Текст книги "Папа для Бусинки (СИ)"
Автор книги: Лилия Сурина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц)
В этом году много что случилось в стране, много нового в жизни, в законах, но было нечто касающееся лично меня. Я стала полицейским! Приняли закон о переименовании милиции в полицию! Так что я настоящий коп! В июне прошла переаттестацию, и теперь я старший лейтенант полиции Лебедева Таисия Сергеевна!
Так жизнь шла своим чередом. В середине июля вернулся домой муж. Немного отдохнул, пообщался с нашей принцессой, и мы с ним махнули в горы на неделю. Целую неделю только вдвоем, никого вокруг! Медовый месяц, которого у нас так и не было! Ну, неделя…
Природа сошла с ума! Столько зелени, цветов, казалось цвели даже голые скалы. Волшебные восходы и закаты! Мы с упоением занимались скалолазанием, мне понравилось, столько адреналина, наверное, никогда в жизни не испытывала я такого азарта.
Руслан был нежен со мной, а один раз заговорил о втором ребенке. Кажется, он надеялся, что я забеременею в этот наш медовый месяц. Конечно я не против, хоть София еще мала. Я таяла от ласк мужа, нежась в его объятиях, чувствуя себя счастливейшей женщиной на свете. По приезду домой выяснилось, что надежды его не оправдались.
Еще Руслан учил меня дайвингу. Тоже интересно, но не так увлекательно, как скалолазание. В первые выходные августа мы снова отправились на Тамань, на фестиваль байкеров. В этот раз обошлось без скандала и сюрпризов.
Я ехала на «Джиксере», а Руслан на своей новой машине с братом. Ангел, получив премию, решил-таки купить себе новое авто. Он всегда хотел большую, джип. Долго выбирал и, в конце концов, остановился тоже на «Сузуки». «Grand Vitarra» была великолепна, только немного дороговата, чуть не хватило денег, пришлось занять у Ромки с Тоней.
Они не хотели, чтобы мы им возвращали долг, но Руслан и слышать не хотел, сказал, что тогда возьмет кредит. У меня тоже не захотел брать, на сберкнижке лежали деньги от продажи родительской квартиры, я считала их общими. Так, в гараже вместо старушки «Рено» поселилась красавица «Витара», черная как ночь над морем.
36.
В этот раз Тоня с нами не поехала, не отпустили с работы. Да я думаю, она с прошлого года осталась не в восторге. Она мне как-то сказала, что было слишком шумно, слишком людно, слишком жарко и по детям очень скучала. Думается, в этот раз сестра с удовольствием осталась дома.
Выехали мы в полдень и уже в четыре прибыли на место. Все как в прошлый раз, сняли палатку на берегу и пошли на праздник. Я выставила свой мотоцикл на выставку, в этом году он у меня тоже был тюнингованный, вообще я гордилась своим любимым «Джиксером». На приз не надеялась, просто душу грело, что я тоже участник.
Я взглядом повсюду искала Никиту и его брата и расстроилась, когда увидела, что на месте «Хаябусы» припарковалась чья-то синяя «Ямаха». За два дня я так и не увидела ни великолепный мотоцикл с волчьим портретом, ни его хозяев. Не приехали, значит. Я так и не вспомнила, где мы встречались, да честно сказать, почти не думала про них. Ромка увидев, как я озираюсь по сторонам подошел ко мне.
– Потеряла кого!
– Да знакомых никого не вижу, даже Тарасик делся куда-то. А говорил, встретит нас…
– Да куда он денется-то, небось, пиво уже пьет с кем-нибудь.
– Кстати, Ром, а ты не в курсе, что за ребята в прошлом году лезгинку танцевали…
– Ну, мать, ты даешь! – Ромка схватился за живот, смеясь. – Надо же, своих спасителей не узнала!
– Ты хочешь сказать, что это они тогда… когда меня порезали… – я увидела насмешливый взгляд, и в моей голове все встало на свои места. – Бли-и-и-ин! А я даже не поблагодарила их, даже не узнала. Ох…
– Да ладно, никто не обиделся, ты почти без сознания была.
Теперь понимаю, почему парень смотрел на меня, почему улыбался. Какая я бессовестная, ведь если бы не ребята… меня бы уже давно не было на свете. А даже не вспомнила, хотя тот день в памяти остался, не весь, правда. Когда пришла в себя, думала, что видела во сне удивительно красивого мужчину, с волшебными глазами и даже просила поцелуя… и получила его. Не сон значит. Если когда-нибудь встречу кого-нибудь из них, обязательно поблагодарю. Теперь у меня в голове порядок, кончились копания в памяти, ну и на том спасибо.
– Они тоже близнецы, как мы с Русей…
– Что?
– Ты где летаешь? Парни, говорю, тоже близнецы, только у Стаса глаза цветом чуть другие, – Ромка потянулся и встал с бревна, на котором мы сидели. – Пойдем, что ли, братана поторопим, че можно так долго в палатке делать? Спать лег, наверное…
Да, его зовут Стас, и у него ямочки на щеках, когда улыбается, и у меня мурашки от него… А запах! Я вспомнила все! Каждую искринку в его сказочных янтарных глазах, каждое его прикосновение, каждое своё ощущение…
Сейчас я почему-то испытывала разочарование и даже обиду на этих, по сути незнакомых парней. Мне дико хотелось рассмотреть Стаса при свете дня, почувствовать снова пробегающий по телу ток. А они не приехали.
И тут же мысль, что создалась бы неловкая ситуация, если бы я при муже стала разглядывать чужого мужчину и мечтать прикоснуться к нему. Поэтому поблагодарила мысленно судьбу, что встречи не случилось, и отправилась искать друзей, прихватив своих ангелов с собой.
Возле сцены повстречали Сандру с Ольгой. Они очень повзрослели, прямо красавицы. Сандра окончила школу, решала куда поступать. Вернее документы подала в несколько учебных заведений, теперь выбирала, ведь скоро сентябрь, торопиться надо. Она хочет и как я быть полицейским, и врачом тоже.
– А ты иди на судмедэксперта, вот тебе и врач, и полицейский! – посоветовала я ей.
Девушка обрадовалась совету. Ольке еще год в школе учиться, она чуть младше подруги, но тоже выбирала себе будущую профессию. Она озорно улыбалась и поглядывала на Ромку, влюбчивая очень. Что ж, в ее шестнадцать – это нормально.
– Тасенька, я прямо завидую тебе – такие красивые, одинаковые принцы по обе стороны… Все на вас оглядываются!
Я оглядела одного, другого – есть на что засмотреться, мои сопровождающие соизволили одеться сегодня одинаково и выглядели сексуально. Вроде обычные темно-серые майки и серые же джинсы, но смотрелись на их крепких телах очень чувственно и возбуждающе, добавляли шарма солнцезащитные очки в сочетании с белокурыми локонами. Они на полголовы возвышались надо мной, отчего я ощущала себя под защитой. Это было приятно!
– Мы не принцы, мы – ангелы! – пошутил Ромашка.
– Точно! Ангелы вам больше к лицу! – засмеялась Сандра.
37.
В этот раз мы задержались на три дня. Занимались дайвингом, исследуя подводное царство Черного и Азовского морей, рыбачили. И даже побывали на раскопках, недаром же Тамань называют раем для кладоискателей. Если уж не найдешь сундук с драгоценностями, то хоть какой-нибудь древний черепок отыщешь! Уезжать не хотелось, но надо. Распрощавшись с друзьями, двинулись в обратный путь.
Остаток лета, осень и декабрь пролетели, как один день. Снова загрузились работой, встречались только по вечерам и по выходным. Основную часть выходных возились с дочкой.
Бусинке уже исполнилось два с половиной года и ее «зачем» и «почему» преследовали нас всюду. Малышка росла чересчур любознательной, и Руслан постоянно пополнял ее знания, рассказывая увлекательные истории, рисуя с ней и разучивая детские песенки. Иногда я присоединялась к их веселым урокам, но часто просто наблюдала и млела от счастья.
А еще девочка меняла свой облик, подрастая. Приятно было видеть в ней и отца и себя. Волосы отросли и струились игривыми локонами, как у ангела, но темнее, почти как у меня цветом. Шоколадный цвет глаз мой, но разрез как у Руслана. Наша маленькая куколка, наглядеться не могу…
И всё же, мне было жаль прошедшего лета. Почему-то казалось, что все это больше не повторится, так было хорошо и весело. Но, зная своего мужа, такого непоседливого и изобретательного, думаю, следующее лето будет еще лучше. Но я, как всегда ошиблась. Руслан приготовил сюрприз и на зиму. Сразу после Рождества мы отбыли в «Красную поляну», кататься на лыжах и сноуборде.
Горнолыжный курорт ошеломил меня. Такая красота! Чистота белого снега, ели и буки, запорошенные снегом! Столько людей, даже с совсем маленькими детишками, я тут же пожалела, что мы не взяли с собой нашу малышку.
Мы снова сбежали ото всех, на целую неделю, как тогда, летом. Ромка так просился, но Руслан был непреклонен! Сказал – горнолыжных курортов много, ну не один, это точно, вот бери свою красавицу жену и устраивай свою медовую неделю! Может Роман и обиделся, но виду не показал, только посмеялся.
Тоня очень домашняя и надо постараться утащить ее куда-нибудь развлечься, а ее муж, наоборот, очень любит разные приключения и скучает без них. Вот и в этот раз бедолага остался без сладкого! Мне было жаль его, я даже хотела упросить ангела взять Ромку с собой, но так хотелось побыть только вдвоем… В другой раз, как-нибудь.
И вот мы катаемся на лыжах, сноуборде, знакомимся с другими отдыхающими, ходим в кафе и ресторан, а потом, еле передвигая ноги от усталости, плетемся в номер.
Про меня сказать, что я катаюсь – слишком сильно сказано, скорее валяюсь и падаю, никогда не занималась лыжами, только немного доской, да и снега столько не видела. А вот Руслан! Он с таким изяществом съезжал с трассы, любовалась бы и любовалась! Вот все-то он умеет, не перестаю удивляться.
Через три дня повалил снег, и мы решили никуда не ходить, заказали обед в номер и целый день наслаждались друг другом. Утром я проснулась в прекрасном настроении. Выглянула в окно.
До чего же здесь красиво! Почему раньше я никогда сюда не приезжала? Даже и в мыслях не было, работа, заботы… Вдруг увидела знакомую фигуру. Присмотрелась – Никитка, фестивальный знакомец! Рядом с ним стоял парень, ну просто один в один, наверное, брат Кита, «Одинокий волк», который избегает общения с другими людьми.
Все-таки симпатичные ребятки, высокие, стройные. Жаль, отсюда не разглядеть их лица… Никита что-то доказывал брату, размахивая руками, тот молча слушал, потом махнул рукой, отошел, отвернулся, снова подошел к брату и стал что-то говорить, без лишних эмоций. Интересно, о чем они спорили в такую рань, еще девяти нет.
Издалека такие одинаковые, но я-то знаю, что Станислав красивее. Его глаза и улыбка с ямочками не были обычными, притягивали взгляд. Внезапно парень поднял глаза и посмотрел прямо на меня, будто чувствуя, что я думаю о нем.
Я застыла от неожиданности. Кит тоже повернулся в мою сторону и, увидев меня в окне, помахал рукой. А может не мне, а кому-нибудь этажом выше? На всякий случай я тоже поприветствовала его и отошла от окна.
38.
В этот день Руслан решил покорить более высокую трассу, но ему не хотелось оставлять меня одну. Ну, я и пошла с ним. Я наблюдала за ним, любуясь, как грациозно он спускается с горы, поднимая снежную пыль за собой. Здесь было не так людно, не слишком много нашлось храбрецов скатиться с такой верхотуры. Но все равно я видела только его – моего ангела! Вдоволь накатавшись, он подъехал ко мне.
– Замерзла? – стал растирать мои щеки, поправил шапку со смешными помпончиками. – Извини, увлекся…
– Да не холодно, нулевая температура…
– Стоять все равно прохладно, ну ничего, сейчас пойдем в кафе, угостимся горячим чаем с пирожными… – он посмотрел за мою спину, улыбнулся и подмигнул кому-то. Я хотела обернуться, посмотреть, кому. Но Руслан взял мое лицо в руки и стал легонько целовать.
– Ну ты чего? Ветер же холодный, потом буду с распухшими губами ходить и разонравлюсь тебе! – я пыталась отодвинуться от него.
– Не разонравишься! Никогда!
Мы посидели в кафе, слушали живую музыку, наслаждались ароматным чаем и моими любимыми бисквитными пирожными, смеялись и строили планы приехать сюда на следующий год в феврале, на мой день рождения. Каникулы заканчивались, завтра домой!
Очень жаль, но нужно выходить на работу. Вечером пошли в ресторан, отметили успешно проведенный отдых в снежном раю. Пили ароматное вино, напоминавшее о жарком лете, разгорячившись, танцевали, привлекая взгляды посетителей.
Я увидела Никиту и Стаса, сидевших за дальним столиком. С ними были две девушки, красивые, веселые. Кит что-то рассказывал, отчего девушки заливисто смеялись. Стас сидел молча, рисуя вилкой на скатерти одному ему видимую картину, не замечая веселья, творившегося за их столом.
С моего места мне хорошо было их видно. Поневоле поглядывала в ту сторону. Видела, как тяжко давалось «Одинокому волку» это свидание, он почти не поднимал головы, тяжело вздыхая, не обращая внимания на попытки брата расшевелить молчуна. И снова, как тогда утром, Стас будто почувствовал, что я смотрю на него, поднял голову и наши глаза встретились.
В его глазах промелькнула радость, а потом будто сожаление, но он все равно не отводил взгляда, гипнотизируя меня. Еще минута и я бы встала и пошла к нему, так захотелось мне увидеть вблизи янтарные искры в его очах.
Но тут Руслан обратил внимание, что я смотрю куда-то. Оглянулся, потом повернул голову ко мне и взял мою руку. Он поцеловал ладонь, разрывая магическую связь.
Я посмотрела на мужа, он хмурился и это не удивительно. Что бы я сделала, если бы Руслан разглядывал какую-нибудь девушку? Психанула бы и ушла, наверное. Почувствовав свою вину, я погладила мужа по щеке и больше не смотрела в ту сторону.
Всю ночь шел снег, прямо буран. Утром поутихло, выглянуло солнце. Ели и буки выглядели сказочно, сверкая серебристой бахромой, время от времени кидая пушистые белоснежные хлопья на землю. Утром мы с Русланом решили еще покататься и к шести часам спуститься на парковку, где оставили «Витару». За эти дни у нас появилось немало друзей, сделали множество фото – будет, что вспомнить в жаркие летние дни.
В пять мы с вещами стояли у подъемника, собираясь спуститься вниз. Подошли несколько знакомых, мы с ними обменивались номерами телефонов, собираясь встретиться в городе.
Вдруг подъемник встал. Руслан пошел выяснить, в чем дело. Через несколько минут вернулся и сообщил, что внизу канатной дороги, на опору, упало огромное дерево, две кабинки слетело. Хорошо хоть без пассажиров. Движение застопорилось, но около ста человек находилось на подъемнике, заблокированные в кабинках.
Было опасение, что трос может не выдержать и лопнуть, неизвестно насколько он поврежден. А высота от кабин до земли в некоторых местах была не шуточной, доходя до тридцати-сорока метров, что составляло высоту пятнадцатиэтажного дома. Решено было проводить спасательные работы. Надо спасать! Иначе начнется паника и тогда будет беда.
Сразу нашлось несколько смельчаков-альпинистов, собирающихся добраться до кабин по тросу и спасти туристов. Муж кинулся помогать в числе первых. А как иначе, сразу в бой! А еще меня ругает, что не могу пройти мимо и не помочь.
Кит с братом тоже были среди спасателей. И женщин не оставили без дела, нам раздали рюкзаки с медикаментами, термосами с горячим чаем и фляжки с коньяком, на случай если у кого истерика начнется или если кто замерзнет.
Нам нужно было на лыжах добраться по спуску до кабин, и держать веревку, по которой будут спускаться потерпевшие, чтобы она не моталась из стороны в сторону. Ну и помощь оказывать психологическую или медицинскую.
39.
Я встала на лыжи, огляделась. Руслана не было видно, все бегали, тащили специальное снаряжение. Несколько добровольцев-спасателей уже катили вниз по склону, я тоже поспешила. Возле верхних вагончиков вовсю шли спасательные работы, я решила двигать почти в конец, где люльки висели на самой большой высоте.
Добралась до одной, где никого рядом не было, сняла лыжи, сложила их чуть поодаль вместе с рюкзаком и, задрав голову вверх, стала оценивать ситуацию. Высоко! Наверное, с двенадцатиэтажный дом будет! Но даже отсюда было видно, как в кабинке мечутся люди, они выглядывали в приоткрытые окна, высовывали руки и махали ими.
Паника! Это самое страшное, во время паники мозги не работают и люди совершают необдуманные поступки, порой приводящие к смерти. Я сложила руки рупором и прокричала:
– Внимание! Сохраняйте спокойствие! Помощь на подходе! Не раскачивайте кабину, сядьте на скамьи и ждите! Сохраняйте спокойствие!
Уж не знаю, услышали меня или нет, но вагончик стал меньше качаться. Ребята, ну скорее! Я увидела, что по ближайшей опоре ловко вскарабкивается какой-то парень, но не Руслан. У мужа была черная куртка с белыми вставками, а у этого красно-серая.
Он добрался до верха, прицепил специальное приспособление – ролик, который будет катиться по тросу, и страховку, которой спасатель пристегнулся к ролику. Через минуту он уже катился по тросу к вагончику, перебирая руками и уцепившись ногами за канат.
Добравшись, парень спрыгнул на крышу кабинки и, видимо, спустился в люк на крыше, затем открылся люк в полу, и вниз полетела толстая веревка. Я поймала ее, наступила на конец верёвки ногой, зафиксировала руками и стала ждать. Через несколько минут по веревке стал спускаться первый турист на страховке. Это оказалась девушка лет восемнадцати. Я отстегнула с нее страховочные ремни и отправила снаряжение снова наверх.
– Привет! Ты как? – я посмотрела на спасённую, она не выглядела испуганной, мне даже показалось, что приключение ей понравилось. – Как тебя зовут?
– Катя, а тебя?
– Я Тася. Сколько вас там? – я кивнула на кабинку.
– Шестеро. Да еще парень, спасатель…
– Там рюкзак – медикаменты, чай, коньяк… разберись, будешь помогать.
Веревка снова ожила, сверху с причитаниями спускалась женщина, как оказалось Катина мама. Спустившись, она упала на снег и заревела.
– Валерьянки накапай! – скомандовала я девушке, пытаясь расстегнуть застежки на страховке. Женщина рыдала, обхватив колени, чем очень мне мешала, я обняла ее, погладила по волосам.
– Все хорошо, успокойтесь, вы в безопасности. Давайте снимем с вас ремни… тише, тише.
– Я знала… я знала, что не надо ехать, я знала… знала, что случится что-то плохое. Жуть! А вы не слушали! – она напала с упреками на дочь, которая протягивала ей лекарство. Мне, наконец, удалось снять с нее снаряжение, я поскорее отправила его наверх.
– Мам, успокойся, ничего страшного не произошло…
– Дура ты! Все бы дурью маяться…
Через сорок минут все были на земле. Кто обнимался, кто, упав на колени, трогал землю, ну, в общем нормально. Наверху остался только парень, спасатель. И тут случилось неожиданное. Я отправила страховку наверх, а она чем-то зацепилась за веревку, по которой спускались люди, где-то на середине. Не достать! Парень дергал ее, дергал – не идет! Смотрю, он решил без страховки спускаться. У меня сердце замерло. Это же опасно! Слишком высоко, метров тридцать!
40.
Затаив дыхание, мы следили за ним. Альпинист потихоньку сползал вниз, добравшись до застопорившейся страховки, попытался отцепить ее, потом плюнул на это дело, стал спускаться дальше. Вдруг руки его не выдержали, и он быстро скользнул вниз. У всех вырвался вскрик. О, Боже, он сейчас упадет! Но нет, удержался!
– Он, наверное, все ладони себе содрал, – молоденький парнишка показал перчатки. – Он мне отдал, свои я в машине забыл… или в багаже…
Бли-и-ин! Он еще и без перчаток! Бедолага… Как только парень спустился, схватила его руки. Так и есть, все ладони в крови.
– Катя, аптечку! – крикнула я девчонке.
– Уже!
Спаситель опустился на землю, видать ноги не держали. Я рядом встала на колени. Только сейчас заметила, что он без куртки, в одной безрукавке и свитере. Посмотрела в сторону опоры, там лежала одежда и лыжи.
– Вещи тоже притащи… – я кивнула в направлении опоры, принимая из рук девушки коробку с медикаментами, – бегом! Ваш спаситель замерз, небось!
Я скинула варежки, чтобы было удобнее лечить его руки.
– Сейчас, миленький, забинтую твои раны, попьешь горячий чай или коньяк, согреешься… – я бормотала себе под нос, раскладывая на коробке перекись водорода, мазь с антисептиком и бинты.
От парня пахло чем-то знакомым, будоража мою душу о чем-то напоминая. Краской что ли, и хвоей? Взяла одну руку, ощутила, как меня легонько дернуло током. Тут принеслась Катюшка с ворохом одежды.
И только сейчас я подняла глаза, собираясь надеть на него шарф для начала. И застыла на месте. На меня смотрели ясные янтарные глаза с искорками золотистого цвета! Я уже видела эти глаза! И эти пухлые губы, и знаю, что есть еще ямочки на щеках… «Одинокий волк»! Взяв себя в руки, намотала ему на шею шарф, надела шапку, Катя помогла одеть куртку.
– Привет… – почти шепотом поприветствовала я Стаса. – Вот и встретились. Помнишь… я Тася, ты спас меня…
– Привет! Помню, конечно! Теперь ты спасаешь меня…
Я принялась за его руки, взяла одну, стала лить перекись на рану. Жидкость стала пениться, а мне захотелось подуть. Подула!
– Больно? – я посмотрела в красивые, необычные глаза, обрамленные темными пушистыми ресницами. Они смотрели прямо на меня, притягивали, манили, завораживали лишая меня воли…
– Терпимо! – бросил мой пациент.
Янтарные глаза! Самые редкие в мире, стоящие на четвертом месте после фиолетовых, зеленых и красных! Очень-очень редкие и самые-самые красивые! В институте по психологии мы проходили тему про цвет глаз, и я знаю, что это не линзы. Оттенок является результатом пигмента липохрома, который содержится в зеленых глазах.
Очень экзотично выглядит, этот цвет называют еще «глазами волка», так как этот редкий у людей цвет распространен среди некоторых животных: волки, домашние кошки, совы, орлы…
До чего же прозвище подходит! Когда мы с одногруппниками обсуждали эту тему. Помню, как мне понравились именно янтарные, хотелось увидеть их на самом деле, на что преподаватель заметил, что вряд ли мы встретим в реальной жизни таких людей, их очень мало. А вот довелось же!
На самом деле, не на фотографии, все выглядело просто фантастически, даже сказочно! Да еще известно, что люди с янтарными глазами часто обладают талантом, причем неординарным. И избегают шумного общества.
Но меня Стас вроде не избегает, наоборот смотрит прямо в глаза. Даже сейчас, обрабатывая его руки, чувствую на себе его взгляд, как будто он любуется мной, разглядывает. Мне приятно это ощущение, оно волнует меня, приятно волнует.
Наложила мазь и забинтовала одну руку, другую. На автомате поправила манжеты куртки, шарф, подтянула вверх застежку молнии.
– Ну что, чай или коньячку?
– Чай лучше… – Катя тут же налила Стасу горячего чая. Он, прищурившись, смотрел на меня. – Спасибо доктор!
– Я Тася…
– Я помню – Лебедева Таисия Сергеевна, старший лейтенант полиции. А я лейтенант полиции Станислав Филатов. Красивое имя – Таисия, Тасенька! – он будто пробовал на вкус мое имя, от его сочного с легкой хрипотцой голоса мое сердце сбивалось с ритма, дыхания не хватало.
Ух-х! Опасный тип! Мне захотелось обнять его, поцеловать или… бежать подальше надо, и поскорее!
– Коллега, значит? – я перевела разговор в более безопасное русло. – Знаешь, я давно хотела поблагодарить вас с братом за мое спасение. Если бы вы не проезжали мимо тогда, меня давно не было бы на этом свете…
– Я рад, что мы оказались в нужном месте в нужное время. И не за что благодарить, ты бы сделала то же самое.
Я смотрела ему в глаза, любовалась его легкой радостной улыбкой и такими милыми ямочками на щеках. Знаю, что мы вряд ли еще увидимся. Хоть в памяти останется самый необычный цвет глаз в мире.
Людей прибывало, появились другие спасатели. Приехали и Никита с Русланом. Стали эвакуировать туристов вниз. Увидев мужа, мне стало стыдно. Стыдно, что я за последние полчаса совсем забыла о любимом ангеле, залюбовавшись глазами другого мужчины, «глазами волка».
На всю спасательную операцию ушло полтора часа, пострадавших, кроме Стаса, нет. Мы с Русланом забрали машину с парковки и двинулись домой. Через три часа мы обнимали дочку и всех домашних, показывали фото, рассказывали о приключениях, о новых друзьях и решили на следующий год съездить всей семьёй.
41
В конце марта в саду зацвели абрикосы и черешни, яблони с грушами тоже набрали почки. Розы распускали первые благоухающие бутоны, преображая своим видом двор и сад. Нежнее цветов абрикоса я не видела никогда в жизни.
А что стоят спиреи и жасмин, кизильник… Зацветает и глициния, моя любимица! Я посадила ее в год приезда сюда, сестра выделила уголок для нее и, по прошествии трех лет, красавица радовала глаз крупными фиолетовыми соцветиями и приятным сладким ароматом.
Мне полюбился этот уголок, здесь будто попадаешь в сказку, до того нереально выглядел водопад из фиолетовых цветов. Руслан с Ромкой поставили здесь скамейку, и мы любили посидеть на ней парами. От дома не видно было уютное местечко. И если мне хотелось побыть одной, только здесь мне было хорошо.
В апреле мы с Русланом отметили три года как вместе, а в июне будет три года, как поженились. За эти годы ангел изменился, уже не тот застенчивый парень, а серьезный, любящий муж, он заботился обо мне и Софии, дружил с Тоней и радовался общению с братом. Но я видела, что его гнетет что-то.
Как-то в мае после работы я сидела в своем уголке, откинув голову на спинку скамьи, любовалась сказочным водопадом, расслаблялась, вдыхая изящный аромат. Рядом присел муж.
– Тась, мне опять нужно будет уехать, как всегда в начале июня. В этом году летим пятого…
– Но пятого у вас и Софи день рождения… мы же хотели сходить в аквапарк и детское кафе, а вечером в ресторан…
– Ну, с дочкой мы сходим куда хотели. Вертолет вечером, поздно, в одиннадцать. А вот в ресторан… месяца через полтора. В этом году у нас особая работа намечается, обещали заплатить больше, чем всегда. Может, купим дом? Как думаешь? Или квартиру… у тебя накопления есть, премию дадут. А если не хватит, ипотеку возьмем. Рассчитаемся!
– Во-первых – не у меня накопления, а у нас, – нахмурилась я. Мне не нравилось такое разделение на «твоё» и «моё».
– А во-вторых? – Руслан с напряжением ждал, что я отвечу. Он придвинулся ближе и обнял меня за плечи, нежно поглаживая.
– Во-вторых, мне не нравится твоя эта работа. Душа болит. И не нужны мне такие большие деньги, спокойствие нужно, – поспешила сказать, пока любимый ангел не успел возразить. – Обещаешь, что больше не поедешь в свою эту секретную лабораторию?
– Обещаю! – улыбнулся Руслан и запустил руки под мою форменную рубашку, вызывая мурашки прикосновениями. – А в-третьих есть?
– В-третьих, мне нравится дом Ирины Васильевны, как думаешь, продаст она его нам?
– Таська, я люблю тебя! Думал, ты не захочешь съехать от сестры! – муж сиял от счастья, напряжения как не бывало. Он усадил меня к себе на колени, стал целовать подбородок, шею и грудь…
– Я тоже тебя очень люблю! А чего ты решил дом купить? Не нравится с братом жить? – я ерошила его волосы, вдыхая любимый аромат.
– Нравится. Только загостились мы у Тонечки, пора и свою крышу над головой иметь. И я хочу еще детей, если ты не против.
– Что ты милый, я только за… – я мурлыкала, тая от нежности в его объятиях. – Я уже скучаю. Мне тебя всегда не хватает…
– Мне тоже, – ангел щекотал поцелуями мои ладошки, – зато приеду, у меня отпуск, у тебя отпуск, устроим себе медовый месяц снова! Если захочешь, поедем на фестиваль, поныряем. А может, в Турцию махнем! И дочку возьмем... – он нежно шептал мне в ушко, поднимая сладкую волну во всем теле.
Но этим мечтам не суждено было сбыться… Никогда!
Пятого июня после обеда веселой компанией отпраздновали трехлетие Софии в детском кафе. Приехали Илья с Аленкой и детьми, свекровь со свекром, завалили подарками. После кафе отправились в дельфинарий, затем в аквапарк и немного посидели на пляже.
Уставшие приехали домой. Я собрала Руслану вещи. Как всегда, душа моя не хотела его отпускать, но работа есть работа. Я это понимала, как никто другой, мы оба были фанатики своей работы.
В 22:00 мы с дочкой поехали провожать нашего ангела. Руслан захотел, чтобы в этом году и София проводила своего папу. Ехать недалеко, километрах в пяти от дома была вертолетная площадка, откуда я уже третье лето подряд провожаю мужа. Обнявшись втроем, мы молча постояли несколько минут, потом Руслан притянул меня ближе, поцеловал.
– Не скучай, любимая, я всегда рядом с тобой, если не телом, то душой! – его голубые глаза искрились в свете зажигающихся фонарей. – Береги маму, малышка!
– А ты мне привезешь красивые ракушки?
– Конечно, моя фея! Целый чемодан! И еще кучу подарков! – он теребил длинные темные локоны девочки. За три года волосы отросли у нее ниже плеч, густые, чуть светлее, чем у меня.
Руслан расцеловал дочку в пухлые щечки, меня в губы… Пора! Он взял сумку с одеждой, повесил рюкзак на плечо и пошел к вертолету, где двое коллег Руслана уже садились. Оглянулся, помахал нам рукой. У меня защемило сердце в груди. Не уходи – хотелось крикнуть ему вслед!
Но он ушел… Сел в вертолет и улетел. Мы еще несколько минут провожали взглядом красные мерцающие огоньки в сумеречном небе. Я отвернулась. Застегнула кофточку ребенку, с моря дул прохладный ветерок.
– Мама, мама смотри – салют!
Обернувшись я обомлела – на том месте в небе, где только что был вертолет моего ангела, висел огромный огненный шар, что-то взрывалось разноцветными огнями и падало в море, а море… море горело и тоже взрывалось! Я не могла произнести ни звука, поняв, что случилось непоправимое. Ноги подкосились, и я упала на колени, все еще не веря своим глазам.
– Мама, ну вставай! Смотри как красиво! Мама, смотри, как красиво море горит! – щебетала девочка, не понимая, что случилось страшное.
42.
Минут через пять я наполнилась надеждой – может Руслан выжил, может, он ранен просто, надо спасать! Схватив дочь в охапку, понеслась в диспетчерскую. Там вызывали спасателей, бегали. Меня вытолкали, сказали посторонним здесь не место. Ладно, отвезу дочь домой, возьму документы и приеду снова, попробуйте прогнать! Я вам покажу, кто тут посторонний!
А дома меня встретила «скорая», напугав еще больше. Со страхом забежала в дом, сунула Софию няне. Увидела, как бледного Ромку несут на носилках к выходу. Он посмотрел на меня таким взглядом, что я поняла – он все знает. И такая безысходность была в глазах, что я отвела взгляд, не желая верить в худшее.
– Что случилось? – я схватила за руку плакавшую свекровь.
– У Ромы сердечный приступ. Мы чай пили, а он вскочил, закричал – «брат, Руслан», и рухнул, как подкошенный. Вот, увозят в больницу…
Я словно громом пораженная стояла посреди гостиной, потом тихо вышла, села на «Джиксер» и понеслась обратно на вертолетную площадку, так и не сказав никому о случившемся с Русланом. Им пока хватит переживать о другом… и потом, может Руслан выжил.
