355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Лин Гамильтон » Месть моаи » Текст книги (страница 7)
Месть моаи
  • Текст добавлен: 6 октября 2016, 18:58

Текст книги "Месть моаи"


Автор книги: Лин Гамильтон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 5

Аху Акиви

Как оказалось, авиарейс на Таити не был проблемой. Самолет успешно прилетел из Сантьяго, но по техническим причинам дальнейшее путешествие было отложено на пять часов. К этому времени Пабло Фуэнтэсу придется пересмотреть свое отношение ко многим вещам.

Но это должно было произойти позже. После моего визита в пещеру и экскурсии вдоль береговой линии я поднялась по тропинке и обнаружила, что Мойра стоит на краю утеса в полной панике.

– Ты где была?! – набросилась она на меня. – Я повсюду тебя ищу. Сьюзи Скейс сказала, что видела, как ты ходила вдоль утеса, и я испугалась, что случилось нечто ужасное.

– Ну, Мойра! – воскликнула я. – Я всего-то пошла прогуляться.

– Ты не можешь просто вот так взять и уйти и ничего мне не сказать, – обиделась она.

– Ты спала, Мойра, – попыталась урезонить ее я.

– Ты права, – произнесла она через пару мгновений. – Должно быть, это место начинает меня раздражать. Буду рада, когда все эти личности уедут и мы сможем продолжить наш отдых. Как твоя голова?

– Все в порядке. Пополнение списка жизни: я больше никогда не буду страдать мигренью, – заявила я. Она смогла кое-как улыбнуться. – Пойдем завтракать. Я просто умираю с голоду и хочу услышать, что случилось после того, как я ушла с выступления Джаспера.

– Да не очень много на самом-то деле, – сказала она, когда я набросилась на довольно большую тарелку с яичницей. – Двое из танцоров выкатили на сцену стеклянный ящик, остальные шли за ними и исполняли нечто, что я бы назвала неким танцем победы, вокруг той штуки, что бы это ни было. Потом Джаспер пригласил Рори и Гордона первыми посмотреть на дощечку, которую, насколько я помню, он назвал табличкой Сан Педро. Полагаю, любопытство Рори победило чувство унижения, потому что он действительно пошел посмотреть. Гордон не двинулся с места.

– И?

– Они вели себя как истинные джентльмены, даже несмотря на то что Гордон не пошел на сцену. Надо отдать им должное. Рори даже пожал руку Джасперу и сказал, что, если дощечка выдержит дальнейшее изучение, его поздравят со значительной находкой. Ну, вот, что-то в этом роде. В любом случае, ему, должно быть, было очень нелегко говорить такое. После этого всем было разрешено подняться на сцену и посмотреть поближе. Я тоже пошла, но понятия не имею, на что я смотрела. Все остальные указывали на какие-то символы и говорили, что они выглядят точно так же, как и те в Сантьяго. Откуда мне знать? Но мы, возможно, непреднамеренно столкнулись с чем-то особенным на этом конгрессе. Мы, возможно, годами сможем обедать за чужой счет, рассказывая эту историю. Джаспер сказал, что находкой заинтересовались в «National Geographic», как в «Archeology». Мы сможем говорить, что мы были здесь, когда Джаспер сделает свое заявление. Ты-то понимаешь, что такое ронгоронго.

– Кто-нибудь видел Джаспера? – раздался громкий голос Кент Кларк в обеденном зале.

Все ответили «нет».

– У нас должны были быть съемки, – раздраженно бросила она. – Пожалуйста, передайте ему, что я ищу его, если он сюда зайдет.

Она исчезла так же быстро, как и появилась.

– Она явно привыкла командовать, – протянула Мойра. – Надеюсь, я со своими подчиненными так не разговариваю. Так, новая запись в список: всегда вежливо разговаривать с персоналом.

– Думаю, на нее кто-то давит, – предположила я. – Как сказали Майк и Дэниел, она снимает сногсшибательный фильм.

– Я думала, что увижусь с ним. Мне казалось, у нас будет свидание, – произнесла Ивонна за соседним столом. – Вот так всегда. Они все меня бросают почему-то. Наверное, я была недостаточно умна для Джаспера. Я ведь не тупая. Просто у меня не было возможности получить хорошее образование. Но я стараюсь учиться. Вот почему подписалась на эту группу в Интернете и приехала сюда.

Она вскочила со своего стула и бросилась из зала, рыдая.

– Кажется, это мой шанс, – промолвил Энрике и поспешил за ней мимо нашего столика.

– Она это нам сказала или разговаривала со скатертью? – подняла бровь Мойра.

– Понятия не имею, – пожала я плечами. – Но, кажется, с Джаспером покончено. Ну, так что мы сегодня делаем? Едем на Аху Акиви с остальными? Какие у тебя планы?

– Боюсь тебе говорить, – потупилась она.

– У тебя свидание с Джаспером? – спросила я.

– Нет, – замотала она головой. – Хуже.

Я подумала, что она собирается провести день с Рори, занимаясь чем-то невообразимым. Скажу я Клайву об этом или нет? Я ждала.

– Обещай, что не будешь кричать или еще чего, – потребовала она.

Я пообещала, надеясь, что смогу сдержать это обещание.

– Я собираюсь сделать себе татуировку, – выпалила она.

– Что?! – вскричала я.

– Ты обещала не кричать, – напомнила она.

– Извини, – прошептала я. – Татуировку?

Меня удивила не сама идея сделать татуировку, а то, что Мойра, владелица спа-салона, так стремящаяся к совершенству кожи, вообще подумала об этом. Это, на самом деле, была новая Мойра. Я внимательно на нее посмотрела. Я редко видела Мойру без макияжа или с выбившейся из прически прядкой волос. Мойра очень сильно изменилась. Это произошло постепенно, в течение нескольких дней, проведенных здесь. Теперь ее макияж ограничивался бледной помадой и небольшим количеством подводки для глаз, а стиль ее прически стал значительно менее строгим. Я решила, что это хорошо.

– Разве ты не заметила, что почти у всех людей, живущих здесь, есть татуировки? – сказала она. – Рори рассказал мне, что, когда европейцы прибыли сюда, они нашли здесь людей, чьи тела были полностью покрыты татуировками. Он сказал, что для каждого вида татуировок есть название. Ну, знаешь, для тех, что наносятся на лицо – одно название, а для тех, что на попе – другое. Ну, ты поняла меня.

– У тебя будет татуировка на попе? – заподозрила я.

– Нет, – замотала она головой. – Ты ведь видела ту милую черепашку, вытатуированную у Виктории Пакарати вокруг пупка?

Я кивнула.

– Я подумываю сделать себе нечто подобное.

– Ладно, – сдалась я.

– Рори отведет меня в салон, который знает, там иглы чистые и все такое. Когда я приду туда, то, конечно же, осмотрю там все своим наметанным глазом, чтобы убедиться, что место соответствует моим стандартам чистоты. Если это так, то сделаю татуировку. Рори говорит, что у него тоже есть татушка, которую я не видела. Так что я могу только воображать, где она у него. Хочешь пойти со мной? Сделай себе маленькую бабочку или еще что-нибудь внизу позвоночника.

– Ну, уж нет, – наотрез отказалась я.

– Ты такая зануда, Лара, – сказала она. – Тогда что ты будешь делать, пока я освобождаюсь от всех пут, что сковывали меня многие годы?

– Одна маленькая татуировка может сделать такое? – удивилась я. – Возможно, мне следует еще раз все обдумать.

Она рассмеялась.

– Наверное, поеду на Аху Акиви с остальной группой, – я потерла подбородок. – Мы не попали туда, когда осматривались. А потом, возможно, пойду в Ханга Роа и посмотрю сувениры. Но на самом деле мне бы больше хотелось увидеть эту дощечку Джаспера, если это возможно, – добавила я. – Я какое-то время беседовала с Сетом Коннелли о ронгоронго, и он представил все это в таком интересном свете. Конечно, было бы хорошо, если бы народ Рапа-Нуи придумал язык буквально за одну ночь и самостоятельно, но в любом случае я бы хотела увидеть ее. Мне жаль, что я упустила возможность. Интересно, где она сейчас? Полагаю, Джаспер не оставит ее просто лежать в своем номере в отеле, так ведь? Она, должно быть, бесценна.

– Хороший вопрос, – сказала она. – Возможно, городской музей взял ее на хранение или еще что.

– Теперь, когда я подумала об этом, мне стало интересно, а как он ее сюда доставил так, что никто об этом не узнал? Мне бы уж точно не хотелось класть такую вещь в регистрируемый багаж, учитывая, сколько раз авиакомпании теряли мои сумки, – рассуждала я. – Должно быть, ему кто-то очень сильно помог. Когда увижу Джаспера, наверное, спрошу, можно ли мне взглянуть на дощечку, – произнесла я. – Если бы я подлизалась к нему так же, как ты к… – я запнулась. – Это было бестактно с моей стороны. Я собиралась сказать «к Дэйву Мэддоксу», конечно же. Такое впечатление, что он просто исчез, как считаешь? Даже я, нашедшая его мертвым, собиралась пошутить по поводу того, как ты обвела его вокруг пальца в первый день.

– Кажется, что это было так давно, не правда ли? – грустно улыбнулась Мойра. – Полагаю, бедный старина Дэйв просто места себе не находил, думая, как же он будет соревноваться с потрясающим открытием Джаспера Робинсона. И вот, раз уж ты сказала об этом, я подумала, что вчера мало о нем слышала, да и сегодня тоже, его почти не вспоминали. Есть что-то печальное, не правда ли, в том, каким чрезмерно веселым он был все это время? А его постоянные напоминания о том, чтобы все пришли на его выступление? Должно быть, он сказал мне об этом не меньше десяти тысяч раз за два дня нашего знакомства. Думаю, это отталкивало людей. Я много раз его высмеивала, хотя теперь я жалею об этом. Если тебе от этого хоть как-то полегчает, когда настало время его доклада, Сьюзи, Ивонна и Брайан пошли в бар и подняли тост в память о нем. Ты как раз была под действием снотворного, которое я дала тебе.

– Думаю, это что-то значит, – вздохнула я.

И все-таки не все смогли вычеркнуть Дэйва из памяти. Через несколько минут к нашему столику подошла Бренда Баттерз:

– У меня к вам просьба, – ее едва можно было расслышать. – Я тут не знаю, что делать, гм, отель просит освободить номер Дэйва Мэддокса. Он все равно должен был съехать сегодня. Он собирался на Таити в отпуск на неделю. Сегодня днем прилетает рейс из Сантьяго, а в отеле все номера заняты. Им нужен этот номер. Учитывая, что я отвечаю за регистрацию на этом мероприятии и вообще за все приготовления, они обратились ко мне.

– Вы хотите, чтобы мы помогли с его вещами, – заключила Мойра. – Не уверена, что Лара чувствует себя достаточно хорошо для этого. Вчера у нее был ужасный приступ мигрени. А мне нужно привести врача, чтобы он осмотрел ее, – она взглядом дала мне понять, что пытается найти для нас выход из этой ситуации.

– А местная полиция разрешила? – спросила я.

– Да, – ответила она. – Служащие отеля вызвали их, и тот человек, который расследует инцидент, кажется, его зовут Фуэнтэс, приходил и сказал, что все в порядке. Мне просто очень не хочется делать это в одиночку не потому, что он мертв или еще что-то, а из-за ценностей. Мне просто нужна пара свидетелей, пока я занимаюсь этим делом.

– Ладно, я помогу, – согласилась я. – Сколько это может занять времени? Это ведь не дом или офис, в котором он проработал несколько лет. Он же всего несколько дней там был. Давайте побыстрее с этим покончим.

Мойра выглядела удивленной и не очень-то довольной. Мне же, конечно, было любопытно посмотреть, какие еще сюрпризы имелись в запасе у Дэйва, пусть даже мертвого. Много времени у нас это не заняло. На самом деле Дэйв почти не распаковывал своих вещей, он просто хранил все в чемодане, в полном беспорядке. Я положила чемодан на кровать и под видом того, что переупаковываю вещи, быстро просмотрела их. Там не было ничего необычного. Мойра собрала все умывальные принадлежности в сумку. Бренда проверила ящики.

Книга Гришема в суперобложке лежала на прикроватном столике, но, когда я быстро просмотрела содержание, это на самом деле оказалась книга Гришема. Что означало, что «Настольная книга фальсификатора произведений искусства» была где-то еще, но я не видела ее. Не доставало еще одной вещи – доклада, который Дэйв должен был читать в день своей смерти. Существовала вероятность, что бумаги были свернуты и спрятаны в кармане одежды, в которую он был одет, когда я нашла его. Не было необходимости говорить, что в тот момент я и не подумала искать бумаги. В любом случае для кармана книга была слишком большой.

Мое внимание привлекла Мойра. Она держала пустую бутылку писко:

– Нашла на полу под столом, – сказала она с понимающим взглядом.

Когда мы закончили, я сказала, что собираюсь еще кое-что проверить напоследок: выдвинула все ящики, проверила буфет и ванную комнату, и даже заглянула под кровать. Мойра наблюдала за мной в некотором изумлении.

– Ботинки и носки, – пояснила я.

Ни доклада, ни «Настольной книги фальсификатора произведений искусства». У меня появилась последняя догадка, и я проверила заднюю часть шкафа.

– Здесь сейф, – сообщила я. – И он заперт, так что там наверняка что-то есть.

– О боже! – воскликнула Бренда. – За ключи для этих штук существует гарантийный залог в пятьдесят долларов. Нам лучше поискать в его карманах, иначе конгрессу придется платить за него.

Мы распаковали чемодан. Ключа там не оказалось. Вообще-то, единственный ключ был как раз от чемодана.

– Думаю, ключ мог выпасть, когда он пытался сесть на лошадь, – предположила Мойра.

– Полагаю, мне просто придется признаться насчет ключа и расплатиться пятьюдесятью долларами, – вздохнула Бренда. – Я позвоню и позову администратора.

Но телефон в номере не работал, так что она пошла к стойке. Я продолжила осматривать комнату.

– Не думаю, что он тут, – произнесла Мойра.

– Что? – не поняла я.

– Ключ. Ты ведь его ищешь? Или нет?

Я рассказала ей, что не считаю смерть Дэйва несчастным случаем. Я рассказала ей про свои сны о лошадях.

– Не хочу этого говорить, но думаю, что твой приступ мигрени повредил твой мозг, – протянула она. – Уверена, что это только временно. С чего бы кому-то убивать Дэйва? Ты считаешь, что кого-то достало, что он постоянно коверкает их имена, а в этот раз совсем забыл, проломил ему голову, а потом на лошади по нему проехался?

– Это правда, что если бы я убивала всех, кто зовет меня Лорой, улицы были бы завалены горами трупов, – сказала я. – Но тут происходит что-то другое.

Я рассказала ей о книге.

– Мне бы не хотелось, чтобы кто-нибудь на этой конференции узнал, что я читаю руководство для фальсификатора, – рассудила она. – Неужто все так просто?

– Давай просто посмотрим, что там в сейфе, – предложила я, когда Бренда вернулась с ключом. Но там ничего не было. Сейф был совершенно пуст.

– Интересно, зачем он тогда его запер? – задумалась Бренда. – Как все неприятно получилось с ключом. И руководство отеля хочет, чтобы мы оплатили хранение его вещей, пока его семья не скажет, что с ними делать дальше.

– У него есть семья? – переспросила Мойра.

– Кажется, брат, – ответила Бренда. – Кстати, он не сильно расстроился, когда я сообщила ему о произошедшем по телефону. Не думаю, что они были очень близки. Он предложил, чтобы Дэйва просто похоронили здесь. Он сказал, что вышлет денег.

– Бедняга Дэйв, – вздохнула Мойра. – Кажется, он не был таким уж недотепой. Возможно, он запер сейф случайно. Ключ мог оказаться на дне шкафа.

Но его там не было.

– Может, уборщица его замела нечаянно, – предположила Бренда.

Я подумала, что более вероятно, что кто-то побывал в номере Дэйва либо перед тем, как он умер, либо сразу после его смерти, нашел ключ, опустошил сейф и ушел, заперев его, чтобы притормозить таких, как я. Я подошла к раздвижной двери и одним сильным рывком открыла ее.

– Дверь не заперта, – сообщила я.

– Может, полиция? – пожала плечами Мойра.

«Вот именно, „может“», – подумала я.

– Номера с этой стороны отеля без кондиционеров, – пояснила Бренда. – Поэтому они немного дешевле. Мне сказали, что здесь бывает довольно жарко, так что он, наверное, оставил дверь открытой, чтобы проветрить номер.

– Уверена, что вы правы, – кивнула Мойра.

А я, с каждой минутой становясь все более недоверчивой, пошла еще раз осмотреть неработающий телефон. Было легко понять почему: шнур был перерезан. Я подняла его, чтобы остальные увидели.

– Интересно, как можно было это сделать? – задумалась Бренда.

У меня был соблазн сказать «ножом» или «ножницами», но я придержала язык. Никто не хотел мне верить, включая Мойру. Даже несмотря на то что я предугадала, что она не поверит, и несмотря на то что я знала в глубине души, что ее реакция была вполне разумной, мне все еще было немного обидно, возникало ощущение, что меня высмеяли. А потом мне на ум пришла замечательная идея, которую я собиралась претворить в жизнь, как только Мойра отправится делать свою татуировку.

– Брайан! – обратилась я к симпатичному молодому человеку, который, к сожалению, еще не нашел себе работу. – Вы явно самый технически продвинутый человек на этом конгрессе. Я очень надеюсь, что вы сможете помочь мне.

– Вы мне льстите, – смутился он. – А в чем, собственно, проблема?

– Мой супруг Роб дал мне с собой этот фотоаппарат в путешествие, – начала я объяснять. – Я подумала, что это было очень мило с его стороны, особенно учитывая то, что он сам не смог со мной поехать.

Он посмотрел на камеру:

– Я так скажу: это очень хороший фотоаппарат. Пять мегапикселей. Отличное разрешение.

– Да, – кивнула я. Хотя понятия не имела, о чем он говорил. – Роб не смог отпроситься с работы. Я тут подумала, что было бы замечательно послать ему несколько фотографий, которые я сняла. Я прочитала руководство пользователя и думаю, что это возможно, но не знаю, как это сделать.

– Вам просто надо скинуть их на компьютер, а потом послать по электронной почте. Вы с собой привезли ноутбук?

– Нет, – помотала я головой.

– Хорошо, – кивнул он. – Мы воспользуемся моим. У меня на ноутбуке есть программное обеспечение, которое должно сработать. Но мне надо подсоединить ваш фотоаппарат к моему буку. Полагаю, вы не привезли с собой кабель для USB-порта?

– Это не он? – я протянула ему провод. Руководство меня так напугало, что я привезла с собой все, что было в коробке с фотоаппаратом. Это был первый случай, когда мне что-то еще оттуда понадобилось.

– Точно, он! – воскликнул Брайан. – Теперь дело пойдет. Так, я принесу свой лэптоп и скину на него ваши фотографии. А потом вы сможете послать их с моего электронного адреса. Я могу подключиться в Сантьяго.

– Я оплачу расходы, – заверила я.

– Не беспокойтесь, – отмахнулся он. – Одно из преимуществ жизни у черта на куличиках – это то, что власти Чили проявляют заботу о живущих здесь. Несмотря на то, что Вальпараисо находится на континенте, в 2500 милях отсюда, звонок туда считается местным.

– Но Сантьяго? – не поняла я.

– Послушайте, – сказал он. – Вы и Мойра были так добры ко мне, когда никто другой в мире даже не заговорил бы со мной. Если я смогу отплатить вам хотя бы таким скромным способом, то буду очень признателен.

– Я действительно считаю, что ваш доклад был потрясающим, а все те люди вели себя просто отвратительно, – ответила я.

– Ну, свою позицию я изложил, – улыбнулся он.

– Что ж, приступим, – произнес он, когда вернулся со своим ноутбуком. – Так, вводите электронный адрес своего мужа, напишите, что это письмо от вас в названии письма, просто чтобы он не подумал, что это спам. И скажите, какие именно фотографии вы бы хотели, чтобы я прикрепил к письму.

Я ему показала.

– Гм… Это что-то новое, – произнес он, разглядывая их. – Одна почва.

– Вообще-то, Роб – специалист по грунтам и почвам, – пояснила я. – Согласна с вами, это не слишком интересно, но он будет просто на седьмом небе от счастья, когда получит эти фотографии.

«Ты просто свинья, Лара, – мысленно сказала я себе, – „Список жизни“: я больше никогда не стану врать милым молодым людям».

– Думаю, вам придется послать два или три отдельных письма, чтобы отправить все фотографии, – присвистнул он. – А вот здесь напишите свое послание.

И я его написала. В этих трех письмах я сообщила Робу о своих подозрениях по поводу Дэйва Мэддокса и о том, что мне никто не верит. Сказала, что надеюсь, что он просмотрит фотографии, сделанные мной, и пошлет ответ, но не на адрес Брайана Мёрфи, конечно, а на мой.

– Это не мертвая лошадь? – поинтересовался Брайан, прикрепляя последнюю фотографию.

– Она самая, – кивнула я. – Печально, правда? Но так художественно, как считаете? Роб ведь еще и фермерством занимается по выходным. К тому же он увлекается живописью. Он использует подобные сцены как основу. Я знаю, что он найдет эти фотографии интересными.

«Все, я проклята, – подумала я, – мой аку-аку будет меня мучить за это вечно».

Как только сообщения были отправлены, я поспешила в Ханга Роа в интернет-кафе и подключилась к сети. Я отправила письма Робу на домашний адрес и на рабочий, надеясь, что он на месте и видит сигнал электронной почты, сообщающий о письме от меня.

Должно быть, он был поблизости, потому что в моем ящике уже был ответ, в котором он спрашивал, что я затеваю и когда собираюсь домой. Я послала ему еще одно письмо, в котором в достаточно раздраженном тоне указала на то, что он сам предлагал помощь в таких поездках и что даже если его нет рядом, я все равно хочу, чтобы он помог мне.

На этот раз он был у своего стола, потому что, к тому времени как я смогла ответить на очередное бессодержательное послание Клайва, Роб снова прислал ответ. На этот раз письмо было следующего содержания:

«Мертвая лошадь, обнаруженная на камнях, не оставляла следов на земле, где было найдено тело. Мертвая лошадь была дикой, т. е. неподкованной. Следы на гробнице, или как вы там называете это место, оставлены подковами».

«Ха! – мысленно восторжествовала я, – так и знала!». Потом я поняла, что не сильно-то продвинулась. Просто я отсеяла одну лошадь из, должно быть, тысяч, обитающих на острове. Фуэнтэс просто скажет, что другая лошадь убила Дэйва.

«Думаешь, Мэддокса затоптала лошадь?» – напечатала я.

«Возможно, но только если лошадь почувствовала в нем угрозу себе или своему жеребенку, – пришел ответ. – Подковы уникальны, их делают для каждой конкретной лошади. Можешь поискать отличительные метки на следах. Я не могу сказать по снимкам с твоего электронного адреса». «Будь осторожна», – были последние два слова.

Мой сон о Робе верхом на коне был настолько реальным, что я чуть не послала еще одно письмо с вопросом, что еще я забыла о смерти Дэйва Мэддокса. Это поставило бы его, уверена, в тупик. Я искренне надеялась, что вспомню, что бы я ни должна была, очень скоро, потому что это чувство беспокойства начинало действовать на меня. Мне совсем не хотелось думать о теле Дэйва Мэддокса, его раздавленное лицо все еще стояло перед глазами.

Несколько запоздало я спросила Роба, как там поживает моя кухня. Ответ гласил, что прогресс двигался таким темпом, который практически был неощутим. Мне хотелось расплакаться.

В отеле все готовились отправиться на Аху Акиви – последнюю экскурсию этой конференции.

Авиарейс на Таити был отложен до вечера, так что присутствовали все. Я поставила сумку Сьюзи Скейс в наш номер на время, пока не придет ее время ехать в аэропорт.

Пока я ждала, когда все соберутся, я подошла к Майку и Дэниелу поговорить. Они сидели в окружении своей аппаратуры в тени. Кент Кларк стояла около джипа на подъездной дорожке отеля. Она барабанила ногтями по капоту машины и с раздосадованным выражением смотрела вокруг. Бриттани сидела на пассажирском месте и откровенно скучала. Я заметила, что она обзавелась еще одной татуировкой, на этот раз изящной рыбкой, будто плывущей вверх по ее шее.

– Кажется, она собирается отбить себе пальцы, – кивнул Дэниел в сторону Кент. – И как она тогда сможет отсчитать кругленькую сумму, которую нам должна, Майк?

– Звезда отправилась прогуляться? – поинтересовалась я.

– Он, наверное, упился и отключился где-нибудь прошлой ночью, отмечая свой триумф, – выдал свою версию Майк. – Я так и вижу: лежит, развалясь, на полу позади барной стойки какой-нибудь пивнушки, а в руках зажата эта штука с ронгоронго.

– Какой же ты циник, Майк, – хмыкнул Дэниел. – Ты совершенно не понимаешь величия.

Однако сам он не смог сохранить спокойного выражения на лице, и вскоре мы все смеялись. Я немного надеялась, что Рори и Гордон случайно будут проходить мимо и смогут присоединиться к общему веселью, но, возможно, их чувство юмора покинуло их прошлым вечером или они по одиночке зализывали свои раны. Рори же, я вспомнила, не мог быть здесь, ведь он повел Мойру в тату-салон.

– Кстати, о той штуке с ронгоронго, – вспомнила я. – Где она? На хранении, я полагаю?

– А фиг ее знает, – пожал плечами Дэниел. – Мне бы вот только хотелось, чтобы она повнушительнее выглядела в фильме.

– А я надеялась посмотреть на нее. У меня был приступ мигрени, и пришлось уйти как раз тогда, когда ее выкатили на сцену.

– Мы попросим от вашего имени, когда наконец увидим Джаспера, – заверил Майк.

– Вы же чуть ли единственная, кто с нами, плебеями, на этом конгрессе действительно общается, – улыбнулся Дэниел.

– Вы шутите, – удивилась я. – Я думала, что всем будет интересно послушать про документальный фильм.

– Не-а, – мотнул головой Майк. – Вы и тот мертвый чувак, Мэддокс, были единственными, кто вообще хотя бы немного поговорили с такими, как мы. Он умер, остаетесь вы. Так что нам будет очень приятно пообщаться с самим Мэддоксом от вашего имени.

– Спасибо! Я действительно хочу посмотреть на ту штуку. А Дэйв был заинтересован в фильме? – поинтересовалась я, надеюсь, невзначай.

– Еще бы! – подтвердил Дэниел. – Хотя скучноват он был. Все эти официальные приветствия и т. п. Думаю, мне не следует плохо отзываться об умершем. Он помогал Кент с исследованиями. Кент попросила его и, видимо, оплатила ему дорогу на конгресс. Вот, собственно, и все, что я знаю. Я понятия не имею, что он сделал для оплаты перелета. Забавный выбор, я бы сказал, вот.

Казалось, больше он не собирался говорить.

– Так вчерашний вечер пошел на пользу съемкам? – спросила я.

– Танцовщицы в юбках с перьями и мини-бикини с топиками были хороши, – произнес Майк.

– Слишком много белых девушек, – покачал головой Дэниел. – Места в танцевальной группе все заняты чилийками. Стыдно! Ведь они представляют культуру Рапа-Нуи, и, более того, девушки с острова очень красивы.

– Ты ведь без всяких предубеждений или еще чего, так ведь? – прищурился Майк. – Но если серьезно отнестись к вашему вопросу, Лара, нет, всякие слайды и говорящая голова на сцене не улучшают картины. Вот почему мы планируем вывезти Джаспера на природу, если он соизволит явить нам свой милый образ до заката, отснять немного материала у пещеры, где могут быть, хотя бы теоретически, обнаружены дощечки с ронгоронго. Когда с этим было бы покончено, мы хотели, чтобы он сказал вам всем что-нибудь на Аху Акиви. Ну, и это тоже заснять.

– Вы его недолюбливаете, так? – спросила я.

– У меня нет сильных чувств на этот счет, – ответил Майк. – Ни на его счет, ни на счет его большого открытия, если оно таковым является. Он – моя работа, одна из прочих в моей далеко не блестящей карьере.

– Под этим он подразумевает, что ненавидит этого типа, – «перевел» Дэниел. Когда Майк стал защищаться, Дэниел поднял руку. – Не пытайся отрицать это. Дж. Р. – придурок. Мы все это знаем.

Майк пожал плечами и рассмеялся.

– И все же мы с Майком продолжаем просить Кент позволить нам работать над каждым путешествием Дж. Р.

– Мы просто мазохисты, – скривился Майк. – Хотя для меня это будет, пожалуй, последний раз. Слишком много Дж. Р., чтобы я мог переварить.

– Моя жена Эрориа, конечно, сильно переживает, – сказал Дэниел. – Вчера она вышла из себя, когда я рассказал ей, что Джаспер сказал о каменщиках Южной Америки. Теперь Эрориа будет его вечно ненавидеть, да и все рапануйцы на острове, наверное, тоже. В интересах семейной гармонии я согласился с ней. Хотя я понятия не имею, прав он или нет.

Я впервые заметила, что и у Дэниела была татуировка, ящерка, на левом бицепсе.

– Неужели тут и правда у всех есть татуировки? – изумилась я.

– У многих есть, – ответил он. – Полагаю, это дань традиции. Эрориа сделала мне эту, когда мы обручились.

Было что-то в этих татуировках, что беспокоило меня, но я понять не могла, что именно. Я была не против того, чтобы Мойра сделала одну себе, и я подумала, что выберу и для себя что-нибудь очень скромное, вот только не могла себя заставить сделать ее. Мне было интересно, что все это значило. Я уверена, что это немного больно, но когда уши прокалывают, тоже неприятно. Я сама проколола уши лет двадцать пять назад и определенно никогда не жалела об этом. По какой-то причине, однако, на данный момент сама мысль о татуировке была мне отвратительна, чего я в себе никогда не замечала, да я и не задумывалась об этом раньше.

К этому времени автобусы были готовы отправляться. Мы поехали, а за нами Кент Кларк со своей командой в их фургоне. Кент решила, что чем терять еще больше времени, они лучше отснимут материал с участием группы на месте, чтобы потом использовать его в фильме как заставки.

Я влюбилась в Аху Акиви как только увидела его, один только взгляд на это место выветрил из головы беспокоящие меня мысли о татуировках. В отличие от других аху, которые находились на побережье, этот располагался в глубине острова – аху с семью моаи, смотрящими в сторону моря. Не знаю, почему он мне больше всех понравился, разве что было в нем некое изящество, которого не доставало более грандиозному Аху Тонгарики, нечто, что Брайан Мёрфи отнес к деликатной реставрации, выполненной его героем Биллом Маллоем.

Кристиан Хотус, молодой человек, которого Гордон описал как свою правую руку, был гидом на этой экскурсии, причем единственным, ибо Джаспер так и не соизволил появиться. Эдвина Расмуссен могла бы занять его место, но она предпочитала стоять под зонтиком, который всегда был при ней на улице – она пряталась под ним от солнца, – и критиковать, что она и делала все время, пока Кристиан говорил. Тем не менее, я подумала, что он выполнил свою работу гида более чем достойно. И тот факт, что он родился и вырос на Рапа-Нуи, только способствовал этому.

По его словам, существовало две легенды об этом аху. Одна рассказывала, что семь моаи представляли семь моряков, посланных Хоту Мату'а, чтобы найти остров, который он увидел в своих снах. Другая, возможно, более реалистичная, говорила, что эти семь статуй представляли семь предков клана, чью деревню охраняли моаи. Там было место еще для одной статуи, вероятно, чтобы почтить память человека, который создал моаи и высек эти семь, но клановые войны и опрокидывание статуй сделали невозможным поднятие восьмой.

Мы, группа примерно из двадцати человек, стояли перед аху, а Кристиан указывал на разные детали, рассказывал, что спустя какое-то время после того, как моаи были опрокинуты, аху стали местом захоронения.

– А теперь, – обратился он к нам, – следуйте за мной. Мы пройдем вокруг задней части, и я покажу вам нечто интересное.

Да уж, было интересно. А потом последовала сцена прямо как из немого кино про бестолковых полицейских «Кейстоунские копы». Кристиан обогнул край аху, я шла прямо позади него, щелкая фотоаппаратом все подряд. Ничего не замечая вокруг, кроме того, что было видно в объектив, я врезалась в Кристиана, который внезапно остановился. Когда я увидела, что его остановило, я тоже стала как вкопанная. Потом Энрике, носом уткнувшийся в свой путеводитель, врезался в меня, а затем и Брайан, восхваляющий работу Билла Маллоя, влетел в Энрике. И у нас получилось подобие столкновения машин нос в хвост на шоссе, только из пешеходов. Один за другим люди, огибавшие угол аху и смотревшие по сторонам, а не туда, куда идут, сталкивались с впередиидущим человеком. Сьюзи вообще чуть с ног не сбили. Сбоку, Дэниел, который, как и я, ничего по сторонам не видел, кроме фокуса объектива своей камеры, продолжал снимать панораму за аху, не замечая, какой хаос творится у него по левую руку.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю