Текст книги "Попаданка в Академии элементалей (СИ)"

Автор книги: Лина Деева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 36

«Ох, и занятие. Ох, и тренировочка. Ох, как бы только экзамен пережить».

Охая – хорошо ещё, что мысленно – на каждой ступеньке, я наконец сползла на первый этаж.

– Давайте номерок, – сопровождавший меня Редвир хоть и не предлагал помочь мне спуститься, сейчас всё-таки не выдержал. Однако, похоже, совсем не ожидал, что я плюну на гордость и молча вручу ему латунный кругляшок. Впрочем, оставил это без комментария – хмыканье, которое я предпочла не заметить, не в счёт – и отправился в гардероб. А я привалилась спиной к стене и неожиданно усмехнулась, вспомнив свой первый день в этом мире. Как точно так же ждала, пока Лир принесёт мой плащ, и судорожно пыталась разобраться, где я и что здесь вообще происходит.

«Ну вот, теперь я знаю ответы на оба вопроса. Только жить отчего-то легче не становится».

– Держите, – очень вовремя отвлёкший меня от унылых мыслей Редвир протянул мне плащ. – И знаете, я, пожалуй, доведу вас до общежития.

– Всё настолько плохо выглядит? – я натужно приподняла уголки губ в подобии улыбки.

– Да, – серьёзно кивнул Редвир. – Зато после таких тренировок экзамен вы должны будете сдать без особенных проблем.

– «Тяжело в учении, легко в бою», – процитировала я. И на всякий случай уточнила: – Так у нас говорят.

– Очень меткая фраза, – похвалил Редвир. – Кто её придумал?

– Один полководец, – я решила, что имя Александра Васильевича ему ни к чему. Застегнула плащ, собралась взвалить сумку на плечо, однако её вдруг перехватили за ремешок.

– Я понесу. Иначе вы с ней свалитесь по дороге.

Какая вожжа и куда ему попала, интересно? Но теперь я уступать не собиралась.

– Всё нормально. Я же как-то спустилась в холл, дойду и до общаги. И вообще, вы не боитесь шокировать адептов? – «Или преподавателей, которые по закону подлости могут попасться навстречу».

– Не боюсь, – Редвир по-прежнему держался за ремешок. – Не упрямьтесь, Арс. Я предлагаю помощь только потому, что вижу – она нужна.

Я собиралась продолжить спор, но неожиданно подумала: мне-то какая разница? Охота ему нести мои учебники, как пацану в школе? На здоровье! Тем более что сумка и впрямь была увесистой.

– Да пожалуйста, – я отпустила ремень. – Несите, – и по лицу Редвира вновь скользнуло удивлённое выражение.

«Похоже, я для него сегодня вся такая непредсказуемая, – хмыкнула я про себя. – Ну ничего, пусть не расслабляется. И вообще, это ему за то, что пораньше отпускать не хотел».

Я мысленно кивнула последнему соображению и как могла горделиво поковыляла к выходу из корпуса.

А на улице меня ждал сюрприз. За время моей тренировки жемчужная дымка, затянувшая небо на закате, превратилась в тяжёлые тучи, из которых сейчас вовсю сыпал снег. Крупные белые хлопья торжественно укладывались на деревья, дорожки, газоны, отблескивали золотом в рыжем огне фонарей, и площадь перед крыльцом корпуса казалась чистым белым листом, который так жаль марать следами.

– Красиво, – выдохнула я. Шагнула из-под козырька, и на моё поднятое лицо упала холодная снежинка.

Упала и растаяла, совсем как…

Город засыпал мокрый снег. Крупные, тяжёлые хлопья ложились на асфальт, тротуарную плитку, газоны, крыши. Где-то сразу превращались в грязную кашу, где-то сохраняли невинную белизну, где-то таяли – как на моих щеках. И стекали каплями с ощутимым солёным привкусом.

«Как же так? Почему?»

Воспоминание о предательстве ударило под дых – подло, без предупреждения. За вихрем случившегося со мной я и думать забыла о той своей боли, а она, оказывается, лишь ждала момента, чтобы вернуться.

– Арс, вы в порядке?

И как только Редвир умудрялся почти мгновенно меня считывать? Жизненный опыт, не иначе.

– В полном.

Я не собиралась с ним ничего обсуждать, я в принципе была бы рада, если бы мы сейчас разошлись каждый своей дорогой. Но к сожалению, моя сумка висела не на моём плече, и потому мне оставалось лишь повыше вскинуть голову – чтобы не дать пролиться новым слезам – и решительно сбежать с невысокого крыльца.

И поскользнуться на последней ступеньке.

– Осторожнее!

Если бы не Редвир, сегодняшний вечер гарантированно не обошёлся бы без травм.

– С-спасибо.

А если бы кто-нибудь точно так же поймал меня под локоть на том злосчастном светофоре…

Я шмыгнула носом. Ну почему на Земле не оказалось своего Редвира, способного выдернуть расстроенную девушку из-под колёс? Разбитое сердце рано или поздно зажило, зато я по-прежнему была бы в привычном мире, с папой и мамой, с нормальными жизненными перспективами, а не вот этой всей… магией.

По щекам всё-таки побежали горячие капли, и Редвир, пытаясь меня отвлечь, шутливо заметил:

– Арс, я ошибаюсь, или ваш коварный план состоит в том, чтобы лишить меня запаса носовых платков?

– Н-нет, – икнула я. – Изв-вините. Я обычно, – дыхания не хватило, – не такая плакса.

– Знаю, – серьёзно заверил Редвир. – Поэтому давайте-ка, вытирайте слёзы и идёмте. И держитесь за меня – не хватало, чтобы вы ещё раз поскользнулись.

Я смахнула ладонью влагу со щёк и послушно взяла его под руку. Повторяться о шокировании окружающих показалось мне глупым, хотя увидь нас кто, я уверена, не сразу поверил бы собственным глазам.

«Начхать. Не мои проблемы».

И мы неспешно двинулись сквозь снегопад, оставляя на нетронутом холсте две ровные цепочки следов.

***

– Знаете, я, наверное, не сдам экзамены.

По короткой дороге от корпуса до общежития было всего-то метров триста. Однако Редвир почему-то выбрал самый длинный путь – через парк, – а я, скованная душевной апатией, не стала возражать.

– Почему вы так думаете? По моим ощущениям вы отлично со всем справляетесь.

Вздох вырвался у меня едва заметным облачком.

– Да ни с чем я не справляюсь. Выезжаю на хорошей памяти и на том, что от меня особенно ничего не требуют. Если бы экзамен был, ну, у нас, этого бы хватило. А здесь… я правда не верю, что получится. Не с моими способностями к магии.

Редвир ободряюще коснулся моей руки.

– Я уже не один раз говорил: вы себя недооцениваете. И экзамены это покажут, главное, не сдавайтесь раньше времени.

– Да если и сдам, – во мне проснулся ослик Иа, – за первой сессией будет вторая, потом третья. И с каждым разом всё сложнее. Я с соседкой разговаривала, точно знаю. Вы поймите – это, ну, реально тяжело. Когда для того, что другие делают влёт, ты выжимаешь себя до капли.

– Вы не учитываете, что ваши навыки и тренированность тоже растут, – мягко парировал Редвир. – Месяц назад Улия Арс не выдержала бы и двух атак, а сейчас вы способны дойти до середины испытания.

– Угу, а до экзаменов осталось всего ничего, – буркнула я. – И мне, кстати, не только магию разрушений сдавать.

Редвир умудрённо качнул головой.

– Вы просто устали. Отдохнёте как следует и завтра утром будете смотреть на всё гораздо бодрее.

– Вы ещё скажите, мне стимула не хватает, – фыркнула я. – В духе отца Улии.

Поняла, что в очередной раз ляпнула лишнее, но собеседник уже заинтересовался:

– А что он?

Пришлось отвечать.

– Да ничего особенного, – для большей убедительности я презрительно скривилась. – Карманных денег меня лишил, пока не сдам всё «достойно». Ерунда.

Редвир ничего не ответил, и дальше мы шли в тишине.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Однако когда сквозь снежную завесу засветились окошки общежития, молчание было нарушено.

– Арс, вы боитесь высоты?

– Вроде бы нет, – я удивлённо покосилась на спутника. – А что?

– А летать вам когда-нибудь доводилось? – вместо ответа задал он новый вопрос.

– Нет. К чему вы всё это спрашиваете?

Редвир небрежным жестом поймал снежинку.

– Я тут подумал: идея насчёт стимула не так уж и плоха. Так что я предлагаю вам следующее. Если вы сдаёте экзамены, то в качестве награды получаете полёт над городом. На драконе.

«И где же он, интересно, найдёт дракона?» – скептически подумала я. И чуть не уронила челюсть, сообразив ответ. Изумлённо уставилась на спутника, и тот ответил мне лёгкой усмешкой.

– Всё верно, Арс. Так как, согласны?

Конечно, это попахивало детством: сдашь на пятёрку, куплю тебе конфетку. Но полёт на драконе?

– Согласна.

Глава 37

Перед экзаменом по трансфигурации – первым и потому очень переживательным – я договорилась с внутренней отличницей, что тройка – тоже положительная оценка. Теорию, как водится, зазубрила, а с практикой понадеялась, что мне попадётся лёгкое задание. Да и в целом на весёлый и доброжелательный нрав преподавательницы Вирджины Дарвудса. Человек, который на занятиях смеха ради превращает ручку в кролика, а стул в торт, просто не может завалить адепта на экзамене. Тем более если видит, что адепт старается.

С этими мыслями я шла на экзамен, и когда подрагивавшей от волнения рукой вытянула билет, не сумела скрыть радость – мне и впрямь попалась одна из самых простых задач.

– Можно сразу ответить? – спросила я у госпожи Дарвудса.

– Готовы? – улыбнулась та. – Хорошо, сейчас остальные разберут задания, и отвечай.

В ожидании я присела на крайнюю парту и, чтобы заниматься хоть чем-то полезным, принялась набрасывать на бумаге тезисы для ответа по теории. И внезапно облилась потом: я хорошо помнила, что в перечне нерекомендуемых трансфигураций было три пункта, но какие именно напрочь вылетело у меня из головы.

– Арс, если вы готовы, прошу.

«Ладно, может, по ходу рассказа вспомню», – решила я и отправилась отвечать.

С практикой, как и ожидалось, проблем не возникло. Госпожа Дарвудса спокойно относилась к применению «нефакультетской» стихии, и с помощью магии воздуха я элегантно трансфигурировала кусочек угля в алмаз, алмаз в воду, воду в стекло, стекло в алмаз и, наконец, алмаз обратно в уголь. Затем бодро начала отвечать теорию и где-то на середине ответа поняла, что с перечнем у меня до сих пор затык.

«Может, получится замять этот момент?»

Но увы. Только я замолчала, рассказав всё, что помнила, как преподавательница заметила:

– Перечислите ещё нерекомендуемые трансфигурации, пожалуйста.

«Упс».

У меня вдоль позвоночника поползла холодная капля. С одной стороны, на тройку – да что там, на четвёрку – я уже ответила. А с другой, ну обидно же. На такой мелочи – и срезаться.

– Первым пунктом не рекомендуется, – начала я мямлить. Запнулась и всё-таки родила: – Не рекомендуется трансфигурировать мёртвое в живое. Вторым пунктом не рекомендуется, – так, здесь вроде бы обратное было, – не рекомендуется трансфигурировать живое в мёртвое. И третьим пунктом…

А вот тут меня можно было расстрелять, но я бы не вспомнила.

– Третьим пунктом…

Я панически скользнула глазами по кабинету – сплошь склонённые над столами макушки. И вдруг зацепилась взглядом за сидевшего на среднем ряду Лира. Тот, похоже, уже подготовился и собирался идти после меня. «Подскажи!» – в отчаянии протелепатировала я ему.

И Лир демонстративно отвернулся.

«Ах ты!..» – я проглотила недоброе мнение об однокурснике и, посмотрев на госпожу Дарвудса, призналась:

– Не помню. Из головы вылетело.

– Живое в живое, – спокойно ответила за меня преподавательница. – Ничего страшного, Арс. Это ведь ваша первая сессия?

Я кивнула.

– И первый экзамен, – продолжила госпожа Дарвудса. – Поэтому, думаю, можно пойти вам навстречу.

И она выписала в ведомости красивое «отл.».

– Спасибо! – просияла я, и преподавательница добродушно ответила: – Не за что, Арс. Я же видела, что вы старались. Можете идти, и удачи вам на следующих экзаменах.

– Спасибо! – будь у меня крылья, как у феи Лейны, я бы уже взлетела к потолку. – До свидания!

Подхватила сумку и, пританцовывая, вышла из кабинета. Даже не покосившись в сторону Лира.

– Вот что ему стоило подсказать? – риторически спрашивала я позже у Черныша, сидя в фамильяриуме. – Он ведь знал, сто процентов.

– Чиу-ми, – непонятно ответил лий-си и ткнулся прохладным носом мне в щёку.

– Ладно-ладно, – я почесала фамильяра за ушком, – понадобится ему помощь, попросит – а фиг. Нечего в колодец плевать. Согласен?

– Ми!

Черныш спрыгнул у меня с колен, всем видом показывая, что хочет играть.

– Сначала дрессировка, – наставительно сообщила я. – Нам с тобой ещё госпоже Эйлор экзамен сдавать.

Лий-си грустно опустил ушки, но когда я магически дала сигнал «Лечь!», послушно улёгся на мраморные плитки пола.

***

Карма настигла Лира уже на следующем экзамене – по бытовой магии. То ли он плохо подготовился, то ли ему попал неудачный билет, но платок, на который требовалось наложить чары очищения, только размазывал грязь, вместо того чтобы стирать. Я видела, где ошибка и могла бы подсказать – благо преподавательница, госпожа Майс, как раз отвлеклась на вопрос своей любимицы Мариэтты Лэрвид. Наши с Лиром взгляды встретились, и если бы я заметила в нём безмолвную просьбу, то, пожалуй, сменила бы гнев на милость. Однако Лир гордо отвернулся и в итоге ушёл с тройкой («Это одно из самых простых заклятий, Лир. Если у вас не получается оно, чего вы вообще стоите в бытовой магии?»).

– Ну и дурак, – резюмировала я, рассказывая эту историю Чернышу. – Из-за собственной гордости трояк схлопотал.

– Ми, – согласился фамильяр и перевернулся на спину, подставляя под почёсывания мягкое брюшко.

***

Я легко сдала историю магии, на порталогии мне попался несложный билет, а на сдаче основ фамильярологии мы с Чернышом в принципе произвели фурор – такого послушания от независимого зверька не ожидала даже госпожа Эйлор.

– У вас с фамильяром редчайший уровень доверия, – серьёзно сказала она мне. – Берегите его.

– Конечно, – улыбнулась я, прижимая к груди Черныша. И даже промелькнувшая мысль, что по-другому не получится, ведь дорога в родной мир мне заказана, не причинила ожидаемой боли.

– А вы переживали, – добродушно поддел Редвир на нашем неизменном вечернем занятии. – Половину предметов сдали, и все на отлично.

– Потому что они были лёгкие, – возразила я. – А где не очень лёгкие, там мне везло. Зато следующая, например, некромантия, и если я оттуда выйду с тройкой, буду прыгать от радости до потолка.

– С интересом приду на это посмотреть, – хмыкнул Редвир, и я состроила скучающую мину – ой, ладно вам.

Однако этот короткий диалог остался жить в моей памяти вместе со странным озарением: Редвир верил в меня больше, чем я сама. И это было… приятно?

Глава 38

Если перед трансфигурацией я нервничала, то перед некромантией откровенно тряслась как осиновый лист. Всё-таки ректор Нортон был личностью пугающей, пусть и не злой, и даже на обычных занятиях я старалась сливаться с местностью, чтобы ненароком не привлечь к себе его внимания.

– Ты, главное, не принимай на свой счёт, – учила меня Лейна. – Ректор сам по себе человек тяжёлый и замкнутый, он по-другому ни с кем не общается. Но нарочно не валит, тут можешь не переживать. Теорию же выучила?

Я обречённо кивнула. Некромантию, в отличие от большинства остальных предметов, я зубрила к каждому занятию. Да так, что ночью разбуди – расскажу все этапы разложения трупа, несмотря на неаппетитность этой темы.

– Вот и отлично, – соседка обнадёживающе похлопала меня по плечу. – Ещё по практике что-нибудь сделаешь, и тройка твоя. Тебе ведь больше и не надо, правильно?

Я снова кивнула, хотя последняя фраза Лейны болезненно уколола самолюбие.

«Эх, если бы здесь всё не зависело от уровня магии! Я бы напряглась, но выцарапала бы себе четвёрку».

Но толку сожалеть, что законы этого мира не такие, как на Земле? Так что в день экзамена я вместе с однокурсниками мариновалась перед закрытой дверью кабинета некромантии и никак не могла «надышаться перед смертью» – листала конспект.

– Добрый день, адепты.

Тетрадка чуть не выпала у меня из рук – голос ректора прозвучал рядом совершенно неожиданно. А незаметно для меня подошедший Нортон продолжил:

– Чтобы не создавать лишнюю суету, система экзамена следующая. Сначала заходят пятеро, а затем – по принципу «один вышел – другой зашёл». Первыми приглашаются, – он мазнул по нам равнодушным взглядом, – Гурвидж, Эйтолн, Вэрдор, Лир и Арс.

Я? Нет, это неплохо – сразу отмучаешься и…

Ректор небрежным взмахом руки отпер кабинет, и я, спохватившись, принялась запихивать конспект обратно в сумку. Из-за чего вошла последней и последней же тянула билет – левой рукой. Дико нервничая пробежала глазами по строчкам заданий и не удержала выдох облегчения. Теорию я знала, а на практике, как выразилась Лейна, могла «сделать что-нибудь».

«Повезло. Надеюсь только, Редвиру не придёт в голову выполнить своё обещание и прийти смотреть, как я прыгаю до потолка».

Отвечала я первой, утешая себя выражением про пять минут позора. Нортон вполуха выслушал теорию и кивнул мне на дверь в лабораторию:

– Хорошо, Арс, идёмте. – После чего заметил остававшимся адептам: – Категорически не советую пользоваться моментом и списывать. Если, конечно, перед вами не стоит цели покинуть Академию после первой сессии.

«И ведь фиг кто решится это проверить, – пронеслось у меня в голове, когда я первой входила в лабораторию. – Вот что значит репутация и неизгладимое впечатление».

В качестве практического задания мне досталось поднятие существа второго ранга массы. Я бы, конечно, предпочла первый ранг, то есть мышь или морскую свинку. Но с голубем, чья тушка, раскинув крылья, лежала на цинковом столе, результат тоже должен был получиться неплохим.

– Приступайте, – проронил Нортон, и я, поборов желание размять пальцы, как пианист, приблизилась к столу. Сделала глубокий вдох и длинный выдох, отпуская напряжение из магических каналов тела, и принялась пальцем вычерчивать над птицей поднимающую гексаграмму. Магия воздуха заставляла линии светиться холодным голубоватым светом, но на голубя это покамест никак не влияло. Впрочем, мгновенного эффекта и не ожидалось – гексаграмма получалась кривоватой, и силы в неё было вложено немного. Зато когда контур был замкнут, я, по-гагарински подумав «Ну, поехали!», принялась накачивать в него магическую энергию. Линии сразу засветились ярче, однако голубь по-прежнему оставался неподвижным.

«Ещё чуточку».

Птица дёрнула лапкой – одной, второй. Открыла мутные глаза, слабо зашевелилась, пытаясь встать.

«Давай, давай!»

Голубь в неуклюже перевернулся, становясь на лапы – и тут гексаграмма вспыхнула и растаяла. А на стол шлёпнулась снова безжизненная тушка.

«Нет, ну у меня же получилось!»

Стараясь стереть с лица жалобное выражение, я посмотрела на ректора. Тот ответил обычным инистым взглядом и заметил:

– Чем дольше я за вами наблюдаю, Арс, и чем чаще слушаю отзывы коллег, тем больше мне кажется, что на следующий год вам нужно будет повторно пройти вступительные испытания. Вторая волна магии в вас и впрямь сильна, господин Редвир не ошибся.

– И меня переведут на факультет воздуха? – я не знала, как отнестись к ректорским словам. С одной стороны, новые однокурсники и предметы, с другой, несмотря на связь с элементалем земли, воздушная магия и впрямь давалась мне гораздо легче.

– Зависит от результатов испытания, – уклончиво ответил Нортон, доставая инкрустированную серебряной нитью ручку. – А теперь, Арс, можете быть свободны.

И в ведомость напротив моей фамилии было твёрдо вписано «хор.».

***

Конечно, я не прыгала до потолка – Редвир не пришёл на это смотреть, а значит, гипербола осталась гиперболой. Однако с экзамена по некромантии вышла окрылённой: получилось! Четвёрка! У самого Нортона! И если всё будет хорошо, у меня есть все шансы сменить факультет на более подходящий!

«Рад за тебя, – печальные ноты в голосе элементаля откровенно противоречили смыслу его слов. – Хотя и буду сожалеть о расставании».

– То есть ты больше не будешь меня опекать? – я чуть не запнулась на ровном месте.

«Нет, я ведь олицетворяю стихию земли. Как только будет признано, что ты больше маг воздуха, тебя будет поддерживать воздушный элементаль».

Теперь и моё сердце тронуло огорчение – я уже привыкла к именно этому «голосу в голове».

– Просто понимаешь, у меня со стихией земли всё гораздо хуже, чем с воздухом, – попыталась не то объяснить, не то оправдаться я. – Как-то, ну, не подходит она мне.

«Просто магию земли ты привыкла черпать из себя, а не входить в поток, – заметил элементаль. – О чём я не раз тебе говорил».

– Да этот поток пока нащупаешь, – пробормотала я.

«И всё же очень тебе советую на следующем экзамене постараться настроиться на него».

– Ладно, – напоминание о предстоявшем уже послезавтра испытании сбило радость от сдачи некромантии, как мешок песка весело горящий огонь.

Потому что сдавать мне предстояло магию земли.