Текст книги "Апрель для Октября (СИ)"

Автор книги: Лина Деева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Глава 23

Сегодня Дин не зажигал огня. Просто стоял у окна и смотрел, как мелкий дождь из серых туч методично смывает зимнюю белизну.

«Зачем я здесь?»

Вчера Эйприл ушла настолько поспешно, что они не договорились о новой встрече. Наверняка, к лучшему, и ещё больше наверняка – не о чем было договариваться. И всё же, не пробыв в Аду и половины суток, Дин вернулся на Землю – чтобы застать там одиночество и дождь.

«Зря я рассказал про Хину».

Он был уверен: бегство Эйприл связано именно с этой историей, но не понимал, чем конкретно. Не могло же её в самом деле ущемить замечание о сходстве (говоря объективно, весьма поверхностном) с кем-то другим? Ангелам не свойственно себялюбие.

«Так же как и демонам – муки совести. Которые я сейчас испытываю».

Но в уходившей Эйприл по-прежнему не было темноты, и оттого единственное приходящее на ум объяснение не могло быть верным.

«Терзаться неизвестностью и тосковать от разлуки, словно какой-то смертный. Позор».

И всё же Дин был на волосок от того, чтобы вновь использовать Зов. Однако этого не понадобилось.

Лёгкая светлая тень, скользнувшая в сумерках по веранде. Едва различимые за шорохом дождя шаги. Тающий в воздухе след.

Не теряя ни секунды, Дин бросился к двери, распахнул её – и встретился глазами с неловко замершей в наклоне Эйприл. Немая сцена длилась пару ударов сердца, а затем неожиданная гостья деревянно распрямилась.

– П-привет. Я не знала, что ты здесь.

– Верю, – Дин смотрел в её бледное, с заострившимися чертами лицо, и в груди спиралью раскручивалось дурное предчувствие. – У тебя что-то произошло?

Эйприл тут же уставилась на острые носы туфелек.

– Всё в порядке. Я только хотела вернуть, – она сделала над собой усилие и подняла на Дина извиняющийся взгляд, – это.

И протянула ему раскрытую ладонь.

В вечерней хмари жадеит растерял весь свой блеск, отчего казался банальной стекляшкой.

– С чего бы вдруг? – Дин не спешил забирать подарок.

– Потому что мне не нужно чужого, – тихо и твёрдо ответила Эйприл.

– Камень твой.

– Нет.

Никогда и никому ещё Дин не проигрывал в схватке взглядов – и только эта мысль помогла ему не отвести глаза первым.

– Что за блажь тебе втемяшилась?

Нарочито раздражённый тон. В ответ на который – вопрос на вопрос.

– Скажи, кого ты на самом деле видишь, когда смотришь на меня?

– Тебя, разумеется. – И это абсолютная правда, она не может не почувствовать. – Откуда вообще эта вздорная ревность?

Последнее Дин сказал без умысла, однако эффект вышел совершенно неожиданный. Эйприл побледнела до прозрачности и крепко зажмурилась, будто не в силах вынести открывшееся её внутреннему взору.

– Да что с тобой такое?!

Дин шагнул вперёд, и испуганно распахнувшая глаза Эйприл шарахнулась от него, как от огня Геены. Пролепетала:

– Ничего, я пойду, извини, – но сбежать не успела. С быстротой опытного фехтовальщика Дин поймал её за предплечья и приказал:

– Посмотри на меня.

Эйприл отчаянно замотал головой.

– Эйприл.

Он впервые назвал её по имени, однако вместо того, чтобы удивиться и отвлечься, Эйприл сжалась, будто грешник в ожидании неминуемой кары. Нестерпимо захотелось прижать её к себе, успокаивая, погладить по закаменевшим плечам, коснуться губами пушистой макушки. И тем не менее Дин отступил – хотя для того, чтобы разжать руки, ему потребовалась запредельное усилие воли.

– Эйприл.

Пессимистичная часть Диновой натуры была уверена, что не удерживаемая более ангел мгновенно исчезнет. Однако та осталась – лишь за спиной у неё возникло марево наполовину открытого портала.

– Эйприл, я, – следующее слово царапнуло гортань непривычным, – прошу: давай договорим. Я должен понять, чем тебя обидел.

– Ты не обидел, – голос ангела напоминал шелест. – Я просто… поняла кое-что. И прежде должна с этим разобраться. Прости.

Она поняла? Невозможная догадка молнией прошила Дина от темени до пят.

– Что же. – Это необходимо проверить, как бы ни велика была опасность всё разрушить. – Тогда ещё два слова, и иди.

Эйприл кивнула, и оформившийся позади неё портал вновь потерял чёткость.

– Понятия не имею, отчего ты так переживаешь из-за похожести или не похожести на кого-то. Более того, я считаю, что этот вопрос выеденного яйца не стоит, и всё-таки скажу. Самоотверженность, доверие, умение прощать свойственны всем ангелам, но, на моей памяти, лишь у тебя эти качества проявлены так ярко. А в своих желании идти на диалог, способности слышать оппонента и умении признавать ошибки ты, я думаю, вообще одна на все три мира.

– Ты мне ужасно льстишь, – пунцовая от смущения Эйприл не знала, куда деваться. – Во всём этом нет ничего особенного, просто ты в Аду отвык…

– Вряд ли. Погоди спорить! Я ведь ещё не сказал о главной твоей особенности. – У Дина пересохло во рту, как у фальшивомонетчиков в восьмом круге, отчего он на автомате прочистил горло. – За все тысячелетия, что я живу на свете, у меня был только один друг – Хина. И только один – одна – больше, чем друг. Ты.

На несколько мгновений наступила мёртвая тишина: ни стука капель, ни звука дыхания, ни удара сердца.

«Потерял».

Но одновременно с этой мыслью об пол звонко ударился выпавший из ослабевших пальцев жадеит. А забывшая о камне Эйприл вместо того, чтобы шагнуть назад, в портал, сделала шаг вперёд. По-прежнему не поднимая головы, ткнулась лбом Дину в плечо, да так и замерла.

– Эйприл.

Очень аккуратно, до позорной дрожи боясь, что понял её неправильно, Дин положил руки на худые напряжённые плечи. Сердце сходило с ума, то пытаясь сломать рёбра, то застывая подстреленной птицей.

– Пожалуйста, посмотри на меня.

Лицо в ладонях. Ответный, непривычно тёмный взгляд из-под густых ресниц. Влажно разомкнутые губы, вкус которых, однажды попробовав, невозможно забыть.

– Ты просила больше так не делать.

Легчайший вздох. Опущенные ресницы. И добровольное движение навстречу.

Прекратившийся было дождь пошёл снова, сильнее, непроницаемой серой завесой отгораживая от остального мира затерянный домик в горах и двоих на его веранде.

Глава 24

– Не боишься?

Защищая Эйприл от холода и сырости, Дин обнимал её не только руками, но и крыльями.

– Падения? Нет. Я не чувствую дурного, да и потом, любовь – не грех.

Неискажённая любовь, мысленно поправил Дин. Один из главных аспектов Создателя, и какое счастье, что полюбить иначе Эйприл попросту не сумела бы.

«Ладно, Бог, – думал Дин, вдыхая нежный запах ландыша, исходящий от светлых волос. – Этот дар я от Тебя приму. И, может быть, даже поблагодарю за него».

– А как насчёт ревности? – поддел он вслух.

– А что насчёт ревности? – Эйприл самую малость отстранилась, чтобы посмотреть снизу вверх. – Если ты обо мне, я не ревновала. Ты же не моя – да и вообще ничья – собственность. Это просто, ну, земные ассоциации. Ревности с любовью, а любви – с тем, что я, – она чуточку покраснела, – чувствую. Как последний кусочек головоломки, без которого не ясен её смысл.

– Я так и думал, – кивнул Дин и, не собираясь противиться искушению, склонился над ней. И вновь застыл, ощущая тепло, но не касаясь губ. Вновь давая выбор.

– А вот ты боишься, – щекотно выдохнула Эйприл.

– Да. – Балансируя на самой грани, Дин скользнул губами вдоль щеки к виску. В миллиметре от лилейной гладкости кожи. – Ад не для тебя.

– Всё будет хорошо, поверь.

«Рад бы, да не могу»

Потому что кому, как не Дину, знать, насколько мир после Раскола жестокая штука. Особенно к тем, кто осмеливается идти против его основ.

Пылающий фламберг, занесённый над светлой фигуркой.

Дин зло отмахнулся от воспоминания. Второй раз это не повторится. Он сумеет защитить Эйприл – хоть от Велиала, хоть от Михаила, хоть от самого Бога.

– Дин. – Его закаменевшую скулу ласково погладили тонкие пальцы. – Я понимаю, для тебя это сложно, но, – заминка, – попытайся довериться Отцу.

С горьким смешком Дин поймал девичью кисть и легонько мазнул губами по запястью, заставив бешено запульсировать голубую жилку.

– Это не сложно, это невозможно. Так что давай ты будешь доверять ему за нас двоих.

– А ты? – опечалено спросила Эйприл.

– А я – готовиться к всевозможным подвохам. Например к тому, что даже ангел может простыть.

И, не желая продолжать разговор, Дин ловко подхватил девушку на руки.

– Эй, я сама могу идти! – переполошилась та.

– Не сомневаюсь в этом.

Дверь шале распахнулась, как живая.

– Тогда отпусти меня! – не сдавалась Эйприл.

– Зачем?

Как был, с драгоценной ношей на руках, Дин опустился в кресло у камина и поджёг знаком огня оставшиеся со вчерашнего вечера поленья.

– Тебе точно удобно? Может, я пересяду?

Так она из-за этого ершится? Пф-ф!

– Точно, – Дин безжалостно пресёк попытку сбежать. А потом, внутренне забавляясь, продолжил с серьёзной миной: – И хочу тебя сразу предупредить: если будешь так ёрзать, не жалуйся потом на последствия.

– Последствия? – непонимающе переспросила Эйприл. И вспыхнула до корней волос, верно расшифровав красноречивый ответный взгляд.

При виде такой реакции Дин не сдержал смешок.

– Ну-ну, – он легонько провёл ладонью по мягкому золоту прядей. – Не переживай, я всё-таки демон, и умею управлять греховными порывами.

Всё ещё смущённая Эйприл уткнулась носом ему в шею и пробормотала:

– Да я, в общем-то, не против. Только не умею ничего.

– Не против? – Фразу о неумении Дин отбросил, как несущественную. – Разве для тебя это не?..

– Нет. Я ведь говорила, любовь – не грех. Ни в одном из своих проявлений.

Завидная убеждённость. По-настоящему завидная. Но в любом случае торопиться не стоит, ведь если с ней что-то случится…

– Не бойся.

Похоже, Дин слишком расслабился, раз его мысли получилось так легко прочитать. А Эйприл, не иначе как желая добавить словам весомости, приподнялась и решительно прижалась губами к губам.

Её действительно нельзя было назвать мастерицей поцелуев, но собственническая часть Диновой натуры видела в этом исключительно преимущество.

«Только моя».

Тем более что новые знания Эйприл схватывала налету и сама не стеснялся экспериментировать, целиком отдаваясь действу. И совсем скоро выяснилось, что застёжки на платье – полнейшая ерунда, а оторвать ладони от горячего атласа кожи – совершенно нереально. И вообще, не перебраться ли им на ковёр? Ворс достаточно мягкий, и если Эйприл останется сверху...

– Так, стоп.

– Почему? Я что-то не так делаю?

Их лица всё ещё были настолько близко, что одинаково шумное дыхание казалось одним на двоих.

– Всё так, – если бы Дин не опасался сорваться, он бы поцеловал девушку в соблазнительно яркие губы. – Но давай не спешить.

Долгий взгляд. Тихий вздох.

– Ладно.

Они вернулись к прежнему положению, и голова Эйприл снова удобно легла Дину на плечо. Потрескивали поленья в камине, по крыше веранды деликатно постукивал дождь.

– Я задам тебе личный вопрос?

– Ещё один? – хмыкнул Дин. – Что же, задавай.

– Как давно ты понял?

– Чуть больше недели назад. – Хотя должен был раньше. Может быть, даже после Иордана.

– И, – Эйприл запнулась, – собирался с этим что-то, ну, делать?

– Чтобы получить тебя? – Дин с лёгкостью развернул вопрос до конца. – Нет.

Ангел немного помолчала, явно обдумывая ответ, а потом тихо сказала:

– Знаешь, я, конечно, прежде с демонами не особенно пересекалась, но мне почему-то кажется, что ты тоже – один на все три мира.

– Я Судья, – повёл Дин свободным плечом. – А значит, обязан следовать законам справедливости.

– Не думаю, что дело только в этом, – ещё тише отозвалась Эйприл, сползая ниже и пристраивая голову у Дина на груди. Что ж, пусть считает, как ей хочется. Правды это не изменит, но и вреда не принесёт.

В комнате опять воцарилась уютная тишина. Дин безотчётно перебирал золотые пряди, как вдруг ему вспомнился один любопытный вопрос.

– Эйприл, почему у тебя нет друзей в Раю?

– Сложно сказать, – ответил та после недлинной паузы. – Как-то не сложилось. Мне всегда было интереснее с людьми, да и Земля нравится больше. А почему у тебя не появилось друзей в Аду?

Странно, Дину казалось, это очевидно.

– Потому что дружбы без доверия не бывает, а в Аду доверять нельзя никому.

– Ужасно, – прошептала Эйприл и внезапно вздрогнула, одновременно с Дином ощутив появление на веранде чужака.

Как и положено, Дин среагировал первым.

– Прячься, немедленно, – выдохнул он, практически спихивая девушку с колен. Та понятливо метнулась к двери в кухню и беззвучно исчезла за ней. А сам Дин уже стоял у камина спиной к комнате и, стараясь утихомирить как у зайца колотящееся сердце, делал вид, будто поправляет кочергой дрова.

«Спокойно, – говорил он себе. – Пока Эйприл не касается Пространства Духа, её след нельзя почувствовать. Значит, моя задача – как можно быстрее избавиться от Лиона».

В том, что это был именно он, Дин не сомневался. О тайном земном убежище господина Судьи не знал никто, кроме надоеды-приятеля. И действительно, не прошло и нескольких секунд, как вместе с уверенным стуком в дом шагнул Лион.

– Так и знал, что найду тебя здесь, – он одарил Дина ослепительной улыбкой. – Если не Ад, то Семь Ветров, если не Семь Ветров, то охотничий домик.

– Какая предсказуемость, – съязвил Дин, мысленно сделав пометку найти для встреч с Эйприл новое убежище. – Кстати, давно хочу спросить: кому из моих слуг надоело состоять в свите адского Судьи?

– Понятия не имею, – Лион состроил удивлённую мину. – Почему ты меня об этом спрашиваешь?

– Для поддержания разговора, – Дин поставил кочергу в стойку и опустился в кресло. – Чем обязан, друг мой? – последнее он произнёс с нескрываемым сарказмом.

Как ни странно, Лион мгновенно скинул личину паяца.

– Ты нужен патрону, – серьёзно сказал он. – В замке тебя не было, так что я вызвался отправиться на поиски.

Дин вежливо приподнял бровь, стараясь не обращать внимания на поползший вдоль спины противный холодок.

– Это настолько срочно?

– Более чем, – подтвердил приятель.

– В таком случае веди.

Дин с явным сожалением поднялся на ноги, и Лион без лишних комментариев первым шагнул в портал.

Глава 25

Тропы Духа привели их в Вечный город, чьё золотое сияние было заметно даже на тонких уровнях бытия. И вот когда на горизонте показались световые шпили и купола, Лион неожиданно притормозил и, обернувшись к Дину, сказал:

– Друг мой, у меня к тебе будет маленькая просьба.

– Я тебя внимательно слушаю, – Дин постарался сосредоточиться на удивлении, а не набирающем обороты предчувствии неприятностей.

– Насколько я знаю, патрон хочет узнать твоё мнение Судьи. Так вот, прошу, будь беспристрастен. Моя благодарность не заставит себя долго ждать.

– Я всегда беспристрастен, – с достоинством ответил Дин. – И не нуждаюсь за это в благодарностях.

В дымчатых глазах Лиона мелькнуло выражение ядовитой насмешки, резко контрастируя с подчёркнутой признательностью в голосе.

– Спасибо. А теперь поторопимся, патрон не любит ждать.

Они сошли с Троп Духа в районе Париоли, и Лион провёл Дина в один из элегантных особняков, где практически с рук на руки передал высокому молчаливому слуге.

– До встречи, друг мой. Fiat iustitia.

Дин не стал отвечать, хотя был до крайности заинтригован. Где могли пересечься интересы мессира Велиала и его вассала? И, во имя Ада, почему распутывать этот узел должен именно он, причём когда предпочёл бы в принципе не попадаться на глаза никому из высших демонов?

Обуреваемый подобного рода мыслями, Дин вслед за слугой поднялся по устланной коврами винтовой лестнице на третий этаж особняка. Там провожатый негромко постучал в палисандровую дверь, дождался разрешения и открыл узорчатую створку.

– Мессир, прибыл господин Судья.

– Проси.

Слуга отступил в сторону, с поклоном пропуская гостя в комнату, и неслышно закрыл за ним дверь.

Дин оказался в небольшой гостиной с паркетным полом, лепниной на потолке и мебелью в классическом стиле. Из широкого окна открывался чудесный вид на сады Боргезе, однако внимание Дина приковали не красоты весеннего Рима, а стоящий у тяжёлой, винного цвета гардины мессир Велиал. Против обыкновения одетый не в богатый костюм итальянского князя, а в современный кэжуал: джинсы, бордовая рубашка с расстёгнутым воротом, серый однобортный пиджак, лоферы. Пшеничные кудри были небрежно скручены на затылке, и лишь одно в облике адского короля оставалось прежним – прожигающий насквозь взгляд чёрных, как уголь, глаз.

– Мессир Велиал, – Дин скрыл поклоном удивление от внешнего вида высшего демона.

– Здравствуйте, господин Судья, – голос мессира Велиала сочился дружелюбием, как июльские соты – мёдом. – Надеюсь, моя просьба о встрече не сильно вас потревожила?

– Разумеется, нет, мессир, – как бы Дин ни ненавидел бесполезную словесную эквилибристику, тон его был идеально ровен. – Чем могу быть вам полезен?

– Мне нужен свидетель, господин Судья, – просто ответил адский король. – Надёжный и беспристрастный. Могу ли я рассчитывать вас?

«Fiat iustitia».

– Разумеется, – повторил Дин.

– Благодарю, – собеседник выглядел искренне признательным. – В предстоящем деле нам придётся соблюдать осторожность, и потому я прошу вас переодеться в одежду смертных.

И тотчас, будто подслушивал за дверью, в комнате появился давешний слуга.

– Батисто, проводите гостя в отведённые ему покои, – распорядился мессир Велиал и вновь обратился к Дину: – Вам будет достаточно получаса, господин Судья?

– Мне будет достаточно десяти минут, мессир, – у Дина не было и грамма желания растягивать время пребывания в обществе адского короля.

– Чудесно, – лучезарно улыбнулся ему высший демон. – В таком случае через десять минут жду вас внизу.

Спустя семь минут (он специально засёк время на настенных часах в гостевой комнате) Дин с брезгливостью истинного денди смотрел на себя в ростовое зеркало. Из зеркала ему таким же взглядом отвечал высокий темноволосый человек в потёртом джинсовом костюме, кроссовках и белой футболке.

«Эйприл бы оценила».

Дин поспешно спрятал опасную мысль и, бросив взгляд на отражающийся в зеркале прямоугольный циферблат, вышел из комнаты.

В просторном мраморном холле он был одновременно с мессиром Велиалом, что последний не преминул отметить:

– Вы точны, как Людовик, господин Судья.

– Точнее, как его подданный, мессир, – безэмоционально отозвался Дин.

Адский король издал смешок, показывая, что оценил шутку, и сказал:

– Что ж, прошу за мной. Машина уже ждёт.

Машиной оказалась стоящая перед крыльцом особняка красно-чёрная трёхдверная «лянча». Дин без лишних вопросов занял пассажирское кресло, и мессир Велиал умело повёл автомобиль через хитросплетение улиц Вечного города.

– Мы приедем с запасом времени, – объяснил он по дороге, – и наша задача – не привлекая внимания и ничего не предпринимая, послушать один разговор.

– Между кем и кем?

– Скоро увидите, господин Судья, – с предсказуемой загадочностью отозвался мессир Велиал, и на этом диалог увял.

Ещё со времён империи Дин неплохо знал Рим и потому быстро догадался, куда они едут. Прати, район под сенью Ватикана.

«Не знаю, кто там собрался разговаривать, – подумал Дин, когда машина огибала Делла Либерта, – но рассчитывать, будто близость Папы защитит его от внимания Ада, – достаточно наивно».

Но вот «лянча», недолго постояв в пробке на Фредерико Чези, подъехала к площади Кавоур. Выйдя из автомобиля, Дин не мог не усмехнуться при виде монументального здания Верховного суда – ему всегда нравились такие ироничные совпадения. Мессир Велиал проследил за его взглядом и тоже не скрыл усмешку. Однако вместо комментария коротко указал на кафе под скромной вывеской «Caffetteria» в одном из окружавших площадь зданий:

– Нам туда.

Дин кивнул и молча проследовал за ним.

Кафе оказалось небольшим – всего пять столиков, разделённых кадками с растениями, отчего возникала иллюзия уединённых кабинетов. Ближний к выходу был занят статным падре в чёрной султане, который сосредоточенно читал томик Библии, позабыв о чашке кофе у своего локтя. Мессир Велиал спокойно прошёл мимо и уселся за столик у окна. Дин, в свою очередь, опустился напротив и вполголоса осведомился:

– Мессир, вы уверены, что нас здесь не заметят?

Адский король улыбнулся с лёгким превосходством.

– Полностью уверен, господин Судья, – и достал из внутреннего кармана пиджака небольшую коробочку и два беспроводных наушника. – Потому что разговор будет не здесь.

– Вот как, – Дин с уважением посмотрел на собеседника. Очередное подтверждение, что с мессиром Велиалом опасно связываться. Интересно, не это ли было тайным поручением Лиона – добыть подслушивающее устройство?

«Надо быть осторожным. Очень, очень осторожным».

Тем временем к столику подошёл официант с папками меню. Мессир Велиал предпочёл ограничиться ристретто, Дин, подумав, заказал американо. И пока они неспешно потягивали кофе, наблюдая за редкими в столь ранний час прохожими, на коробочке зажёгся зелёный светодиод.

– Прекрасно, – адский король вставил в ухо один наушник, а второй протянул Дину. – Кстати, вон наша птичка, возле памятника Бенсо. Видите?

Дин присмотрелся. Действительно, возле высокого постамента стояла девушка в длинной бордовой юбке и чёрном пиджаке. Голова её была обмотана шёлковым шарфом, на лице – тёмные очки. «Шпионка», – съязвил про себя Дин. Девушка явно нервничала: нетерпеливо пристукивала высоким каблучком, без необходимости поправляла то шарф, то висящую на плече сумочку, и в наушнике её действия отдавались шумами и шорохами.

– А вот и второй, – довольным котом мурлыкнул мессир Велиал. – Узнаёте, господин Судья?

К девушке приблизился высокий шатен в светлом офисном костюме. Но Дин смотрел не на внешность, а на след, и чувствовал, как в груди просыпается старая злость.

– Конечно, мессир. Это Гавриил, глашатай Бога.