Текст книги "Апрель для Октября (СИ)"

Автор книги: Лина Деева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)

Глава 26

– Наконец-то! – Раздавшийся в наушнике женский голос показался Дину знакомым. Если бы не помехи, он бы точно узнал говорившую. – Сколько можно ждать!

– Сейчас ровно девять, Бэл. – Чтобы расслышать ответ приходилось напрягать слух.

Девица наверняка фыркнула, но это потонуло в общем фоне. В отличие от слов:

– Давай присядем где-нибудь. У меня к тебе серьёзный разговор.

– Уверен в этом, – Гавриил взмахнул рукой. – Как насчёт вон той лавочки?

Пока они усаживались на лавку в скудной тени пальм, Дин допил остатки холодного кофе и снова сосредоточился на звуках в наушнике.

– Так что ты хотела, Бэл?

Девица выдержала театрально долгую, наполненную шорохами паузу и выпалила:

– Я хочу обратно в Рай!

Услышав это, Дин едва пальцами не прищёлкнул. Белинда! И у неё как раз третий чин – демоны беззакония, чей сюзерен – мессир Велиал.

«Очень глупо с твоей стороны, Бэл. Обратной дороги нет ни для кого, а предательство в Аду не прощают. Даже если это заведомо неудачная попытка».

– Бэл, это невозможно, – Гавриил тоже был весьма удивлён наивностью просьбы.

– Я искуплю! – Белинда одним грациозным движением перетекла с лавочки в коленопреклонённую позу. – Я совершила ужасную ошибку, но Отец милосерден! Я готова служить ему в Аду хоть тысячу лет, наблюдая за нашими врагами и передавая сведения, только пусть Он простит меня!

– Ты в своём уме? – теперь архангел был в настоящем шоке. – Ты всерьёз собираешься искупать грех новым грехом? Бэл, прости за жесткую правду, но это говорит только об одном. Что в твоём изгнании не было ошибки.

– Как ты смеешь! – Белинда вскочила на ноги, вмиг превратившись из кающейся грешницы в разъярённую фурию. – Да знаешь ли ты, каково это, жить в Аду?! Прозябать в вечном сумраке, в унылой пустыне, где любая вода – яд, а любое живое существо – опасный хищник? Обитать среди интриг, лжи и лицемерия, завися лишь от милости сеньора? Не иметь ни минуты отдыха от вечной борьбы, ни шанса довериться, ни надежды, что это когда-нибудь прекратится?

– Хватит, Бэл, – Гавриил тоже поднялся с лавки. – Разумеется, Ад не Рай, и в существовании там нет радости. Тем не менее я уверен: если ты перестанешь цепляться за прошлое и искать лёгкие пути, то скоро сможешь найти своё место и там. Это всё, что я могу тебе посоветовать. А теперь прощай.

Он развернулся, собираясь уходить, однако Белинда вцепилась в его руку.

– Постой! Ты же передашь мою просьбу Отцу? Прошу, умоляю, скажи Ему! Расскажи, как я мучаюсь!..

– Я передам, Бэл, – в тоне Гавриила была неприкрытая печаль. – Таков мой долг, но, повторюсь, не рассчитывай на положительный ответ.

Белинда упрямо вздёрнула подбородок.

– В отличие от тебя, я верю, что Отец меня не оставит. Вот увидишь.

В ответ Гавриил кротко покачал головой и, повторив «Прощай», зашагал к замку Святого Ангела. Какое-то время Белинда смотрела ему вслед, потом встряхнулась и, поправив шарф, направилась в противоположную сторону.

Зелёный светодиод на коробочке приёмника погас, и мессир Велиал убрал подслушивающее устройство обратно в карман.

– Ну-с, что скажете, господин Судья? – чуть насмешливо поинтересовался он.

«...et pereat mundus». Даже если погибнешь ты сам, с точки зрения Ада виновный даже более глупой Падшей.

Дин равнодушно пожал плечами.

– Невероятная простота.

Взгляд адского короля сделался пронизывающим, как ветер полярной ночи.

– И как вы предлагаете поступить с предательницей?

– Справедливости ради, потенциальной предательницей, мессир, – Дин спокойно глядел собеседнику в лицо, однако чего ему стоило это спокойствие, лучше не говорить. – Я полагаю, наиболее эффективным будет просто приглядывать за ней. В конце концов, крылья она уже не вернёт, а играть на её глупости ради получения сведений Рай не сумеет.

– А если сумеет? – мессир Велиал подался вперёд, и голос его обрёл бархатную вкрадчивость. – А если Апокалипсис ближе, чем мы думаем? Не опасно ли тогда спускать предательство с рук?

– Вовсе нет, – от чувства опасности у Дина встали дыбом волоски на загривке, однако сохранять хотя бы внешнюю невозмутимость у него ещё получалось. – Если предательство из потенциального станет реальным, мы получим ценнейшего дезинформатора Рая.

– Разумно, – адский король откинулся на спинку стула. – Но я всё-таки считаю, что показательно суровое наказание принесёт больше пользы.

Дин вопросительно посмотрел на него, и, сделав небрежный жест, мессир Велиал расшифровал:

– Коцит.

Это было слишком. Даже для известного своей жестокостью высшего демона.

– Мессир, но ведь по факту предательства не было, – Дин знал, что смертельно рискует, однако пойти против справедливости не мог. – Белинду можно перевести в низшие духи или сослать куда-нибудь в Стигийские топи – вот наказание, соразмеренное с её виной. А не вечный лёд Девятого круга.

Красивое лицо адского короля превратилось в маску, из чьих глазниц на Дина глянул мертвящий холод языческого Хельхейма.

– Я вас услышал, господин Судья. Благодарю за компанию и не смею более вас задерживать.

Участь несчастной глупышки Белинды была решена. И хотя Дин, будучи статистом в планах мессира Велиала, вряд ли мог это изменить, на его плечи всё равно лёг груз вины.

Только Ад есть Ад, и раз уж призыв к справедливости пропал втуне, взывать к милосердию тем более бессмысленно. Поэтому Дин встал из-за столика, молча поклонился адскому королю и, наплевав на конспирацию, исчез в портале.

Глава 27

Как и ожидалось, Лион ждал его в замке.

– Не знаю, почему ты принимаешь участие в этой идиотке, – не тратя времени на приветствия, начал Дин, – но твой патрон вознамерился показательно отправить её под лёд Коцита.

И без того нехарактерно серьёзный приятель спал с лица и, не сказав ни слова, выбежал из гостиной, где дожидался появления хозяина.

– Бесполезно, – прокомментировал Дин и грузно опустился в кресло. Щёлкнул пальцами, вызывая слугу, и приказал соткавшемуся из воздуха духу: – Бутылку «Грэхема».

Спустя полминуты на чайном столике уже стояли тёмная пузатая бутыль и бокал-«тюльпан», но погружённый в себя Дин не обратил на это внимания. Он сосредоточенно вспоминал всё, что знал о Белинде, – как оказалось, не так уж много. Вроде бы она была из херувимов, вроде бы позавидовала одной из подруг, что Бог якобы уделяет той больше внимания. Попыталась её подставить, но обман раскрылся, и в результате в огонь Геены полетела сама интриганка. Но почему она попала к мессиру Велиалу, а не к повелевающему обманщиками мессиру Сатане? И причём здесь Лион? Дин припомнил, что именно приятель в своё время уговорил его пойти на церемонию посвящения новенькой Падшей.

«Неужели здесь замешаны чувства? Нет, чушь, влюблённый Лион – оксюморон похлеще милосердного Велиала».

Впрочем, какая теперь разница? Девицу ждал Коцит, и у Дина никак не исчезало ощущение, будто в этом была и его вина.

«Но ведь будет ещё суд. Несмотря на вассалитет Белинды, мессир Велиал не может решить вопрос о казни без публичной церемонии. Возможно, мне всё-таки удастся смягчить участь этой дурочки. Ради собственного спокойствия».

В дверь гостиной тихо постучали.

– В чём дело? – раздражённо отозвался Дин, и вошедший слуга поклонился едва ли не до пола.

– Прошу прощения, ваше сиятельство. Посланец от мессира Велиала доставил приглашение на казнь и устно добавил, что это срочно.

– Давай сюда. – Дин неаккуратно вскрыл конверт с алой сургучной печатью, вынул твёрдую глянцевую карточку и пробежал глазами по написанным витиеватым почерком строкам. Через час в Девятом круге на обрыве Предателей. Мессир Велиал не собирался откладывать наказание в долгий ящик.

Дин упруго поднялся из кресла, бросил ожидавшему приказаний духу:

– Ступай, – и быстрым шагом отправился менять земные тряпки на что-то более приличествующее случаю.

***

Мессир Велиал решил сделать казнь камерной, видимо, справедливо посчитав, что слухи выполнят миссию устрашения гораздо лучше, чем шоу для всех адских кругов. Так что на обрыве присутствовали лишь сам адский король, несколько демонов из его свиты, в числе которых был мертвенно-бледный Лион, и великий герцог Аим, умеющий создавать знак правдивости. У самого края обрыва стояли двое низших духов-солдат в красно-чёрной броне, а между ними – связанная Белинда. Падшая была одета в земную одежду, только изрядно помятую и изодранную – видимо, сопротивлялась при аресте. Рот ей затыкал кляп из её же собственного шарфа, на скуле багровел кровоподтёк, пепельные волосы сбились в колтун. «Могли бы и поаккуратнее», – недовольно подумал Дин, раскланиваясь с присутствующими.

– Что ж, – адский король окинул взглядом собравшихся, – похоже, все здесь. Тогда начнём.

В воздухе поплыл чистый звук гонга, заставляя умолкнуть шепотки. А мессир Велиал повернулся к подсудимой и, глядя ей в лицо, заговорил неожиданно низким голосом:

– Белинда, третий чин, что вверен мне. Ты обвиняешься в попытке сговора с Раем с целью передавать им информацию о происходящем в Аду, а следовательно в предательстве Ада, мессира Люцифера и меня, как твоего сюзерена. Признаёшь ли ты это?

По знаку адского короля один из стражников взмахом кинжала освободил Белинду от кляпа, попутно срезав прядь волос.

– Нет, – Падшая выпрямилась со всей гордостью, на какую была способна. – Я невиновна, мессир.

«Дура», – устало подумал Дин. А мессир Велиал со скучающей миной обернулся к Аиму.

– Уважаемый герцог, могли бы вы?..

– Конечно, мессир, – кивнул тот, и к Белинде по воздуху поплыл голубой знак, принуждающий говорить правду. Падшая инстинктивно попыталась от него уклониться, но знак коснулся её рта и растаял. А мессир Велиал повторил:

– Белинда, третий чин. Признаёшься ли ты в предательстве Ада, мессира Люцифера и меня, как твоего сюзерена?

Было видно, что Падшая сопротивляется, однако долго противостоять силе великого герцога она не могла.

– Да, – наконец просипела Белинда, и по её щеке сбежала крохотная слезинка.

– Итак, дамы и господа, – обратился адский король к присутствующим, – вы слышали, что под знаком правдивости Белинда признала свою вину. А наказание за предательство, как мы все знаем, в Аду одно. Коцит.

– Нет! – У осуждённой подкосились ноги, и она упала на колени. – Нет, мессир, умоляю! Что угодно, только не Коцит! Это была глупая ошибка, я клянусь, я никогда!.. Я искуплю, докажу, что достойна Ада, я… Только не Коцит!

И Белинда самым жалким образом разревелась.

– Хочу обратить ваше внимание, мессир, – Дин заговорил впервые за всю церемонию, – что де-факто предательства не случилось. Более того, оно не могло случиться, поскольку Рай в принципе не пользуется методами шпионажа. Исходя из этого и основываясь на принципах справедливости, я считаю вечное заточение под лёд Коцита несоразмерным совершённому преступлению. И прошу вас пересмотреть принятое решение в пользу смягчения наказания.

Над обрывом установилась гробовая тишина. Редко кто осмеливался возражать мессиру Велиалу, и ещё реже это заканчивалось для возражающего благополучно.

– Я вас услышал, господин Судья.

У Дина было ощущение, словно он стоит под обжигающе ледяными порывами арктического урагана.

– Благодарю, мессир. Но я прошу вас ещё и прислушаться.

Рот адского короля сжался в тончайшую линию. «Кажется, следующим в Коцит отправлюсь я, – с пугающей отрешённостью подумал Дин. – Жалко, что Эйприл… Хотя, так для неё будет даже лучше. Всё равно у нас нет будущего».

Однако мессир Велиал вместо ответа наглецу повернулся к конвоирам Белинды и коротко велел:

– Сбросить.

Падшая захлебнулась очередным рыданием.

– Мессир! – Дин едва не сделал шаг вперёд. – Пусть вы не хотите менять своё мнение, но раз возникли разногласия, отложите казнь! В конце концов, в числе преданных был назван мессир Люцифер, так не стоит ли узнать и его мнение о наказании Белинды?

– Что точно не стоит, так это отвлекать его по мелочам, – адский король подчёркнуто не смотрел в сторону Дина. – Со своими вассалами я способен разобраться самостоятельно. – И прикрикнул на стражников: – Выполнять!

Дин открыл рот для нового протеста, однако стоявший рядом герцог Аим предупреждающе коснулся его локтя.

– Бесполезно, господин Судья, – тихо сказал он. – Подумайте лучше о себе.

И Дин, до боли в челюстях стиснув зубы, мог только смотреть, как распахнувшие кожистые крылья стражники подхватывают визжащую и извивающуюся Белинду, как заносят её над замёрзшим озером и отпускают. Как она, не переставая кричать, летит вниз, как ледяная корка вдруг взрывается сотнями белёсых рук с жадно скрюченными пальцами, как они хватают Падшую и утягивают её в чёрную воду. Как на глазах исчезает полынья – бесследно, будто ничего не было, – и лишь эхо крика всё ещё мечется надо льдом испуганной птицей.

Когда поверхность озера вновь обрела нетронутый вид, Дин, нарушив все мыслимые правила этикета, молча развернулся и поднялся в воздух.

Так мерзко и тошно ему не было очень давно.

Глава 28

Возвращаться в шале было глупо, только находиться в Аду он не мог физически, а о его неравнодушии к утёсу Семи Ветров знали слишком многие. Дину же хотелось тишины и одиночества, и чтобы в ушах наконец перестал звенеть последний вопль Белинды.

Однако всё сложилось совсем не так, как он предполагал.

Что он не один в доме, Дин почувствовал сразу, как вошёл, и, подтверждая это ощущение, в кресле у давно погасшего камина зашевелилась светлая тень.

– Ты ещё здесь?

От растерянности и липкого страха – а если бы в шале решил наведаться кто-то другой? – вопрос прозвучал грубо, но Эйприл не обиделась.

– У меня было предчувствие, что ты вернёшься, – сказала она, гибко вставая на ноги. – А звать через камень я боялась.

– И правильно делала, – буркнул Дин. – А ещё правильнее, если бы ты отправилась в Рай сразу же, как предоставилась возможность.

Эйприл почти неслышно вздохнула и, подойдя близко-близко, снизу вверх заглянула Дину в лицо.

– Что-то плохое случилось?

«Сбросить».

Уголки губ Дина резко опустились.

– Да.

– Расскажи.

«Нет».

Дин отвернулся и ровно ответил:

– Тебе лучше не знать.

– Почему? – Эйприл потянулась, чтобы коснуться его щеки, и недоуменно нахмурилась, когда Дин рефлекторно отпрянул.

«Потому что я боюсь, после этого ты во мне разочаруешься».

Хотя если разобраться, более идиотский страх трудно придумать. Как будто она не знает, чем отличаются методы решения проблем в Раю и Аду. И всё же Дин упрямо промолчал.

– Расскажи, пожалуйста. – Талию обвили тонкие руки. – Вдруг я смогу помочь?

Сила Эйприл едва уловимо пахла ландышем и была похожа на поток чистой речной воды. Охваченный ею Дин казался себе старым замшелым камнем, который неподвластен хрустальным струям и лишь угрюмо позволяет им течь мимо себя.

Однако это безыскусная попытка поддержать тронула его, и Дин ласково отвёл в сторону спадающую девушке на глаза льняную прядь:

– Глупая, я же демон. Со мной ангельское утешение не сработает.

– Пусть так, – отозвался Эйприл. – Только ты всё равно не молчи.

Упрямица. Что же, сама напросилась.

– Хорошо, – Дин взял короткую паузу, собираясь с мыслями. – Одна недалёкая Падшая вообразила, будто предложив Раю свои услуги шпионки в Аду, в награду получит крылья.

– Что? – изумилась Эйприл. – Это же невозмо… Эм, прости, я тебя перебила.

– Невозможно, – подтвердил Дин, пропустив извинение мимо ушей. – Я ведь не зря упомянул недалёкость девицы. Так вот, на её беду, об этих планах узнал мессир Велиал и, получив доказательства, устроил быстрый суд. Приговором которого отправил Падшую в Коцит.

Эйприл в непритворном ужасе расширила глаза.

– То есть как в Коцит? Она же… Разве Рай согласился на её предательство?

– Разумеется, нет, – поморщился Дин, вспомнив слова Гавриила, что Белинду не зря лишили крыльев.

– Тогда просто за попытку… За глупость… – у Эйприл это очевидно не укладывалось в голове.

Дин вновь помрачнел.

– Я старался переубедить мессира Велиала, – глухо сказал он. – Объяснить несоразмерность вины и наказания. Но, видимо, плохо старался.

Потому что нужно было не тратить время, а сразу мчаться к мессиру Люциферу. Вдруг получилось бы добиться аудиенции, вдруг он прислушался бы к Диновым доводам?

– Дин. – От окутывавшей его ангельской силы по коже бежали щекотные мурашки. – Скажи, Падшая ведь не погибла? В Коците?

Дин слегка нахмурился, угадывая, к чему задан вопрос.

– Нет. Она всего лишь навеки заключена подо льдом среди ненавидящих демонов грешников.

И с этой точки зрения лучше бы ей погибнуть.

– Так, – что-то напряжённо обдумывавшая Эйприл свёла брови на переносице. – А из Коцита можно кого-то, ну, вытащить?

Это было что-то новое.

– Технически, пожалуй, да, – медленно проговорил Дин. – Другое дело, что этого никто никогда не делал, но…

Но в Девятом круге правит мессир Люцифер. И если сыграть на их негласном соперничестве с мессиром Велиалом…

– Может, и получится, – Дин смотрел на Эйприл, будто впервые видел. – Знаешь, похоже, мне пора извиниться в третий раз.

– За что? – захлопала та ресницами.

– За то, что недооценивал тебя, – Дин быстро коснулся губами её губ и сразу отстранился, справедливо боясь соблазниться. Здесь и сейчас это было слишком небезопасно, и к тому же следовало как можно скорее довести дело Белинды до конца. – Я отправляюсь в Ад, к мессиру Люциферу, а ты – в Рай и сиди там, не высовываясь.

Эйприл тут же погрустнела.

– Долго?

– Три дня. – Этого времени Дину должно было хватить. – Потом отправляйся на то место у Иордана и жди. Если через сутки я не появлюсь, свяжись с Вергилием. Он сможет разузнать, что со мной. И в любом случае не делай глупостей.

– Поняла, – серьёзно кивнула Эйприл. – Не волнуйся, я тебя вытащу. Даже из Коцита.

Похоже, про глупости она не услышала. Что же, ожидаемо.

– Ну, после такого обещания я буду всеми силами стараться, чтобы со мной ничего не случилось, – по-доброму усмехнулся Дин. Крепко обнял девушку, напоследок зарываясь носом в мягкие волосы, и с сожалением отпустил. – А теперь уходи.

Несколько ударов сердца они не мигая смотрели друг на друга, а затем Эйприл, по-прежнему не отводя взгляд, сделала шаг назад и исчезла. Долгую минуту Дин следил, как тает серебристый ангельский след, после чего тоже открыл портал.

Чтобы спустя не более получаса стоять во дворе величественного готического замка в центре озера предателей.

– Аудиенцию? – дух-дворецкий в чёрном камзоле явно сомневался между немедленным отказом и передачей просьбы, чтобы отказать уже по приказу мессира Люцифера. Внешне невозмутимый, но постепенно закипающий от нетерпения Дин молча ждал, какой из вариантов победит.

Наконец дворецкий решился.

– Хорошо, ваше сиятельство, я доложу мессиру. Прощу вас, подождите.

Вызванный им слуга провёл Дина в одну из гостиных. Полутёмную и весьма скромно обставленную – впрочем, правитель Ада был известен своей аскетичностью.

– Что-нибудь желаете, ваше сиятельство? – прошелестел слуга.

– Нет, благодарю. – Поскольку единственное, чего Дин желал, – это ускорить процесс получения аудиенции.

Дух с поклоном исчез, а оставшийся в одиночестве гость опустился на оббитую шоколадным бархатом оттоманку и обратился в камень.

Время тянулось и тянулось, выматывая нервы на дыбе ожидания, но вот дверь гостиной бесшумно отворилась, и возникший в проёме дворецкий вежливо наклонил голову:

– Мессир примет вас, господин Судья. Прошу, следуйте за мной.

Обрадованный Дин резво поднялся на ноги, и внезапно до него отчётливо донёсся Зов.

Глава 29

Два портала возникли на рассветном утёсе Семи Ветров одновременно, и вопрос «Что случилось?» прозвучал на два одинаково встревоженных голоса.

– Ничего, – первой ответила Эйприл. – Я услышала твой Зов и…

– Мой Зов? – Если бы это был кто угодно другой, Дин заподозрил бы наглую ложь. – Это я услышал твой!.. – Он осёкся и, внутренне помертвев, отрывисто спросил: – Где камень?

– Здесь, – Эйприл захлопала по карманам, и чем дальше, тем с большей суетливостью. Вдруг она замерла и подняла на Дина испуганный взгляд. – Шале! Я уронила его на веранде шале, а потом не подняла.

Шале. Лион. «Моя благодарность не заставит себя долго ждать».

– Уходи отсюда! – рявкнул Дин. – Живо!

Но прежде, чем Эйприл успела отреагировать, из-за скалы, закрывавшей поворот дороги, раздалось насмешливое:

– Не торопись, святоша. Иначе пропустишь всё самое интересное.

***

Их было всего двое, однако число здесь не играло роли.

– Мессир Велиал, моё почтение, – по-бойцовски текучим движением Дин заслонил собой девушку. Второй пришелец – Лион – не был удостоен даже взгляда, на что, похоже, слегка обиделся.

– Нельзя быть таким неосторожным, друг мой, – фальшиво укорил он. – Создавать подобные безделушки, – в его пальцах блеснула зелёная искорка жадеита, – а потом разбрасываться ими – не ожидал от тебя такой глупости.

К его досаде, реакция на упрёк снова была нулевой.

– Мессир Велиал. – Смотреть в чёрные глаза адского короля было всё равно, что добровольно насаживать себя на меч. – Я требую объяснений.

Лион возмущённо фыркнул, однако мессир Велиал всё-таки снизошёл до ответа.

– Дин, адский Судья, четвёртый чин. Вы обвиняетесь в предательстве интересов Ада, сношениях с потенциальным врагом, а также намеренном спасении грешника от причитающегося ему наказания. За это, согласно принципам справедливости, – последнее прозвучало с явной издевкой, – вы лишаетесь всех земель, легионов и титулов и будете умерщвлены последней смертью. Здесь и сейчас.

В руках адского короля материализовался его знаменитый огненный фламберг, по сравнению с которым немедленно призванная скьявонеска выглядела жалким кинжалом. Говорить дальше было очевидно не о чем, однако Дин зачем-то продолжил тянуть время.

– Смею напомнить, мессир: я не ваш вассал, чтобы вы выносили мне приговор.

Волнистый клинок качнулся, отметая возражение.

– Уверен, после предъявления доказательств, Асмодей не будет на меня в обиде.

– И всё же, согласно принципам справедливости, – Дин не мог не вернуть фразу, – должен состояться суд.

Лион издал громкий смешок.

– Суд над Судьёй, ха! Ты всё-таки мастер каламбура, друг мой.

Однако он был единственным, кого повеселило сказанное.

– Сор такого размера я предпочитаю из избы не выносить, – с явным сожалением пояснил адский король. – Иначе с удовольствием отправил бы вас на пытки – исключить возможный заговор. Поэтому считайте, что с казнью вам повезло.

– На пытки?! Повезло с казнью?! – И прежде чем Дин успел вмешаться, Эйприл с самоубийственной решительностью вышла вперёд, оказавшись прямо перед мессиром Велиалом. – Да вы, вообще, понимаете, что говорите? Того смертного спасла я, а Дин всего лишь не позволил собаке меня убить. За такое берут виру, но не казнят! Что до предательства и потенциального врага – никто никого не предавал, и вы сами это прекрасно понимаете! Рай и Ад не воюют, и нет закона, запрещающего ангелам и демонам общаться.

– Любопытное у вас общение, – хмыкнул Лион, подкинув и ловко поймав жадеит.

Намёк заставил девушку жарко вспыхнуть, и она запальчиво парировала:

– Дружить тоже не запрещено!

Судя по многозначительной усмешке, у Лиона был готов хлёсткий ответ, однако Дин его перебил.

– Эйприл, уходи отсюда, – он был предельно сосредоточен на том, чтобы отбить удар фламберга, если мессиру Велиалу захочется ускорить наступление Апокалипсиса, и потому тон фразы был максимально сух.

Увы, в ответ упрямица лишь вскинула подбородок:

– Нет, – и вновь обратился к адскому королю: – Так что вы мне ответите?

Мессир Велиал смерил нахалку внимательным взглядом с ног до головы, спокойно проронил:

– Скажу, что никому не позволено меня дурачить, – и Дин всё-таки не успел среагировать.

Эйприл с размаха впечатало спиной в скалу и, всхлипнув, она сползла по камню на землю.

– Эйприл!

Дин дёрнулся, чтобы броситься к ней на помощь, но в этот момент вокруг зашевелившейся ангела частоколом вспыхнуло адское пламя.

– Не вмешивайся, святоша, – наставительно заметил Лион. – На твоё счастье, патрон всё ещё не заинтересован в открытом конфликте с Раем.

Значит, что бы ни случилось, Эйприл будет в безопасности. Разом успокоившийся Дин не сдержал хищную усмешку: отличная новость, полностью развязавшая ему руки.

– Мессир Велиал! – Он прекрасно понимал мизерность своих шансов, и всё же собирался продавать жизнь по самой высокой цене. – Последнее желание, мессир!

Адский король неохотно опустил фламберг:

– Говори.

– Поединок, мессир. С вашим вассалом, маркизом Лионом. До смерти.

Черты лица Лиона заострились, и он автоматически протянул руку, чтобы взять из воздуха Неумолимый – датский длинный меч. Пока ещё в ножнах.

– Тебя это не спасёт, – предупредил высший демон.

– Я знаю, мессир, – оскалу Дина позавидовал бы сам Гарм . – Впрочем, моего любезного приятеля тоже.

Велиал приподнял бровь, однако благосклонно повёл рукой:

– Позволяю. Allez!

И бедно-голубое небо над утёсом Семи Ветров зигзагами расчертили две чёрные молнии.

Дин дрался грязно, не чураясь никаких подлых приёмов. À la guerre comme à la guerre: ему необходимо было победить с минимумом потерь.

– Как же так, дружище? – прошипел он, отбивая очередной выпад противника. – Неужели ты не смог смириться с тем, что мой повар превосходит твоего?

Лион коротко ощерился:

– Я всего лишь не люблю, когда моими просьбами пренебрегают.

– Настолько, что сам готов отправиться в Коцит?

Это была сознательная провокация, и противник на неё повёлся. С низким рыком атаковал и в горячке едва не напоролся на скьявонеску ловко увернувшегося Дина.

Они одновременно отскочили друг от друга и ненадолго замерли в воздухе, переводя дыхание и оценивая нанесённый урон. Лион заметно кривился на правый бок – жаль, но печень всё-таки зацепить не удалось. Самому Дину тоже досталось: распоротое бедро болело так, что в бою на земле он не смог бы достаточно быстро двигаться и наверняка был бы уже мёртв.

– Так что тебе до той Падшей, а, приятель?

В этот раз Лион почти совладал с собой – мелькнувшую на его лице гримасу страдания вполне можно было не заметить.

– Какая разница? Ты сдохнешь не из-за неё, а как Судья, допустивший несправедливый приговор.

– То есть ты был в неё влюблён, – Дин сделал скучающий вид. – И сначала позволил, чтобы она вляпалась в историю с Гавриилом, а затем предпочёл спихнуть её защиту на чужие плечи. Высокие чувства, что уж.

Серые глаза Лиона выцвели от ярости. Как пушечное ядро, он рванул вперёд, осыпая противника градом ударов. Вынужденный защищаться Дин встал в глухую оборону, но всё равно пропустил удар. Бедро обожгло болью, и если бы бой был на земле, то он завершился бы буквально через пару минут. Не в Динову пользу, разумеется.

«Надо взбесить его ещё сильнее».

– Дай угадаю твой план. – Из-за предельной нагрузки приходилось говорить отрывисто, чтобы сохранить дыхание. – Ты думал, Белинда отделается разжалованием. Или ссылкой. И когда очутится на дне Ада, к ней придёшь ты. Предложишь руку и сердце, она не сумеет отказать. А потом ты добьёшься ответных чувств. Уже от жены. Так?

Лион не ответил, однако совсем уж немыслимо ускорил темп.

«Пора дожимать».

– Ты же понимаешь, – звон клинков превратился в ровный гул, – что своими руками отправил её в Коцит? Подтолкнул к Гавриилу, а потом сдал? Понимаешь, что сам отправил свою любовь на муки?

Лион взревел, попытался нанести сокрушительный удар – и не успел закрыться в ответ на расчётливую контратаку. Двумя болидами они обрушились на скалы, однако вовремя затормозить и не разбиться сумел только один.

– Я удивлён. – Утёс едва заметно вздрагивал под тяжёлыми шагами адского короля. – Тем не менее, как я и говорил, тебе это не поможет.

Однако Дин всё равно отскрёб себя от камней и встал в оборонительную – крайне шаткую – позицию. Левое крыло волочилось по земле – ублюдок Лион последним ударом рассёк связки. Но позволить заколоть себя, как овцу? Никогда!

Адский король поднял фламберг, как вдруг…

– Если ты со мною, Отче, кто против меня?!

Пламя, окружавшее никем не принимаемую в расчёт Эйприл, погасло, словно залитое водой из брандспойта.

– Не смей! – заорал Дин, и в тот же миг скьявонеска переломилась с почти человеческим вскриком. Мессир Велиал размахнулся для смертельного удара, но между лезвием фламберга и казнимым вдруг встал живой щит.

– Милосердия, Отче!

И тогда пространство и время исчезли.