригинал.
А спустя год, Зоряна проговорилась – парочка обрела новый статус.
Муж и жена. Вашу мать.
И все меня накрыла тьма.
Вырубился свет, отключились чувства – просто оболочка, которая механически двигалась.
В тот день, я налакался как скотина, снял двух проституток.
И немедля пошел в разнос.
Не давал девочкам покоя, они отработали каждую копейку – одна стояла раком до утра, другая полировала яйца.
Для разнообразия менял позы и тр*хал их ударами отбойного молотка, не жалел и оставался глухим к девичьим воплям.
Они уползли от меня, проклиная и кроя матом.
Только удовлетворённости не ощущалось – дыра по-прежнему зияла и раны не затягивались.
Все же, однажды, пришел тот день – типа просветления.
Когда уже алкоголь не лез в глотку, и меня отпиздили до полусмерти.
Лежа в захудалой больнице, я решил, что пора вылезти из дна в котором оказался.
Единственным вариантом выживания было начать все с нуля. Забыть прошлое навсегда.
Вычеркнуть из жизни тварей.
Я трудился без сна и отдыха. Пахал на износ, а вечерами штудировал структуру тяжелой промышленности, занимался поисками рабочего места в более престижных фирмах.
И, вот, сейчас спустя пять лет, я возвышался на крыше самого высокого небоскрёба востока.
Перед ногами целый мир. По щелчку пальцев могу получить что угодно и кого угодно. Купить остров, отправится в космос. Абсолютная власть и вседозволенность.
Но ирония жизни такова, что только при появлении продажной суки почувствовал себя живым.
Во мне проснулась жажда охоты, и стимул. Желания приобрели краски, а желал я много.
Причинить максимальную боль.
И смотреть, как меняется оттенок глаз после каждого жестокого выпада. Я хотел видеть, как красивое лицо приобретало бледность лишь от моего присутствия.
Я хотел ее слез, и чтобы она горела. Сломить сопротивление.
Я хотел, чтобы молила о прощении и наконец-то поняла на кого, променяла меня.
Но больше всего, шла дикая потребность, еще раз почувствовать влажность ее розового языка и скомкать ртом податливые губы.
Меня не отпускал болезненный стояк с первого дня нашей стычки. Я до оскомины зубов ее хотел. До белых пятен в глазах.
Она засела в голове, сделала неконтролируемым, отчего больше раздражался.
Меня накрывало от запаха ее волос, манящих глаз и великолепного тела.
Хотя разум трубил, насколько она умопомрачительна, настолько же лжива, но бл*ть, я ничего не мог с собой поделать.
Размышления прервались входящим звонком от Лаврентьева.
– Я слушаю.
– Наум Маркеллович, основная инфа по двойне завершена. За исключением теста ДНК, результаты будут готовы через десять дней.
– Скинь на почту Петрович. Что по Севериным?
– Ничего особенного. Объект не пришел в понедельник, хотя обстановка в офисе более чем благоволила.
– Интересно. Значит, она не клюнула на сообщение.
– Вероятно, одного раза недостаточно.
– Тогда подкинем еще дровишек, – да, мне требовался пожар, хотел устроить настоящее пепелище. – Но оставляем в покое объект до четверга. В среду, я возвращаюсь, и лично займусь вопросом разоблачения Северина.
– Понял.
– Что по риелтору?
– Он морозится.
– Чудно. А она?
– Звонила. Но дополнительно связалась с другими агентами. Какие-нибудь будут указания?
– Да, можешь вкратце обрисовать картину по двойне? – затаил дыхание в ожидании.
Но итог диалога с начбезом, ввел в задумчивость и, я невольно испытал досаду.
Пять лет назад Ева родила семимесячных малышей. Делали кесарево, но девочка и мальчик родились здоровыми.
Из чего напрашивался вывод, пора развеять надежды – вариант отцовства был изначально абсурдным.
Но почему тогда чуйка отрицала эти факты и убеждала о существовании двойного дна в истории.
Меня бомбило от злости и нервозно расхаживая по кабинету, обдумывал дальнейшие шаги.
Да, я хотел, быть биологическим отцом малышей, чего душой кривить.
Алекс и Георг ввалились без стука в дверь. Лучшие айтишники и спецы своего дела.
После краткого рукопожатия, приступили к обсуждению стратегии рабочей схемы приобретённой компании и ее системы безопасности.
Вторым пунктом совещания являлись «Свинцовые рудники.»
– Алекс, я просмотрел, собранные тобою материалы по российской компании и обнаружил дыру в финансах. Но хочу послушать твое мнение.
– Ты прав шеф, дыра в двести пятьдесят миллионов. Не хило так, и ее пи*дец как пытаются прикрыть.
– Якобы деньги лежат на счетах, но по факту их нет. Считают себя умным⁈
– Это опасно и рискованно для них, но если они идут на подобную аферу, то наверно так и есть.
– Выходит, запрашиваемая цена продажи свинцового рудника в разы завышена?
– Верно, Наум. Точно непонятно, что это отмывание денег или может еще чего хуже, но факт мошенничества присутствует.
– Понятно, – мысли скакали хаотично и я лихорадочно пытался ухватиться за них. В моих руках появились мега крупные козыри, это просто бомба. Как оказалось все просто – убрать с дороги Архипа, как два пальца об асфальт. – Значит поступим так, Георг, свяжись с кем требуется и кидай рудникам предложение. Мы должны оказаться первыми и единственными.
– А ценник?
– Даем столько сколько они просят.
– Наум, это же колоссальная потеря денег.
– Без паники, ребята. Алекс, ты займись аудитом филиала, и налоговую оповестить не забудь. Только аккуратно, чтобы никто не понял откуда ветер дует.
– А дальше?
– Дальше устраиваем дезориентацию конкурента. Хочется верить, что инвесторы оказывают давление на фирму и потому они спешат с продажей. Аудит проходит приблизительно неделю и все отведенное время следует тянуть. Ясно?
– Шеф, цену можно и так сбить, указав на жирный косяк.
– Всему свое время. Они умны, но мы умнее. Вы пока занимайтесь подготовкой сделки, а последнее слово будет за мной. Мы купим компанию за копейки.
– Принято. Сделаем.
– И да, подготовьте мне развернутый отчет финансовых показателей СвинцаПро. Инвесторы имеют права знать, что их ожидает в будущем, если сорвется наша сделка.
Да, я все рассчитал. И сотру его имя в порошок
Так просто ему не отделаться.
Я хочу, чтобы он мучался, нервничал и искал выходы из тупика.
Ставки слишком высокие и всему руководству светила тюрьма.
Мне абсолютно безразлично, кто именно вывел бабки из компании. Я знал одно – это незаконно.
И являясь финдиректором огромного филиала брат здорово проебался по всем фронтам. Даже если он не догадывался о махинациях, незнание не снимало ответственности.
И почему я не удивлен?
Амбиции братишки всегда зашкаливали, и был обделен дальновидностью.
Не просчитывал шаги наперёд. Как и при каких обстоятельствах он получил должность финансового директора оставалось загадкой.
Я оставлю его голышом.
Опустошу карманы. Разнесу в пух и прах карьеру.
Я лишу его самого главного – семьи. Дети и жена ему дороги.
Перед тем, как скинуть Северина с пьедестала, буду бить по нему с разных сторон – изматывать, давить и только потом упеку в тюрягу на приличный срок.
А что касалось его дражайшей супруги – Ева оставалась на десерт.
После совещания позвонил Дмитрий Орлов.
Мой новый партнер дочернего холдинга «Зеленые дары» – я любил инвестировать. Заводы. Люди. Бизнес. Творчество. Если, я видел потенциал, то вкладывался по полной.
Открытие выставки оказалось на руку и, как истинный гуманист не упускал возможности для благотворительности.
Я хорошо знал Еву и специфику ее работы. И очень надеялся, что Карине удастся убедить подругу в посещении выставки.
Я подключил Дмитрия, пообещав поддержку в начинающий бизнес. И потому особого труда не составляло сделать так, чтобы девушки получили приглашение. Ведь Дмитрий Орлов имел две страсти – картины и красивые женщины.
Единственное, что от меня требовалось устранение Архипа. Что было совсем не сложно, я ему обеспечил проблемы на работе.
– Дмитрий, добрый вечер.
– Приветствую, Наум.
– Как погода на востоке?
– Жарковато. Приглашение вручены?
– Лично в руки.
– Отлично. Я буду должен.
– Лучше приходи на выставку. Этого будет достаточно.
– По рукам.
Закончив звонок, вглядывался в даль. Все складывалось наилучшим образом, для полного антуража не хватало жены.
Зачем спрашивалось?
Я собирался в атаку и планировал одним ударом, отправить в нокаут каждого.
Ева не глупа, но запутать ее, чтобы не успевала рационально мыслить входило в первостепенную задачу.
Да, все для нее. Все в самом лучшем виде.
Столько сложностей ради того, чтобы выбить почву из-под ног. Чтобы не понимала, где правда и ложь. Чтобы сбитая с толку, пришла ко мне за помощью.
Лишь редкими моментами лица двойни всплывали перед глазами и только потому я медлил.
В отличие от подлых родителей, Спартак и Мелания искренние и чистые. Такие необычные малыши, умные не по годам и открытые миру.
Я совсем не планировал месть, мне не требовалась расплата предателей.
Научился жить в темноте, без чувств и эмоций. Однако, тот день расставил все по местам.
Пирс. Ее прозрачный взгляд. И разговор ни о чем, но я успел попасть под ее магию, словно окунали в морозную прорубь, и следом обливали кипятком.
Затем прибежал Архип, встревоженный и с бегающим взглядом. Он поспешил взять ее ладонь в свою, транслируя принадлежность.
Тогда, я вновь ощутил в спине нож, и после вынес им приговор, когда смотрел на уходящую парочку и их сомкнутые руки между собой.
Они разбередили, все самое мрачное и темное – пробудили монстра. Всколыхнули, ту боль, которая казалось притупилась.
– Я знаю, что сделаю с тобой, малышка! Ты пройдешь круги ада и будешь молить о пощаде.
